Идеальный муж для дрянной девчонки

Он посмотрел на нее цепким взглядом полицейского при исполнении, сразу схватывающим все детали. Лицо его не засветилось узнаванием, но ее это ничуть не удивило. Учась в одной школе, они принадлежали к разным компаниям и почти не общались.

Затем мозг Франчески снова заработал, связав воедино человека, стоящего перед ней, с информацией, которую она услышала ранее. Шеф Слоан был гостем из далекого прошлого, но воспоминание о нем пряталось все эти годы в потаенном уголке ее памяти, чтобы сейчас воплотиться в этого человека, повзрослевшую легенду средней школы Ашокана.

Джек Слоан – выпускник, произносящий прощальную речь на церемонии вручения аттестатов зрелости, центральный нападающий футбольной команды, король выпускного бала.

Вот он стоит перед ней в своем дорогом костюме, высокий, широкоплечий и, кажется, еще более великолепный, чем в молодости. Если это вообще возможно.

Фрэнки решила для себя, что возможно. Определенно. Он протянул руку для приветствия, и она, смутившись, вложила свою ладонь в его, мысленно напоминая себе, что рукопожатие должно быть кратким.

– Чем могу быть полезна?

Его рукопожатие было сильным и нежным одновременно.

– Мы хотим задать Хикманам несколько вопросов.

Джек снова внимательно посмотрел на нее, одним взглядом охватывая ее всю, от макушки до кончиков туфель.

Франческа приветствовала детектива Таннера, радуясь возможности прервать общение с шефом полиции, а затем тепло улыбнулась обитателям комнаты:

– Как вы себя чувствуете, миссис Хикман? Капитан?

– Хорошо, дорогая. Я рада, что ты пришла. – Годы оставили свой след на лице пожилой женщины, и ее глаза, некогда чистого голубого цвета, сейчас поблекли. Встретив взгляд Фрэнки, она успокоилась. – Объясни этим полицейским, что случилось с бумажником Джоэла.

– Мы все уже объяснили, – глухо прорычал капитан, тыча злополучным бумажником под нос Рэнди.

– Почему бы вам не пригласить нас всех в комнату? – предложила Франческа. – Тогда мы сможем поговорить с этими джентльменами в спокойной обстановке.

Некогда капитан Джоэл Хикман был высоким статным мужчиной, о чем свидетельствовала фотография, висящая на двери комнаты. Теперь же он был согбенным стариком ростом не выше своей жены. Он кивнул, шаркающей походкой отступая от двери и придерживая ее, чтобы пропустить гостей.

Миссис Хикман провела их в гостиную, из окон которой открывался прекрасный вид на горы. Комната была заполнена фотографиями и безделушками, напоминавшими хозяевам о счастливых моментах их жизни.

Франческа обнаружила, что стоит настолько близко к Джеку, что может почувствовать аромат его лосьона после бритья. Свежий, дразнящий запах. Она отступила на шаг, увеличивая дистанцию, и, взглянув на мужчину, встретила ответный взгляд его черных глаз, в которых плясали озорные искорки. Итак, он тоже обратил внимание на их чрезмерно тесное соседство.

Джек ничуть не изменился со школьных времен, все такой же очаровательный. Не то чтобы она когда-либо испытывала на себе действие его обаяния – он никогда не замечал ее, – но только слепая девушка не могла не заметить его, не поддаться его чарам. Ученики в средней школе Ашокана восторгались этим всеобщим любимцем.

– Чувствуйте себя как дома, располагайтесь, – произнесла миссис Хикман, указывая на диван.

– Благодарю, мадам, – ответил детектив Таннер, продолжая стоять у самой двери, – наши вопросы не займут много времени.

– Что еще за вопросы? – громко спросил капитан. – Я уже говорил дежурному сержанту, что написал заявление по недоразумению. Я позвонил в полицию, посмотрев эту передачу… Бонни, как она называлась?

– «Сего дня», дорогой, – подсказала его жена.

– «Сего дня». Она была посвящена «краже личности». Там сказали, что человек при потере документов может обезопасить себя только одним способом – заполнить специальный бланк в полиции. А в моем бумажнике было и водительское удостоверение, и карточка социальной защиты, вот я и подал заявление.

– А затем ваш бумажник неожиданно нашелся? – уточнил Джек.

Капитан молча кивнул.

Детектив вытащил из нагрудного кармана блокнот и быстро черкнул в нем пару строк.

– Сколько времени ваш бумажник отсутствовал? – спросил он.

