- -
- 100%
- +
На записи она идёт в компании двух лиц, впоследствии опознанных как Кристиан Уилер и Белла Стэнтон. При анализе мимики и языка тела потерпевшей фиксируется явное напряжение. В отличие от своих спутников, которые ведут оживлённую беседу, Клео выглядит отстранённой и погружённой в себя. Она не участвует в разговоре, её взгляд направлен вниз или в сторону, на лице отсутствует улыбка. Она несёт в руках стопку книг и свой мобильный телефон, который постоянно держит в ладони.
Важно: После отметки времени 17:05:12 ни одна из камер городского наблюдения, расположенных на предполагаемых маршрутах следования к метро и жилым кварталам, не зафиксировала появления Клео Райт. Её дальнейшие передвижения до места обнаружения тела остаются неизвестными и не попадают в поле зрения ни одной из камер системы.
Кейти закрыла файл с отчётом и откинулась на спинку стула. Руки дрожали так сильно, что ей пришлось сжать их в замок на коленях, чтобы унять эту предательскую слабость. Она снова и снова прокручивала в голове прочитанное, но теперь картинка была иной. Совершенно иной.
«Девушка выглядит напряжённой... отстранённой от друзей...»
Это меняло всё. Это рушило её представление о том вечере. Она всегда думала, что Клео ушла от Кристиана и Беллы в хорошем настроении, просто решив срезать путь или зайти куда-то по делам. Но видео говорило об обратном. Её сестра уже тогда была не с ними. Уже в 17:00 она была одна, отделённая от друзей невидимой стеной тревоги. Кейти представила эту сцену: яркий свет фонарей у университета, смех Беллы, шутки Кристиана... и Клео, идущая рядом, словно тень. Молчаливая. Напряжённая. Сжимающая телефон.
Так что же тогда? Что заставило её замкнуться в себе ещё в компании друзей? Кейти почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это было не просто плохое настроение. Это было предчувствие. Интуитивное, животное чувство опасности, которое заставило Клео замолчать и уйти в себя. Она чувствовала на себе чей-то взгляд? Или просто над городом в тот день висела тень, которую могла заметить только она? Кейти посмотрела на экран ноутбука с новой, пугающей ясностью. Она охотилась не за зверем. Она охотилась за кем-то гораздо более страшным — за тем, кто умел ждать и любил играть со своей добычей. Изучив записи подробнее, Кейти вспомнила, что у сестры была записная книжка с номерами телефонов.
Поднявшись в комнату Клео, Кейти замерла на пороге. Дверь была приоткрыта, словно Клео вот-вот должна была вернуться с занятий, бросить сумку на кресло и с порога начать рассказывать какую-нибудь забавную историю про профессора или одногруппников. Но комната молчала. Воздух здесь был затхлым, неподвижным, пропитанным запахом старых книг и едва уловимым ароматом её духов, который уже начинал выветриваться, становясь призрачным.
Нахлынули воспоминания. Не как отдельные картинки, а как мощная, сбивающая с ног волна, возвращающая её в прошлое. Вот они вдвоём сидят на полу, скрестив ноги по-турецки. Лето. За окном шумит дождь. Им лет десять и тринадцать. Кейти, уже почти взрослая, помогает младшей сестре строить огромный замок из подушек и одеял прямо посреди комнаты. Клео с серьёзным видом архитектора руководит процессом, требуя, чтобы «потолок» был выше, а «стены» — крепче. Они забираются внутрь своего форта, включают фонарик, и Кейти читает сестре вслух страшную сказку, от которой Клео одновременно и визжит от ужаса, и просит читать дальше. В этом тесном, пропахшем пылью и детством убежище был их собственный мир, куда не было хода никому другому. А вот другая картина: зима. В комнате темно, только свет от монитора компьютера падает на их лица. Ночь. Они должны спать, но вместо этого шепчутся. Разница в три года и разные классы означали, что у них почти не было общих школьных друзей, но это лишь делало их сестринскую связь крепче. Клео лежит на нижней кровати двухъярусной конструкции, а Кейти свесилась сверху. Кейти рассказывает о своей первой влюблённости в старшеклассника, а Клео слушает, затаив дыхание, как будто ей поверяют государственную тайну. Они делятся секретами о будущем, строят планы и смеются так громко, что мама стучит в стену: «Девочки, немедленно спать!».
