Дорога друг к другу

© Литтера Н., текст, 2022

© Литтера Н., иллюстрации, 2022

© Издательство «У Никитских ворот», 2022

Глава 1. Алена

А.Ф.: Всех ваших поклонниц не может не интересовать вопрос личной жизни, который вы старательно обходите стороной. Приоткройте завесу.

П.А.: В настоящий момент главное в моей жизни – это кино. Очень хочется реализоваться в профессии. Сейчас есть несколько интересных предложений, и, что немаловажно, – они разноплановые.

А.Ф.: То есть вы делаете все возможное, чтобы не стать заложником одного образа?

П.А.: Именно так.

А.Ф.: И все же… есть ли рядом с вами любимый человек?

П.А.: Есть.

Любимый человек есть, но главное – кино и роли. Алена закрыла публикацию.

Отчаянно захотелось расплакаться. Вообще плаксой она не была. Да и весомых причин для этого не имелось. Ведь назвал же Петя ее любимым человеком публично. А то, что на первом месте у него карьера, Алена знала и так, без всякого интервью. У любого актера на первом месте всегда карьера, особенно актера молодого и не совсем удачного поначалу.

Слава на Петю свалилась внезапно. «Проснуться на следующий день знаменитым» – это про него. Причем знаменитым Петя просыпался дважды.

В первый раз, когда его пригласили в рекламу шоколадных батончиков. Оставшись после окончания театрального училища без работы, Петя ухватился за предложение, и ролик, снятый в виде фильма-короткометражки, стал популярным. Потом лицо Пети было по всей столице – на баннерах и светящихся рекламных табло, в журналах и в Сети.

Вместе со славой пришел и первый творческий кризис. Петя мечтал о сцене, о ролях, о Вахтанговском театре. Вместо этого он стал популярным героем рекламы.

Алена разделила с Петей этот период удачи-неудачи. Они познакомились на улице, когда Петя был еще студентом Щукинского, а Алена, приехав из маленького городка, устроилась работать в службу доставки пиццерии на Арбате. Она – девушка с вечным термокоробом за плечами, он – парень, подрабатывающий чтением стихов на улице.

Потом им обоим улыбнулась удача. Алена стала продавцом в букинистическом на том же Арбате, а Петя – звездой рекламы шоколадных батончиков.

Позже Алена, дипломированный филолог и бывший библиотекарь, сумела убедить владельца книжного немного поменять концепцию – открыть свой интернет-магазин, организовать клуб любителей чтения по пятницам, а Петя во второй раз проснулся знаменитым.

Это произошло в новогодние праздники, когда в прокат вышел фильм «Закат» – исторический детектив. Революционная Россия, серия загадочных убийств, частный сыщик «из бывших» и его сообразительный помощник. Роль помощника досталась Пете. Он был настолько ярок и убедителен, что сразу запомнился и зрителям, и критикам. Реклама шоколадных батончиков успешно продолжалась, но теперь Петя ассоциировался не только с ней, но и с большим кино.

У Пети появился агент, новые предложения и деньги. После Нового года он снялся еще в двух фильмах: одна эпизодическая роль в комедии и одна главная в военной драме. А через неделю он улетает на юг, там будут съемки приключенческого кино – корабли, треуголки, шпаги…

Казалось, мечта сбывается, надо радоваться. Появились разговоры о том, что можно снять квартиру покомфортабельнее, в другом районе или вообще задуматься об ипотеке. Но чем больше проходило времени, тем меньше Алена радовалась. Ей казалось, что они, всегда дружные и отлично понимающие друг друга, начинают отдаляться, вести разные жизни вместо того, чтобы жить одной – общей. У нее все тот же книжный с вечерами любителей чтения, у него – съемки, интервью и презентации. И что будет дальше – Алена не знала.

А теперь вот тест на беременность показал две полоски. Как? Откуда? Они ведь никогда не забывали о контрацепции. Почти. Наивно полагали, что от одного раза ничего не будет.

Они не были готовы к ребенку.

Да и жизни… становились разными. Пете сейчас совершенно точно не до отцовства. В интервью черным по белому так и написано.

П.А.: В настоящий момент главное в моей жизни – это кино. Очень хочется реализоваться в профессии. Сейчас есть несколько интересных предложений, и, что немаловажно, – они разноплановые.

