Барон Гаремский
- -
- 100%
- +
– Не забывай, что он рассар, – напомнила орчанке вампиресса. – Может, это как-то сказалось? Выброс энергии в момент удара?
– Вполне может быть… – немного поразмыслив с задумчивым видом, согласилась Олграна. – Я уже ничему не удивляюсь.
– И чего теперь? – поинтересовался я, украдкой все же отерев руки об одежду.
Тем более что выглядела пленница… специфически, скажем так. Не высохшая мумия, а вполне себе нормальная по объему всех частей тела девушка, каштаново-пепельного цвета волосы, вот только цвет ее лица… серовато-пергаментный. Губы чуть потрескавшиеся, хоть и полные, но их темно-серый окрас совершенно не манил. И не дышала. Грудь… весьма аппетитных форм, выглядывающая из глубокого декольте черного в кружевах платья, не вздымалась. Уверен, что и сердце не бьется. В общем, полное отсутствие жизни. Лич как есть, живой мертвец во всей красе.
– А я откуда знаю? – ответила орчанка. – Ты нашел – тебе решать.
– Я тоже ничем помочь не могу, – ушла от ответственности вампиресса.
Зеленоглазка только крепче меня обняла, пожав плечами.
Ну, хоть не предложила убить, подумал я с усмешкой. С нее станется.
– Ладно, поговорим с ней, что к чему да почему, а потом уже станем решать, – заявила Ссашшиллесса. – А пока ее надо упаковать понадежнее. Я сейчас… Гонглир, где ты, за мной!
И вампиресса унеслась в сторону казематов, прихватив с собой квартерона.
За «своими» цепями, подумал я и в итоге оказался прав.
Глава 4
Девушка-лич, пленница некроманта
Подох он, что ли? Так подумала я, когда Радоргор не появлялся со своими магическими эликсирами уже целый месяц. Что это с ним? Раньше обязательно хоть раз в неделю заявлялся. Если не с эликсиром (еще ни один не подействовал, даже кратковременно), то просто так, пообщаться… если это можно так назвать. Несмотря на то что я ничего не чувствую, все равно было как-то гадостно…
Но даже если подох, все равно должен был явиться. Некроманты, наложившие на себя заклятие восстания из мертвых с привязкой души, просто так не умирают… вот и я окончательно не умерла.
Проклятый Радоргор!
Да что с ним такое?! Неужто его убили, да настолько, что даже восставать стало нечему? Слава богам, если это так. Но что делать мне? Если не повезет, я окажусь заточена в этой комнате навечно!
Ну, может, с вечностью я и погорячилась, но все равно могут пройти многие годы, прежде чем потайную комнату кто-нибудь найдет. А я и так провела в ней почти три десятка лет, и просидеть еще сотню – это выше моих сил! Даже руки на себя наложить не смогу по причине того, что я вроде и так уже неживая!
Но что я могу сделать? Ни магичить, ни разбить сверхпрочную стену – ничего не могу! Проклятая цепь… Не снять.
А если… Я призадумалась над тем, как все же можно снять цепь. Способ вообще-то есть, но очень рискованный. Очень.
Если Радоргор не сдох и не превратился в лича, а просто ненадолго уехал в королевства или в Проклятые земли за какими-нибудь редкими ингредиентами и явится сюда в ближайшее время, то ничего не получится.
Ну не получится, и что с того? Не убьет же окончательно. Я ему нужна… если только он не решит использовать другую… В любом случае терять мне, кроме цепей, нечего. А если не удастся, то рискую быть опутана ими еще надежнее.
Но что освободить первым? Руки или…
Нет, подруга, давай начнем сначала с рук. А потом, может, смагичить смогу, хотя вряд ли, пока хоть один ошейник на мне.
Я решила начать эксперимент с левой руки.
Разломала стул и отделила массивную деревянную ножку. Что ж, масса порядочная, должно хватить…
Поставив две стопки книг на стол, положила руку мостиком между ними. Ну…
Я со всей силы нанесла удар ножкой стула по руке, прямо по центру между стопками.
Хрясь!
Рука сломалась пополам, так что кость пробила плоть. Теперь надо торопиться, пока не заработала в полную силу регенерация. Поскольку ничего острого у меня просто не имелось в наличии (сам Радоргор умирать и становиться личем не спешил), пришлось рвать плоть руки собственными зубами.
