Святослав. Император с Севера
- -
- 100%
- +
Пролог
Закрыв гараж, Святослав Игоревич Русов двадцати пяти лет от роду предвкушающее улыбнулся. Он буквально чувствовал, как его начинает наполнять энергией, прямо, появилась приятна легкость, словно за спиной выросли крылья и стоит ими взмахнуть, как он воспарит над землей.
Нет, Святослав не верил во все эти ауры, чакры, ясновидение, заговоры, порчу и прочую мутную ересь, так что ощущение «наполнение энергией» его тела это всего лишь метафора. Просто у него резко начало улучшаться настроение, как всегда бывает перед дальней дорогой, но не всякой, а на мотоцикле.
Любил он кататься и длительная поездка минимум в сотню верст для него являлась лучшим средством от плохого настроения и прочих депрессий. Ощущение скорости, ветер в лицо… в общем описывать это бесполезно, кто не прочувствовал, тот просто не поймет. И еще один момент, поездка на машине и поездка на мотоцикле это совершенно разные вещи, хотя есть любители погонять на четырех колесах, но он этого не понимал. Русов чем-то сам себе напоминал ездовую собаку, что «киснет» во время длительного отдыха без пробежек в упряжке.
Зимой Святослав наверное сдох бы от тоски, ведь в этот период на мотоцикле особо не покатаешься, разве что на специально шипованных для езды по льду, но в это снежное время, когда его начинало скручивать в дугу, он гонял на арендованном снегоходе. Удовольствие не из самых дешевых, но все лучше, чем глотать антидепрессанты или бухать по черному. Тем более на запои времени нет – работать надо. Не дай бог из-за запоя потеряешь постоянных клиентов, можно будет сразу закрываться, конкурентов много. А так покатался несколько часов на снегоходе, замерз до костей и заряд бодрости на месяц вперед получил… или до следующего визита налоговиков, пожарных и прочих деятелей.
Байком Русова является старый «урал» ИМ-3 еще пятидесятых годов выпуска. Раритет. У него еще есть отличительная черта в виде емкости для инструмента в верхней части бензобака. Семейная реликвия так сказать, передаваемая от отца к сыну. Святослав, как уже можно догадаться, являлся третьим владельцем и благодаря тому, что относились к мотоциклу с любовью, «урал» находится в отличном состоянии и платил своим владельцам отменной надежностью. Хотя конечно пережил двухколесный стальной конь как минимум десяток капитальных ремонтов и пару легких модернизаций. Но запчасти подбирали аутентичные от его собратьев, но «скончавшихся» в авариях гораздо раньше, чем выработали свой ресурс.
Лишь одно омрачало состояние Русова – девушка с которой он хотел бы поехать отказалась… в общем они крупно поссорились, как всегда из-за какого-то пустяка.
Святослав невольно поморщился вспоминая некрасивую сцену ссоры.
«Наверное я в очередной раз нарвался на ее «женские критические дни» когда даже самые ласковые девушки буквально слетают с катушек и становятся злобными мегерами, – подумал он. – Ну да ладно, помиримся еще. В первый раз что ли»
Загрузился Русов не сильно плотно, немного еды да кое-какая одежда и двухместная туристическая палатка, что вошло в две седельные сумки, так как ехать было не очень далеко из Боровичей в Новгород откуда и должен был стартовать мотопробег в который постепенно вольются псковские, питерские, ярославские и московские байкры с грандиозными гуляниями как по пути, так и в конечной точке заезда.
Он рассчитывал, что как и раньше будет весело: рок-музыка, гонки и все такое прочее. Реконструкторы приедут и мечами позвенят, многие байкеры сами этому не чужды. Святослав кстати тоже чуть в их ряды не влился, даже доспех начал делать в своей автомастерской и мечом махать учился, но как-то не пошло. Он больше по двухколесной технике фанател. Потому и стал механиком, как и его отец и дед, и с начала девяностых их семья держала две ремонтных автомастерских.
Еще оставалось сожалеть, что ехать предстояло одному, а не с друзьями одноклубниками, так как изначально рассчитывал на то, что его девушка с редким именем Катя поедет с ним и ждал когда она освободится, в смысле в отпуск пойдет, и дождался, так что рассорились в пух и прах.
