Сводные. Притворись, что любишь

Глава 6

Таисия

– Вау! – окидывает меня восхищенным взглядом Иван. – Выглядишь потрясающе!

– Спасибо, – от его взгляда меня бросает в жар. Потому что он смотрит на меня как мужчина, изголодавшийся по женской ласке и телу.

И я уверена, что Орлов уже на грани, потому что вряд ли он когда-либо сохранял такое длительное воздержание. Но пересилить себя я не могу, и не хочу. Поэтому пусть все идет своим чередом и наша близость произойдет только тогда, когда я буду к этому готова.

– Ты смерти моей хочешь, – он продолжает облизывать меня взглядом, а я уже успела десять раз пожалеть, что надела такой откровенный наряд.

На мне черное мини-платье на тонких бретельках и с такими же тонкими ниточками поперек обнаженной спины. И длина у платья совсем не приличная.

Я хотела одеться для вечеринки Орлова попроще: джинсы и блестящий топ, но в последний момент изменила решение, когда Ваня упомянул, что пригласил Черкасова с невестой.

Признаться, я до сих пор не свыклась с мыслью, что сводный женится. Да еще в таком раннем возрасте. Ведь мужчин может подтолкнуть к женитьбе только две причины: влюбленность и беременность. Но судя по грандиозным планам его невесты, второе отпадает и остается единственный вариант. Он влюблен, и мне надо постараться не думать о нем и жить дальше.

Масла в огонь подлил разговор с мамой и то, в каком она осталась восторге от изменений в Вадиме. Я даже устала слушать, какой он стал серьезный, мужественный и какая они с Анжеликой красивая пара. Да, я сама видела, какая они пара. И меньше всего я хочу маминых восхищений.

Мне было бы легче, если бы она сказала что-то типа: “Каким несчастным он выглядит рядом с ней, и, вообще, они друг другу не подходят. И жениться на себе она заставила его шантажом”.

Но я прекрасно понимаю, что между этими двумя все взаимно. Наверное, в честь этого мой бунт, направленный на то, чтобы продемонстрировать, насколько у нас с Ваней все горячо.

– Просто хотела быть для тебя красивой, – приподнимаюсь, чтобы поцеловать его в губы.

Орлов отвечает на поцелуй со стоном, и его руки оказываются на моей спине.

– Может, останешься сегодня у меня? – спрашивает он хрипло.

– Вань… – не знаю, как отказать.

– Понял, понял. Не настаиваю. Но ты знаешь, что я готов сегодня же перевезти все твои вещи к себе, – снова целует. – Ну, пойдем к гостям, – прижимается лбом к моему. – Только я немного отдышусь, – тихо смеется.

Я смотрю на него и в его глазах вижу не только похоть, но и нежность, отчего у меня в груди все трепещет, и в то же время я ощущаю вину за то, что не спешу ускорить события.

– Уверена, что гости тебя заждались, – говорю, но он прерывает меня легким поцелуем.

– Подождут, – говорит он тихо. – Весь мир подождет, пока ты со мной.

Мы заходим в гостиную. Вечеринка идет полным ходом. Люди общаются, смеются. По залу бродят официанты, что разносят напитки.

– А ты говорил, что будет скромная вечеринка, – чувствую, как напряжение нарастает. Потому что я не готовилась к большому мероприятию.

– Так и есть, – крепче сжимает он мою руку и ведет в зал.

Мы останавливаемся, здороваясь с разными людьми. Все вроде хорошо, но я ощущаю на себе пристальное внимание. Сердце начинает биться быстрее, потому что я безошибочно могу сказать, кому принадлежит этот взгляд. И когда я поворачиваю голову в сторону его источника, то вижу его. Вадима.

Он стоит рядом с Анжеликой, и они выглядят как идеальная пара. Но когда его взгляд встречается с моим, я чувствую, как что-то внутри меня сжимается и кожа вспыхивает.

– Тай, – шепчет Иван, замечая мое замешательство. – Выпьешь что-то?

– Да, – отвечаю я, стараясь улыбнуться.

– Тогда пойдем к бару.

