Ловушка для кицунэ

Глава 5

– Сей Аканэ, я бы предпочел, чтобы свадьба была уже на грядущей неделе. – Кабинет отца был оформлен в традиционных, нихонских цветах и видневшийся в щёлочку Мур ао Ка в своем иноземном зелёном костюме совершенно не вписывался в интерьер. Отец стоял напротив, чуть прищурившись, будто от попадавшего из окна весеннего солнца. Он всегда так делал, когда был чем-то раздосадован или недоволен.

– Это очень поспешно, сей Мур ао Ка. Пойдут разные слухи… – вместо того, чтобы выслушать старшего, пусть и не по положению, но точно по возрасту, этот драконище невежливо прервал отца на полуслове.

– О каких слухах речь, сей Аканэ? Все до самой столицы знают, что я жажду скорее вступить в права главы рода, а для этого необходим статус женатого человека, как гарантия готовности сразу же дать славной ветви Небесного Дракона как можно больше сыновей и дочерей.

На уточнении про “как можно больше” я нервно сглотнула. Нет, я конечно же знаю, откуда берутся дети, видела как старшая невестка Мизуки разрешалась от бремени в прошлом году и не сказать, чтоб была готова повторять этот подвиг как можно больше. Зато, теперь ясно, что Тэдэо собирается приходить ко мне в спальню точно не раз в полгода! Пока раздумывала над своей многодетной долей, отец продолжал:

– Но впереди подготовка…

– Насколько я знаю, дом Аканэ уже выдал замуж одну дочь. Уверен, вы ещё не успели забыть, как это делается.

Просто неслыханная наглость говорить в таком тоне со старшим!

– Конечно, сей. Моя супруга непременно сегодня же займётся выбором…

– Выбором сегодня же мы займёмся с моей невестой. Я как раз за этим и пришел. Собираюсь пригласить ее на праздник цветения сакуры и заодно прогуляемся по магазинам.

– При всем уважении, сей. Гулять наедине до свадьбы… Противоречит традициям нашей страны.

– Через неделю Юми станет моей женой, почему бы мне не повести ее на прогулку и не позволить выбрать самой мелочь к празднику? К тому же вокруг нас будут толпы горожан. Что в этом неприличного?

Я слышала, что в других странах помолвленным парам позволялось проводить время вместе, гулять и ездить на прогулки. Мужчина обязательно ухаживал и дарил подарки. Только у нас… только мы до сих пор решали все через родителей и паре не давали даже шанса узнать друг друга хоть капельку лучше. В итоге к брачной ночи в спальне оказывалось два незнакомых друг другу человека. Я еще больше придвинулась к двери, чтобы не пропустить ответ отца, по одному виду которого было понятно, что он вот-вот готов отшить наглеца ящера. Я приготовилась к громкому спору, но отец отчего-то решил вдруг уступить будущему родственнику и сдержанно кивнул:

– Я прикажу передать Юми, чтобы приготовилась и спустилась. Вы можете подождать здесь. Приказать принести напитки?

– Не стоит, сей Аканэ, я сам схожу за Юми. Это ускорит процесс сборов, а то рискуем до новой луны никуда не уйти.

5.1

Он крутанулся на месте так быстро, словно обладал теневой магией асун! Вот ящер стоит рядом с отцом, а спустя минуту уже смотрит на меня горящим взглядом победителя. Словил таки на горячем, если не ночью, то сейчас! Точно такое же ликование, не заметное для напыщенных драконов, с которыми он играл в "Золотой лилии", но совершенно отчетливо замеченное мной было у него на лице минувшим вечером.

Отступать некуда.

– А вот и любопытная лиса, – в его глазах заплясали смешинки.

Медленно разогнувшись и поправив сережки, что зацепились за выбившиеся пряди прически, я послушно склонила голову в приветствии:

– Светлого дня, сей Мур ао Ка, – ну не извинятся же мне, в самом деле. – Служанка передала, что вы почтили честью наш скромный Дом и как солнце окрасили серость утра.

– Как будто бы за окном ясно, – с иронией в голосе спросил он, продолжая наблюдать за мной с лукавым блеском в глазах.

Я скрипнула зубами. Что ж, вряд ли с будущим мужем выйдет играть по нихонским правилам.

– Слышала, вы приглашаете меня на прогулку? – признание в том, что я действительно подслушала, постаралась выдать как можно более равнодушно, но выходило откровенно плохо. Мне и правда хотелось узнать его лучше. Задать тьму вопросов и получить на все ответы. – Я с удовольствием составлю вам компанию, сей. У вас есть план, куда мы пойдем?