Оделся Русов, как и подобает клубному байкеру, естественно во все черное и кожаное, цепи тут и там, всякие косички, обут в тяжелые берцы на толстой подошве усиленные металлическими набойками. На спине эмблема клуба – черный ворон на красном фоне, типа кровь. Хотя некоторые путают его с фениксом в огне…
Сам мотоцикл так же не избежал легкого тюнинга в тему. Бак объят языками огня, а на переднем крыле присобачен череп из пенопласта покрытый эпоксидной смолой и сидящий на нем такой же самодельный расправивший крылья ворон зацепившийся лапами за глазницы черепа.
Как мужчина, Святослав решил сделать еще одну попытку примирения и позвонил своей девушке, но не успел даже сказать пару слов, как услышал в трубке:
– Да чтобы ты провалился!
После чего послышались гудки отбоя.
Русов только вздохнул.
– Похоже это надолго…
Еще раз оглядев байк, до половины выдвинув удилище с прикрепленным к нему клубным черным знаменем с вороном и убедившись, что ничего не забыл, даже пехотную лопатку, сел верхом и вставив в ухи бусинки плеера, Русов врубил одну из своих любимых музыкальных групп «Красная плесень».
«Урал» завелся, что называется с полпинка и басовито заурчал.
Святослав аж зажмурился от удовольствия. Для него не было более чудесных звуков.
– Поехали!
Выжав сцепление и поддав газу, Святослав плавно тронулся с места.
Пэпээсники на выезде из города при его приближении только усмехнулись, но останавливать не стали.
«В этот раз походу нормальные ребята мне попались», – подумал он кивая полицейским головой и мысленно засмеялся, вспомнив, что поступил так как советует делать «Красная плесень» в одной из своих песен, но руки при этом не подавать.
Настроение его еще больше улучшилось благодаря тому, что дорога в этот день оказалась на удивление пустой, так что на прямых участках Святослав невольно разогнался до ста пятидесяти в час. Ну а какой русский не любит быстрой езды? То-то и оно…
У встречных водил тоже настроение благодаря пустоте трассы было отличным и они с удовольствием моргали ему фарами, предупреждая о засевших в кустах полицейских, и Святослав заблаговременно сбрасывал скорость до дозволенных величин, проезжая места засад без потерь времени, нервов и денежных средств.
Так же в копилку хорошего настроения добавляла отличная погода. Солнечно, тепло, умеренный ветерок, который не сдувает тебя с дороги резкими порывами.
– Хорошо бы оно продержалось еще недельку, до конца гуляний…
Впрочем, к концу музыкального альбома, то есть через сорок минут, когда Святослав уже успел отмахать без малого сотню километров погода начала резко портиться. На чистом небосводе появились облака, поначалу были они пушистыми и беленькими, но потом почернели, выросли в размерах и к тому моменту, когда он преодолел половину пути до Новгорода Солнце давно скрылось за темной завесой. Усилился ветер, потянуло холодом и сыростью.
– Чертовы синоптики… ведь знал же что им верить нельзя, но чтобы ошибиться вот так?
Судя по далеким отблескам молний, явно приближалась гроза. И не слабая.
– Солнечно… легкая облачность… – передразнивал Русов ведущую.
Впрочем, особо он их не винил. Погода вещь такая, малоизученная и она в любой момент может выкинуть какой-нибудь неожиданный крендель. В предсказании погоды учитывать надо не только движение воздушных масс: циклоны и антициклоны, но даже пролет поблизости кометы. Да-да, это тоже влияет на погоду. Через три-пять дней после прохождения Земли через хвост кометы, как правило выпадает никем не предсказанный обычный дождь или снег, если зимой.
«А тут недавно что-то про солнечные вспышки говорили, – припомнил Русов. – Они вот-вот должны были достигнуть Земли, что тоже может самым непредсказуемым образом влиять на погоду, только этот фактор изучен еще меньше чем в случае с кометами и соответственно его при прогнозе как правило в расчет не применяют».
Делать было нечего, требовалось срочно искать укрытие. Можно было конечно прибавить скорости и добраться до очередного дорожного отеля, но денег Святославу на это было жалко, бензин нынче дорог, так что он предпочел потратить их на еще одну заправку и поездить наперегонки с ребятами.
