У тебя минута

Глава 4

Матвей

Маленькая нахалка просто показала нам «fuck» и вылетела из столовой, словно боялась, что я вот-вот пущусь ее догонять и ломать пальцы. Нахрен бы она мне сдалась. Кристина, сидящая рядом, в шоке округлила свои накачанные губы и издала какой-то звук, видимо, передавая всю гамму своего возмущения относительно невоспитанности этой мыши. Ну, высокой словесности от Крис ждать и не приходилось, ее интеллекта чаще всего хватало только на междометия. Впрочем, меня это вполне устраивало, мне не нужны от нее интеллектуальные беседы, ее рот создан для другого.

Илья, оценив ситуацию, усмехнулся. Узнал девчонку, судя по заблестевшим глазам. И, похоже, наметил себе новую цель. Только, блядь, попробуй. Она и так тряслась как осиновый лист, когда увидела меня в аудитории. Краснела, бледнела, и пыталась скрыть лицо, надеясь, видимо, что я ее не узнаю. Еще бы под парту залезла, идиотка. Можно подумать, мне есть до нее дело. Хотя, надо сказать, в первые мгновения мое самообладание меня чуть не подвело. Все-таки неожиданно было встретить здесь девчонку, знакомую мне совсем в других обстоятельствах. Андрей бы вот не упустил шанс ее подколоть. Или Жека. А мне насрать на эту мышь. Только вот где-то на краю сознания маячила одна мысль: ведь она-то не согласилась на их предложение. Или ее никто не спрашивал?

Впрочем, не такая уж она и мышь без этой своей черной толстовки. Вписалась в меня в коридоре, вся такая испуганная, с чуть раскрытым от неожиданности ротиком. У меня даже волосы дыбом встали на руках от ее растерянного вида. Прямо-таки девственница-недотрога. Захотелось заправить ей за ухо выбившуюся прядь. Удивился своим мыслям, выгибая бровь и, вернув себе покерфейс, свалил нахрен оттуда поскорее, чтобы не пугать девчонку своими неуместными желаниями. А желания у меня были очень даже не девственные. Этот ротик манил меня больше, чем те губы, что прижимались сейчас к моей щеке. Поцеловав, Кристина просительно заглянула мне в глаза.

- Вечером заезжай, - бросил ей напоследок, встал со стула, и резко подхватив свой рюкзак, направился к выходу. Кристина мне сегодня пригодится, надо выпустить пар, а то что-то мысли не в то русло утекают.

Давно я не реагировал так на телок. Ее бы приодеть подороже и вполне можно было бы попользовать пару месяцев. Свежее мясо.

Илья, кажется, придерживался такого же мнения. Он как раз шел рядом.

- Не втягивай эту девчонку в свои игры. Она еще от предыдущих игр не отошла, - задумчиво выдал я ему свою мысль.

Илья многозначительно хмыкнул, но промолчал. Настроение мое почему-то стало резко портиться.

- Я серьезно, Илья. Пусть живет.

- Тебе ее жалко что ли? Мои игры не такие жестокие, как у пацанов. Пусть сама выберет. Ты или я. А она ничего так, - задумчиво произнес он. – Дерзкая, еще и хорошенькая. И задница – огонь.

- Когда это ты успел рассмотреть ее задницу? – Во мне поднимался какой-то праведный гнев, когда я представил, как он лапает за задницу мою мышь. Мою?

- В субботу еще. Думаю, Андрюхина ладонь ее тоже заценила, - заржал друг.

Моя агрессия нарастала. Надо срочно снизить градус накала. Набрал своему тренеру по боксу и договорился заскочить к нему в зал после занятий.

На университетской парковке было довольно многолюдно, занятия закончились, и все вывалились во двор, разъезжаясь по своим делам. Я ждал Илью возле своей Панамеры, облокотившись на капот, сам Илья сегодня без колес. Так и не рассказывает, куда дел свою новенькую ауди. Проводив взглядом милую девочку в милой юбочке, продолжил ковыряться в телефоне. И тут рядом со мной слышу девичий голос. Приятный такой, мягкий, словно обволакивающий. От такого голоса хочется растечься у ног его обладательницы и лечь пузом кверху, чтобы она его почесала. Короче, голос был такой, что за него хотелось отдать все. Даже свою душу. Любопытство свое я пересилить не смог и повернулся в ту сторону, откуда услышал этот прекрасный звук. И не поверил свои глазам – моя мышь. Когда она просила о помощи в моей квартире, голос был похож на предсмертный крик чайки. А тут…

В какой-то момент она повернулась и, узнав, уставилась на меня. Как на кусок говна. Как будто это я ее затащил в тут комнату. Да нахрен, отдам ее Илье, пусть делает с ней, что хочет. Да она из благодарности за спасение должна как минимум мне кланяться при встрече. Хоть бы спасибо сказала, мышь неблагодарная.

