Александр и Симеона

– Как отец понял, что Айра открыла Диасу истинное положение своих баз? Скорее всего он узнал о некоторых из них во время наступления и увидев их на планшете Армандо, обо всем догадался. Да, это единственное объяснение.

Александр переключил карту на дату, которую указал его отец в своих записях и начал делать на ней пометки маркером.

В этот момент, в кабинет вошел маленький лысый майор в сопровождении Михельсона.

– Вы хотели меня видеть? – спросил майор.

– Да, мне нужно кое-что с вами обсудить.

Майор Красс руководил практически всеми операциями, которые проводились специальными силами разведки. Он первый получал самую свежую информацию и умел отсечь все непроверенные факты и домыслы перед тем, как докладывать ее кому-то из руководства. Чаще всего это был полковник Сурдинов. Александр очень ценил этого спокойного и немногословного человека, способного запоминать огромные объёмы информации и грамотно их структурировать. Именно с этим человеком, Сурдинов и решил обсудить свои мысли. Когда майор зашел в кабинет, Александр уже обвел кружками на карте некоторые места. Причем одни из этих кружков были зеленые, а другие синие.

– Скажите Красс вы ведь принимали непосредственное участие в планировании операции «Укус змеи», которая должна начаться через четыре дня.

– Да, я разработал основную концепцию. Если у вас есть замечания, то мне очень хотелось бы их услышать – несколько смущенно произнес Красс.

Эта операция была ответом на непонятные действия Айры, которые произошли на северном фронте. Бойцы разведотряда, проводившего рейд по тылам противника, зашли на базу Айры и к своему удивлению обнаружили лишь несколько неисправных дронов и большое количество разного вооружения и взрывчатки. Похоже именно туда свозились захваченные у людей трофеи. Эти находки сильно воодушевили командование объединённой армии, и они даже предприняли незапланированное наступление в районе этой базы, силами двух моторизированных бригад. Операция прошла успешно. Противнику был нанесен существенный урон, а территория, перешедшая под контроль людей, исчислялась сотнями квадратных километров. Впрочем, какой-то большой эйфории в ставке командования эта победа не вызвала. Те силы Айры, которые противостояли людям были явно ниже, чем должны были быть по оценкам разведки. Это могло означать, что Айра отвела часть своей техники, вглубь контролируемой ей территории. Сделала она это либо для перегруппировки, либо для контрнаступления. После долгого и довольно эмоционального совещания, командование приняло решение отступить на старую линию фронта, где уже были подготовлены оборонительные позиции и укрепления. Строить их еще раз не было ни сил, ни времени. В штабе ломали голову над причинами столь странных действий Айры и ответ не заставил себя ждать. Она нанесла мощный удар и совсем не там, где этого ждали. Первоначальное предположение, что это её разведчики не оправдалось. Айре удалось продвинуться далеко вглубь позиций людей, нанося им серьезный урон. По нескольким базам людей были нанесены удары не только дронами и тяжелой техникой, но и ракетами, которые вывели из строя все средства связи. Часть гарнизона одной из баз сумела пробиться к дороге и воспользовавшись темнотой вырвалась из ловушки. До своих сумели добраться только четверо. Они и рассказали, какая техника была задействована при нападении и сколько ее было. Конечно достоверной информации о резервах Айры у командования не было, поскольку получать разведданные с подконтрольных ей территорий, становилось всё труднее. А чаще всего – невозможно. Однако аналитики штаба старались просчитать силы и возможности врага. Исходя из этих расчетов получалось, что Айра испытывала серьезный дефицит в наземной тяжелой технике и ракетах большой дальности. Теперь же стало ясно, что она сумела накопить серьёзный резерв и готова к наступательным действиям. Очень многое зависело от того, где она их проведет. Тогда и появился план операции «Укус змеи» целью которой было уничтожение аэродромов с тяжелыми дронами. Таким образом командование предполагало не допустить масштабного наступления Айры. Местоположения баз были получены случайно в результате ошибки работы её систем защиты. Так как Айра не могла быстро перенести места базирования тяжелых дронов, у людей появилась реальная возможность их уничтожить. Если, конечно, действовать быстро.