«В конце концов, у меня есть палатка, – привел он себе еще один повод в пользу того, чтобы не пользоваться дорожными отелями, – вот в нее и заселюсь на время ненастья. Надо только подходящую полянку выбрать и надеяться, что гроза не затянется надолго».
И как по заказу молодой байкер увидел сходящую с трассы в лес грунтовую дорожку. Пренебрегать подвернувшейся тропой он не стал и, притормозив, заехал в лес.
Он проехал наверное уже метров пятьсот, а подходящего места для разбивки лагеря все не появлялась и дорога эта вела неизвестно куда, ни указателей, ни других поясняющих надписей. Когда уже стало капать, Святослав наконец увидел в деревьях просвет, там явно имелась подходящая поляна. Правда грунтовка эта шла мимо, но в ту сторону вела совсем уж узенькая, можно даже сказать пешеходная тропа.
Сверкнуло и даже сквозь рев мотоцикла Святослав услышал близкий раскат грома.
Ехать дальше по грунтовке не имело смысла, так как дорого могла идти еще многие километры, а дождь вот-вот накроет. Так что он свернул на пешеходку, благо, что по ней можно было легко проехать на мотоцикле.
– Отлично! – удовлетворенно воскликнул Русов, обозрев полянку.
Она была небольшой, от силы метров двадцать в диаметре, и что главное, трава здесь росла низкая, а не по пояс, как он опасался.
Капать начало сильнее, молнии били все ближе и гром гремел громче, так что Святослав, не теряя ни минуты, стал ставить палатку с краю полянки. Развертывание у него благодаря большому опыту заняло всего минут пять, закинул внутрь все вещи и накрыл мотоцикл специальным чехлом.
И стоило ему забраться внутрь, как небеса разверзлись и полило как из ведра.
– Ух, успел…
А природа разошлась не на шутку. Гром гремел прямо над головой парня и так сильно, что реально оглушало. Он после каждой вспышки молнии даже уши прикрывал. Молнии сверкали так ярко и так близко, что ослепляли даже сквозь ткань палатки.
Святославу даже не по себе как-то стало.
– А ну как шарахнет сейчас?.. И косточек горелых не найдут, – нервно хихикнул он. – А в сводках появится еще один пропавший байкер.
Грохнуло еще раз, послышался даже какой-то треск, как будто рвут ткань.
– Блин! – осенило байкера неприятное предчувствие. – Мотоцикл!!!
Мотоциклы, как известно делают из стали, а практически все металлы, как не менее известно прямо-таки притягивают к себе небесное электричество, особенно на возвышенном и открытом пространстве.
– А эта чертова полянка как раз сама по себе является открытым пространством и что еще хуже, находится на возвышенности!
И есть еще один момент, что прохолодил ему душу словно жидкий азот. Сразу-то он на это внимания как-то не обратил, торопился очень палатку поставить и от непогоды укрыться, а вот сейчас вспомнил и ему откровенно поплохело. Дело в том, что вокруг полянки растут уродливые, скрюченные, словно от боли, низкорослые деревца.
Уродливые деревья просто так не растут, этому есть причины. Кто-то про энергетику отрицательную будет заливать и прочую муть про тектонические разломы, но Святослав считал, что это как-то связано с магнитными аномалиями и этот феномен, тоже может привлекать молнии…
В общем, наплевав на погоду, байкер собрался как можно быстрее рвать отсюда когти, и стоило ему только потянуться к выходу и начать расстегивать молнию, как в поляну, в самый ее центр ударила очередная молния. И даже какая-то светящаяся сфера на пару мгновений появилась…
– А-а-а!!! – заорал он, так как его приложило электроударом.
«Не надо мне было в этот момент хвататься за застежку, может быть и обошлось бы, – подумал он в этот момент и еще мелькнула мысль, что застежка называется молнией… было в этом что-то от иронии судьбы.
Электричество молнии пошло по воде и через застежку-молнию добралось до его мокрой от капель ливня руки. Одно хорошо, что электроэнергия рассеялась по площади, большая часть ушла в землю и ему досталось всего ничего. Хотя и этого хватило, чтобы скрючившись от судороги вырубиться.
Часть первая
Князь
Глава первая
Отмеченный Перуном
1Святослав рывком сел и судорожно схватился правой рукой за грудь в которой заходясь в аритмии билось сердце. Казалось оно хочет пробить грудную клетку и вырваться наружу.
