- -
- 100%
- +
– Нервничаю из-за Димы. Все это так неприятно…
– Именно поэтому нам нужно поговорить.
– Я спешу!
– А куда, собственно? Димочки дома нет!
– Откуда вы знаете?
– Я все про него знаю. Где он, и с кем. В настоящий момент он находится…
– Где?
– В ресторане на Арбате! В компании прелестной Розалии. Она угощает его обедом, а он ее утешает.
– Утешает?
– Разумеется! У нашей Розалии травма – она потеряла отца. А с Димочкой они всегда были очень близки.
– Вы хотите сказать что-то конкретное, старая лиса?
– Но Розалия всегда мечтала быть с Димой еще ближе. Несмотря на своего бизнесмена, от которого у нее дочь. Единственное препятствие этому – ты. И поэтому Розалия заявила следователю, что ты была любовницей ее папаши!
– Это же смешно! Она что, хочет таким образом меня убрать?
– Или тебя. Или…
– Диму? Так, ладно. Давайте поговорим. Куда поедем?
– Останемся в машине. Это единственное место, где я могу быть уверен, что мы поговорим с глазу на глаз.
– А жучок?
– Я сомневаюсь, что мне кто-то поставит его в машину.
Заехал в какой-то глухой переулок, и заглушил мотор.
– Ты слышала, что Сергей собирался продать свой бизнес? У него были крупные неприятности. Он собирался продать свой бизнес и уехать за рубеж. Кому? Людям, которые не позволили бы Димочке уйти к Викторову без уплаты пятьсот тысяч долларов.
– Ну, знаете! – меня страшно разозлил его намек, – если б Сергей продал свой бизнес, это в первую очередь ударило бы вас! Именно вы остались бы не у дел!
– Ничего подобного. Есть много желающих предложить мне работу. В конце концов, я перешел бы с Димочкой к Викторову.
– Не только у Димы были причины желать Сваранжи смерти! Розалия – раз, Дима – два, вы – три, неприятности по бизнесу – четыре, бизнесмен Розалии (чтобы через дочь заграбастать папашин бизнес) – пять, кто-то их тех, кого он вышвырнул на помойку – шесть, семь, восемь, девять, Викторов, чтобы получить Диму – десять… Вот видите, сразу же насчитала сколько человек!
– Все правильно. Жаль только, что у тебя не было мотива. Наверное, ты единственный человек, которому не зачем было убивать Сергея Сваранжи.
– Да, действительно, от его смерти я бы ничего не выиграла. Но если хотите, можете посчитать и меня.
– У меня есть сведения, что следствие разрабатывает сейчас две версии: это Розалия и Дима.
– Почему?
– У обоих крупный и серьезный мотив. У Розалии – деньги, у Димы – карьера. Следователь считает, что кто-то из них нанял заказал Сваранжи. Видишь ли, Сергей был убит очень необычным способом. Сейчас я расскажу тебе то, о чем не знает практически никто. Наверное, если разгадать эту загадку, можно разгадать и причину смерти Сергея… Я – приближенное лицо к Сваранжи, я знал больше всех остальных о его делах, но и то – мне не говорят подробности, пытаются что-то скрывать. Скажи, ты была когда-то у Сергея в кабинете?
– Нет, не довелось.
