Гибрид. Книга 5. Новые горизонты

Пролог

В Таэрин мы прибыли через шесть с небольшим рэйнов[1] после вылета из крепости Ровная, так что примерно в половине десятого утра наш ардэ приземлился перед воротами столичной резиденции рода Хатхэ.

К счастью, машина оказалась скоростной, с супермощным движком, плюс мастер Даэ распорядился выделить для нас семейную трассу, так что путешествие заняло в два раза меньше времени, чем если бы я отправился в столицу на медлительном аэробусе.

Пилот тоже приятно порадовал – немолодой, молчаливый, вооруженный до зубов мужчина, который не только классно водил, но и благоразумно дал мне выспаться по дороге, да еще и съестным заранее озаботился, так что к моменту приземления я был относительно бодр, более-менее сыт и, благодаря Эмме, практически здоров.

Как только машина приземлилась, я не стал дожидаться, когда водитель заглушит мотор и выйдет, чтобы открыть мне дверь, а вместо этого сам дернул за ручку и выбрался из салона, незамедлительно двинувшись к дому. Ворота при моем приближении плавно распахнулись – видимо, о нашем появлении охрану предупредили заранее, так что я почти бегом пересек роскошный сад, а уже у дверей меня встретили.

Правда, когда вместо слуги на пороге резиденции Хатхэ возник лэн Ноэм Даорн, я на мгновение опешил – Эмма не успела меня предупредить, что он тоже здесь, а сам я глянуть на дом вторым зрением не догадался, так что встреча получилась по-настоящему неожиданной.

Наверное, именно поэтому еще один бесконечно долгий миг я непростительно колебался, гадая, что подумает наставник о моих недавних художествах и о том, в какие развалины я превратил дорогую его сердцу крепость. Но потом увидел его лицо, заглянул в его глаза и, выкинув все сомнения из головы, впервые позволил себе просто подойти и крепко обнять человека, которого ценил и уважал, как родного отца.

– Проклятие, Адрэа! – выдохнул наставник, так же крепко обняв меня в ответ. – Как… ну как ты это делаешь?! Куда ни пойдешь, всюду во что-нибудь влипнешь! Даже на практике умудрился приключения себе найти!

Я с улыбкой отстранился.

Кажется, нечто подобное мне уже говорили?

– Я не специально, лэн. Оно само.

– Все так говорят, а потом, понимаешь ли, полигоны на пустом месте рушатся, – пробормотал тот, отступив на шаг, а потом резко посерьезнел. – Идем. Арли в детской. Надеюсь, у тебя получится сделать то, что не вышло у нас.

– Что с ней? – тревожно спросил я, быстрым шагом последовав за наставником в гостиную и запоздало сообразив подключить второе зрение.

На первый взгляд, все было в порядке – дом как дом, магии, как и раньше, в нем виделось в избытке. Защита тоже была на месте, ну разве что стала еще более мощной, чем раньше. Что же касается аур… да, их я тоже видел. На первом этаже, на втором и даже на третьем. Но если в целом и общем они оказались рассредоточены по дому и вокруг него более или менее равномерно, то на втором этаже явно было что-то не так.

А вот и Арли… уж ее-то ауру я узнаю из тысячи, да и не проживали другие дети в доме мастера Даэ Хатхэ. Малявка была жива, что успокаивало, однако ее аура стала больше раза, наверное, в два, и настолько яркой… я бы даже сказал, агрессивно яркой, что это бросалось в глаза.

Все остальное выглядело как обычно. Куча комнат по обе стороны длинного коридора, какие-то артефакты, стандартные маготехнические устройства, магическая защита на окнах… Правда, неподалеку от Арли виднелось несколько посторонних аур. Судя по тому, что я увидел, это мастер Даэ, мама Арли и еще двое людей, которых я не знал.

Но почему они не рядом с ней? Почему малявка стоит одна-одинешенька посреди детской, а они всем скопом толкутся снаружи? Что за фигня? Ей что, помощь не нужна? Или я чего-то не понял?

– Лэн? – переспросил я, когда лэн Даорн так и не ответил на мой вопрос. – Так что с Арли?

– Точно не знаю, – бросил тот, бегом поднимаясь по лестнице. – Но этой ночью она устроила страшный переполох. Мастер Даэ сказал, что она кричала, буянила. Затем впала в транс. А перед этим несколько раз повторила твое имя, поэтому ее мама первым же делом позвонила мне. Потом мастер Даэ связался с лэном Нардэ. А когда выяснилось, что этой ночью в крепости Ровная открылся разлом и тебя угораздило в нем едва не погибнуть, он велел доставить тебя сюда. Ну а я уже сам приехал.

