Виват, Романовы! Часть III

СЕЗОН 3

Сцены 1-2-3-4-5-6

Сцена 1

Флэшбэк

1776 год Россия. Петербург.

Екатерина через лорнет читает письмо из Берлина.

«Государыня и по совместительству матушка!

Я нашёл свою невесту такову, какую только мог пожелать…»

Екатерина (себе под нос). Ну, это понятно… бла-бла-бла… Так. Главное!

Переворачивает письмо. Смотрит его на свет. Макает в воду. Посыпает песком. Стряхивает.

На оборотной стороне проступает текст.

«Король Фридрих, судя по всему, задумал с помощью племянницы осуществить интригу. Вот уже как две недели она пытается меня соблазнить и склонить к

заключению брачного договора. Скорее всего, будет просить что-то подписать. Прошу вашего разрешения на дальнейшие действия или отсутствие оных, разрыв помолвки и возвращение в Россию. P.S. Что касается невесты, то я там вам с другой стороны всю правду написал. Она мне очень понравилась. Но чистая совесть и долг перед Отечеством нравятся больше.

Павел.»

Екатерина вздыхает, наливает себе чай. Достаёт из ящика бутылку настойки, подливает в чай.

Екатерина. Господи, ну невозможно ж тебя на трезвую голову читать…

Берёт бумагу, сыплет на неё песок. Мочит лист в воде. Начинает писать ответ.

Перекрутка

Берлин. Дворец короля Фридриха. Гостевые покои Павла.

Павел и Куракин в халатах сидят и читают письмо из России.

«Пишу как есть. Поступай как хочешь, но ничего не подписывай! Что касается разрешения на действия, то ты уже взрослый мужчина, чтобы на такое у меня спрашивать эти разрешения. Фридриха и его племянницу надобно наказать. Помолвку разорвать, с невестой, ежели она тебе по душе пришлась, сделай, что захочешь, и возвращайся домой. Жену тебе поищем ещё где-нибудь. Я бы так и сделала. P.S. И не пиши меня матушкой. Государыня.»

Павел (задумчиво). Саша, вот три раза перечитал её письмо… Ну я никогда не понимаю, что она на самом деле имеет в виду?! Здесь всё так двусмысленно…

Протягивает письмо Куракину. Тот перечитывает.

Куракин. Я понял, что она тебе Софию-Марию разрешила обесчестить. И через неё наказать Фридриха.

Павел. По логике вещей и справедливости обесчестить следовало бы Фридриха, но, учитывая его наклонности, это была бы ему скорее отрада… (Ещё более задумчиво.) И я не просил у неё разрешения никого тут бесчестить. И в мыслях такого не было… Ну… немножко только.

Куракин. Но она сама вешается тебе на шею!

Павел. Не по своей воле, я полагаю. Это очень прискорбно. С моей стороны было бы низко так поступать. Спать с ней, а потом бросать и уезжать.

Куракин. Ну тогда я последний подлец, коли спать с женщиной и не жениться – подло…

Павел. С женщиной – не подло. А с юной девой, которая находится в трудном финансовом положении и зависима от дяди – подло.

Куракин. Так что решил?

Павел решительно встаёт.

Павел. Сегодня же уеду! (Садится.) Хотя мне, признаться, не дают покоя рассказы о пирогах её матери… она делает такие намёки на этот счёт! А на днях сказала, что и сама может их печь. Я теперь иногда по ночам не сплю и всё о них думаю… какие они? Жаль, нельзя было бы…

Куракин. И пирогов поесть, и уехать потом, никого не обесчестив?

Павел (печально). Опять я не могу ничего правильно решить… (вздыхая) Было бы лучше, если бы она мне сама отказала… категорично!

Куракин. Чтобы она тебе в чём-то отказала, тебе нужно сначала что-то ей предложить. А ты за эти две недели не делал ничего. Не признался в любви, не позвал замуж, не попытался обесчестить…

Павел. Зато она в этом весьма преуспела! Но ты прав. (Решительно.) Нужно форсировать события! (Менее решительно.) Надо уехать! Так будет правильно.

