Исправительный лагерь для ведьмы или Бюро добрых дел

Глава 13

Но моим планам не суждено было сбыться. Когда я видела уже десятый сон, раздался оглушительный стук в дверь. Казалось, ещё немного, и она слетит с петель, а ведь наша дверь была довольно крепкой.

Кот заскочил на лавку и сжался в комок. Я бы с удовольствием последовала его примеру, но стук не прекращался и нужно было что-то делать.

— Блюдце. Кто там? — прошептала я, подползая к столу.

— Охотники, — спокойно и в голос сообщил всезнающий друг.

— А нужно им чего?

— Не знаю, спроси сама, — тем же будничным тоном сообщил Блюдце.

Его спокойствие немного передалось и мне. Раз Блюдце не чувствует, что нам угрожает опасность, значит бояться нечего. Наверно.

Я распахнула дверь и зло уставилась на гостей, решив напасть первой.

— Чего нужно?

Мужчины обомлели. Сперва лица по вытягивались, за тем сплющились и расплылись в довольной ухмылке, а пушистые брови начали отплясывать заигрывающий танец.

— Добрый вечер, красавица, — взял слово первый охотник и чуть склонился, в знак приветствия, — Не ожидали увидеть в ведьмином логове такую прелестную особу.

Прелестную? Вот черт, я снова обратилась в себя настоящую! И стою в одной рубахе напротив двух здоровых мужиков, явно не обладающих манерами джентльмена.

— Польщена, — старалась я быть как можно недружелюбнее, — Так зачем явились, молодцы?

Оба охотника были в зеленых мундирах на золотых пуговицах, черных лакированных сапогах, а из-за спин выглядывали начищенные двустволки. Не к таким охотника я привыкла. Где камуфляжный комбинезон? Галоши? Кепочка? Эти больше походили на двух полицейских, чем на охотников.

— Нам нужна старая ведьма. Дело к ней есть, важное.

У меня от сердца совсем отлегло. Значит, старушка им нужна, ещё и живая, значит вреда причинять не собираются. Вот только ночь на дворе, спать охота, так что лучше бы этим добрым молодцам топать по добру, по здорову.

— Бабуля сейчас не может, — выдумывала я на ходу, сонный мозг соображал туго, — Улетела. На метле покататься вздумалось. Возраст, знаете ли. Как взбредет что-то в голову, так не остановить.

Я продолжала говорить, попутно закрывая дверь.

— Вы утром приходите, бабуля вернётся и с вами пообщается.

Второй охотник резко выставил ногу вперед, мешая мне захлопнуть дверь полностью.

— Ладно, к старушке мы утром ещё заглянем. А пока...- первый охотник, сделал шаг ко мне. Я машинально отшагнула назад. Сердце в груди вновь забилось быстрее. Рано я расслабилась, опасность не отступила, она притаилась за углом.

— Может мы зайдём? — подключился второй, — Согреем девичью постель, приласкаем? Страшно, поди, одной то оставаться.

— Обойдусь! — громко объявила я, наступила охотнику на ногу, послала искру в грудь второму и хлопнула дверью перед их носами.

Надеюсь, избушка достаточно крепкая, чтобы сдержать натиск двух озабоченных мужланов. Я отскочила от двери, вытянула палец вперед, готовясь поджигать нарушителей и не трястись, как осиновый лист.

Но боя не последовало. Я аккуратно выглянула в окно и увидела спины уходящих мужчин. С губ сорвался выдох. Обнаружила, что, подходя к окну сцапала неизвестно откуда взявшийся ножик и до боли сжимаю его в руке.

— Ушли? — тихо спросил Кот, вылезший из своего угла.

— Ушли, — кивнула я и отбросила оружие. Мы вдвоем приняли успокаивающую настоечку и легли спать, надеясь, что остаток ночи пройдет в спокойствии.

***

Они пришли на следующее утро, как и обещали. Бодрые, свежие, чего не скажешь о моем заспанном и снова старом лице. С осторожностью открыла дверь, но, когда увидела разочарование на лицах, успокоилась. Старуху трогать никто не будет.

— Доброе утро, ведьма. Мы пришли по делу, — без прелюдий накинулись гости.

— По какому же? — уперла я руки в боки, входя в образ старой перечницы.

— Двое женщин попали в беду, и нам нужна твоя помощь.

