Кодекс недотроги

От автора

Благодарю Laffik за неоценимую помощь в создании романа.

Глава 1. Собеседование

Я сидела перед зеркалом, наносила последние штрихи в макияже, а Надька мельтешила за моей спиной.

– Может все-таки это? – она продемонстрировала в отражении вешалку со своим любимым платьем, подол которого еле-еле доходил до середины бедра. Я сморщила нос.

– Надь, ну я же говорила…

– Да-да, – закатила глаза подруга, швырнув вешалку на кровать. – Я не такая, я жду трамвая.

Она проговорила это дурацким тоном и сделала кавычки пальцами.

– Глупо не пользоваться тем, чем тебя наградила природа. Такие ноги прятать – смертный грех.

Надька сама уселась на кровать и уперлась ладонями, откинувшись назад.

– Кроме ног, природа наградила меня еще и способностью думать. Так вот я хочу, чтобы меня приняли именно за эту способность, – спокойно парировала я, окуная кисть в рассыпчатую пудру.

– Как знаешь, – обиженно поднялась с кровати подруга и принялась пихать обратно в шкаф всё, что успела оттуда вытащить, – Просто хочу чтобы ты знала – ты только что лишила себя конкурентного преимущества. Вспомни мои слова, когда какая-нибудь длинноногая овца обойдет тебя на финише.

Я молча застегнула косметичку и встала. Надька шагнула ко мне.

– Дура. Ты не понимаешь, что идешь на собеседование к Павлу Фирсову, – она подняла руки к небу, будто собеседовать меня должен был сам Апостол Павел.

– И что?

– Не слышала, что о нем говорят?

– Слышала. Он занял пост генерального директора в компании своего отца и за год прибыль фирмы увеличилась вдвое. В прошлом году его признали лучшим молодым финансистом.

Надька стукнула себя ладошкой в лоб.

– Элис, ты точно дура. Журналисты постоянно ловят его с какой-нибудь красоткой. Так что вот в этом, – она с отвращением указала рукой на мой наряд, – у тебя шансов нет. Хотя бы блузку расстегни.

Смерив её презрительным взглядом, я взяла папку с документами и резюме, сунула все это в сумку и вышла из квартиры.

Тёплый ветерок ласкал мои волосы и немного успокаивал нервы, пока я бежала к автобусной остановке. Ехать мне было близко. Еще один стимул лезть из кожи вон, чтобы меня взяли на эту должность. Все больше я задумывалась о словах подруги, вспоминая фотографии в журналах, на которых был изображён Павел Фирсов в обществе очередной модели. Только глухой и слепой одновременно ничего не знал о Фирсове в нашем городе. Я вспоминала статьи в экономических журналах о нём и надеялась, что мне это пригодится. Из-за своих размышлений я чуть было не проехала нужную остановку.

Стеклянные двери бизнес-центра разъехались в стороны, как только я приблизилась к ним. Я вошла внутрь и огляделась. Широкое помещение холла не было пустым. В кожаных креслах вокруг стеклянных столиков сидели мужчины и женщины в деловых костюмах. У аппарата с кофе чуть в стороне болтала компания попроще.

За стойкой администратора стояла блондинка с утиным ртом и такими длинными ресницами, что, моргай она чуть чаще, могла бы воспарить над полом. Она искусственно улыбнулась мне.

– Добрый день. Чем могу помочь? – любезным тоном с лёгкой примесью яда спросила она.

– Здравствуйте. Я к Павлу Борисовичу, на собеседование.

– Ааа, – узкие щелочки глаз снова изучили меня с ног до головы. Затем девушка, у которой на бейдже было написано «Александра», поковырялась в компьютере, распечатала какой-то листок и, всучив его мне, вышла из-за стойки.

Александра махнула мне рукой, прошла к дверям лифта и нажала на кнопку.

Мы поднялись на тринадцатый этаж и уже это заставило меня нервничать. Никогда не везло с этой цифрой. Ещё сильнее я занервничала, когда в приемной увидела не меньше двадцати девушек. На их фоне я выглядела серой мышкой. Моя юбка была длиннее их ладони на три. Если бы я не прочитала на фасаде здания название фирмы, решила бы, что здесь проходит кастинг моделей для Victoria's Secret.

«Мда, – подумала я, уже готовая сбежать, – может Надькины советы не были такими уж плохими».

