Хранитель проклятых домов

Название: Хранитель проклятых домов

Автор(-ы): Август Лок

Ссылка: https://author.today/work/427820

Глава 1

Темнота, верный друг бесчестных и изгнанных, уже расползалась по городу, прикидываясь тенями и ловко уворачиваясь от света фонарей. Ощущение погони ослабло, как и страх, но это настораживало даже больше, чем прямое столкновение с любым из пастырей покинутого мной ордена. Затаились? Отпустили? Или, быть может, для них вовсе не является тайной, что я вот уже битых три минуты топчусь на крыльце высокого двухэтажного дома, уставившись на уже зачитанную мной до дыр бумагу, подклеенную с внутренней стороны окна?

“Убежище. Ты должен найти убежище” — билось в голове погребальным колоколом. И я вновь пробежался взглядом по тексту, боясь поверить в свою удачу. Смысл слов с трудом протискивался в сознание между распухшими от усталости полушариями мозга.

“Требуется молодой человек, обладающий крепким телосложением, еще более крепкой психикой и совершенно нерушимым стремлением к новым знаниям.

Работа несложная, график неопределенный.

Проживание возможно, личная жизнь недопустима.

Размер оплаты соразмерен трудолюбию.”

Пункт про крепкую психику здорово эту самую психику растревожил, зато указанное проживание было как никогда кстати. Но что-то смущало. Нет, не про личную жизнь. Спрут с ней, пастырям она тоже не очень-то светит, а вот… И тут меня наконец осенило — подпись! Стоило мне как следует вглядеться в размашистый, усыпанный росчерками автограф, как от поясницы до лопаток пробежал холодок. В правом нижнем углу листа красовалось бордово-коричневое: “Август Лок”. Именно такого цвета, который несомненно способна дать только засохшая на бумаге кровь. Кем бы ни был таинственный работодатель, подписывался он, как самый настоящий Проклятый.

Я зябко передернул плечами. Не берусь утверждать, что именно от страха. Очередной порыв ледяного ветра хищными щупальцами забрался под ворот не по погоде легкого пальто. Я потуже намотал длинный шарф и, решившись, наконец постучал.

Я вздрогнул, когда без всякого предупреждения, звука шагов или приличествующего позднему времени “Кого это там принесло”, с легкостью картонной, распахнулась тяжелая дубовая дверь. Будь я чуть более подозрителен, я бы решил, что мистер Лок стоял по другую сторону и ждал, когда я наберусь храбрости. Но мысль эта показалась настолько бредовой, что я с негодованием ее отбросил. Однако, некоторая настороженность прилипла к краю сознания, как банный лист, и затаилась, лишь изредка шурша, чтобы напомнить о своем присутствии.

Ноздри мои затрепетали от запаха дорогих сигар, печного тепла и горячих, наверняка еще даже не покинувших печь, булочек с корицей. Я едва не воспарил над землей и не устремился голодной птахой прямо в призывно светящийся дверной проем. Желудок встрепенулся и подпрыгнул, напоминая о бесконечно долгих днях, проведенных в узкой горной расщелине.

Пока я восхищенно принюхивался, Август Лок пристально меня разглядывал. Тогда я, не без труда оторвавшись от бесплодных, пока, по крайней мере, мечтаний о еде, проявил ответное любопытство и в свою очередь пригляделся к возвышавшемуся надо мной мужчине. С уровня собственных глаз и начап, постепенно поднимая взгляд. Худой, но жилистый, в черной рубашке с закатанными по локоть рукавами. Рыжие, ржавого оттенка, волосы собраны в низкий хвост, небрежно перекинутый через правое плечо. Неопределенного возраста, навскидку, лет на пятнадцать старше, но с этой модой на бороды ни в чем нельзя быть уверенным. Не ровесник точно, но и на старика однозначно не тянет. Я наткнулся на насмешливый взгляд зеленых глаз и, вдруг смутившись, уставился на свои ботинки.

Прошла секунда. Другая. И хозяин дома, насмешливо хмыкнув в ответ на какие-то свои мысли, распахнул дверь, отошел в сторону и сделал приглашающий жест рукой.

— Здравствуйте, мистер Лок, я…

— Знаю. Входите.