И это было непросто. Непросто не только потому, что плоть слабо поддавалась моим усилиям, но еще из-за начавшей работать регенерации. У личей она просто сумасшедшая! Стоило только где-то оторвать клок – как в другом месте рана уже практически срослась!
Вот рву собственную руку как спятивший зомби, пожирающий самого себя, и думаю – а как же я буду с головой-то при таких быстрых темпах восстановления?! Да и собственную шею зубами особо не порвешь. Инструмент какой-то все равно потребуется…
Битва с собственной рукой продлилась, наверное, целую вечность. Кость опять начала срастаться, и мне вновь и вновь приходилось ее ломать.
Но вот левая рука наконец отделена, и первая окова спала с меня! Теперь надо дождаться, пока рука прирастет обратно. При полном отделении части тела это происходит намного медленнее, чем регенерация при хотя бы частичном изначальном соединении. Опять же оставалось только гадать, сколько потребуется времени на конечный этап срастания самой важной части тела. Хотя, как я уже отмечала, нужно еще придумать, как ее достаточно быстро отделить!
Я приставила руку и принялась ждать, молясь, чтобы проклятый Радоргор не заявился сюда раньше времени, и если он все же не сдох, то уехал очень далеко.
Левая рука срослась только через неделю, и настала очередь правой…
Две недели – и правая рука, лишившись оковы, приросла обратно.
Теперь придется помучиться с головой…
Ну, сломать шею не проблема… нужно только прыгнуть с кровати вниз головой… А вот как дальше быть?!
Хотя… ну-ка, ну-ка…
Я почувствовала, как в руках заструилась мана. Неужели?! Да, мало, сущий мизер по сравнению с тем, чем я могла оперировать раньше, но есть! Есть!
На цепь моей силы не хватит, и вряд ли бы хватило, будь я в полной силе, – она зачарована, да еще с добавлением мифрила, сверхпрочная, тут даже архимаг ничего не сделает, но на деревяшку меня всяко-разно хватит!
Взяла злосчастную ножку стула и принялась обрабатывать ее тлением, тем, что у меня всегда лучше всего получалось. Есть! Дерево стало осыпаться невесомой трухой, очень медленно, боги, как медленно! Огнем быстрее бы обработала, но и его нет в наличии, и сил не хватит, чтобы создать даже осветительный фаербол.
Но работа идет, и вот уже начал проявляться контур задуманного мною инструмента.
Еще неделя работы – и вот у меня в руках деревянная… пила.
Все, остался последний, самый важный и рискованный момент – отделение головы. Это будет непросто, хотя бы потому что ошейник слишком широкий, а регенерация здесь, тем более после освобождения рук и появившейся маны, пусть и в мизерном количестве, будет просто невероятно быстрой, так что работать придется еще быстрее и очень проворно.
– Ну, помогите мне, боги!
С этими словами я высоко подпрыгнула на кровати и упала вниз головой, так извернувшись, чтобы впоследствии оказаться на спине.
Хрусть…
Есть!
Я принялась ожесточенно орудовать пилой. Если кто пробовал отпилить себе голову, то он меня поймет, это очень непросто…
Отпиливать себе голову пришлось трижды. Регенерация работала слишком быстро – вопрос даже не в плоти, а в срастании шейных позвонков. В первый раз я, несмотря на тренировки, никак не могла приноровиться. Все-таки некоторая координация движений ухудшилась.
Во второй раз я просто не успела до них добраться, как они срослись, а пилить их деревянной пилой уже бессмысленно.
В третий раз все получилось как надо, и голова безвольно отделилась от тела, немного откатившись в сторону.
Сразу же начало меркнуть сознание. Оно и понятно – даже личи умирают, если им отсечь голову. Не сразу, но умирают. У меня всего несколько секунд, прежде чем я полностью потеряю контроль.
Мелькнула мысль – а зачем, собственно, мне продолжать борьбу за жизнь, да еще с приставкой «псевдо»? Может, лучше уйти в небытие?
Но волю к жизни вернуло с новой силой пробудившееся чувство ненависти. Нужно отомстить за все, что со мной тут сотворили!
Вспыхнувшая ненависть придала сил, прояснила на пару мгновений затухающее сознание, улучшилась связь с остальным телом, и я, отбросив цепь с ошейником подальше, нащупала голову и приставила ее к телу. Началась регенерация…
Все… осталось только ждать…
Я не знаю, сколько прошло времени, тем более что в случае с головой, при ее полном отделении от тела, это особенно медленный процесс, хотя при контакте – самый быстрый. Парадокс.