Стараясь не привлекать к себе внимание, я встала у стены, прижала к груди папку с документами. Некоторые из девушек были знакомы друг с другом и активно обсуждали предстоящее собеседование.

– А когда он вообще появится? – спросила брюнетка с грудью, размером с дыню. Нормальная такая «колхозница».

– Сказали, к двум, – ответила блондинка, которая, по-видимому, накануне искупалась в автозагаре.

Я посмотрела на часы. До начала собеседования ещё двадцать минут. От нервов начинало подтряхивать. Я решила выйти ненадолго на улицу, глотнуть свежего воздуха, и свернула в коридор, ведущий к лифтам.

Едва я шагнула за угол, как влетела лицом в грудь мужчины. Он машинально придержал меня за плечи, и я уже хотела извиниться, но тут мне в нос ударил запах дорогого парфюма и напрочь вытравил из моих лёгких весь кислород. Я медленно поднимала голову, разглядывая его. Широкая, накаченная грудь под хлопковой рубашкой, верхняя пуговица которой была расстегнута, а с правой стороны под воротничком виднелся край татуировки. Я уже понимала, кто передо мной стоит, но продолжала тупить и разглядывать мужчину. Его загорелую шею с пульсирующей на ней венкой, подбородок и четко очерченные скулы, украшенные трёхдневной небритостью. Губы, плотно сжатые и неподвижные. И глаза. Почти черные, глубокие. Они смотрели на меня, как две ледышки, из-под густых темно-русых бровей.

– Осторожно, – грубо бросил мне Фирсов и, сдвинув в сторону, уверенно прошёл в центр приемной.

Он медленно прокрутился вокруг себя, разглядывая претенденток на должность личного ассистента. На некоторых девушках его взгляд задерживался чуть дольше. Когда он дошёл до брюнетки с «дыньками», его глаза заблестели. Он что-то сказал женщине, которая всё это время стояла рядом, и скрылся за дверью своего кабинета.

– Анна Соловьёва, – озвучила имя брюнетки женщина с планшетом и, указав ей на дверь, вошла первой.

Через несколько минут «дыньки» снова озарили нас своим присутствием, а довольная улыбка их обладательницы говорила о том, что всем остальным здесь больше делать нечего. Её подруга тут же метнулась к ней, девушки пошептались о чём-то, и брюнетка ушла.

Я удивленно обернулась, когда женщина из кабинета Фирсова назвала следующее имя. Значит, собеседование не закончено? Её не взяли?

Одна за одной девушки заходили в кабинет и выходили со странным выражением лица. Я не могла разобрать их эмоции. Когда очередь дошла до меня, волновалась я уже не на шутку.

Фирсов сидел за своим столом в кожаном кресле с высокой спинкой и молчал, сложив пальцы домиком. Женщина интервьюер указала мне на стул. Я села напротив неё, достала резюме. Она тут же передала листок Фирсову. Павел краем глаза взглянул на листок, положил его перед собой и без особого интереса слушал наш разговор.

Женщина сперва задавала стандартные вопросы. Образование, опыт работы, навыки. Дальше, её вопросы перешли в неожиданное русло.

– Так вы говорите, не замужем?

– Да, то есть, нет. Не замужем.

Она сделала отметки и подняла на меня серьезный взгляд.

– Если для повышения в должности вам придется заняться сексом с вашим начальником, вы это сделаете?

Я выпучила глаза и молча пыталась отдышаться. Женщина напротив ждала моего ответа. Зачем-то повернув голову в сторону Фирсова, я уткнулась в такой же пристальный взгляд.

– Ну? Что скажете, Алиса Романовна? – постучала по столу ручкой женщина.

– Н-нет, – я сконфуженно помотала головой. – Не сделаю.

– Что ж, – женщина скрепила степлером лист, на котором что-то писала все время собеседования, с моим резюме на столе Павла, и указала мне на дверьдверь. – Вы можете быть свободны.

На меня словно вылили ушат помоев. Учиться пять дет, работать, как вол, на нелюбимой работе, чтобы мне задавали подобные вопросы, делая из меня шлюху? Душа в себе обиду, я подошла к двери. Дотронулась до ручки, и холод металла будто вывел меня из оцепенения. Я обернулась, сжимая от злости зубы и сверкнув глазами.