– Кабинет находился на третьем этаже (это последний этаж) в глубине коридора. Попасть на третий этаж можно двумя путями. Первый – через помещение ночного клуба внизу, на первом этаже. Нужно пройти через весь зал, миновать часть кабинетов (кабинеты представляют собой что-то вроде второго зала, за первым, только поменьше) и тогда выходишь в коридор, где одна из дверей ведет на лестницу, по которой можно попасть на третий этаж. Как правило вечером, и даже днем, если функционирует ресторан (первый зал), у этой двери на специальном месте сидит охранник, чтобы никто из посетителей клуба не вздумал подниматься наверх. Охранник (как ты поняла) сидит со стороны клуба, а не лестницы. Итак, это первый путь, и самый тяжелый – потому, что любого человека, поднимающегося на третий этаж, видит слишком много людей. Но есть и второй путь. Это дверь со двора. Бронированная дверь с кодом, во дворе, с тыльной стороны здания, которая ведет непосредственно в клетушку, из которой начинается лестница, ведущая наверх. Клетушка – узкое темное помещение (с круглосуточным искусственным светом), там находится только лестница и вход в клуб (вторая дверь, за которой сидит охранник). Этой дверью пользуются артисты, выступающие в концертной программе клуба, рабочий персонал (официанты, работники кухни и т. д.), сотрудники офиса Сваранжи на втором и третьем этажах. Этой дверью пользовался и Сергей Сваранжи. Охранник со стороны двери в клуб не может видеть тех, кто заходит со двора. Он знает в лицо тех, кто работает в самом клубе и кто заходит в помещение через его дверь. Но о тех, кто поднимается наверх, он не знает ничего. Дворовая дверь закрыта кодом – это четыре цифры, они нажимаются одновременно. Дверь на втором этаже закрыта так же кодовым замком. Ведет в коридор с комнатами (в них находится непосредственно сам офис). Код уже другой. А вот третья дверь (то есть на третьем этаже), самая тяжелая – она открывается электронным замком. Специальными электронными карточками, которые вставляют в замок. Такую карточку не имеют сотрудники со второго этажа и работники клуба. На третьем этаже находятся кабинеты бухгалтера Сваранжи, кабинет для концертных директоров, личные апартаменты Сваранжи (для деловых встреч и не только – он часто приводил туда случайных девиц на одну ночь, которых не хотел приводить домой) и его главный кабинет. У меня есть электронная карточка на третий этаж. Но если Сваранжи кого-то ждал, он мог сам открыть входную дверь на этаж из своего кабинета. Полиция предполагает, что убийца вошел на третий этаж потому, что Сваранжи открыл дверь сам, из своего кабинета. Очевидно, он кого-то ждал.
– Извините, я перебью. Днем (я знаю, что Сваранжи убили в два часа дня) возле двери в клуб был охранник?
– Был. Работал ресторан. Но дверь слишком плотная – охранник не может слышать, входит кто-то со двора или нет. Он показал, что к лестнице из клуба никто не проходил. Итак, первый путь отпадает. Значит, убийца прошел через дверь во двор, а, следовательно, убийца знал код.
– Вы хотите сказать, что это кто-то из своих?
– Не только из своих, а из тех, кого Сваранжи ждал потому, что сам открыл для него дверь! Этот человек имел для Сваранжи какое-то значение. Но давай вернемся к кабинету. Это большая прямоугольная комната с двумя окнами напротив входной двери. Окна выходят во двор. В жилой двор, представляющий собой четырехэтажный колодец с жилыми окнами (из четырех домов двора только дом ночного клуба – полностью офис. В остальных живут люди). На окнах кабинета были прочные металлические решетки с мелкой сеткой. Кроме того, были опущены ролеты (Сваранжи терпеть не мог дневной свет. Когда его нашли, горели яркие лампы под потолком). Между окон стоял массивный дубовый стол Сергея с несколькими телефонами, лампой, папками с делами, ноутбук (компьютеры Сваранжи не любил и пользовался редко, только для переписки. Он все время повторял, что свои первые большие деньги заработал без ящика с кучей проводов, и то, что он не тыкал в какие-то кнопки, ничуть ему не помешало). Возле правой стены – шкаф с полками. Напротив стола – одинокий стул. На него Сваранжи любил садить провинившихся, чтобы они сразу терялись от вида массивного начальственного стола – пьедестала. Рядом со входной дверью стоял кожаный мягкий уголок (диван, два кресла, маленький стеклянный столик). Вот, собственно, и все. Когда Сергея Сваранжи нашли, он сидел в кресле за своим столом, голова его была откинута назад, глаза открыты, а в них застыло такое странное выражение, что я (когда увидел его труп) был просто поражен. Не ужас, не испуг, не ненависть, не боль, а только бесконечное удивление. Такое удивление, как если бы в него из пистолета выстрелила, к примеру, кошка или собака. Я еще подумал тогда, что убийца, наверное, последний человек, от которого можно ожидать решительных действий… Так или иначе, но смерть от руки какого-то человека стала для Сергея Сваранжи бесконечный удивлением. И еще было видно, что он не испытывает к убийце злобы. Понимаешь, он его не ненавидел…. Наверное, в полиции тоже это увидели. И это странное выражение лица жертвы натолкнуло их на мысль, что убийца – кто-то из близких Сваранжи людей. Он был убит двумя пулями – в шею и в сердце. Крови было очень много – особенно из раны в шее. Убийца стрелял два раза. Пистолет не нашли. Но мне известно, что уже есть заключение экспертизы. Опущу длинные названия и термины (не хватало мне для полного счастья еще разбираться в оружии) – короче: это полицейский табельный пистолет, которым обычно пользуются сотрудники правоохранительных органов.