– Ты все правильно и хорошо расслышала, Юми. Но я буду галантен и приглашу тебя лично, не через дверь, да? —Тэдэо усмехнулся, чуть дёрнув уголками губ, слегка склонил голову и его длинная челка, не подхваченная синей кожей жгута, тенью упала на лоб, прикрыв, несомненно полный лукавства и насмешки взгляд. – Очень рад, что за столь короткий срок ты научилась принимать мои приглашения без попыток торговаться и не дожидаясь отцовских кивков. – Как будто делал вид, что отец его не слышит! Это же надо, порадоваться, что дочь не оглядывается на решение родителя! Вот это наглость высшей пробы. – Я бы хотел пройтись по площади, сегодня гуляния. Ты любишь праздники, Юми?

Странное чувство. Как будто сделала глоток лимонада тетушки Цумико. Так же оседает на нёбе шипучими пузырьками, растекается теплом внутри и заставляет жмурится от щекотки в носу.

– Как вы и сказали, сейчас как раз празднуется ханами. Обожаю любоваться цветением сакуры. – Я опустила взор, туда, где за полами его пиджака приметила вчера пояс для артефактов. Интересно, что он с собой носит? Вот бы посмотреть, хотя бы украдкой… – Мы могли бы, после завершения дел, конечно же, пройтись по парку. Пикник не предлагаю, мы и так будем… приметны, что уж говорить о таком… вечером всегда бывают фейерверки, я люблю за ними наблюдать из центральной бойницы храма, там такая кры… ша, – закончила предложение, давая себе мысленную оплеуху. Все мои защитные барьеры и контроль странным образом летел хосту под хвост. Мы с лисой, обе, чувствовали себя рядом с этим драконом прекрасно. Свободно. Это пугало. – Я хотела сказать, – поспешно затараторила я, всегда так делала когда начинала лукавить и врать, – обожаю красиво оформленные крыши. А в храме крыша ого-го какая!

– Какая?

– Красивая, – пожав плечами, я попятилась к выходу. – Давайте не будем терять времени, сей? У нас вон, сколько дел, сколько дел. Тем более, если нашу прогулку завершить парком. А вы? У вас есть какие-то любимые праздники? Возможно места или увлечения?

5.2

– Крыша значит… – дракон многозначительно дёрнул бровью, опустил взгляд, будто следуя той же тропой, что я только недавно. Он о чем сейчас подумал? Куда я смотрела в его понимании? – В Атриуме очень много красивых крыш..такие высокие, острые шпили вгрызаются в тяжеловесные дождевые облака, ловят их на свои железные копья. А потом небо кровит дождем. Ты слышала, в Антриме противнейшие дожди? Могут даже кожу разъесть! – Наверное глаза мои округлились или лицо вытянулось, но дракон вдруг расхохотался, не обращая внимания, что вокруг нас люди. Отец и матушка шли следом, как и положено, провожая до выхода из дома Аканэ, но Тэдэо будто и думать забыл о свидетелях. Так себя раскованно вел, как если бы шел по собственному дому и все кругом ему были не указ. – Шучу я. Обычные там дожди, скучные и затяжные. Небо иногда месяцами не разглядишь даже в специальные подзорные трубы. Но крыши и правда красивые. У самой двери мой жених наконец вспомнил, где находится. Обернулся, подхватив меня под локоть (сумасшедший, при живых-то родителях!) Вежливо поклонился на прощание: – Сей Акане, верну вашу дочь с первой луной.

Отец было выступил вперёд, желая урезать названый срок, но мой жених выставил вперёд руку:

– Обещаю, что даже тень дурного слова и мысли не коснется не только репутации, но и подола кимоно вашей дочери, сей.

Аой хрюкнула, зная, каким отборным дерьмом меня поливают горожане.

Тэдэо нашел ее за матушкиной спиной и изогнул бровь в немом вопросе, после чего взял меня за руку, нащупав пальцы в широких рукавах наряда и под ошарашенные лица семьи вывел из родного дома.

– А я люблю быть честным насколько это возможно. Значит, сначала дела, потом парк, пикник и крыша с фейерверком. Я ничего не перепутал и не забыл, Юми? Кстати, раз тебя смущает пикник в парке, то почему бы не устроить его прямо там на центральной бойнице? Что скажешь? Только не начинай про кощунство, ладно? Боги не завещали тебе умирать с голоду, верно? Значит, их вряд ли расстроит, если мы поедим у них под самым носом, верно?

