- -
- 100%
- +
У Маши явно была готова какая-то речь, какой-то ответ, но только не на прозвучавший в данный момент вопрос. Она осталась стоять с полуоткрытым ртом и открытой ладонью направленной к К2.
– Даа… – выдохнула она спустя секунду. – Есть такое дело. Но не совсем всех.
Бандит развернул при помощи встроенного в подлокотник рычага своё массивное кресло («То есть, эта махина так может?» – удивлённо подумала Маша, увидев этот маневр) и сел в него в позу слушателя.
– Вообще, тут всё двояко, – продолжила она, правда, несколько суетливо, когда почувствовала на себе его взгляд. – Вся их структура, связанная с правительствами, хотела существования сити и всячески содействовала его созданию. Иначе бы его просто не было! Он им был выгоден. Да и сейчас выгоден, потому что по территории сити идёт очень большой поток финансов. Но, в то же время, им не нравится управление в нём, они хотят поменять власть, перестроить мафию и, кажется, уже начали.
К2 испытующе смотрел на девушку.
– Ты не хотела мне этого говорить?
– Ну, скажем, эта инфа не в общем доступе! – улыбнулась Маша.
Гангстер улыбнулся в ответ.
– Знаешь, что самое смешное?
К2 отреагировал уже привычным для Маши жестом – поднял бровь.
– О ситуации в этой части Европы не знает весь другой мир:
ни Ближний и Дальний Восток, ни Россия, ни Штаты, ни Африка – никто! Вся информация в сети блокируется.
– Надо же! Как-то я упустил этот момент, – удивлённо проговорил гангстер. – Что-то мне всё это совсем не нравится… – пробормотал он.
– Тебе не нравится это положение вещей? Как ты относишься к неожиданным поворотам?
– Без энтузиазма! – оскалился К2. Чёртики в его глазах сейчас похолодели и отсвечивали колючим светом, бросающим в озноб. – Ты что-то хотела? – также холодно и жгуче-морозно спросил он, как танцевали в его глазах ледяные чертята.
Девушка вздрогнула от вопроса.
– Я… Я просто хотела с тобой поговорить… – неуверенно ответила она.
В ответ Тони кивнул, – мол, – говори, но вербально ничего и не выразил. Маша замялась в итоге, потом пожала плечами и медленно пошла к выходу. Как-то глупо вышло, что даже и нечего сказать.
– Кто тебе этот парень, который в волка превращается? – внезапно остановил девушку вопросом К2.
Маша улыбнулась. Теперь стало ясно, почему Тони так себя ведёт, и на что он обижен. Ревнует. Ах, милашка! Хотя, это ещё не точно.
– Он са ваш – мой брат, – девушка резко обернулась к Тони и с улыбкой ответила. – Мы росли вместе, вместе в школу ходили в Гудермесе. Его родители сначала не очень радовались нашей дружбе, ведь он необычный ребёнок, с даром оборотня. Мало того, что я русская, так ещё и знаю всё и типа, вдруг разболтаю! Но потом привыкли, прочили нас даже в жениха и невесту… – тут девушка осеклась, на мгновение замолчала, смешалась, подумав, что сболтнула лишнего, не по ситуации, но потом продолжила, желая загладить впечатление. – Но как-то не сложилось. Мы стали ближе, чем друзья, но не особенно воспринимали друг друга как парень и девушка – так и остались братом и сестрой. Так повелось. Если уж мужчина на Кавказе назвал девушку «сестрой», то всё – это железно! Мы сроднились духовно. Теперь, где я, там и он. Мы чувствуем, если кто-то из нас в опасности.
– Брат, значит… – усмехнулся гангстер.
Она чувствовала какую-то незавершённость их разговора, но боялась всё испортить. Понимала, что нужно что-то сказать, а что – никак не могла придумать.
– Ну да, – начала она сбивчиво и неуверенно, но потом слова как-то сами собой потекли из уст. – Антош, ты явно сейчас чувствуешь себя хуже некуда: со всей этой мистикой, свалившейся на твою голову, со всеми нашими откровениями и прочим. И, наверное, совсем ни к месту мне говорить то, что я хотела бы сказать, но я не знаю, будет ли у меня другая возможность… И, наверное, это глупо, но… Ты нужен мне! Я не знаю, как бы всё сложилось, не будь этой миссии. Не было бы её, то и меня бы тут не было, и мы с тобой, возможно, никогда бы и не встретились. А если бы встретились, то… Не знаю, сколько нам бы пришлось ждать нашей встречи, но, если бы мы с тобой всё-таки пересеклись как-то иначе, при других обстоятельствах, всё было бы точно также! Ну… В смысле… Не совсем также… Я имею в виду, что, может, без перестрелки и всей этой аномальности, но… Ну… Короче, ты понял. Да?..
