- -
- 100%
- +
Пролог.
Крейн Виллеард, глава своего рода, мужчина лет шестидесяти на вид, сидел на удобном диване в зеленой гостиной своего огромного замка и задумчиво смотрел на пятилетнюю девчушку с черными смоляными волосами и синими-синими глазками. Девчушка сидела на ковре в окружении красок, цветных мелков, карандашей, бумаги для рисования и увлеченно выводила на одном из листов незатейливый рисунок.
– Деда – вдруг оторвалась девочка от своего занятия – Скажи, а почему каждый раз, когда мы ходим в гости к папе, мама плачет?
Виллеард на этот вопрос внучки лишь грустно улыбнулся. За последние месяцы девочке уже не раз говорили, что ее папа умер, но ребенок, казалось, не понимал смысла этого непонятного для нее слова «умер». Пускаться в объяснения? Зачем, если она вырастет и сама все поймет. Для ребенка после смерти отца почти ничего не изменилось. Папа всегда занят, папе некогда, папа устал… Девчушка как раньше его почти не видела, так не видит и сейчас. При этом любимая няня, проводившая с малышкой большую часть времени, по-прежнему остается рядом, и мама всегда с ней. И если раньше Камили учила свою дочь вышивать и правильно вести себя за столом, то сейчас к «обязательной программе» добавились частые прогулки до семейного кладбища, к папе «в гости»…
А вот для самого главы рода смерть единственного сына была огромным ударом. Он потерял не только сына, но еще и приемника, последнюю надежду на то, что род Хаоса не угаснет, не утратит свою силу. Виллеард уже не молод, сколько еще он продержит власть в своих руках? Лет десять? Больше? Кто потом возглавит род? Нет, желающие то найдутся… Роддард, например, сын его кузена, давно мечтает занять это место (Виллеард даже уверен, что именно он и приложил руку к смерти его сына, вот только доказать ничего так и не удалось). И если Виллеард был одним из сильнейших носителей дара, ему подчинялись все стихии, то остальным мужчинам рода Хаоса повезло куда меньше.
Ах, если бы пять лет назад у Виллеарда родился внук, а не внучка… Нет, Ксантию он любил, но ведь она никогда не сможет стать главой рода. Во-первых, она всего лишь девочка, а во-вторых, дар она не унаследовала. У женщин вообще редко проявляются какие-либо виды дара, а если и проявляются, то это, как правило, слабый дар целительства. Камили только и может, что небольшие царапины заживлять, а ее дочери не передалось даже этого.
– Деда, ну почему? – повторил вопрос ребенок, отвлекая Виллеарда от его невеселых раздумий.
– Твоя мама плачет, потому что ей грустно.
– А почему ей грустно?
– Она грустит, потому что очень скучает по твоему папе, Ксантия – ответил со вздохом Виллеард.
На лице девочки появилось задумчивое выражение, ее черные аккуратные бровки озадаченно нахмурились.
– Но мы ходим в гости к папе почти каждый день – растерянно поведала девочка, помолчала пару мгновений, а потом ее лицо просветлело, она даже слегка улыбнулась – Я поняла, деда! Я поняла, почему она грустит!
Со стороны главы рода донесся очередной тяжелый вздох. Виллеард поднялся с дивана с намерением покинуть гостиную и позвать няню девочки, но следующие слова Ксантии его не просто остановили, в тот момент ему показалось, что они разделили всю историю рода Хаоса на до и после.
– Маме грустно, потому что папа с ней больше не разговаривает – пояснял ребенок с умным видом, крутя в руках цветной мелок красного цвета – Он теперь только со мной разговаривает. Я сначала думала, что папа на маму за что-то обиделся и поэтому с ней не разговаривает. Но папа говорит, что мама его просто не слышит…Хотя меня она хорошо слышит, а папу почему-то нет. Папа иногда и сюда приходит, но он говорит, что больше это не его дом. Вот и приходится мне самой к нему в гости ходить, даже если на улице холодно – закончила свою речь синеглазая девочка, вздохнула совсем по-взрослому.
– Что ты сейчас сказала, Ксантия? Повтори – потрясенно проговорил Виллеард, бросаясь к девчушке, но та лишь отмахнулась, качнула своей темненькой головкой и вернулась к своему увлекательному занятию.
Невероятно, но в этой пятилетней малышке все-таки проявился дар. Только совсем не такой, как все ожидали, а дар далеких-далеких предков, дар, который сейчас почти и не встречается. Дар Смерти.