А что же она? Она сама к материнству готова? Алена не знала. Алена знала только то, что ей двадцать восемь и аборт может привести к последующему бесплодию. Что Петя отдаляется. И что ему только двадцать шесть. И впереди съемки в масштабном кино – агент оказался отличным.

Алена повертела в руках журнал и положила его на столик рядом с кружкой недопитого остывшего чая. Было почти десять вечера. За окном темно. Пети еще нет, у него очередная презентация чего-то. «Торговать лицом – большое умение», – говорит его агент и наряду с кино договаривается об участии Пети в мероприятиях, которые потом попадут на полосы журналов и страницы интернет-порталов. Да, у Пети началась какая-то совершенно своя отдельная жизнь.

Алена обхватила себя руками. Очень хотелось плакать. Очень хотелось надежного плеча рядом. Плеча, рук и уверений в том, что новость про беременность – чудесная, и все будет хорошо, они обязательно будут очень-очень счастливы втроем.

С презентации Петя возвращался поздно. Какой-то ювелирный дом, авторская коллекция жены известного предпринимателя. Все вокруг восхищались, делали фото украшений и себя на фоне логотипов. Петя тоже делал. Желающих сфотографироваться с ним было хоть отбавляй. Новая звезда отечественного кинематографа, свежее лицо. Чем больше фотографий отщелкается, тем шире будет охват аудитории, каждый выложит кадр на своей соцстраничке. Петя стоял, фотографировался, улыбался. Часть профессии – никуда от этого не деться.

Мало взлететь, надо удержаться.

Слава свалилась внезапно. До этого были эпизодические роли в сериалах. И фильмы вроде неплохие, и роли со словами, но зацепиться не удавалось. Все в нем видели парня из рекламы, а потом вдруг каким-то чудом – утверждение на одну из главных ролей в «Закате» и огромный успех этой картины в прокате.

А дальше – понеслось. Одно предложение, второе, третье… фотосессии, интервью, участие в передачах, авторские выпуски на ютубе у популярных блогеров. Порой Пете казалось, что он не успевает жить. Кирилл, его агент, составлял график не только интервью, но и посещений различных мероприятий.

«Торгуй лицом, – не уставал повторять он. – Заводи нужные знакомства».

Для Пети же все эти вечера казались похожими друг на друга, словно поставленными по одному сценарию. Исключение составляли только вечерние съемки. Магия кино, как бы высокопарно это ни звучало. Эта магия действительно существовала. И Петя, только начав восхождение к вершине, очень боялся не удержаться. Он боялся потерять кино, в которое уже был самозабвенно влюблен, и продолжал надеяться, что однажды его пригласят в театр, с которым пока ничего не получалось.

Зато почти получилось привыкнуть к всеобщему вниманию.

– Ой, смотрите, это же Петя Андронов!

– Да ладно?

– Точно говорю. А можно ваш автограф?

– Да, конечно. Где расписаться?

– А можно с вами сфотографироваться?

– Только быстро.

И за спиной:

– Он такой красавчик!

Красавцем Петя не был, скорее отличался не слишком стандартной внешностью. Поступать в московское театральное училище он приехал из Иркутска. В Пете смешалась русская и бурятская кровь. Он был высоким, поджарым брюнетом со смуглой, словно загорелой кожей и темными азиатскими глазами.

«У тебя эффектная внешность, – говорил Кирилл, – запоминающаяся».

На презентации ювелирного дома Петя устал от суеты и шума, а завтра съемки, и текст еще не выучен. Надо все же попросить Кирилла, чтобы поменьше было этих «торгов». Кино важнее.

Петя зашел в квартиру, включил в коридоре свет. Алена, наверное, уже спит. Они в последнее время почти перестали видеться.

Можно было бы, конечно, время от времени выходить вдвоем на публичные мероприятия, но Кирилл был категорически против.

«Она не медийная персона, такой роман не вызовет любопытства у толпы. Нам выгоднее сейчас говорить о том, что ты свободен и являешься завидным женихом. Все будут с интересом следить за твоей личной жизнью».

Все это Пете не нравилось, но приходилось слушаться. В конце концов, у него за плечами только один по-настоящему успешный фильм, а Кирилл был профи, он создал немало долгоиграющих звезд. Хотя слово «звезда» Петя не любил.