Разглядывал ее, чуть склонив голову вправо. Оценивающе. Тонкая шея, острые ключицы виднеются благодаря распахнутой кожаной куртке, аккуратный, чуть вздернутый носик, приоткрытые губы, серые глаза. Или зеленые… серо-зеленые какие-то. Залип.

- Лер, поехали, - услышал я голос ее спутника. А это что за хрен с горы? Дружок ее? Она отвернулась и села в задрипанную неприметную машинку. Но села как, мать ее, королева. И это ее уровень? Да я бы мог дать ей намного больше. Кристина вон не жалуется.

Сидя в машине, моя мышка уткнулась в телефон, но, уже отъезжая с парковки, повернула свою хорошенькую головку в мою сторону и как-то грустно и затравленно посмотрела на меня. Почувствовал себя конченным дерьмом. Может, это не ей, а мне надо было извиниться? Поздно ты, Мот, спохватился. Она уже успела показать тебе «fuck».

Усмехаюсь. Она как та Моська - боится, но лает.

Значит, Лера …

* * * * *

Подбросил Ильюху к кафе, которым владеет и руководит его мать, и двинул в сторону офиса. Обещал сегодня помочь отцу с договорами.

Он встретил меня в своем кабинете, поприветствовал, не поднимая головы, и вновь уткнулся в документы. Я развалился на диване у окна в ожидании дальнейших инструкций.

- Слушай, Матвей, у меня для тебя спецзадание, - минут через десять выдал он. – Побудь куратором для студентов. Мои кадровики предложили принимать студентов на практику, вдруг перспективные новички попадутся. В кадровый резерв их определим. Займись, а?

- Строители будущие? Что мне с ними делать? На стройку возить? – Понимаю, что отказ не принимается, но все же попытался съехать я.

- Да разные там направления. Архитекторы, дизайнеры, строители. Через две недели прибудут. Займись, сын. – Поставил точку отец, подтолкнув ко мне небольшую стопку документов.

- Как скажешь, - поднялся с дивана. - Могу идти?

Отец молча кивнул и повернулся к монитору своего навороченного макбука. Аудиенция окончена. Прошел в свой кабинет, поковырялся в документах, уточнил в кадрах, когда прибудут мои воспитанники. Посчитав, что мой рабочий день на этом окончен, подхватил куртку и пошел на выход. Тренер ждать не будет. Дисциплина для него превыше всего.

Глава 5

Лера

Вторник встретил меня более радужно.

Во-первых, мама себя чувствует уже несколько дней вполне сносно. Это радует. Даже дышать как-то легче, когда на тебя не давит плита под названием «чувство вины». Казалось бы, ведь это не моя вина, что мама болеет, но вот это иррациональное чувство, когда ты не можешь ничего сделать, а кажется, что должна – хоть душу дьяволу продать, но спасти, а ты не спасаешь и душу не продаешь. Это гложет, давит изо дня в день тяжелым грузом. И ты встречаешь новый день, со страхом ожидая неприятностей, ухудшения самочувствия, какого-то нового поворота в этой болезни. А когда самочувствие мамы более или менее сносное, хочется прожить этот день, именно прожить, а не пережить, насладиться им качественно, пока есть такая возможность. И вот сегодня такой день.

Во-вторых, сегодня мне захотелось выглядеть лучше. Я даже отыскала у себя в скудной косметичке тушь для ресниц, слегка подрумянила щечки и нанесла хайлайтер. Юбки в моем гардеробе тоже были. Целых две. Я надела прямую бежевую юбку чуть выше колена, белый лонгслив и высокие сапоги на плоской подошве. Хоть я и не обладала высоким ростом, но и без каблуков назвать меня совсем коротышкой тоже нельзя. Повертелась перед зеркалом, накинула кожаную куртку и выскочила из подъезда. Настя очень удивится таким переменам в моем образе. Обычно я всегда в джинсах. Но вчера что-то произошло.

Артур вчера подвез меня до самого подъезда, по пути постоянно рассказывая веселые истории из своей жизни и периодически на меня поглядывая. Я же не дура, понимаю, что приятна ему. Ну хорошо, нравлюсь. И замечаю это уже давно. Может, пора дать ему зеленый свет? Но почему-то, когда представляю, как мы с ним целуемся, у меня возникает ощущение, что я буду целовать брата. Ну такое… Нет той искры, которая пробегает между парой в романах о любви или в романтических фильмах. Там главные герои всегда с первой секунды и навечно. У меня никогда такого не было.