Урок для риэлтора.
Москва, август 2019 года.
Небольшое агентство недвижимости «Твой дом» располагалось на втором этаже десятиэтажного бизнес центра на окраине Москвы и занимало три небольшие комнаты. В первой комнате находилась приемная со стойкой ресепшена. На ресепшене сидела девушка-блондинка в сильно декольтированном коротком фиолетовом платье, с ярким макияжем и длиннющими выкрашенными под цвет платья ногтями лет двадцати пяти на вид. Вторая комната агентства большую часть времени пустовала, так как являлась кабинетом владелицы данного агентства, которая практически всегда отсутствовала (и зачем ей вообще кабинет с таким-то графиком работы?). А в третьей комнате, собственно, велся прием посетителей и заключались договора. Таких агентств по всей Москве можно насчитать сотни, но именно в это агентство четвертого августа две тысячи девятнадцатого года обратилась посетительница с очень «своеобразным» запросом.
В первый момент блондинка за стойкой ресепшена только брезгливо скривилась, когда на пороге агентства появилась молоденькая девушка с черными волнистыми волосами, собранными в высокий конский хвост при помощи резинки, которой обычно в магазинах перетягивают пачки денег. На посетительнице были старые потертые джинсы и такая же старая футболка, выцветшие и чем-то заляпанные когда-то черные кеды. За спиной девушки висел объемный рюкзак непонятного болотного цвета. С образом не вязалась только затейливая татуировка синего цвета на правом запястье в виде браслета.
«Мда, с такой и взять-то нечего. Небось, комнатку в какой-нибудь общаге снять хочет. И чтобы подешевле. Тысячи три с нее агент получит в лучшем случае, а времени на нее убить придется…. Понаехали тут всякие из каких-то колхозов. Увольняться надо с этой «шарашкиной конторы», нормальные клиенты сюда не захаживают» – думала блондинка, бросая очередной недовольный взгляд на клиентку.
А девушка, казалось, и не замечала бросаемых на нее недовольных взглядов. Она с интересом оглядела окружающее ее помещение и приветливо улыбнулась.
– Добрый день – поздоровалась клиентка с мисс ресепшен и положила на стойку правую руку, на которой не было и намека на маникюр, и блондинка еле удержалась от того, чтобы еще раз не скривиться от отвращения «Ну как можно до такой степени себя запустить?!»
– Я хочу снять квартиру – продолжила девушка – Желательно двухкомнатную, но можно и однокомнатную. Чтобы полностью с мебелью, чтобы я сразу могла в эту квартиру въехать.
– Хм – удивленно протянула блондинка и выдавила из себя улыбку, ну никак образ девушки в ее мыслях не вязался с двухкомнатной квартирой – Конечно, мы подберем вам подходящую квартиру, у нас очень огромный выбор, собственная база…
– Мне не нужна база – резко перебила девушка – Мне нужна только одна квартира. Помимо того, что квартира должна быть полностью обставлена, у меня только одно пожелание… Дом, в котором будет моя будущая квартира, должен находиться рядом с кладбищем.
Блондинка с ресепшена на такое пожелание в первый момент лишь растерянно похлопала своими наращенными ресничками. А девушка-клиентка, которая по паспорту была Катей Филатовой, уже через десять минут сидела в соседнем кабинете перед очередной блондинкой (вторая блондинка отличалась от первой тем, что была одета по-деловому, в черную юбку-карандаш и белую шелковую блузку, правда на макияж и декольте отличие от первой блондинки не распространялось).
– Да, совершенно верно – в третий раз повторяла Катя – Район мне совершенно не важен. Меня одинаково устроит квартира и в центре, и на окраине, в шаговой доступности от метро, и если придется добираться до него автобусом, главное, чтобы рядом было кладбище. Рядом – это не более пятисот метров. Ну и чтобы…
– Да-да – перебила агентесса – чтобы квартира была полностью меблирована. Знаете, я, кажется, даже знаю, какая квартира вам подойдет. Есть у меня один вариант…
С этими словами блондинка номер два пощелкала мышкой по экрану своего ноутбука, после чего развернула экран к Кате. На экране располагались фотографии совсем небольшой двухкомнатной квартирки. Сорок четыре квадратных метра, если верить тому, что написано в описании. Ни о каком евроремонте, да даже просто о ремонте, речи не шло. Судя по всему, обои там последний раз переклеивали лет двадцать или даже тридцать назад, мебель тоже примерно из тех времен. Но вроде бы все чистенько. Ну и что, что телевизора и стиральной машины нет, зато есть, где спать, есть холодильник для еды и плита, чтобы готовить. Да и стоимость для Москвы относительно небольшая, тридцать пять тысяч в месяц. Второй этаж, хотя какая разница, какой там этаж. И самое главное для Кати, до кладбища два шага, только через забор перелезть, а можно и не перелезать, чуть-чуть обойти, и вот они, ворота главного входа.