Он берет мою руку и мягко сжимает ее, и я отворачиваюсь от сводного. Мы проходим к бару. Ваня занимается нашими напитками, и напряжение немного спадает, но ровно до тех пор, пока я не слышу за спиной тот самый голос, при звуках которого каждый волосок на теле встает дыбом.

– Привет, сестричка, – обдает мое ухо его горячий шепот.

Глава 7

– Привет, сестричка, – шепчет Вадим, и я цепенею.

Вся кровь отливает у меня от лица, и я практически перестаю дышать. Потому что я не готова общаться с ним наедине. Это слишком…

– Привет! – стараюсь звучать спокойно, но так и не поворачиваюсь к сводному лицом, наблюдая за Иваном.

Но каждая моя клеточка чувствует близость Вадима, и от этого меня бросает в жар, а пульс устремляется вскачь.

– Опаздываешь, – говорит он с насмешкой.

– А что, тут было назначено особое время, после которого вход запрещен? – все еще не решаюсь обернуться к нему.

– Для хозяйки вечера это дурной тон.

– Кто сказал, что я хозяйка вечера? – поддаюсь злости и поворачиваю голову к Вадиму, пронзая его злым взглядом.

– Ну как же, – на его губах кривоватая ухмылка, – твой парень устраивает вечеринку, на которой ты должна сверкать как хозяйка вечера и застолбить свое место перед безумными фанатками, что гроздьями вешаются на него.

– А тебе какое дело до того, вешается на Ивана кто-то или нет?

– Ну, насколько я помню, ты всегда была собственницей.

– Времена меняются.

– Да ну! – усмехается он. – Неужели шоубизнес тебя настолько раскрепостил, что ты готова делиться?

– Каждый думает в меру своей испорченности, – усмехаюсь. – Я лишь о том, что если человек не хочет быть со мной, то как бы я его ни стерегла, как бы ни следила за его общением с противоположным полом, он все равно найдет способ наставить мне рога. Так что… если он поступит так, то это будет означать, что он не мой человек, – во рту пересыхает, потому что весь этот разговор снова звучит двусмысленно.

Потому что пять лет назад Вадим не задумывался о моих чувствах, позволяя себе лишнее с другими девушками.

– О, здорово! – возвращается ко мне Ваня, протягивая коктейль, и пожимает руку Вадиму. – О чем болтаете?

– Вадим волнуется о том, что я даю твоим поклонницам повод думать, будто у нас с тобой несерьезно, раз я позволяю себе опаздывать.

– Серьезно? – усмехается Ваня. – Ну мне как-то плевать на всех, кроме тебя! – снова его взгляд, полный обожания, не оставляет сомнений в том, что даже если бы я не приехала на эту вечеринку, то он даже не взглянул бы в сторону другой девушки.

– Похоже, у вас все серьезно? – Вадим задумчиво переводит взгляд с меня на Ваню и обратно.

– Очень, – тянусь к Орлову губами и целую его на глазах у бывшего, чувствуя, как Вадим прожигает меня взглядом.

– Я давно уговариваю Таю переехать ко мне, но она не соглашается.

– Даже так? – приподнимает вопросительно бровь сводный. – А чего тянуть?

– Не хочу торопить события. Хочу насладиться началом отношений, – обнимаю Ваню за талию и смотрю на бывшего. – Но у вас-то с Ликой все быстро завертелось. Тебе не понять, – вспоминаю, как его невеста с ходу рассказала мне историю начала их отношений.

– С чего такая уверенность? – бросает он грубо.

– Лика сама рассказала, как пришла к тебе в раздевалку за автографом и притяжение между вами оказалось настолько сильным, что в первый же вечер вы оказались в постели.

Для меня все это мерзко и неестественно. Но кажется, для всех остальных подобное развитие отношений – норма.

Вадим замирает на мгновение, его глаза сужаются, и я вижу, как в них вспыхивает раздражение. Он явно не ожидал, что я буду так откровенна, особенно в присутствии Ивана, и буду его жалить. А мне хочется показать ему, что самый лучший вариант для нас обоих – это если он просто не будет меня замечать. Тогда и я кусаться не буду.

