Развод! Мы тебе нужны?

Я только подошла к двери и вскинула кулак, чтобы постучаться, как вдруг услышала шокирующие восклицания от любимого мужчины:

– Что? Беременна? Швырни бабки в лицо и отправь ее на аборт!

Меня буквально током пришибло после равнодушных слов Артема. И будто в воду бросили без подготовки, ведь я шла к нему не с пустыми руками. Крепче прижала к груди тест на беременность и помолилась про себя, чтобы просто услышала нечто, что было вырвано из контекста.

Я пришла без приглашения к нему в квартиру, как никогда не делала раньше. У меня были ключи, Артем сам мне их дал со словами: «Приходи, когда захочешь». Правда, раньше я не смела нарушать его личных границ, поэтому всегда заранее звонила и предупреждала. Сегодня же впервые решила сделать сюрприз.

Мягкий смех второго мужчины чуть успокоил, и я даже поверила, что реально не так поняла любимого.

– Тебя триггерит тема отцовства? – это был его друг – Марк Зельман.

О нем я знала ровным счетом ничего… Тем не менее, тешило, что познакомилась хотя бы с одним другом любимого.

– Ты серьезно? – выплюнул Артем, а я напряглась, все еще ожидая хорошего ответа, но мечты и надежды разбились вдруг в дребезги: – Меня тошнит от одной только мысли о мелких орущих недоразумениях. Дети? Я тебя умоляю – это не мое! Никогда не хотел и не захочу ни от одной бабы мелких выблядков. Если узнаю, что какая-то девица залетела от меня – только аборт! Лично отведу за руку и проконтролирую, чтобы от балласта избавились. Другого варианта быть не может.

Показалось, что меня ударили в солнечное сплетение – весь воздух вышибло из легких. Я отшатнулась от двери, словно ее резко открыли и мне залепили звонкую пощечину. Стало больно до онемения, будто мне только что сделали то самое выскребание…

До сих пор прижимая в отчаянии тест на беременность одной рукой, второй резко закрыла рот и панически замычала в него. Тревога мелкими иголками вонзалась в кожу и все слова снова и снова прокручивались в памяти, как заевшая пластинка.

Слезы жгли глаза и кожу, но я мысленно пыталась найти в себе силы подойти и послушать дальше. Это… разве… только что говорил мой любимый мужчина?

Тот нежный и внимательный Артем, который задаривал меня цветами с подарками?

И мало того, он говорил цинично, жестко, будто прокурор зачитывал обвинение серийному убийце.

Ноги не слушались, да и налились, будто свинцом. Но кое-как вынудила себя подойти. Как раз разговор был в самом разгаре:

– Ты реально поверил сучке на слово? Да я охотнее поверю, что шалава нагуляла выблядка и решила его повесить на твои плечи.

И снова хамские слова, от которых у меня кровь застывала в жилах по щелчку пальцев. Артем говорил с уверенностью, от которой становилось плохо до мушек перед глазами. Буквально вчера он ртом делал мне приятно: доводил до оргазма раз за разом. А сегодня этот же грязный рот выплевывал унизительные слова. Слова и интонации, которых раньше я никогда не слышала.

И пусть сказаны они были не мне, но примерила их на себя. Просто поставила себя в тот злополучный кабинет и протянула Артему тест со словами: «Любимый, я беременна!». На что в ответ получила: «Сейчас же пойдешь на аборт, потому что твой выблядок мне не нужен».

– Я не уверен, беременна Вика или пытается меня удержать таким способом. Наши отношения давно зашли в тупик. Посмотрим. Если ребенок мой, не вижу причин отказываться от него. От Вики – да. Но это не помешает мне участвовать в воспитании ребенка.

Понятия не имела, кто та Вика, но до противного скрипа зубов позавидовала ей. Марк оказался ответственным мужчиной. В то время как Артем…

– Ну, ты как знаешь, а я давно все решил. Ни одна сучка не залетит от меня, гарантирую, – собственно, вот и веся его ответственность.

Ощутила вдруг, как от страха стиснуло горло, поэтому резко прижалась спиной к стене. Превозмогая паническую атаку, закрыла глаза и медленно сосчитала про себя до двадцати. Слышала, как Марк что-то объяснял, доказывал, но Артем был не преклонен. Оскорбился так, будто это его личная проблема.