В те моменты казалось, что эта связь нерушима. Кейти сделала шаг внутрь. Её взгляд упал на стол. Здесь всё осталось так, как было в тот день. Открытый ноутбук с потухшим экраном, стопка учебников по молекулярной биологии (она вспомнила, как помогала Клео разбираться в сложнейших схемах ДНК), кружка с засохшим на дне чайным пакетиком. Она подошла к кровати и села на самый край. Провела рукой по пледу. Он был колючим и тёплым от батареи. Ей показалось, что она всё ещё чувствует тепло тела сестры. «Бедная моя девочка», — подумала Кейти, и слёзы, которые она так долго сдерживала, наконец прорвались наружу. Это были не громкие рыдания, а тихий, горький плач, который сотрясал всё её тело. Её маленькую Клео, которая боялась темноты и обожала горячий шоколад с маршмеллоу, терзали в промёрзшем ангаре.
Кейти вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Воспоминания о счастье были невыносимы, но они же давали ей силы. Она не могла позволить этому зверю забрать ещё и эти светлые моменты. Она подняла голову и оглядела комнату уже другим взглядом — взглядом следователя. Телефон друзей. Ей нужен телефон друзей. Она встала и подошла к столу Клео. Открыла верхний ящик. Внутри лежали ручки, наушники и... старый блокнот в потёртой кожаной обложке. Кейти взяла его в руки. «Я найду того, кто это сделал», — прошептала она в пустоту комнаты. — «Клянусь тебе, Клео». Найдя контакты Кристиана и Беллы, она чувствовала облегчение, связанное с возможностью наконец разобраться в произошедшем. Первым она набрала номер Беллы. Гудки тянулись мучительно долго, словно на том конце провода раздумывали, стоит ли отвечать. Наконец, в динамике щёлкнуло.
— Алло? — голос был тихим, настороженным.
— Белла? Привет, это Кейти Райт, сестра Клео. Могу я задать вам несколько вопросов касательно последних дней моей сестры? — Кейти старалась говорить ровно, но голос всё равно предательски дрогнул на слове «сестра». На другом конце провода повисла тяжёлая пауза. Кейти услышала судорожный вздох.
— Ой, Кейти... — голос Беллы сорвался, стал совсем тонким и испуганным. — Я так сожалею о вашем горе... Я... я даже не знаю, что сказать. Мы все в шоке.
— Я понимаю, — мягко прервала её Кейти. — Мне просто нужно понять. Вы были её близкими друзьями. Вы видели её в последние дни. Она... она ничего не говорила? Может, была чем-то расстроена или напугана?
Белла ответила не сразу. Когда она заговорила, её голос дрожал от подступающих слёз.
— Она стала какой-то замкнутой в последнее время. Это началось... не знаю... пару недель до её смерти? Постоянно уходила куда-то после занятий, практически перестала общаться с нами. Мы звали её гулять, а она всё отнекивалась: «Много задали», «Нужно готовиться к коллоквиуму»... Но мы же видели, что это не так. Она будто пряталась от нас.
Кейти слушала, и каждое слово отзывалось тупой болью в груди. «Замкнутая». «Пряталась». Это слово эхом перекликалось с записью с камер наблюдения. Значит, это началось задолго до того дня. Что-то гнало Клео прочь от друзей, заставляло её быть одной.
— Белла, это очень важно, — голос Кейти стал твёрже. — Вы не знаете, куда она могла ходить? Может, называла какие-то места?
— Нет! — почти выкрикнула Белла и тут же понизила тон до шёпота. — Нет, Кейти, честное слово. Она нам ничего не говорила. Мы спрашивали Криса, он тоже не в курсе. Она просто... исчезала.
— Спасибо, Белла. Спасибо, что рассказала.
Кейти нажала «отбой» и отложила телефон. Руки дрожали. Итак, версия с телефонным звонком как первопричиной отпадала. Тревога появилась раньше.
Следующим был Кристиан.
— Эй, Кейти, — его голос в трубке звучал глухо и устало. — Привет. Прости, что приходится говорить о таком...
— Ничего, Крис. Я звоню по той же причине. Скажи, ты ведь проводил с ней много времени в последнее время?
— Да... проводил, — он горько усмехнулся. — Вернее, пытался. Слушай, Кейти... правда, я заметил, что Клео совсем изменилась. Раньше всегда была такой... знаешь... светлой. Всегда весёлая, всегда найдёт над чем посмеяться. А потом будто тумблер переключили. Замкнулась в себе. Ходила как в воду опущенная.
— Ты спрашивал её, что случилось? — Кейти затаила дыхание.