Я нахмурился.

Странно. Что могло быть общего между разломом, моей мнимой смертью и правнучкой великого мастера? Почему это так повлияло на маленькую лэнну из рода Хатхэ? И почему она звала на помощь именно меня, а не маму или многочисленных, горячо ее любящих и очень влиятельных дедушек?

Наконец мы поднялись на второй этаж, и я буквально с ходу наткнулся на тяжелый изучающий взгляд своего второго учителя.

– Явился? – сухо осведомился мастер Даэ, буравя меня сузившимися глазами.

Я от такого приема нахмурился еще больше, а потом обвел глазами собравшихся: чем-то очень недовольный мастер Даэ Хатхэ, заплаканная лэнна Оми, которая при виде меня слегка посветлела лицом, стоящий в стороне хмурого вида мужик средних лет… возможно, кто-то из охраны. И совсем еще молоденькая, коренастая, крепко сбитая девица лет двадцати с серыми глазами, коротко стриженной русой шевелюрой и цепким взглядом профессионального киллера.

Вероятно, это и есть лэнна Лусина, новая охранница Арли.

– Что ты можешь сказать по этому поводу? – грозно осведомился мастер Даэ, кивнув на дверь, за которой отчетливо просматривалась изменившаяся аура девчонки.

– Ур-р! – угрожающе заворчал из нагрудного кармана Ши, после чего выбрался, мгновенно приковав к себе все взгляды, и настороженно принюхался.

Я машинально накрыл его ладонью.

– Ничего, мастер. Я узнал, что с Арли что-то не так, всего шесть с небольшим рэйнов назад. И прибыл в ваш дом сразу же, как только смог.

– Дедушка… – с укором коснулась плеча мастера Даэ лэнна Оми. – Ну что ты так сразу? Лэн Гурто ни в чем не виноват. Его даже не было здесь, когда это случилось!

– А что конкретно случилось, лэнна? – перевел я на нее взгляд, по-прежнему придерживая недовольного йорка. Тот чувствовал царящее в коридоре напряжение, понимал, что что-то не так, поэтому упрямо высунулся наружу, ощерил клычки и, как и раньше, был готов защищать меня до последнего вздоха. – Мастер Рао толком ничего не рассказал. Лэн Даорн сообщил лишь, что Арли впала в транс. Это правда?

Лэнна Оми с трудом отвела взгляд от Ши и прерывисто вздохнула.

– Она вчера весь день была сама не своя, металась из комнаты в комнату, отказалась завтракать, а когда настало время отправляться в школу, устроила грандиозный скандал. Сказала, что ей нехорошо, что ее тошнит и что она никуда не поедет, поэтому мы оставили ее дома. К обеду она вроде успокоилась и уснула, но вскоре проснулась с криком, что вы, лэн Гурто, в беде и что вам срочно нужна помощь.

– Я в беде?! – совершенно искренне опешил я.

– Ш-ш! – раздраженно распушил хвост йорк, но лэнна Оми не обратила на него внимания.

– Да. Арлиза сказала именно так, а потом помчалась в кабинет прадеда и потребовала, чтобы тот срочно отправил кого-нибудь в крепость Ровная тебе на помощь.

– Куда?! – вздрогнул я.

– В крепость Ровная, – так же сухо отозвался вместо внучки мастер Даэ, когда я ошеломленно замер. – Арли сказала, что скоро там произойдет что-то нехорошее, что ты попадешь в беду, и вот тогда мы обеспокоились.

У меня в голове лихорадочно забегали мысли.

Вообще-то один раз малявка уже предупредила меня об опасности, причем тогда, когда я сам об этом даже не подозревал. И она совершенно точно не знала, куда я отправлюсь: я не говорил с ней после того, как у нас изменилось место практики. При этом лэн Нардэ Хатхэ, комендант крепости Ровная, когда-то сказал, что узнал мое имя именно от внучки. Так что если лэн Даорн и мастер Даэ не делились с ней этой информацией… а им вряд ли пришло бы в голову извещать об этом девочку, с которой мы виделись, по их мнению, всего пару раз…

Кстати, вчера в обед я еще только гонялся по лесу за придурком Дэмом. В обед на меня еще даже дарнам не напал. Но девчонка каким-то образом почувствовала неладное и попыталась предупредить родных. А через них, наверное, и меня. Как тогда, в промзоне, перед самым взрывом.