Но что же делать теперь мне? Я четко осознала, что Новицкий твердо против детей. И поняла вдруг, что совершенно его не знала. Такого его – нет. Или я была слепой влюбленной идиоткой?

И будто мне уже услышанного было мало, Марк вдруг спросил:

– А как же Ярослава? Ты с ней явно задержался. Мне казалось, между вами что-то большее, разве нет?

Я боялась ответа, как огня, но в то же время, он мне нужен был, как глоток воздуха. И Артем не заставил себя ждать:

– Бесспорно, Яра хорошая любовница. Не ноет над ухом и не выкаблучивается, как другие. Спокойно воспринимает все, что я требую от нее. А, главное, выполняет требования. Пока покорная и не ебет мозги, буду с ней. Как надоест, без сожаления пойдет туда же, куда и остальные.

Хоть Новицкий и вонзил нож мне прямо в душу, глупое сердце все еще верило, что Артем кичился перед другом и пытался быть крутым в его глазах. Но, я упустила важную деталь. Им не по восемнадцать лет, чтобы казаться в глазах друг друга крутыми. Так значит, все сказанное им – правда?

Думаю, только что танком проехались по моей хрупкой гордости. Причем, несколько раз. Слез не было, я трагически смеялась, ведь это была защитная реакция моего организма. Он боролось с приступом паники и удушья так, как считал нужным.

Убралась оттуда от греха подальше, тихо выскочила из квартиры и побежала на свою арендованную однушку-студию.

Уже в квартире дала волю эмоциям и горько разревелась. Слезы душили, ведь я не понимала, как человек мог измениться за одну ночь и наговорить столько унизительных слов. Пусть Артем и не знал, что я все слышала, но… из песни слов не выкинешь!

Мне нужно было выплеснуть из себя весь тот ужасный негатив, который отравлял душу и кровь. Слезы иссякнут, но зарубка на душе по имени Артем, к сожалению, уже никогда не затянется.

Плакала навзрыд и осознавала, что все это время, пока шла, крепко сжимала тест в руке. Стискивала намертво, будто это пойманная мною птица счастья. Даже пальцы свело судорогой, ведь я не смогла с первого раза разжать ладонь, чтобы положить тест на стол. Вышло лишь с третьего раза.

Смотря на две жирные красные полоски, я понятия не имела, что мне делать. Но уж точно не аборт, как требовал Артем. Нет! От злости на его слова стиснула пальцы в кулаки и уверенно кивнула своим мыслям. Пусть катится в жопу со своим мнением о детях. Это только мой малыш! Мой, и ничей больше.

Приложила ладошку к еще плоскому животику, и вся злоба мигом растворилась. Мысли о ребеночке придавали мне сил и уверенности в завтрашнем дне как никогда ранее. На адреналине приняла молчаливое решение уйти, хотя и понимала, что будет сложно.

– И никакой Артем Новицкий нам не нужен. Вот увидишь, маленький, он еще локти кусать будет, что упустил нас.

Я только начала размышлять, что же предпринять и куда пойти, пока не поздно, как внезапно открылась входная дверь. В отличие от меня, у Новицкого не было проблем с личными границами. Он всегда вламывался, будто к себе домой и с порога набрасывался на меня, как на кусок мяса. Это раньше я считала, что Артем чрезмерно скучал, поэтому первым делом срывал с меня одежду и трахал до потери пульса. Да я и была не против, чего уж греха таить. Теперь же его поведение стало куда более прозаичным и омерзительным.

Не стала бежать преданной собачкой и встречать его с порога. Отвернулась и уперлась руками в столешницу.

Артем появился спустя секунду и навис надо мною башней.

– Вот ты где, – соблазнительно зашептал над ухом и скользнул руками по талии, а затем полез под футболку.

Нет! Не будет этого! Я выкрутилась из его захвата и отошла на несколько шагов. Из-за отвращения к любимому мужчине тело покрылось мурашками, ни о каком возбуждении не могло быть и речи. Новицкий все испортил!

Сначала корила себя, что безрассудно помчалась к нему, но теперь так не думала. Хорошо, что узнала до того, как рассказала правду. Теперь беременность – это только моя забота.

– Птичка, ты чего как не родная? – он сделал шаг ко мне, но вдруг застыл как вкопанный.