– Лика любит рассказывать истории, – наконец произносит он, холодно и отстраненно. – Но не все, что она говорит, соответствует действительности.

– Правда? – я поднимаю бровь, чувствуя, как внутри меня начинает все клокотать. – А что тогда соответствует? Ты же сам говорил, что между вами было мгновенное притяжение. Или это тоже неправда?

– Читала мои интервью? – самодовольно усмехается он, а я вспыхиваю словно спичка, понимая, что меня поймали с поличным.

Вадим смотрит на меня, и в его взгляде я вижу смесь эмоций: веселость, надменность, удовлетворенность и самодовольство.

– Будто у меня были другие варианты. Родители же, как маньяки, смотрят все твои матчи, интервью и скупают все газеты и журналы со статьями о тебе, – усмехаюсь, чувствуя, как напрягается рука Ивана, обнимающего меня.

– Я так и подумал, что всему виной родители.

– Родители? – спрашивает Орлов. – А вы что, были знакомы семьями?

Я замираю как статуя и вижу, как в зеленых радужках сводного вспыхивает тот самый дурной блеск, который обещает мне очередную гадость в его исполнении.

Готовлюсь к тому, чтобы дать отпор, но Вадим решает, что на сегодня с меня хватит.

– Ладно, – наконец говорит Вадим, его голос звучит немного мягче. – Я пойду к Лике. Удачи вам.

Он поворачивается и уходит, оставляя меня с Иваном. Я чувствую, как внутри меня что-то сжимается, но стараюсь не показывать этого.

Ванин взгляд давит на меня, и я понимаю, что пришла пора признаться.

– Ничего не хочешь мне рассказать? – спрашивает Орлов.

А я думаю, стоит ли посвящать его во все детали нашего общения? Или детская влюбленность действительно не имеет никакого значения?

Глава 8

Вадим

– Пойдем отсюда, – вылавливаю Лику, идущую откуда-то из коридора.

– Что? Почему? – удивленно моргает она. – Мы только пришли. Мне здесь нравится.

– Тогда можешь оставаться, а я поехал, – делаю шаг в сторону выхода.

– Вадим! – догоняет меня невеста, дергая за локоть. – Подожди! Я ничего не понимаю, что случилось? – она кружит взглядом по моему лицу, а мне сейчас хочется только вернуться в номер и никого не видеть, даже ее.

– Просто устал. Такой ответ тебя устраивает? – рявкаю на нее и, увидев выражение лица Лики, торможу себя, мысленно отвешивая ментальную затрещину.

Анжелика смотрит на меня расширенными от ужаса глазами.

– А кажется, будто тебя бешеные собаки покусали, – добавляет язвительно.

– Прости, – говорю я, стараясь сдержать раздражение. – Просто… башка трещит.

Лика смотрит на меня несколько мгновений, вижу, как сужаются ее глаза. Она не глупая и, кажется, уже догадывается, что дело не просто в усталости. Никогда я еще так резко не сбегал с вечеринок.

Мне нечего ей сказать. Потому что причина, по которой мне здесь тошно, в одной очень привлекательной язве ростом метр пятьдесят восемь и ее почти двухметровом дружке, лобызающем ее ядовитый рот при каждом удобном случае. А мне, какого-то лешего, тошно наблюдать за этим. Я с трудом сдержался, чтобы не втащить Орлову и не похерить годы общения.

Находиться в одном пространстве с мухой просто невыносимо. И особенно – позволять ей плеваться кислотой, разъедающей плоть, в мою сторону.

– Встретил кого-то, с кем не хотел пересекаться? – спрашивает Лика тихо, положив руку мне на плечо.

Я молчу, потому что не знаю, что ответить. Да, я могу подтвердить ее догадку, но тогда придется называть имена, а клеветать я не собираюсь, как и объяснять суть моей неприязни к сводной сестре. Потому что не бывает, чтобы триггерил какой-то малознакомый человек. Тем более сводная сестра.

Да и как я скажу, что мы сбегаем не просто из-за какого-то случайного чела, а из-за девушки?

Тем более из-за той, которая когда-то была мне ближе всех, а теперь смотрит на меня как на чужого. Из-за той, которая теперь с другим и, кажется, совершенно счастлива.