Голос оказался на удивление низким, с мягкой хрипотцой, таким бы в трактире баллады петь. Но на ум почему-то шли скорее страшные байки у костра. “Эх, Кронвальд, тряпка подъюбная! Весь вечер дрожишь, как мышь под веником!” — мысленно прикрикнул я на себя и досадливо отмахнулся от пугающих образов. Мистер Лок тем временем аккуратно отклеил от стекла причину моего вторжения и бережно сложил вчетверо.

— Вакансия уже закрыта? — спросил я, сам не зная, на какой ответ надеюсь.

Видимо, все эти переживания отразились на моем лице, потому что в глазах странного аристократа вновь загорелась насмешка. Скорее дружелюбная, но я бы на это дружелюбие и медного шляка не поставил.

— Теперь да. Раздевайтесь и проходите в гостиную, это прямо по коридору. И да, наденьте, пожалуйста тапки. Мне не нравятся босоногие собеседники.

Я едва не счел последнюю фразу завуалированным оскорблением, но наткнулся взглядом на белые кожаные тапочки и проглотил язвительный ответ. На этом разговор был, очевидно, окончен. Хозяин дома еще раз окинул меня задумчивым взглядом, хмыкнул и удалился, сминая в руке злосчастное объявление.

— Я же еще не согласился! — Во мне зародилось неприятное ощущение захлопнувшейся мышеловки.

— Не думаю, что у вас есть выбор, — пожав плечами, бросил мистер Лок.

Я взял себя в руки и наконец прекратил таращиться на удаляющуюся фигуру. Снял пальто, по старой, еще детской привычке, засунул шарф в рукав. Белые тапочки меня как-то не прельщали, и я наклонился, высматривая, не найдется ли другой пары. Тщетно. Своего работника мистер Лок жаждал видеть исключительно в белых тапочках. “И в саване в тон” — ехидно поддакнул внутренний голос. Я привычно шикнул на трусливого мальчишку, таящегося, как я искренне надеялся, в душе каждого взрослого мужчины. Действительно, чего распереживался? Хотел убежище? Так вот оно, живи и радуйся. Да ещё с кормежкой и оплатой! Чем тебе не праздник? Но кровавая подпись и проклятые тапки упорно не давали покоя. Испытывая крайнюю нерешительность, я решительным шагом направился в гостиную.

Комната оказалась на удивление светлой. Белые стены с едва заметным рельефом, явно эльфийской работы, мебель красного дерева с темно-зеленой обивкой и пушистый белоснежный ковер, покрывающий все пространство от входа до большого панорамного окна. Свет лился со всех сторон одновременно, из сотен и сотен крошечных магических светильников, роняя причудливые переплетенные тени. Справа от входа красовался массивный грубого камня камин, в котором как раз догорало объявление. Все вместе создавало непередаваемое ощущение заснеженного хвойного леса, уютное и немного тревожное одновременно. Будто вот-вот зашелестит, зашевелится, подкрадется из угла неведомый хищный зверь. Хотя о чем это я? Хищник уже был здесь.

Август Лок налил темное густое вино в два пузатых бокала и протянул один мне.

— Садитесь и рассказывайте, — повелел аристократ в спрут-знает-каком поколении.

Он указал на одно из кресел у окна, сам сел на второе. Нас разделял невысокий столик, и преграда эта казалась мне не в меру хрупкой. Лучше бы стена. Или две. Я мысленно выдохнул, сообразив, что по-бараньи пялиться в глаза странному работодателю не обязательно, и отвел взгляд.

— Я сирота, родом из Алири, прибыл в город совсем недавно, и…

— Если бы я хотел послушать чушь, попросил бы почитать мне газету, — прошипел мистер Лок и, вскочив уперся руками в край стеклянной столешницы.

В глазах будущего начальника заплескалось зеленое пламя. Я нервно сглотнул, пораженный как размахом, так и скоростью произошедшей перемены в настроении собеседника. А он тем временем продолжал, распаляясь все больше:

— И что это за бредовая легенда, в конце концов? Я сирота-сиротинушка, никого не знаю, ничего не ведаю, не бейте меня, ну пожалуйста. Тьфу. Позорище! Где ваше достоинство, молодой человек? Вы могли представиться странствующим сказителем, слугой, потерявшим господина при трагических обстоятельствах, писарем мелкого иноземного царька, на худой конец! Мне не нужна ваша исповедь, но и ложь я слушать не намерен. Тем более такую жалкую.