На журнальном столике в гостиной лежал журнал. Обложка с его фотографией и заголовок-слоган: «Петя Андронов: я верю, что самое интересное впереди».

Петя взял журнал, повертел его в руках и положил обратно на столик. Алена купила? Надо будет утром спросить, как ей интервью. Петю всегда интересовало мнение Алены. И это первый раз, когда он ослушался Кирилла и рассказал аудитории о том, что несвободен. Пусть без имен, без подробного рассказа о девушке, но все же…

За спиной послышались легкие шаги. Он обернулся:

– Ты еще не спишь?

– Да нет… я спала…

– Разбудил? Прости.

Алена стояла в тонкой трикотажной ночнушке с кружевными бретельками, густые светлые волосы укрывали плечи. Она почти ничем не напоминала ту девчонку в бейсболке, которая исходила когда-то весь центр Москвы с термокоробом за плечами, и была совсем не похожа на женщин с сегодняшней презентации.

Пете вдруг на миг показалось, что сейчас у него две жизни – та, которая прописана в плане Кирилла, и та, которая проходит здесь. Только эти жизни совершенно не пересекаются. Внезапная мысль его напугала, потому что невозможно одновременно вести две жизни. Или возможно? Или надо немного подождать, когда они сольются в одну? Наверное, что-то такое промелькнуло в его лице, потому как Алена спросила:

– Случилось что-нибудь?

– Нет, – покачал головой Петя, – просто устал. А у тебя?

– У меня? – переспросила Алена. Она так и не сделала шаг навстречу, стояла в дверях и не шевелилась. – Что у меня может случиться? Все как всегда.

Быть может, в другой раз он заметил бы некоторую напряженность в ее голосе, уловил бы недосказанность, но в тот момент Петя не чувствовал ничего, кроме усталости и желания лечь поскорее спать. Да еще текст не выучен для завтрашней съемки. И вообще, надо все-таки поговорить с Кириллом по поводу слишком активной «торговли лицом».

– Поздно уже, завтра не встанешь, – Петя подошел к Алене и легко коснулся губами ее щеки. – Я в душ и спать.

Она с ним так и не поговорила. Ждала, искала нужные слова, даже вышла в гостиную, но… не смогла. Петя был уставший, думающий о своем, и Алена не представляла, как вот так взять и сказать: «Знаешь, я жду ребенка». Она сама-то этот факт едва осознавала, он пока не укладывался в голове.

Заснула Алена под утро. В отличие от Пети, который провалился в сон почти моментально.

Что делать?

Что делать?

Вопрос стучал молоточком в голове.

Что делать?

А ответа не было.

Утром Алена впервые почувствовала легкую тошноту и отказалась от завтрака. Даже вышла из кухни, когда Петя с аппетитом уминал бутерброды. Оказалось, что вид колбасы может вызывать отвращение. Петя ничего не заметил – жевал бутерброд, запивая его кофе, и учил текст, держа перед собой листы. Алене показалось, что он даже не заметил ее появления.

У него съемки, у него роль.

У нее холодная вода в ванной, попытка справиться с тошнотой и вопрос: «Что делать?»

А еще ей двадцать восемь, и это первая беременность. Наверное, нужно обратиться к врачу. Алена положила ладонь на плоский живот. Ничего еще не заметно, но там внутри уже зреет жизнь.

И либо Алена остается с этой жизнью, но без Пети.

Либо с Петей, но без этой жизни.

Вот такое решение предстоит принять.

А если все же втроем? Почему она решила, что втроем не получится? Только потому, что он ходит на свои мероприятия один? Может, он ее стесняется и словами Кирилла только прикрывается?

Судя по фотографиям окружающих красоток, скорее всего… Тогда, где гарантия, что они вообще с Петей останутся вместе, с ребенком или без?

На глаза опять, как вчера вечером, навернулись слезы. Алена сердито смахнула их с лица. Вот напасть. Она никогда не плачет. Даже в самом начале, когда только перебралась в Москву и делила квартиру вместе с такими же девчонками, работала по десять-двенадцать часов в сутки и падала на кровать в своем углу. Даже тогда. Да, чувствовала себя одинокой и несчастной, но не плакала. А теперь чуть что – сразу слезы.