К2 вновь усмехнулся, но уже ласково, хотя всё равно не смотрел в сторону девушки, а продолжал своё дело: вставлял патроны в обойму.
– Я понял, – ответил он совершенно спокойно и мягко.
Девушка, пока говорила, подходила всё ближе и ближе, шаг за шагом. Наконец, она достигла стола, за которым сидел К2, проделывая свои манипуляции, и села осторожно в кресло напротив.
– Честно, даже не знаю, что сказать. Просто…
К2 поднял на неё глаза. «Чёртики» в них не были уже такими колючими.
– Просто, ты нужен не столько НАМ, сколько ты нужен именно мне! Для меня ты больше, чем просто союзник!.. И я думаю, ты это знаешь. Во всяком случае, догадываешься точно.
Тони смотрел на неё во время всего этого повествования, и глаза его всё больше лучились той же простой сердечной теплотой, как и раньше.
– Значит, брат, – мягко произнёс К2. – Что-то он мне явно не обрадовался, когда увидел.
Маша сияла от счастья и осознания того, что положение спасено, говорить стало как-то легче, и К2 принял какой-то шутливо-
мягкий тон.
– Ну ещё бы! Брат должен защищать сестру, оберегать её, ведь он желает ей всего самого лучшего! – сквозь улыбку проговорила Маша.
– А я этому «самому лучшему» соответствую? – с поддельным весельем спросил К2.
– Дай-ка, посмотрю!
Девушка встала из-за стола, подошла ближе к Тони, скривила лицо, прищурила глаз, будто определяя подлинность ювелирного изделия или какой-либо другой ценной вещи и протянула:
– Нууу, думаю, что соответствие имеется. А в некоторых местах оно и вовсе зашкаливает!
– Это в каких же местах?! – игриво изумился К2.
– Ну, скажем… воот… в области носа! Да. Мне очень нравится твой нос! – ловко вышла из положения Маша.
– Да ну??
– Ага!
– Дааа!..
– ДОО!!!
После чего сия милая парочка, не в силах дальше играть подобные роли искания достоинств, предалась безудержному смеху, даже гоготу, на неизвестное количество времени, забыв, кто они и какова их миссия в этом бренном мире. В общем, пустились они «по катушкам», сгибаясь в самые невероятные «зю», не помня уже даже, чему смеяться и зачем, и стоит ли останавливаться, толкая друг друга и ещё больше угорая друг от друга и от себя каждый.
Совместный смех сближает. Так вот, он их и сблизил. В прямом смысле… Их лица довольно ожидаемо оказались напротив друг друга, – и смех вдруг затих. Секундное замешательство… Маша смотрела прямо в лучистые глаза Тони. Оторвать взгляда было невозможно. Это были не просто глаза, а самое завораживающее и заколдовывающее средство на свете! Девушка чувствовала себя мушкой, угодившей в ловушку росянки: и страшно, и сладко, и дух захватывает.
Его лицо всё приближалось. И губы… ГУБЫ! Маша вздрогнула и резко отпрянула. Лучики в глазах К2 обиженно потухли. Он опустил взгляд.
– Хм… Да… Извини… – выдавил К2.
Маша спохватилась, что он подумал не о том, не то себе представил – явно. Сердце сжалось до боли.
– Антош, прости, пожалуйста!.. – невольная обидчица положила ему на плечи руки.
– Ничего… Всё нормально, – надтреснуто, но стараясь держать обычную свою интонацию, произнёс К2, по-прежнему смотря в пол.
– Нет. Антош… Я… – Маша обняла его. – Прости, правда. Я просто… не умею… и… для меня это так неожиданно. Я не успела сосредоточиться. Ну… То есть… Это… Для меня… Я такого не ожидала, в общем, – закончила почти шёпотом Мария, обнимая К2. Она снова посмотрела ему прямо в глаза, а они – опять сияли таким же искренним и хрупким счастьем, которое чуть не разбилось несколько секунд назад.