Проследила за его взглядом и обомлела от страха. Вот черт! Тест… Но уже было поздно, Новицкий вонзился в него горящим взглядом Дьявола, словно хотел сжечь здесь и сейчас. Лишь на секунду внутри поселилась паника, но я шустро придушила ее. Нельзя! Нельзя показывать перед ним слабость. А он, наконец, показал мне свою уродливую вторую сторону медали:

– Это еще что такое? – проревев как разъярённый лев, Артем схватил тест и сжал до противного хруста.

Может даже, раздавил мощью малюсенький кусок пластика. Насколько же ему противна даже мысль о ребенке? Почему? Должна же быть логическая причина! Но, по правде, я не хотела быть Новицкому психологом и разбирать его травмы. Я хотела сбежать на край света и больше никогда не видеть Артема в своей жизни. И в жизни моего будущего ребенка.

Видимо, эффектная пауза с моей стороны затянулась, поэтому нервы Новицкого не выдержали накала. Он с размаху, вложив всю дурь, бросил многострадальный тест на кафельный пол кухни. Пластик от жесткого удара разлетелся на куски и одна часть, та самая с полосками, неминуемо попала под ноги Артема. Он пнул его носком ботинка с такой яростью, будто под ногами змея проползла и пыталась обвиться вокруг тела.

– Чего ты испугался, – я хохотнула, а затем подняла взгляд с пола и равнодушно уставилась в полыхающие омуты мужчины.

Да он покраснел от ярости, как сваренный рак! Может даже пар из ушей мог пойти в любую секунду.

– Тест моей подруги, забегала ко мне утром, чтобы поделиться радостной новостью.

– Подруги… – повторил попугаем и резко выдохнул.

Но глаза все еще оставались недоверчивыми. Сканирующими. Пытающими. Я же улыбнулась ему через силу, хотя внутри вся кипела лавой. Хотелось бы залепить пощечину и прокричать: «За что ты так со мной? Почему ты такая сволочь?».

Хорошо, что он не знал, кто моя подруга. Не собирался ни с кем знакомиться. Да и меня никому не представлял. А с Марком мы познакомились по чистой случайности однажды на парковке ЖК Артема. Так бы и вовсе не знала о его существовании. Если так подумать, все же с самого начала было ясно, как божий день! Как я проглядела столько красных флажков?!

– Подруги, – он хмыкнул, но не перестал быть подозрительным, – хоть знает, от кого залетела? Или повесит на какого-то бедолагу?

Да что с ним не так?! Я помедлила с ответом, все всматривалась в глаза Артему, но там встала бетонная стена. Что ж, на этом, пожалуй, моя глупая первая влюбленность и закончится. Мечтала о принце и жизни, как в сказке? Ха-ха! А по итогу вернусь домой беременной и разбитой от предательства. А это именно оно! Да лучше б он мне изменил, может, не так обидно было… Хотя…

Глава 2

Я все еще малодушно цеплялась за образ того Артема, в которого влюбилась год назад с первого взгляда. В милого и доброго. Понимающего и сочувствующего. В мужественного и заботливого. Где он делся? Куда Новицкий его запрятал?

– А вариант, что у подруги есть любимый человек и она носит его ребенка – совсем тобой не рассматривается?

Артем не медлил, он четко знал ответ и меня это укололо:

– Лапшу пускай твоя подруга вешает на уши любовнику. Меня таким не купишь. Но ты же пьешь таблетки, а значит, у нас сюрпризов не будет.

Жирно намекал впервые за год, что не приемлет детей. До этого и я молчала, не рисковала забегать настолько вперед. А зря. Может дело и не дошло бы до беременности.

– Не будет, – выдавила из себя и сразу поняла, что выговорила сквозь зубы.

Настроение как мое, так и его, вылетело в трубу. Новицкий будто чувствовал напряженку в воздухе, поэтому засобирался уходить. Демонстративно достал телефон, что-то поклацал в нем и заявил:

– Хм, прости. Вспомнил, что у меня есть дела на работе. Не скучай. Позвоню позже.

Хотел поцеловать, но… тема ребенка явно выбила его из колеи. Лишь еле-еле чмокнул в губы и вылетел быстрее, чем пробка из-под шампанского.

А я только сейчас смогла нормально выдохнуть. На меня мигом напала апатия: руки опустились, как и желание что-либо делать. Чувства к черствому мужлану все еще клубились в сердце и мешали трезво думать. За год я целиком отдавала себя Артему и считала, что это взаимно. Жила по его странному графику и никогда не вставляла слова поперек.

