По течению

Laura Pavlov

Into the Tide

Copyright © 2023 by Laura Pavlov All rights reserved.

© Белякова А., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

Посвящается всем, кому когда-либо казалось, что они не важны… ВЫ ВАЖНЫ!

Будьте смелыми.

Уверенными в себе.

Бесстрашными.

Не извиняйтесь за себя настоящего.

Потому что вы важны такими, какие есть.

Глава 1. Хью

Я плюхнулся на табурет бара «У Рейнольдса», который открыл несколько месяцев назад. Бизнес процветал, однако я почти не спал, управляя пабом и закусочной родителей, одновременно с этим занимаясь открытием собственного заведения. Я не ожидал, что загруженность будет такой же, как в первый день работы. Посему мне требовалась помощь из-за нехватки персонала.

Дверь распахнулась, и солнечный свет залил помещение, осветив мраморную столешницу бара и деревянный пол. Двое моих лучших друзей, Трэвис и Бракс, вошли, даже не захлопнув за собой дверь.

– Привет. Извини за опоздание. Я принес бутерброды. – Трэвис поднял пакет, направляясь ко мне.

– Спасибо, что прихватил их. – Поднявшись, я обогнул барную стойку, чтобы взять нам по напитку. – Будете пиво?

– С удовольствием. – Бракс пододвинул барный стул и сел. Парень никогда не отказывался от выпивки.

– А я пас. Мне скоро возвращаться на работу, так что ограничусь водой. Придурки на стройплощадке не в состоянии забить гвоздь, если я не стою у них над душой, – проворчал Трэвис.

Рассмеявшись, я протянул им напитки, а себе взял колу. Трэвис работал подрядчиком и отвечал за большинство строящихся зданий в городе. Он также несколько месяцев трудился над моим рестораном, парень просто не умел отдыхать. Однако при всем этом он был сварливым засранцем, и многие выводили его из себя. К счастью, нас с Браксом это обходило стороной, поскольку мы дружили с ним с самого детства.

– Может, ты просто чрезмерно всеми управляешь? – я вскинул бровь, разворачивая свой бутерброд.

– Поддерживаю. В отношении работы ты жутко назойливый. Ты уверен, что дело не в твоем помешательстве на контроле? – спросил Бракс с набитым ртом.

Бракс владел крупнейшей компанией по продаже недвижимости в Коттонвуд-Коув и куда непринужденней вел бизнес. Эти двое ко всему относились кардинально противоположно, а я находился где-то посередине.

– Пфф… я тебя умоляю. У меня нет выбора, потому что как только я отворачиваюсь, они начинают валять дурака. – Трэвис покачал головой, прежде чем, прищурившись, посмотреть на меня. – Ты выглядишь усталым. Наверняка ждешь того дня, когда Лайла начнет тебе помогать. – Младшая сестра Трэвиса возвращалась домой на несколько месяцев, потому согласилась поработать в моем баре.

– Ага. От тебя уже исходит Трэвящая аура, а я не в силах общаться с двумя помешанными на контроле людьми. – Бракс потянулся за пивом.

– Ты прав, дружище, я уже загибаюсь. Жду не дождусь, когда Лайла уже начнет помогать тут, хоть и временно. – Я откусил кусочек бутерброда из ржаного хлеба с индейкой и пожал плечами.

Трэвис внимательно посмотрел на меня.

– Этот бар – огромная ответственность, а в придачу к нему ты продолжаешь управлять «Бургерами и пивом» и «У Гэррити». Ты не можешь работать в трех местах одновременно, дружище. Так вдобавок еще думаешь о расширении бизнеса в городе? Тебе нужно понять, как со всем справляться. Лайла умная, так что, надеюсь, она сможет помочь тебе разобраться во всем и наладить рабочий процесс хотя бы на несколько месяцев.

Он был прав. Когда мой отец вышел на пенсию, я взял на себя управление семейными ресторанами, но после открытия собственного заведения выдохся.

– Не верю, что говорю это, но я согласен с Трэвисом. А ты знаешь, как тяжело мне с ним соглашаться, – сказал Бракс, указывая на Трэвиса. – Тебе правда нужна помощь, иначе ты перегоришь.

– Согласен. И хоть мне не хочется, чтобы кто-то чужой вел мой бизнес, я безусловно доверяю Снежке, – закончив жевать, я упомянул прозвище, которым называл Лайлу.