Алена умылась холодной водой и вышла на кухню. Сейчас выпьет крепкий чай, от тошноты помогает, и поедет на работу. Сегодня пятница. Сегодня у них читательский клуб. Алена обещала рассказать о вышедших новинках и еще не подготовилась. Не до того было. Две полоски на тесте. Жизнь резко переменилась.

Петя все еще сидел за столом – допивал кофе и доучивал роль. Колбасу съел, поэтому Алена выдохнула – тошнота не вернулась.

– Чайник еще горячий, – проинформировал Петя, на этот раз заметив ее появление.

Алена кивнула и достала с полки упаковку с чайными пакетиками.

– Слушай, тут место какое-то дурацкое. Он спрашивает: «Почему ты мне ничего не сказала раньше?» Она: «Я боялась, что ты меня разлюбишь». А речь идет о том, что когда-то героиня работала дворником, типа постыдное прошлое. Глупость какая-то. Как можно разлюбить человека только оттого, что он когда-то тяжело трудился?

Алена налила в кружку кипяток:

– Все люди разные, и страхи у них разные. Одни боятся сказать о своем прошлом месте работы, им почему-то стыдно, другие о беременности. Представь, что она не сказала о беременности.

– Ну, ты сравнила. Ребенок – это другое. Это очень ответственный шаг, касающийся обоих. Мне кажется, что это вообще решается сообща, тем более в наше время, когда несложно контролировать процесс.

– Да, ты прав, – тихо ответила Алена, сделав глоток из кружки. Руки слегка дрожали.

– В общем, дурацкий диалог. Как его играть?

– Но ведь ты же согласился, – Алена заставила себя повернуться.

– Во-первых, я пока не в той весовой категории, чтобы отказываться от предложений, а во-вторых, сценарий в целом интересный, просто несколько сцен… абсолютно глупых.

Алена подошла к столу и села напротив.

– Значит, надо их сыграть так, чтобы они не выглядели глупыми. Считай, что это твой экзамен по актерскому мастерству.

– Мудрая Алена, – улыбнулся Петя и коснулся указательным пальцем кончика ее носа. – Я подумаю над твоим предложением. Приятного аппетита, а мне пора бежать, уже почти опаздываю.

Он поднялся со стула, быстро поцеловал ее в макушку и, собрав со стола бумаги, вышел. Алена медленно пила крепкий чай.

На площадке выставляли свет, съемки задерживались. Режиссер нервничал, потому что время уходило, а у него жесткие сроки. Петя, загримированный и готовый к работе, слушал отборный мат режиссера и угрозы уволить всю команду. В угрозы никто не верил, потому как, опять же, сроки. Где он успеет набрать новую?

Сказать по правде, режиссер Пете не нравился. Он не разговаривал с актерами, а только кричал и подгонял. Да и фильм наверняка получится ниже среднего. По сценарию вроде ничего, а по факту… Похоже, для всех это была просто неплохая подработка. Актеры практически не вживались в роль, сценарий корректировался и переписывался тут же, на площадке, новый текст приходилось учить на ходу.

Короче, ничего хорошего. Была бы у Пети другая ситуация, он бы от съемок отказался. Но ситуация шаткая: некоторая заметность в сериалах в качестве героя второго плана и единственный настоящий успех в «Закате». Этого слишком мало для того, чтобы стать избирательным.

Как Алена сказала утром? Надо сыграть так, чтобы не выглядеть глупым. Представить, что это экзамен по актерскому мастерству.

Хорошо, что участие Пети в фильме ограничивается всего четырьмя съемочными днями. У героя короткая киножизнь и дурацкие реплики.

Зато потом… Через неделю Петя улетает на море. Вот там будет настоящая роль и настоящее кино. Масштабная приключенческая история из XVIII века. Шпионы, дуэли, прекрасные дамы и любовь. Одну из главных ролей сыграет сам Дмитрий Чернецов – настоящий мэтр кино и сцены, ведущая женская роль досталась Лесе Муромцевой – самой красивой актрисе современности. И это не субъективное мнение Пети, это итоги большого зрительского опроса. Да и режиссер Павел Острожек – легендарное имя в современном кинематографе, обладатель двух «Ник». К тому же он имел опыт работы в Голливуде.