– Что?!
– То, что ты слышала! Ментовский пистолет! Только вот в Москве такое пропавшее оружие не значится… А может, просто еще не нашли… Москва большая… Впрочем, они еще не определили, стрелял профессионал или нет. Выстрел в сердце снайперский – пуля вошла точно по середке. Полицию смущает выстрел в шею – обычно профессионалы делают контрольный в голову, в висок или лоб….
– Ну и что странного в смерти Сваранжи?
– Когда нашли его труп, пришлось взламывать дверь. Дверь кабинета Сергея была заперта изнутри, а в замке, с внутренней стороны, торчал ключ, на котором были только одни отпечатки… Отпечатки Сергея Сваранжи… Как убийца вышел из кабинета после выстрела? Окна исключены – решетки, ролеты. И невозможно же спуститься из окна третьего этажа по водосточной трубе в 2 часа дня на глазах у всех любопытных пенсионеров трех дворовых домов! Как раз в окне напротив живет старушка, которая в поисках свежих сплетен дни напролет просиживает у окна, а вечером чешет язык с соседками. Не заметить кого – то, вылезшего из окна, она не могла. Как убийца смог выйти? Дверь пришлось взламывать – она действительно была заперта на ключ! Не мог же Сваранжи, после того, как в него выпустили две пули и он был убит наповал, встать с кресла и запереть за убийцей дверь!
– А самоубийство?
– Исключено! Во – первых, нет оружия на месте смерти. Во – вторых, на коже не обнаружено следов пороха и обожженных участков (что всегда присутствует, если выстрел произведен в упор). Ну и, в – третьих, траектория полета пули – выстрел в шею произведен немного под углом. Пуля вошла так, как если бы убийца привстал со стула напротив начальственного стола Сваранжи и одновременно стрелял. А выстрел в сердце, скорей всего, произведен уже с высоты человеческого роста. Я знаю, что эксперты даже вычертили траекторию полета пуль и таким образом пытаются определить возможный рост убийцы, так как выстрелы были произведены с небольшого расстояния. Самоубийство полностью исключено! Да и Сергей Сваранжи был не тем человеком, который пустит себе пулю в лоб. Все, кто его знал, скажут тебе то же самое.
– Я и сама это знаю. Просто спросила потому, что самоубийство первым приходит на ум. А что думают в полиции?
– Это загадка. Ничего не думают. Если разгадать причину, по которой убийца запер дверь, можно сразу вычислить убийцу. Понимаешь, ведь тут две загадки и одна вытекает из другой: как убийца вышел из кабинета и для чего запер дверь изнутри (и как ему удалось оставить в замке ключ!). Зачем понадобилось закрывать дверь, если на этаже все равно никого не было?
– Никого не было?