Он сделал глоток вина, глубоко вдохнул, выдохнул, прошептал себе под нос что-то невнятное и с той же пугающей быстротой, с какой только что взвился, перешел на абсолютно спокойный, даже чуть насмешливый тон:

— Я не приемлю вранья. Прошу запомнить это на будущее, если вы хотите, чтобы оно было долгим и по возможности безопасным.

Я судорожно кивнул и покосился на арку, ведущую из гостиной в коридор, а там и на свободу. Мистер Лок перехватил мой взгляд и усмехнулся:

— Поздно. Вы уже здесь. И пришли ко мне по своей воле.

“А уйти по своей воле мне отсюда не удастся?” — промелькнула в голове паническая мысль, и я тут же получил ответ на свой невысказанный вопрос.

— По вашей — ни в коем случае. Разве что по моей.

Я осмыслил свое положение и пришел к неутешительному выводу, что попасть из одной пастыреловки в другую — вполне в духе моей удачи. Затем подумал еще немного, окончательно испугался и спросил:

— Вы читаете мои мысли?

— Вот еще! — фыркнул аристократ и скрестил руки на груди. — Я давно живу и разбираюсь в людях. Итак. Вернемся к нашим саламандрам. Ваша исповедь мне без надобности. Ваше прошлое — тем более. Я не пастырь Пути Блудной Лилит, чтобы утешать, переживать или, упаси Проклятый, осуждать. Меня интересуют только ваши навыки и опыт. Остальное оставьте при себе.

Щеки горели от стыда. То ли за саму попытку обмануть такого неглупого собеседника, то ли за то, что так нелепо попался в ловушку. Тем не менее, здесь мне, похоже, не грозила смерть, а это уже гораздо больше, чем было у меня каких-то полчаса назад. Что ж, и ловушка может стать убежищем, если у меня хватит ума вести себя правильно. И я, собравшись с духом, оттарабанил заготовленный список умений:

— Я неплохо читаю и пишу, и символами, и рунами. Есть большой опыт в ведении домашнего хозяйства, и небольшой — в алхимии. Хорошо готовлю простые блюда, но если есть поваренная книга, я научусь и...

— Посмотрел бы я на человека, который не научился бы с поваренной книгой! — внезапно развеселился мистер Лок. — Ладно. Это не то умение, которое необходимо в нашей профессии. Впрочем, способность себя обслужить еще никому не мешала. А в остальном — неплохо. Пожалуй, это я удачно тебя нашел.

Я промолчал, едва сдержавшись, чтобы не уточнить, кто на самом деле кого нашел. То, что я зануда, он еще успеет узнать, не стоит вываливать вот так сходу на человека все свои достоинства. Будущий (но, по всей видимости, уже неизбежный) работодатель уставился в окно, за которым я с удивлением увидел спокойную, кажется, совсем летнюю ночь. Иллюзия? Я решительно оторвался от созерцания золотистой круглой луны и задал самый животрепещущий вопрос:

— А чем мне предстоит заниматься?

Хозяин дома вышел из оцепенения, недовольно на меня посмотрел, мол, отвлекают тут всякие по пустякам и сказал то, что по моему глубокому убеждению никак не могло считаться ответом:

— Платить буду два золотых в неделю. Это на первое время. В дальнейшем обязанности и оплата возрастут.

Я мысленно присвистнул и, вспомнив известную в орденских кругах поговорку, поспешил уточнить:

— Ни суккубом, ни наемником я работать не буду!

Август Лок одарил меня таким взглядом, что я стал мечтать, чтобы бездна разверзла свою пасть прямо у меня под ногами.

— Прежде чем предположить что-то подобное в следующий раз, советую хорошенько подумать. Первый твой вариант настолько оскорбителен, что какой-нибудь мой наемник, будь он у меня, мог бы подсыпать в твой бокал яд. И ни его, ни меня отнюдь не загрызла бы совесть. Ясно?

Голос оставался спокойным, пожалуй, даже слишком спокойным. Но это не было спокойствием уравновешенного, равнодушного человека, оно скорее напоминало прочную на вид, но крайне хрупкую ледяную корку, в особо морозные зимы сковывавшую маленькую бухту у горы Рогхан. Смельчаков, отважившихся порыбачить, а то и просто прогуляться по серебрящейся в солнечных лучах поверхности находилось не много, и никто их больше никогда не находил.

— Простите, — только и смог пробормотать я, отодвигая подальше бокал с подозрительным напитком. Хорошо, что не успел сделать ни глотка. Хозяин дома криво усмехнулся, и ощущение смертельной опасности, сжимавшее мое сердце последние полминуты, тут же ослабило хватку.