— Конечно, спрашивал! И не раз. Она только отмахивалась: «Всё нормально, Крис, просто устала». Но я же не слепой. У неё глаза были как у побитой собаки. Будто она знала что-то плохое и боялась об этом рассказать.
Кейти почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Крис... это очень важно. Она не упоминала никого нового? Может, кто-то следил за ней? Или какой-то странный человек подходил?
В трубке повисло долгое молчание.
— Нет... нет, такого не было. По крайней мере, она не говорила. Знаешь, что самое паршивое? — его голос стал тише, в нём зазвенела обида. — Ни разу не рассказала нам, что происходит. Мы были её друзьями, а она... она выбрала нести это в одиночку.
Кейти нажала отбой и уставилась в стену невидящим взглядом. Она положила телефон на стол экраном вниз, словно он был виноват в том беспомощном чувстве, которое затопило её с головой. Разговоры с друзьями не дали ответов — они лишь добавили новых вопросов и подтвердили худшие опасения. Оставленные свидетельства были ничтожны: размытая тень на камере да клочок неопознанной шерсти. Полицейские методы казались ей неэффективными: они шли по стандартному протоколу и упирались в тупик. А Клео... Клео всё это время молчала. Молчала и страдала в одиночку. Кейти закрыла лицо руками. Кто же убил её сестру? Не просто лишил жизни, а сначала отнял у неё радость, заставил прятаться от самых близких людей? Для чего? И каким образом совершилось это убийство? Эти вопросы продолжали терзать разум девушки, вызывая новые волны беспокойства и сомнения. Но за сомнениями росло что-то ещё. Тяжёлое, холодное и неотвратимое, как надгробная плита. Решимость. Если друзья не знают ответов, значит, их нет в мире живых людей из прошлого Клео. Ответы лежат там, где оборвалась её жизнь — в грязи заброшенного ангара и в тишине промзоны. И Кейти найдёт их. Чего бы это ни стоило.
***
Неделя подошла к концу, оставив после себя лишь стопку прочитанных файлов и звенящую пустоту в душе. Кейти закрыла последнюю папку. Экран ноутбука погас, погрузив комнату в полумрак, который, казалось, отражал состояние её мыслей. Она чувствовала себя измотанной, выжженной дотла. Каждая строчка отчёта, каждая нечёткая фотография с места преступления въелись в память раскалённым клеймом. Она знала всё. И одновременно — ничего. Преступление представлялось ей огромной, бесформенной тенью, у которой не было ни чётких очертаний, ни имени. Официальные документы лишь констатировали хаос: рваные раны, неопознанная шерсть, слепые зоны камер. Это был тупик. Глухая стена, о которую разбивались все попытки полиции найти хоть какую-то логику.
Доказательств, достаточных для того, чтобы заглянуть убийце в лицо, просто не существовало. Он не оставил следов. Он словно был призраком. Кейти откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. В висках стучала кровь, а в груди рос тугой, горячий ком. Смесь отчаяния, гнева и глухой тоски сдавливала горло, мешая дышать. Но сквозь эту пелену пробивалось что-то ещё. Нечто холодное и твёрдое, как гранит. Решение пришло не как вспышка, а как ледяная волна, затопившая сознание. Оно было окончательным и бесповоротным. Если закон слеп, она станет его глазами. Если правосудие немо, она будет его голосом.
Следующий этап будет принадлежать только ей. Это будет её личное, тихое расследование. Она перевернёт каждый камень, вытряхнет душу из каждого свидетеля и заставит город выдать свои секреты. Она встретится с каждым, кто знал Клео, заглянет в самые тёмные углы этого проклятого НИИ «Прометей» и найдёт истинную причину трагедии, даже если она будет стоить ей жизни. Сердце в груди колотилось как бешеное, мысли путались и скакали, но разум был кристально чист. «Я найду тебя», — прошептала Кейти в тишину комнаты. — «Чего бы это ни стоило».
Глава 3
Кейти провела неделю в раздумьях, словно пытаясь распутать клубок из теней и недомолвок. Документы, которые Эмма с трудом достала из полицейской базы данных, лежали перед ней — сухие отчёты, безликие протоколы, перечни улик, которые ни к чему не вели. Официальная версия расследования зашла в тупик, и Кейти чувствовала: полиция упустила что-то важное, что-то, что можно увидеть только сердцем. Она решила исследовать место, где оборвалась жизнь её сестры — холодный, заброшенный ангар на окраине города. Быть может, среди пыли и запустения остались следы, которые не заметили чужие глаза. Кейти надеялась: если полиция что-то упустила, она найдёт это сама, чего бы ей это ни стоило.