– Метро Алексеевская, всего пятнадцать минут пешком, все магазины есть, да тут, если немного пешком пройтись, парк Сокольники рядом – заученно рекламировала квартиру сотрудница агентства – Ну и, конечно, Пятницкое кладбище, буквально в двух шагах… Обратите внимание на стоимость аренды, также здесь есть залог в размере двадцати тысяч рублей…
– Скажите, а квартира будет в точно таком же виде, как на фото? – перебила Катя, которой уже порядком надоели эти бесконечные сомнения в ее платежеспособности – Не будет такого, что обои там полностью оборваны, а мебель поломана? Мне не придется при въезде в квартиру неделю на уборку потратить?
– Ну что вы, конечно нет. Я предлагаю прямо сейчас связаться с владельцем квартиры, чтобы договориться о просмотре.
Квартиру предстояло смотреть вечером, Катя оставила свой номер телефона, пообещала прийти по указанному адресу без опозданий и отправилась по своим делам. А две блондинки еще некоторое время задумчиво смотрели на закрывшуюся за клиенткой дверь.
– Ну и что скажешь? – спросила в итоге мисс ресепшен у своей подруги-коллеги.
– А что сказать? Деньги на аренду, судя по всему, есть, а остальное… – блондинка номер два неопределенно махнула рукой, показывая, что ей абсолютно наплевать, как выглядит клиент, лишь бы платил.
– Ты вообще на обувь ее внимание обратила? – продолжила первая блондинка – А маникюр? Про одежду я вообще молчу! Так даже бомжи не одеваются. Интересно, из какого колхоза она приехала?
– Да уж – усмехнулась вторая – В таком виде только дома под одеялом и сидеть. Хотя я бы и под одеялом в таком виде не рискнула появиться.
– Вот-вот – поддержала первая – Как думаешь, зачем ей квартира рядом с кладбищем понадобилась? – на лице первой блондинки появилось привычное брезгливое выражение.
– Вообще без понятия. Может, больная какая? На всю голову…
Обсуждение внешности и умственных способностей клиентки отняло у девушек еще около пятнадцати минут рабочего времени, после чего блондинка номер один вернулась к изучению модного журнала, а вот блондинке номер два пришлось идти работать, надо же документы к предстоящей сделке подготовить.
А вот черноволосой девушке-клиентке было абсолютно и глубоко наплевать на мнение двух блондинок, которых она оставила в небольшом офисе на втором этаже бизнес-центра, у нее и без того забот хватало. Она вышла через главный вход здания, огляделась по сторонам. На противоположной стороне улицы виднелась надпись Бургер Кинг. Как бы не ругали фастфуд за его вредность, девушке он пришелся по вкусу. Правда, есть такое каждый день она бы не стала, а вот раз в недельку себя побаловать можно.
Девушка перешла дорогу, зашла в кафе, сделала заказ. Выбрала местечко у окна. Ей нужно было подумать.
Катя… даже произнося это имя про себя она до сих пор испытывала отвратительное чувство отторжения, неприятия. Она очень хорошо помнила, какой была та, настоящая Катя Филатова, с которой ее столкнула судьба год назад, когда она только появилась здесь, в этом месте под названием Россия. Они были почти ровесницами, но у них было настолько разное восприятие жизни… Что ж, они выросли в разных мирах.
Катя Филатова, ей было восемнадцать лет, когда ее не стало. Девушка, родившаяся в глухой деревне, мать-алкоголичка, отец неизвестно кто. Была только тетя Маша, двоюродная сестра матери, которая пыталась хоть как-то образумить девушку. Но тетя Маша лишь учила, учила… А Кате Филатовой учиться не хотелось. Кто мечтает об учебе в четырнадцать или пятнадцать лет? Ей хотелось свободы. Только счастья ей эта свобода не принесла. Парень номер один, номер два, каждый раз расставание, алкоголь, чтобы не так тяжело было это расставание перенести, кто первый раз дал ей попробовать наркотики, та Катя и сама не помнила, но остановиться уже не могла.
И вот на месте той прежней Кати сидит совсем другая девушка, с ее документами, с ее именем, и с небольшим наследством в виде пятидесяти тысяч рублей, доставшимся от недавно скончавшейся от рака тети Маши. Оставаться в той деревне дальше смысла уже не было. Да и возможности тоже: дом тети Маши отходил в наследство сыну. А если уж продолжать дальше прятаться, то в большом городе, у всех на виду. Прятаться не так уж и долго осталось, через пару лет ей исполнится двадцать, и можно будет возвращаться домой. Да и тем, от кого она прячется, сказать по правде, и в голову не придет искать ее здесь, в России.
День пролетел незаметно, девушка успела немного погулять по городу, пройтись по магазинам, прикупить необходимые мелочи, и сейчас шла от метро Алексеевская в сторону Пятницкого кладбища. Где-то там находился дом, в котором, как она надеялась, ей предстояло жить ближайшие пару лет.
Хозяйкой квартиры оказалась бабушка семидесятилетнего возраста, Вера Борисовна. Жила бабушка в соседнем подъезде, в силу возраста передвигалась с трудом, слышала еле-еле, да и видела примерно также, ничего удивительного, что эту бабушку так умудрились вокруг пальца обвести. Катя только хмыкнула, когда вчиталась в условия договора между агентством и бабулькой: мало того, что Вера Борисовна прямо сейчас должна была отдать агентству почти половину суммы, что получала от своей новой квартиросъемщицы, так еще и потом ежемесячно должна была выплачивать небольшой процент от сдачи квартиры. В Кате хоть и промелькнула жалость к бабульке, но по сути ей не было никакого дела до того, как наживаются агентства на доверчивости пенсионеров, свои бы проблемы решить. А вот немного проучить агентеску очень захотелось.
Что можно было сказать о самой квартире? В принципе, все соответствовало тому, что Катя видела на фото. Если не считать того, что все полы, мебель, подоконники, все было покрыто просто огромным слоем пыли, а во всех углах висела паутина. Но больше всего поразили Катю именно деревянные подоконники с белой облупившейся краской, и то огромное количество дохлых высушенных пауков, мух и ос, которые на этих самых подоконниках лежали. Такое ощущение, что их специально по всему району отлавливали и в этой квартире на подоконниках складывали.
– Вы говорили, что в квартиру я смогу въехать сразу же – напомнила Катя девушке-агенту, демонстративно проводя указательным пальчиком по пыльной поверхности деревянного подлокотника кресла – А тут, прежде чем въезжать, нужно несколько дней уборку проводить.
– В квартире очень давно никто не жил, поэтому здесь немного пыльно – на слове «немного» блондинка скрестила пальцы за спиной и заученно улыбнулась – Но мебель и сантехника в полном порядке. Нужно лишь слегка пыль смахнуть, а на это и пяти минут хватит. И потом, эта квартира соответствует всем вашим запросам. Кладбище, опять же, рядом.
– Да, я… – «чувствую», хотелось сказать девушке – Я знаю. Видела.
Договор Катя все-таки подписала, все оплатила, как и полагается. А дождавшись, когда хозяйка покинет квартиру, попросила девушку-агента ненадолго задержаться. Нашла в кладовке небольшую картонную коробку из-под обуви, взяла в руки веник и демонстративно смела в эту коробку насекомых со всех подоконников.
– В договоре не было предусмотрено такое количество живности в квартире – с легкой улыбкой поведала Катя – Поэтому можете это забрать себе – С последними словами девушка сунула коробку в руки обалдевшей от подобных действий блондинки. Глаза той широко распахнулись, рот открылся с намерением что-то сказать, потом захлопнулся, так и не издав ни звука. Блондинка резко развернулась на каблуках и буквально выбежала из квартиры, чуть не споткнувшись при этом на пороге.
– Вот же…дрянь! Стерва малолетняя! – Проклинала блондинка Катю, усаживаясь в машину, ставя коробку на переднее пассажирское сиденье автомобиля и заводя двигатель. Видимо, состояние злости и шока не позволило ей сообразить, что коробку с «подарочком» надо было бы выбросить в урну на выходе из подъезда. А зря. Последствия этой ошибки не заставили себя долго ждать. Остановившись на очередном светофоре, уже немного успокоившаяся блондинка сообразила, что у машины какой-то подозрительный жужжащий звук. Она резко заглушила двигатель. Звук не прекратился, и блондинка с ужасом осознала, что звук идет из коробки на пассажирском сиденье. Она протянула руку к крышке на коробке… В следующие мгновения все случайные прохожие могли наблюдать, как из стоящего перед пешеходным переходом автомобиля выскакивает светловолосая девушка и с визгом и криками «помогите» убегает прочь от своей машины, а следом за ней несется целый рой жужжащих насекомых. Самые смелые из очевидцев решились подойти к брошенной перед переходом иномарочке,… чтобы лицезреть расползающихся по салону длинноногих пауков!
Девушка Катя, закрыв дверь за блондинкой и усмехнувшись своим мыслям, принялась обходить квартиру. Да, работ по уборке своего нового жилища предстояло сделать много, но кладбище рядом, а значит, проблем с призывом помощников не будет. Девушка закрыла глаза и тихонько что-то прошептала. В квартире поднялся легкий ветерок, этот ветерок обвился вокруг девушки и приобрел изумрудно-зеленый оттенок, а спустя пару минут сквозь стены в комнату проползли черно-коричневые полупрозрачные тени, лишь отдаленно напоминающие своими очертаниями людей. Этих теней было ровно шесть, они окружили Катю, замерли и терпеливо ждали дальнейших слов девушки.
– Здесь очень грязно – небрежно бросила она – Надо бы прибраться.
Тени разлетелись в разные стороны, закружили по квартире. Пролетели по подоконникам, по поверхностям столов, дивана и кресел, кружились низко по полу и взлетали высоко до потолка, проникали в каждую щелочку и каждый угол. Они летали так недолго, около получаса, после чего ушли тем же путем, что и появились, исчезнув где-то в стенах квартиры. Зато во всех комнатах после их ухода была идеальная чистота, никакого намека на пыль или паутину. Осмотрев свой новый дом еще раз и удовлетворившись результатами осмотра, Катя остановилась перед зеркалом в коридоре и внимательно всмотрелась в свое отражение. Живя на окраине небольшой деревеньки в стареньком деревянном домике тети Маши и играя роль бывшей наркоманки, пытающейся встать на путь исправления, Катя старалась соответствовать тому образу. Неухоженный внешний вид, грязь под ногтями, старая одежда. Для забытой всеми деревни такой образ был нормой, а вот для большого города уже не годился. Не просто не годился, в таком виде она очень сильно привлекала к себе внимание, а ей наоборот надо было всеми силами стараться не выделяться.
За окном потихоньку темнело, самое время, чтобы прогуляться… по кладбищу, естественно.
В поисках Юляши.
Москва, июль 2021 года.
В темном подвальном помещении на холодном полу, прислонившись спиной к стене, сидела молоденькая девушка в разорванном бежевом платье. Руки и ноги у нее были скованы наручниками, волосы растрепаны, а все тело покрывали бесконечные синяки, ссадины и кровоподтеки. Девушка смотрела перед собой пустым взглядом, но слез в ее глазах уже не было, сквозь небольшое грязное оконце под самым потолком пробивались лучи рассветного солнца, а все свои слезы она выплакала еще ночью. Ее переполняли совсем несвойственные ей чувства: отчаяние, злость, отвращение к самой себе и к НЕМУ, бессильная ярость и удушающая ненависть. А еще желание отомстить, увидеть собственными глазами, как ОН мучается. А вот потом можно будет спокойно и умереть, потому что жить дальше после того, что произошло с ней здесь, она уже не сможет.
Со стороны двери послышался скрип, и по телу девушки заструился холодный пот, а волоски на руках встали дыбом. ОН вернулся. Мельком скользнув взглядом по своему мучителю, девушка поняла – живой из этого подвала она уже не выберется. И она не испугалась этого, где-то внутри себя она даже порадовалась, что скоро все закончится, и она обретет покой.
Но обретет ли?
***
Будильник прозвенел ровно в 6 утра. Недовольный мужской голос проворчал что-то непонятное, рука протянулась к смартфону и ударила пальцами по экрану. Звук прекратился. По комнате разнесся облегченный вздох, после чего все стихло, правда ненадолго. Уже через пару минут темноволосый мужчина сел на кровати и с силой потер лицо, пытаясь проснуться. Вчера пришлось допоздна задержаться на работе, поэтому сегодня он спал всего четыре часа.
