Отец подруги 2. Сумасшедшее влечение

Глава 1. Воспоминания

Марина Дёмина…

Это просто какое-то сумасшествие.

С того самого дня, как я впервые ночевала в доме у подруги, словно крышей поехала.

Что со мной происходит, чёрт побери?

Прикрываю глаза, и меня накрывает воспоминанием.

Образ высокого мужчины настолько ярко отпечатался в моей памяти, что сейчас я словно смотрю на него. Опять.

Лиля, моя лучшая подруга. Мы с ней учимся в одном универе. Только вот специальности выбрали разные. Она юрист, а я искусствовед. И именно моя любовь к искусству сыграла со мной злую шутку.

Когда я пришла к ней, то думала, что мы просто посидим тихонечко, косточки парням поперемываем. В общем чисто по девчачьи проведём время.

Я знала, что её отец художник. Даже видела его некоторые работы на выставках. Залипла на них.

Сколько бы я не искала фото Влада Альшанского, но их нигде не было. Я даже сетовала на папарацци, что они стали плохо выполнять свою работу.

И когда пришла к Лиле в гости, у меня и правда были мысли просто посидеть спокойно. Да, хотела посмотреть воочию его рабочее место, но понимала, что мечта вряд ли сбудется. Всё-таки для каждого художника его мастерская, это что-то ценное и святое.

Хотела пробраться туда, но даже и не надеялась.

Вечером, поужинав, мы с Лилей отправились в её комнату. Я с сожалением ещё подумала, что жаль, что её отец не присоединился к нам. Лиля, кстати, сказала, что он очень занят и что готовится к очередной выставке. Но не настаивать же, в самом деле. А вот когда подруга всё же заснула, моё неуёмное любопытство разрослось до таких масштабов, что я просто не выдержала и тихонько скользнула из постели.

Накинув тонкий халатик, на носочках пробралась к мастерской.

Только одним глазочком посмотрю. Меня даже никто и не заметит! Ну не убудет же от него, в самом деле!

Затаив дыхание, я тихонько приоткрыла дверь мастерской и заглянула.

Никого.

Шагнула внутрь, и так же тихо закрыла дверь.

В нос тут же ударил запах красок и ацетона.

Бросила взгляд по сторонам, убеждаясь, что здесь точно никого нет, и уже смелее прошла внутрь.

– Ва-а-а-а-у! – выдохнула я изумлённо, пробегаясь глазами по заставленным всю мастерскую – картинкам.

Здесь было, наверное, с два десятка готовых работ!

Невероятные сады, густые деревья. Реки и моря, водопады и пустыни.

Подошла к одному из холстов и с раскрытым ртом уставилась на него.

Поле, усеянное цветами. Каждый штрих настолько выверен, что кажется, будто я и в самом деле нахожусь среди этого дивного сада. Даже постаралась принюхаться, чтобы ощутить аромат цветов!

Просто невероятно!

Сделала шаг в сторону, и посмотрела на приставленные к стене картины.

Лиля.

Портрет Лили оказался до невозможного реалистичным. Я словно прямо на неё и смотрела!

Даже засомневалась, что это картина.

Волосок к волоску в идеально собранной причёске, и с небольшой заколкой за ухом. Взгляд подруги был пронзительным и абсолютно счастливым. Чёрное платье, на груди подвеска…

Поставив картину на место, перешла к следующей работе.

Необычная. Очень. На картине изображён тёмный мрачный дом. Только в одном из окон горит тусклый свет, а внутри тень.

Немного жутковато, если честно. Такая мистическая картина заставила меня поёжиться.

Посмотрела на следующую работу. Здесь тот же дом, только при свете дня. Солнечные блики отражаются от окон, и дом кажется очень приветливым и уютным. Небольшой сад перед входом, крылечко с каменными ступенями.

Интересно, что художник хотел показать? С одной стороны, невероятный уют днём, а с другой – тревога ночью.

– Тебе нравится? – вдруг раздалось за спиной чуть хрипловатым голосом, и я резко обернулась.

Глава 2. Знакомство

Марина Дёмина…

– Тебе нравится? – вдруг раздаётся за спиной чуть хрипловатым голосом, и я резко обернулась.

Он стоял чуть нахмурившись, скрестив руки на груди.

– Я… – начала было и осеклась. Сглотнула.

– Так понравилось? – снова вопрос.

Смогла только кивнуть.