– Что за черт?.. – пробормотал Русов открыв глаза и осмотревшись. – Где я?
Он находился явно не в своей палатке. Вообще не в палатке. И даже не в палате. Больничной. Это был какой-то сруб, причем без потолка, сразу виднелась крыша собранная из средней толщины жердей.
В помещении царил сумрак разгоняемый лишь маленьким мерцающим язычком огня. Его источником служила глиняная лампадка поставленная на полочку в углу.
«Избушка отшельника-старовера?» – невольно подумал Русов.
Но он быстро отказался от этой мысли. Икон нет, кои обычно освещают подобные лампадки, да и не такие уж они ретрограды, чтобы жить в совсем уж диких условиях.
«Уж печные трубы они все признают, – подумал Святослав, найдя на земляном полу выложенный из камня открытый очаг с треногой и подвешенным закопченным котелком. – А тут совсем уж какой-то примитив…»
Стены помещения были черными от сажи, да и пахло застарелым дымом, если можно так выразиться. Не самые здоровые условия для жизни.
Обстановка в этой избушке была до предела спартанской. Так кроватью ему служило какое-то… гнездо из веток и соломы, поверх которой положили шкуры. В мехах он не очень разбирался, да и густой сумрак не способствовал опознанию. Укрыт тоже оказался шкурой, вроде как овчиной. Пахло это все… бомжатиной.
«Но нет, это явно не бомжовый дом», – подумал Русов после минуты анализа.
И тут его начало одолевать беспокойство. Невнятное, но очень неприятное.
Поначалу разум цеплялся именно за эту версию, но для бомжового лесного укрытия тут много чего не хватало… Мусора.
Конечно может ему попался домик очень чистоплотного бомжа, в конце концов в их среду попадают не самые плохие люди, чего только в жизни не случается, «черные риэлторы» например, но не до такой же степени, когда нет даже обыкновенной пластиковой бутылки, а вместо них какие-то глиняные кувшины…
Стало как-то неуютно. Все было неправильно, хотя Святослав до конца не мог определиться в чем именно состоит главная неправильность.
Додумать не дал какой-то паразит больно укусивший в правую щеку. Святослав рефлекторно дернулся рукой, да так и забыл про кусачего гада.
«А слона-то я и не заметил…» – как-то отстранённо подумал Русов, посмотрев на свою руку.
Скорее наоборот, не свою.
Но раз он ею орудует, то все-таки свою…
Вот такое вот противоречие.
«Классика…» – без каких бы то ни было эмоций, подумал он, продолжая рассматривать кисть не своей-своей правой руки.
Потом провел языком по зубам и только убедился в сделанном выводе ибо зубы имели иную линию, а если уж на то пошло, то имели более правильную и ровную структуру. Отсутствовали знакомые щербины, нет пломб и так далее и тому подобное.
– Я попал…
Разум противился сделанному выводу, но подсознание уже его полностью приняло как данность.
Сердце вновь пропустило удар, а тело пробила нервная судорога. Закрутило в животе и затошнило.
– Тихо… дышать глубже и ровнее… а то сейчас проблююсь и обделаюсь.
Святослав последовал своему совету и даже вновь принял лежачее положение, а то голова аж закружилась.
«Осталось понять в кого, куда и когда я попал», – подумал он.
Обстановка как-то не внушала оптимизма. Нищая обстановка.
– Радует, что хоть в мужика… при этом не сильно старого, скорее даже молодого.
«Из минусов – по ходу попал в сильно далекое прошлое, а значит с медициной тут весьма печально, – продолжил он размышлять уже мысленно. – Стоит чем-то серьезно заболеть, не говоря уже об аппендиксе и ага… Из плюсов… а нет плюсов, если не считать, что можно заняться так называемым прогрессорством даже имея мои невеликие познания. Вопрос лишь в моем статусе и как именно далеко меня закинуло. Если во времена Грозного или около того не говоря уже о более поздних временах, то о прогрессорстве можно забыть. Паровик на коленке я не соберу».