Куракин. Не обесчестив?

Павел. Нет. Знаешь, почему? Не потому что мне дорога́ её честь… пфф! Интриганка! Мне дорога́ моя!

Куракин (с умилением). Вот человек!

Сцена 2

Павел и Фридрих идут по коридору дворца и разговаривают.

Фридрих. Итак, Павел Петрович, что решили насчёт моей племянницы? Когда свадьбу играем?

Павел (уклончиво). Понимаете, мой первый брак был скоропалителен и оттого неудачен… Мне бы в этот раз не хотелось торопиться. София-Мария – очаровательная девушка, но мне нужно ещё уладить кое-какие дела в России… подготовиться…

Фридрих. Понимаю. Серьёзный подход к делу, и он вызывает уважение. Но и вы должны понимать, что племянница не вечна…

Павел. Что-что?

Фридрих. Я имею в виду её очарование. Она сейчас на пике своей привлекательности. Сколько это продлится, бог знает.

Павел. Но я не собираюсь думать настолько долго…

Фридрих. Вам стоит воспользоваться ею.

Павел. Что сделать?

Фридрих. Воспользоваться её благорасположенностью к вам. В конце концов… (Смотрит на него.) Ваш пик привлекательности давно в прошлом. И, судя по портретам, пришёлся где-то на возраст семи-восьми лет. Но, увы, в ту пору жениться вы не могли. Торопитесь! Вы ведь не знаете, сколько вам осталось…

Павел. Так и никто не знает.

Фридрих. Но вы живёте в России! Ваш отец предчувствовал свою судьбу, когда не хотел туда ехать. И судьба его укоротила… то есть укротила. Одним словом, скончался во цвете лет. (Серьёзно.) Вам это тоже грозит, если не женитесь, и как можно скорее.

Павел. Учитывая судьбу моего отца, жениться мне не следует вовсе.

Фридрих (с улыбкой). Да всё нормально будет!

Хлопает по спине и уходит.

Сцена 3

Вечер. Павел крадётся по коридору с чемоданом. Сталкивается на углу с Софией-Марией. Павел от неожиданности роняет чемодан.

София-Мария. Ах, как вы меня напугали!

Павел (вздрагивая). А как вы меня…

София-Мария. Вы уезжаете? Покидаете нас?

Павел. Да.

София-Мария (расстроенно). Но почему?

Павел смотрит на неё. Тяжело вздыхает.

Павел. Вы мне не понравились.

София-Мария. Тогда почему вы не уехали сразу же?

Павел. Потому что… я не принимаю быстрых решений. И не сужу по первому впечатлению. Вы мне не понравились, и с каждым днём не нравитесь всё больше и больше… и дабы не начать вас… ненавидеть, я…

София-Мария. Ах, как жаль! А вот вы мне очень понравились!

Павел (удивлённо). Да? Так у вас ещё и вкус плохой?

София-Мария. Вы прямой и честный человек, и видно, что очень умны, но, судя по всему, вы много страдали за вашу недолгую жизнь и уже познали предательства близких людей…

Павел (смущённо). Ну, в общем да…

София-Мария (проникновенно). И у вас глаза цвета воды в реке Неве…

Павел (удивлённо). Разве вы видели Неву?

София-Мария. Возможно… во сне…

Павел. Вообще вода там не очень…

София-Мария. Я имела в виду, что они таят в себе её глубину… Нева ведь глубокая?

Павел. Не измерял. И надеюсь, никогда не доведётся испытать её глубину на себе… в том смысле, что меня в ней не утопят…

София-Мария. Но я уважаю ваше решение! Однако вам нужно дождаться утра, потому что все уже спят, и никто вас не повезёт.

Павел. Ну да, вы правы.

София-Мария. Тогда вам следует пока вернуться к себе в комнату с вещами.