– Напротив двери кабинета Сергея – дверь в его личные апартаменты. Эта дверь вообще была заперта ключом и, судя по всему, давно не открывалась. По крайней мере, в то утро Сергей апартаментами точно не пользовался. Рядом с кабинетом – кабинет концертных директоров. Напротив него, возле лестницы – комната бухгалтера. Но бухгалтер имеет место работы и на третьем, и на втором этаже. На втором бухгалтерия занимает несколько комнат, у бухгалтера там работают три помощника. На них – вся бухгалтерия бизнеса Сваранжи. В тот день главный бухгалтер Алина Вотченко работала на втором и даже не поднималась на третий. Ты знаешь Алину? Ей 52 года, полная добродушная женщина и жутко опытный бухгалтер. Сваранжи перекупил ее в какой-то крутой фирме и с тех пор говорил, что она – его бриллиант в делах! Заподозрить Алину в чем-то просто невозможно! А кабинеты – ее, директоров на третьем были так же заперты на ключ, так как в них никто не работал. Секретарши у Сваранжи не было – он не доверял секретаршам и не любил их так же, как и компьютеры. Все свои дела он вел сам. Итак, третий этаж в 2 часа дня стоял полностью пустой. То есть запирать дверь кабинета не было никакой необходимости – все равно выстрела никто не слышал!
– А на втором?
– Там звукоизоляция (Сваранжи специально сделал такой ремонт), плюс куча народа, включенные компьютеры, звонящие телефоны…
– Кто-то из сотрудников выходил за пределы этажа?
– Нет, зачем? Они циркулируют только в своей закрытой системе, им не зачем выходить, а посетители туда не приходят. Для посетителей у Сваранжи был совершенно другой офис в противоположном районе города. А особо важных он принимал в апартаментах на третьем.
– Как же обнаружили труп?
– В половине четвертого к охраннику, который сидит возле двери на лестницу, подошел один бизнесмен и попросил вызвать Сергея Сваранжи. Бизнесмен (владелец одной из аудиторских контор, у него были дела с Сергеем) сказал, что Сваранжи назначил ему ровно в три часа встречу в ресторане и до сих пор не пришел. Бизнесмен очень удивлен: он знает Сваранжи не один год как очень пунктуального человека, а тут прошло уже полчаса, а его все нет. Это необъяснимо и вызывает тревогу. Охранник поднялся на третий этаж (он знал, что босс в офисе – в час дня Сваранжи неожиданно приехал в клуб и поднялся наверх, минуя охранника, то есть первым путем). Но электронного доступа на третий у этого охранника не было. На втором этаже была комната охраны – в кабинете Сваранжи находилась кнопка, чтобы вызывать их наверх. Но двоих охранников никто не вызывал. Единственным человеком, имеющим доступ на третий, была Алина Вотченко. Вместе с охранником Алина поднялась наверх и обнаружила, что дверь кабинета Сергея заперта изнутри. Решив, что Сваранжи стало плохо с сердцем, охранник выломал дверь – и обнаружил труп. Дальше – все по схеме. Полиция, свидетели… Алина срочно позвонила мне на мобильный. Я был в студии с Димой. Мы срочно приехали. Я поднялся наверх, оставив Диму внизу… Труп еще не успели увезти.
– А кто выходил днем из служебных дверей?
– Куча народу! Работники кухни выносили мусор. Официанты приходили и уходили. Охранники – так же. Парни, которые хотели устроиться на работу в охрану (как раз в это время был объявлен дополнительный набор). Несколько девушек из ночного варьете (днем у них была репетиция, как раз с 12 до 2, и, начиная с четверти третьего, девушки выходили по одной, по двое). Вообщем, кто только не выходил! Вряд ли можно обнаружить убийцу среди этой толпы. Полиции не удалось.
– Значит, непонятно, как он вышел… Но, может, в тот момент, когда охранник решил пойти наверх и узнать?
– У них очень строгие порядки! Сваранжи был жестоким хозяином и любил унижать людей. Прежде, чем тот вышел, на место тотчас же сел другой охранник. Оставить дверь без охраны было запрещено.
– И что показал второй? Никто не выходил?
– Абсолютно никто не выходил!
– А бизнесмен, беспокоившийся о Сваранжи?
– Остался, чтобы сразу дать показания полиции.
– А дверь с электронным замком на третий этаж? Она была заперта?