Святослав Русов в какой-то момент даже удивился, что так довольно легко принял факт своего вселения в чужое тело. Ведь и минуты не прошло, как он принял сей факт как данность и успокоился. Наверное в этом виновата современная фантастическая литература с широко развитой попадаческой тематикой. Да и какой теперь смысл биться в истерике головой об стену, все равно ничего не изменить. Нужно устраиваться на новом месте в новом теле. Разработать стратегию и тактику…
«Интересно только, тот пацан в свою очередь попал в мое тело? – подумал он. – Я не чувствую не то что сопротивления, но даже чужого присутствия. Вытеснил? Поглотил? Просто занял пустую оболочку? Или все же реально произошел обмен телами? Если так, то ему можно разве что посочувствовать, так как ему будет сложнее. В дурку запрут…»
– Впрочем, не о том думаю… о себе любимом нужно размышлять. Нужно срочно понять, кто я теперь такой. Хорошо бы получить знания этого тела, особенно язык. Без языка мне точно труба. Разве что амнезию разыграть и заново все учить, но как-то в лом. Лучше получить все и сразу. Вот только как получить знания? Пока к чужой базе данных у меня доступа нет. И хорошо бы чтобы она не самоликвидировалась… Хм-м, воспользуемся методикой всех попаданцев и очистив разум, заглянем в себя… что бы это ни значило.
Глубоко вздохнув, Святослав окончательно успокоился и задал себе вопрос:
– Как меня звать?..
Ответа не было.
– Ну же! Вспоминай башка!!!
Внезапно взбесился Русов и со всей силы ударил себя в правый висок кулаком.
Удар получился реально мощным, аж в глазах помутилось, чуть себя не нокаутировал. Но это дало нужный результат. В следующий момент, словно прорвав какую-то дамбу, на Святослава обрушился поток воспоминаний, до которых он так жаждал добраться.
– А-а-а!!!
2На дикий крик Святослава в помещение, оказавшимся полуземлянкой, с мечом в руке ворвался зверовато-бандитского вида мужик в кольчуге, неопределенного возраста – от пятидесяти до шестидесяти с лишним лет. Коренастый, среднего роста, с затейливо заплетенными в косы длинными светло-русыми волосами и аккуратной бородкой.
Русов перестал орать, лишь держал голову обеими руками, словно удерживая ее от распада на составные части. Она и впрямь раскалывалась от боли. К счастью спазм быстро проходил.
– Очнулся, князь! – с явной радостью в голосе воскликнул мужик.
Впрочем, мужиком его называть не стоило даже в мыслях – оскорбление смертельное. Вон какой весь татуированный… Затейливый орнамент украшал лицо воина.
Вслед за ним в помещение влетело еще несколько воинов с оружием: ножами и топорами, и их лица так же озарили радостные улыбки.
Оно и понятно, случись, что с князем и им несдобровать. Мать князя – княгиня Ольга, женщина крутого нрава и весьма мстительная особа несмотря на то, что приняла христианство, которое вообще-то проповедует любовь к ближнему, милосердие и всепрощение. Но древляне могут много рассказать о том, как она прощает – прощает потом возвращается и снова прощает. И так четыре раза прощала пока прощать стало некого… хотя в данном случае ее извиняет тот факт, что на момент мести она еще являлась язычницей. Но природу не изменить и случись что с ее сыночком лучше сразу самим повеситься, милосердия не будет.
– Как ты княже? – радостное выражение татуированного блондина сменилось озабоченным.
Он подошел поближе и присел рядом на корточки.
– Нормально… Свенельд. Могло быть и хуже… – добавил Святослав уже своим мыслям.
Русов получил доступ к памяти тела, а оно ему досталось непростое, а можно даже сказать мажористое – княжеское.
«Даже перестраиваться на новое имя не придется – полный тезка, разве что фамилия другая», – порадовался Русов.
Да, теперь он Святослав Игоревич из рода Рюрика. Ему шестнадцать лет и сейчас он княжит в Новгороде. Его знаменитая мать – княгиня Ольга твердой рукой правит в Киеве, а чтобы не мешался, спровадила сыночка на севера. Ну и Новгород вотчина Рюриков как-никак, присмотр нужен за этими торгашами плотный. Варяги-викинги опять же в любой момент нагрянуть могут…
Свенельд, что с озабоченным видом сидит перед ним – его дядька из тех самых варягов, и одновременно сотник княжеской дружины, точнее воевода всей новгородской дружины насчитывающей три сотни человек.