Поднимает его чемодан и несёт в комнату. Павел в изумлении смотрит и идёт за ней следом.

Сцена 4

Ночь. Дворец Фридриха. Гостевые покои Павла. Павел просыпается и садится в постели. Смотрит перед собой.

Павел (про себя). У меня такое странное чувство, что что-то произошло… что-то изменилось…

Взбивает подушку, поворачивается на бок и видит лежащую рядом в ночной рубашке Софию-Марию.

Павел (подскакивая). Господи! Господи!! Что это?!

София-Мария (смущённо). Доброй ночи. Прошу прощения, я вас разбудила? Я не хотела…

Павел (потрясённо). Что вы тут делаете?!

София-Мария. Я… я… я хотела с вами попрощаться… ведь вы уедете рано утром, и без завтрака наверняка, то есть мы не увидимся.

Павел. И давно вы здесь?

София-Мария. Часа два.

Павел. Но как вы вошли? Дверь была заперта!

София-Мария. Нет, она была приоткрыта.

Павел смотрит на Софию-Марию. Смущённо отводит взгляд.

Павел. А вы тут… просто легли… а… а зачем?

София-Мария. Я стояла, но вы спали, я устала стоять и прилегла.

Павел. Ну что же вы меня не разбудили!

София-Мария. Ах, но вы так сладко спали!

Смотрят друг на друга.

София-Мария (смиренно). Скажите, пожалуйста, что вам во мне не пришлось по вкусу? Я должна знать это, чтобы исправить в будущем..

Павел (отворачиваясь). Всё. Даже ваше имя. Оно слишком… длинное. Я бы предпочёл его сократить.

София-Мария. Вы можете обращаться ко мне, как вам нравится!

Павел. Тогда я буду звать вас… София-Мария. А ещё лучше – просто Мари. А ещё лучше никак не звать, потому что мы не увидимся больше.

София-Мария. А как бы вы звали меня на русский манер? Если бы я вам нравилась?

Павел. Хм… если бы вы мне нравились? Дайте подумать… (Думает.) Машенька…

София-Мария. Но это больше букв…

Павел. Русские буквы мне нравятся. Их можно побольше…

София-Мария. Вы можете звать меня Машенькой, если я вам так понравлюсь больше.

Павел. Не стоит. Завтра я всё равно уеду.

София-Мария. А знаете, как ваше имя звучит по-немецки? Я выучила ваше имя на разных языках… Смотрите, по-английски – Пол, по-французски – Поль, по-испански – Пабло, по-итальянски – Паоло… а по-польски, знаете как?

Павел (в шоке). Как?

София-Мария (довольно). Павлуша.

Павел (про себя). Теперь я знаю, на каком языке меня зовёт Куракин. (Вслух.) Вы пришли рассказать мне, как меня зовут? Вы очень странная. Сначала вы меня учите геометрии, теперь моему имени. Неужели вам это всё интересно?

София-Мария. Мне интересно узнавать вас… что вам интересно, что нет? Вы – предмет моего интереса.

Смотрит на него широко раскрытыми глазами. Поправляет косу.

Павел (про себя). Всё понятно. Она пришла меня соблазнять. И она наверняка блефует. Девушка не станет рисковать своей честью, не будучи уверена, что… ага! Она уверена, что я ей безопасен! Значит, нужно дать ей понять, что я опасен, и тогда она разозлится на меня, испугается и уйдёт…

Пододвигается к ней ближе. София-Мария отодвигается. Он пододвигается ещё ближе.

Павел (вызывающе). Куда же вы? Вы меня опасаетесь?

София-Мария. Я думала, вам тесно…

Павел закрывает глаза и хватает её, прижав к себе. Замирает.

Павел (тихо). Почему вы не убегаете?

София-Мария. Но как? Вы ведь меня держите…

Держит её ещё.