Мужчина оказался высок. Плечи широкие, словно он всю жизнь занимался спортом, а не писал картины. Яркие пронзительные глаза смотрели с прищуром. Они будто в душу мою заглянуть пытались!

Синева его глаз завораживала.

Снова сглотнула и всё же опустила взгляд, уставившись на его губы.

Моя ошибка. О-о-очень большая ошибка. Потому что вот на них я точно залипла.

– Ты подруга Лили? – задал он очередной вопрос.

Кивнула.

– Ты в порядке? – спросил он, приподняв левую бровь.

– Д-да, – выдохнула я.

Моё дыхание участилось.

Мягкий и нежный голос, приправленный хрипотцой, заставил затрепетать моё сердце.

Я впервые в жизни почувствовала неуверенность в себе.

Сама не знаю, почему, но этот мужчина очень странно на меня подействовал.

Он продолжал смотреть на меня, и ждал ответа на предыдущие вопросы, а я заливалась краской.

– Простите, – всё же собравшись с мыслями, я отвела от него взгляд. – Я не хотела вас потревожить.

– Ты не потревожила. Но я удивлён, что кто-то решил войти сюда. Тем более в столь поздний час.

– Я… – сглотнула. – Я видела ваши работы прежде. И я считаю их восхитительными! – сказала, не кривя душой. – И вот сегодня меня пробрало любопытство. Поэтому я и спустилась сюда, – пролепетала неуверенно.

Дура. Ну что ты несёшь, Дёмина?

– Любопытная, значит, – хмыкнул он и отвернувшись, отошёл к мольберту.

– Я искусствовед, – сказала зачем-то.

– Во-о-от как, – протянул отец Лили, бросая на меня весёлый взгляд.

Похоже он не злится на меня за вторжение.

– Мне и правда было интересно посмотреть на работу настоящего мастера, – произнесла негромко и сглотнула, когда он медленно провёл своим взглядом по мне с головы до ног.

Внутри меня всё затрепетало.

Да что со мной?

Так, Дёмина. Возьми себя в руки. Перед тобой отец подруги, а ты смотришь на него, словно на мачо из бара.

На взрослого мачо!

– Простите, я не представилась, – сказала я, делая шаг и протягивая руку. – Меня зовут Марина. Марина Дёмина. Мы с Лилей учимся вместе.

– А я Влад, – сказал он. – Альшанский, – добавил с усмешкой.

Легко коснувшись моей протянутой руки, он чуть сжал, словно боясь навредить и тут же выпустил её из своей огромной ладони.

– Вы не против, если я тут осмотрюсь? – спросила я и тут же пожалела об этом.

Дура, Дёмина. Зачем быть такой наглой?

– Пожалуйста! – сказал он, разведя руки в стороны.

Не веря в свою удачу, я улыбнулась и подошла к мольберту. Он был отвёрнут к стене, поэтому я заглянула и приуныла.

– Над чем вы сейчас работаете? – спросила я, уставившись в его глаза.

– Пока не над чем, – пожал он плечами.

– Почему? – искренне удивилась.

– Жду, когда нагрянет Муза, – произнёс с усмешкой и опёрся бедром о стоявший рядом стол.

От неловкости я опустила взгляд, но тут же вспомнила об уже увиденных картинах.

– Скажите, на одном из полотен изображён дом. Яркий и красочный. Он сияет под солнечными лучами. Но на другом полотне этот же дом уже мрачный и неуютный. Что вы хотели этим передать?

– А ты как думаешь? – ответил вопросом на вопрос.

И снова неловкость.

– Мне показалось, что на одном из них показано счастье. Чистое, светлое. От которого душа поёт.

Кивнул, пристально уставившись в мои глаза.

– Но на другом всё иначе, – сказала, сглотнув.

– И что же там изображено? – спросил он хриплым голосом.

– Одиночество, – выдохнула я, глядя мужчине в глаза.

Не двинулся, даже не дышал. Только смотрел на меня.

И я смотрела в ответ.

Светлые волосы мужчины были в лёгком беспорядке. Бородка подчёркивала его упрямый подбородок.

Я снова перевела взгляд на его губы.

Они показались мягкими и манящими.

Я сглотнула и тут же уставилась в его глаза.

Теперь его взгляд казался задумчивым.

– Ты очень тонко чувствуешь эмоции, – произнёс он негромко. – Но сейчас уже слишком поздно. Думаю, что тебе пора спать.

– Да, простите, – опомнилась я, и развернулась, чтобы уйти, но замерла на месте. – Скажите, могу я надеяться ещё раз прийти сюда?