– Меньше суток. Я уже говорил дежурному сержанту.

– Когда вы обнаружили пропажу, сэр?

– Ну-у-у… – Капитан прищурился, вспоминая. – До того, как мы пришли в торговый центр в Кингстоне, он не был мне нужен. Но я уверен, что он лежал у меня в кармане. – Старик указал слегка трясущейся рукой на вешалку за спиной детектива. – Я всегда ношу бумажник в кармане пиджака.

Всем своим видом миссис Хикман показывала, что уверенности мужа не разделяет, и полицейские заметили это.

– А до похода в торговый центр вы доставали что-то из бумажника? – задал Джек следующий вопрос. – Водительские права, например, или кредитную карту? Могло так случиться, что бумажник пропал гораздо раньше, чем вы заметили?

– Нет, – отрицательно покачал головой капитан.

Тут в беседу вступила миссис Хикман:

– В субботу я покупала персиковый компот, и муж расплачивался своей кредиткой.

Франческа понимала, что Джек пытается обнаружить несоответствие между подлинным временем пропажи бумажника и временем, указанным в заявлении. Она просматривала заявление мистера Хикмана и знала, что оно существует, но, прежде чем она смогла подобрать подходящие слова, чтобы сообщить об этом, Джек произнес:

– Так вы не пользовались бумажником в промежутке между воскресеньем, когда расплачивались кредитной карточкой в церкви, и четвергом, когда пришли в торговый центр?

– Нет.

– В заявлении указано, что бумажник был найден в пятницу здесь, в пансионе. Это так, сэр?

Капитан кивнул в знак согласия.

Детектив Таннер сделал еще одну запись в блокноте.

– Вы раньше когда-нибудь теряли бумажник, сэр?

Это был провокационный вопрос. Ощетинившись, капитан поспешил ответить отрицательно, а его жена с тревогой посмотрела на Франческу, которая тут же поняла: нужно положить конец расспросам, чтобы не расстраивать старика. Совсем недавно он прошел курс лечения в медицинском центре при пансионе, многонедельную физиотерапию, чтобы восстановить здоровье после сердечного приступа. Он провел с женой всего несколько дней, когда произошел случай с бумажником.

Никто не застрахован от различного рода происшествий, особенно пожилые люди. Годы на всех накладывают свой отпечаток. Сама Франческа еще не переступила порог тридцатипятилетия, но уже замечала в себе некоторые перемены. Пять фунтов лишнего веса, которые ей никак не удавалось сбросить, сделали ее постоянной мишенью насмешек дочери, сравнивающей ее фигуру с пончиком.

Этому волевому человеку нелегко было признать, а уж тем более внутренне согласиться с тем, что ему нужна помощь в выполнении повседневных дел. Поэтому Франческа предоставила возможность детективу задавать вопросы, а сама подошла к Джеку и сообщила ему, понизив голос:

– Он действительно терял бумажник раньше.

Шеф полиции верно расценил ее действия и тоже понизил голос до шепота:

– Часто?

– Только однажды. Бумажник нашел наш сотрудник.

– Как его фамилия?

В ее голове зазвенели колокольчики тревоги.

– Я дам вам копию заявления мистера Хикмана.

– Вы сообщите, у кого есть доступ в его комнату?

– Конечно. – Теперь в ее голове не звенели колокольчики, а оглушительно выла пожарная сирена. Эти люди многого недоговаривают! В пансионе происходит что-то гораздо более серьезное, чем кажется на первый взгляд!

– Капитан, нам нужно знать, выезжали ли вы в последнее время за пределы штата? – спросил тем временем Слоан.

Мистер Хикман взял жену за руку и пробормотал что-то неразборчивое. Однако миссис Хикман прекрасно его поняла и громко произнесла:

– Детектив, у моего мужа неприятности?

Франческа с нетерпением ждала ответа, но выражение лиц обоих полицейских было непроницаемым. Шеф полиции вытащил визитную карточку.

– Мы просто хотим получить ответы на некоторые вопросы, сэр. Мы свяжемся с вами.

– Если вы не возражаете, сэр, – добавил Таннер, – не могли бы вы составить для нас список всех мест, где вы в последнее время пользовались своими дебетовой и кредитной картами? Интернет-магазины тоже нужно указать, если вы совершали там покупки. Позвоните по этому номеру, когда будете готовы, и я заеду забрать ваш список.

Франческе такой ответ очень не понравился, он говорил о многом и ни о чем конкретно. Пожилая чета выглядела обеспокоенной и сбитой с толку.