Павел (взволнованно). А знаете, что мне в вас нравится..? Держать вас.. (Открывает глаза, смотрит.) Я из-за вас забыл, что хотел сказать вам…

Осторожно целует в щёку, потом в шею. Вздыхает.

Павел. И ещё нравится вас целовать… и ещё… Если вы меня не остановите, я сам себя не остановлю…

София-Мария (томно). Вы разве хотите остановиться?

Павел. Не хочу. Я должен… но у меня год не было женщины, а это много даже для меня…

Прижимает к себе и развязывает завязки на её ночной рубашке. Открывает плечо, целует. Просовывает руку в вырез рубашки.

София-Мария (испуганно). Ах, знаете, мне пора… уже так поздно… уже ночь… я вам помешала…

Начинает вставать с постели. Павел испуганно тянет её обратно, пытается снова обнять.

Павел (страстно). Останьтесь!

София-Мария. Я же вам не нравлюсь?

Павел. Вы мне не нравитесь, но мне нравится быть с вами..!

Ложится на неё, осыпая поцелуями.

София-Мария. Вы так изменчивы… ваше настроение… ваши желания… я не успеваю следить за ними…

Павел. Даже я не успеваю..!

София-Мария. Дядюшка запрещает заниматься этим мужчинам и женщинам вне брака во дворце… (Добавляет.) Правда, это касается только любви мужчин и женщин… мужчинам друг с другом это делать дозволяется и без благословения церкви..

Павел отстраняется от неё.

Павел (с интересом). Так это правда, что о нём говорят? Фридрих предпочитает мужчин? Не то чтобы я собирал всякие сплетни… а можете рассказать, что ещё о нём говорят? А обо мне он что-нибудь говорил?

София-Мария (обиженно). Вы хотите говорить об этом сейчас? Я думала, что вы хотите обесчестить меня, а не имя моего дядюшки…

Павел. Ох, простите меня… простите, конечно, вас… (Заключает её в объятья и накрывает их обоих одеялом.)

София-Мария (под одеялом). Но я не могу… без разрешения дядюшки…

Павел (под одеялом). Да к чёрту его разрешение!

София-Мария. Но, к счастью, оно у меня с собой…если вы его подпишете…

Павел. Подписать его разрешение? Конечно, давайте сюда…

Вылезают из-под одеяла. София-Мария достаёт из декольте бумагу, перо, чернила. Павел быстро подписывает.

Павел. Всё, я подписал разрешение!

Отдаёт ей. Обнимаются, ложатся под одеяло. Через минуту Павел резко садится на кровати.

Павел (в отчаяньи). Нет, я так не могу… (Смотрит на неё.) То есть я, конечно, могу, вы не подумайте, что я не в состоянии… но не хочу так… то есть я хочу, но… но так… так нельзя! Мне лучше уйти!

Встаёт и идёт к двери.

София-Мария (удивлённо). Куда вы?

Павел. К себе.

София-Мария. Но это ваша кровать. Это я к вам пришла… и я не хочу уходить. Я согласна вам отдаться.

Павел. Потому что вас дядюшка попросил?

София-Мария. Мне на этот вопрос дядюшка отвечать не разрешил.

Павел присаживается на кровать. Печально вздыхает.

Павел. Вы готовы были бы отдаться мне, даже зная, что я не собираюсь жениться на вас?

София-Мария (смущённо). Ну… я надеялась, что потом соберётесь… после этого.

Павел. Это да… (Смотрит на неё с подозрением.) Вы ведь невинная девушка, правда?

София-Мария. Конечно!

Павел. Моя покойная жена тоже так говорила… но это было не так. Но я не стал её упрекать.

София-Мария. Вы так благородны..!

Павел. Да. И я прошу вас: уходите! Не портьте моё благородство. Оно мне и так дорого обходится. Я, конечно, вас очень желаю (мечтательно) и я бы такое с вами делал… но если я это сделаю, я буду себя презирать.

София-Мария (тяжело вздохнув). Может, вы просто на мне женитесь? Мы можем сначала… ну… а потом пожениться.