Да и таблетки эти… Сколько раз я меняла их, потому что практически ото всех у меня были жуткие побочки? Однажды мне стало настолько плохо, что рискнула втихаря забить на них и вот, к чему все привело. Ну не глупая ли?!

Я понимала, что если хочу оставить малыша, то нужно уносить ноги из квартиры, которую оплачивает Артем. Но не могла никак вынудить себя сделать хоть шаг. Я хотела верить в лучшее, а не бежать, позорно поджав хвост.

А спустя час, когда так и не решилась достать чемодан, подстраховалась: позвонила подруге.

– Тань, – шмыгнула в трубку и слабо добавила: – ты можешь приехать ко мне? Я одна не справлюсь, а мне нужно срочно убегать!

Ведь едва Новицкий поймет, что я беременна, не важно, какой будет срок, он силком затащит к врачу на аборт. И он явно не побрезгует никакими методами. А что я, хрупкая девушка, смогу предпринять против него? Ничего…

Я бы, действительно, в одиночку не решилась собрать вещи. Сомневалась бы, искала причины и доводы, почему нужно остаться. А Таня без проблем побросала все шмотки в чемодан и выволокла меня под руку из квартиры. Я оставила ключи соседке, сказав, что уеду буквально на пару дней. А та равнодушно пожала плечами.

– Ну и куда ты теперь? – уточнила подруга, когда мы уселись в ее машину и поехали «в никуда».

Я понятия не имела, куда идти и как жить дальше. В двадцать один, мне не хотелось задумываться над такими сложными темами. Но, я теперь была не одна и единственный вариант, который приходил на ум – родители.

– Давай ко мне? Козел Новицкий все равно не станет тебя искать, – заявила она, чем сильнее повергла в уныние.

Будет или нет? С одной стороны, я хотела, чтобы Артем меня искал, но, с другой стороны, – не хотела. Поскольку промолчала, Таня продолжила напирать:

– Будь реалисткой. Такие, как он, не парятся от потери любовницы. И судя из того, что ты мне рассказала, то заменит тебя уже на следующий день.

Она била по больному, но так и нужно. Я должна принять правду, насколько бы она ни была горькой и унизительной. Для Новицкого я лишь одна из многих – игрушка, которую легко выбросить и заменить новой.

– Меня здесь больше ничего не держит, – высказалась с сожалением спустя долгое время, – универ я закончила, а работу найти еще не успела. Да и теперь, кто меня возьмёт с пузом?

– Тогда что, вернешься к родакам? – ее аж перекосило на слове «родители».

У нее с ними отношения натянутые, а у меня нормальные. Но все равно я не представляла, как преподнесу им новость о моей беременности. И как они на нее отреагируют, учитывая, что ни о каком отце для малыша и речи быть не может.

Но пришлось с горестью подтвердить:

– Да. Больше некуда. Сейчас же куплю билет на вечерний поезд и уже утром буду дома.

Говоря все это, я до последнего надеялась на какое-то чудо. Может, что не будет билетов и останусь ненадолго у подруги. Или что нас подрежет машина и встанет поперек. А из нее, как в сериалах, выскочит Артем с криком: «Моя! Никуда не отпущу!».

Естественно, ничего из моей глупой фантазии не сбылось. Билетов было море, даже на нижние полки, а на дороге нас подрезал лишь какой-то придурок. Поравнявшись с нами и опустив стекло, проорал:

– Курица, глаза разуй! Не видишь, куда прешь?

Таня хмыкнула и поехала дальше, как ни в чем не бывало.

И уже когда поезд мчал меня далеко от столицы и от Артема Новицкого, снова стало скверно на душе. Я приняла нелегкое решение перечеркнуть год отношений и позорно сбежать. Надеялась, что оно было единственное правильное из всех. Ведь сомнения продолжали грызть совесть, как и сыпались звонки от Артема. Может, он хотел извиниться или объясниться? А что, если все не то, чем кажется? Догадался ли он уже, что я сбежала? Ищет ли меня или…

Да сколько можно себя мучить?! Сердце рвалось от каждого: «А что, если…»

Больше не стала думать. Не стала ломать голову и строить догадки. Зная, что могла сдаться в любой момент, достала симку и выбросила в окно скоростного поезда.