Скоро Петя окажется вот в такой невероятной компании. Это его второй после «Заката» шанс, который необходимо использовать. Хотя про «использовать» говорил Кирилл, а Петя думал лишь о том, как бы рядом с такими людьми не опозориться, не провалить роль.

Единственный способ это сделать – сыграть достойно, найти такие краски для своего персонажа, чтобы «оживить» его, сделать естественным и достоверным. Текст Петя уже почти выучил, пришло время «щупать». Находить зерно роли. Конечно, впереди обсуждения с режиссером, предстоит узнать, как эту роль видит Острожек, ведь актер – профессия подневольная. Актер должен четко подчиняться указаниям режиссера, но и для самостоятельного наполнения образа должно найтись пространство. Обо всем этом студентам много раз говорили в театральном. Петя жил предстоящим проектом. Он три раза в неделю занимался фехтованием, готовился. Знаний, полученных в училище, оказалось недостаточно для такого кино.

А еще в этом фильме он будет плавать на корабле, лазить по скалам и играть на клавесине…

– Ну, наконец-то, – послышался голос режиссера, – снимаем.

Петя с молоденькой актрисой сели на табуреты по разные стороны кухонного стола.

Голос режиссера:

– Начали!

Подошла женщина с хлопушкой:

– Сцена пятнадцать, дубль один.

Петя медленно поднял глаза на девушку:

– Почему ты мне ничего не сказала раньше?

– Я боялась, что ты меня разлюбишь.

– Стоп! Куда ты смотришь? Вот куда ты смотришь? – режиссер орал на всю съемочную площадку. – Мы уже сто раз об этом говорили! Что ты на него уставилась? Ты же стесняешься! Ты хоть глаза отведи. Я понимаю, что тебя в этот фильм протолкнул Степан Александрович, но играть-то все равно надо! Зритель должен поверить!

Девушка моментально покраснела и закусила губу.

– Еще раз! – скомандовал режиссер.

Появилась женщина с хлопушкой.

Домой Петя вернулся поздно. Алена уже спала.

Для Алены последние дни были переломными, хотя внешне ничего не менялось. Один день плавно перетекал в другой. Но самое главное, Алена никак не могла решиться на разговор. Она знала, что надо поговорить, знала, что оттягивать нельзя, но подходящего момента все никак не находилось. Потому что с Петей они почти не виделись. Он приходил, когда Алена уже спала. Десять минут утреннего пересечения не в счет – совместные завтраки тоже исчезли. По утрам Алена чувствовала тошноту, все ее питание состояло теперь из сладкого чая и кусочка подсушенного хлеба. А сегодня ей вообще надо уходить натощак. И с кухни, чтобы снова не накатила тошнота, лучше исчезнуть до того, как Петя начнет завтракать. Ходить в продуктовые магазины после работы тоже стало проблематично: Алена не могла смотреть на полки, становилось плохо от одного только вида продуктов.

Пока Алена причесывалась и убирала волосы в высокий хвост, Петя заглянул в холодильник и с удивлением обнаружил, что завтракать-то и нечем, о чем оповестил Алену.

– Я вчера очень устала и не зашла в магазин, – ответила она, закончив с прической. – Там в морозилке сосиски есть, можешь отварить.

Это было что-то новое в их жизни, которая все больше расходилась в разные стороны. С немыслимой скоростью. А когда-то была практически семейной с негласным распределением домашних обязанностей.

– Без проблем, – чуть растерянно произнес Петя. – Но кажется, есть доставка продуктов на дом.

– Есть, – согласилась Алена. – Почему бы тебе этим не заняться?

Петя вопросительно на нее посмотрел.

– Прости, забыла, – добавила она. – У тебя же роль. Тебе не до обычных земных дел.

Он ничего не ответил, а она почти сердито схватила с вешалки сумку и покинула квартиру, уже в лифте смахнув с лица слезы. Алена в последние дни даже глаза не красила, потому что все время плакала. По поводу и без. И ничего не могла с этим поделать. Вчера отпросилась с работы на пару часов пораньше, чтобы пойти к врачу. Устроила там представление.

Сидела на стуле перед своим гинекологом – чуткой и внимательной Аллой Андреевной – и рыдала в три ручья.