Все мои братья и сестры занимались своей карьерой, а младшая сестра Джорджия посещала занятия в летней школе, а в декабре заканчивала учебу. Поэтому я не собирался обременять никого из них работой.

– Не сомневаюсь, что она тебе поможет, а после ее ухода ты сможешь решить, нужно ли тебе привлекать больше людей на постоянную работу. Порядок-то она тебе точно наведет. – Трэвис потянулся за пакетом чипсов и открыл его.

– Если не считать работу, ты выглядишь чересчур напряженным, так что, смею предположить, у тебя также давно не было секса. – Бракс расхохотался. Слишком громко, как и всегда. Само собой, этого придурка забавляло то, что в этом плане у меня имелись проблемы. Два месяца я никуда не выбирался, так как спал каждую свободную минуту, хотя даже этого не хватало.

– Спасибо за напоминание, придурок.

– Ты бабник, дружище, поэтому без должного женского внимания становишься угрюмым. Не стыдись того, что нуждаешься в разрядке.

– Ох, ради всего святого, девушки на него и так постоянно вешаются. Вряд ли у него имеются проблемы с сексом. – Трэвис закатил глаза.

– Эй, может, я устал от интрижек. Я старею. К тому же не всем из нас повезло жениться на школьной подружке, – буркнул я, бросив взгляд на Трэвиса.

Тот кивнул с набитым ртом и потянулся за водой.

– Поплачь тут еще. Я же не Хью долбаный Рейнольдс, главный бабник Коттонвуд-Коув.

– Не скромничай, засранец. Тебе это не идет, – хмыкнул я.

– Я тебя умоляю. В этом засранце нет ни капли скромности. – Бракс ухмыльнулся. – До сих пор не могу понять, почему Шай согласилась выйти за тебя замуж и терпеть твои капризы… хотя дареному коню в зубы не смотрят.

– Я тоже, дружище, – вторил Трэвис.

– Она чудесная. Не облажайся. – Я потянулся за бутылкой и сделал глоток. Они недавно узнали о беременности Шай, и Трэвис до сих пор осмыслял тот факт, что скоро станет отцом. – Кстати, Снежка приходила вчера сюда с Делайлой, Слоан и Риной. Ты все еще недоволен тем, что она вернулась?

При упоминании решения его младшей сестры вернуться домой на несколько месяцев Трэвис напрягся. Поэтому я не стал упоминать, что при виде нее прошлой ночью у меня напрягся член. Она всегда выглядела прекрасно, однако четыре года назад, когда та уезжала из Коттонвуд-Коув, я смотрел на нее как на ребенка. Вот только Лайла, мать ее, Джеймс больше не ребенок. Она недавно окончила колледж и вернулась домой. Сколько себя помню, я всегда звал ее Белоснежной, поскольку та смотрела одноименный мультфильм большее число раз, чем положено ребенку. Вдобавок оно подходило ей благодаря темным волосам и миловидной внешности.

Трэвис безумно любил свою жену Шай, тем не менее все близкие ему люди знали, что Лайлу он любил больше. В детстве они прошли через много трудностей, и он заботился о ней всю жизнь. На протяжении многих лет мы втроем угрожали бесчисленному количеству парней, ради ее же блага. И когда она уехала в чикагский Северо-Западный университет по спортивной стипендии[1], Трэвис очень ею гордился. Но я знал, что ее отъезд дался ему тяжело, ведь они всегда были вдвоем против всего мира.

– Она отказалась оставаться у нас с Шай, дескать мы молодожены и ждем первенца, поэтому заслуживаем чертового уединения. Наш отец – ходячая катастрофа, но даже это не мешает Лайле хотеть его спасти. Она, черт возьми, слишком преданная. Слишком упрямая. И слишком хорошая, чтобы разбираться с его проблемами. Конечно, сейчас в ее жизни настали большие перемены, ведь она так долго участвовала в забегах и соревнованиях, а теперь этот этап завершился. И как бы сильно мне ни хотелось видеть ее дома, мне ни капли не хочется, чтобы отец втягивал ее в свои дела. Лайла заслуживает лучшего. Она заслуживает большего. – Трэвис покачал головой.

– Черт, Трэв, расслабься. Она уже взрослая. Говорю так, потому что столкнулся с ней вчера, когда зашел выпить пива с этим придурком, – заявил Бракс, приподняв бровь, глядя на меня, словно я того не помнил. – Она как раз уходила, и, черт возьми, твоя младшая сестренка выросла в прекрасную девушку. – Он присвистнул, зная, что это выведет Трэвиса из себя. С тех пор как Лайла уехала в университет, мы частенько пересекались с ней и каждый раз злили друга, говоря, какая она красивая.