Обернувшись, я затаила дыхание, и посмотрела пристально на мужчину. Позволит или нет?

Даже душа, казалось, затаилась.

– Конечно, – кивнул он, возвращая себе прежнее спокойное любопытство. – В любое время.

Возможно, в ту ночь он сказал это чтобы меня не обидеть, но сейчас я стою на пороге его дома и ужасно волнуюсь.

Прошло две недели с той нашей встречи. И видят Боги, я ни дня не переставала думать о нём.

Всего одна встреча, а он для меня стал каким-то наваждением.

В прошлый раз он видел меня в халате, растрёпанную и неуверенную в себе, но сейчас я стою в джинсовой юбке красного цвета до середины бедра и в белоснежном топе. На плече сумка, а в мыслях… в них полный хаос.

Глава 3. Предложение

Дверь никто не открывает, и я снова стучусь.

Внутри меня решимость, на лице улыбка.

И снова стучусь.

Не могу уйти. Если сейчас это сделаю, то больше не смогу настроить себя на нужный лад, точно знаю. Поэтому сглотнув и облизнув пересохшие губы, давлю на дверную ручку.

Дверь поддаётся и медленно открывается, а я заглядываю внутрь и делаю короткий шаг.

– Есть кто дома? – задаю вопрос.

Знаю точно, что Лиля в универе. У неё сегодня занятия до самого вечера, а потом она снова убежит в библиотеку, чтобы зубрить свои законы.

Скольжу через прихожую и заглядываю в гостиную.

– Эй! – снова обозначаю свой присутствие.

Одна из дверей резко открывается, и из неё выходит Влад.

Широкие светлые штаны на его бёдрах сидят низко, открывая моему взгляду тёмную полоску, бегущую вниз и прячущуюся под резинкой. Голый торс, и по нему скатываются капли воды.

Только из душа, – понимаю я, и замираю от превосходного вида мужской красоты.

Сперва он меня не замечает, потому что вытирает голову махровым полотенцем. А когда всё же натыкается на меня своим бездонным взглядом, замирает.

У меня от этого взгляда едва ноги не подкашиваются.

Медленно скольжу взглядом по мужчине и непроизвольно задерживаюсь на области его паха.

– Марина, – выдыхает Влад, опуская руки и забрасывая на плечо полотенце. – Ты чего здесь?

Его голос и без того с лёгкой хрипотцой, сейчас становится ещё глубже, задевая что-то внутри меня.

– Вы разрешили мне зайти, чтобы посмотреть, над чем работаете, – говорю я, и закусываю щёку изнутри, потому что готова выругаться вслух от ярких картинок, вспыхнувших перед моим внутренним взором.

С трудом удерживаю себя на месте.

– Проходи, – говорит он. – Сейчас оденусь только.

Он вновь возвращается в комнату, из которой только что вышел, а я могу перевести дыхание.

Что же я творю?

Я ведь просто потеряла стыд!

Но я не могу больше держать себя в руках. Каждый день схожу с ума вспоминая этого мужчину.

Он словно выгравировал свой образ в моём подсознании.

Во снах его вижу. И только Боги знают, до чего я дошла в своих снах. Там я совершенно, абсолютно крышей поехала. Ведь соблазняю его каждую ночь, и мурчу как кошка в его крепких объятиях.

Скорее всего именно из-за этого постоянного напряжения я сейчас и стою здесь, тяжело дыша и крепко жмурясь. Потому что это стало для меня просто невыносимой пыткой. Это тотальное напряжение просто начало сводить с ума.

Кроет жёстко.

Может стоит сперва уточнить, может ли он уделить мне время? Потому что, как бы меня не крыло, не хочу ему мешать.

Пройдя вперёд несколько шагов, останавливаюсь возле двери Влада.

Страшно. И в тоже время очень волнительно.

Вскинув руку, только собираюсь постучать, как дверь открывается и передо мной оказывается Влад.

От неожиданности отшатываюсь.

Он подхватывает меня за талию, не позволяя упасть и смотрит в мои глаза.

– В порядке? – спрашивает он, глядя на мои губы, а я только киваю.

Во рту всё тут же пересыхает.

Помогает мне восстановить равновесие и убедившись, что точно позорно не завалюсь, идёт в сторону кухни.

– Чай, кофе? – спрашивает он, оборачиваясь.

– Воды, если можно, – говорю в ответ.

Ледяной, – добавляю про себя.

