- -
- 100%
- +
Ласкал ее взглядом намеренно медленно, сканируя каждый сантиметр влажной кожи, сознательно задерживаясь там, где махровая ткань чуть расходилась на бедре.
Яна вспыхнула под моим раздевающим взглядом и тяжело сглотнула, спешно разрывая наш зрительный контакт.
Она напряглась, и на короткую долю секунды ее зеленые глаза затянуло страхом, но я успел уловить это колебание прежде, чем малышка взяла себя в руки.
Торжествующая улыбка сползла с ее лица, уступив место растерянности.
Что такое, малышка, ситуация пошла не по твоему сценарию?
По правде, моя выдержка давно давала трещины, ведь сейчас передо мной стоит… полуобнаженная соблазнительная девушка, от вида которой в жилах кипит кровь.
В конце концов, я же здоровый мужчина с вполне естественными потребностями, а она… она запретный плод, который так и манит сорвать.
Но нельзя, черт возьми, Бережной! Не сходи с ума от игры маленькой чертовки, вам же еще жить под одной крышей!
— Фен? — обманчиво спокойно, но я четко уловил одну хриплую нотку, которая выдавала, насколько мне тяжело давался контроль. — В нижнем ящике комода твоей ванной.
— А… да-а?.. — Яна тяжело сглотнула и спешно попятилась, будто собиралась сбежать прямо сейчас.
Не так быстро, малыш, я с тобой еще не закончил! Это же не весь твой спектакль, правда? И мне жутко любопытно досмотреть его до конца.
— Сбегаешь, не достигнув цели?
Я встал из-за стола и нагло, в три шага, разорвал дистанцию. Яна как раз уперлась спиной в дверь, отступать ей больше некуда.
Чтобы ненароком не переступить черту, с усилием воли прячу руки в карманах штанов, реально веря, что так удержу их в узде. И себя заодно…
Я рисковал, затевая эту опасную игру, но… и остановиться не могу, черт подери. Вошла бы она в безразмерном спортивном костюме, все бы закончилось иначе, но Яна будто специально хотела подчеркнуть, что давно выросла и переступила рубеж совершеннолетия.
— О чем ты? — тихо выпалила и цепко ухватилась пальцами за махру, чтобы та не съехала по телу раньше времени.
Но разве не в этом заключался ее глупый план?
Я не смог сдержаться от подкола:
— Важный контракт ты мне уже сорвала. А теперь давай, роняй полотенце, ты же за этим сюда пришла изначально.
Это не было вопросом, и ее бледное лицо мигом налилось цветом, но надо отдать должное — Яна держалась стойко, гордо вскинув подбородок. Она боролась со мной до последнего, даже если вся тряслась, как испуганный зайчонок при виде волка.
Глупая малышка, уж я точно тебя не обижу, и другим не позволю!
— Делать мне больше нечего, — хоть и отмахнулась с равнодушием, но меня так просто не проведешь.
— Ну признайся, ты хотела устроить мне шоу, чтобы я первым сбежал из дома от неловкости и как минимум неделю не появлялся перед тобой?
Она не ответила, тогда я склонился к ней и едва уловимо прикоснулся губами к уху:
— Не забывай, что я мужчина и между нами нет родственных связей, так что…
Просто чтобы проучить заразку, провокационно скольжу пальцами по ее бедру, бессовестно поднимаясь все выше, а второй рукой рывком притягиваю Яну за поясницу. Буквально впечатываю хрупкое тело в свою грудь, чувствуя, как под тонкой махрой судорожно, будто пойманная птица, бьется ее сердце. Да и мое не отстает — стучит ему в такт, будто сумасшедшее.
Воздух заискрил между нами, стал густым и обволакивающим, что дышать трудно. Непонятно уже, игра это или что-то большее…
Я смотрел на приоткрытые губы Яны, с которых срывалось хриплое дыхание, и болезненно ощущал, как остатки самоконтроля летят ко всем чертям. Хотел я того или нет, но она заставляла мою кровь вскипать до помутнения рассудка. И при этом без каких-либо ухищрений — достаточно одного ее взгляда, в глубине которого плескалось нескрываемое желание.