– Да пошел ты! Не смотри на Лайлу в этом плане. Она еще юная. Далеко не взрослая. – Трэвис бросил на Бракса предупреждающий взгляд. – В прошлом году она проходила стажировку в большой крутой компании, и ей там предложили работу. Она очень умная, поэтому они согласились оставить за ней ту должность до начала сентября, чтобы она могла вернуться домой и убедиться, что с отцом все хорошо. Этот человек не собирается меняться, поэтому я не понимаю, почему она так норовит отложить свою жизнь.

Я понимал его желание защитить сестру, ведь у меня самого две сестры, которых мы с братьями оберегали. Однако у нас иная ситуация: нас воспитывали двое родителей, которые беспокоились обо всех нас. А вот у Лайлы помимо отца, который много лет назад бросил их, был только Трэвис.

– Позволь ей побыть здесь немного, провести время с тобой и Шай. Может, твой отец образумится, пока она здесь, и тогда Лайла со спокойной душой вернется в Чикаго. Там ее ждет работа, так что позволь ей отдохнуть пару месяцев.

– Боже, дружище. Я с тобой согласен. Эта девчонка всю жизнь работает не покладая рук. Не могу припомнить ни одного случая, когда бы я не видел ее на пробежке или тренировке. Благодаря этому она поступила в университет и проучилась там четыре года, не пропуская ни одного занятия и принимая участие в соревнованиях. Дай ей передохнуть. – Бракс покачал головой, а я усмехнулся, потому что этот парень редко логически рассуждал, однако эта речь была самой мудрой за последнее время.

– Лайла, кажется, рада вернуться домой. Она наверняка устала, – добавил я.

– Так и есть. И все же мне не нравится, что она живет в доме отца. Вокруг него, как обычно, вьются паршивые люди. Не хочется, чтобы она пересекалась с ними, понимаешь? – Трэвис скомкал бумагу, в которую был завернут его сэндвич, и положил ее на барную стойку.

Я понимал его беспокойство. Мы всегда заботились о ней, так как были старше нее на несколько лет. Более того, я знал, что временами она обижалась на то, что Трэвис, Бракс и я обращались с ней как с маленьким ребенком. Вот почему мне тоже не нравился тот факт, что она останется в доме своего отца.

– Ты ведь знаешь, что у меня есть небольшой домик, так что как только она придет сюда, чтобы поговорить о работе и своих обязанностях, я предложу ей пожить в нем. Джорджия планирует переехать в него после окончания учебы, но это случится только после возвращения Снежки в Чикаго. – Моя сестра Джорджия самая младшая из детей Рейнольдсов. Мы были довольно близки, и, после того как два года назад я купил этот обветшалый домик и полностью отремонтировал его, она сразу начала претендовать на отдельные апартаменты.

Трэвис кивнул с набитым ртом, расслабив плечи.

– Спасибо, дружище. Я твой должник.

– Стоит ли мне обидеться на то, что ты не попросил меня нанять ее? Нам в компанию всегда требуются люди, и я готов поспорить, что многие парни в Коттонвуд-Коув купили бы дома, если бы Лайла там работала, – сказал Бракс, озорно изогнув брови.

– Да иди ты, придурок! Ни за что. В отличие от тебя Хью не думает своим членом, так что не переступит черту.

Я расхохотался, когда Бракс вытаращил глаза, как будто его только что ударили по лицу.

– Хью тоже думает своим членом. Просто спроси Тори Хопкинс. На прошлой неделе она, пьяная, плакалась мне о том, как ты охмурил ее, а потом оставил в трудную минуту. – Бракс допил свое пиво.

Я покачал головой.

– Ты идиот. Зачем ты вообще с ней об этом говоришь? Мы встречались в старших классах, и, если помнишь, я застал ее под трибунами, когда та отсасывала Тони Рэндаллу. Так что она может выставлять все в каком пожелает свете, но я не оставлял ее в трудную минуту. Я оставил ее с членом Тони во рту. Не моя проблема, что спустя столько лет она все еще скучает по мне.

– И именно поэтому ни одному из вас, придурков, нельзя приближаться к Лайле. Впрочем, я хотя бы знаю, что Хью чертовски предан мне и никогда не совершит такую ошибку. А вот ты… не уверен, что ты не перейдешь черту.