Тем не менее голова приросла, и, приняв вертикальное положение, я осторожно ею покрутила. Вроде все в полном порядке, ничего нигде не заедает. У меня все получилось! И подтверждение тому – забурлившая во мне мана!
– Ну, держись, мерзкий выродок, ты ответишь мне за все!
Выйти из комнаты, выбив дверь или пробив дыру в стене, не получилось. Радоргор перестраховался и выложил стены комнаты из нейтрального к магии камня. Из такого еще тюрьмы для магов строят… хотя чаще преступников просто казнят.
Но ничего…
Подумать над тем, как можно обойти подобную защиту, мне не довелось. В двери послышалась возня.
Радоргор!
Явился-таки, и именно тогда, когда нужен позарез! Сейчас ты за все ответишь!
Только какого дьявола так долго возишься с замком! Пьяный, что ли? Любви от нежити захотелось! От живых, поди, уже давно отвык! Но это даже к лучшему! Сейчас ты ее получишь!!!
Стоило только открыться двери и проникнуть первому лучу света… странного какого-то, я, вложив в заклинание тления всю свою силу и ненависть, нанесла удар.
Проклятье! Защитился! Но от грубой силы тебе не уйти! Я разорву тебя пополам!!!
Я метнулась к ненавистному мне Радоргору.
Но первый удар, способный снести голову с плеч, был отбит, а в следующее мгновение я ощутила…
Удар в челюсть и в грудь. От последнего, нанесенного ногой, я отлетела назад и впечаталась в стену. А потом…
Я потеряла сознание?!
Мысль оказалась столь неожиданной и дикой, что я даже не могла в нее поверить. Личи не могут терять сознание от какого-то удара, пусть даже и очень сильного! Мы – неживые!
Скорее уж это было какое-то заклинание…
Но в том-то и дело, что я не почувствовала никакого плетения! Хотя что-то такое несомненно было. Но что?
Я невольно вспомнила момент до того, как Радоргор меня ударил. Я почувствовала… ПОЧУВСТВОВАЛА!
Но дальше поразмыслить, что именно я почувствовала, мне не дал прозвучавший голос. Чужой голос, не ненавистного Радоргора.
– Ну наконец-то очнулась.
Я открыла глаза и увидела перед собой человека, гоблинку, орчанку и вампиршу.
Мы находились в одном из малых залов. Человек находился в большом кресле, зеленые сидели по сторонам, а вампиресса пристроилась сзади, положив руки на край спинки.
Я сидела напротив них в дальнем конце пустого стола.
Странная компания, с какой стороны ни посмотри. И что еще удивительнее, женщины все беременны! Уж я как лич вижу проявление жизни особенно остро! И судя по всему, все от него!!!
А вот Радоргора нигде нет. Я даже головой покрутила в поиске мага.
– Некроманта – прежнего хозяина замка – в нашей компании нет и уже не будет, – сказал человек, правильно поняв мои телодвижения.
– Вы убили его?! – изумилась я, на секунду пожалев о его смерти, потому как сама жаждала разорвать негодяя на тысячу кусочков.
– Да.
– Так, что он не сможет восстать? – уточнила я немаловажную деталь.
– Да. На куски разорвало. Восставать просто нечему.
– Слава богам!
Тут я обнаружила, что вся в цепях. Опять!
– Не дергайся, – остановил меня человек.
– Что вы хотите со мной сделать?..
В голос невольно подступила паника. Из одного плена в другой… приятного мало.
– Пока еще не решили. Решение будет принято по результатам разговора. Посему давай поговорим. Для начала представимся. Меня зовут Кирилл, меня также называют Кирриэлом, – человек повернулся при этом к гоблинке. – Я же Кэррэл, – кивнул он уже в сторону орчанки. – А также Ксиррел, – кивка удостоилась вампиресса. – А вдобавок новый хозяин этого замка и окрестных земель, переименованных мою в баронство Гаремское. А это мои… подруги – Галлогала, Олграна и Ссашшиллесса. А кто ты, крас…
Человек заткнулся на полуслове из-за странной реакции окружавших его подруг. Ревнуют, что ли? Ко мне?! Ха-ха!
– Графиня Лития Тармейская, – представилась я, попробовав присесть в легком реверансе.
– Это твой бывший замок? – с нажимом на слове «бывший» уточнил Киррил.
Понятно, что отдавать он его в любом случае не намерен.