То есть получается, что она – не просто высокородная малявка, а еще и маленькая провидица?!

– У Арли и раньше случались озарения, – подтвердил мои предположения мастер Даэ. – Кратковременные, на уровне смутных ощущений. Но они ничем ее не тревожили. Она про них и не помнила-то толком. Сказала и тут же забыла, как все дети, которым внезапно пришел в голову какой-то пустяк. К тому же для полноценного предвидения ей еще рано, в ее даре даже не наметилось соответствующих изменений, поэтому мы не ждали подвоха. Напротив, я посчитал, что правнучка что-то от меня скрыла. И что, несмотря на отсутствие браслета, между ней и тобой появилась некая… скажем так… нежелательная для нее связь.

– Деду показалось, что Арли неспроста заговорила именно о вас, лэн Гурто, – поспешила пояснить слова старика лэнна Оми, пока я тихо офигевал от услышанного. – Первые предвидения обычно непостоянны, мимолетны и, как правило, связаны с конкретным человеком. С кем-то, кто очень важен для провидца. С близким членом семьи. Например, с матерью или отцом. Но Арли…

– В крепости Ровная служат немало ее родственников, включая ее родного деда, однако она упомянула только тебя, – недобро посмотрел на меня мастер Даэ. – Просила спасти не их, а именно тебя. И это показалось мне неправильным.

У меня неприятно засосало под ложечкой.

– Что вы сделали?

– Я пытался найти связь между моей Арли и тобой… а нашел вот это, – в руке учителя появилась золотая подвеска с маленьким йорком, которую не так давно я собственноручно надел малявке на шею. – Это ведь твой подарок?

– Э-э… да.

– А ты знал, что не имеешь права дарить чужим детям что-либо без разрешения родителей? Особенно одаренным детям? И особенно провидцам?

Вот уж когда я едва не растерялся.

– У Арли был день рождения. Как я мог прийти без подарка? Да и кто бы мне сказал, что у вас в доме подрастает маленькая провидица?

– Это общепринятые правила. Во всем Норлаэне. Во всех родах.

– У меня нет рода, – мгновенно подобрался я, вообще не понимая, с чего вдруг такие претензии. – Я – сирота, так что некому было рассказать мне про подобные ограничения.

У мастера Даэ опасно сверкнули глаза.

– А в школе этикету тебя не учили? Даорн разве не говорил, что можно и что нельзя?

– Когда мы познакомились с Арли, ему было несколько не до этикета, лэн Хатхэ, – холодно отчеканил я, тогда как йорк грозно оскалился. Ему, как и мне, категорически не нравился тон разговора. – А потом мы к вам в гости не приходили. Нас, если помните, не приглашали. Вплоть до дня рождения Арли.

– Дедушка… – снова сжала плечо мастера Даэ лэнна Оми, когда тот раздраженно дернул щекой и явно собрался сказать что-то резкое и не совсем для меня приятное. – Ну, пожалуйста, перестань. Ты ведь проверил кулон, на нем не было магической привязки. А значит, Адрэа не мог повлиять на Арли.

– Зачем мне на нее влиять? – вопросительно посмотрел я на лэнну Оми. – Это простая подвеска. В ней и магии-то никакой нет, хотя сделал ее маг, это верно. Но ни ему, ни мне даже в голову не могло прийти навредить вашей дочери. Лэнна, готов вам поклясться в этом на определителе ауры. Арли – славная девочка, и я бы ни за что в жизни ее не обидел.

Мастер Даэ в ответ мрачно зыркнул на меня из-под густых бровей, а лэнна Оми горестно всплеснула руками.

– Вот видишь! Ты зря расстроил Арли! А теперь она…

Женщина вдруг запнулась, а потом быстро отвернулась, пряча заблестевшие глаза. И вот тогда до меня наконец начало доходить.

Судя по всему, в воспитании маленьких провидцев есть некоторые особенности, в том числе и поэтому маленькой Арли никто и никогда не дарил ценных подарков. Ценный подарок – это почти всегда означает привязанность ребенка к дарящему. Поэтому подарки – это прерогатива исключительно близких родственников.

Однако никто не знал, что между мной и Арли образовалась тесная связь и без всяких там подарков. После того, как я вытащил ее из плена, она просто не могла ко мне не привязаться. Вероятно, именно поэтому, когда ее дар по-настоящему проснулся, первое же ее предвидение оказалось связано именно со мной!

