Некромантическое дело

В нос бьет запах пыли, старой бумаги и горького крепкого кофе. Дверь за мной с грохотом захлопывается, но никто из сидящих в помещении не поднимает головы. Ни суетливый человечек, больше похожий на горку из волос с лапками, что-то набирающий на печатной машинке, ни деловая, ярко накрашенная ведьма (а я уверена, что это она), ни хмурый тип, на столе которого скопилось штук пять кружек.

— Добрый день, — произношу я с самой приветливой улыбкой, на которую способна. — Я ваш новый стажер, Элиана Зарейн. Приятно познакомиться!

И ничего не меняется. Только меховая гора сдвигает каретку печатной машинки с характерным звоном. Мой предполагаемый начальник даже бровью не ведет, закрывая папку и откладывая ее на одну из стопок.

— Сразу говорю, даже пытаться запомнить имя не буду, — наконец говорит он, но глаз так и не поднимает. — На сутки это делать бесполезно.

— Я здесь надолго, — сразу возражаю я.

И только тогда удостаиваюсь внимательного, пробирающего взгляда светло-серых холодных глаз.

— Смело. Даже дерзко, стажер. Вы осторожней со словами, кто-то другой мог бы принять их за вызов.

— Просто сразу решила предупредить. — Я продолжаю невинно улыбаться, не отводя взгляда.

У меня особые обстоятельства. Я упрямая, и меня не напугать трудностями и неупокоенными душами. Ну, я так думаю.

— Майор Варрен Дюрейн, — представляется мой начальник, поднимаясь из-за стола. — Советую запомнить. Иначе вылетите отсюда в свой изначальный мир после первой же ошибки.

Стоит ему встать, как в глаза бросается высокий рост, широкие плечи, ровная осанка, идеально сидящая черная форма.

Теперь я замечаю лежащие на столе черные перчатки, прятавшиеся за тремя из пяти кружек, и такой же плащ, висящий на стуле.

Не черного цвета у Дюрейна только значок стража грани на груди, да светлая, почти белая кожа. Ах да, и глаза.

Начальник рассматривает меня и недовольно качает головой.

— Сутки, — убеждается он и переставляет чашку.

Я растерянно одергиваю куртку коричневой формы стажера стражей грани и поправляю волосы, забранные в высокий хвост.

— Трое, — мелодично отзывается та, которую я посчитала ведьмой.

Гора меха тоже что-то булькает и снова дзынькает кареткой.

Я нервно сглатываю, пытаясь понять, о чем же они вообще. В моем внешнем виде смущать может только мой любимый розовый блокнот и ручка с помпоном, торчащие из нагрудного кармана. Но от них я точно не откажусь!

Дюрейн очень скептически смотрит на меня.

— Первое задание, — говорит он строгим баритоном.

Я подбираюсь в предвкушении: это шанс показать себя с лучшей стороны.

— Принеси мне кофе. Эспрессо. Крепкий. Чашку найдешь у кофемашины.

Я украдкой кидаю взгляд на заваленный чашками стол начальника, но тут же отвожу глаза, чтобы он не заметил моего удивления. Ладно, приказы не обсуждают.

— А кофемашина где?

— У архива, — произносит Дюрейн и теряет ко мне интерес.

Коридоры в отделе серые и унылые, выглядят одинаковыми. Разнообразие вносит только сквозняк и таблички с предупреждениями. «Все порталы закрываются в полночь», «Осторожно! Возможен потусторонний ветер», «Берегите носки».

Отец повлиял на то, чтобы меня отправили именно сюда, надеясь, что я не выдержу и вернусь домой. Странностей здесь полно, но сложностей пока не видно.

— Что, легко не собираешься сдаваться? — раздается мелодичный голос ведьмы.

Она стоит в проходе, держа в руках чашку в виде тыквы.

— Нет. У меня есть цель, — отвечаю я.

Ведьма снова окидывает меня взглядом.

— Может, надо было ставить на пару недель, — говорит она. — Целеустремленная ты наша. Ты третий раз проходишь по этому коридору, но все еще не теряешь надежды найти нужную дверь.

— Я ищу не дверь, а кофемашину.

— Ну конечно, — усмехается она. — А чего не спросишь?

— Чтобы начальник сразу посчитал меня бесполезной?

— Он уже так думает, терять нечего. Идем. — Она кивает в сторону темного ответвления коридора.