— Скучно мне отныне не будет, я полагаю, — заключил мистер Лок. — Мы поняли друг друга. Твоя комната в западной башне. Сегодня занимайся перевозкой и распаковкой вещей, а завтра… Их, кстати, у тебя много?

— Кого? — растерялся я.

— Вещей.

— Только то, что на мне.

Хозяин дома укоризненно покачал головой, по всей видимости, отсутствие багажа являлось в его представлении о мире чем-то неприличным, а то и вовсе постыдным. Я невольно смутился.

— Тогда обустраивайся и отдыхай, — милостиво разрешил начальник. — Ужин через два часа, я сам его приготовлю. А о твоих обязанностях поговорим позже. Мне нужно все хорошенько обдумать.

Я отставил бокал и, кивнув своему работодателю, отправился искать западную башню. По хорошему, стоило было уточнить маршрут сразу, а не блуждать по переплетениям бесчисленных коридоров, постепенно теряя надежду на хоть какой-нибудь выход. Снаружи дом казался куда компактнее, и я был уверен, что без магии тут не обошлось. Побродив с четверть часа в лабиринте картин, зеркал, светильников и причудливых деревянных статуй, то и дело “выскакивающих” на меня из-за очередного поворота, я неожиданно вновь оказался в входа в гостиную, так и не найдя ни одной лестницы наверх.

В проеме стоял мистер Лок и, скрестив руки на груди, насмешливо на меня смотрел. Я пожал плечами, дескать, сами знаете, что построили.

— Налево по этому коридору, первая дверь. За ней лифт, — просветил меня колдун.

Что такое лифт, я знал отлично. В башне Пути тоже имелся пузырь воздушной стихии, взмывающий вверх, стоило в него войти, но он находился в центральном холле, а не прятался за дверями. Этот способ подъема я не любил и всячески избегал, памятуя о ненадежности магии в принципе и своим к ней способностям в частности. Попытался избежать и в этот раз.

— А лестницы у вас нет?

Вышло неожиданно жалобно, и я скривился от тона собственного голоса. Лока, кажется, это здорово позабавило.

— Не бойся, малыш, он тебя не укусит.

— Нет, я…

— Да, ты. Зачем мне лестница, если есть лифт? — удивился хозяин дома. — Иди давай, горе мое.

— Понял. Иду.

И я пошел. За массивной резной дверью оказалось тесное, метр на метр, помещение. Не хватало только метлы — и вылитая кладовка. Но ни полок, ни бутыльков, ни тряпок в нем не было, зато на стене красовались потертые металлические кнопки с выгравированными на них подписями: "ВБ", "ЗБ", "ГС", "ХК" и "НЕТ". Последняя интриговала особенно, но по здравом размышлении я решил, что на сегодня потрясений достаточно. Сделал мысленную пометку разобраться с этим шедевром архитектуры позже и ткнул в "ЗБ", от всей души надеясь, что это и есть Западная Башня, а не какой-нибудь Злой Бегемот или ЗуБодробильня.

Лифт трещал и поскрипывал, но дополз до пункта назначения и, протяжно взвыв напоследок, выпустил меня на волю. Отсутствие седых волос после этой богатой на впечатления поездки я приписываю исключительно хорошей генетике.

Глава 2

Моя комната оказалась небольшой и уютной, отделанной сосновыми досками и устланной мягким коричневым ковром. Почти все помещение занимала просторная кровать, подвешенная на толстых канатах. Между полом и спальным ложем оставалось около полуметра. Достаточно, чтобы чувствовать себя парящей птицей, но слишком мало, чтобы по-настоящему бояться свалиться во сне. Стрелка моего внутреннего паникометра при виде такой роскоши упала до отметки "Да какая, к спруту, разница, что за странности тут творятся, если спать мне предстоит на ЭТОМ". Хозяин неуравновешенный? Ну и что с того? Кто из нас тут без странностей? Постараемся не нервировать, а там — по ситуации. Не съест же он меня, в самом-то деле. Ну, наверное, не съест. По крайней мере, пока даже надкусить не пытался. Кажется, я нужен ему живым, а это уже выгодно отличает нового начальника от верховного пастыря покинутого мной Пути.