– Нет, я из королевства Пантергорд.
– Ты знала прежнего хозяина замка, некроманта?
– Да! Его звали Радоргор Коуленс, тоже граф.
– Причина твоего нахождения в плену? Как ты вообще оказалась в таком незавидном положении и состоянии?
– Дело в том, что мы с Радоргором были… вместе. Познакомились во время учебы в Королевской магической академии. В нас определили дар к некромантии… Выучившись, мы на некоторое время потеряли связь друг с другом, Радоргор где-то пропадал несколько лет. Я так думаю, он путешествовал и в своих путешествиях набрел на этот замок, захватив его. Кто был прежним хозяином замка, и был ли у него вообще хозяин, я не знаю. Однажды он объявился и пригласил меня к себе…
– И?
– Отравил, воспользовавшись моими к нему чувствами и доверием.
– Вот же… урод, – изумился человек.
– Еще раньше он настоял, на том, чтобы я наложила на себя заклятие с привязкой души, чтобы в случае смерти не умереть окончательно. Я не хотела этого делать, тем более что и законы это запрещают, но он настоял… говорил про любовь…
– Любовь до гроба, а в вашем случае еще и после… – хмыкнул человек.
– Что-то вроде… И я поддалась его уговорам. Мне следовало заподозрить неладное еще тогда… но я его любила и…
– Понятно, – кивнул человек. – Влюбленные слепы. Не зря говорят, что любовь – форма умопомешательства.
– Да… как только я все сделала, он меня отравил, в итоге я стала личем и пленницей в его замке. Как оказалось, я потребовалась ему лишь в качестве подопытной.
– Для чего?
– Еще в академии Радоргор помешался на вечной жизни. Маги ведь не живут вечно – долго, очень долго, но не вечно. Хорошо, если могут сравниться по срокам жизни со старейшими простыми эльфами. Лич в принципе может жить вечно, как вампир, но его жизнь, в отличие от жизни вампира, лишена всяческих удовольствий и чувственности. Мы не обоняем, не осязаем, а через какое-то время становимся полностью безразличными к внешнему миру. Высшие личи могут продержаться довольно долго, но конец у всех все равно один: полностью безразличные ко всему существа. Та же смерть… Этого он хотел избежать и ставил на мне эксперименты.
– Гад, каких поискать! Это ж надо, над любимой девушкой опыты ставить!
– Это если он меня вообще любил…
– Все равно – мог на эксперименты кого-нибудь другого пустить.
– Он так и делал… Только я ему требовалась еще как постельная игрушка.
– Нет, я тогда не оговорился… он точно был некрофилом, – тихо прошептал человек, и его подруги тихо прыснули.
Но слух лича очень остер, и я услышала, но не обиделась. Тем более что обижаться надо не мне, я ведь действительно нежить, полутруп, и все, кто со мной спят, – некрофилы, и Радоргор им был.
– А что за эксперименты он с тобой проводил?
– Да ничего особенного. Давал эликсиры на основе крови… вампиров, – ответила я, посмотрев на вампирессу.
Та лишь поморщилась.
– Оказывается, она твоя практически кровная сестра, – сказал Киррил, посмотрев на нее. – Столько твоей крови выпила!
– Это ничего не значит, – ответила та сквозь зубы.
– Да это я так… К слову сказать, ты пила в том числе и ее кровь, – добавил он.
– Я поняла.
– Ссашшиллесса провела в замке двадцать шесть лет, и все это время… Стоп, а сколько ты уже здесь?
– А который сейчас год? Я давно потеряла счет времени.
– Семь тысяч двести третий.
– Я здесь ровно тридцать лет.
– А убил он тебя в каком возрасте? – поинтересовался человек.
– В двадцать пять.
– А вы прекрасно сохранились!
– Благодарю, – невольно усмехнулась я.
– Как ты сама видишь свою дальнейшую судьбу? – задал, пожалуй, самый важный для меня вопрос Киррил.
– Я не знаю… Никогда не думала об этом. Мечтала отомстить, но месть уже неосуществима, мой убийца и истязатель мертв. Возвратиться домой я не могу. К личам отношение… своеобразное. Дома меня уже точно не ждут и точно не примут такой. Так что мне просто некуда идти…
– Хм…
Человек посмотрел на своих подруг, те одарили его довольно хмурыми взглядами, но он, словно встряхнувшись, сказал:
– Если пообещаешь под клятву не шалить, то можешь остаться в замке.