Тем не менее, я на сто процентов был уверен, что Яна с брезгливостью оттолкнет меня или вырвется, залепит звонкую пощечину и сбежит из кабинета. Но она сама, словно зачарованная, неуверенно подалась вперед, опалив мои губы горячим дыханием. Ох, черт…
Наверное, это и стало последней каплей для меня, прежде чем отключилась логика…
Малышка все тянулась, глядя на меня так откровенно, словно давно сдалась запретному притяжению. Еще бы доля секунды, одно мимолетное движение, и я бы смял ее губы, перечеркнув все мыслимые и немыслимые границы между нами. Но в момент, когда я лишь прижался губами к ее… в голове раздался отрезвляющий щелчок выстрела.
Стоп, Бережной! Какого хрена ты творишь?!
Меня словно окатило ледяной водой от осознания, что едва не совершил непозволительную ошибку. Я же просто хотел проучить мелкую провокаторшу, сбить с нее спесь и наглядно показать, как опасны игры со взрослым мужиком. А в итоге сам едва не сорвался в пропасть похоти, поддавшись инстинктам, как какой-то сопливый пацан.
Глава 7
Титаническими усилиями буквально отрываю себя от соблазнительного тела и отступаю на несколько шагов. И сразу натягиваю на лицо непроницаемую маску равнодушия, пряча под ней истинные эмоции.
Но внутри меня бушующий пожар, который не так просто погасить, и Яне об этом знать не обязательно.
— Надеюсь, урок ты усвоила, — бросил ей в лицо обманчиво ровным тоном. — А фен, как я и сказал, в нижнем ящике.
С секунду она смотрела на меня потемневшими глазами, в которых стояло абсолютное непонимание, но вскоре ее лицо вспыхнуло от жгучего унижения.
Она нервно сглотнула и вцепилась мертвой хваткой в сползающее полотенце, явно не зная, куда себя деть или попросту желая провалиться сквозь землю.
В итоге слепо рванула ручку двери и, едва не споткнувшись, выскочила из кабинета так резко, будто за ней черти гнались. И тут же из гостиной раздался глухой звук удара, а затем и сдавленный вскрик боли Яны.
Мой ледяной пофигизм испарился за секунду, а сердце болезненно екнуло.
— Яна! — рявкнул, выскакивая из кабинета и мгновенно забывая о своей роли хладнокровного ублюдка.
Да я буквально на ходу проклинал свои идиотские «методы воспитания», уже представляя, как сильно малышка ушибла ногу. Наверняка о диван ударилась…
Но в гостиной уже никого не было, а через секунду на втором этаже хлопнула дверь. Да так сильно, что аж стекла содрогнулись.
Вздохнув, вынудил себя вернуться и выкинуть все мысли из головы. Но образы того, как Яна льнула ко мне, все не покидали дурную голову, а в воздухе до сих пор витал этот соблазнительный запах феромонов…
— У тебя работы мало, Бережной?! — жестко протерев лицо ладонями, я тряхнул головой и мигом распахнул настежь окно.
Порыв свежего воздуха, что вихрем ворвался в кабинет, отрезвил мысли, и вскоре я снова вернул себе контроль над разумом.
Яна, Яна…
Ну что за капризный ребенок!
Нет, уже не ребенок, и от этого мне… страшнее в тысячу раз.
Что мне теперь, всех щенков вокруг нее гонять? Ага, и себя держи от нее подальше, пока не случилось беды!
Дело ведь не только в том, что у меня сносит крышу от одного взгляда на Яну. Сейчас я за нее в ответе и не хочу, стоя в сторонке, наблюдать, как ей неминуемо разобьют сердце.
Неопытная, с колючим характером и юношеским максимализмом — она просто идеальный трофей для любого пацана с бушующими гормонами. Воспользуются, сломают и пойдут дальше, а мне потом что делать? Убью же нахрен любого, кто даже косо посмотрит в ее сторону!
С уверенностью стиснув пальцы в кулаки, киваю сам себе, принимая окончательное решение.
Нет уж, точно не позволю какому-то случайному придурку испортить Яне жизнь только потому, что ей захотелось поиграть в независимость. Да лучше я стану для нее главным врагом и тираном, чем потом буду смотреть на отчаянные рыдания из-за смазливого урода.
А еще лучше я сам найду ей хорошую партию, из нашего круга. Сына того, кому я хоть немного могу доверять.
И вроде все логично, но, черт подери! До побеления в костяшках сжав край подоконника, я всмотрелся в непроглядную темноту за окном и едва не рыкнул от злости. Кровь вскипела в жилах за секунду, стоило мне только представить Яну рядом с другим.
Почему-то мысль, что ее будут касаться чужие руки, обнимать и целовать, — отдалась болью в груди. И не просто болью, там поднялась собственническая ярость, не имеющая ничего общего с отцовской заботой…
Черт!..