Вот и все. Моя история закончилась. А стоя на перроне родного города рано утром, уверенно произнесла лично для себя:

– А теперь начнется новая история, – положила руку на живот и с нежной улыбкой на губах уверено добавила: – Лучшая из всех.

Но кто бы знал, с какой адской болью на сердце я уходила оттуда…

***

– Зачем тебе рассказывать правду? Вычисли по УЗИ, когда у тебя овуляция и переспи с Новицким!

На словах у подруги было все так легко и просто! Таня пила уже третий бокал вина, я же не притронулась еще даже к первому. Нервозность била ключом изнутри, из-за чего тело пробивало мелкой дрожью. Я хоть и была решительно настроенной, но… Положа руку на сердце, боялась встречи с Новицким, как огня. Да и сложно было представить его реакцию на мое появление спустя пять лет.

В тайне я надеялась, что за это время он мог измениться. «Повзрослеть» и пересмотреть жизненные цели. Может, тогда, в тридцать лет ему и не хотелось детей, но время течет, все меняется. Люди, вещи, ценности.

– Тань, – тяжело вздохнула и все же пригубила красного расслабляющего элексира, – навряд ли я смогу снова забеременеть с первого раза. Это первое. А второе, я не хочу с ним спать. Хорошо будет, если Артем согласится на ЭКО. Так для всех будет лучше.

– Вообще, откуда уверенность, что Новицкий согласится? Помнится, на детей у него был бзик, из-за которого ты и сбежала.

Этого я никогда не забывала за прошедшие пять лет. Как и не смогла забыть его самого. Его руки, губы, глаза, слова… Все, что он делал до того, как раскрылась истинная натура Артема.

Чертов козел везде мне мерещился, покоя от него не было! Лишь спустя пару лет меня немного отпустило, но отголоски прошлого и внутренний страх все еще плескались отравой в крови.

– У меня все равно нет выбора, – подвела горестный итог.

Я была готова на все, лишь бы спасти Маруську, даже войти в логово зверя. Лишь бы не видеть больше страданий моей принцессы, от которых я ночами ревела без остановки в подушку из-за собственного бессилия.

– Но все же, давай представим, что он откажется. Или, не дай бог, вообще вздумает забрать у тебя Марусю. Что тогда?

Я уже много раз думала, и каждый раз приходила к одному выводу: нет другого варианта. Если бы был, схватилась за него обеими руками. Вгрызлась бы зубами и не отпускала, пока не спасла Марусю. Но, чуда в нашем случае не случилось. И уже вряд ли случится.

– Не заберет, я не позволю. Да и к тому же, зачем Артему больной ребенок? Как будто он ухаживать за ней будет! Он и здорового не хотел! – выпалила на удушающих эмоциях и с размаху выпила остаток алкоголя.

Оно обожгло горло, чем и отрезвило разум. Меня трясло как при лихорадке и ничего не могло успокоить. Сейчас, как бы смешно ни звучало, мое успокоение заключалось в гребанном Новицком. И во втором ребенке от него.

Глава 3

Прежде, чем идти к нему, я выяснила, что Артем все еще не женат. В целом, наличие жены меня бы не остановило. Ничего бы не остановило страдающую мать, но… Но стало бы огромной проблемой. А с любовницей разговор короткий, какие у нее права? Никаких! Собственно, как и у меня, но…

– Да уж, подкинула тебе судьба проблем, – Таня вздохнула, да и я вместе с ней.

Ничего, завтра все решится. У меня нет возможности больше оттягивать время. Оно с каждым днем играет против меня! И против бедной Машеньки.

Ну, ничего, Новицкий, ты захочешь! Я костьми лягу, но ты, добровольно или нет, отдашь мне сперму для ЭКО! Если понадобиться, буду каждый день портить тебе жизнь, но добьюсь желаемого. Я всего-то хочу, чтобы моя принцесса жила обычной жизнью! Чтобы у нее было детство и игры с детьми, а не постоянные больничные палаты. Разве много? Единственное, что от него требуется – это подрочить и передать био-материл медперсоналу!

Как же на словах было все легко и просто. Но я точно знала, что в реальности меня ожидали огромные проблемы. Но это ничего, ерунда, по сравнению с выздоровлением моей сладкой малышки.

***

– Дорогой, ты же купишь мне машину, о которой мы говорили вчера?

Меня едва не стошнило от слащавого голоса девицы, да и от факта, что я это услышала. Будто что-то чересчур интимное.