– Иди к черту. Хоть когда-нибудь я переходил черту? – Бракс поднял руки, как будто его оскорбили до глубины души.

– Ты переспал с моей школьной подружкой, – напомнил ему Трэвис.

– У вас был перерыв в отношениях! – крикнул Бракс. – И не в обиду тебе, но Донну трахали все. У нее была довольно насыщенная личная жизнь.

– Хью не спал с ней, и если помнишь… то я тоже. – Трэвис попытался скрыть улыбку. Мы втроем постоянно шутили над этим. Донна водила его за нос в течение полутора лет, что являлось для подростка целой жизнью. Она утверждала, что бережет себя для мужа. А потом бросила Трэвиса и начала встречаться со всеми его знакомыми.

Кроме меня.

Поскольку такие отношения не для меня.

Я любил женщин и секс. Встречался со множеством девушек, однако предпочитал не заводить серьезные отношения. И до сих пор не нашел причину для них. К тому же я уважал кодекс братана и относился к нему довольно серьезно.

Бракс тоже. Он просто преувеличивал свои похождения.

– Ладно, мне пора возвращаться в офис. – Трэвис схватил смятую обертку и бросил ее в пакет, прежде чем вскочить на ноги, хлопнув меня по плечу. – Спасибо за помощь Лайле.

– Всегда рад помочь. Ты же знаешь, я сделаю для нее все что угодно.

Он отсалютовал мне и Браксу, прежде чем направиться к двери.

– Думаю, и мне стоит вернуться и убедиться, что все работают. Работы больше обычного, – сказал Бракс. – Ты точно уверен, что сможешь работать с Лайлой? – дразняще спросил он, и я сразу понял, на что он намекает.

– Конечно. Я знаю ее всю жизнь, вдобавок она сестра Трэвиса. Проблем не возникнет. В отличие от некоторых я способен контролировать свой член. – Я вскинул бровь, сурово глядя на друга. Я всегда относился к Лайле как к младшей сестре. Тем не менее, конечно, я не был слепым и видел, какой невероятно красивой она стала.

Но по сравнению с Браксом я знал, кто под запретом.

К тому же мне не нравилось, как он о ней отзывался.

– Да, да, да. Но, черт возьми, как же она похорошела, чувак! К тому же она умная и наладила свою жизнь. А это не так просто, как можно подумать, дружище. – Он ухмыльнулся, прежде чем похлопать меня по плечу. – Но я приду на помощь, чтобы вразумить тебя, когда ты начнешь колебаться.

– Этого никогда не случится. Иди работать, придурок.

Махнув рукой, он вышел за дверь.

Я усмехнулся тому факту, что Бракс волновался. Я всегда умел контролировать себя в присутствии женщин. Поддаваться импульсам не для меня.

Так что трудностей не возникнет.

Глава 2. Лайла

– Девочки, привет, – поприветствовала я, садясь за стол напротив трех моих лучших подруг, с которыми росла. Мы наконец-то стали достаточно взрослыми, чтобы пить в баре «У Гэррити», а вчера вечером отправились в бар «У Рейнольдса», так что с гордостью хвастались тем фактом, что нам всем уже по двадцать два и мы можем посещать любой бар в городе. Мы учились в разных университетах, но поддерживали связь и оставались такими же близкими подругами.

– Не могу поверить, что мы тусуемся вместе два дня подряд! – воскликнула Слоан, указывая на кружку пива, которую мне принесли. – Пей, подруга. Мы все пришли сюда пешком, так что можем себе позволить.

В заведении было довольно тихо, не так шумно и многолюдно, как прошлой ночью «У Рейнольдса». Вместе с нами здесь также сидела группа пожилых людей, все местные жители. Почти каждый остановил меня, чтобы поздороваться. Я обняла всех и ответила на сотню вопросов, которые мне задали.

Джей Ар, пожилой мужчина, которого я знала всю жизнь, пританцовывая, подошел к нашему столику. Он был незаурядной личностью, так что мне всегда нравилось с ним разговаривать. Мужчина часто говорил прямо, отчего, сам того не осознавая, обижал многих людей, с которыми разговаривал, тем не менее все в городе любили его за это.

– Вы только поглядите! Разве это не четыре самые красивые телочки, которых я когда-либо видел? – выпалил он, хлопнув ладонью по нашему столику. Джей Ар был высоким седовласым мужчиной с бородой и, сколько себя помню, каждый год выступал в роли городского Санта-Клауса на зимнем фестивале.

Дел застонала.

– Джей Ар, ты правда только что назвал нас коровами?

– Я назвал вас телочками. Лучшего комплимента для женщины не придумаешь, – заявил он, приподняв бровь, прежде чем подмигнуть мне, когда я улыбнулась ему. Пожалуй, ему нравилось выводить людей из себя.

– Кто тебе это сказал? Смею предположить, что какой-то мужчина в состоянии сильного алкогольного опьянения, – усмехнулась Рина.

– В мире нет ни одной женщины, для которой слово «корова» считалось бы высшим комплиментом. К счастью для тебя, нас не так-то легко обидеть, – подчеркнула Слоан, послав ему воздушный поцелуй, ведь мы обожали этого чудака.

– Что ж, хорошо. Потому что вы – мои любимицы, и я рад видеть эту красотку дома. – Он указал пальцем в мою сторону. – Будьте осторожны, дамы. Моя жена выглядит взбешенной. Думаю, она начинает ревновать, так что мне пора возвращаться.

Мы помахали на прощание и еще немного посмеялись над словом «телочки» после его ухода. Из динамиков зазвучала музыка семидесятых, и я замотала головой в такт «Y. M. C. A.»[2]. В «У Гэррити» всегда пахло чесноком и маслом. У них было ограниченное меню закусок и полный бар напитков.

– Нам нужно многое наверстать. – Рина подняла свой стакан и подождала, пока мы последуем за ней. – Давайте выпьем за воссоединение и за то, что Лайла наконец-то вернулась домой больше чем на полсекунды.

Я улыбнулась и чокнулась своим стаканом с их.

– Нелегко было справляться с кучей тренировок, соревнований и занятий. Последние четыре года я, по сути, просто выживала.

У меня также не было денег на билеты на самолет домой и поездки за пределы мест соревнований. Моим подругам никогда не приходилось беспокоиться о чем-то подобном, так что я старалась на это не жаловаться. За четыре года учебы в университете отец дважды приезжал навестить меня, чтобы отпраздновать Рождество вместе. А Трэвис приезжал минимум два раза в год, чтобы повидаться и посетить мои соревнования. Несколько раз он предлагал купить мне билеты домой, но зачастую предпочитал сам приезжать ко мне. Я знала, что он думал: мол, защищает меня от нашего отца, держа на расстоянии.

Но меня не нужно было защищать от родного отца.

Помимо Трэвиса только отец был моей единственной семьей, если не считать бабушек и дедушек, которые жили на другом конце страны и никогда особо не участвовали в нашей жизни.

– Я так рада, что смогла увидеть, как ты выигрываешь национальные соревнования! – просияла Дел.

С Делайлой Маккалистер мы дружим всю жизнь. Она, Слоан, Рина, Трэвис, Шай, Хью и Бракс болели за меня на национальных соревнованиях и присутствовали на финальных забегах. Мне бы хотелось, чтобы отец тоже присутствовал там, но я знала, что не стоит давить на Трэвиса из-за этого. Они не ладили уже долгое время.

Я знала, когда стоит поступать мудро.

В любом случае, отец смотрел мои соревнования по телевизору, как и большинство жителей Коттонвуд-Коув. Было невероятно приятно ощущать их поддержку на расстоянии.

– Я тоже. Не могу передать, как много значило для меня то, что вы все присутствовали там.

– Мы просто не могли пропустить твой последний забег. – Слоан улыбнулась, прежде чем сделать большой глоток пива.

– Я болтала с Паркером по фейстайму и закричала, когда ты появилась из-за последнего поворота, так что ему тоже пришлось наблюдать за тобой, – поведала Рина, упомянув своего парня, с которым теперь жила.

– Расскажи ей, что ты сделала. – Слоан прикрыла рот рукой, а я переводила взгляд с одной на другую, пытаясь понять, что же я упустила.

– Слоан Карпентер! Ты обещала, что никому не расскажешь! – Рина рассмеялась и покачала головой. – Что ж, возможно, тогда я настолько разволновалась, что наложила в штаны. Вы шли наравне. Ты нагнала ее прямо перед тем, как вы обе пересекли финишную черту.

Теперь мы все четверо смеялись, и я потянулась к ее руке.

– Кажется, я тоже наложила в штаны, когда мне пришлось пересекать финишную черту буквально всем телом.

– Ну, честно говоря… на прошлой неделе я и в самом деле наложила в штаны в машине, когда уезжала из кафе «Коттонвуд-Коув». Клянусь, миссис Ранитер что-то положила в свои макароны с сыром, потому что меня всю вывернуло. И я не шучу. – Слоан пожала плечами, как будто вела обычную светскую беседу.