Машет рукой в направлении стола и открыв холодильник, вынимает бутылочку.

Открутив крышку, достаёт высокий стакан и, наполнив его, передаёт мне.

Едва касаюсь своими пальцами его, и вздрагиваю.

– Прости, – говорит Влад низким голосом. – Я не хотел тебя напугать.

Знал бы он, какие мысли в моей голове, уже давно бы выпер из своего дома, а не извинялся.

Делаю медленный глоток, и замечаю, как он сморит на моё горло. На то, как я пью. Затем ловит мой взгляд и резко отворачивается.

Смотрю на его широкую спину. На его руки. На то, как белоснежная футболка облепляет его спину, вычерчивая каждую мышцу.

Едва не давлюсь водой, и ставлю на стол стакан.

– Благодарю, – говорю я, вытирая губы тыльной стороной ладони.

Снова оборачивается, устремив на меня взгляд.

– Подбородок, – говорит он едва слышно.

– Что?

Делает ко мне шаг и протягивает руку.

Кончиком пальца проводит по моему подбородку и снимает каплю воды.

– О, спасибо, – выдыхаю.

Чувствую, как щёки заливает краской.

Он понимает, что мне неловко и только хмыкает.

– Что ж, идём? – спрашивает, и не дожидаясь ответа, направляется в мастерскую.

Иду следом, буквально прилипнув взглядом к его широкой спине.

В моих снах он казался ни таким большим и мощным.

От этого мои мысли и вовсе несутся вскачь, разыгрывая воображение.

Вхожу в мастерскую и замираю.

Сегодня здесь практически запустенье.

Большей части работ нет. И даже мольберт пустой.

– А где… – замолкаю, неуверенно оглядывая помещение.

– Картины увезли в галерею этим утром, – говорит Влад, вновь опираясь бедром о стол. – Ты немного опоздала.

Смотрю на него и не знаю, что сказать.

Прикусываю губу. Его взгляд становится тяжелее.

Скорее всего мне это просто кажется.

– А над чем вы работали последним? – всё же задаю вопрос.

Склонив голову набок, он берёт альбом и раскрыв его, показывает набросок.

Подхожу ближе, практически вплотную… смотрю в его глаза. Они и правда чуть потемнели.

Сглатываю и перевожу взгляд на альбом.

Передо мной набросок просёлочной дороги, по обе стороны которой растёт трава. Вдалеке виднеется гора и еловый лес.

– Потрясающе, – выдыхаю я, уже представляя, как это будет смотреться на полотне и в красках.

– Это всего лишь обычный рисунок, – улыбается Влад.

Поднимаю взгляд и решаюсь.

– А можете нарисовать… меня? – спрашиваю, затаив дыхание.

– Что? – удивляется Влад.

– Ню, – добавляю я, и перестаю дышать.

Взгляд глаза в глаза.

Сама не понимаю, что творю, и как я могу вообще такое предлагать, но слово не воробей, и теперь я, затаив дыхание, жду его ответа.

В его взгляде читается сначала удивление, потом шок, и после интерес. А потом он, не отводя от меня взгляд, медленно кивает.

Глава 4. Желание

Это какое-то помутнение рассудка, не иначе. В здравом уме я бы никогда на такое не пошла.

Это всё сны. Сны и постоянная неудовлетворённость.

Решила с огнём поиграть.

Забралась в клетку к тигру и принялась активно дёргать его за усы.

Надеюсь на что-то.

Влад… всё он прекрасно видит, всё отлично понимает. И теперь смотрит жгучим взглядом. Ждёт, не передумаю ли.

У меня по телу мурашки. Дрожь в коленках. Но я упрямо поджимаю губы и отойдя на пару шагов, бросаю сумочку на пол.

Непослушными пальчиками нащупываю пуговички на юбке.

Скорее всего моя медлительность выглядит как тщательно спланированное соблазнение, но пальцы у меня действительно слушаются с трудом, поэтому пуговицы расстёгиваются очень медленно.

Юбка летит на пол, а следом и топ.

Я стою в одном нижнем кружевном белье, глядя Владу в глаза.

Его взгляд темнеет. Челюсть плотно сжата.

Дурею просто от его вида.

Чуть прищуривается, и я всё же решаюсь.

Завожу руки за спину и расстёгиваю лифчик, а затем стягиваю трусики и сбросив их на пол, переступаю.

С ума сойти, Дёмина! Ты смогла!

Гордо вскидываю подбородок и смотрю на Влада.

