Как контролировать себя и других

1.1. Родом из детства

Ученые давно доказали, что наши чувства зарождаются в задней доле мозга, что человеческая эмоциональная реакция на ту или иную ситуацию – это не что иное, как химия нашего организма. Допустим. Но ведь вызвать определенные химические связки должна какая-то заложенная в нас схема. Мы не будет пускаться в рассуждения о том, как устроен микрокосмос человеческих полушарий, а взглянем на другую плоскость: откуда к нам приходят эмоции, как они зарождаются и куда исчезают.

Если верить дарвинской теории эволюции, то наши предки когда-то давно жили на деревьях и мало чем отличались от горилл, а поэтому им точно так же, как и этим приматам, было свойственно обостренное чувство самосохранения, которое вызывало непреодолимое ощущение страха в минуты опасности, заставляя все клеточки реагировать и избегать риска. Из древности также черпает свое начало и чувство собственности, диктующее нам эмоции ревности, гордости, жадности.

Но будет неправильным утверждать, что все наши сегодняшние эмоции пришли из глубины веков и вызваны только лишь элементарными инстинктами. Человеческую эмоциональную составляющую мы воспитываем. Как это происходит? Рассмотрим.

Представим среднестатистическую семью: мама, папа, у них рождается малыш. Прелестный карапуз первые пару лет свой жизни движим лишь только базовыми потребностями: есть, спать, плакать, когда больно, страшно или непонятно, и пачкать пеленки. Малыш растет, и родители начинают знакомить его с миром. Мама объясняет, что лужу делать надо не на ковер, а в горшок, потому что иначе плохо и некрасиво, а еще взрослые будут смеяться, если он, малыш, будет, как маленький, мочить штанишки.

Стоп. Делаем паузу, потому как тут берет свое начало эмоция, и не одна. Маленький человечек получает от мамы важную информацию: быть маленьким – смешно, делать что-то, не как все – стыдно и плохо. Казалось бы, все верно, но если посмотреть, как врастает в сознание человека эта информация и какие корни она пускает, то можно понять причину, по которой многие взрослые адекватные люди стесняются выражать свое мнение, отличное от мнения большинства, ведь делать что-то не как все – стыдно и плохо. Или почему большинство не умеет быть раскрепощенными, веселиться от души, смеяться над собой, дурачиться, как дети. Ведь практически в каждого из нас в детстве была заложена программа: быть маленьким – смешно, взрослые будут смеяться.

Это всего лишь пример, как из простого бытового действия заботливой мамы вырастает через годы целая эмоциональная связка, диктующая поведение взрослого уже человека.

Движемся дальше. Наш малыш научился садиться на горшок, чем бесконечно радует маму. Теперь пришел черед папы браться за воспитание. Он объясняет карапузу, что мужчины должны быть сильными, что на них вся ответственность за благосостояние семьи, женщины, дома. А если предположить, что отец считает, что место женщины – позади мужчины, а не рядом или впереди, то же самое он объяснит малышу. Эти фундаментальные знания тоже взращивают семена тех ветвящихся эмоциональных связок, которые в будущем будут диктовать взрослому мужчине – брать всю инициативу на себя, доверять женщине только простые процессы, или не доверять вовсе, пытаться тянуть все на своих плечах и сердиться, если жена самостоятельно возьмется принимать решения. А это уже прямой путь к деструктивным эмоциям.

Мама учит малыша не подходить к незнакомым людям, не разговаривать, не принимать сладости. Она заботится о безопасности ребенка, в ней говорит инстинкт. Но ребенок, таким образом, впитывает информацию о вредоносности чужаков, следствием чего становится ксенофобия – боязнь чужих людей. Вырасти она может в абсолютную авторитарность и неприятие чужого мнения, культуры, права на собственную жизнь и неординарные решения, потому что с детства мы помним – чужое плохо, страшно и его надо избегать.

Смотрим дальше. Предположим, что малыш – это не сын, а премиленькая девочка с пшеничными кудряшками и голубыми, как небо, глазами. Мама, бабушка, отец и еще целая вереница родственников любуются девчушкой, повторяя, какая она красивая. Что мы увидим через 17–18 лет? Правильно, мы встретим девушку, уверенную в собственной неотразимости. Кажется, что в этом нет ничего плохого, ведь уверенная в своей привлекательности женщина – это хорошо, здорово и красиво. Но только тогда, когда она умеет воспринимать свои природные богатства адекватно и взвешенно, а не стремится кичиться ими на каждом шагу, воспитывая в себе чувство превосходства и эмоции брезгливости к окружающему миру. Но и это еще не все. Мама или папа могут, напротив, сообщить малышке эмоции недовольства собой, когда, к примеру, ругают за проступок и называют ее «нехорошей девочкой». Хуже всего, когда приводят в пример кого-то «хорошего» – соседского мальчика, который послушно кушает кашу, и не важно, что при этом он весит уже больше мамы и все время проводит за компьютерными играми. Малышка увидит в таком мальчике эталон «хорошести» и в будущем будет сверять свое поведение, мысли, внешний вид с таким образчиком, обрастая эмоциями и чувствами собственной ущербности. А это уже ведет к опасным комплексам неполноценности, самобичеванию.