Кейти остановилась у двери автомобиля, готовая отправиться в путь. Рука потянулась к ручке, но внезапно зазвенел телефон. Экран высветил имя Эммы.
— Ты готова? — спросил ровный голос подруги.
— Готова, но сначала хотела спросить, ты сможешь пробить информацию о камерах видеонаблюдения поблизости ангара?
Эмма некоторое время молчала, затем уверенно произнесла:
— Камеры есть, но с 23:15 до 23:35 произошла техническая неисправность, запись отсутствует. Похоже, сработала чья-то рука.
Злость зажгла огонь в груди Кейти:
— Значит, убийство специально скрыли. Надо действовать немедленно.
— Будь, пожалуйста, осторожна. Не подвергай себя опасности!
— Хорошо, Эмма, не переживай.
Оставив машину на стоянке, Кейти решительно двинулась к заброшенному ангару. Холодный ветер бил в лицо, скрип дверей наполнил пространство звуками, отдающими эхом. Осторожно продвигаясь вдоль бетонных плит, девушка заметила первые признаки двухмесячной давности: темные маслянистые пятна на полу и контейнерах, непонятную трещину на стене и огромное кровавое пятно, явно оставленное погибшей сестрой. Кейти замерла, прислушиваясь к гулкой тишине ангара. Воздух здесь был густым и неподвижным, пропитанным запахом сырости и ржавчины, словно само время застыло в ожидании. Сквозь высокие, покрытые пылью окна пробивались косые лучи дневного света, выхватывая из полумрака груды хлама и ржавые балки — всё выглядело так же безнадёжно, как и отчёты полиции. Внезапно эту давящую тишину нарушил тихий, едва различимый звук — сухой шорох, словно кто-то осторожно ступал по земляному полу, усыпанному мелким мусором и осколками стекла. Сердце Кейти пропустило удар. Она резко обернулась, и солнечный свет, отразившись от пыльного стекла, на мгновение ослепил её. Когда глаза привыкли, она увидела его.
Перед ней стоял высокий молодой человек, одетый во всё чёрное; казался продолжением теней, скрывавших его до этого момента. Он не двигался, лишь его губы медленно растянулись в широкой, вызывающей ухмылке, от которой у Кейти по спине пробежал холодок. В скудном свете она успела разглядеть его лицо: густые, непослушные тёмно-коричневые кудри обрамляли высокий лоб, а возле правой брови белел тонкий, едва заметный шрам — след какой-то давней истории. Его взгляд был прямым и тяжёлым, словно он знал о ней гораздо больше, чем она сама. Это было не праздное любопытство, а взвешенная, оценивающая тяжесть, от которой по спине Кейти пробежал неприятный холодок. Он смотрел на неё так, будто она была не охотником, а дичью.
— М-да, похоже, у нас тут завёлся маленький сыщик, — процедил незнакомец с издёвкой, и его губы искривились в усмешке.
Кейти отступила на шаг, борясь с внезапным, иррациональным страхом. Кто он? Как он здесь оказался? Она была уверена, что одна в этом заброшенном месте. Её рука инстинктивно сжалась в кармане, нащупывая бесполезный перцовый баллончик.
«Держи себя в руках. Не показывай страх», — мысленно приказала она себе, пытаясь унять дрожь в голосе.
— Кто ты такой и зачем сюда пришёл? — её вопрос прозвучал резче, чем она планировала.
Незнакомец лениво откинулся на стену, скрестив руки на груди. Движение было расслабленным, почти кошачьим, но Кейти чувствовала в нём скрытую пружину, готовую распрямиться в любой момент.
«Он не боится. Ему здесь комфортно. Он знает это место», — пронеслось у неё в голове.
— Логично задать тебе такой же вопрос, — парировал он, и его глаза опасно блеснули в полумраке. — Я Логан Хьюз. А вот зачем я здесь — отдельная история.
Кейти продолжала разглядывать парня, лихорадочно оценивая ситуацию. Высокий, худощавый, одет во всё чёрное — кожаная куртка, джинсы. На руках она заметила старые шрамы. Он не был похож на студента или простого прохожего. В нём чувствовалась опасность, но это была не грубая сила уличного хулигана, а что-то более холодное и расчётливое.
«Убийца? Слишком молод и... слишком спокоен? Или это идеальное прикрытие?»