Дверь в квартиру, почему-то, была приоткрыта, поэтому я без зазрения совести пнула ее ногой и ворвалась внутрь, как дикарка.

Пока во мне бился фонтаном адреналин, я должна была действовать! И плевать я хотела, что обо мне подумают. Куда пошлют после… Все это не имело значения, ведь я не собиралась больше прятаться и скрывать Марусю. Не после всего того, через что мы прошли с ней.

Новицкий стоял ко мне спиной около обеденного стола в гостиной и, кажется, завязывал галстук. А вот девицу я рассмотрела с ног до головы. Новая игрушка Артема оказалась искусственной. Красивой, да, не подкопаешься, но… Практически все не натуральное, начиная от волос и заканчивая грудью. А, может, еще и над телом поработал хирург.

Единственное, чему я могла позавидовать – ее плоскому животу и худощавым бедрам. Рыжая стояла в элегантном, молочного цвета платье по фигуре, едва прикрывающим попку. Да и едва закрывающим силиконовую грудь.

Моя же фигура после тяжелой беременности и родов оставляла желать лучшего. И как бы я ни старалась в тренажерке, но долбанный фартук на животе никуда не исчезал. Как и обвислая кожа с растяжками. Про грудь старалась не думать. Меня вдруг злость взяла, какого фига я думаю об этом прямо сейчас? Как бы там ни было, бороться за Новицкого, тем более с барби, я не стану. Это задание провальное на старте.

Поскольку рыжая уже заострила на мне взгляд и явно собралась вопить на весь этаж, я опередила ее:

– Новицкий, поздравляю, ты стал отцом!

Сначала он напрягся, а затем медленно обернулся. Ох, мамочки… Не была я готова к нашей встрече. Сердце дрогнуло даже спустя столько лет, а затем забилось быстро-быстро от волнения. Меня не смущал даже ехидно-колючий взгляд Артема, ведь на теплой эйфории едва не кинулась к нему с писком в объятия. Даже вопреки его грубым словам о детях, обо мне, как о любовнице, я трепетала в его присутствии. Хоть и пыталась говорить себе, что все давно закичилось, что мужик козел, но… Но влюбленному сердцу этого не объяснишь.

Все четыре года меня преследовал образ Новицкого в лице моей дочери. Она его копия: те же огромные карие глаза, заостренный носик и тонюсенькие губы. Даже тест ДНК не нужен, лишь взглянув на нее, только слепой не увидит сходства.

– Ярослава, какого черта? – пренебрежительно выплюнул он, а я мысленно поблагодарила Новицкого за это.

Он спустил меня с упоительных грез обратно на землю. А ведь помнит мое имя, сердечко гулко отозвалось и пробило одну брешь в бетонной стене ненависти. Сомневаюсь, будто он помнит имена всех своих любовниц. Пришлось подавить в себе приступ не контролированной радости м растоптать его толпой бегущих слонов.

– Тёма, кто это? – потребовала ответа кукла, но «Тёма» (меня аж передернуло), проигнорировал ее.

– Отцом? – прогремел он на всю гостиную, а я лишь сладко улыбнулась.

– Да, дорогой. И скоро станешь им во второй раз.

Бедный Новицкий, мне показалось, что его мог схватить сердечный приступ после моих громких заявлений. Или уже? Он побледнел и, тяжело хватая ртом воздух, ухватился ладонью за спинку высокого стула. Уже подскочила на автомате, желая помочь, но резко отпрянула.

Чего это мне его жалеть? Мужлан моих чувств не пожалел и плевать, что я сама услышала то, что не должна была.

Кукла лишь шокировано хлопала глазами, но наверняка ее мозг уже начал активную деятельность. Я же прямым текстом заявила, что претендую на ее любовника. А такого точно ни одна содержанка просто так не примет!

Наконец, Артем отдышался и взял себя в руки, выпрямился. От того, сколько я увидела злобы в карих омутах, встал колючий ком в горле. Легко явно не будет…

– Яра, что за хуйню ты несешь! – воскликнул и продолжил: – Мы не виделись с тобой хер сколько ле… – нарочно перебила его, чтобы сбить с мысли:

– Пять лет.

– Пять лет… – подхватил за мной и нахмурился.

Умолк, хотя, думается мне, у него на языке для меня вертелось много нецензурных слов. Зато, подала писклявый голосок кукла: