Зона Отчуждения

Глава 1

2608 год по летоисчислению Земли. Планета Кьюиг…

Рассвет в горах был холоден и скуп.

Солнце, встающее над иззубренным очертаниями скал горизонтом, почти не грело, на склонах и вершинах лежал снег. Голубоватые языки ледников сползали в ущелья; над каменистыми плато, многочисленными в этой части горного массива, гулял порывистый ветер, поднимая мелкую пыль и перекатывая с места на место небольшие камушки.

Три штурмовых носителя Земного Альянса появились в небе бесшумно, словно призраки. Вопреки обыкновению они двигались на антигравитационной тяге, под прикрытием фантом-генераторов.

Их датчики вели активное био- и геосканирование.

На тактических мониторах появлялись скупые строки отчетов кибернетических систем:

Крупные жизненные формы не обнаружены.

Инфраструктура поселений не обнаружена.

Зафиксированы естественные полости (пещеры) природного происхождения.

Прочностные характеристики места высадки подтверждены.

…

На боевом мониторе ведущего штурмового носителя внезапно подсветилась алым строка тревожного сообщения:

Зафиксированы неопознанные источники энергии.

Идет анализ…

Идентификация по сигнатурам провалена. Недостаточно данных.

…

Руководивший операцией майор Шерман ни на секунду не забывал о поставленной задаче: скрытная высадка, организация замаскированной базы, проведение биологических исследований и обкатка новых серв-машин, пока основные силы эскадры сближаются с планетой. Колонисты ни при каких обстоятельствах не должны узнать, что наземные части Земного Альянса уже высадились на Кьюиг (так назывался этот мир).

Взглянув на системные сообщения, он сухо обронил:

– Повторный заход с глубинным сканированием!

Майор пытливо изучал полученные изображения. Никаких признаков бункерной зоны. На заброшенный рудник тоже непохоже. Ни подъездных путей, ни техники, лишь россыпь алых маркеров на глубине пятидесяти метров относительно поверхности плато.

– Голованов, твое мнение?

– Старая брошенная техника, – отозвался командир штурмового модуля. – Биосканирование отрицательное, значит людей там нет. Ну, а древние роботы нам не помеха. С такой глубины на связь не выйдут, незаметно для нас на поверхность не вылезут. Я бы их вообще игнорировал.

– Что там делать технике-то? – вслух размышлял Шерман. – Ни построек, ни подъездных путей, ничего…

– Возможно рудодобывающие дроны? Ковыряют в автономном режиме какую-нибудь жилу, затем переходят в другое место. Я сталкивался с такими в поясе астероидов. Интеллекта ноль, заточены под разработку небольших труднодоступных месторождений. Это когда шахту строить нерентабельно.

«Может и так…»

После Дабога майор предпочитал перестраховаться. Там тоже все выглядело простым и понятным. Поначалу. А потом планы быстрого и бескровного захвата вдруг начали трещать по швам. Первая вставшая на пути Альянса колония до сих пор оказывает сопротивление, хотя планета сожжена дотла, и уже не раз перепахана орбитальными ударами.

– Увеличить радиус сканирования. Максимальный охват!

Взгляд Шермана переместился к монитору, отображающему данные с датчиков дальнего обнаружения.

В предгорьях, на удалении пятидесяти километров от предполагаемого места высадки, начинались непроходимые заросли, схожие по своей структуре с давно исчезнувшими на Земле джунглями. Растительность простиралась на семьсот-восемьсот километров к югу, затем плотные заросли необъяснимо обрывались, будто их стену кто-то обрезал ножом. Дальше, до побережья узкого пролива, разделяющего два материка, раскинулась степь, лишь кое-где испятнанная условными отметками холмов и оврагов.

В свете только что полученных данных предположение капитана Голованова выглядело вполне правдоподобным. Очаг цивилизации Кьюига располагался за тысячи километров отсюда, на другом материке. Вариант с рудником отпадал, а вот дроны вполне могли разрабатывать небольшое месторождение редкоземельных элементов.

Жечь ресурс силовых установок больше не имело смысла. Картина ясна.

– Третий, высадка под нашим прикрытием! Разведать источник сигнатур и доложить!

Десантный модуль отделился от днища ведущего «Нибелунга» и резко пошел на снижение. Через пару секунд сверкнуло пламя планетарных двигателей. Посадочные опоры, выбив пыль и мелкую каменную крошку, с лязгом коснулись поверхности горного плато.

В кормовой части ДШМ открылся шлюз, из него выдвинулся и соскользнул вниз сегмент электромагнитного подъемника. Высадившиеся человеческие фигурки в серой, сливающейся с фоном скал фототропной броне, тут же окружили небольшую расселину, – единственный путь, ведущий в недра системы естественных карстовых пещер.

Три «Нибелунга» прикрывали высадку, по-прежнему барражируя на антигравах. Их очертания, скрытые работой фантом-генераторов, едва угадывались на фоне темно-фиолетовых небес.

Тонко подвывал холодный порывистый ветер, шуршал гравий под подошвами бронескафандров, да тихо шелестел сервомотор, вращающий орудийную башню десантного модуля…

– Первый, на исходной, – лаконично доложил командир десантного взвода. – Ближайшее вкрапление металла в двадцати метрах глубже и южнее. Сканируется нечетко. Сигнатуры нет. Контур объекта смазан.

– Проверить и доложить! – распорядился Шерман.

Десантники закрепили тросы. Вскоре первая пара бойцов исчезла во мраке расселины.

Лейтенант Анри Дюпон считался опытным боевым офицером. Он участвовал в нескольких десантных операциях на лунах Юпитера, подавлял восстание на Марсе, но назначение на крейсер «Титан» получил недавно.

Война в колониях обещала серию быстрых, бескровных побед. Трудности, с которыми, как поговаривали, столкнулся ударный флот в системе Дабог, среди личного состава не афишировались. Слухи, конечно, ходили разные, но Анри в них не особо верил. Что могут противопоставить колонисты мощи межзвездных эскадр?

Спускаясь во тьму пещеры, он не испытывал особого страха или нервозности. Боевой сканирующий комплекс выводил на проекционное забрало шлема контрастное изображение. На стенах расселины виднелись крепления от тросов. Кто-то явно бывал тут раньше.

– Достигли дна пещеры. Чисто, – пришел доклад от первой пары.

Вскоре ноги лейтенанта тоже коснулись тверди.

Несколько активных сигнатур располагались глубже. Здесь же царил полный мрак, который, впрочем, не помеха для сканеров. Где-то поблизости монотонно капала вода. Неясно очерченный контур какого-то механизма застыл у дальней стены подземелья, подле устья тоннеля, ведущего в недра скал.

Анри перевел взгляд на скопление металла. Система БСК, фиксирующая движение его зрачков, мгновенно сфокусировалась на объекте.

Алая отметка обрела конкретные очертания и невольный холодок проскользнул по спине лейтенанта.

– Капитан, видите это? – хрипло спросил он.

– Вижу. Фрайг, смахивает на человека?..

– Точно.

Другая планета. Пустая пещера. Силуэт человекоподобного существа, застывший у стены. Пальцы крепче сжали импульсную винтовку, а неприятная испарина напомнила о десятках световых лет, отделяющих Анри от дома. Тонко пискнул датчик системы боевого поддержания жизни, фиксируя, как сердце лейтенанта на миг замерло, а затем забилось очень часто.

Он машинально сглотнул.

У стены пещеры, склонив голову, застыл колониальный андроид, – человекоподобный робот неимоверно древней модели; его колени были слегка согнуты, правая рука бессильно опущена вдоль тела, левая чуть приподнята… Присмотревшись внимательнее, Дюпон понял, что затылок, плечи и грудной кожух машины покрывают причудливые потеки окаменевших минеральных солей, словно андроид простоял тут не одно столетие.

Пока лейтенант рассматривал сюрреалистичное изваяние, боевой сканирующий комплекс произвел анализ и выдал результат:

Андроид серии «Хьюго-БД12», массово выпускался корпорацией «Римп-Кибертроник» на рубеже 23 века. Все машины предназначались для комплектации колониальных транспортов эпохи Великого Исхода. Производство прекращено 350 лет назад.

Шерман, получив данные сканирования, быстро отыскал ТТХ[1] конкретной модели андроида. Такие машины на Дабоге и Кассии уже успели доставить немало проблем, сражаясь бок о бок с колонистами.

Ситуация складывалась непонятная. С одной стороны, местность пустынная. Тут вообще нет признаков поселений. Тогда откуда взялись человекоподобные машины? Что они делают в пещерах? И почему этот брошен? Учитывая высочайшую степень надежности колониальной техники, происходящее отдавало мистицизмом.

– Анри, осмотри его внимательнее.

Беспокойство майора имело веские основания. В Солнечной системе давно отказались от использования машин андроидного типа. Зачем они нужны, когда людей в избытке, да и узкоспециализированные роботы показали себя куда более надежными и безопасными.

Эта модель таила потенциальную угрозу. Колониальные андроиды оснащались нейросетями и при определенных условиях могли действовать самостоятельно, вырабатывая и накапливая «жизненный опыт». Такое решение было оправдано в те далекие времена, когда первые корабли отправлялись к звездам. Разработчики планетарной техники не могли заранее предугадать с чем именно придется столкнуться поселенцам и сделали ставку на машины с модулями искусственного интеллекта.

…

Историческая справка:

Машины серии «Хьюго БД12» предназначались для эксплуатации в условиях иных планет и обладали тремя степенями свободы действий.

Первая степень являлась стандартной программной оболочкой, предназначенной для бытовой машины. При ее активации андроид мог выполнять различные повседневные обязанности, не связанные с проявлением инициативы.

Вторая степень свободы включалась автоматически, в случае если от людей не поступало команд после совершения посадки. При этом андроиды получали право самостоятельного принятия решений по использованию ресурсов колониального транспорта для строительства первичного убежища и сроках пробуждения колонистов.

Третий уровень свободы мог быть включен только человеком, путем ручного ввода команд, активирующих искусственные нейросети машины. Андроид получал право принятия самостоятельных решений, направленных на защиту жизни своего хозяина и членов его семьи. Всего блок идентификации «Хьюго-БД12» мог хранить до пяти образцов ДНК и связанных с ними образчиков голоса. В эпоху «Великого Исхода» считалось, что связка «человек-андроид» гарантирует выживание большинства колонистов, даже при самых неблагоприятных стечениях обстоятельств.

…

Шерман вполне понимал логику инженеров корпорации «Римп-Кибертроник». Но легче от этого не становилось. Андроиды серии «Хьюго» могли защищать своих хозяев даже с оружием в руках.

– Анри, ну что у тебя?! – раздраженно переспросил он.

– Сканирую, – сипло ответил лейтенант.

Незримое излучение окатило корпус древней машины. Система отсеивала помехи минеральных отложений, воссоздавая истинный облик андроида. В толще проекционного забрала появились черты металлопластикового лица с тусклыми полупрозрачными линзами, имитирующими глаза, анатомический рельеф кожухов, порванная, местами отслоившаяся пеноплоть и обрывки одежды, успевшей превратиться в лохмотья.

Пискнул предупреждающий сигнал. На торсе машины подсветилась строчка рваных пулевых отверстий.

– Вскрой кожухи. Посмотри, уцелело ли ядро системы? – пришел на частоте связи приказ Шермана.

Дюпон не без внутренней дрожи коснулся древней машины. На пол посыпалась крошка минеральных солей. Затем щелкнули фиксаторы и часть корпуса удалось снять.

– У него отказал главный сервомоторный узел, – отчитался Анри. – Но не думаю, что это причина полной остановки.

– А что тогда, фрайг тебя подери? Конкретнее, лейтенант!

Анри крупным планом показал поврежденный пулями механизм. На нем виднелись потеки смазки, смешанной с мельчайшими частицами металла и пластика, – андроид долгое время функционировал с поврежденным приводом. Похоже, он пришел сюда издалека. Пули задели и ядро системы. Несколько нейрочипов отсутствовали в гнездах, вместо них стояли самодельные перемычки. Сколько же он простоял тут, все еще воспринимая окружающее, но не в силах сдвинуться с места?

Вскрыв еще один модуль, лейтенант Дюпон осмотрел положение переключателей. У андроида был активирован третий уровень программной свободы. Значит он воспринимал факт собственного бытия? Фрайг, не позавидуешь ему. Стоял тут, будто парализованный, продолжая мыслить…

– Реактор погашен, – Анри продолжил сканирование. – Это сделал сам андроид.

Теперь и Шерман увидел, что пальцы правой руки человекоподобного робота сомкнуты на небольшом выступе, под которым сканировалась простая, но надежная система аварийного отключения силовой установки.

– Похоже на суицид… – хрипло высказался лейтенант.

– Не перегибай, – осадил его Шерман.

– Контур реактора цел. Угрозы взрыва не было.

– Короче, это уже не твое дело. Пусть техники разбираются с загадками его саморазвития и мотивации. Сейчас пришлю группу, они поднимут андроида на поверхность. Двигайся глубже. Разведай активные сигнатуры. Если это такие же машины колониального типа, – попробуй захватить. Попытаются сопротивляться, – уничтожь. Чтобы ни одна механическая тварь не ускользнула, понятно?

«До жути странное место», – думал лейтенант, пробираясь со своим взводом по запутанному лабиринту проточенных водой пещер и тоннелей.

На глаза не попадалось никаких признаков человеческой деятельности. Сканеры ясно давали понять, что окружающая порода не содержит полезных ископаемых. «Какого фрайга тут делают андроиды?» – мысленный вопрос не давал покоя.

Наконец, после очередного спуска по извилистой расселине, бойцы взвода оказались в просторной пещере.

Здесь туманилась дымка испарений. Световые столбики анализаторов окружающей среды мгновенно выбросило в желтый сектор, а подле них появились пиктограммы опасности, – воздух был непригоден для дыхания из-за большой концентрации агрессивных химических соединений.

– Командир, взгляни, – один из бойцов передал по локальной сети изображение.

Наскальная живопись? – Анри удивленно созерцал путаницу геометрических фигур, вырезанную в каменной поверхности при помощи лазера. Такой вид искусства он наблюдал впервые. Линии сплетались в сложный узор, обладающий подтекстом: как только сканеры увеличили охват, стало понятно, что множество элементарных геометрических фигур, сливаясь и накладываясь друг на друга, формируют облик нескольких космических кораблей, приближающихся к планете. Вырезанный в скалах рисунок охватывал стены и свод пещеры.

Пискнул сканер. Из глубин внутрискального лабиринта приближался какой-то механизм. Алая точка выглядела нечеткой из-за странных помех.

Вскоре в толще проекционного забрала появился контур человекоподобной машины. Этот андроид не носил одежды. В руках он нес промышленный лазер, выполненный по технологиям многовековой давности.

Не замечая присутствия людей (фототропное покрытие бронескафандров отлично справилось со своей задачей), дройд остановился в десятке метров от рассредоточившихся за укрытиями бойцов, окатил сканирующим излучением пространство пещеры, а затем, включив лазер, принялся за работу. Тонкий луч срезал выступ скальной породы, сгладив шероховатость стены, и принялся пополнять изображение новыми деталями. Базальт разогревался, принимая темно-вишневый оттенок, формируя еще один фрагмент мрачной эстетики этого жутковатого, непонятного подземелья.

У каждого явления есть причина, его объясняющая, но нервы Анри не выдержали, – он оказался заложником субъективного восприятия. Перед ним стоял опасный, вооруженный и явно сбойный кибернетический механизм, который по непонятной причине ушел от своих хозяев, наплевав на обязанности, ради исполнения которых когда-то был создан.

Пытаться поговорить с ним, что-то выяснить показалось лейтенанту крайне глупым решением. В подземельях сканировалось еще несколько десятков сигнатур. Если андроид поведет себя враждебно и успеет предупредить остальных, взводу придется туго.

– Ликвидировать!.. – приказал он.

Очередь «ИМ-12» отразилась от стен сиплым эхом. Грудь андроида пробило навылет, поразив ядро системы. Работающий лазер дернулся, но не выпал из рук опрокинувшейся на спину машины, – его луч полоснул наискось и закатился в зенит.

– Берегись!

По случайности одна из пуль задела энергоблок промышленной лазерной установки. Анри успел заметить, как сигнатура обоймы микроядерных батарей приняла угрожающий оттенок, а в следующую секунду полыхнул взрыв.

Через несколько минут, когда стих рокот обвала, Анри привстал из-за укрытия. Спина взмокла от пота. В толще забрала боевого шлема все пестрило алыми точками, – множественные отметки, обозначающие противника, быстро приближались с разных сторон. Машины использовали для перемещения расселины, где человеку в бронескафандре даже не протиснуться.

В горле моментально пересохло, мысли путались. Бойцы уже заняли оборону, но все происходило слишком быстро, непредсказуемо. Из неприметной боковой расселины вдруг ударил разряд.

Анри не успел среагировать. Промышленный лазер с легкостью прорезал броню, не дав даже вскрикнуть.

В ответ зачастили очереди из импульсного оружия, но они лишь выкрошили камень, а сигнатура стрелка уже удалялась по лабиринту расселин.

…Анри стоял, удерживаемый парализованной сервомускулатурой скафандра. В его груди дымилась дыра. Бессильно щелкала автоматическая аптечка. Лейтенант был мертв.

…

Бой в подземельях продолжался еще несколько часов.

Майор Шерман пребывал в бешенстве. Он потерял взвод отлично подготовленных бойцов, прежде чем удалось полностью зачистить этот импровизированный бункер. Машин на поверку оказалось намного больше, чем показало предварительное сканирование.

Он ничего не понимал и оттого злился на себя, на мертвого лейтенанта Дюпона, тело которого нашли в пещере со стенами, исполосованными вишневыми рубцами лазерных ожогов, на техников, которые слишком медленно разворачивали необходимую аппаратуру.

Корпус первого андроида уже отделили от стены и сейчас транспортировали в развернутую на поверхности полевую лабораторию. Три штурмовых модуля приземлились, образовав треугольник периметра. Между ними уже устанавливали генераторы для систем обороны, повсюду кипела работа, но Шерману казалось, что дела движутся слишком медленно, а потери при зачистке подземелий с каждой минутой неоправданно росли.

Наконец пришел долгожданный доклад: внутрискальные коммуникации чисты, все машины уничтожены, ускользнуть не удалось ни одному из андроидов. Последних оттеснили в нижние, тупиковые тоннели и там добили при помощи тяжелого оружия.

По сути, после зачистки уцелел лишь тот человекоподобный механизм, которого отделили от стены в первой из многочисленных пещер.

Он очнулся.

Возвращение в мир произошло помимо его воли и было связано с простым действием: рука компьютерного техника подключила кабель временного питания к обнаженным контактам полуразобранной машины.

«Любопытно… Неужели его система оживет после стольких лет забвения?» – пока взгляд сержанта Сайкова скользил по поврежденным в давних, неведомых ему схватках механизмам андроида, слух уловил тонкий шелест, быстро перешедший в механический визг, а потом утихший, – это раскрутились до нужных оборотов несколько микродвигателей…

«Надо же… Работает…» – в мыслях, кроме изумления, проскользнула и неприязнь. Древняя машина внушала ему справедливые опасения, стоило подумать о парнях своего взвода – тех, кто нашел свою судьбу в мрачных внутрискальных коммуникациях…

В этот момент пискнул коммуникатор, отвлекая сержанта от распятой на стенде человекоподобной машины.

– Да? – машинально ответил он на вызов.

– Охренел?! – раздалось в коммуникаторе раздраженное ругательство майора Шермана. – Кто на связи? Доложить по форме!

– Сержант Антон Сайков, третий десантный взвод, отделение компьютерной поддержки!

– Андроида доставили?

– Так точно!

– Хорошо, – майор немного умерил тон: – Сержант, мне нужна информация. Любая доступная информация, ты понял?! Кто отправил андроидов в пещеры? Когда это случилось? С какой целью они тут находились?!

– Все не так просто, – Сайков хорошо разбирался в технике и решил сразу внести ясность. Иначе потом все свалят на него. – Основные данные хранят нейросети машины. Их невозможно взломать и нельзя прочитать, как обычный файл.

– Должен быть способ! Если потребуется, тебе выделят систему прямого нейросенсорного контакта. Снимут с серв-машины! – мгновенно взъярился Шерман.

– Я не обучен подобным процедурам, – Сайков слышал об этой технологии и находил ее лежащей за рамками разумного, а пилотов серв-машин, согласившихся на опасный эксперимент, мысленно причислял к разряду полных психов.

– Ты компьютерный техник и солдат! Я отдал приказ, а ты его исполнишь! Не хочешь напрямую подключаться к нейросетям андроида, найди другой способ! Мне нужна информация! – похоже, майор пребывал в бешенстве. В следующий миг он просто оборвал связь, оставив сержанта наедине с негаданной проблемой.

Фрайг… Обрисованная Шерманом перспектива отдавала жутью.

Сайков с ненавистью покосился на стенд. Распятый на нем механизм медленно «оживал», против своей воли, разумеется, как стала бы оживать любая машина, на схемы которой подано отсутствовавшее до этого питание. Тихо шелестели и повизгивали приводы, кое-где искрили окислившиеся контакты, несколько кристаллодисков источали неровный свет, прорывающийся из-под поврежденных кожухов. Судорожно подергивался перерубленный тросик сервопривода…

Непонятно, чем в конечном итоге завершится процесс реактивации? На кристаллодисках наверняка есть какая-то информация, их надо будет отключить от системы и протестировать отдельно. Сайков знал, что возможности нейросетей ограничены и машины такого типа время от времени записывают данные о событиях на постоянные запоминающие устройства, откуда они могут быть востребованы в любой момент.

Нет. Трогать кристаллодиски пока рано. Это может помешать загрузке системы. Пусть андроид реактивируется, может удастся и так вытянуть из него сведения? – он вновь с неприязнью взглянул на человекоподобного робота.

Поводов для скверного настроения у сержанта было предостаточно: мало того, что погибли парни из его взвода, так теперь еще и майор лезет со своими указаниями, будто ему каждый день приходится реанимировать и допрашивать произведенных четыре века назад андроидов.

Шли томительные минуты, но датчики стенда фиксировали лишь многочисленные сбои. Что за ерунда? Ядро системы вроде бы цело, так какого фрайга он глючит?

Ладно. Попробуем по-другому… – сержант все же запустил сканирование кристаллодисков. На информационном экране стенда появились сообщения:

Идет поиск аудио и видео файлов.

Обнаружен устаревший формат хранения данных.

Начата процедура копирования, распознавания и конвертации. Ждите.

«Ну, хоть что-то. Видеофайлы по крайней мере можно будет передать Шерману, чтобы заткнулся и не лез, иначе, ничего не получив, майор точно сорвет на мне зло», – подумал сержант, отвлекаясь на шум.

Дверь полевой лаборатории с шипением открылась, на пороге появились двое бойцов из четвертого взвода.

– Куда поставить? – в руках они держали контейнеры, доверху набитые обломками от точно таких же колониальных машин.

Сайков молча указал на стол, установленный подле стенда.

– Вываливайте все туда, потом разберусь, – ответил он.

Детали сервомоторов, фрагменты кожухов, расколотые кристаллические схемы, смятые приводы, непонятные узлы – технический мусор, с которым еще придется повозиться.

– Пошли ужинать, Сайков. Шерман объявил получасовой перерыв. Жаль ребят из твоего взвода.

Сержант с сомнением посмотрел на андроида, потом покосился на мониторы стенда.

Начатый несколько минут назад поиск данных застыл на двух процентах прогресса. «Результатов ждать еще час, как минимум», – подумал сержант.

– Ладно, пошли… – согласился он. Ночь явно предвиделась бессонная, а работать на пустой желудок не хотелось.

Уже на пороге он обернулся, вновь бросив взгляд на андроида. Машина с погашенным реактором и поврежденными сервоузлами не выглядела опасной. Робот был надежно закреплен захватами стенда.

Сайков ошибался.

Андроид очнулся от информационного небытия сразу, как только вновь получил энергопитание.