– Простите майор, я вовсе не хотел каким-либо образом вас критиковать, просто сейчас стали известны некоторые факты, которые могут повлиять на успех операции. Поэтому вы здесь – произнес Александр с серьезным видом.

– Да полковник, я вас слушаю.

– Что вы скажите, если выяснится, что расположение баз Айры на этом участке стало нам известно не в силу счастливой случайности, а потому что она сама решила их нам показать? – спросил Сурдинов, глядя на карту.

Красс покрылся пятнами и его глаза расширились. Он очевидно уже пробежался в уме по своему плану и понял к чему клонит полковник.

– Скажу, что если это так, то смысла проводить нашу операцию нет и ее нужно отменять.

– Это и так понятно, но зачем ей это делать?

– Очевидно вы уже ответили на этот вопрос и хотели бы сравнить его с моим – откашлявшись произнёс Красс.

– Просто скажите, какие у вас мысли на этот счет.

– Мне трудно залезть в ее искусственный мозг, но со своей человеческой точки зрения, могу предположить, что, либо нас там ждет ловушка. Либо на этих базах уже никого и ничего нет, но она хочет, чтобы мы растянули свои силы и не могли их быстро перебросить на другие участки.

– И к какому из этих вариантов вы больше склоняетесь? – гнул свою линию Сурдинов.

– Скорее ко второму. У меня был доклад от командира одного разведотряда, который почти дошел до её базы Олавсверн в Норвегии. Это одна из баз, на которую мы планируем напасть. Так вот он говорил, что там нет вообще никакой техники. Откровенно говоря, я не поверил и решил, что просто Айра хорошо замаскировала там свои дроны. Однако теперь думаю, что он мог быть прав. Скажите, эта информация из надежных источников?

– Раз я говорю с вами, то всё очень серьезно и да, отвечая на ваш вопрос, источник надежный. Вы помните Армандо Диаса?

– Да, это человек – легенда. Многие всё еще верят, что он жив – повеселев произнес Красс.

– Ну так вот, он понял, что Айра сама дала ему возможность подсоединиться к ее сети. А понял он это, когда на его планшете сама собой изменилась вся картина. Она давала ему возможность побеждать до поры, а потом подсунула ложные базы, вместо настоящих. И поступила она так не только с ним. В результате мы проиграли афганскую операцию, но решили, что всё это случайность.

– Откуда вы это знаете?

– Мой отец нашел последнюю стоянку Диаса и его планшет.

– А его самого?

– И его тоже.

– Значит, он всё-таки погиб?

– Да, но не стоит об этом распространяться. Это убьет легенду о нем. Пусть она живет, хотя бы до конца войны.

– Да, вы правы.

– Но сейчас не об этом. Как мы с вами понимаем, никакого доступа к сети у нас на самом деле нет и Айра показывает нам то, что хочет и когда хочет. Теперь вы знаете тоже что и я. Так какое решение нужно принять, майор?

– Нужно остановить операцию, иначе мы потеряем полторы тысячи наших воинов, и большое количество техники. Если кратко: это будет катастрофа.

– Я рад, что мы пришли к одному и тому же мнению – сказал Сурдинов и подойдя к стоявшему на столе телефону вызвал капитана Михельсона.

– Организуйте экстренное совещание, через час – сказал он.

– Кого позвать? – спросил, как всегда дотошный Леви.

Помимо присутствующего майора Красса, Александр позвал командующего объединённой группировкой генерал-лейтенанта Эверта, и нескольких других высших офицеров, занимавших ключевые посты в ставке.

Когда все собрались, полковник вкратце рассказал, о чем они говорили с Крассом.

После того как Сурдинов ответил на закономерно последовавшие вопросы и сомнения в его правоте почти исчезли, слово взял командующий специальными воздушными силами.

– Если мы отменим нашу операцию, то это не значит, что мы должны отказаться от планов захватить склады Айры. Эти операции планировались, как сопутствующие основной, но вполне могут быть реализованы самостоятельно.

Сурдинов немного помолчал, видимо ожидая еще каких-то замечаний или вопросов и произнес:

– Мы спланировали несколько операций, в которой задействован десант. Это значит, что они будут действовать автономно, по крайней мере в течении некоторого времени. Они готовы к встрече с любой техникой Айры, даже новой. А что, если им встретятся люди. Например, мирные жители, которым срочно потребуется помощь?

– Они готовы и к этому – твердо произнес командующий.

– А я бы не был так уверен.

– К чему вы ведете полковник? – спросил генерал Эверт.

Сурдинов достал из кармана дневник своего отца и подняв его в руке произнёс:

– Здесь есть один небольшой эпизод, который, впрочем, чрезвычайно важен. Краткое содержание этого фрагмента вы получили перед совещанием. Основная мысль заключается в том, что Айра активно начала искать возможности воздействовать на психику людей и подчинять их себе. Для этого она начала использовать специальные дроны и брать пленных. Те десантники, которых мы хотим послать на задание, готовы к тому что им могут встретиться отдельные люди, потерявшиеся в хаосе войны. Предположим, что это так. А если они встретят подразделение, у которого будет особое задание, идущее в разрез с задачей нашего отряда. Многое будет зависеть от того, какой информацией будут обладать эти незнакомцы. Они могут быть очень убедительны, знать такие факты, которые известны только узкому кругу в штабе и в конечном счете повлиять на действие отряда.

– Но это всё предположения. Фактов же нет – возразил Эверт.

– Отец в своем дневнике пришел к тому же выводу, который теперь известен нам всем. Айра сыграла с нами в игру, предоставив доступ к системе. Она делала это ровно до того момента, когда наши армии начали операцию. После этого подложила ложную карту, к которой дала доступ ограниченному числу военных. Диас был в их числе, но перед его концом, Айра зачем-то показала ему истинную картину. Он получил реальные позиции ее баз и понял, в какую западню мы все попали. Однако сообщить об этом, он уже никому не мог. Я размышлял, почему Айра раскрыла свои данные и нашел только одно объяснение. Похоже она уже не считает эту информацию важной.

– Почему?

– Я думаю она уже перешла к следующему этапу войны. Активные боевые действия достигли своего предела месяц назад и теперь это сплошная партизанщина. Так, как это происходит сейчас, мы можем воевать ещё долго, но её это не устраивает.

– Значит, мы что-то упустили? – спросил Эверт.

– Да и что-то очень важное. Из дневника моего отца я узнал, что у Айры появились новые дроны, которые пытаются воздействовать на людей психически и похоже им это удаётся. Нужно выяснить у передовых частей не замечали ли они такие дроны.

– Вы полагаете у Айры был доступ к закрытым техникам гипноза, внушения и чему-то подобному?

– После того, как ей дали карт-бланш с расшифровкой данных в пещере, у нее был доступ ко всему.

– Надо же было так облажаться. Это всё проклятая корпорация и политики, которые стояли за ней – прогнусавил пожилой генерал, до этого не вступавший в разговор.

– Перестаньте, корпорации уже нет, и тех политиков в большинстве своем тоже. Я думаю, во втором этапе, Айра может задействовать киборгов – горячо произнес Александр.

– Послушайте полковник, при всем моем к вам уважении, этот вопрос уже обсуждался, и мы решили, что она не станет их создавать. Это затратно в плане ресурсов и долго, а на поле боя они не смогут создать серьезного преимущества – сказал пожилой генерал.

Говоря о киборгах генерал немного слукавил. Айра уже полгода, как выпускала на своих заводах андроидов. Впрочем, она не пыталась сделать своих роботов слишком похожими на людей. Ей нужны были машины способные управлять человеческой военной техникой и стрелять из их оружия. Хотя её андроиды были сделаны и не без некоторой эстетики, однако наличие всяких уродств вызывало у людей лишь ненависть и омерзение. Нередко можно было увидеть андроида с одним глазом или тремя пальцами на руках, а иногда они имели вместо головы просто сферу со светящимися сенсорами по центру вместо глаз. Эти считались самыми опасными, так как передвигались значительно быстрее, чем их собратья и практически сразу обнаруживали поставленные на них ловушки и мины. Военное командование людей не располагало данными о численности андроидов. Но логично было предположить, что оно зависело от той техники, оружия и боеприпасов, которую Айра могла заполучить. Исходя из этого военные аналитики предположили, что андроидов не более десяти тысяч. Конечно, после Афганской катастрофы запасы трофеев Айры увеличились и количество человекоподобных роботов могло возрасти до трех-четырех десятков тысяч. Однако, поскольку линия фронта растянулась уже более чем на двенадцать тысяч километров, то существенной роли в войне они сыграть не могли. Тем не менее сам факт использования Айрой захваченного вооружения, которое чаще всего требовало ремонта и не могло быть сразу использовано, говорил о многом. Очевидно, она достигла какого-то предела восполнения ресурсов и ей нужно было придумать что-то, чтобы компенсировать свои потери.

Александр прошелся вдоль карты, и убедившись, что все смотрят на него, предложил:

– А я не говорю о роботах похожих на людей, я говорю о людях, которых Айра может превратить в роботов, а потом использовать в своих целях. В дневнике моего отца был описан и еще один эпизод. Падальщики взяли в плен солдата, но отпустили, видимо желая посмотреть кинутся ли его спасать. Такого раньше не случалось. Нужно обратить внимание и ещё на один факт. Количество пропавших без вести за последние месяцы увеличилось кратно. Майор Красс докладывал об этом.

– То есть вы предполагаете, что она похищает людей, чтобы их так сказать, перепрограммировать?

– Да, но она будет не только использовать методики внушения, она будет внедрять в их головы и тела чипы.

– Смелое заявление полковник. Изменить мышление человека с помощью чипа – это фантастика, я не верю в это – сказал генерал Моррисон, которого в ставке уважали, и с его мнением считались.

– С помощью чипа можно контролировать человека, а с помощью внушения и возможно пыток, менять его поведение. Вернувшийся из плена военный может взорвать штаб, сообщить Айре координаты нужных ей целей и наконец вести двойную игру с нами. Если ей удастся поставить такую процедуру на поток, нам не справиться – спокойно ответил Сурдинов.

– То, что вы сейчас сказали уже больше похоже на правду, хотя мне по-прежнему не верится – произнёс Моррисон, уже менее категоричным тоном.

– Как думаете, мы можем помещать в карантин всех, кто приходит к нам через линию фронта? – спросил генерал Эверт, обращаясь ко всем собравшимся.

– Это исключено, мы не успеваем строить госпитали, а вы хотите отвлечь людей на строительство лагерей – снова прогнусавил пожилой генерал.

Александр заметил замешательство на лицах некоторых офицеров и решил пойти ва-банк.

– Простите, я понимаю ваше негодование, но это простое рассуждение. Хорошо, тогда можно хотя бы попробовать отследить солдат и офицеров, которые возвращались в свои части через неделю или больше, а потом их изолировать на какой-то срок. Пока мы не выясним всё.

– Это я думаю реально – произнес Моррисон.

– Я не согласен – произнёс пожилой генерал – то, что вы говорите – это ваши предположения. Я с большим уважением относился к вашему отцу, которого знал лично, но он лишь упомянул один эпизод в своем дневнике. На нем можно построить не только эту теорию, но и много других. На сколько хватит фантазии.

– Полковник, мне кажется, прав – вставил свое слово начальник разведки, генерал Марков.

– По крайней мере в одном. Айра переходит на новую тактику ведения войны, которая нам пока неизвестна. Это подтверждается многими фактами, которые указаны в секретном докладе моего ведомства. Я считаю, что проверить предположение Сурдинова необходимо. Однако отвлечь большое количество солдат с фронта просто потому, что они при отступлении отстали и пришли с опозданием считаю недопустимым. Возможно, эти бойцы были ранены и добирались до своего подразделения много времени или потеряли транспорт, и им пришлось идти пешком. В любом случае, нужно найти другой способ проверить вашу теорию.

– Я найду такой способ – резко ответил Александр.

– Вот и хорошо, через неделю жду от вас доклад. Или вы нам раздобудете реальные подтверждения своей теории или доложите о том, что Айра не способна использовать людей в этой войне. И вот еще что. Я попрошу вас соблюдать максимальную секретность в этой миссии. Те, кого вы привлечете к ней, не должны знать, в чем она состоит – произнёс Эверт.

– Я понимаю.

– Тогда совещание считаю закрытым.