– Так что с ней произошло? – внутренне похолодев, спросил я у мастера Даэ.

Тот поджал губы.

– Я забрал у Арли твой подарок, и она на меня страшно обиделась. Даже выкрикнула бранное слово, за что была немедленно наказана. После этого на ужин она уже не спустилась и до вечера заперлась в детской, отказавшись с кем-либо разговаривать.

– Она долго плакала, – прерывисто вздохнула лэнна Оми. – Ругалась на дедушку, несколько раз упоминала ваше имя, лэн Гурто, но мне о причинах так ничего и не сказала. Я не смогла из нее вытянуть ни единого слова, и для Арли это совсем не характерно. Обычно она все мне рассказывает. И только в последнее время…

Лэнна вдруг осеклась, словно спохватившись, что наговорила лишнего, а потом собралась с мыслями и продолжила:

– Когда она уснула, я немного успокоилась – дети поутру обычно забывают неприятности, которые случились с ними вечером. Но посреди ночи Арли проснулась со страшным криком, после чего почти сразу впала в транс и с тех пор не приходит в себя. Мы не можем до нее докричаться. Она даже приблизиться к себе не позволяет. Поэтому я подумала… быть может, если она случайно сумела к вам привязаться, а ее видение оказалось связано именно с вами, то вдруг у вас получится ее разбудить, лэн Гурто? Вдруг вы сумеете ей помочь?

Она с надеждой на меня посмотрела, заломив руки и уже не скрывая слез, тогда как я вместо ответа быстро подошел к двери детской и рывком ее распахнул.

– Ш-ш-ш! – тут же вскинулся йорк, моментально выбравшись из моей руки, сиганул мне на плечо, где пребольно вцепился когтями и снова яростно зашипел.

Мать моя женщина…

Когда я заглянул внутрь, мне показалось, что меня двинули в грудь ледяным тараном, насколько мощным был полученный мною удар. От него в глазах моментально помутилось, все тело занемело, а в ушах зашумело, словно меня дубиной по темечку огрели. Причем хорошо так огрели, от души. Более того, я почувствовал себя почти так же, как возле разлома, когда там появился пожиратель. За тем исключением, что пожиратель пытался заставить меня подойти ближе, а из детской меня в прямом смысле стремились вытолкнуть. Не дать войти. Причем с такой силой, что даже просто устоять на ногах оказалось ой как непросто.

«Внимание! – прошелестела в моей голове Эмма. – Зафиксирована попытка ментального воздействия высокого уровня. Источник воздействия определен как субъект «Арли». Активирована найниитовая защита. Субъект контакту недоступен. Уровень сознания определяется как низкий, состояние – глубокий неконтролируемый транс. Уровень воздействия имеет тенденцию к нарастанию. Вероятно, субъект бессознательно реагирует на появление посторонних, поэтому настоятельно рекомендую удалиться от источника на расстояние не менее майна»[2].

Я пошатнулся, вцепившись в дверь и наличник обеими руками, и, заметив краем глаза, как отступили в сторону мастер Даэ, лэнна Оми и даже лэн Даорн, упрямо мотнул головой.

Нет уж. Хрена с два я теперь отсюда уйду!

– Сиди здесь, – коротко велел я йорку. – За мной не ходить. Сторожить дверь, никого сюда не впускать.

«Выставь защиту на максимум, – уже мысленно обратился я к подруге. – Попробуй снизить уровень воздействия. Если не получится, бери управление на себя, как у разлома. Надо добраться до Арли и попробовать ее разбудить».

«Принято», – отозвалась Эмма, приступив к выполнению приказа. Йорк, недовольно засопев, спрыгнул с моего плеча и занял оборонительную позицию у двери. Тогда как я, накренившись, будто в сильную бурю, сцепил зубы и, сделав неимоверно трудный шаг, все-таки переступил порог детской.

Сила ментального удара у Арли оказалась такой, что меня едва не расплющило. Девчонка оказалась сильна… очень мощная из нее вырастет магичка. Думаю, мастер Даэ не один раз пробовал сюда войти, но, судя по всему, потерпел поражение.

«Найниитовая защита выставлена на максимум, – почти сразу отрапортовала Эмма. И буквально через мгновение, за которое легче мне ничуть не стало, добавила: – Беру управление на себя».