– Вадим, – Лика переплетает наши пальцы. Казалось бы, такое привычное и знакомое прикосновение, но внутри меня что-то сжимается. – Ты же знаешь, что можешь поделиться со мной всем на свете?

Сука! Что ж она такая понимающая и внимательная? От такой заботы зубы сводит и хочется спрятаться. Но Лика не заслуживает подобного отношения. Потому что ее вины нет в том, что между мной и сводной все совсем не просто.

– Знаю, – мои слова звучат пусто. – Просто… я пока не хочу это обсуждать.

Лика смотрит с пониманием. Она хочет помочь, хочет быть в курсе всех моих мыслей и особенно всего того, что со мной происходит. И это… это нервирует. Я не могу дать ей то, что она ищет. Не сейчас. Не когда внутри меня всё ещё бурлит от встречи с Таей.

– Хорошо, – наконец говорит она нежно. – Но помни: я здесь. Всегда. Если захочешь поговорить, я готова слушать.

Я киваю, чувствуя, что скулы сводит от этой сладости, и снова одергиваю себя.

Мне же всегда нравилось то, что Анжелика находится рядом, поддерживает. Но сейчас… сейчас я не могу говорить. Не могу объяснить, почему встреча с Таей выбила меня из колеи. Почему её слова, её взгляд, её присутствие – всё это до сих пор вызывает во мне бурю эмоций.

– Спасибо, – говорю я, стараясь звучать искренне. – Я ценю это.

– Поехали домой? – предлагает она, но в её глазах я вижу тень сомнения. Она бы хотела остаться.

– Да, – отвечаю я, чувствуя, как тяжесть сваливается с моих плеч. – Поехали.

Мы выходим из дома, и свежий воздух заполняет мои легкие. Я чувствую, как Лика берет меня за руку, и её прикосновение кажется таким теплым, таким настоящим. Но в то же время я чувствую, как где-то глубоко внутри меня всё ещё болит. Болит оттого, что я не могу отпустить.

Сев в машину, смотрю на невесту. Она любит меня, мне с ней хорошо, и она не пытается меня изменить. А еще она сексуальная и красивая. Спутницу лучше и придумать сложно. И я знаю, что если я не смогу отпустить прошлое, то разрушу всё, что у нас есть.

И я не хочу этого. Мне нравится моя жизнь и моя девушка. Просто… мне нужно время.

Глава 9

Тая

– Пока, бро! Было круто! – уходит последний член команды Орлова и по совместительству последний гость.

– Давай, увидимся, – жмет ему руку Иван и хлопает по плечу.

– Пока, – машу на прощание Антону и шумно выдыхаю, когда за ним закрывается дверь.

Когда я обнаружила, что сводного и его невесты больше нет на вечеринке, я вздохнула с облегчением. Мгновенно стало будто больше воздуха в помещении и наконец-то ушло напряжение, которое сопровождает его присутствие, хотя надо мной еще висит необходимость объясниться перед Иваном и рассказать, откуда я знаю Черкасова.

– Вот и все, – притягивает меня к груди Ваня.

Его руки лежат у меня на талии, а взгляд прикован к лицу. Зрачки расширяются, пока он блуждает глазами от моих глаз к губам и обратно. Я вижу, что он возбужден и взбудоражен тем, что мы наконец-то остались одни.

Похоже, у него большие надежды на эту ночь, которые я не готова оправдать.

– Только ты и я, – произносит он хрипло.

– Д-да-а-а, – говорю нервно и чувствую, как во рту пересыхает.

– Не мог дождаться, когда они наконец-то уйдут.

– Зачем тогда вообще устраивал вечеринку? – этот для меня всегда остается загадкой. Если хочется провести время с конкретным человеком, зачем называть массовку?

– Традиция такая. Хотя бы раз в год капитан становится хозяином вечера.

– Поэтому твои гости не задержались до обеда следующего дня?

– Наверное, они поняли, что мне хотелось бы как можно скорее остаться с тобой наедине, – он скользит руками по моим ягодицам и вжимает меня в себя.