В момент, когда его ладонь соприкоснулась с моей, а большим пальцем он нарисовал какую-то замысловатую фигуру на внутренней стороне запястья, опустился ниже и, прежде чем обхватить ладонь погладил тонкую кожу между большим и указательными пальцами мне показалось, что мир вокруг на мгновение замер. Перестали существовать родители и слуги, многочисленные свидетели непозволительной близости, о которой будут судачить точно не один вечер. Ох, но знали бы они, что он делал со мной незаметно! В тишине, той в которой пребывала только я, окутанная теплом его касаний, было слышно мое учащенное дыхание и трепещущее испуганной птичкой сердце, закрытое в реберной клетке, готовое впервые вырваться на волю. Продолжая вести себя совершенно непринужденно, Тэдэо медленно, поглаживающе исследовал каждый миллиметр моей ладони, и когда его пальцы снова переплелись с моими, вероятно чувствуя мелкую дрожь и то, что я не совсем способна рассуждать здраво, иначе как по другому можно объяснить мое согласие разделить ужин на храмовой крыше, он повел меня в сторону центра. Он что-то говорил о кощунстве и богах, а я продолжала думать о том, что наши сплетенные ладони ощущаются чем-то намного интимнее всего того, что я видела в домах утех, намного чувственнее и проникновенней. Это было похоже на электрический разряд небесной рыбы, что оставил после себя сладостное покалывание на коже. Его прикосновение было нежным, но в то же время невероятно мощным – словно он передавал часть своей энергии мне.

– Я-я… эм… – прокашлявшись, уставилась на дорогу, потому что поднять глаза и взглянуть на дракона сейчас было выше моих сил, – что бы вы хотели купить? Куда заглянуть в первую очередь?

5.3

– Я хочу, чтобы ты выбрала что-то для церемонии. – Не сбавляя шага, он обернулся, разглядывая меня. – Не то что положено, а что тебе бы хотелось.

В моих глазах зажёгся огонек недоверия, потом лукавства.. – Да, что угодно. Я вступлюсь за твой выбор перед родными, если потребуется.

Он снова сжал мои пальцы Это отчего-то грело душу: – Любые магазины и любые суммы. Считай это подарком на праздник и вложением в нашу счастливую семейную жизнь. Единственное, я бы хотел попросить зайти в магазин артефактов старины Го. Слышал, ему завезли новые вещицы из раритетных. Очень любопытно взглянуть.

Неужели Боги сжалились над проклятой лисой и послали этого чудесного человека?! Артефакторская лавка Го! Я не ослышалась. Он хотел зайти к Го! Три раза "да"! Готова кивать болванчиком и прыгать на одном месте от радости.

– Вот туда и пойдем, – сдерживаясь из последних сил, я, впрочем, поддала ходу и практически потащила к Го своего жениха. – Говорят ему привезли любопытные вещицы из Сугры. Представляете, сей, Сугра! Совершенно закрытая страна, даже фернаны и те торгуют своей сталью, а их ближайшие соседи слишком жадные и не желают делиться!

– Вот как…

– Да-да!

Обогнув продуктовый квартал, под пристальными и осуждающими взглядами я почти бежала к Го. Обычно мне приходилось прокрадываться к нему по ночам. Пожалуй, это единственный лавочник, у которого воровать я не смела. Многодетный отец, единственный, кто работает в их скромном доме бурундуков, он был слишком порядочен, чтобы без зазрения совести его обчистить. Я бродила среди прилавков, рассматривала, любовалась и мечтала, конечно, пополнить сокровищницу, но зайти открыто нихонке в артефакторскую и купить что-то, не касающееся быта – смерти подобно. А теперь, вот, мой почти муж открывал и эту дверь!

На рисовой улице пришлось притормозить, по самой неприятной, мерзкой причине из всех, что могла со мной приключится. Нет, все же Боги ко мне совсем не милостивы.

– Вы только посмотрите, – позабыв об испорченном товаре, вытерев руки о протянутое служкой полотенце, прищурив черные, практически без белка глаза, к нам обратился Тахеру Кадзуми. Мой заклятый враг. Никто и никогда не задирал меня настолько сильно, как Тахеру с тех самых пор, как родителям пришлось объявить о том, что я лишена зверя. Он воспринял новость так, как будто ему лично моя неполноценность наносила оскорбление. И вот, в момент моего безграничного счастья, коровьей лепешкой на чистой дороге к магазину Го нам встретился именно Тахеру! Хост его дери!

– И тебе хорошего дня, сей Кадзуми. – Я низко поклонилась, хоть мы и были почти одногодки и в детстве вообще в одной луже играли.