— Уж не ты ли мой будущий арестант? — выпалила она, вкладывая в голос всю ту браваду, на которую была способна.
Логан рассмеялся низким гортанным смехом, от которого у Кейти по коже побежали мурашки.
«Он играет со мной. Наслаждается моментом», — поняла она с нарастающей яростью.
— Ах, как забавно! Маленький сыщик думает, что я преступник? — он сделал шаг ей навстречу, и Кейти пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не отступить. — Ты зря обижаешь мою репутацию.
Девушка попыталась скрыть раздражение и страх за маской сарказма:
— Зачем пришёл на место преступления? Проверить, хорошо ли спрятал улики?
Парень пожал плечами, словно её обвинение было не более чем надоедливой мухой.
«Он слишком уверен в себе. Или слишком безумен», — пульсировало в висках Кейти.
— Откуда мне знать, хорошие ли у тебя мотивы? — его голос стал тише, вкрадчивее. — Разве сыщики не любят заявлять о собственной невиновности?
Кейти сверкнула глазами. Упоминание о её мотивах задело за живое. Гнев пересилил страх.
«Он провоцирует меня. Хочет вывести из равновесия».
— Эта девушка была моей сестрой, понял? — её голос сорвался на хриплый шёпот. — Я никого не обвиняю без оснований.
На долю секунды маска насмешливого безразличия на лице Логана дрогнула. Он прищурился, изучая её лицо с новым интересом.
Логан слегка смягчился, его поза стала чуть менее напряжённой:
— Прошу прощения. Хотя понимаю, почему ты такая агрессивная. Ты хочешь поймать убийцу?
Кейти замерла. Вопрос был задан прямо, без тени иронии. И в его голосе ей послышалось что-то... похожее на уважение? Или это была новая ловушка?
«А ты? Ты хочешь мне помочь? Или ты и есть тот, кого я ищу?» — подумала она, не сводя с него настороженного взгляда.
Выпрямившись, Кейти утвердительно кивнула головой. В этот момент внутри неё шла ожесточённая борьба: инстинкт самосохранения кричал, чтобы она бежала прочь от этого странного, опасного человека, но отчаянное желание узнать правду, найти хоть какую-то зацепку, оказалось сильнее. Она сама не понимала, почему доверилась ему. Возможно, в его холодных глазах она на мгновение увидела отражение собственной боли — ту же ледяную пустоту и одержимость, что сжигала её изнутри.
— Тогда пошли, покажу кое-что интересное, — сказал Логан и, не дожидаясь ответа, развернулся к выходу.
Следуя за ним, Кейти прошла мимо ангара и оказалась в густом лесу. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотные кроны деревьев, рисуя на земле причудливые узоры света и тени. Воздух здесь был пропитан запахом хвои и влажной земли — запахом жизни, который казался неуместным рядом с местом смерти. Кейти чувствовала себя уязвимой, идя позади него. «Что если он просто уводит меня подальше от людей?» — мелькнула предательская мысль, от которой плечи сковало напряжение. Вскоре шаги Логана замедлились.
— Тут сохранился необычный след, — указал он пальцем вперёд.
Кейти подошла ближе, скептически поджав губы. На мягкой земле действительно отпечатался след, похожий на человеческий, но гораздо шире и длиннее. По краям виднелись глубокие борозды, словно оставленные когтями.
Кейти недоверчиво осмотрелась, присев на корточки и не касаясь следа руками:
— Очень странно, что полицию это не заинтересовало.
«Или они всё скрыли», — добавила она про себя.
Логан хмыкнул, наблюдая за её реакцией:
— Полиция ищет улики фактические на месте преступления и в базах данных. А здесь... здесь другое.
Через несколько шагов мужчина остановился вновь:
— Взгляни сюда. На стволах деревьев видны серовато-металлические пятна.
Девушка внимательно рассматривала отметины. Они были не похожи ни на что виденное ею раньше — гладкие, с маслянистым блеском, въевшиеся в кору так глубоко, будто дерево плавилось от прикосновения.
— Какие-то блестящие пятна. Не краска и не кровь. Что это тогда может быть? — она подняла на него взгляд, чувствуя, как по спине бежит холодок.
— Не знаю, — честно ответил Логан, и в его голосе впервые прозвучал неподдельный интерес. — Но собираюсь это выяснить. Я взял образцы для изучения.
Кейти выпрямилась и огляделась. Под деревьями действительно наблюдались повреждения травы и сломанные ветви кустарника, будто здесь тащили что-то тяжёлое и неповоротливое.