Остынь, Бережной, и действуй по изначальному плану, а не ищи для себя лазейки!
***
Позже ночью, стоя у открытого окна в прачечной, просто трясу головой, понимая, что запирать Яну в доме изначально была плохая идея. Опять сбежала, чертовка!
Телефон уже вибрирует в кармане, поэтому спешно принимаю вызов:
— Все в порядке? — первым спрашиваю, а на том конце хмыкают.
— Да.
— Хорошо, не спускай с нее глаз. Головой за Яну отвечаешь! — рявкаю от бессилия, но безопасник меня хорошо знает:
— Понял.
Сбросив вызов, возвращаюсь в гостиную и отпираю все двери, чтобы моя беда не лезла назад через малюсенькое окно. А затем с царапающим внутри волнением вламываюсь к себе в комнату и засыпаю с тревогой, что мучает очередными кошмарами.
Яна
Физически я находилась вместе со всеми на тусовке, но мыслями витала далеко от этого места.
И вздрогнула, как только рев мотора разрезал веселый рокот голосов. Едва Макс подкатил к нам на байке, вокруг него тут же собралась толпа визжащих девчонок.
Облепили его, словно голодные мартышки…
Лерка пнула меня локтем в бок, указав подбородком на то, как Виталина (та, что плевалась в меня ядом при знакомстве) пристает к Максу, как муха к липкой ленте.
Я лишь мазнула по ним взглядом и с равнодушием хмыкнула. Он и правда вежливо отмахивался от нее, изредка бросая в нашу с Лерой сторону заинтересованные взгляды.
— Никак не уймется, — подруга закатила глаза к небу. — Походу, ей к окулисту пора записаться, она одна до сих пор не разглядела, что безразлична нашему красавчику. А вот ты…
— Прекрати! — шикнула на нее, с интересом зыркнув на Макса.
Парень слез с байка, поздоровался с пацанами рукопожатием и, вместо того чтобы идти разрисовывать стену, плюхнулся рядом со мной. Задорно подмигнул с улыбкой, я же просто кивнула в знак приветствия.
Он болтал без умолку, рассказывая много деталей о себе, а я тупняково кивала, совсем не улавливая смысл беседы.
Перед мысленным взором всё еще стояла сцена, как Артем утром зажал меня у двери, и мы с ним снова едва не поцеловались…
Кожу до сих пор ощутимо жгло в тех местах, где он прикасался ко мне, словно собственное клеймо поставил.
Вспоминая об этом… не чувствую злости на Артема из-за его хамской выходки. Хоть он и явно унизил меня, я до чертиков злилась исключительно на себя.
Что вообще со мной произошло?! Что за реакция тела, и нормальная ли она? Я пылала в его руках так, что, казалось, поднялась температура до сорока…
Утром я шла к Артему, рассчитывая просто пощекотать ему нервы, но с самого начала всё пошло наперекосяк!
Черт побери, ну откуда я могла знать, что у него в кабинете звонок по работе?!
Мне и так было неловко, но и убегать казалось глупой затеей. И ведь почти добилась цели, но в последний момент что-то изменилось во взгляде Артема. И это колебание в его настроении сыграло со мной злую шутку.
Почему, когда Айсберг прижал меня к себе, здравый смысл помахал ручкой, уступив место какой-то… страстной покорности?
Я плавилась в его руках вопреки всей злости, что клубилась на душе. Разве это логично? И сама, словно под гипнозом, шагнула в горящее пламя, готовая сгореть дотла, лишь бы ощутить на губах вкус от поцелуя.
Даже сейчас при мысли об Артеме сердце всё еще колотится быстро, словно вот-вот выпрыгнет из груди, а на коже ощущаются фантомные прикосновения мозолистых пальцев.
Никто и никогда раньше не вторгался в мое личное пространство с такой разрушительной силой, как это сделал Бережной.
Вообще, нормально ли всё то, что я почувствовала к нему? Это… совсем не похоже на тот опыт, который произошел у меня в восемнадцать лет.
Не физические отношения, это было что-то вроде интернет-романа, в который я случайно погрузилась с головой. Сладко, волнительно до мурашек по коже и бессонных ночей за пустым трёпом, но…
Но тот паренек не выбивал почву из-под, и легкие не горели от нехватки кислорода. Уже молчу про томительное волнение внизу живота, затягивающее тягучим ожиданием…
Хотя логично ли сравнивать банальную переписку и физический контакт?