Только после этого меня перестало выталкивать из комнаты, а чудовищное давление на разум ослабло. Я снова начал нормально соображать, в глазах прояснилось, мои мозги перестали пытаться вылезти из ушей. При этом контроль над телом я полностью утратил и мог только следить за тем, как мое туловище спокойно распрямляется, как рука без видимых усилий тянется к дверной ручке, а потом захлопывает дверь, отсекая родственников от детской, ну и заодно не давая им смотреть на то, что будет дальше.

Арли я тоже увидел – когда зрение ко мне вернулось, я обнаружил, что малявка стоит возле разворошенной постели. Босая, растрепанная, в одной только белой пижаме. Стоит, раскинув в стороны руки и запрокинув голову. Неподвижная, как статуя. Бледная, как смерть. Стоит, открыв рот, и беззвучно кричит, причем с такой силой, что хоть из ее рта не вырывалось ни единого звука, мощь этого молчаливого вопля оказалась такой, что нам с Эммой даже вдвоем было непросто его выдерживать.

Я прямо чувствовал, с каким усилием подруге приходится делать каждый шаг и преодолевать выставленную соплячкой защиту. Я словно в густом киселе оказался. На дне океана. Под невидимым, но воистину чудовищным давлением, сквозь которое приходилось прямо-таки продираться, чтобы продвинуться хотя бы на волосок.

Арли, судя по всему, настолько разозлилась, испугалась и одновременно расстроилась… настолько обиделась на деда с матерью и больше не захотела никого видеть, что даже меня пыталась вышвырнуть из комнаты. Уверен, если бы не Эмма, фига с два я вообще смог бы к ней подойти.

Наконец, спустя несколько мэнов[3] отчаянной борьбы, подруга смогла подвести меня к девчонке на расстояние вытянутой руки. И уже там я попросил Эмму вернуть мне контроль над телом, после чего тут же оказался под безумно тяжелым прессом и, не выдержав давления, буквально рухнул перед находящейся в трансе девочкой на колени.

– Арли! – просипел я, с трудом подняв неимоверно тяжелые руки и приложив их к детским щечкам. – Арли, очнись!

Дайн! Ее кожа была холодна как лед! Гладкая, словно фарфоровая, с крохотными капельками застывших слезинок… Сколько она уже так стоит? Рэйнов шесть? Семь? Больше?

Я покосился по сторонам и только сейчас заметил, что в комнате не просто холодно, а по ней прямо-таки гуляют сквозняки. Но не потому, что кто-то забыл закрыть окно, а оттого, что все стекла в детской попросту повышибало, так что температура в комнате ничем не отличалась от той, что царила на улице.

А малявка, между прочим, в одной пижаме из постели выбралась. Озябшая вся, застывшая, как сосулька на морозе… так ведь и воспаление легких подхватить недолго. А то и еще чего похуже, потому что в середине весны в Норлаэне было, прямо скажем, не жарко.

– Арли, – повторил я, аккуратно погладив ледяное личико. – Арли, солнце мое… это я, Адрэа. Слышишь?!

Девчонка неожиданно опустила голову и уставилась на меня жутковатыми белками глаз.

– Адрэа-а?

Она была похожа на куклу, у которой от резкого движения закатились глазные яблоки. Все такая же холодная, неподвижная, неживая. Голос тоже был какой-то механический. Да и слова девчонка тянула так, словно забыла, как говорить, и лишь сейчас начинала вспоминать, как это делается.

Одно хорошо – как только она заговорила, ментальное давление резко ослабло, словно Арли действительно начала приходить в себя. Она больше не пыталась меня оттолкнуть, не стремилась отбросить подальше как ненужную или опасную вещь. Напротив, с каждым мгновением исходящая от нее жутковатая сила теряла напор и стремительно пряталась куда-то в глубину ее пугающих белых глаз, тогда как Эмма с облегчением подтвердила, что уровень ментальной угрозы наконец-то пошел на спад.

– Адрэа… – снова прошептала девчонка, словно в забытьи.

– Это я, я, – поспешил успокоить ее я. – Привет, малявка. Ты обещала мне, что не будешь делать глупости, помнишь? А сама вместо этого чего вытворяешь?

У нее медленно-медленно, с явным усилием закрылись, а потом снова открылись глаза, из-под которых показались уже не жутковатые белки, а самые обычные, ну разве что еще подернутые пеленой карие радужки.