Глаза ведьмы светятся, как у кошки, и она без колебаний идет в почти полной темноте. Жутенько, жуть как! Один раз мне даже кажется, что кто-то касается моей ноги, и я вздрагиваю.

— Первое впечатление часто обманчиво, — произносит ведьма. Она щелкает выключателем на стене, и коридор заливает тусклый, мерцающий свет. — Например, Варрен кажется мрачным и занудным типом. Так вот это правильное впечатление. Типичный некромант, который не любит слишком широких улыбок, розовый цвет и сладкий латте.

Ведьма нажимает что-то на кофемашине, и та начинает угрюмо гудеть. Должно быть, я — воплощение всех кошмаров майора.

— Но бегут от нас из-за непередаваемого сочетания перекрестка граней, — вздыхает ведьма.

— Это каких же? — настораживаюсь я.

— Вот, например… — Она щурится, а потом резко отклоняется в сторону.

Кофемашина вместо того, чтобы наливать напиток в чашку ведьмы, выплевывает горячую воду. И только после этого выдает порцию кофе.

— И это еще мелочи, — вздыхает ведьма. — Я, кстати, Романа.

Она салютует мне своей тыквой и уходит дальше по коридору в темноту.

Да уж. Я с опасением подхожу ближе к кофемашине. Снова чудится прикосновение чего-то прохладного и пушистого к щиколотке, но я не обращаю внимания, сосредотачиваясь на задании.

Это чудо-изобретение дворфов выглядит как железный монстр, состоящий из трубочек и металла. Только с характером. Но надо же как-то поручение начальника выполнять!

— Поработаем, малышка? — Я поглаживаю кофемашину. — Мне нужен обычный черный кофе. Иначе мне тут не задержаться, и тогда папа отправит меня вышивать. А я не умею! Все пальцы исколола…

Машина словно сочувственно булькает в глубине своего металлического тела. Я дергаю за нужные рычажки, и вскоре простая черная чашка, которую я нашла рядом, наполняется ароматным крепким кофе.

— Интересно, а мне сделаешь чашечку?

«Ур-бр» в ответ от кофемашины я расцениваю как «да». На панели загораются лампочки: сиропы, приправы, сливки… Кажется, мне сочувствуют!

Подумав, делаю себе латте с тыквенным сиропом в найденной здесь кружке с крышкой.

По пути обратно меня чуть не накрывает ливнем, а в другом месте приходится перебираться через сугробы. Кажется, я начинаю понимать, что за сюрпризы в этом отделении.

— Ваш кофе! — бодро рапортую я, подходя к столу начальника. — Еще распоряжения?

Удостаиваюсь одобрительного хмыка со стороны ведьмы. Она уже здесь?! Волосатик не отрывается от пишущей машинки, а Дюрейн только на миг поднимает голову и хмурится, удивленно глядя на кружку в моих руках.

— Поставь. — Он коротко кивает на угол с пятью пустыми чашками.

Пока я пристраиваю кофе, выискивая место, раздается странный звук, похожий на звон колокольчика. Суетливый волосатик резко поворачивается вместе со стулом в сторону хрустального шара, стоящего на отдельном столе. Он что-то записывает, а потом громко озвучивает хриплым голосом:

— Ма-ор! Буль-бын-бул.

— Что? — возмущается Дюрейн.

Я с ним солидарна: тоже ничего не поняла.

— Пусть идет Романа, дело как раз для ведьмы.

— Но буль-буль-бын, буль, — возражает волосатик, разводя руками.

Дюрейн закатывает глаза. С тоской смотрит на нетронутый кофе и рычит:

— Да чтоб их бездна всех пробрала! Стажер, ты хотела задание? Выдвигаемся.

Кажется, я слишком восторженно воспринимаю его слова, потому что опять удостаиваюсь недовольного взгляда.

— Слушаюсь, — пытаясь принять серьезный вид, отвечаю я.

Наконец-то что-то интересное!

Накинув плащ, Дюрейн выходит из кабинета, даже не посмотрев, иду ли я за ним. Я еле успеваю за его широким шагом, чувствуя что-то непонятное в правом ботинке, но проверять категорически некогда.

Дюрейн останавливается возле стены, проводит рукой по одному ему видимым точкам и открывает служебный портал. Часть стены исчезает, а вместо нее появляется голубая дымка. Мы входим.