– Правда?! – удивилась я.
Ну кто в здравом уме захочет, чтобы у него под боком жил лич?! Полумертвец!!! Хотя… если посмотреть на окружение этого человека, то я в такой компании выгляжу не так уж дико, подумала я с легким весельем.
– Может, все же освободит ее кто-нибудь? – поинтересовался человек у своих подруг, при этом глянув на вампиршу.
Та, скривившись, подошла ко мне и сняла цепи.
– Благодарю вас, господин барон, – произнесла я медленно, чтобы не пугать, подойдя к владетелю и присев на колено.
– Давай без этих церемоний, а? А то господин барон, госпожа графиня, а вот вообще ее величество гнезда… задолбаемся. Лучше просто по именам.
– Хорошо, Киррил.
– Вот так-то лучше. Выбирай комнату… вряд ли прежняя тебе по вкусу.
– Это точно!
– Тем более что она несколько пострадала в огне. А нам сейчас не до ремонта – других забот полон рот. Только вещи твои успели спасти. Кстати, не поделишься парой платьев с моими подружками? А то сама посмотри, в чем ходят…
– Конечно, и с радостью!
– Вот и отлично.
Человек встал и сделал шаг навстречу…
Что за… меня словно накрыло что-то. И возникло знакомое ощущение, как там, в темнице. Я вновь почувствовала! Дуновение ветра…
Я сделала вдох, хотя дышать уже давно перестала за ненадобностью сего процесса, и… о боги! Я почувствовала запах!!!
Но это невозможно!!!
Я вдохнула еще глубже.
Но вот же! Запахи!! Как много запахов!!!
И я осязаю! Чувствую пальцами ткань платья!!!
Но почему?!
В следующую секунду поняла, что ответ, скорее всего, стоит передо мной.
Кто же ты?!
Я посмотрела на Киррила истинным взглядом – странно, что сразу этого не сделала, наверное уже отвыкла проверять всех встречных, – и чуть не ослепла от его огромной ауры, в которую я частично погрузилась.
Рассар!!!
Я даже отшатнулась и, вырвавшись из его ауры, потеряла все ощущения.
– Это проблема? – чуть нахмурившись, спросил человек.
Похоже, я вскрикнула вслух. Совсем контроль над собой потеряла от нахлынувших на меня ощущений.
– Ничуть! Даже наоборот!!!
– Так, а с этого места прошу поподробнее… – еще больше нахмурился человек.
Все еще находясь под впечатлением, ответила честно:
– Рядом с вами я почувствовала! Почувствовала, слышите?!
– Слышим… Что ты почувствовала?
– Все! Запахи!! Осязала!!!
– Понятно…
– Позвольте еще постоять рядом с вами?! И я буду очень признательна, если мне дадут что-нибудь попить или поесть! Я целую вечность ничего не чувствовала! Прошу!!!
– Тише-тише, сейчас все организуем… Пармер!
– Господин? – выглянул гремлин полукровка.
– Принеси чего-нибудь попить да поесть. Да давай, собственно, накрывай ужин, как раз время почти подошло.
– Конечно, господин, все будет исполнено.
Кирилл, он же Киррил, нашедший тайную комнату,
а в ней лича, пусть и девушку
М-да, история девушки-лича по имени Лития оказалась достойна какой-нибудь мыльной оперы серий на сотню-другую. Тут оказался полный суповой набор: любовь, предательство, смерть и далее по списку…
У меня же, точнее у моей рассарской ауры, обнаружилось еще одно довольно интересное свойство – возвращать личам чувствительность. Вон ее как плющит, не отходит от меня ни на шаг, все время улыбается, будто перебрала ЛСД на танцах, глубоко дышит, теребит в руках кружевной платочек, трогает все предметы, до которых может дотянуться, не выходя из зоны охвата моей ауры. А уходить ей далеко нельзя – полтора метра предел, дальше она всякую чувствительность тут же теряет.
А в какой-то момент я вспомнил один старый анекдот. Ну, там грузин на рынке продает петуха, живого, к нему подходит бабка и спрашивает – а он, дескать, кур-то топчет? Грузин ей отвечает: топчэт! Всэх топчэт! И кур топчэт, и свиней топчэт, а вчэра на мэня так пасматрэл, так пасматрэл!..
Вот и Лития на меня так пасматрэла, так пасматрэла!..
Э-э, нет, детка, меня в некрофилии никто обвинить не сможет!!! Так что не надейся даже затащить меня в постель!