Павел смотрит на неё. Потом берёт её руку и целует.

Павел. Не могу.

София-Мария. Почему?

Павел. Потому что вы мне нравитесь!

Сцена 5

Раннее утро. Павел и Куракин грузят чемоданы в карету. Павел стоит грустный.

Куракин. Не понимаю, она сама пришла к тебе… а ты ей отказал! Тебе не стыдно?

Павел. Стыдно. Давай уедем поскорее.

Из-за кустов выглядывает София-Мария. Озирается, быстро спешит к ним.

Павел (увидев её). Ох, опять вы… зачем вы меня мучаете собой?

София-Мария берёт его за руку и отводит в сторону.

София-Мария (взволнованно). Я прошу вас, не уезжайте! Если не хотите на мне жениться – не женитесь! Будем друзьями.

Павел (отчаянно). Ах, да я хочу на вас жениться!

София-Мария (недоумённо). Я совсем запуталась… вы так загадочны! Меня ещё ни один мужчина так не волновал… я ещё никого не хотела разгадать так сильно, как вас..! Вы ни на кого не похожи! У меня был жених до вас, немецкий принц! Знаете, немецкие принцы совсем другие… они говорят о других вещах, не то что вы! Часто ужасно скучных… например, о сосисках и брауншвегской колбасе.

Павел (заинтересованно). Неужели? И что говорят? Мне было бы интересно узнать, что можно говорить о колбасе…

София-Мария (берёт его за руки). Не уезжайте! Я буду без вас очень страдать!

Павел отходит в сторону. Отворачивается. Закрывает лицо руками.

Павел. Нет, я вам не подхожу! Я лжец! Я совсем не тот, за кого себя выдавал…

София-Мария. Вы не Павел Романов?

Павел. Нет, я – он! Но… но я не такой, какой я на самом деле!

София-Мария (потрясённо). Я даже не понимаю вашего языка! Это так интересно!

Павел. Кем притворялся все эти дни… я так обычно себя не веду. Я совсем не дерзкий, не наглый, и я не умею хамить женщинам… я их вообще немножечко побаиваюсь.

София-Мария (недоумённо). А вы хотите уметь?

Павел. Нет! Ах, вы не понимаете!

София-Мария. Я пытаюсь! И я с ума схожу от вашей загадочности!

Павел. Зачем я вам? Вы… такая… (окидывает её взглядом.) А я..! Что я могу вам предложить? У меня тяжёлый характер, это все говорят, я не терплю… ничего практически не терплю! То есть я очень нетерпеливый… я вспыльчивый, я на вас кричать буду, а потом расстраиваться из-за этого больше, чем вы… и хоть я – наследник русского престола, но вряд ли я его получу при жизни… Я уже овдовел, у меня есть внебрачный сын, почти нет друзей, зато куча врагов… и денег я вам тоже предложить не могу, но не потому что мне жалко, а потому что мне надо прежде просить их у матушки… а матушка у меня – о, это отдельная тема… она вас заставит рожать детей и учить русский язык… а он сложный! И в России всё вообще не так, как везде… (Добавляет.) А ещё там очень холодно. Вы замёрзнете. Я уезжаю, потому что вы мне действительно очень понравились, и я не хочу портить вам жизнь…

София-Мария. Но что же вы намерены делать дальше?

Павел. По возвращении в Россию я хочу просить императрицу отпустить меня на войну… (Вздыхает.) и там планирую погибнуть, принеся пользу Отечеству…

София-Мария. Как же вы принесёте пользу, если погибнете?

Павел недовольно смотрит на неё.

Павел (трагично). Не отговаривайте меня! Я всё решил… я вас люблю! Прощайте навсегда!

Садится в карету. София-Мария в изумлении провожает его взглядом.

Конец флэшбэка.

Сцена 6

Берег реки Неман. Почти рассвет. Куракин и Александр сидят на бревне. Куракин заканчивает рассказ. Александр сидит с открытым ртом.