"Как благородно", — ехидно подумала я. Где же была их благородство прошлой ночью?

Оказалось, в лесу, близь моей избушки, стоит ещё одна, где живёт милая бабушка одной юной девочки. Там, судя по проверенным источникам, планируется покушение на милую старушку и её юную родственницу. В лесу разбушевалась стая волков домушников, нужно приструнить поганцев.

— Так поставьте охрану к дому, и никто не подойдёт. Зачем вообще волкам бабуля?

— Там не просто бабуля, а свекровь самого царя Берендея. В доме он её держать не хочет, вот и сослал подальше.

— Может, тогда её и спасать не нужно? Глядишь, царь награду выпишет.

Охотники округлили глаза и переглянулись.

— Ты в своём уме, старуха? Царь сам нас и отправил на помощь. Говорит, дорога ему родственница, спасите.

— Только вас? Не дружину, не хотя бы десяток солдат, а вас? — хмыкнула я, обводя охотников глазами. Н-да, любит же царь свекровь свою, бережет. А если и прибьют, скажет, мол, сделал всё, что мог.

— Так и за чем волкам старушка? Она что там, казну царскую хранит?

— Все знают, — заговорщически шепнул первый охотник, — У неё на сохранении яйцо золотое с кощеевой смертью. Царь Берендей лично вручил и беречь отправил.

Помню я об одном золотом яичке, мирно покоящемся в моем доме. Видимо, Кота ждёт серьёзный разговор.

— Так, ежели об этом все знают, от чего яйцо ещё там? — так же шёпотом спросила я. Охотники крепко задумались.

— Так, Кощей то не знает наверно об этом, — выдал гениальную мысль первый охотник и радостно стукнул себя по лбу.

— Определенно так и есть, — поддержала я охотника, окрестив гостей балбесами. С такими нужно быть на чеку, захотят по спине похлопать, так зашибут ненароком, — Подскажите гости дорогие, а я-то здесь причем?

Охотники переглянулись и загадочно потерли руки. Вот и звоночек, Василиса.

— Вы нужны нам в качестве приманки.

Глава 14

— И как я до такого докатилась?

Лежу в постели, под вязанным одеялом, в дурацком чепчике и огромных очках. Вокруг пахнет благородной старостью, впрочем, как и от меня- жертвы нападения. Где-то под домом ходят охотники и готовятся к засаде, а мне велено лежать и входить в образ.

План был ужасен.

В нём я изображаю аппетитную приманку для банды головорезов под предводительством Серого Волка. На вопрос, почему приманкой не может быть настоящая бабуля, ответили, что у той сердце слабое, да и персона она больно ценная, а меня, ведьму лесную, не жалко.

Предложение скрутить волков сразу, как появятся, вообще слушать не стали, не по закону это видеть ли, доказательств преступлений мало. А подвергать опасности живого человека - по закону?

В общем, устав бороться с упертыми охотниками и сыпать на их головы проклятия, лежу я теперь в постели старушки и притворяюсь, что совсем не знаю о прибытии волков. Если бы маячившая возможность совершить ещё одно доброе дело, плюнула бы на охотников и послала куда подальше, вот только бородавки и покосившийся забор вместо зубов, больно надоели.

В комнате раздались шаги. Скрип половиц под тяжелыми ногами резанул моим нервишкам, как нож по струнам. Я аккуратненько вынырнула из-под одеяла, вспоминая слова хоть одной молитвы, и с облегчением выдохнула. В дверях показались охотники, зашли внутрь, а следом за ними - Демьян.

Что за чертовщина? Преследует он меня что ли? Сколько ещё раз придется сталкиваться нос к носу с этим ведьмаком? А ведь, когда он рядом, меня неминуемо настигают проблемы.

— Здравствуй, красавица?! — хищно улыбнулся ведьмак. Он был в полной экипировке, с мечем за спиной и кучей клинков поверх бедренного пояса. Снарядился на славу, словно не на волков, а на штурм крепости планирует идти. Моё предчувствие кричало об опасности. Уж если ведьмак набрал столько оружия, то ситуация была серьезней, чем я думала.