– Если кто-то выходил, он просто захлопывал дверь, без всяких электронных штучек. Захлопывал, предварительно открыв ее изнутри. Выйти было гораздо проще, чем войти. Дверь была заперта, поэтому охраннику, чтобы пройти, потребовался пропуск Алины.
– Все это выглядит как-то странно… И неправильно, если так можно сказать… Неправильно, словно ошибка… Я не понимаю… Наверное, я не могу точно выразить словами, но все это как-то странно. Очень странно!
– Так думаешь не ты одна.
– Мне все это не нравится!
– А вот в этом тебя поддержит уже не много людей! Для большинства заинтересованных в шоу – бизе в этом городе смерть Сергея Сваранжи – настоящий праздник!
– Вы хотите сказать, что Дима – один из них?
– По – моему, это сказала ты сама!
– Ладно. Что толку бросаться словами, если… А окна? Решетки они хорошо осмотрели?
– Они не были повреждены.
– А уборщица? Ведь у уборщицы должен быть электронный доступ.
– Уборщица, работающая на 2 и 3 этаже, одна. И она приходила на работу в 9 утра, то есть тогда, когда Алина находилась на третьем. Если же Алина была на втором, то она поднималась наверх, чтобы открыть дверь уборщице. Та убирала все помещения, кроме личного кабинета Сваранжи и его апартаментов. Второй раз уборщица появлялась в 9 вечера (раз в два дня), чтобы убрать апартаменты и кабинет. В 9 вечера Сваранжи всегда был там. Он открывал дверь из своего кабинета, а уборщицу наверх сопровождал охранник (который одновременно следил за ее работой). Я не помню, как зовут уборщицу (видел ее лишь несколько раз), но это пожилая женщина, лет 60, кряжистая, невысокая, бывшая сельская жительница. Очень молчаливая (для женщины такого возраста) и чистоплотная. За эти два качества ее и держали на работе. Уборщица абсолютно вне подозрений.
– И не было никаких случаев, чтобы график ее работы был изменен?
– Ни разу! Ты ведь знала Сергея – он не любил изменений.
– Как же прошел убийца?
– Я не знаю! И никто не знает! Но как прошел – вопрос не главный. Сергей мог просто его ждать в кабинете и открыть ему дверь. Главный вопрос – как он вышел.
– Я хотела спросить об одной вещи… Когда я была у следователя, об этом тоже зашел разговор. И я подумала, что… Я хотела спросить, с кем встречался Сергей? С кем он спал в последнее время?
– Спал – как всегда. Девки из баров, дорогие проститутки по вызову. А насчет «встречался» – ни с кем. Подруги у него не было. Ты ведь знаешь его отношения с женщинами. Со всеми и ни с кем. Я слышал, что в последние два – три месяца он даже редко водил девок в свои апартаменты наверху. Он никого не приводил неделями. Просто ему было не до женщин. Помнишь, я говорил тебе, что у него были проблемы с бизнесом, он даже собирался его продавать…
– Но вы не рассказали мне никаких подробностей!
– А я их и сам не знаю. Ладно. Теперь твоя очередь рассказывать.
– О чем?
– О твоем визите к следователю! Говори все. И подробнее.
Я вздохнула. Какие подробности можно было извлечь из набора общих дежурных фраз? Разве что о том, что следователь подозревает Диму, и в каждой фразе мне слышался намек? Об этом я решила промолчать. Для Вал. Евга. это могло представлять слишком большой интерес – интерес, который был мне не с руки. Много лет назад кто-то умный сказал мне фразу (с тех пор я всегда повторяла ее про себя): «Вместо любой хорошей беседы полезнее почитать любую хорошую книгу». Хочется болтать – сядь и читай. Вместо того, чтобы трепать на все стороны языком. Я предпочитаю все-таки почитать книгу. А если поблизости нет книг, я читаю рекламные вывески. Поэтому мой рассказ о визите в правоохранительные органы уложился всего в двух словах. Вал. Евг. был явно разочарован.
– И это все? Зачем тогда им ты?