Куракин (вставая). Что-то похолодало! Ты в мокрой одежде, можешь простудиться…

Александр. Дядя Саша, а что было дальше? Вы не дорассказали…

Куракин. Что-что… Уехали мы.

Александр. И всё?

Куракин. Всё… ну, пока всё.

Александр (возмущённо). Но так нечестно! Вы не всё рассказали! Там про меня дальше должно быть… ведь я есть! Значит, не всё…

Куракин (с улыбкой). Должно быть – будет! А сейчас пошли спать… тебе завтра ехать в Петербург и как-то объясняться с народом за этот договор с Наполеоном…

Идёт к шатру. Александр понуро идёт за ним.

Перекрутка.

Евдоким Давыдов заходит в палатку. Его приветствуют офицеры.

Офицеры. О, Докимыч! А правда ты Наполеона видел?

Давыдов. Видел!

Офицеры. Расскажи, что видел…?

Давыдов садится за стол. Офицеры рассаживаются вокруг него.

Давыдов. Я вам, ребята, расскажу… Только не про Наполеона… про него неинтересно. Про нашего-то государя. (Понизив голос.) Только вы… никому не говорите!

Офицеры. Само собой!

Давыдов набирает в грудь побольше воздуха. Закуривает папиросу.

Давыдов. Государь наш – вовсе не государь нам.

Офицеры. А кто?!

Давыдов (зловеще). Антихрист!

СЕЗОН 3

Сцены 7-8-9-10

Сцена 7

Под Петербургом. Царское село. Покои Елизаветы Алексеевны. Утро.

Елизавета Алексеевна просыпается, открывает глаза. На краю постели сидит Александр.

Елизавета Алексеевна (удивлённо). Вы?

Александр (с улыбкой). Доброе утро, Елизавета Алексеевна! А я вот к вам… сразу с дороги… Знаете, какой сегодня день?

Елизавета Алексеевна садится на постели. Взволнованно смотрит на Александра.

Александр. Сегодня наша годовщина! Пятнадцать лет брака! Как быстро летит время!

Елизавета Алексеевна. О… да… я никак не ожидала…

Александр. Что я помню? Ещё бы! (Обнимает её, целует в обе щёки.) У меня даже для вас подарок есть…

Достаёт бархатную шкатулку. Елизавета Алексеевна открывает и ахает. В шкатулке лежит бриллиантовое колье.

Елизавета Алексеевна (потрясённо). Саша… оно такое… такое роскошное! Я не могу его принять… это очень дорогой подарок!

Александр (небрежно). Об этом не волнуйтесь! Оно мне досталось совершенно бесплатно! В том ювелирном магазине, когда узнали, кто я такой, сразу предложили бесплатно выбрать… но вы не волнуйтесь, я для вас выбрал самое красивое! На свой вкус!

Достаёт колье и надевает ей на шею.

Александр. Вам очень идёт! Я знаю, что в прошлом я часто дарил вам подарки, которые потом забирал себе… но прошу меня за то простить. Мне было шестнадцать… Это колье вы будете носить сами, единолично!

Елизавета Алексеевна (смущённо). Я в растерянности… я не приготовила вам подарка…

Александр. Я дарю его вам с целью между нами заключить перемирие! (Радостно.) Я заключил мир с Наполеоном и хочу придерживаться этой тенденции! Елизавета Алексеевна, давайте забудем все прошлые обиды… и начнём всё сначала!

Елизавета Алексеевна (с надеждой). Вы правда этого хотите?

Александр. Конечно! Давайте будем, как раньше – друзьями! Мне так не хватает вашей дружбы! Давайте забудем ту ночь, как будто бы её не было… как будто бы между нами всё, как раньше!

Елизавета Алексеевна (тихо). Я я-то подумала…

Закрывает коробку, отодвигает.

Александр (недоумённо). Вам не нравится?