– Знаете что! – проскрежетала я, – Идите вы к черту со всей своей конторой! Если в вашей фирме карьеру строят только таким способом, то мне здесь делать уж точно нечего.

Я посмотрела на Фирсова, который сложил локти на стол и оторвался от спинки.

– А вы, Павел Борисович, пали в моих глазах. Я считала вас грамотным руководителем, хотела равняться, думала, что вы цените в людях профессиональные качества… А вы просто озабоченный имбецил.

Не дожидаясь ответа, я вышла, громко хлопнув дверью напоследок. Несколько девушек в приемной обернулись на меня, но мне было наплевать. Мне хотелось убраться из этого здания, из этого места разврата. Из места, в которое я так стремилась, как мотылек, летящий на свет. Но свет оказался ловушкой. И я, как тот мотылек, чуть было не лишилась самого дорогого. Гордости.

Войдя в квартиру, я прошла к себе в комнату и почти не выходила весь вечер. Надька попробовала со мной говорить, но четырёхэтажный мат заставил её передумать.

Утром мой телефон зазвонил. Я оторвала от подушки тяжелую голову и сонными глазами рассматривала цифры на экране.

– Алло?

– Алиса Романовна?

– Да, это я.

– Вас беспокоит отдел кадров компании «Омега». С завтрашнего дня вы приняты на должность личного ассистента Павла Борисовича Фирсова.

Глава 2. Первый день

Сильные руки по-хозяйски ласкают мое тело, пальцы впиваются в мышцы, заставляя дыхание учащаться. Я прогнула спину и всхлипнула, когда твердая латексная головка коснулась моего влажного входа. Мужчина вошёл в меня на всю длину, вытащил член и с силой вошёл снова. Ещё не привыкшая к его размерам, я вздрагивала каждый раз, когда он касался нужной точки внутри меня.

Мужчина властным движением раздвинул мои ноги шире, на секунду прерываясь. Я нагнулась, легла животом на холодный стол, коснулась обнаженной грудью столешницы. Крепкой рукой он схватил меня за волосы, одним движением намотал их на кулак и потянул на себя, одновременно вгоняя в меня член до самого основания. Я громко крикнула, почти в беспамятстве.

– Кричи, сучка. Кричи громче, – хрипло сказал он и со звоном опустил вторую ладонь на мою ягодицу.

Он трахал меня, как варвар, как дикий зверь. Кусил моё плечо, оставляя на нём красный овальный след от зубов. Я же находилась полностью в его власти и была готова кончить только от этого. Боль, перемешанная с удовольствием, шлепки плоти о плоть, стоны в тишине безлюдного офиса и подрагивание ножек стола под моим весом.

Я ухватилась за край столешницы обеими руками. Толчки становились сильнее, глубже. Скорее всего, после такого марафона, ходить я буду медленно и вразвалочку. Но сейчас я об этом не думала. Я чувствовала в себе его стержень, чувствовала, как он скользит внутри, вознося меня на вершину блаженства.

Пальцы сильнее схватили мои волосы, подтянули выше, заставив подняться почти полностью. Хриплое дыхание щекотало ухо, и от этого кружилась голова. Я вздрогнула, чувствуя, как нагревается промежность от приближающегося оргазма.

– Дааа, – вырвался из моего горла исступленный крик.

Зубы снова впились в мое плечо, а пальцы сильно сжали мягкую ткань ягодицы. Теперь на каждый толчок я реагировала криком. Не могла и не хотела держать в себе ту феерию чувств, которую вызывал во мне весь процесс.

Когда сил терпеть уже не оставалось, а голос окончательно осип, я предельно прогнулась в пояснице, откинув голову назад, и выдыхала, стараясь запомнить последние, сильные движения мощного стержня внутри меня.

Вздрогнув, я снова рухнула на столешницу. Мышцы сжимались, пульсировали. Оргазм накрыл с головой. Перед глазами темнело, но мужчина, не щадя, продолжал вдалбливаться в меня, оставлял на моей коже синяки от пальцев.

– Ммм, – замычал он, двигая тазом последний раз, и замер, прижимаясь грудью к моей спине.

Чуть отдышавшись, он вынул член, снял презерватив. Я все еще лежала грудью на столе с задранной до пояса юбкой и спущенными до колен кружевными трусиками. Ширинка за моей спиной зашуршала, звякнул ремень. Мужчина прижался ко мне пахом, чуть нагнулся и сказал на ухо, грубо поглаживая мою ягодицу:

– Молодец, Алиса Романовна. Именно такого ассистента я и искал.

Вздрогнув, я поднялась на локтях. Осмотрелась по сторонам, только сейчас понимая, где нахожусь. Кабинет Фирсова. Тот самый, откуда я сбежала после неуместного вопроса той женщины. Как так вышло?

Я резко обернулась. Павел стоял напротив, застегивая верхние пуговицы на кипенно-белой рубашке. Он с пренебрежением смотрел на меня и в его взгляде явно читалась победа. Сама не знаю почему, я взбесилась. Замахнулась на него рукой и хотела влепить пощечину этому кретину, но он легко перехватил мою руку. Потом обездвижил вторую, и кабинет наполнился его смехом. Гадким, самодовольным смехом тупого самца.

– Чего рыпаешься, дурочка? Тебе ведь понравилось!

Я зажмурилась и замотала головой, стараясь не слушать его смех. Дергала руки в надежде высвободиться. В какой-то момент, то ли его хватка ослабла, то ли я сильно дергалась, но руки вырвались из плена и я размахивала ими по сторонам как мельница. Внезапно, я больно ударилась костяшками обо что-то твердое и резко открыла глаза.

Голубые обои в цветочек. Кресло-мешок в углу и огромный плюшевый медведь рядом. Я закрыла лицо руками.

– Приснится же такое…

На улице уже рассвело и город встречал меня будничным шумом из распахнутого окна. Часы показывали начало седьмого утра.

– Супер. Ещё и проснулась раньше будильника.

Понимая, что заснуть после такого яркого сновидения не смогу, я потащила своё тельце в душ и завтракать. Часам к семи на кухню вышла Надька.

– Ты чего так рано поднялась? – спросила она, потягиваясь.

– Кошмар приснился, – решила не вдаваться в подробности я.

Надька была мне подругой вот уже три года. И ровно столько же – соседкой по съёмной квартире.

– Волнуешься? – Надя поставила на стол чашку кофе и плюхнулась на табурет, поджав ногу под себя.

– Немного. После такого-то собеседования.

– А что такого? Ну спросили и спросили. Не строй из себя невинность.

Я замолчала, жалея, что по глупости рассказала ей подробности произошедшего в офисе.

– Даже если и придется ради карьеры переспать с шефом, ну и что? А уж к Фирсову в постель многие хотели бы прыгнуть.

– Я не из их числа. Я не завожу романы на работе. Это против правил. К тому же, карьера для меня сейчас на первом месте.

– Мда… Ты у нас принципиальная.

Надька состроила мне рожицу, а я, взглянув на часы, ушла собираться.

Утренний воздух бодрил кожу. Я застегнула пиджак на обе пуговицы, поправила ремешок от сумки на плече и зашагала к автобусной остановке.

Сегодня мой первый рабочий день в компании «Омега». Почти сутки мне понадобились, чтобы заглушить гадкое чувство, оставленное собеседованием. Построить карьеру в такой компании – мечта многих молодых специалистов. Но повезло мне. А повезло или нет, я теперь даже и не знала. Ещё и сон этот… Хотя, это как раз объяснимо. Я столько размышляла о Фирсове, об этой должности, что совсем не удивительно было увидеть во сне Павла. Ну, то есть не увидеть, а…

– Как я работать-то буду? – буркнула я себе под нос, снова ощущая тепло внизу живота от воспоминаний об этом реалистичном сне.

Администратор Александра так же «приветливо» мне улыбнулась.

– Добрый день. Чем могу помочь?

– Я новый ассистент Павла Борисовича…

– Ааа, вы Алиса Лисова?

– Да.

Блондинка сложила утиные губки в улыбку, кажется даже искреннюю.

– Пойдём, провожу тебя. Павел Борисович сказал тебе все показать и проводить на твое рабочее место. Кстати, я – Саша.

– Да, я прочитала, – я указала на бейдж на её груди, и девушка рассмеялась.

– Точно. Так… Тут у нас зона отдыха.

Она открыла одну из дверей, где стояли несколько диванов. Стены были выкрашены в светло-зелёный цвет, окна закрыты жалюзи. В центре стены висел огромный плазменный телевизор.

– Идем, покажу кухню…

Около получаса Саша водила меня по разным концам офиса, показывала все нужные на её взгляд помещения, знакомила с сотрудниками, но большую часть из них я, конечно, не запомнила.