Я ответила, что понятия не имею. Что удивлена и сама…
– Мне кажется, что… – внезапно Вал. Евг. замолчал. Лицо его стало белым, а губы двигались (так, как будто он поперхнулся), но не издавали ни звука… За какую-то долю секунды Вал. Евг. стал похож на рыбу, которую внезапно выбросили на песок. Перемена была просто поразительной! Особенно с человеком, не привыкшим считаться с окружающими настолько, что его вряд ли что-то могло поразить! Удивленная, я принялась вертеть головой, пытаясь рассмотреть, что же заставило Вал. Евга замолчать (вернее, поперхнуться теми словами, которые он собирался мне сказать). Разгадка была рядом, и я увидела ее сразу.
Дело в том, что в переулок въезжала машина. Это был длинный спортивный автомобиль. Он ехал очень медленно и просигналил, поравнявшись с машиной Вал. Евга. Просигналил явно нам. Очнувшись от своего столбняка (я не сомневалась, что Вал. Евга поразило именно появление этой машины в тихом переулке), Вал. Евг. стал еще белее, чем был, и сказал каким-то дрожащим голосом:
– Извини, я срочно должен ехать. Поговорим как-то в другой раз.
– Кто в этой машине?
Вал. Евг. отшатнулся, как от удара, и бросил на меня затравленный взгляд.
– Я должен ехать. Тебе придется здесь выйти. Думаю, ты без труда остановишь такси.
– Чья это машина?
Вал. Евг. распахнул мне дверцу, бросив какой-то по – собачьему умоляющий взгляд:
– Ты ведь хочешь, чтобы Димочка подписал контракт с Викторовым и с его карьерой было все в порядке? Тогда не спрашивай меня ни о чем!
Я вышла. Машина Вал. Евга. Резко рванулась с места. Но я не смотрела на нее. Я воскрешала в памяти ощущение, возникшее у меня после появления первого автомобиля. Очень неприятное ощущение! Длинная черная машина с предельно затененными стеклами вызывала какое-то тревожное чувство и вообще была похожа на гроб. Неприятное, необъяснимое чувство… Завернув за угол, обе машины скрылись из глаз. Недоуменно оглядываясь по сторонам, я вдруг чуть не свистнула от неожиданности! Я находилась в трех кварталах от клуба «Белль ля мер». В трех кварталах от офиса Сергея Сваранжи.
КОМУ: slavik@mail.ru
ОТ: Ri@gmail.com
ДАТА: 8 сентября 2010, 03.02
ТЕМА: Письмо от Ри.
Славик, милый, привет! Как хорошо, что у меня есть ты. Какое счастье, что я могу написать тебе письмо, выкроив для этого пару минут. Писать тебе – значит, вдыхать глотками пьянящий, живительный воздух посреди черной, давящей духоты. Славик, сейчас ночь. Я сижу в гостиной, одна, с наглухо закрытыми окнами и ноутбуком на коленях. Воздух далеко, как и весь окружающий мир, но… Утром будет новый день, но духота останется со мной. До завтра еще надо дожить. Меня все время не покидает черное ощущение грядущей беды. Я чувствую – что-то случится. Случится очень страшное, проклятое, и я уже устала в этой схватке с будущей тяжелой бедой… Я не могу тебе всего объяснить, но беда в воздухе. Я чувствую ее каждой клеткой, всем телом. И знаешь, над кем кружится этот черный знак? Надо мной. Надо мною одной. Произойдет что-то очень плохое. А, может быть, это уже произошло….Ситуация накаляется с каждым днем и мне уже не под силу ее контролировать. Я сама выхожу из – под контроля. Я очень устала. Мне до безумия надоело носить маску, которая намертво приросла к моему лицу. Только ты один способен выслушать мои проблемы без лишних комментариев, дать дельный совет. Какой совет, о Господи?! Не сойти с ума? Прости. Но больше мне все равно нечего добавить. Что чувствую, то и пишу. Мне так нужно было тебе написать…
Прости за сумбурность. Целую, твоя Ри.