Ну а что дал ей разрешение остаться в замке, несмотря на некоторое недовольство подруг, – лич в хозяйстве лишним не будет. Хотя сейчас, с ходу, я ничего придумать не могу. Разве что в будущем использовать как учителя для детишек. Хотя бы некромантии как основного искусства. И потом, она в академии и прочие дисциплины изучала, наверняка что-то помнит, а значит, и этому научить сможет. Да и мне самому не мешает попробовать поучиться – авось получится?
Наконец прислуга расставила все для еды, Лития с жадностью обнюхивала каждое блюдо, что проносили мимо, едва сдерживаясь, чтобы не вырвать у кого-нибудь поднос. Железная девушка. Ну, графиня, как-никак. Воспитание.
Правда, за столом села, естественно, рядом со мной впритык, от ее воспитания ничего не осталось. Если поначалу она еще сдерживалась, смаковала блюда мелкими порциями, то уже через несколько минут буквально жрала все, до чего могла дотянуться. Так что очень скоро в радиусе досягаемости ее рук осталась мертвая зона – умяла все подчистую.
Раздуло ее будь здоров – как Зеленоглазку на последних стадиях беременности.
– Простите, – смутилась она под конец, осознав, как выглядела со стороны. – Я вела себя…
– Ничего, мы все понимаем, – легко улыбнулся я.
– Я ненадолго отлучусь…
Я кивнул, и Лития поспешила в уборную, с большой неохотой выйдя из зоны действия моей ауры.
Назад она вернулась уже с нормальным объемом талии и поспешила вновь занять свое место. Теперь она вела себя действительно с достоинством, счастливо улыбаясь, причмокивая вино и поедая лишь маленькие кусочки пищи.
– Вы даже не представляете, какое это счастье вновь обрести чувствительность, пусть и с помощью ауры рассара…
За столом начался обычный светский, ничего не значащий треп. Потом мои подруги свалили искать Литии комнату, нашли в итоге рядом с комнатой вампирессы. Там они закрылись – платья стали мерить. Гардероб у Литии оказался внушительным, даже Зеленоглазку приодели, успев наскоро ушить большие для нее наряды.
Потом устроили мне показ мод, пусть и устаревший по местным меркам на три десятилетия, но это совсем не так важно. В общем, на мой взгляд, вечер удался.
Осталось только Олграну подзарядить…
Ну, еще Ссашшиллессу снабдить кровью…
Глава 5
Кирилл. В ожидании гостей – тех, что хуже татар, ибо вообще орки
Жизнь вошла в свою колею, стала размеренной и даже скучной, если бы не дети. Та парочка, что больше в своей сущности уродилась гоблинами, уже носилась по комнате как угорелая, детишки затевали всякие игры и боролись.
Те четверо, что серединка на половинку, пока только ползали. А та парочка, что больше к человеческой сути, все еще лежала в колыбельках и пускала пузыри.
Раз в два дня гремел гром, к которому уже все привыкли, даже дети, тем более что Олграна подшаманила со звукоизоляцией в детской комнате, и били молнии в шест на соседней горе – это вырабатывали мифрил. Его добычу удалось поднять до двух килограммов с тонны, и на этом встали мертвяком. Все же технология донельзя примитивная, плюс порода не шибко богатая на этот металл, пусть он хоть четырежды четвертый по распространенности. Может, где-то косяк еще по энергетической части. Как бы то ни было, но даже столь небольшого количества мифрила-алюминия хватало. Более того, начал образовываться стратегический запас.
Олграна, после того как развлечется с громом и молниями, когда не было сильного ветра, устанавливала над замком зону безоблачности, всего с километр в диаметре, но этого хватало за глаза.
Гонглир все-таки нашел тайный ход, ведущий из замка. Как, собственно, и ожидалось, он находился на одном из минусовых уровней со входом в тюремной камере.
На этот раз меня сопровождали для обеспечения безопасности, а если быть совсем точным, конвоировали, чтобы я не наделал глупостей, во время поисков «сестрички», как я их еще стал называть, то есть вампиресса Ссашшиллесса и девушка-лич Лития. Хотя, думаю, что Лития ходила со мной ради ощущения жизни. Ну и как магесса, для обнаружения возможных ловушек. Она хоть и некромантка, тем более в сущности лича, что усилило ее Дар над магией смерти, в качестве обычной магессы тоже была неплоха.