За столом вновь раздался смех. Черт, я скучала по своим подругам. Скучала по дому.

– Она расспрашивала тебя о твоих половых связях? – спросила Делайла, успокоившись. – У этой женщины совсем нет чувства стыда. Она переходит все границы.

Лоретта Ранитер родилась и выросла в Коттонвуд-Коув. Ей было за шестьдесят, однако определить ее точный возраст было невозможно, поскольку она постоянно работала. Ее брови не менялись со дня нашей первой встречи еще в моем детстве, а невероятно пухлые губы всегда были накрашены в ее фирменный мандариновый цвет.

– О да! Она прямо спросила меня, со сколькими парнишками я встречалась. Конечно, она не назвала их парнишками. Она просто сказала: «Вы, детишки, нынче другие. Готова поспорить, кто-то сорвал твою вишенку в университете?» Простите, конечно, но кто вообще спрашивает о подобном? И с чего она взяла, что я не девственница? Я оскорблена по двум причинам: во-первых, тем, что она буквально назвала меня шлюхой; а во-вторых, тем, что она посчитала корректным спрашивать женщину о чем-то столь личном. Мне стало обидно за всех феминисток и девственниц на планете – только не обижайся, Лайла.

Я открыла рот и наклонилась вперед, чтобы прошептать:

– Говори тише. И я не совсем девственница, но спасибо, что указала на это. Ты ничем не лучше миссис Ранитер.

Слоан прижала руку к груди.

– ТЫ. НЕ. МОГЛА. А) мы лучшие подруги, и нам позволено спрашивать о подобном. И б) ты девственница, у тебя не было секса, что по определению делает тебя девственницей.

– Ну, она застряла на этапе поцелуев или петтинга? – спросила Рина.

– О боже. Пожалуйста, прекратите. – Я покачала головой, потянувшись за пивом. – Я не против секса. Не то чтобы я настаивала на браке или чем-то подобном. Просто мне ни с кем не хотелось им заниматься, понимаете?

– Тебе не нужно объясняться ни с нами, ни с миссис Ранитер, – сквозь смех произнесла Делайла. – Ты поймешь, когда придет время. Спешить некуда. К тому же, как по мне, Джереми тебе не подходил.

– Черт, у него хотя бы была приятная внешность. Только представь, какие бы у вас были дети – суперзвезды бега. – Слоан подняла руку и заказала нам еще по порции пива. Я оглядела бар в поисках Хью, но решила, что сегодня он работает в «У Рейнольдса». Марси Стивенс работала здесь на протяжении многих лет, так что, скорее всего, теперь она здесь вроде как главная.

– Джереми замечательный парень, и я правда старалась, чтобы у нас все получилось, но я просто не чувствовала влечения. Мы были больше друзьями. Возможно, со мной что-то не так. – Я пожала плечами. Оставаться в двадцать два года девственницей не входило в мои планы, но доверять кому-то давалось мне нелегко. Вдобавок я не считала тех нескольких парней, с которыми встречалась, теми самыми. Совсем иначе я представляла себе отношения. Если только я не была травмирована, что вполне возможно. Черт, никто бы этому не удивился. Я, конечно, изо всех сил старалась доказать всем, что это не так, но в итоге ни лучшие оценки, ни диплом государственного университета не изменили того, как большинство людей смотрели на меня.

Как в их глазах мелькала грусть во время разговора о моей маме.

Дочь пьяницы.

В Коттонвуд-Коув ходили разные сплетни о том, что к моему отцу много лет подряд приезжали сотрудники опеки.

Очевидно, мы с Трэвисом должны были стать неудачниками.

Но, как по мне, у нас обоих все получилось как нельзя лучше.

Если не считать девственность, от которой я уже отчаялась избавиться.

– С тобой все в порядке, – настаивала Делайла. Эта девушка всегда меня поддерживала. Лучшая подруга до самого конца. Она из тех людей, кто сохранит твой секрет, даже если от этого будет зависеть ее жизнь.

– Думаю, мысль о потере девственности слишком сильно давит на тебя. Тебе нужно завести интрижку. Без какого-либо давления и ожиданий. Ты смотришь на каждого парня так, словно он твой будущий муж. А надо смотреть на него просто как на обладателя члена, в данный момент важно только это. – Слоан так громко рассмеялась, что мы все уставились на нее.