– Не умеешь чего? – Усмехнулся К2. – Целоваться?! – изумился обладатель колдовских глаз. – Ну, ничего. Даю тебе время, – шептал он. – На подготовку. Как будешь готова – свистни! – затем он подмигнул и прижался своим мощным лбом к хрупкому и такому маленькому для него лобику любимой девушки, закрыл глаза.
Так близко! Так безумно-сладко! Одно дыхание, одно тепло! Голова кружиться – и, причём, у обоих – что пришлось обняться и закрыть глаза.
– Ты на меня не обижаешься? – прошептала еле слышно
Маша.
– Ни разу! – с улыбкой в голосе прошептал Тони.
– Совсем-совсем?
– Ну, не совсем-совсем, но совсем ПОЧТИ совсем.
И снова они засмеялись, обнимая друг друга, но уже тихонько
и осторожно, чтобы не потерять ни капли того очарования, что захватило их, чтобы ни капли не пролить из чаши наслаждения друг другом!
IX. Легат
А в это время в центре сити, в одном из самых высоких его небоскрёбов, на одном из последних этажей, в роскошном зале сидели несколько человек, явно не принадлежащие к представителям торговых кампаний, впрочем и зал не был приспособлен для ведения торговых сделок, зато он был оформлен в стиле самого роскошного аристократизма и предназначался представителям аппарата управления. Что не так? Почему же это не дворец или не Белый Дом? Потому что этот город (Зона №5) – вовсе не то, что было раньше, и власть в нём совсем иная, а значит и вместилище этой власти – тоже!
В кресле главы сидел мужчина средних лет, небольшого роста, с животиком и с очень елейным, услужливым голоском, впрочем, не факт, что этот голос и его интонация применялись владельцем постоянно. Он был, как и все в зале, облачён в экипировку «костюм-рубашка-галстук», со слащавой улыбочкой на гладко вычищенном лице. Это и был тот самый, для всех загадочный легат. Среди них присутствовал и тот белобрысый, что так позорно сбежал от Маши и её команды из дворца Смотрящего. Они явно что- то обсуждали, и это «что-то» было напрямую связано с неизменной
«мистической» проблемой и «Орденом», так как все эти люди, принадлежали к сей «ложе».
– Скажите, месье Тайлер, когда уже сити будет достаточно очищен полностью для наших действий?
– А вы ещё недостаточно укрепились, месье? – ответил вопросом на вопрос белобрысый, демонстрируя показную заинтересованность.
– Месье Тайлер, вы же знаете, что мафиози в сити сковывают все рынки, захватывают все отрасли, берут под своё шефство даже полицию! – с переигранной озабоченностью вещал легат, хотя сия озабоченность была явно не поддельной.
– О! Полиция – это очень плохо! – с сожалением, полным трагизма, ответил белобрысый. – Но… Терпение, мой друг! Терпение! Ещё немного – и мы упрочим вашу и НАШУ власть и сделаем сити более податливым! – улыбнулся заговорщицки белобрысый, не размыкая губ. – Нам нужно только найти этого запропастившегося курьера!
– Значит, у Смотрящего этого человека не было. И он ни к кому из его приближённых и подшефных дорогу не перебегал и к русским не обращался? – проговорил легат с улыбочкой, в которой читалась некоторая насмешка над белобрысым.
– Если бы он обратился к русским, мы бы уже посыпали головы пеплом! Ничего подобного не случилось, как вы видите, и мы всё также неуязвимы. А насчёт связи с нами… – начал белобрысый, но его прервали.
– Это лишь вопрос времени – и он выйдет на связь, – заявил один из присутствующих, смугловатый брюнет.
Белобрысый недовольно поморщился.
– Мелкая шавка знает, что принеси она нам посылку – мы её убьём, поэтому он и предал заветы нашей ложи. Недостойный! Надо было знать, кого берёте. Это вопрос к вам, шейх Мансур! – белобрысый повернул лицо к тому самому брюнету. – Ведь посылку доставляли из Египта. А это ведь ваша зона влияния или я ошибаюсь? – интонация белобрысого преобразилась в угрожающую.
– Вы прекрасно знаете, Ричард, что я не имею представления, кто готовил посыльного, также как и, к какой расе и национальности он принадлежит и как его имя. Это вполне мог быть европеец! – эмоционально парировал шейх Мансур.
– Да… Вы правы, – не без внутреннего колебания согласился белобрысый и взял бокал с красным вином.
Тонкие длинные пальцы, как белые змеи, изящно, аристократически обвили бокал, поднесли к тонким губам, и когда те отпили глоток, – опустили его обратно на стол.