– Я беременна.

По календарю выходило, что срок примерно шесть недель.

– Это нежелательная беременность? – тихо спросила врач.

– Это неожиданная беременность, – ответила Алена, вытирая слезы, которые никак не хотели заканчиваться и продолжали литься. – Но аборт я не хочу, а плачу не знаю почему. Слезы сами текут. Я ведь так-то почти не плачу.

– Бывает, – тепло улыбнулась Алла Андреевна. – Это гормоны. Первый триместр характерен мощными гормональными всплесками.

– Вы мне поможете? Я ничего не знаю, – шмыгать носом казалось так по-детски, но ничего другого не оставалась, потому что из носа тоже потекло.

– Все будет хорошо, – твердо проговорила врач, и от уверенности ее голоса Алена начала немного успокаиваться. – Для начала сдадим все необходимые анализы, я напишу направления. Ты себя бережешь, никаких экстремальных выходок и поступков, только правильное питание, прогулки и спокойная размеренная жизнь.

– Я поняла, – прошептала Алена, у которой опять защипало в глазах.

И вот теперь она едет сдавать анализы, оставив Петю наедине с замороженными сосисками.

Продукты с доставкой он заказал. Их привезли в тот момент, когда Петя был полностью готов к выходу из дома. Целых две сумки, в которых сыр, колбаса, хлеб, молоко, две банки кофе и так, по мелочи.

Алена ясно дала понять, что домом занимается только она. Это обида? Наверное. Это ссора? Скорее всего. Что-то неприятно царапнуло внутри.

Потом Петя себя успокоил: просто период такой. Он очень занят, у него сейчас дела пошли в гору, и нет времени расстраиваться по пустякам. А Алена славная и отходчивая. Она поймет.

Вот съемки закончатся, он поговорит с Кириллом по поводу своего участия в светских мероприятиях, и все встанет на правильные места. А сегодня – важный день.

Съемки с его участием будут лишь вечером, в первой же половине дня – занятия по фехтованию и одновременно – знакомство с Лесей Муромцевой.

Петя спешно распихивал продукты по шкафам и полкам в холодильнике, думая о предстоящем знакомстве. У них с Лесей в кино предполагается поединок на шпагах, поэтому, как сказали Пете, она тоже берет уроки. И вот сегодня – пробный учебный бой. Мало того, что предстоят совместные съемки, да еще и такие специфические сцены. Петя волновался. Какая она, Леся Муромцева? В журналах просто умопомрачительная дива, в кино – яркая красавица, которой удалось перейти из категории романтических героинь в нишу героинь характерных. Это несомненная победа в их профессии, которая во многом строится на четких типажах и амплуа.

В жизни Леся оказалась улыбчивой и спокойной, без макияжа, с забранными в узел волосами и одетая в черное трико. Она чуть опоздала и тут же извинилась за опоздание перед тренером.

– Так вы и есть тот авантюрист, который выведет мою героиню на чистую воду? – весело поинтересовалась Леся, обратившись к Пете.

– Да, это я.

Она загадочно улыбнулась, выбрала шпагу из предложенных, резко рассекла ею воздух и повернулась:

– Тогда начнем.

Оказалось, что фехтует Леся гораздо искуснее его, хотя на курсе в театральном Петя был одним из лучших фехтовальщиков и еще утром он собирался поразить партнершу своим мастерством. Но поразила его она.

– Туше[1], – объявила Муромцева, коснувшись после выпада кончиком рапиры Петиной груди.

– Отличная работа, – похвалил тренер. – Петя, ты ранен.

– Я убит, – ответил Петя и эффектно упал на пол.

Леся рассмеялась. Смех у нее был низковатый, с хрипотцой и очень приятный. А Петя лежал на полу и думал, что все это происходит с ним здесь и сейчас, а он не верит. Потому что поверить в такое просто невозможно.

– Размялись вы неплохо, – сказал тренер. – Теперь нам предстоит сделать постановочный бой. Для этого я покажу вам несколько приемов. Леся, вставай напротив меня, Петя, наблюдай. Потом попробуешь повторить.

Петя сел на пол, скрестив ноги, и приготовился внимательно смотреть, чтобы через несколько минут воспроизвести то же самое.