LIVEJOURNAL,
ДНЕВНИК РИ.
ЗАПИСЬ ДОБАВЛЕНА: 8 сентября 2010.
Позади гастроли. Позади много дней в случайных городах. Почему я все время возвращаюсь в памяти к ним? Димка спит, до подбородка завернувшись в одеяло. А я сижу в гостиной и щелкаю свои обрывочные мысли, которые никому не нужны. Я не такой сильный человек, как кажется. Раньше мне хотелось думать, что я сильная, но время и жизнь показали обратное. Я просто слабая дурочка, не сумевшая перешагнуть через себя. Через свою любовь. Меня могут спросить: разве нужно перешагивать через любовь? И я отвечу: если такая, как у меня, нужно обязательно. И все равно – я никогда не перешагну. Ведь он для меня – целая эпоха моего счастья, если возможно так сказать. Когда я увидела его впервые, я сразу все поняла….. Чтобы не терять его ни на один миг, я езжу с ним на гастроли. Наверное, я потеряла бы его сотни раз, если б не делала так. Он влюблен только тогда, когда я рядом. Поэтому я должна быть с ним рядом всегда. Я люблю его. Это болезнь. Все закружилось, завертелось, оборвалось – безумные идеи, невыполненные решения… Сорвалась с насиженного места – и вот я здесь. Здесь, с посапывающей во сне любовью, которой нет дела ни до меня, ни до собственного успеха, ни до кого на свете – любовь сладко спит.
Никто не знает, чем я живу. Я пыталась постичь его душу. Он мою – нет. Это ему не нужно. Это не нужно никому. Даже мне самой. Если бы кто-то знал, как я устала от беспомощности и злости, от скандалов и зависти, от неуверенности и пустоты. Я устала от того, как Димочка демонстрирует звезду, и от скандалов с Вал. Евгом, который всегда на меня косо смотрит, особенно, если, умеряя Димочкину агрессивность, я вмешиваюсь в разговор. Сколько раз перед концертом Димочка чуть не дрался с Вал. Евгом из-за денег! Дима лез на него с кулаками, Вал. Евг. ехидничал, потом сунул ему под нос какую-то узаконенную писульку с подписью Сваранжи, от которой Димка чуть не взвился под потолок! Димка орал о том, как разделается с Сергеем в Москве, как покажет ему все, что нужно показать и т. д. Вал. Евг. Смеялся: «Ты же трус! Ты ни на что не способен! Тебе плюют в лицо, обсчитывают на огромные суммы, а ты как половая тряпка, каждый может вытереть об тебя ноги!». К концу гастролей он взвинтил вспыльчивого Диму до такого состояния, что если бы на пути ему попался Сергей Сваранжи, он бы его убил! Я всегда бросалась на Вал. Евга. Тот начинал свой привычный репертуар: «Вместо того, чтобы лежать на курорте где-то на Карибах, я должен мучиться с идиотом, который мнит себя звездой, а сам прячется за бабью юбку!». И т. д. Можно подумать, это он с нами связался! Да это мы на зло себе связались с ним! Если б не Димочка, в гробу бы он видел свой курорт на Карибах! И пятикомнатную квартиру на Тверском бульваре, и все свои крутые машины, и загородный особняк, и квартиру на Юго – Западе для своей 18 – летней любовницы помимо третьей жены! Так я ему и сказала. Тогда он прицепился ко мне: «Какого мы ее с собой таскаем? Она тебе не жена, просто пустое место…». Димочка ненавидит, когда обижают меня: «Все, отменяю концерты, возвращаюсь в Москву, разрываю с тобой контракт и ищу себе другого директора!». Вал. Евг. так легко не сдается: «А чем ты лучше меня? Если б не мы с Сергеем, видел бы ты свою известность! Подох бы под каким-то забором! Таких талантов, как ты, по пятьсот штук на каждом углу! Ишь, крутой выискался! Разорвешь контракт – так за неустойку еще свою девицу отдашь, чтоб она за тебя отрабатывала! Кстати, она во всем лучше тебя».