Друг

Вместо ожидаемого пустого белого листа детям предстала большая, нет, даже огромная карта Поволжья.

- Алина… Что это, блин, такое? – произнёс Ибрик, напрочь позабыв о стеснении.

- Откуда это у тебя? – спросил Абрик, изумлённо почесав лохматый затылок.

- Это не моё. – невозмутимо ответила девочка, шмыгнув носом.

- Ты что, украла её!? – прошептали мальчики одновременно, - Лучше верни! У нас – честный бизнес!

- Да забейте! – махнула рукой Озолина, - это братца моего. Он этой географией, словно белой горячкой болеет! Помогите лучше перевернуть!

- А твой брат точно не будет против? – заколебался Ибрик.

- Новую купит! Больно нужно ему это… Поволжье! Нам нужнее! – отрезала Алина.

Друзья перевернули географическую карту. Теперь перед ними уже лежал требуемый белый лист, однако увидев обратную сторону, мальчики всё ещё были напряжены.

- Успокойтесь! – девочка взяла фиолетовый фломастер, - лучше подумайте, как бренд наш называться будет!

- Что? – мальчики переглянулись.

- Ну, мы же серьёзная компания! Нам нужно имя!

- Хм… - Абрик нахмурил чёрные брови, вспоминая всё, что он слышал по телевизору о названиях успешных контор, - многие продавцы называют компании своими инициалами! Давайте и мы! Ибрик, Абрик, Алина…. ИАА! – воскликнул мальчик, будто открыл физический закон.

- Иа-а-а! – передразнил друга Ибрик, - будто осёл кричит! Иа-а-а-а!

- Юшкевич, в нашем городишке ослов не водится! – вставила Алина.

- Теперь будут! Нас так лучше запомнят! – возразил Абрик.

- Да? Как ослов! – закатил глаза Ибрик.

На троих друзей вдруг обрушилось самое настоящее цунами смеха, однако бабушка Фима, в тот момент наблюдавшая за ними из дверного проёма, не стала прерывать детское счастье. Старушка верила в то, что смех продлевает жизнь, однако на собственный сил уже хватало редко.

Спустя ещё несколько минут активной мозговой деятельности товарищи поняли, что ничего, кроме «ИАА» к ним на ум не приходит, поэтому на самом верху листа Озолина крупными фиолетовыми буквами вывела это неординарное название для «конторы», торгующей чак-чаком.

Дальше перевёрнутую географическую карту заполнили огромные жёлтые буквы «ЧАК-ЧАК», однако Абрик тут же справедливо заметил, что издалека их будет не видно, поэтому Алине пришлось изловчиться сверху обвести уже существующий текст оранжевым фломастером.

- Что бы ещё добавить? – задумалась девочка, шмыгнув носом.

- Пчёлок. – предложил Ибрик.

- Точно! – Озолина оживилась, и мальчик не смог сдержать улыбку.

Девочка начала вырисовывать на листе пчёл – они у неё даже близко не походили на настоящих, зато были очень милые. Не найдя чёрного или коричневого маркера, Озолина сделала им фиолетовые полоски. Добавив звёздочек и завитушек, Алина вскочила на диван и посмотрела на плакат сверху.

- Какова красота! – похвалила девочка сама себя.

- Отлично! Побежали! – вдруг заволновался Абрик и пошёл на кухню, - вдруг у нашей прекрасной компании найдутся конкуренты!

Ибрик и Алина остались одни. В комнате стало тихо.

- Очень… красиво… - прошептал мальчик, подняв чёрные глаза на Озолину.

Та смущённо улыбнулась и ответила: «Спасибо».

- Пошлите! – скомандовал резко вернувшийся Абрик. В руке его была коробка с завёрнутыми в целлофановые пакетики порциями чак-чака.

Ибрик помог Алине свернуть плакат в трубочку. Теперь карта Поволжья была выставлена на показ.

Перед тем, как расположиться на Зоотехнической, трое решили заскочить за мороженым к бабе Присе, и заодно похвастаться старушке, что открывают собственный ларёк.

Однако дети не догадывались, какое зрелище их там ожидало...

Баба Прися и её муж дед Руслан растерянно стояли около облезлого ларька. Товарищи сначала не поверили своим глазам, однако подходя всё ближе к постройке, они убеждались, что, к сожалению, увидели всё правильно. Окно ларька с мороженым в нескольких местах было пробито камнями: от сквозных дырок по стеклу жутко, словно щупальца, расползались трещины.

Дети с огромными глазами подбежали к старикам и тут же вразнобой начали галдеть, пытаясь выяснить, что произошло.

- Да тише вы! Присе и так плохо! – хриплым голосом прервал их дед Руслан.

Баба Прися обернулась, и товарищи пришли в ужас: они никогда не видели продавщицу такой несчастной. Бледные губы старушки были плотно сомкнуты. Седые брови стремились прижаться друг к другу. Толстые морщинистые руки непрерывно тряслись. В поблекших глазах стояли слёзы, которые так и норовили покатиться по похолодевшим щекам. Во взгляде бабы Приси томилось безграничное и невыносимое отчаяние.

- Что случилось? – осмелился спросить Ибрик, проглотив ком в горле.

- Гареев всё это! – старушка залилась слезами и чуть было не упала, однако дед Руслан успел её подхватить, - Пришёл и говорит: отдавай ларёк! Я, конечно, отказываю ему, а он угрожает: отдавай, а то убью! Ну я, понятное дело, верить ему не стала, послала куда подальше, а он как начал камнями закидывать! Чуть меня не порезал этими стёклами!

На лбу и спине Ибрика выступил холодный пот. Алина всхлипнула. Абрик выпустил из рук коробку с чак-чаком.

- Мой ларёк! Мой любимый ларёк! – продолжала выть старушка, уткнувшись в грудь мужу, - Пропа-а-ал!

Тимур Гареев, неизвестно как доучившийся до одиннадцатого класса, являлся грозой всего городишка. Он был рослый, широкоплечий и имел гладковыбритую голову, по форме напоминающую перевёрнутое яйцо. Его серые глаза всегда были грозно прищурены, желтоватые зубы – стиснуты, а огромные кулаки – крепко сжаты. Тимур ходил по улицам, разбрасывая ноги в стороны и постоянно одергивая карманы отцовской гавайской рубашки. Самого законного обладателя никто в городишке никогда не видел.

Ибрик, когда был гораздо младше, думал, что Гареев на самом деле адекватный парень, просто страдающий от скуки. Но стоило мальчику всего раз пересечься с хулиганом в школьной раздевалке, как все надежды на благоразумие последнего разбились о холодный кафельный пол. Прямо, как и губа несчастной жертвы.

- Вот же ж гопник гавайский! – выкрикнула баба Прися.

Деду Руслану надоело смотреть на троих стоящих столбами детей, и он сказал:

- Идите, чего вам ещё надо?

Ибрик встрепенулся, нагнулся к коробке, валявшейся на земле и достал оттуда порцию чак-чака.

- Сами сделали. Попробуйте.

Дед Руслан молча взял лакомство.

Под слёзный вой бабы Приси дети направились обратно на Зоотехническую.

К пустому ларьку они подошли совсем без энтузиазма.

- А может, не надо нам всем этим заниматься? – поник Абрик, сев на траву.

- Ты чего? – попытался приободрить друга Ибрик, - Нельзя сдаваться! Вместе мы справимся!

В ответ Абрик лишь вздохнул и зарылся смуглым лицом в коленки.

- Авин, помоги объявление повесить. – послышался голос Алины.

Мальчик смущённо приподнялся с земли и подошёл к Озолиной, чтобы придержать большой плакат, на обратной стороне которого скрывалась географическая карта. Девочка ловко прилепила по краям синюю изоленту.

Абрик в это время резко отворил дверь с задней стороны ларька, тут же закашлялся и отпрыгнул куда подальше.

- А-ай, что за вонища! – вскрикнул он.

Ибрик и Алина тут же подбежали ко входу и поморщились: ларёк был настолько прокурен, что внутри невозможно было находиться без противогаза. Полусгнивший пол был усыпан бесчисленным количеством сигарет.

- Неужто дядя Филя это сделал? – ошеломлённо пробормотал Ибрик.

- Это всё Тимур и его «команда»! – с досадой ответил Абрик, вытащив изо рта ингалятор, - я вчера вечером их здесь видел!

- Разойдись! – крикнул Ибрик, и задержав дыхание, вдруг вбежал в ларёк.

Поражённая храбростью мальчика Озолина ойкнула от неожиданности и шмыгнула носом.

Подхватив с пола ещё заранее запримеченный лохматый веник, кудрявый мальчик в срочном порядке принялся выметать из ларька недокуренные сигареты.

Кое-как управившись за минуту, Ибрик, словно метеор выскочил из злополучной постройки, которую совершенно просто можно было использовать для удушения врагов.

Озолина, порывшись в карманах джинсовых шорт, достала оттуда пластиковый флакон размером с мизинец и поспешно распылила половину содержимого в покосившийся дверной проём.

- Заче-е-ем? – взвыл Абрик, - Оно же ещё сильнее вонять буде-е-е-т!

- Юшкевич, успокойся! – скомандовала Алина, - Нечего сопли распускать! На бревне сядем и будем торговать!

- Да, нельзя расслабляться, - подтвердил Ибрик, - вечер не за горами… Нужно продать хотя бы половину!

- Кстати, за сколько? – вдруг спросил Абрик.

- Рублей за… тридцать? – предположила Озолина.

- Почти, как мороженое? Это же национальная сладость! – Абрик важно задрал вверх горбатый нос, будто не узнал о чак-чаке только вчера.

- Нормально! – заверила Озолина, шмыгнув носом, - залог успешного бизнеса – маленькая стартовая цена!

- Откуда ты всё это знаешь? – буркнул Абрик.

- Отец частенько по вечерам на телеке включает… - ответила Алина.

Трое дружно устроились на бревне перед ларьком. Абрик сел посередине, водрузив себе на колени коробку с чак-чаком.

Компания просидела так битые полчаса, и как на зло, около ларька не прошёл даже дворовый кот. Абрик вдруг вскочил с бревна и крикнул с досадой:

- Довольно! Так о нас никто и не узнает!

- И что ты предлагаешь делать? – спросил Ибрик.

- Надо объявить о себе! Кто пойдёт звать покупателей?

Алина молча посмотрела на Ибрика. Тот уткнулся глазами в вытоптанную траву.

- Желающих нет? Тогда пойду я! – объявил Абрик.

Ибрик резко поднял голову и посмотрел на друга так, будто тот стал самым настоящим предателем.

Абрик посмотрел на мальчика смеющимися глазами и направился к одной из панелек. Через какое-то время до Ибрик и Алины донёсся его крик: «Отведайте вкусного чак-чака собственного производства компании «ИАА»! Только в ларьке на Зоотехнической!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Панельные дома

2

Падик – сокращение от «подъезд»