— А тоже тебе "очень" рада, — пробубнила я из-под своего пухового укрытия. Смотреть на ведьмака было страшновато и как-то стыдно. Лежу тут в дурацком чепце, а он вон какой, красивый в боевой форме. Тьфу, ничего не красивый, просто черный ему идет и стройнит так, фигуру подчеркивает, да и мечи хорошо начищены, сверкают, блестят, вот меня и ослепило.

— А вы знакомы? — встрял первый охотник, прерывая мой внутренний монолог. Их имён итак и не запомнила, поэтому для себя окрестила, как Первый и Второй.

— Да, приходилось сталкиваться. Жуткая особа, я вам скажу. Неблагодарная.

— Кто тут из нас ещё жуткий, — тихо прошептала я, вспоминая сцены уничтожения ведьм ведьмаками. По телу прокатился липкий страх.

— А где твои подельники? Давно мне что-то лицо никто не расцарапывал.

Ведьмак стоял, уперевшись плечом об косяк и разглядывал собственные ногти, будто ему дела не было до всего остального.

— Соскучился? Могу устроить, — разозлилась я и села на постели, скрестив руки на груди.

Ведьмак оглядел меня с головы до ног и широко улыбнулся. Пусть он и видит мою истинную внешность, сейчас даже она не спасает от комичного образа. За улыбкой последовал смех и весь его холодный и сдержанный образ разбился в дребезги.

— Дом стерегут, — отвернулась я, не желая быть посмешищем, — А то вдруг, гости незваные сунутся.

Он перестал смеяться, хотя всё ещё широко улыбался. Я заметила, что от его улыбки возле глаз появились милые морщинки. И глаза, голубые-голубые, когда не покрыты тьмой. От моего страха не осталось и следа, хоть я и прокручивала в голове кровавые сцены. Черт, а всё-таки он красивый.

— Ты ведь в курсе, что на твоей избе чары защитные? — как бы вскользь упомянул Демьян, но видя моё вытянувшееся лицо, улыбнулся ещё шире, — Значит, не в курсе.

Я фыркнула и сгримасничала, мол, знаю я всё и без тебя. Демьян не поверил, но благородно просветил:

— Без тебя туда никто не зайдёт, и никто не выйдет. Так что стеречь необязательно, — разжевал он, как малому ребёнку.

Но на это я не обиделась, наоборот обрадовалась такому неожиданному и приятному факту. То есть, пока меня нет, названных гостей ждать не придется? Это же прекрасно.

За окном послышался треск ветвей. Всё замерли, прислушиваясь. Я задрожала. Это Волки?! Божечки, я и забыла, зачем мы все здесь. Мамочка, меня съедят!

От страха застучали зубы. К моей постели бесшумно подошёл Демьян, взял рукой мой подбородок и остановил танец зубов. Затем плавно повернул голову в сторону и наклонился к уху:

— Мы будем рядом. Когда он попытается напасть, эти бравые ребятки его скрутят. Если потребуется- пристрелим. Так что не бойся.

Короткие наставления закончились легким движением его большого пальца по моей щеке, и ведьмак скрылся под кроватью. Я судорожно выдохнула от внезапного прилива чувств, а вот охотники, наблюдавшие эту картину лёгкого флирта, скривились и тоже заняли свои места. Мы готовы встречать гостей.

Ждать долго не пришлось, дверь тихонько скрипнула, и на пороге появилась огромная мохнатая морда. Зубастая пасть была приоткрыта, оттуда наружу стекала слюна, пачкая коврик у порога. Гигантский, косматый Волк стоял на двух лапах, от чего казался ещё больше. Просто невероятных размеров. Я вспомнила комплекцию охотников и поняла, что шансы на спасение тают с каждой минутой.

— Привет, бабуля, — ласково протянул Волчок, опираясь на дверной косяк. Под его весом дом жалобно хрустнул. Я собрала волю в кулак и сделала вид, что приход гостя не тревожит меня сильнее, чем вязание, разместившееся на коленях.

— Здравствуй, внучек. Чего пожаловал?

Мысленно, я была собой довольна. Голос не дрогнул, руки не тряслись, а вот бедному сердцу некуда было деться из груди, хотя очень хотелось.

— Дело у меня к тебе есть, бабуся. Точнее не у меня, а у нас.

В комнату вслед за Волком зашли ещё двое. Такие же рослые, мохнатые, один даже крупнее первого. Второй поменьше, и взгляд зашуганный, но это не мешало ему угрожающе оскалиться и облизнуться.