На миг глаза застилает, а затем все проясняется. Голова кружится, но это быстро проходит. Теперь я ясно могу разглядеть улицу, по которой ходят люди в непривычной одежде. Очень много мужчин и женщин в мантиях. Все смотрят на нас, одетых в форму стражей грани, свысока.

Я копаюсь в памяти, чтобы понять, что это за мир. Их по последним данным около ста тридцати, и как минимум три из них похожи на этот.

— Второй магический мир по стандартной номенклатуре, — безразлично информирует меня Дюрейн. — Бельтрайн.

Ого, тогда неудивительно, что на нас посмотрели так: первые пять магических миров считаются суперэлитными. Тут точно не будет плюющихся кофемашин, зато наверняка будут вредные клиенты. Моя семья из шестого мира, до элиты не дотягиваем, и то отец порой бывает чересчур требовательным.

— В самой дорогой гостинице жалуются на завывания, не дающие уснуть, — продолжает инструктировать меня майор. — Хозяин гостиницы подал заявление, потребовали только начальника. Им повезло, что я некромант.

— Думаете, это какой-то пробудившийся злой дух? — спрашиваю я в надежде увидеть, как работает настоящий специалист.

— Нет, — тут же разбивает мои надежды Дюрейн. — Хозяин утверждает, что эти звуки — рыдания певицы из гастролирующего Призрачного театра. Она расстроена и не может разговаривать, только воет.

Хорошо, что портал расположен в центре, недалеко от нужной гостиницы, потому что мне опять приходится почти бегом бежать за начальником, а пятку начинает натирать.

Дюрейн рассказывает о деле прямо на ходу, направляясь к высокому многоэтажному зданию с изысканной позолоченной лепниной и белыми колоннами у крыльца. Я быстро делаю пометки в блокноте, стараясь не запыхаться и не выронить стаканчик с латте, который захватила с собой.

— Дело наверняка и клыка тролльего не стоит, а мне таскаться, — говорит Дюрейн. — Эти призраки всегда такие… любители душевных драм. Естественно, когда из всего только и остается, что душа.

Мы как раз подходим к гостинице. Майор показывает значок стража грани, и нас суетливо провожают к лифту. В этом мире он работает на основе магии, а не механизмов, насколько я помню.

Поднимаемся на самый последний этаж. И чем мы выше, тем отчетливее слышны леденящие душу завывания. Словно зловещие тени поют, желая унести тебя в кошмарные воспоминания. В общем, неподготовленному человеку было бы тяжело. Но у меня есть латте!

Даже если бы не знали, в каком номере остановилась певица, без труда нашли бы его сейчас: в пустынном коридоре, кажется, даже магические светильники начинают нервно мигать от стенаний призрака.

Дюрейн приглядывается ко мне, будто пытается оценить, готова ли я сейчас грохнуться в обморок или сделаю это попозже, а потом, не найдя убедительных признаков, стучит в дверь. Завывания магическим образом прекращаются.

Дверь со скрипом открывается сама собой, создавая дополнительные спецэффекты. Внутри номера царит полутьма. Я с трудом различаю очертания полупрозрачной фигуры во вполне материальном красном шелковом халате до пят. А певица красивая… была.

— Вы нашли мою счастливую шпильку? — мелодичным, словно переливание колокольчиков, голосом с порога спрашивает певица.

— Страж грани майор Дюрейн, — представляется начальник. — Нам не докладывали ни о какой шпильке. Только о нарушении общественного порядка и наведении несанкционированного ужаса на окружающих.

Кажется, призрак становится чуть бледнее, но обиженно вздергивает подбородок из-за внезапных обвинений.

Дюрейн, не дожидаясь приглашения, шагает в номер и щелчком пальца приоткрывает шторы. Так, чтобы не было слишком светло и мы могли бы разглядеть призрачную певицу.

— Как можно! — возмущается она, всплеснув руками. — Назвать мой искренний плач страшными звуками! Знаете, кто я? Примадонна Призрачного театра, Аннэт Франсуа Джордана!

— Госпожа Аннэт, если вы не вчера умерли, то должны знать, что плач нежити подсознательно вызывает у живых ужас, — чеканит майор.

— Я не могла остановить рыдания! — Она всхлипывает и снова начинает завывать.

— Я вам помогу, — вкрадчиво произносит Дюрейн, снимая перчатку. — Вам повезло: я некромант высшего разряда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.