– И куда собралась наша малахольная? Бежишь, спотыкаешься… – его взгляд скользнул по Тэдэо, увидев наши сплетенные пальцы, он злобно прищурился: – Неужто сей Аканэ таки решился и тебе найти применение и отдал в услужение в "Золотую лилию"? Слышал их девки и на прогулки выходят, есть в перечне такая услуга.

Я вспыхнула и попыталась отнять руку, но неожиданно дракон лишь сильнее ее сжал.

– Извинись, – голос Тэдэо казался спокойным, но в нем было столько твердой уверенности и скрытой силы, что даже мне самой захотелось тут же извиниться. Хоть вот перед обидчиком, но немедленно, послушавшись короткого приказа вдруг изменившегося жениха. Из лёгкого и веселого спутника он превратился в того, кем, вероятно был в самом деле, вопреки своим словам – властного и жёсткого главу Дома Небесного Дракона. Одного из самых древних почитаемых родов Нихона. Говорят, они были родственниками самого императора.

Кадзуми тоже на секунду стушевался, но его дурной характер все равно прорвался сквозь чарующую силу Мур ао Ка. Или это только на меня так действовали приказы ящера?

– За правду не извиняются, – нагло ответил этот дурак, пожав плечами.

Тэдэо выпутал мои пальцы из своих и на миг холод лизнул ладонь. Снова одна против враждебной толпы и колких насмешек… Обещавший защищать и так щедро сыпавший клятвами на первой встрече дракон отошёл на шаг, запустив руки в карманы.

– Значит, ты поборник истины? Что ж… Так посмотри правде в глаза, – Тэдэо вытащил руку из кармана и показал Кадзуми раскрытую ладонь. Холеная рожа его тут же искривилась, глаза полезли наружу, будто пытаясь покинуть его дурную голову кратчайшим путем. Он поспешно закрыл их ладонями, как если б старался запихнуть назад, не дав сбежать, а потом и вовсе упал на колени с диким криком.

Глава 6

– Что ты со мной сделал? – все так же сидя на коленях, Кадзуми отнял руки от лица и стал неловко вертеть головой. Вокруг нас уже собралась толпа зевак и теперь мой обидчик взирал на всех них белыми, мутными глазами без радужки и зрачка. По толпе прошел рокот ужаса.

– Я? Ничего, – спокойно ответил Тэдэо, сжав кулак. И теперь я подметила, что в ладони у него что-то было. – Каждый, кто оскорбит мою жену хоть взглядом ослепнет. Каждый, кто подумает о ней дурное потеряет разум, а кто позволит злым словам слететь с губ захлебнется своей желчью.

Он говорил твердо и спокойно, медленно обводя толпу взглядом, но от уверенности в его тоне по спине пробежали мурашки. Как будто он и правда это все мог сделать. Я перевела взгляд на слепо шарившего по земле руками обидчика. Ладони его покрылись пылью, губы мелко дрожали, он перебирал ногами, ползя в неизвестность и причитая: – Пощадите, сей.

Тэд криво усмехнулся и четко ответил: – Боги пощадят. А я не бог.

После чего снова взял мою руку и брезгливо обогнув протянутую ладонь Кадзуми повел меня через расступавшуюся, ошарашенную толпу.

Между нами повисла напряженная тишина, что не мешало мне, впрочем, вцепится в его руку как утопающий хватается за дрейфующую соломинку бамбука.

– Что это сейчас было, сей? – тихо спросила я. Не так чтоб мне было жаль Кадзуми, уж больно часто он унижал меня, прилюдно, обидно очень. Не гнушался острыми, как лезвие марканских клинков, словами.

– Я всегда держу слово, Юми. А он, получил ровно то, на что заслуживал.

– Но… как? – выдохнула я. – Ничего подобного раньше мне не приходилось видеть и слышать тоже. Это какая-то магия Дома небесных драконов?

– Это сила правды, – нас все ещё жгли взглядами. Мур ао Ка наклонился ко мне, к самому уху. Неприлично, будто тоже показательно и шепнул: – Я не обладаю магией, Юми. Вообще.

Мы все ещё шли в сторону магазинчика Го, но потом жених свернул влево, к деревянной, ярко украшенной ветками сакуры и лентами повозке лоточника. В нос ударил аромат сладостей. Тэдэо вежливо, с улыбкой поприветствовал старика, взял два кулька жареных орехов. Одни с меду, другие с пряностями, три рисовых сладких шарика на шпажке и карамельное яблоко, такое красное и блестящее на солнце, словно выплавленное из закатного света. Расплатился жених щедро. На две монеты больше названной цены.

– Да благословят Боги ваш Дом, сей, – лоточник сложил ладони в обрядовой жесте и низко поклонился.

– Свет Трех лун на вашу крышу, – с улыбкой ответил мой жених и, обернувшись ко мне, предложил перекусить, кивнув на фонтан в конце улочки. Каменное изваяние золотого дракона с символом правящей династии стояло на рыночных площадях каждого города. Высокий бордюр выложенный деревянными, полированными досками, позволял присесть под сенью благодати Императора, а брызги воды, попавшие на одежду, приносили благословение Дома Золотого Дракона.

Когда мы сели на скамеечку, Тэдэо передал мне яблоко и раскрыл кульки с орехами, разложив на вытащенный из кармана пиджака белый платок.

– Ты ведь хотела, чтобы люди боялись, Юми. Твое желание исполнено.

– Как вы это сделали? – дракон снова запустил руку в карман и вынул медный кругляшок. Металл окислился и теперь красивая старая резьба тут и там зеленела и синела, как покрытая эмалью.

– Это зеркало правды. Показывает истинную суть вещей, – шепнул небесный дракон, снова склонившись ко мне.

–– Но Кадзуми…

– Был ослеплён своей яростью. Слепой. Каким его и сделало зеркало, явив истинную суть.

– А подурнеть и захлебнуться желчью? – я припомнила его угрозы.

– У страха глаза велики, – дракон смешно пожал плечами, как проказливый мальчишка.

– Артефакт в моей ладони видел только твой обидчик. А он ослеп и теперь никому не расскажет правду. Для всех остальных я сделал это просто подняв руку к небу. В их глазах тебя защищает магия моего Дома и имени, а не безделушка. Это куда надёжнее. – Этот не дракон, а хитрый ликун подмигнул и вложил зеркало в мою ладонь. – Пусть будет у тебя. Только обещай не смотреть в него сама, хорошо?

– Почему?

– Говорят, создатель сошел с ума, когда взглянул на себя в отражении.

– Потому что все великие гении психи?

Тэдэо рассмеялся, но потом серьезно заметил:

– Потому что мало кто из людей готов увидеть и принять себя настоящего, Юми. – А потом он потянулся и откусил кусочек моего яблока!

6.2

Воистину правда – бойся своих желаний. Но кто ж знал, мои до сегодняшнего дня не исполняли вовсе!

Тем более дважды! Артефакт, лежащий на ладони приятно холодил кожу и, одновременно с тем грел душу в унисон расплывающемуся по щекам румянцу. Я смотрела то на яблоко, то на улыбающегося дракона, что как будто нарочно ещё и губы облизнул. Это же… непрямой поцелуй! Вряд ли он, конечно, знает, что подобный поступок в Нихоне доказательство романтичных намерений и зарождающихся чувств. Для человека прожившего в Антриме всю жизнь он просто куснул яблоко.

Покрутив наливной фрукт в руках, вздохнув, я откусила там же.

– Вкуфно каак, – пробормотала я. – Что любит небесный дракон ещё, кроме сладостей?

– Дракон не знаю, а я артефакты люблю, загадки и сладости, да. Кто ж их не любит? – Тэдэо кивнул на яблоко в моих руках. – Поделишься ещё кусочком?

Люди на площади нас сторонились. Как-то даже на скамейках рядом играл сорванным бутоном сакуры ветер. Розовые, чуть увядшие уже листья цветка подрагивали. И внутри у меня тоже все вот так трепетало. От странного тепла во взгляде совершенно чужого человека.

Тэдэо ссыпал вдруг все оставшиеся орешки в один пакет, аккуратно завернул клапан и встряхнул. Я чуть яблоком не подавилась. Сладкое и пряности перемешаются и что будет?

Дракон ухмыльнулся, медленно разворачивая чуть помятый кулек:

– Рискнешь? Если достанется сладкий, ты выбираешь, что делать дальше, а если пряный, то я.

– Думала, торговцы не полагаются на удачу, – ляпнула в ответ, нырнула в ореховое озеро и, от души там пошуршав, вытянула свой счастливый билет. Уже собиралась попробовать на зуб, чтобы огласить решение судьбоносного перста, как дракон наклонился и схватил орех губами прямо из моих пальцев.

Мы неотрывно смотрим друг на друга. В его взоре плещется лукавство и еще что-то, чему не могу найти название. Интересно, что он видит в моем? Кончики пальцев покалывает и жжет, как будто ими я все еще цепляю отголоски странной, волнующей, притягательной судороги. Под подушечкой указательного его нижняя губа и…кончик языка проходится по ней разнося от мимолетного прикосновения мурашки по телу.