– Мисс Раффа, – обратился к ней Джек.

Франческа не стала выходить из комнаты первой, пропуская вперед мужчин. Воспользовавшись моментом, она обратилась к Хикманам:

– Не волнуйтесь. Я постараюсь все выяснить.

Она выскользнула в холл, прикрыв за собой дверь. Ни один из полицейских не проронил ни слова, пока они ждали лифта, но едва они оказались в кабине, женщина решила воспользоваться удобным случаем.

– Честно признаться, джентльмены, вы меня очень удивили. Не могу представить, чтобы у нашего полицейского управления было достаточно времени и людей, чтобы уделять столь пристальное внимание каждому пропавшему бумажнику. Полагаю, за этим что-то кроется.

А какой еще вывод можно сделать? Городок Блустоун-Маунтин не сильно изменился за шестнадцать лет ее отсутствия, но она же не вчера на свет родилась. Франческа читает газеты, и там постоянно пишут о совершенных преступлениях. У полиции должно быть дел невпроворот.

– Мисс Раффа, вы должны понять, что мы не имеем права обсуждать с вами подробности расследования, – подчеркнуто холодно произнес Джек Слоан.

– Насколько мне известно, дело закрыли, – не смутилась она. – Видеонаблюдение в нашем пансионе осуществляется фирмой с безупречной репутацией. Я уже работала с ними в прошлом. Если вы подозреваете кражу, то смею заверить вас, шеф Слоан, что мы в состоянии обеспечить безопасность своих клиентов.

– У вас были какие-либо подозрения, что ваши сотрудники нечисты на руку? – произнес Джек.

– Если бы подозрения были, этот человек – или люди – не работали бы здесь.

Уголки его губ дрогнули, пряча улыбку.

– Прежде чем уволить сотрудника, вам придется заполнить кучу бумаг.

– Это так.

Упоминание о документации мгновенно отвлекло ее от мыслей об улыбке Джека Слоана. Увольнение сотрудника могло повлечь за собой жалобу в Комиссию по равноправию трудящихся. Для написания одной такой жалобы необходимо около восьмидесяти человеко-часов только для сбора информации. Грейвэк-Лодж располагал большим штатом сотрудников, но у администрации забот хватало и без этого.

– Вы сейчас оформляете документы для увольнения кого-либо из ваших подчиненных по подозрению в краже? – уточнил Таннер.

– Нет, детектив, я этого не делаю.

– Мне понятно ваше беспокойство, – произнес Джек, и его чуть хрипловатый низкий голос убедил ее в искренности его слов. – Если подозрение падет на вашего сотрудника, вы узнаете об этом первой, даю слово.

– Благодарю вас.

– Не расскажете ли вы нам о Грейвэк-Лодж? – попросил Слоан, когда они выходили из лифта на первом этаже.

В сопровождении полицейских Франческа миновала вестибюль, ловя на себе заинтересованный взгляд Джун, и направилась по коридору в административное крыло.

– Что конкретно вы хотите знать?

– Кто здесь живет? – Детектив обвел помещение многозначительным взглядом. – Похоже на дорогой отель.

– Грейвэк-Лодж – это пансион для престарелых класса люкс. Люди, выходя на пенсию, наслаждаются здесь жизнью в уюте и комфорте. Мы предоставляем им уровень услуг и профессиональной помощи, соответствующий их запросам и пожеланиям.

Она посвятила полицейских в подробности работы пансиона, цель которой – обеспечение здоровой и благополучной жизни клиентов. Профессиональные специалисты-медики разрабатывают индивидуальную программу для каждого клиента, чтобы поддерживать его активность. Управляющей ежедневно приходится сверяться с календарем, чтобы ничего не забыть и не упустить из виду.

– Если здоровье не позволяет человеку жить самостоятельно, – продолжала она объяснения, – мы можем обеспечить ему круглосуточную помощь сиделки и проживание в медицинском центре при пансионе. Персонал центра также оказывает клиентам квалифицированную помощь в случае реабилитации после болезни.

Детектив Таннер продолжал на ходу делать записи в своем блокноте, а Джек полностью сосредоточился на беседе с Франческой, ловя каждое ее слово. Это умение могло бы сослужить ему хорошую службу в мире политики, как оно играло ему на руку в средней школе, где его обожали все без исключения учителя и тренер по футболу. Являлся ли он до сих пор любимцем всего Блустоуна? Франческа ничуть не удивилась бы, узнав, что так оно и есть.