Самое тяжелое в такие дни – это заставить себя встать с кровати, а остальное уже на автомате делается. Быстро принять душ, почистить зубы, слегка подсушить волосы, одеться. Заморачиваться о завтраке не хотелось, желудок еще даже не думал просыпаться. Возле входной двери мужчина остановился и бросил взгляд на свое отражение в зеркале. Рост примерно метр восемьдесят, может, чуть выше, плотного телосложения, темно-каштановые коротко стриженные волосы, чуть более короткие на висках, серо-зеленые глаза, небольшая щетина на подбородке (к черту сегодня бритье), классические синие джинсы, черная футболка и такие же черные кроссовки. На сегодня официальные встречи не планируются, поэтому можно одеться, как нравится, а не париться на жаре в этих костюмах. Вот он, внешний вид Юрия Сергеевича Богданова, владельца одного довольно-таки крупного частного охранного предприятия.
Юрий спустился на лифте на минус первый этаж, в подземный автопаркинг, на нажатие кнопки брелока отозвался черный внедорожник Ауди. Мужчина ловко запрыгнул на переднее сиденье автомобиля, по привычке включил навигатор и проложил маршрут до офиса, хотя и знал эту дорогу наизусть. Как он и рассчитывал, пробок еще не было. Уже через двадцать минут мужчина входил в свой рабочий кабинет.
День тянулся ужасно медленно, голова болела от недосыпа, и пять уже выпитых чашек крепкого эспрессо не помогали. А работы невпроворот. Сегодня планировалось разобраться со всей бумажной волокитой, подписать весь тот ворох, что лежал на его столе и забыть об этом на ближайшие дней десять. И заняться другими, более важными делами. У них подписание контракта с «Лайн Групп» на следующей неделе. Время шло, список запланированных на сегодня дел постепенно уменьшался.
Ближе к шести вечера Богданов вольготно потянулся в своем кресле, довольный собой. По его лицу скользнула легкая улыбка, когда он представил себе дальнейшее продолжение своего вечера. К девяти он приедет домой, закажет себе вкусный ужин из ресторана. Включит какую-нибудь легкую комедию, а может и боевик, и забудет на весь вечер обо всех своих делах и уснет прямо перед телевизором. И, наконец, выспится! Но, видимо, его мечтам не суждено было сбыться. Завибрировал лежащий на столе смартфон, на экране которого высветилось «Саня».
– Юрка, помогай – быстро и громко заговорил в телефоне голос давнего друга – У тебя же есть связи в полиции, ты же там работал. Они не хотят принимать мое заявление! Говорят, рано еще, и повода для паники нет. Но я же знаю, что что-то случилось, знаю!
– Так, Стоп! – Юрий прикрыл глаза и потер переносицу, пытаясь понять, что говорит ему друг и что вообще могло у того случиться за те пару дней, что они не виделись – Какое еще заявление? Тебя что, ограбили? Машину угнали? Что?
– Юляша пропала – эти слова были произнесены тихо-тихо.
– Что значит пропала? Когда?
– Сегодня утром она ушла на свои танцы и не вернулась. Ее телефон не отвечает.
Богданов перевел задумчивый взгляд на часы, которые показывали без двадцати шесть. Ничего удивительного, что в полиции отказались заявление принять. Молодая девчонка шестнадцати лет вполне могла находиться у подруг или друзей. А телефон разрядился, и Юляшка просто этого не заметила. Но в глубине души Юрий понимал, что переживания его друга вовсе не беспочвенны. Он сам хорошо знал Юляшу.
Родители Сани и Юляшки погибли в автокатастрофе пять лет назад. И как бы тяжело не было, с тех пор все вопросы по воспитанию девочки легли на плечи Сани, который был старше сестры больше чем на пятнадцать лет. К счастью, на момент смерти родителей молодой человек уже имел профессию программиста и неплохой даже по меркам Москвы доход, что, надо сказать, очень помогало ему в воспитании подростка. Да и сама Юляшка особых проблем брату не доставляла. Она хорошо училась, занималась бальными танцами, на занятия по которым ходила даже летом. Но главное, она всегда носила при себе телефон, всегда отвечала на звонки брата и всегда предупреждала, если где-то задерживалась. Что произошло сегодня?