Наконец, она нажала на кнопку тринадцатого этажа и железная кабина подняла нас на этаж, где располагался кабинет генерального директора.

– Иди, Фирсов ждет тебя. Я пойду работать, – Саша легонько подтолкнула меня в спину, и от этого движения мне стало немного легче.

Пока я шла оставшиеся метры до двери кабинета, сердце успело упасть в пятки раз пять и столько же вернуться обратно.

– Можно? – приоткрыв дверь, спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал увереннее.

– Да, входи, – не отрываясь от компьютера, ответил мужчина и указал мне на стул.

Я села и, пока Фирсов был чем-то занят, принялась осматривать его кабинет. Ох уж эта фотографическая память. В прошлый раз я запомнила все в точности, и мое подсознание воспроизвело интерьер в мельчайших подробностях. Шкаф с документами, дипломы на стене, стол… Я невольно посмотрела на ножки стола, вспоминая, как в моем сне они жалобно скрипели. К щекам моментально прилила кровь.

– … полтора часа. Понятно?

Фирсов что-то говорил мне, но суть я, очевидно, прослушала.

– Извините, Павел Борисович, я отвлеклась.

На его лице мелькнуло раздражение.

– Во-первых, давай без «Борисович». Ненавижу этот официоз. Во-вторых, – он посмотрел строже, – постарайся влиться в работу прямо сейчас. Иначе смысла держать тебя здесь нет. Ты написала в резюме, что быстро осваиваешь новую информацию?

Я кивнула, а позвоночник самостоятельно выпрямился.

– Так вот продемонстрируй, – жестко отрезал он. – На утро у меня запланирована встреча с иностранными инвесторами. Ты идешь со мной, поэтому тщательно изучи документацию. У тебя полтора часа. На этот раз все услышала?

– Да, Павел Борисович…

Мужчина скривился, подал мне папку и указал на дверь.

– Можешь идти на своё рабочее место. Через полтора часа жду тебя у переговорной.

Я вышла, уселась за свой рабочий стол и, не медля, принялась изучать листы в папке, которую отдал мне Фирсов. Пробежав по диагонали и уловив суть, я посмотрела на часы. Взяв с собой папку, ежедневник и телефон, я спустилась на этаж ниже и без труда нашла нужное мне помещение. Мне пришлось потоптаться на месте минут пять, прежде, чем Фирсов появился в конце коридора. Позади него шли двое мужчин и о чем-то говорили на непонятном мне языке. Удивительно было то, что Фирсов общался с ними без какого-либо барьера.

– Прошу, – открыл он дверь и сказал по-русски.

Мужчины покосились на меня с улыбкой.

– Hyvää päivää*, – сказал мне тот, что был моложе. Как-то растянуто, нараспев. Кажется, финны.

(*добрый день, – фин.

)

Я ответила улыбкой и кивнула.

Следующие несколько минут Фирсов общался с мужчинами на финском, а я сидела и хлопала глазами, не понимая ни слова. Он взглянул на часы, а потом перевел серьезный взгляд на меня:

– Успела изучить документы?

– Да, в общих чертах.

– Значит сможешь ответить на вопросы. Потом отчитаешься.

Он поднялся, оправив полы пиджака. Открыв рот, я глотала воздух.

– Какие-то проблемы? – строгим голосом спросил Павел.

– Нет. Проблем нет.

– Отлично.

Он вышел, а мне оставалось только смотреть поочередно на мужчин и чувствовать себя полной дурой. Они, видимо, тоже так считали, хоть виду и не показывали. Лелея последнюю надежду, я спросила на английском:

– Do you speak English? *

(*вы говорите по-английски? – англ.)

– Kyllä*, – ответил один из мужчин и кивнул.

(*да, – фин.)

Я выдохнула. Мне потребовалось минут десять, чтобы урегулировать все вопросы. Проводив инвесторов, я вошла в кабинет шефа.

– Ну что? – вскинув бровь спросил он.

– Все хорошо. Инвесторы всем довольны.

– Я знаю. Они мне только что звонили, восторгались.

Второй раз за день моё лицо залилось краской в этом кабинете. Не обратив на это внимания, Павел продолжил:

– Положи документы на стол и можешь идти работать.

– Хорошо, Павел Борисович.