Сглатывает, скользя по моему обнажённому телу потемневшим взглядом.

– Диван, – произносит негромко, стараясь скрыть свои эмоции. Но я вижу… вижу, как он на меня реагирует. Как его тело откликается на то, что находится перед ним.

– Что? – переспрашиваю, потому что мои мысли текут в совершенно другом направлении.

– Ложись на диван, – уточняет Влад, и я одобрительно улыбаюсь.

Хочу, чтобы прикоснулся своими сильными руками. Чтобы продолжал ласкать не только взглядом, но и губами, пальцами…

Божечки, это же просто нереально завестись только от одного взгляда на мужчину, верно? Но я уже чувствую, как на половых губах собирается влага.

Медленно оборачиваюсь, давая Владу разглядеть меня со всех сторон, и чуть виляя бёдрами, подхожу к дивану.

Как он сказал? Ложиться? Что ж, я лягу…

Опустившись, я кладу голову на маленькую подушку, а ноги… одну сгибаю в колене, а вторую вытягиваю на подлокотник, коленом так же чуть касаясь дивана.

Сама знаю, что моя поза очень соблазнительная.

Смотрю на Влада. Его кулаки сжаты, напряжён до предела. В глазах и вовсе настоящая Бездна. Она затягивает.

Рвано выдыхает и резко развернувшись, подходит к мольберту. Берёт с ближайшей полки подрамник и толстый большой лист.

Снова смотрит на меня. И я буквально вспыхиваю.

Сейчас я могу следить за сменой эмоций на его лице.

Чуть прищурившись, Влад склоняет голову к плечу и продолжает меня разглядывать.

Что-то решив, он приближается ко мне, и помогает мне чуть сменить позу. Укладывает мою руку так, чтобы лицо было скрыто запястьем, а коснувшись вытянутой ноги, невероятно нежно, чуть сдвигает её, сильнее открывая треугольник между моих ног.

Я задерживаю дыхание. Едва могу не дёрнуться от той волны желания, что захватывает меня, когда он прикасается.

Вернувшись к мольберту, Влад берёт в руки карандаш.

Вижу, как он напряжён. Как молчаливо ругается и проводит пятернёй по своим волосам.

Я мысленно улыбаюсь, ведь он думает, что я ничего не вижу. Но я могу подсматривать сквозь чуть растопыренные пальцы.

Но, что самое невероятное, даже прикрыв глаза, я могу почувствовать его взгляд. Он скользит по мне, ласкает.

Это какое-то безумие.

Моё тело обдаёт жаром. Словно невидимые руки скользят по нему, обводят ореолу на груди и чуть затрагивают сосок. Затем они спускаются по талии, нежно массируя мой животик, и ещё ниже… касаясь меня там.

Моё дыхание делается тяжёлым, сердце отстукивает неровный ритм.

Я плавлюсь под его взглядом и этими фантомными руками.

Возбуждаюсь до предела. Приоткрываю губы, чтобы сделать глубокий вздох. Грудь вздымается…

Карандаш падает из рук Влада, и я распахиваю глаза.

Его взгляд на меня такой голодный, что я невольно сжимаю ноги и закусываю губу.

– Боюсь, что это была не самая лучшая идея, – вибрирующим от напряжения голосом, произносит Влад.

О, нет. Нет, чёрт возьми!

Сглатываю и возвращаю себе сидячее положение.

– Почему? – спрашиваю негромко, но он только смотрит на меня пристально, словно хищник на свою добычу.

Опускаю взгляд на его пах…

Боже, он явно чувствует то же, что и я!

Поднимаюсь и подхожу.

Он замирает, даже шаг боится сделать. Только пожирает меня голодным взглядом. А я встаю прямо перед ним и смотрю на рисунок. Мой рот сам раскрывается буквой «О».

Это всего лишь набросок, но то, как оказались прорисованы линии моей груди и талии, как выделяется треугольник между ног, это…

У меня даже слов нет, чтобы описать моё восхищение.

Тяжёлое дыхание позади.

Чувствую жар от его тела.

Во мне поднимается дикое желание прикоснуться к мужчине за спиной.

Чуть отступаю, прижимаясь лопатками к его груди. Попой упираюсь в пах и чувствую его ни малых размеров желание.

Ничего не могу с собой поделать, запрокидываю голову и, прикрыв глаза, протяжно выдыхаю.

Сперва он каменеет, словно статуя, но спустя миг, медленно и аккуратно кладёт руку на мою талию.