Оказавшись в своем кабинете, мисс Раффа предложила мужчинам присесть, а сама попросила секретаря сделать для них копии заявления о пропаже бумажника.

– Копии будут через пару минут, – заверила она.

– Спасибо! – улыбнулся Джек. Эта очаровательная улыбка была его секретным оружием, бьющим точно в цель.

Детектив Таннер положил свой блокнот ей на стол.

– Кто владелец этого пансиона?

– Владельцев несколько, – принялась объяснять Франческа, радуясь, что может отвлечься от Джека. Она снова почувствовала себя семнадцатилетней девчонкой! – Грейвэк-Лодж – это проект нескольких партнерских организаций, которые специализируются на домах престарелых.

– Назовите эти организации. – Детектив схватил ручку и блокнот, готовый записывать.

Франческа подумала, что ее подвергают какой-то проверке, ведь с этой информацией полицейские могли ознакомиться и без ее участия.

– Компания «Лэйкленд девелоперс», Ассоциация риелторов «Юнивесити», управляющая компания «Северная звезда» и инвестиционный банк «Рокпорт», – без запинки отчеканила она.

– А вы работаете на управляющую компанию?

Женщина кивнула:

– Да, на «Северную звезду». Мы обслуживаем около двух десятков социальных учреждений по всей стране.

Запищал интерком.

– А вот и ваши копии, джентльмены.

Джек поднялся, и под складками его костюма обозначились мускулы. Франческе стало любопытно: играет ли он в футбол до сих пор? Например, со своими детишками? Есть ли у него вообще дети? При воспоминании о стервозной девчонке, с которой этот великолепный парень встречался в школе и которая, вероятно, сейчас является матерью его детей, Франческу передернуло.

– Мы очень ценим вашу помощь, мисс Раффа, – произнес Слоан, протягивая руку для прощального рукопожатия. – Мы с вами свяжемся.

Франческа подумала о том, что сообщила гораздо больше информации, чем ей предоставили взамен. Теперь пришла его очередь оказать ей любезность.

– Что мне сказать Хикманам, шеф? Они будут волноваться, а капитану сейчас противопоказан любой стресс.

– Почему?

– Проблемы с сердцем. Он только что прошел курс реабилитации в нашем медицинском центре. Едва он вернулся домой, как произошел этот инцидент с бумажником.

– Скажите им, чтоб не переживали. Если возникнут неприятности, мы посоветуем Хикманам, как себя вести.

Это был не тот ответ, на который рассчитывала управляющая, но она была не вправе выспрашивать подробности. Франческа забрала у Иветт копии заявления и проводила мужчин до выхода.

Они обменялись вежливыми словами прощания. Она подождала, когда полицейские сядут в машину без опознавательных знаков. Джек обернулся через плечо и перехватил ее взгляд. Она улыбнулась, и он улыбнулся в ответ. Затем он сел в автомобиль, дверца за ним закрылась, и тонированные стекла скрыли его из вида. Франческа подумала, что он все еще может смотреть на нее из салона. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Машина отъехала.

– Нет ни минутки свободной, – сухо прокомментировала Джун, когда мисс Раффа наконец вернулась в приемную.

– Это точно, – ответила та, пожимая плечами. – Пора приниматься за работу.

Вновь оказавшись в своем кабинете, она никак не могла отделаться от мыслей о Джеке. Итак, он стал шефом полиции? Она представляла его скорее первоклассным хирургом с мировым именем или успешным адвокатом. В школе он всегда демонстрировал великолепные результаты в учебе. Франческа думала, что таких людей ожидает большое будущее.

Затем она вспомнила, с каким вниманием Джек слушал ее рассказ о пансионе, и поняла, что он неспроста выбрал профессию, в которой важно умение общаться с людьми. Она снова и снова ломала голову над загадкой, как такой парень умудрился влюбиться в Карен Ковальски. Франческа резко тряхнула головой, отгоняя воспоминания о прошлом, которые так сильно влияли на ее настоящее. Кому как не ей знать, что люди взрослеют и меняются? Наверное, Джек сейчас женат на Карен и у них шестеро детей.

Но он не носит обручального кольца. «Что в действительности совсем ничего не означает», – упрямо подумала она. Ее бывший муж Ники снимал кольцо, когда ему это было выгодно, но она, к несчастью, поняла это слишком поздно.

Мысли о Джеке жгли Франческу изнутри. Она-то думала, что годы, прожитые с Ники, сделали ее невосприимчивой к мужским чарам. Видимо, она ошибалась.