– В любом случае, он скрывается в этом жалком анклаве и именно в этой его части, я чувствую! Если б он был где-то в пределах сити или его границ, среди этого скопления отбросов общества, мы
бы его уже взяли! – продолжил после нескольких секунд белобрысый.
– Позвольте, месье! – с улыбкой одними губами обратился он к легату, тот понял, что нужно освободить кресло главы собрания – и вскочил с него.
– Но где он прячется? – тут же задал он вопрос. – В сити на данный момент две крупные группировки, делящих между собой власть: группировка Надира и группировка К2. С одной из них наши русские «коллеги». Что же будем делать?
– С группировками или с русскими «коллегами»? – осведомился осторожно легат.
– И с теми, и с другими, – уточнил шейх Мансур.
– Надо разобраться с русскими… – начал кто-то из сидящих.
– Да, они могут захватить реликвию! – подхватил другой из
ложи.
– Я считаю, надо изначально разобраться с бандами! —
пискнул легат громче всех. – Они подминают под себя власть и половину капитала сити! – продолжил он уже твёрдо, удостоверившись, что ему никто не возражает.
– Не стоит торопиться… – начал вкрадчивым голосом Тайлер.
– Но вы не понимаете! – выпалил легат. – Мафия создаёт реальные проблемы! От них нужно избавиться! Сити создавался не для банд! – его возгласы встречали поддакивания совета и он смелел.
Но неожиданная реакция главы совета – Ричарда Тайлера – заставила чиновника моментально замолкнуть:
– Жадная, ненасытная тварь! – рявкнул тот на легата, опустив в досаде бокал с вином на стол, но поставив его, меж тем, аккуратно. – Тебе и так перепадает немалый кусок пирога со стола нашей власти!
– Но… – начал-было легат, явно желая оправдаться, однако глава собрания так и не дал ему продолжить.
– Позвольте спросить, господа: на чём держится наша власть?
– задал он внезапный для всех вопрос. Ответом стало молчание.
– А я вам скажу: это признание вашего главенства массами! – возвысил голос Тайлер. – Массы признают закон. И этот закон должен быть гуманным: он должен предоставлять права, свободы,
льготы, защиту или, хотя бы, видимость всего этого тем, кто становится под него. И подчиняются они закону, а не нам с вами. Так называемая «мафия» живёт вне этого закона, но в её руках, как вы уже сказали, наш многоуважаемый легат, половина капитала. Однако, представьте хотя бы на миг, что было бы, если бы этих жутких ребяток, берущих в свои руки самые грязные дела, не было бы? Кто бы этим занимался? Вы, мой дорогой друг? – улыбнулся Тайлер холодной улыбкой пузатенькому чиновнику. – Нет. Потому что. Во- первых, у вас кишка тонка, а, во-вторых, современному гражданину не понравится то, что одни и те же руки управляют городом и раздают детям наркотики! Да, вы так или иначе будете связаны с этим, месье, но не настолько же очевидно! Поэтому предоставьте кесарю кесарево, а сами выполняйте свою работу, на которую мы вас и поставили!
– Мистер Тайлер, однако легат прав. Нужно как-то урегулировать сложившуюся обстановку с местной мафией… да и с русскими, которые здесь не кстати появились, – озвучил общие опасения в образовавшейся тишине смуглый худощавый мужчина с чёрными большими глазами, глядевшими из красивой оправы очков.
– Есть одна идея… – ехидно улыбнулся белобрысый, изящно усаживаясь в кресло. – Сыграем в игру.
Все заворожёно смотрели на Тайлера, он это чувствовал и вещал с ещё большим ехидством и азартом:
– Смотрящего больше нет. В Парнасе только две правящие верхушки… Остальные шайки – не в счёт! А если на одной территории два хищника, то рано или поздно они всё равно будут бороться за право полновластного обладания ею. Поэтому нам что нужно сделать? Правильно – ускорить процесс. Эта маленькая хитрость пойдёт на пользу и сити, и вам, дорогой друг – обратился он к легату. – Интересно, что в этой ситуации будут делать наши русские друзья? – злобно улыбнулся белобрысый.
– А как же эта их непобедимая девушка? Она настоящая валькирия! – спросил тот, что сидел рядом с шейхом Мансуром, высокий блондинистый мужчина с рыжей бородкой.
– Она не валькирия, она поляница (1), – ответил, поморщившись, Ричард. – И что вас в ней беспокоит?