— Интересно, — резюмировала Кейти, чувствуя странное возбуждение от того, что кто-то ещё видит эту картину целиком. — Всё это выглядит странно, но как доказать, что эти следы были оставлены именно в тот день?
— Никак, — отрезал Логан, и его лицо помрачнело. — Камера в момент происшествия не работала. А она единственная, которая направлена на ангар и часть леса.
«Удобно», — подумала Кейти. Слишком удобно для простого совпадения.
Они замолчали на минуту, поглощённые своими мыслями.
— Что удалось выяснить тебе, сыщик? — с ухмылкой спросил Логан, нарушая тишину.
Кейти резко развернулась к нему, её глаза сверкнули гневом:
— Перестань меня так называть! — грозно приказала она.
Логан только посмеялся в ответ, явно наслаждаясь её реакцией.
— И всё же? Что-нибудь нашла?
Кейти сделала глубокий вдох, успокаиваясь. Она не собиралась делиться с ним всем, но сейчас они были по одну сторону баррикад — какими бы разными ни были их мотивы.
— Да. В ангаре есть тёмные маслянистые пятна на полу и контейнерах... — она запнулась, вспоминая тот ужасный день. — Непонятную трещину на стене и огромное кровавое пятно, явно оставленное моей сестрой.
Логан перестал улыбаться и посмотрел на неё с уважением:
— Молодец... Хвалю! — он всё же не удержался от лёгкой подколки. — Надо будет взять образцы этих маслянистых пятен для исследования.
Кейти только злобно фыркнула в ответ на его насмешку, но ничего не сказала. Он был прав насчёт образцов.
Вернувшись обратно к опушке леса, где начиналась территория ангаров, девушка остановилась и серьёзно обратилась к Логану:
— Скажи честно, зачем тебе это надо?
Мужчина слегка развёл руками, его взгляд снова стал непроницаемым:
— Не могу рассказать, извини. Скажем так — личные мотивы.
Кейти смотрела на него ещё несколько секунд, пытаясь прочесть правду в его глазах, но там была лишь стена. Она чувствовала себя использованной пешкой в чужой игре. Пожав плечами и скрывая разочарование, Кейти развернулась и пошла прочь. «Он знает больше», — билось у неё в голове с каждым шагом. «Гораздо больше».
Дома, сняв обувь, она отправила фотоматериалы на компьютер, которые сделала в ангаре и лесу. Рассматривая снимки на большом экране, девушка пыталась сложить пазл событий, но все попытки заканчивались неудачно. Изображения расплывались перед глазами, превращаясь в бессмысленный набор пятен и теней. Мысли путались, усталость давила на плечи бетонной плитой. Решив поделиться находками с единственным человеком, которому могла доверять, Кейти схватила телефон и набрала номер Эммы.
— Алло, подруга, давай рассказывай, что выяснила? — нетерпеливо отозвалась Эмма на том конце провода. В её голосе слышалось искреннее любопытство.
Кейти вкратце изложила историю посещения ангара и встречи с Логаном. Она старалась говорить сухо и по делу, описывая улики: масляные пятна, трещину на стене, кровавое пятно.
— ...Потом появился этот наглый парень, назвал себя Логаном Хьюзом и заявил, что занимается тем же делом. Вместе обследовали прилегающую местность и обнаружили необычные следы и серебристые пятна на деревьях.
— Ух ты, звучит интересно! — оживилась Эмма. — Парень симпатичный, кстати?
Кейти закатила глаза, хотя подруга этого и не видела. Раздражение вспыхнуло мгновенно.
— Эмма, ты вообще слушаешь? Он вёл себя заносчиво и дерзко, но зато нашёл важные улики. Сам признаётся, что его интересуют обстоятельства убийства, но причину не называет.
В трубке послышался смешок.
— Типичный альфа-самец: действует на нервы, но полезен в деле.
Сердито поправляя волосы, Кейти раздражённо возразила. Она хотела сказать, что он опасен, что ему нельзя доверять... но слова застряли в горле. Перед глазами снова возник его образ: ленивая усмешка, прямой, тяжёлый взгляд, уверенные движения хищника. «Он опасен», — билось в голове. Но почему же тогда при одном воспоминании о нём по спине пробегал странный, будоражащий холодок? Он был словно осколок льда — острый, холодный, но странно притягательный. Кейти ненавидела себя за эту мысль, но Логан её зацепил. Безумно. Опасно. Привлекательно.