Я, конечно, раньше целовалась. В десятом классе два раза ходила на свидания с Сашей из параллельного класса. И на втором свидании он меня поцеловал. Больше я с ним никуда не ходила. А в школе еще полгода пряталась по углам. Не то чтобы я ханжа, но вот не зацепило. Я даже нарисовала на эту тему серию абстрактных картин, наполненных болотно-зелеными и серыми цветами. Так меня пробрало. Не понравилось, в общем.

Мои любимый учитель рисования, а по совместительству сосед из квартиры напротив, Юрий Константинович, всегда говорил, что я очень эмоциональная и мне нужно свои эмоции переносить на бумагу, иначе так можно и с катушек слететь. А еще я не умею эти эмоции держать в себе и выражаю порой, сумбурно: то говорю, что думаю, не жалея чувств окружающих, то наоборот, не могу подобрать нужных слов и просто эмоционирую. Поэтому, на холст сливать все свои «думы» безопаснее. Вот и вчера я долго стояла перед мольбертом и делала зарисовки молодого человека. Мне бы и хотелось сказать, что это собирательный образ. Тонкие черты лица, уверенный подбородок. Вот только глаза у этого человека пронзительно-синие и принадлежат конкретному персонажу. В общем, вчерашний рисунок улетел в мусорную корзину. Не стоит забивать себе голову всякой ерундой. Но, почему-то, именно об этой «ерунде» я и думала все утро, когда выбирала наряд. Смешно, нашла кому пытаться понравиться. Видела я, с кем ОН восседал вчера в столовой аки прынц. Такая роскошная, упакованная девица, чуть ли не в рот ему заглядывала. Вот его уровень. А я совсем другая. Не буду я пресмыкаться перед парнем, даже если он богат и красив как боженька. Можно же зарабатывать деньги самой, зато сохранить достоинство.

Кстати, об этом. Это то самое «в-третьих», что поднимает мне настроение. Вчера я нашла несколько вариантов подработки, обзвонила все места, и сегодня меня ждут на собеседование в кофейню. Пожалуй, из всех отобранных вчера вариантов, этот самый подходящий. Работа в вечернюю смену, можно установить себе график, да и локация удобная – по пути из университета в сторону дома.

Надеюсь, у меня получится устроиться на эту работу, буду держать кулачки. Или медитировать на эту должность. Тем более, опыт официантки у меня уже есть, за три года я уже кем только не подрабатывала от расклейщицы объявлений до подтанцовки в ночном клубе. Там, кстати, неплохо платили, но в какой-то момент мне пришлось ухаживать за мамой после химиотерапии, и я не могла оставлять ее дома ночью без присмотра. Пришлось попрощаться с этой работой.

Юрий Константинович на это отреагировал в своем репертуаре – поворчал о том, какие нынче времена и нравы и еще о том, что такие вот танцули - это не искусство. А вот картины писать – самое оно. Старый брюзга, хоть и люблю его как родного дедушку. Если бы мне это приносило деньги, я бы с утра до ночи их писала. Но я все равно очень благодарна моему учителю рисования. Именно благодаря ему я смогла изучать профессию архитектора в лучшем ВУЗе города, да еще и бесплатно, обучаясь на бюджете. Именно благодаря художественному мастерству, которое он во мне развил. Он для меня не просто учитель или наставник. Он уже родной человек, который знает меня, чувствует и понимает.

Пока я ехала в маршрутке и думала обо всем об этом, лучший ВУЗ города неумолимо приближался, обещая мне четыре не самых простых пары и удивленные лица одногруппников. Собственно, мои ожидания оправдались – получила несколько комплиментов своим ножкам от парней и пару сдержанных, но лестных комментариев о моей юбке от девочек из своей группы. Что ж, оно того стоило. Прав был Гришковец – настроение улучшается.

В обеденный перерыв мы с Настей пошли в столовую. Я постоянно оборачивалась в поисках синих глаз, от которых ждала оценки. Но не было среди этого огромного потока лиц того самого. Ни в коридорах университета, ни на парковке. Удивительно, как вчера мы встретились несколько раз, а сегодня ни разу до самого окончания занятий. Наверное, его вовсе не было сегодня в универе.

Настроение мое как-то сникло, и на собеседование я ехала с минорным лицом. Боже, нашла от чего загоняться. Я его ведь и раньше не встречала на просторах универа, ну или не замечала просто. Осталось только мне поплыть от этого мажора и потом локти кусать от безответной любви. Ну не дура ли? Давай, Лера, соберись. Тебе не нужны сейчас отношения, тебе нужны деньги. Заработанные деньги всегда меня мотивировали посильнее всяких там красивых глаз. Осталось только эти деньги заработать.

Собрав всю свою решительность и волю в кулак, я шагнула на порог кофейни. Довольно просторно, и столиков много. Значит, скучать не придется, работы много. Кроме напитков и десертов здесь подают и завтраки, и основное меню, а значит, посетители будут разные.

- Добрый день! – Поприветствовала меня с улыбкой бариста – девушка с рыжей копной волос, собранных в высокий хвост. У нее довольно приятное лицо и ямочки на щеках. Так мило. Таким людям сам Бог велел чаще улыбаться.

- Привет. Ээээ… - Что-то я даже растерялась на мгновение. – Меня ожидают на собеседование. На должность официантки.

- Да, Мария Сергеевна говорила что-то такое. Молодец, что пришла пораньше. Она ценит ответственных людей.

Бариста – само дружелюбие.

- Может быть, вы подскажете, куда мне пройти? – Неуверенно спросила я.

Так, Лера, соберись, что ты мямлишь как тряпка. Видишь, тебе здесь рады.

- Она сама сейчас подойдет. Просто присядь. Может кофе?

- Спасибо. Пожалуй, сначала дела. – Улыбнулась я в ответ, отрицательно покачивая головой, а когда повернула голову влево, увидела, как в мою сторону направляется уверенная, красивая женщина.

Я бы дала ей лет сорок, может сорок пять. Мой наметанный художественных глаз редко сбоил. Одетая в строгий брючный костюм, она действительно производила впечатление руководителя. Красивые кремовые лодочки на ногах, аккуратная стрижка каре, ухоженное лицо. Я ей завидую. Не со злостью, конечно, скорее, по-доброму, но мне захотелось выглядеть так же.

- Вы Валерия? – произнесла она твердым, но довольно приятным голосом. – Как хорошо, что Вы пришли раньше. Мне нужно будет срочно уехать. Это Катя, - указала она на баристу, - она поможет Вам освоиться и все покажет. Сегодня она за старшего. В резюме Вы указали, что есть опыт работы официанткой?

Я кивнула утвердительно. В ее монолог даже не успела слова вставить.

- Смены мы сейчас обговорим. Если все устроит, можете завтра приступать.

Вот так просто? Или здесь есть какой-то подвох? Либо здесь такая обстановка, что никто не задерживается надолго, либо я настолько им подхожу, что их все устраивает. В любом случае, не попробуешь – не узнаешь. И я решила ухватиться за этот вариант. Тем более, Катя сказала, что нельзя вот так сразу переходить к решительным действиям, не попробовав ее знаменитый кедровый раф. Этим и подкупила.

Глава 6

Лера

Среда меня разбудила многообещающе. Сегодня я меньше думала о синих глазах.

Почти все мое внимание занимали мысли о предстоящей работе. Меня взяли с испытательным сроком. Пока Катя вводила меня в курс дела, вернулась Мария Сергеевна и сказала, что если меня все устраивает, то я принята с завтрашнего дня, потому что в ее ситуации с нехваткой кадров желающими поработать не разбрасываются. Катя, кстати, мне показалась приятным человеком, вчера она помогла мне во многом разобраться, так что я уверена, что у меня все получится. Особенно меня порадовал график работы - два через два во вторую половину дня, в выходные можно было выйти на весь день и брать еще смены по договоренности в течение недели. Да это просто идеальное место для меня!

Воодушевленная новой работой, я, словно на крыльях, собиралась в университет. Вот только на автобусной остановке моей радости поубавилось – маршрутки все никак не было, на дороге образовалась пробка, и надежда, что я успею к первой паре, таяла на глазах. Принятие – наше всё, Лера.

Когда я, наконец, добралась до университета, занятие уже давно началось, и смысла входить в аудиторию не было. Ну ладно, посижу в коридоре, подожду следующую лекцию.

Достала альбом для скетчинга и простой карандаш. Образ рисунка сложился сам собой: когда я злилась, всегда рисовала отца. Настя говорит, что таким образом я сосредотачивала весь свой гнев на нем, все свои обиды, когда не с кем было поделиться болью или неудачами, а так хотелось разделить это с кем-нибудь, ведь в детстве я именно ему рассказывала, что Мишка из моего класса дергал меня за волосы, а Юля дразнила за длинную шею. Сейчас отец живет отдельно, у него другая семья, мы не общаемся. Хочется иногда, как раньше, поделиться с ним своими переживаниями, но ему давно нет до меня никакого дела. От этого и больно. Я рисую его на бумаге, чтобы хотя бы его образу излить свою боль.

- Прогуливаешь? - Внезапно раздалось справа. Я обернулась и выронила карандаш от удивления. Рядом со мной стоял тот самый блондин из злополучной квартиры Матвея и откровенно нагло пялился в мой альбом с наполовину готовым рисунком.

Я молча вскинула правую бровь и уставилась на него, пытаясь своим видом дать понять, что как минимум удивлена его неожиданной компанией.