Узнал он и остальных воинов – десятники служивших еще его отцу князю Игорю, но явно не те, что пошли грабить древлян повторно, тех всех покрошили вместе с потерявшим от алчности берега князем. Тоже все варяги. Это среди простых воинов только-только стали появляться местные.
«Мн-да, в непростое время я попал, – с тоской подумал Святослав. – Хотя, когда оно в истории России было простым? Какое время ни возьми – жопа. Но все лучше чем в сорок первый…»
Русов попытался вспомнить все что знал об этом времени, а конкретно о делах реципиента, ведь учили же в школе, книги какие-то читал, по телевизору что-то смотрел… Но все равно выходило очень немного. Например, что князь Святослав прославился своим кличем: «Иду на вы». Всегда предупреждая врагов о своем приходе.
Глупость? Проявление варварской чести? Выпендреж? Или же тонкий расчет – военная хитрость, лишь прикрытая понятием чести, как ее сейчас понимают?
Неизвестно. Святослав еще никому не бросал этого предупреждения.
Что еще?
Много воевал и в целом довольно успешно. Шутка ли, окончательно раздавить Хазарский каганат! Булгар с болгарами нагнул. И даже с ромеями не без успеха схлестнулся… Хотя в конечном счете вроде огреб от них по полной.
«А потом мне-ему какие-то кочевники снесут черепушку и сделают из нее кубок», – вспомнил самый яркий и печальный момент из биографии реципиента Русов.
Его аж передернуло.
«Ну уж нет, этого результата мы попытаемся избежать», – пообещал он себе.
Что до его болезненного состояния, а ему явно досталось, если судить по тому, что его тело намазано неприятно пахнущим составом и обмотано тряпками, что по видимому должны были играть роль бинтов, но тут имелся провал в памяти.
«Так, я, то есть князь, участвовал в очередном обряде подношения даров и жертв богам, – начал новый этап воспоминаний Святослав, – и… он-я оказываюсь в этой полуземлянке… со следами ожогов».
– Что случилось, Свенельд?
– Тебя поразил Перун… – с благоговением и даже опаской ответил он.
«Бог-громовержец и метатель молний, покровитель воинов, – вспомнил Святослав. – Отсюда и ожоги. Как только не убило?!»
Впрочем, почему он выжил Русов понял сразу. Ударило его молнией в шлем, дальше по кольчужной защите шеи электрическая энергия стекла на кольчужную рубаху, а с нее через меч в землю. Поскольку кольчуга по летнему времени была накинута на очень тонкий чисто символический поддоспешник, то его прожгло, отсюда и ожоги.
«Вопрос в том, как это будут трактовать волхвы?!» – обеспокоился он.
Беспокоиться есть о чем. Сей случай можно трактовать двояко в зависимости от того, что волхвам будет выгоднее получить.
С одной стороны вроде как сам бог отметил князя, живой ведь. А с другой – проявил неудовольствие, сразил ведь. В последнем случае если волхвы решат, что им это по каким-то причинам выгодно, могут захотеть принести в жертву.
«И мамашу мою не убоятся, – подумалось ему. – А может как раз до сих пор не пустили в расход из-за того, что опасаются все же ее реакции. С другой стороны могут решиться на мою ликвидацию именно как сына христианки, опасаясь, что я тоже приму христианство и начну насаждать новую религию, а значит всячески их ущемлять и тут такой подарок в виде удара молнии и сей знак для людей можно вывернуть как захочется».
– Что по этому поводу говорят волхвы? – с напряжением в голосе спросил Русов.
– Они ничего не говорят… наверное ждут, когда ты очнешься.
– Понятно. Долго я валяюсь?
– Третий день…
– С этого момента ничего не есть и не пить. Разве что если сами воды наберете и что-то из своих запасов приготовите.
Свенельд, сверкнув глазами, понятливо кивнул. Не дурак, все понял правильно.
Святослав отстраненно подумал, что по-хорошему вообще стоило бы всех этих торговцев религиозным опиумом на ноль помножить, но не был уверен, что дружинники справятся. Все-таки волхвы Перуна дядьки не простые, в служители покровителю воинов шли воины. Да и не уверен он был, что дружинники выполнят его приказ, забоявшись божественного гнева, тем более, что он о себе только что так явственно напомнил.