– Но она нам будет мешать. Её необходимо как-то устранить!
Эти слова явно не понравились белобрысому: весёлое ехидство тут же сползло с его лица, сменившись холодной, колющей серьёзностью.
– Она моя! Я сам с нею разберусь! – прорычал он. Повисла гнетущая пауза.
– Вы как-то неравнодушны к ней. Это видно! – усмехнулся злорадненько легат.
– Вы правы, – уже мягче, но также серьёзно подтвердил белобрысый. – Я к ней неравнодушен. Я её ненавижу! – он, опершись о стол, исподлобья взглянул на сидящих. Присутствующих обдало невыразимым холодом решительной злобы и ненависти. – Но я знаю, как обернуть это в нашу пользу. И её таланты – в том числе!
– И как же? – снова вступил в прения глава сити. Другие же – только вопросительно и озадаченно на него смотрели.
– Не переживайте, господа, – усмехнулся белобрысый. – У меня свои планы на этот счёт. Всем вам, и вам, месье легат, в том числе, это понравится! А теперь давайте начнём подготовку! Время не ждёт! «Разделяй и властвуй» – как говорится. Поэтому, чтобы властвовать, мы сейчас будем разделять! – и на его лице застыла холодная злорадная ухмылка, а бокал красного в тонких пальцах отразил сверкнувший в светло-голубых глазах колючий лёд.
(1) – Поляница – женщина-богатырь из русского фольклора
X. Директива о доверии
Вот уже несколько дней в сити всё шло довольно тихо и плавно: никто никого не пристрелил, разборок не наблюдалось, сбыт наркотиков шёл вовсю, как и полагалось. Однако напряжение нарастало. Нужна была замена убитому Смотрящему, а кто его устранил – так и не прояснилось, от этого все банды сити встали в позу охотящегося льва и выжидали момент. Нужна была сходка главарей, где решилась бы дальнейшая судьба полиса и выбрали бы
«счастливчика», которому суждено было стать новым Смотрящим.
В свете всех вышеописанных событий времени на размышления было мало – ведь надо было не дать разгореться внутренней войне между мафиози в сити. Все прекрасно понимали: случись она – и контролировать обстановку будет невозможно, вообще действовать можно будет с трудом. Нужен был отдых, но времени на него как раз не было.
Капитан сидел за компьютерами и что-то скрупулёзно высчитывал, что-то искал. Рядом работала Мария. События последних дней на неё весьма благотворно повлияли: настроение всегда приподнятое, работа в её руках спорилась, и она словно бы не замечала, что, на самом-то деле, в этих серых буднях так ничего и не клеится с поисками необходимого артефакта.
Рядом находились и вечно что-то подозревающий Зелим, и Зрема с Тамарой и Иваном. Последний проверял оружие, смазывал, разбирал, собирал, чистил. Зелим подошёл к капитану и что-то тому шепнул на ухо. Капитан в ответ кивнул:
– Да, хорошо. Проверим…
– Что проверите? – весело осведомилась Маша. – А мне сказать? Или мне что-то не положено знать?
– Да не то, чтобы не положено… – Никита развернулся к ней на компьютерном кресле. – Это дело касается К2.
– А что с К2? – не поняла Маша.
Семчук подозвал Зелима, попросил подменить его за техникой, подойдя к Маше, он наклонился и тихонечко сказал: «На пару слов». Маша встала с кресла, и затем они с капитаном поднялись из помещения, предоставленного К2 для команды Марии как убежище, прошли по коридору, минуя кабинет гангстера, и вошли в одну из многочисленных комнат этого строения. Автоматическая дверь закрылась за вошедшими.
– Мне интересно: по шкале от одного до десяти насколько ты можешь ему доверять? – осведомился капитан.
И вроде он не шутил. Хотя, впрочем, оно и понятно. В существующих условиях не стоит доверять никому, кроме проверенных людей.
Маша, не зная, что ответить, просто смотрела на Семчука.
– Маш, я понимаю всю твою дилемму. Мы знаем, что ты сама его выбрала из нескольких кандидатов, ты сама решила вступить с ним в контакт, когда мы думали, что эта кандидатура нам мало подходит для союза – у нас просто не было никакого подступа к нему, кроме твоей острой симпатии. Хотя, например, возможностей подступа к другим нашим потенциальным союзникам было куда больше. Мы тебе доверились в этом выборе. Ты потом очень долго окучивала его – мы уже хотели бросить эту затею, но теперь скажи мне всё-таки: по шкале от одного до десяти – насколько ты можешь ему доверять?