Окна помещения выходили на две стороны и были забраны решетками, имитирующими плетение виноградной лозы. За одним бушевала буря, и ветер швырял в стекло невесть где подобранные грязные листья, а за другим — царила уже знакомая спокойная летняя ночь. “Значит, все-таки не иллюзия!” — восхитился я. Пространственный конверт, позволяющий расположить в своем внутреннем дворе небольшой кусочек зацикленного мира, — не редкость в Гракте, но такое изысканное удовольствие доступно разве что храмовникам или высшим чинам орденов. Частные лица могут конечно сами наколдовать, но для этого требуется такое колоссальное могущество, что объявись в городе такой колдун, его тут же разорвали бы на части. Богатеи и храмовники в попытке заказать мирок без очереди, а хранители Путей — из ненависти к конкурентам. Интересная вырисовывалась картина. Есть о чем подумать на досуге.

В дальнем углу комнаты я заметил узкую дверцу, ведущую в уборную. Прикинул, сколько у меня есть времени до ужина, и с сожалением отложил водные процедуры до предсонного часа. Успеется еще. Нехорошо опаздывать на трапезу с начальником в первый же рабочий день. Или еще не первый?

Рядом с кроватью обнаружился стеллаж с книгами, ловко мимикрирующий под выступ в стене. Корешки фолиантов представляли собой богатейшую палитру разных оттенков коричневого. То ли подбирались они по цвету, то ли у хозяина и правда не все в порядке с головой, если ему пришло в голову переделывать обложки в угоду интерьеру. Рассмотрев находку поближе, я начал склоняться ко второму варианту. Никаких надписей. Ни на лицевой стороне, ни с торцов.

Пришлось открывать наугад. Чистые листы в первой книге ввергли меня в ступор, во второй — удивили, а после третьей я уже открывал и бросал на кровать одну за другой, поглощенный азартом исследователя. Какого Проклятого, позвольте спросить? Но спросить пока было некого, и я развалился на кровати морской звездой среди великого множества абсолютно пустых литературных изданий. Думалось плохо, не то от усталости, не то от обилия впечатлений. Потолок безмолвствовал, лишь делясь невнятными образами, то и дело мерещившимися в перекрестье теней.

Вот волк, сердитый и, несомненно, голодный. А вот зайчик, маленький и испуганный. И на зайчике этом белые тапочки. А вот и клетка, большая и крепкая. Это от “ночного” окна, по всей видимости. Тени сдвинулись, и несчастное ушастое недоразумение, в которое скомкался “зайчик” ловко влетело прямо в подготовленную ловушку. Это открылась дверь. Я повернул голову и, покраснев, вскочил.

Август Лок смотрел на учиненный мной погром с легким удивлением и насмешкой, как на котенка, размотавшего по полу полную корзинку вязальных клубков.

— Развлекаешься?

Я пожал плечами.

— Хотел почитать.

— И как, почитал? — развеселился начальник.

— Они зачарованные, да? Текст открывается только избранным?

— Нет. И да.

Он глянул на мое вытянувшееся лицо и от души расхохотался:

— Пойдем ужинать, когда я голоден, у меня недостаточно терпения для таких бесед. Кроме того, я достал из погребов очень особенное вино. Тебе понравится.

Я ощутимо побледнел.

— Без яда. Честное слово, — он поднял руки вверх, показывая свою безоружность и покачал головой. — Нервная, однако, молодежь пошла.

Ужин проходил в гостиной, где за белым роялем, оказывается, прятался небольшой обеденный стол с мраморной столешницей. В этой комнате он казался почти игрушечным. Мистерика Лок действительно великолепно готовил: грудинка таяла на языке, а букет незнакомых специй раскрывался по одной, создавая во рту фейерверк вкусов.

Вино было терпким и густым. Для человека, который не пил ничего крепче ритуального чая из лесных трав и грибов, оно оказалось слишком крепким. Но признаваться не хотелось. Поэтому пил я, если это вообще можно так назвать, едва смачивая язык. С каждой каплей тревоги утекали прочь, как ядовитая влага в водопаде Слезы Ирви. Еще немного, и я совсем перестал бы интересоваться и будущей работой, и тайнами красного особняка, и собственной дальнейшей судьбой. Следовало немедленно приступать к расспросам. И я приступил.

— Расскажите, пожалуйста, про пустые книги.

Начальник поднял левую бровь, и я добавил:

— Если это не тайна.

Он отставил тарелку и неторопливо промокнул губы салфеткой.

— Тайна, конечно. Но ты и сам станешь частью этой тайны, так что придется делиться. Впрочем, нет. — Он усмехнулся. — Попробуй догадаться сам.