— Ян, ты с нами? — Макс щелкнул пальцами перед моим носом, выдергивая из плотной паутины мыслей, в которой я застряла, подобно бабочке.
— Да…
Ночной воздух издевательски ударил в лицо, отрезвляя меня окончательно. Зря я затеяла войну с Айсбергом, только себе хуже сделала! Я хотела, чтобы он убрался с моих глаз, а в итоге сама сгорала от неловкости.
Как мне, блин, теперь вернуться домой? Как потом посмотреть Артему в глаза?!
А-а-а-а! Черт, как же неловко!
Народ потихоньку рассасывался, ну и мы с Леркой засобирались.
— Давай подброшу, — Макс протянул мне шлем, я же уставилась на парня со скепсисом.
— Нет, спасибо, мы с Лер…
Не успела договорить, как меня вдруг бессовестно толкнули в спину, и я, глухо охнув, врезалась прямиком в Макса. Он рефлекторно перехватил меня за талию, удержав от позорного падения.
Я так и застыла в его руках, ничего при этом не ощущая. Да хоть бы сердце на мгновение сбилось с ритма!
Глава 8
— Вот ты ходячая катастрофа, — хихикая, издевательски протянула Лера за моей спиной. — Макс, лучше подвези ее, а то боюсь, убьется еще по дороге домой.
И эта… нагло толкнувшая меня в спину лучшая подружка бессовестно сбежала, как только подъехало такси.
Прекрасно!
Макс все еще удерживал меня, и я, глядя на его искреннюю улыбку, тоже улыбнулась в ответ. У меня просто не повернулся язык отказать ему.
Собственно, а почему нет? Он классный парень, к тому же у нас небольшая разница в возрасте — ему двадцать два. Мы ровесники со схожими увлечениями, поэтому идеально подходим друг другу. Да и, кажется, я ему интересна, так почему бы не попробовать, ничего же не теряю!
Медленно отстранившись, выхватываю из его рук шлем, пока перед мысленным взором не появилась разозленная физиономия Айсберга.
— Окей. Только не гони, я раньше не каталась на байке.
— Тебе понравится, — прозвучало двусмысленно, и я зависла на секунду.
Но быстро пришла в себя, ведь Макс уже уселся и, натянув перчатки, протянул мне руку.
Хватаясь за нее, быстро уселась и нашла для себя удобное положение. Скользнув руками по талии Макса, я лишь слегка прижалась к нему, на что он громко фыркнул.
— Вот так будет в самый раз.
Он дернул обе мои руки так, что пришлось покорно прижаться к твердой спине и крепче обнять его. Это было… приятно до легкого волнения, что колючками прошлось по позвоночнику.
Хоть я и напряглась всем телом, как только мы тронулись, но вскоре позабыла обо всем на свете.
Ветер, что безжалостно пытался скинуть меня с байка, выдул из мыслей мусор, оставив лишь яркий восторг от поездки. Адреналин циркулировал по крови, и я едва не верещала как сумасшедшая при каждом повороте.
Мы рассекали спящий город, проносясь мимо размытых неоновых витрин, что казалось мне нереальным.
И все пыталась зажечь в себе хотя бы крошечную искру того пожара, что окутывал меня ранее рядом с Бережным, но тщетно. Пульс хоть и бешено скакал, но это реакция на скорость и адреналин, а не на близость Макса.
Разница в ощущениях казалась настолько очевидной, что мне в какой-то момент стало тошно. Да как же так?..
Байк плавно сбросил скорость, остановившись у ворот особняка Бережного. Вот и все. Прощай, драйв. Привет, неловкость…
Неуклюже перекинув ногу, я ступила на асфальт, который после скорости показался неестественно твердым, а шлем повесила на руль байка.
Макс тоже слез, снял шлем и осмотрел дом, а затем повернулся ко мне.
— Так вот где ты живешь, — он присвистнул, сияя улыбкой, я же отмахнулась от иллюзии богатства:
— Макс, я сирота, а это особняк моего опекуна. В его доме я на птичьих правах, так что не надумывай лишнего.
Незачем ему смотреть на меня как на избалованную, богатую принцессу, я уже далеко не такая…
— Да все норм, чего ты так напряглась, — он игриво щелкнул меня по носу, разряжая внезапно возникшую неловкость.
И долго просто всматривался мне в глаза, а затем вдруг шагнул ближе, потянулся к моему лицу рукой. Я не стала отстраняться. Не дернулась, даже когда Макс едва ощутимо коснулся пальцами щеки.