Я подошла к столу, опустила папку на глянцевую столешницу, снова неуместно вспомнив свой сон. Мурашки прошагали от шеи к копчику, когда за моей спиной раздался хриплый голос Фирсова.

– Молодец, Алиса Романовна. Именно такого ассистента я и искал.

Глава 3. Серая мышь

(От лица Павла Фирсова)

Едва оторвав голову от подушки, я почувствовал, что череп будто раскололся на две части. Боль была настолько сильной, что сводило челюсть. Ещё больше хотелось пить. Вот тебе и обмыли контракт с Тюменью.

С трудом пораскинув мозгами, вспомнил, что сегодня на утро назначено собеседование на должность моей личной ассистентки. Прошлая свалила в закат, не отработав и недели. Она, как и многие другие, считала, что на меня можно влиять, увеличивая высоту каблуков и вырез декольте. Тупая силиконовая курица. Именно поэтому, подбором личного персонала я отныне занимаюсь сам.

Выпив таблетку и ожидая хотя бы минимальных улучшений своего состояния, я набрал номер HR- менеджера компании.

– Доброе утро, Павел Борисович.

– Какое оно на хер доброе, Света, – умирающим голосом проворчал я в трубку. – И какой я тебе на хер Борисович.

– Извините, – со смешком ответила та, явно осознавая причины моего недомогания.

– Перенеси собеседование, сообщи всем. Я буду позже.

– На какое время перенести, Павел Бо… Павел.

– Часа на два.

– Я все сделаю. Поправляйтесь.

Отключив звонок, я коснулся пальцами лба. Башка гудит, как трансформаторная будка. Вспоминая рецепт, которым поделился старый товарищ, закинул в блендер ингредиенты коктейля «Антипохмелин» и, давя рвотные позывы, выпил целый стакан.

Прохладный душ тоже пошел на пользу. И вот, спустя три часа времени, я снова чувствую себя почти человеком.

За руль сесть не рискнул. Пришлось вызвать водителя, хоть он и ездит, как черепаха, которой все четыре ноги фугасом оторвало. К положенным двум часам чуть не опоздал. «Начальство задерживается» – как любят говорить многие мои знакомые. Херовое, значит, начальство. Точность и пунктуальность – то немногое, что отличает ответственного человека от лодыря и трутня. Не терплю таких.

Света уже ждала внизу. Администратор как всегда улыбнулась своими пельменями.

– Добрый день, Павел.

Коротко кивнул ей и вперед Светланы двинулся к лифтам.

– Сколько соискателей? – спросил я, прикидывая, надолго ли затянется интервью.

– Тридцать четыре, – ответила Света не то с боязнью, не то с гордостью.

– Зашибись.

Сидеть мне тут до вечера. Как только подумал об этом, головная боль начала потихоньку возвращаться.

Настроение итак было паршивым, а теперь испортилось окончательно. Ещё и на входе в приемную в меня влетела какая-то пигалица. Воткнулась лицом мне в грудь и замерла, как приклеянная.

– Осторожно, – огрызнулся я и, сдвинув в сторону это недоразумение, пошел осматривать приглашенных Светой кандидаток.

Как на подбор. Судя по внешнему виду, почти каждой на лбу можно перманентным маркером написать слово «шлюха», а она даже не поймет, в чем прикол. Одна такая, с сиськами, меня глазами обглодала сразу, как вошёл. Ладно, хрен с тобой, золотая рыбка. Я сегодня заслужил в качестве моральной компенсации, по крайней мере, минет. Подозвал Свету, сказал, с кого начать собеседование и ушел в кабинет.

Брюнетка не вошла. Она заплыла в двери, как орденоносец. Бастилию взяла, не иначе. Она гордо несла оба своих ордена и крутила бедрами, как будто у неё одна нога была короче другой и только так получалось идти прямо.

– Здравствуйте, Павел Борисович, – улыбнулась она белыми зубами и поправила волосы.

Я для виду просмотрел её резюме. Само собой, впечатляться там было нечем. В слове «коммуникабельная» она допустила целых пять ошибок. Да еще и стаж работы посчитала коряво. Тоже мне, экономист.

Вытащив визитку и написав на ней время и место, я двумя пальцами протянул её Анне. Улыбка на ее лице стала шире. Кажется, я даже зубы мудрости разглядел. Хотя, откуда они у неё?