— Издеваетесь? — обиделся я.

— Хочу посмотреть, как работает твоя голова. Я плачу хорошие деньги, и должен знать, на что способно мое приобре… хм… мой подчиненный.

Эта оговорка мне очень и очень не понравилась. Купил он меня, что ли? Да кто я, по его мнению, такой?! Шкаф? Стол? Раб?

Мое выразительное пыхтение достигло цели.

— Извини, — вдруг смутился колдун. — Я прежде не нанимал людей и, честно говоря, привык работать, жить, да и существовать в принципе один. Делить с кем-то ужин для меня внове, про тайны я уж и не говорю. Ты не шкаф и уж точно не раб. Иногда оговорка — всего лишь оговорка. Не бери в голову.

— Спасибо.

— За что? — неподдельно удивился мистер Лок.

— За… объяснение.

Хозяин дома окинул меня понимающим и сочувственным взглядом и хмыкнул:

— Ты к такому не привык, я правильно понимаю?

Я кивнул.

— Значит, будем оба привыкать к новым обстоятельствам. А теперь к делу. Что ты думаешь о книгах?

“Что вы чокнутый!” — пронеслось у меня в голове, но, перехватив насмешливый взгляд начальника, я постарался подойти к вопросу серьезно.

— Если текста нет, значит одно из двух: или он скрыт от непосвящённых, или его нет вообще. То есть его еще не написали. Первый вариант мы отметаем, иначе бы вы согласились с ним еще там, в башне. Так?

— Так.

Мистер Лок выглядел довольным.

— А если книги еще не написаны, и при этом находятся в моей комнате, значит, написать их должен буду я. Угадал?

— Это было слишком просто, — рассмеялся колдун.

— Но я не писатель!

— Тебе это только кажется, — отмахнулся собеседник. — Все мы — писатели, если хорошенько поковырять. Грамоте ты обучен? Обучен. Два слова связать можешь? Можешь. Голова у тебя соображает, руки есть, а выбора — нет. Все признаки писателя налицо.

Здравое зерно в его рассуждениях было, но я всей кожей чувствовал наличие какого-то подвоха, и осторожно уточнил:

— Так вы меня наняли летописцем?

— Нет, помощником.

Мистер Лок снова принялся за еду, посчитав, по всей видимости, свой ответ исчерпывающим. Но недоуменная тишина, повисшая в воздухе на добрых полминуты, заставила его усомниться. Колдун поднял взгляд от тарелки, вздохнул и с сожалением вновь отложил вилку.

— У меня, видишь ли, риелторская контора. Не самая большая на побережье, но, без сомнения, самая важная.

— Вы продаете дома?

Я не смог сдержать изумления. Птицы столь высокого полета, как этот аристократ, по моему мнению, в принципе не нуждались в дополнительном заработке, с гораздо большим удовольствием вкладывая немыслимые средства с не менее немыслимой удачей во всевозможные предприятия, а то и одалживая их под процент крупным и средним дельцам. Торговец недвижимостью, пусть и самой элитной, — это такой же раб сферы обслуживания, как, например, дворник или трактирщик. И зачем бы ему…

— Потому что мне это нравится. — отрезал начальник и добавил: — Кроме того, я продаю и сдаю в аренду совершенно особенные дома. Те, которые кроме меня никто не смог бы пристроить в добрые руки. Да, да, ты прав. В точности как бездомных котят. Ну и клиенты у меня довольно своеобразные.

— Своеобразные? Храмовники? Пастыри?

— А что ты с ними не поделил? — живо заинтересовался мистер Лок.

— Ничего. Я так. Из любопытства.

— Ну-ну. Знаешь притчу про любопытную гусеницу, которая “так, просто мимо проползала” каждый раз, когда пара влюбленных чаек удалялись в лес, чтобы побыть наедине?

— Знаю, — неохотно кивнул я.

А еще я прекрасно помнил, чем закончилась эта история для глупой гусеницы. Но думать об этом отчаянно не хотелось. Я и так чувствовал себя маленьким и неприятно смертным.

Начальник заговорщически подмигнул.

— Вот-вот. Хотя… Да, думаю, как лицо заинтересованное, ты должен будешь узнать о них как можно больше заранее, чтобы… Или нет. Да, думаю, не стоит пока морочить тебе голову. В другой раз. Сначала посмотрим, что ты из себя представляешь. Или просветить…