– Живой… – прошептала она, уставившись на меня все тем же жутковатым неподвижным взором. После чего вдруг слабо улыбнулась, опустила руки, положила озябшие ладошки на мои щеки, обхватив лицо так же, как я держал ее.

А потом из нее словно стержень выдернули.

Девчонка пошатнулась, закатила глаза и резко осела, словно у нее внезапно закончились силы. Я едва успел ее подхватить, чтобы она не грохнулась на пол и не расшиблась ненароком. Подумал даже, что потеряла сознание. Всполошился, конечно: я ж все-таки не целитель, ничем, кроме регенератора, помочь не смогу. После чего подскочил на ноги, сдернул с постели одеяло, закутал замерзшую до полусмерти малявку до бровей. Прижал к себе, не зная, что еще для нее сделать. А потом с тревогой всмотрелся в ее бледное личико и через мгновение шумно выдохнул: она улыбалась.

– Живой, – едва слышно повторила Арли, когда наши взгляды встретились. – Адрэа, ты правда вернулся?

– Конечно. Я ведь обещал, – с облегчением отозвался я, присаживаясь на край постели. – Ну и напугала же ты меня. Весь дом на уши поставила. Маму до слез довела, дедушек до заикания… Ну вот скажи, неужели было из-за чего паниковать? Неужто оно того стоило, а?

– Да, – из последних сил прошелестела мелкая, после чего закрыла глаза и тихо-тихо добавила: – Прости.

Глава 1

К тому моменту, как я добрался до выхода и, неся Арли на руках, пинком распахнул дверь детской, девчонка окончательно успокоилась, ее аура пришла в порядок, ощущение витавшей в комнате угрозы бесследно исчезло, и только ветер гулял в разбитых окнах да хрустели осколки у меня под сапогами.

– Арли! – воскликнула лэнна Оми, увидев мою ношу, а потом кинулась навстречу, едва не раздавив юркнувшего в сторону йорка. – Доченька!

– С ней все хорошо, – поспешил успокоить я встревоженную мать и аккуратно передал закутанную в одеяло малявку в требовательно протянутые руки. – Она жива, здорова. Замерзла только, так что надо ее согреть.

Ши тем временем добрался до меня и, вскарабкавшись на мое плечо, с любопытством взглянул на похожую на куль Арли.

– Ур-рш?

– Своя, – улыбнулся я, освободив руки и отступив в сторону. – Когда-нибудь я вас познакомлю.

– Спасибо, лэн Гурто, – прошептала лэнна Оми, прижав дочку к груди. – Спасибо большое! Вы не представляете, что для нас сделали!

Она коротко мне поклонилась и развернулась, чтобы перенести дочь в другую комнату, но тут Арли буквально взбунтовалась.

– Нет! Не хочу! Не надо! Адрэа, не уходи-и-и!

Ее мама охнула, пошатнулась, когда девчонка начала яростно брыкаться. Мастер Даэ тоже подскочил и попытался перехватить отчаянно пытающуюся выпутаться из одеяла правнучку. Потом уже и лэн Даорн подключился. Лэнна Лусина на помощь бросилась. Однако Арли издала неожиданно громкий вопль, подкрепленный приличным по силе ментальным ударом. А когда родственники и опешившая от такого поворота дел охранница непроизвольно отшатнулись, малявка ловко спрыгнула на пол. Припала на одно колено, наверняка больно стукнувшись об пол, но не обратила на это никакого внимания. После чего кинулась обратно и клещом вцепилась в мою ногу.

– Адрэа, не уходи! Мне без тебя страшно-о-о!

Ох ты ж е-мое…

В полнейшей растерянности я замер, не понимая, что вообще происходит, но рыдающий ребенок требовал произведения каких-то действий. Я, конечно, не бог весть какой нянь, но все же наклониться и подхватить всхлипывающую соплячку на руки ума у меня хватило.

– Арли, ну ты что? – проговорил я, погладив уткнувшуюся в меня девчонку по растрепанной макушке. – Чего ты испугалась?

– Там – монстры, – пробормотала Арли, крепко обняв меня за шею.

Я посмотрел на изумленно взирающего на меня наставника с беззвучным воплем: «А-а, спасите-помогите, что мне делать?!» Но поняв, что от него в этом деле мало толку, с досадой отвернулся и снова спросил у перепуганного ребенка:

– Что еще за монстры?

Арли неожиданно отстранилась. Хотела было что-то сказать, но внезапно увидела изумленно взирающего на нее с моей макушки йорка и замерла, разинув рот.