Кожу головы опаляет жарким дыханием.

Чуть веду бедром и едва не стону, когда Влад вдыхает сквозь стиснутые зубы.

– Марина, – хрипит.

Оборачиваюсь в его руках и заглядываю в глаза.

В них читаю такой водоворот эмоций, что сама начинаю хрипеть, когда говорю:

– Ошибаешься. Это была самая лучшая идея.

Глава 5. Срыв

Влад…

Это какое-то грёбанное мучение.

Член колом, яйца каменеют. А я могу только смотреть на эту красоту и пускать слюни.

Почему эта девчонка вообще решила пойти на такой шаг? Разве не понимает, какое она производит впечатление? Да тут даже импотент обкончается!

Когда она предложила мне нарисовать её голой, не поверил своим ушам. Смотрел в её глаза, а в них решимость.

Подумал, что – это будет сложно, но вполне возможно.

Ох, как же я тогда ошибся. Потому что это нифига ни сложно, это охренеть как невозможно! Потому что от одного только взгляда на то, как она снимает с себя юбочку с топом, а потом и бельё, завело меня так, словно я в стрипбаре, а танцовщица исполняет для меня приват.

В принципе, это недалеко от реальности. С одной только разницей, что Марина не девушка лёгкого поведения, а подруга моей дочери.

Чёрт побери, она подруга! ПОДРУГА… ДОЧЕРИ!!!

Я даже дышать перестал тогда. Понадеялся, что нехватка кислорода скажется и на моём приятеле. Успокоит его, что ли, но ни тут-то было.

Эта хулиганка приняла настолько соблазнительную позу, что у меня в глазах темнеть начало.

Блядь, так же и сердечный приступ схлопотать можно!

Кое-как собравшись с силами, принялся делать набросок. Но с каждой линией, что я наносил на белый лист, я просто шёл по самому краю пропасти. А когда она сделала глубокий вздох, я понял, это всё…

Даже карандаш из пальцев выскользнул. А я смотрел на эту девчонку и пошевелиться боялся. Потому что сорваться готов был. Потому что неистовой красотой, линиями своего совершенного тела она просто свела меня с ума!

Да – она подруга Лили, но разве я железный?

Чувствую физическую боль от перенапряжения.

Взвыть готов. Схватить её и усадив на стол, просто ворваться в её тело.

Кроет меня. Впервые за всю мою грёбанную жизнь меня так жёстко кроет по ком-то.

Стоило раньше всё остановить. Нужно было запихнуть её бельё и другую одежду в руки и просто выпроводить из дома.

Но только я не смог. Залип как идиот, а теперь стою, член торчит, и, если в ближайшем времени не наступит разрядка, клянусь, сдохну просто.

Подойдя к мольберту, Марина смотрит на рисунок. Просто несколько линий карандашом, а она в восхищении раскрывает свой ротик.

Боги, кто бы знал, какие в этот самый момент в мою дурную голову мысли лезут…

Прижимается попой к моему паху, и я просто пропадаю. Обнимаю её непроизвольно.

Да потому что тот хрупкий контроль, что я пытался удержать, просто слетает нахрен!

Она так идеально подходит под моё тело. Член точно в выемку на её попке располагается.

Едва не задыхаюсь.

Оборачивается в кольце моих рук и смотрит в глаза.

Её взгляд чуть затуманен, словно она и сама на пределе.

Что ж ты делаешь, малышка?

– Ошибаешься, – выдыхает Марина грудным голосом. – Это была самая лучшая идея, – говорит она и приподнявшись на носочки, тянется за поцелуем.

Единственное, на что ещё меня хватило, это не трахнуть её прямо так.

Впиваюсь в её сладкие губы поцелуем, и тут же имею её рот своим языком.

Член едва не рвёт штаны. А Марина прижимается ко мне всем телом, и мой бугор прямо между её стройных ножек.

Твою мать… я же кончу сейчас…

Чуть трётся об меня, и я начинаю стонать.

Боже, не дай только сделать это вот так.

Жмурюсь, чуть отстраняясь.

Но аромат её тела уже проник в мой мозг и отключил все запреты. Сломал нахрен любую возможность сдать назад.

– Влад, – вырывается из её горла со стоном.

– Остановись, – выдыхаю на последних каплях разума.

– Я… я не могу-у-у, – стонет Марина, и обхватывает мой член ладошкой сквозь штаны.

Звёзды перед глазами.

– Что же ты творишь?