— И к-к-какое же у ва-а-а-с-с-с дел-л-о? — голос всё-таки подвёл. Зубы снова застучали, руки задрожали, смелость испарилась. Что я здесь делаю? Ну что, Василиса?

— По ужинать хотим, бабуся, — прорычал Серый Волк, жадно пожирая мою тушку глазами, — И вещицу одну забрать, раз возможность подвернулась.

— У меня еды нет, сынки. Сама последнюю корку хлеба доедаю. А что до вещей, так берите, что хотите. Мне, старухе, побрякушки ни к чему.

— Не переживай, бабуся, — встрял самый крупный, — Мы возьмем, то, что нужно и еду разыщем. Правда, ребята?

Волки загоготали и, не теряя времени, здоровяк бросился ко мне, где его встретил клинок ведьмака и истошный крик одной ведьмы. Пока Демьян разбирался с крупным, другими волками занялись охотники, выскочившие из шкафа.

— Именем царя Берендея, вы арестованы! Сдавайтесь, и мы не причинам вам вреда!

— Хрена с два! — прорычал Серый Волк и пустил в ход когти. Охотники увернулись, но было видно, одни они с Серым не сдюжат.

Третий волчок вжал голову в плечи и стоял рядом, не желая участвовать в бою. Он трясся сильнее, чем я под одеялом. Мы переглянулись, и я увидела животный страх в его глазах. Такой же плескался и в моих.

"Беги!"- одними губами прошептала я и указала на дверь. Он понял и ринулся к выходу.

— Стой, сукин сын! — зарычал Серый, но остановить беглеца ему не дали охотники, заслонившие выход.

Зато наружу вырвались Демьян со своим противником. Только не через дверь, а в окно. Сперва туда полетел волк, затем ведьмак скрылся из виду. Они кубарем покатились по траве, нанося раны друг другу.

Выбитые ставни жалобно поскрипывали, качаемые ветром, и я подумала, какого будет бедной бабуле возвращаться в полуразрушенный дом. И зачтётся ли мне победа над волками в "доброе дело", если я лишу пенсионерку жилища.

Засмотревшись в окно на бой Демьяна, я не заметила, как Серый одним махом отбросил охотников к стене. Те сползли, словно бездыханные куклы и больше не вставали. А Волк двинулся ко мне.

— Что ж, перекушу в одиночку.

Он бросился на меня, сверкая заточенными клыками. Я снова закричала и кинулась к выходу, но добежать мне, конечно, не дали. Серый ухватился за мою ночную сорочку и дернул на себя. Я кубарем провалилась на пол, несчастная ткань треснула, и оказалась прижата мохнатым волком к грязному деревянному полу.

Руки машинально взлетели вверх, прикрываясь от смертельных челюстей. Его зубы были уже в паре сантиметров от меня. Нужно что-то делать. Что же делать?!

Я сложила пальцы в единственное знакомое движение, сконцентрировалась и пустила в Волка искру. Он отмахнулся от неё, как от мошки, я пустила ещё и ещё, но мои жалкие искорки не причиняли ему вреда.

Меня пожирала паника, но я упорно продолжала бросаться магией, когда страх, копившийся в груди, обжигающей волной побежал по венам, покалывая пальцы. Я ухватилась за это ощущение, скопила все силы, выставила руки вперед и ощутила, как сила срывается с ладоней огненным шар.

Ударная волна отнесла Волка вместе со стеной на пять метров и знатно опалила Серому шкуру. В избушке запахло плотью, волк заскулил под грудой кирпичей и затих. Я в ужасе отползла подальше и с помощью кровати кое как встала на ноги. Из другого угла избы на меня смотрела приоткрытая пасть, из которой могли торчать мои конечности, а сейчас текла слюна, пачкая ковры.

Демьян в эту самую минуту входил в дом. Он был в крови, то ли чужой, то ли в этот раз в своей, потому что прихрамывал на левую ногу. За ним шли охотники, тоже знатно побитые, но довольные, словно это они завалили Серого, а не еле вставшая на ноги ведьма. Колени подкосились, и я тихо начала сползать, опираясь одной рукой на стеночку.

— Здоровый, — пихнул первый охотник морду Серого носком.

— Да. Еле сдюжили! — второй склонился к волку и приподнял веко. Зрачок мохнатого, вдруг нащупал противника и из пасти раздался утробный рык. Охотники отскочили, я задрожала ещё сильнее. Откуда-то взялась непреодолимая слабость, а вперемешку со страхом и нервным потрясением, чудо, что я ещё в состоянии что-либо делать или говорить. Ноги больше не держали, я осела на пол и смотрела на волка.

Все каких-то несколько секунд, и он бы меня убил. Жизнь могла оборваться, прямо здесь. Я чувствовала смерть, трогала её и лишь чудом осталась жива.

Наигравшись с обездвиженным волком, охотники скрутили его верёвкой и вынесли прочь. Демьян подошёл ко мне и присел рядом, как раз в тот момент, когда истерика сдавила горло, не давала сделать глубокий вдох. Слёзы готовы были сорваться в любой момент.

— Ты в порядке?

Я мотнула головой, но в ту же секунду об этом пожалела. Голова сильнее закружилась, свет померк, и я обмякла, в крепких руках, так удачно оказавшихся рядом.

Глава 15

Сон вновь оказался странным. Я была в избушке, но не своей. Здесь чище и просторней, горела печь, пахло свежим хлебом. Напевая под нос, я в теле Забавы разливала зелье по банкам, когда раздался стук.

— Войдите, — крикнула Забава, не отрываясь от своего занятия. В избу вошла женщина, седая, но без единой морщинки, лишь глаза говорили, о прожитых годах.

— Здравствуй, — поприветствовала незнакомка, подошла к Забаве и села подле. Вид её был суровый.

— Здравствуй, Лукьяна. С чем пожаловала?

— Да вот, ведьмы шепчутся, что замуж собираешься.

Забава хмыкнула, отставила своё занятие и развернулась к гостье.

— Выхожу. А вам то что?

— Знай, мы этот союз не одобрим. Ты клятву давала Тёмному Лесу служить, а не юбки перед врагами задирать.

Мы с Забавой от удивления обе подняли брови вверх, я бы ещё ругнулась на старуху, но власти над телом не имела, потому молчала.

— Я от своей клятвы не отказываюсь, — спокойно ответила Забава, — А что до юбок, не тебе меня попрекать, Лукьяна.

— Ведьма-существо одинокое. Любить ты можешь лишь Лес да сестер своих. Остальное будет мешать.

Забава рассмеялась. Одержимость своим делом порой доводила ведьм до абсурда. Их волновала лишь сила и власть, и жажда эта всё увеличивалась, вытесняя остальные чувства.

— В моем сердце места много, все поместятся: и вы, и Лес, и Кош, не волнуйся.

Лукъяна сурово сдвинула брови и ткнула пальцем в сторону живота Забавы.

— А твоё дитя? Что ты намерена делать с ним?

Забава продолжала улыбаться, но я почувствовала, как напряглось её тело, и рука инстинктивно коснулась живота, защищая.

— Любить, растить, баловать. Всё, что обычно делают с детьми.

— Не будет счастья этому ребенку. И тебе не будет, ни счастья, ни покоя.

— Забери назад свои грязные слова, Лукьяна, — сурово ответила Забава, сжимая кулаки, — Меня можешь ненавидеть, но дитя не тронь.

— Глупая девчонка, — помотала головой Лукьяна, встала и направилась к выходу, — Знай, когда позовешь, помогать не станем.

Дверь за ней захлопнулась, и Забава устало опустилась на лавку. Она подняла голову к окну, и я впервые разглядела девушку, чьи воспоминания по какой-то причине видела. Высокая, ещё стройная, со светлой косой и голубыми, как озеро глазами.

Красивая и такая знакомая, словно где-то я её уже видела. Забава печально коснулась зеркальной глади, словно желая запомнить этот миг, та в ответ пошла рябью и затянул мир в водоворот, унося прочь из воспоминания. ***

Я сладко зевнула, помягче подмяв под себя подушку. Дрёма никак не хотела отступать, хотя внутренние часики говорили, ещё чуть-чуть, и я очень пожалею, что не встану. Шея уже налилась свинцом, мочевой пузырь просился на прогулку, а рука, которую я сладко подмяла под щеку, не шевелилась. Я потянулась, нехотя открыла глаза и осознала, что с момента начала моего странного приключения, так не высыпалась. И да, мне не привиделось, под головой у меня лежала ... подушка.