Зрачок заполняет темную радужку, превращая его глаза в беспросветные колодцы, и Орлов наклоняется ко мне, целуя сначала медленно, тягуче. Но его поцелуй быстро меняет темп и углубляется. Орлов прижимает меня к себе, и я чувствую, как он все больше каменеет внизу, как учащается его дыхание, но отвечаю на поцелуй больше механически.

И так не к месту вдруг вспоминается хриплый шепот сводного у барной стойки, и тело прошибает электрическим разрядом. Я прикрываю глаза, и чем дольше позволяю этому воспоминанию крутиться в голове, тем жарче мне становится.

Но когда слышу мужской стон, а за ним меня подхватывают мужские руки, я распахиваю веки и с ужасом понимаю, что передо мной не тот парень.

Каменею и пытаюсь соскользнуть на пол. Ощутив мое сопротивление, Орлов ставит меня на пол и непонимающе смотрит.

– Все в порядке? – пристально вглядывается в глаза.

– Да… Нет… Наверное, я просто… Я просто не готова, – не отвожу взгляда в сторону.

– Зай, нам необязательно переходить черту. Но я просто хочу сделать тебе приятно.

– Вань, я… – не выдерживаю интенсивность его взгляда и все же отвожу глаза в сторону. – Я боюсь, понимаешь?

– Чего именно? – в голосе звучит беспокойство. – Я не сделаю ничего, что причинит тебе вред, или тем более что-то, о чем ты пожалеешь. Просто хочу доставить тебе удовольствие, – Ваня пытается сохранять спокойствие, но я вижу с каким трудом ему это дается, потому что он перевозбужден и немного выпил, как и я.

И возможно, если бы бывший не объявился на его вечеринке, только чтобы позлить меня и испортить мне вечер, то у нас с Орловым все могло зайти немного дальше.

Но в итоге я стою красная как рак, не в силах признаться, что во время поцелуя представляла другого. Того самого мерзавца, который испортил мне вечер, явившись сюда и заставив думать о себе.

– Думаю, мне лучше уехать домой, – приходится принять факт, что сегодня у нас ничего не выйдет. И вообще, я в полном раздрае.

Ваня рассматривает меня молча, а я даже не могу снова поднять глаза к его лицу.

– Это как-то связано с Черкасовым? Ты мне так и не ответила на вопрос, откуда вы знакомы?

Я весь вечер морально готовилась к этому разговору, и все равно сосет под ложечкой. Не знаю, чего именно боюсь, ведь даже если и всплывет информация о том, что мы были вместе, это ведь ничего не изменит. Все давно в прошлом. Но отчего-то внутри меня все противится этому. Не хочется ворошить прошлое, особенно то, что перестало иметь хоть какое-то значение.

– Ваня, – начинаю я, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Мы с Вадимом… мы сводные брат и сестра. Наши родители поженились, когда мы учились в одиннадцатом классе.

Наступает ступор, и я не знаю, что еще должна рассказать.

– Он уехал в Америку через пару месяцев после того, как мы с мамой переехали к ним в дом, – не выдерживаю его взгляда, но затем отвешиваю себе ментальную пощечину и поднимаю глаза к лицу Орлова.

Иван смотрит на меня, так проницательно, будто способен прочитать мои мысли, и оттого мне становится еще больше не по себе. Орлов явно пытается понять, почему я так нервничаю.

– И это всё? – спрашивает он, и в его голосе я слышу сомнение. – Почему ты так нервничаешь из-за него? И почему тогда вы сделали вид, что незнакомы?

– Я не нервничаю, – отвечаю я, стараясь звучать спокойно, но чувствую, как голос дрожит. – Просто… это было неожиданно. Я не знала, что он вернулся. И уж тем более не ожидала, что он появится здесь, на твоей вечеринке.

– Ты явно его недолюбливаешь. Что-то произошло между вами в прошлом?

От его вопроса щеки вспыхивают и сердце колотится так быстро, что кажется, выпрыгнет из груди.

– Почему ты так решил? – получается резче, чем хотелось бы.

– Не бывает такой неприязни на пустом месте, – говорит он мягко, но в то же время так, будто уверен в своей правоте.