Уж не знаю, что он думал, но глаза казались мягкими, как пушистое облачко, и теплыми, как летний день. Наверное, любая девчонка влюбилась бы в него с первого взгляда и с трепетом ждала бы от него поцелуя, но…
Но почему я стою, как бесчувственный истукан?
Макс ласково, почти невесомо скользнул пальцами к подбородку и чуть приподнял мое лицо, чтобы я смотрела прямо ему в глаза. В них горел огонь предвкушения, но что сейчас в моих?..
Все так же гипнотизируя меня колдовским взглядом, он наклонился чуть ближе, и его теплое дыхание коснулось губ. Я оставалась неподвижной, как столб, и Макс завис буквально в паре миллиметров от моих губ. Будто ждал от меня действия в ответ, а я не могла себя вынудить податься навстречу. Меня будто парализовало…
И все казалось, что вот сейчас резко распахнется калитка и оттуда вылетит злой, как тысяча демонов, Артем.
Судорожно сглотнув, Максим резко зажмурился, явно собираясь меня целовать, но в последний момент отступил. С горькой улыбкой убрал ладонь, оставив после себя лишь чувство холода и легкую дрожь.
— Черт, — нервно провел рукой по затылку, возвращая себе хулиганскую улыбку. — Походу, чутка поторопился.
Да почему возникло дурное ощущение, будто ударила преданную собаку ногой? Отчего это должно быть аж настолько неловко, что хочу провалиться сквозь землю?! Второй раз за день…
— Макс…
Не дав мне договорить, он поднял ладони в примирительном жесте и задорно подмигнул, говоря тем самым, чтобы я не грузилась.
— Ладно, поздно уже, — выпалил игриво, пытаясь вернуть привычную легкость в общение. — Беги домой, а то замерзнешь.
Я кивнула и скрылась за калиткой, и только после этого нервно выдохнула. Вот это я попала!..
Тут уже не спишешь на больную фантазию Лерки — Макс лично показал, что я ему нравлюсь. А он мне?..
Не хотелось больше думать, тем более вскоре рев мотора стих, а мне еще карабкаться через окно в дом!
И уж не знаю, то ли я взбудоражилась из-за несостоявшегося поцелуя, то ли просто «витала в облаках», но внезапно попала в дом через парадную дверь.
— А как это? — удивленно моргнула, даже ущипнула себя, но это реально не глюк!
Артем оставил для меня открытой дверь? Завтра точно снег выпадет, и плевать, что по календарю май.
Я на цыпочках прокралась к лестнице, стараясь даже дышать через раз. В доме стояла такая оглушающая тишина, что стук сердца казался громче раската грома.
У порога комнаты уже мечтала поскорее завалиться в кровать и с головой укрыться одеялом, просто чтобы спрятаться от этого сумасшедшего дня. Даже за ручку схватилась, как вдруг замерла.
И медленно обернулась, зыркнув на дверь в спальню Артема, за которой звучали странные звуки. Будто там котенка мучают, не иначе…
Подкралась как раз в момент, когда с той стороны раздался рваный хрип, переходящий в надрывное завывание, от которого заледенела кровь в жилах. Это что… Артем там скулит? Ему снится кошмар?
Бред какой-то! Он же толстокожий, как носорог, с чего бы Артему мучиться кошмарами? Просто свали, Яна, сделай вид, что ничего не слышала. От греха подальше!
Но любопытство, смешанное с карябающей горло тревогой, пересилило инстинкт самосохранения.
Я осторожно толкнула дверь и скользнула внутрь. Лунный свет, пробивающийся сквозь шторы, выхватил для меня из полумрака кровать, на которой лежал Артем. Он отчаянно метался на смятой простыни, словно его заперли в клетке с собственными демонами.
Я кралась к кровати все ближе, пока не уперлась ногами в край матраса. Лицо Айсберга в этот момент исказила гримаса боли, а на лбу выступил холодный пот.
— Нет! — сорвалось вдруг с его пересохших губ, испугав меня до икоты. — Витя, нет! Держись, я тебя спасу…
Глухо и надломленно, так что у меня колени подогнулись. Показалось вдруг, что весь воздух выбило из легких одним ударом в солнечное сплетение.
Витя? Мой… папа?
Глава 9
Когда я увидела, как некогда стальной Айсберг мечется в кровати, мучаясь от кошмарного сновидения, вся моя бравада и злость вдруг превратились в пыль.
Хоть я и не знала подробностей, но ясно же, что прямо сейчас Артем мучается… от чувства вины?
Правда себя обвиняешь? Но в чем твоя вина?
— Витя-я-я-я! — очередной вскрик, в котором отразилось так много боли, окончательно подкосил меня.
Горло перехватило от непрошеных слез сочувствия, и вместо того, чтобы тихо сбежать, как подсказывал разум, я потянулась к его руке.
Осторожно, словно боясь обжечься о нее, мягко прикоснулась и похлопала по напряженной, сжатой в кулак ладони.
— Тише, всё хорошо… — зашептала, невесомо поглаживая руку. — Это просто сон…
Удивительно, но это… сработало, как если бы я стала крепким тросом, что вытянул его из болота.
Артем перестал метаться и замер, даже сквозь сон нахмурился, но через секунду черты лица разгладились, а дыхание выровнялось.
Так просто?
Вот и ладненько. Пора валить, пока этот дракон не проснулся и не спалил меня дотла за дерзкое вторжение на его территорию.
Я только развернулась, как вдруг стальные пальцы сжались на моей ладони, сомкнув ее в капкан.
— Не уходи, — болезненный вскрик разорвал тишину, и я подпрыгнула на месте от неожиданности. — Не оставляй меня…
Что… что такое?
Не успела и глазом моргнуть — Артем с силой дернул мою руку, и я плюхнулась попкой рядом с ним на край матраса.
— Эй! — испуганно пискнув, попыталась вырвать свои пальцы, но куда там!
Он цепко удерживал меня, но по-прежнему крепко спал, намертво пригвоздив к матрасу мою руку.
Ну, супер…
Я сидела в полутьме, слушая его ровное дыхание, и медленно осознавала всю абсурдность ситуации.
Если начну вырываться, то непременно разбужу мужчину. А объяснять Айсбергу, почему я сижу в его комнате посреди ночи и держу за руку, — сродни самоубийству.
И что мне остается?
— Какой же ты невыносимый тип, Артем. Даже во сне контролируешь меня, — проворчала, чувствуя, как от неловкости горят щеки.
Он тоже что-то проворчал неразборчиво и просто… подтянул мою ладонь ближе к себе.
Класс!
Тяжело вздохнув и смирившись со своей участью заложницы, аккуратно, стараясь занимать как можно меньше места, улеглась поверх одеяла.
Просто подожду, когда его хватка ослабнет, и сбегу, чтобы утром не пришлось объясняться. Потому что я фиг знает, как это объяснить…
Сказать правду? Впервые правда кажется мне ужасно нелепой и притянутой за уши.
В итоге устроилась с самого края, но даже в таком неудобном положении умудрилась уснуть.
***
Открыв глаза, я с непониманием уставилась на графитовый потолок и несколько секунд тупо моргала, пытаясь собрать пазл реальности.
А где мое розовое безумие, от которого глаза на лоб лезут?
Стоп!
Я резко уселась на кровати, смяв в кулаках одеяло, которым меня заботливо укрыли едва не до подбородка. А почему я валяюсь по центру? Я же лежала у самого края и боялась сделать лишний вдох, чтобы не разбудить Айсберга!
Это он меня переложил?
Хоть в спальне уже не было Артема, но щеки вспыхнули так горячо, что их можно использовать вместо утюга.
Когда Айсберг переложил меня, и как я проспала этот момент? Я же не могла ночью сама передвинуться и залезть на него? Обнять крепко, как подушку…
Нет, не хочу думать, и без того ужасно неловко. Тихо застонав, шустро вылетела из чужой комнаты и заперлась у себя.
Быстро привела себя в порядок, надела любимое худи с джинсами, и только после этого на негнущихся ногах спустилась вниз.
На кухне витал запах свежесваренного кофе и блинчиков, я потянулась прямиком за искушающим ароматом завтрака.
Как я успела понять, по утрам приходила прислуга и готовила завтрак, а клининговая компания убирается в особняке несколько раз в неделю. Обед и ужин — доставка из ресторана.
Войдя, тут же наткнулась на Артема. Он сидел за столом и пил кофе как ни в чем не бывало, даже ни один мускул не дрогнул. Ни тени от вчерашнего кошмара, снова стальное, непроницаемое лицо и холодный взгляд. От ночного, сломленного Айсберга не осталось и следа. Если бы я вчера не стала случайным свидетелем, то и не узнала бы, что у него тоже есть слабости.