Девушка задумалась. Она вспомнила кабинет капитана, стол и досье на нескольких гангстеров сити. Они лежали неровной стопкой возле неё, а она рассматривала уже в третий раз худенькое коротенькое досье с пометкой «К2», в который раз пробегала глазами короткий информационный текст про этого бандита, останавливалась на фото, на глазах, что умудрялись простреливать своими искрами её даже с изображения! «Да, она его выбрала, но это только вербовка», – вспомнила она уроки разведки.
– Где-то на «пять», – «оттаяв», проговорила девушка.
– То есть, наполовину, – подытожил Семчук. – А теперь ответь мне, почему именно на «пять», а не на «девять» или, хотя бы, не на
«восемь»?
– Никит, ты сам говорил на моей подготовке, что слепо доверять такого рода партнёрам нельзя, и это чревато провалом, потому что мы можем даже не знать, когда нас подставят…
– Да, я говорил. Но для тебя же он не просто «партнёр»! Мы всё видим и понимаем! Так почему ты доверяешь ему только наполовину?
Девушка сникла, опустила лицо и, как школьница, плохо выучившая урок, начала говорить тихо себе под нос:
– Он как-то странно себя ведёт. Говорит что-то странное… В общем, с той схемой его предполагаемого поведения со мной, которую ты описывал, ничего не сходилось сразу!
– А ты хотела бы, чтобы сошлось? – улыбнулся Семчук.
– Ну, тогда бы всё было понятнее.
– А скажи мне, в чём его поведение отклоняется от описанной мною схемы? – серьёзно спросил капитан.
Маша задумалась и, как это всегда с нею бывало, перестала смотреть на собеседника, будто отрешилась от окружающего мира. Она смотрела куда-то в сторону, ушла в себя, вспоминала.
– Ты говорил, что он будет настойчивым, наглым и бесцеремонным. Так оно, в принципе, и было, за исключением некоторых моментов.
Капитан внимательно слушал рассказ члена своей команды, который тёк из уст девушки размеренным спокойным, почти тихим голосом. Только «тихим» он не был. Обладательница его говорила почти шёпотом, однако же он разливался по всему пространству, стучал своими нотами о бетон и стены. Он не впитывался, не парил, а словно бы взлетал, рассеивался повсюду и осыпался тяжёлой белой взвесью.
– Моментами его как будто бы что-то останавливало, – продолжала девушка. – Он то ли смущался, то ли обижался, но только в эти моменты он совершенно не был похож на себя того, которого я видела секунду назад. Как будто в нём живёт два человека: один наглый мачо, второй – застенчивый скромняга. И вот об этом втором
ты мне, Никит, ничего как раз и не говорил.
– Потому что я не предполагал такого типа поведения, исходя из его психологических особенностей, указанных в досье! – закончил капитан.
– То есть? – заволновалась Маша.
Командир сидел, задумавшись и тоже уйдя в себя. Он потирал лоб и напряжённо соображал, не отвечая девушке.
– То есть, он всё знает и играет с нами. И, в первую очередь, играет с тобой! – посмотрев в глаза Маши, твёрдо произнёс он свою догадку.
– Значит, он не такой, каким кажется? – не понимала девушка, но выражение: «в первую очередь, играет с тобой» – ей не очень-то нравилось.
– Посуди сама. Что мы о нём знаем?
– Подожди, Никит! – остановила его Маша, напряжённо о чём-то размышляя. – А вдруг это просто его реакция чисто на меня? Ну… Вдруг он тоже в меня влюбился? …и поэтому он то смущается, то задумывается, то ревнует… Почему я об этом не подумала раньше?
– Потому что, Маш, это не так! – улыбнулся Семчук так, как улыбаются родители, глядя на что-то доказывающего своего маленького ребёнка. – Ты сама-то в это веришь? В преступном мире он не первый год! Он главарь мафии, а значит на всяких психологических уловках собаку съел! Иначе не выжил бы!
– Да, наверное, ты прав, – сдалась девушка.
– Возможно, это какой-то его ход, о котором мы не догадываемся. Ты – молодая, красивая девушка, с талантами. Естественно, он захотел добиться твоего расположения. Да хотя бы ради того, чтобы получить то, что обычно всем мужчинам нужно от женщин!
Девушка, уже с горящими глазками, хотела озвучить что-то колкое, но Семчук её остановил: