Ошибка призыва. Истинная любовь императора драконов

Кровь на алтаре свернулась черными хлопьями.

Верховный маг Илларион с хрипом опустился на колени. Семьдесят послушников Ордена едва удерживали барьер. Их лица посерели, на висках пульсировали вздутые вены. Ритуал длился третьи сутки.

Империи требовалось оружие. Древняя сила, способная остановить Пожирателя Пламени на северных границах, пока армия несет потери. Илларион обещал достать из Бездны клинок Первых.

Рунический круг вспыхнул. Базальтовые плиты тронного зала пошли трещинами. В воздух взметнулась каменная крошка, оседая на моих сапогах.

Лорд Вейн тихо кашлянул за моей спиной. Члены Совета стояли в тени колонн, наблюдая. Они ждали провала. Каждая неудача приближала момент, когда аристократия попытается оспорить права моего рода на престол.

Рев магической энергии оборвался. Свечение в центре круга погасло.

Оружия не было.

На закопченных камнях сидела девчонка.

Она терла ушибленный локоть. На ней была странная одежда: грубая синяя ткань плотно облегала ноги, открывая щиколотки. Короткая белая рубашка без шнуровки. В руке она сжимала плоский темный прямоугольник.

Девчонка подняла голову. Оглядела своды зала, витражные окна, закованных в черную сталь гвардейцев и Иллариона, чья мантия пропиталась потом и кровью.

Она не упала ниц. Не закричала от ужаса.

Она подняла свой прямоугольник, провела по нему пальцем и нахмурилась.

— Очень смешно, — голос оказался звонким. Никакого питета. Никакой дрожи. — Где скрытые камеры? Макс, вылезай, я знаю, что это твоих рук дело.

Девчонка поднялась на ноги, отряхивая колени.

Я перевел взгляд на Верховного мага. Старик смотрел на центр круга так, словно там из пустоты соткался сам Пожиратель.

— Это... Истинный Клинок, Ваше Императорское Величество, — прохрипел Илларион.

— Это девка, Илларион.

Я сделал шаг к барьеру. За спиной зашушукались лорды. Вейн не скрывал кривой усмешки. Треть казны ушла на пыль драконьих костей и кровь мантикор ради того, чтобы вытащить из Бездны простолюдинку.

Тем временем девчонка подошла к краю рунического круга.

— Слушайте, декорации крутые. Косплей вообще отвал башки, — она постучала пальцем по своему прямоугольнику. — Но у меня связи нет, а смена в кофейне через час. Шутка затянулась. Открывайте дверь.

Слова звучали бессмысленно. "Косплей"? "Кофейня"? Никакой магии в ней не было. Хрупкая кость. Слабые мышцы. Она не переживет даже одного удара тренировочного меча.

Моя ладонь легла на эфес. Ошибка призыва обходится дорого. Ритуал провален, северные гарнизоны останутся без поддержки.

— В подземелье, — коротко приказал я гвардейцам. — Мага — под арест до решения Совета.

Двое солдат в тяжелой броне шагнули вперед.

Девчонка наконец поняла, что к ней идут не с дружескими намерениями. Она отступила на полшага, но подбородок вздернула высоко.

— Эй, полегче! Руки убрали, — она уперла руки в бока. — Вы кто такие вообще? Дайте мне телефон нормальный, я полицию вызову.

Гвардеец занес алебарду, чтобы отключить защитный барьер круга. Ни один человек без крови драконов не мог коснуться этой преграды — защитная магия обращала чужаков в пепел.

Девчонка не стала ждать. Она раздраженно выдохнула, и сама толкнула мерцающую стену барьера двумя руками.

Илларион дернулся, чтобы остановить ее, но не успел.

Вместо того чтобы вспыхнуть погребальным костром, барьер издал звук лопнувшего хрусталя. Защитная стена осыпалась искрами.

Но произошло то, что заставило замолчать даже лорда Вейна.

Древние руны контроля, выбитые на полу тысячу лет назад, отреагировали на ее прикосновение. Золотое свечение линий резко сменилось черным. Тьма потекла по камням, собираясь у ее ног, а затем метнулась вверх, впитываясь в ее кожу.

Девчонка охнула и выронила свой прямоугольник. На ее запястьях проступила вязь древнего языка. Того самого, на котором говорили Первые.

Она стерла тысячелетний щит голыми руками.

Мой меч покинул ножны с тихим стальным лязгом.

Звук обнажённой стали заставил гвардейцев замереть.

Девчонка наконец перестала тереть запястья. Она уставилась на лезвие, отражающее свет магических факелов. В её глазах впервые мелькнул настоящий, не скрытый сарказмом испуг.

— Эй, — она сделала шаг назад, споткнувшись о край разбитой плиты. — Положи это. Кто вам вообще разрешил таскать холодное оружие?

Я преодолел расстояние, между нами, за два шага.

Моя свободная рука сомкнулась на её запястье. Кожа оказалась тонкой, под ней бешено колотился пульс. Девчонка дёрнулась, пытаясь вырваться, но я держал крепко. Чёрная вязь рун впиталась в её плоть, оставив лишь лёгкий тёмный контур, словно клеймо. Знак Первых. Мёртвый язык, который не преподавали даже в столичной Академии.

— Пусти! — она ударила свободной рукой по моему предплечью. Врезалась костяшками в стальной наруч, зашипела сквозь зубы и отдёрнула кисть.

Лорд Вейн выступил из тени колонны.

— Ваше Величество. Это тёмная магия. Скверна. Северяне могли подменить формулу призыва.

— Северяне не знают языка Первых, Вейн.

Я не смотрел на лорда. Я смотрел на девчонку. Она тяжело дышала, с удивлением и злостью рассматривая покрасневшую кисть, которой только что пыталась ударить меня.

— Имя, — приказал я.

— Алиса, — выплюнула она, упрямо вскинув подбородок. — И если ты сейчас же меня не отпустишь, мой адвокат оставит вас без штанов вместе с вашей чёртовой реконструкцией.

Слова складывались в бессмыслицу. Никакого страха перед титулом. Никакого понимания, где она находится. Лишь нелепая попытка защититься угрозами из другого мира.

Я отпустил её руку. Она пошатнулась, едва удержавшись на ногах.

— В Северную башню. Третий уровень.

Гвардейцы шагнули к ней, на этот раз без оружия. Они взяли её за плечи, жёстко и профессионально. Алиса забилась в их хватке.

— Вы больные! Отпустите! Я ничего не подписывала!

Она кричала, пока её тащили к выходу из тронного зала. Тяжёлые дубовые двери захлопнулись, отрезая её голос.

В зале повисла тишина. Илларион всё ещё стоял на коленях в центре разрушенного круга, не смея поднять взгляд. Советники обменивались напряжёнными взглядами.

Ритуал провалился. Оружия нет. Пожиратель Пламени скоро прорвёт границу у Драконьего Хребта. А вместо древней силы Бездна выплюнула в мой тронный зал ненормальную девку со знаком Первых на коже.

— Ваше Величество, — голос Вейна звучал вкрадчиво. — Дозвольте дознавателям поработать с ней. Если это шпионка…

Слова лорда оборвались.

Базальтовые плиты под нашими ногами вздрогнули. Мелкая каменная крошка подпрыгнула в воздухе. Витражные окна протяжно зазвенели, готовые осыпаться внутрь зала.

Звук шёл снизу. Из глубоких пещер под фундаментом дворца. Низкий, вибрирующий гул, от которого закладывало уши.

Мои пальцы сжались на эфесе меча с такой силой, что металл перчатки скрипнул.

Чёрный дракон Эйтар, спавший в нижних ярусах последние сто лет, издал рык.

Он отвечал той, кого только что увели в Северную башню.

Вибрация ушла в базальт. Звон витражей стих так же внезапно, как и начался.

Советники попятились к дверям. Никто из них не вспомнил об этикете. Никто не хотел находиться в тронном зале, если Эйтар решит пробить свод нижних пещер. Черный дракон спал с тех пор, как мой дед завоевал Южные пределы. Его пробуждение означало только одно.

Я убрал меч в ножны. Щелчок стального замка прозвучал в повисшей тишине неестественно громко.

— Заседание Совета отменяется, — я посмотрел на Вейна.

Лорд был бледен. Тонкая струйка пота стекала по его виску, скрываясь за воротником расшитого камзола. Он не смел поднять на меня глаза.

— Ваше Величество, Эйтар... — начал он.

— Спит. И продолжит спать.

Я повернулся к Иллариону. Верховный маг так и стоял на коленях, сгорбившись, словно ожидал удара палача.

— В карцер, — приказал я гвардейцам. — Завтра решим, что делать с Орденом.

Я сошел с возвышения. Стража расступалась, опуская алебарды. Мне нужно было увидеть девчонку.

Коридоры Северной башни строились для политических преступников. Узкие проходы, голый сырой камень, антимагические кандалы, вмурованные в стены на уровне человеческого роста. Воздух здесь был тяжелым, спертым, лишенным малейшего намека на тепло.

Мои шаги эхом разносились по винтовой лестнице. Гвардейцы из личной охраны держались на почтительном расстоянии. Они знали: когда я молчу, лучше не привлекать к себе внимание.

Ритуал поглотил треть казны. Северные гарнизоны истекают кровью, сдерживая Пожирателя Пламени. Мне нужен был клинок. Оружие, способное рассекать магию Бездны.

Вместо этого я получил проблему.

Начальник стражи третьего уровня вытянулся по стойке смирно, пытаясь отдать рапорт, но я прошел мимо, даже не взглянув на него.

Железная дверь камеры лязгнула, поддаваясь повороту массивного ключа.

Я сделал знак стражникам остаться снаружи. Дверь закрылась за моей спиной.

Алиса сидела на узкой деревянной койке, подтянув колени к груди. В полумраке камеры, освещаемой лишь тусклым магическим кристаллом под потолком, ее лицо казалось бумажным. Услышав шаги, она вскинула голову.

Ее темный прямоугольник лежал на каменном полу. Экран разбился, покрывшись паутиной трещин.

— Остыла? — я остановился в центре камеры.

Она сглотнула, но взгляд не отвела. Ее руки дрожали, пальцы судорожно вцепились в грубую ткань штанов.

— Требую консула, — голос сорвался, но она заставила себя говорить тверже. — Мое похищение — это уголовное преступление. Вы не имеете права меня здесь держать. Это незаконно.

Она несла чушь. Бессмысленную, раздражающую чушь. Она до сих пор не понимала, где находится.

Я подошел ближе. Навис над ней, блокируя тусклый свет кристалла.

Алиса вжалась в холодную стену. Ее показная бравада дала трещину. Дыхание стало частым, прерывистым. Она смотрела на мой нагрудник, на тяжелые наплечники, на эфес меча.

— Твои права закончились в тот момент, когда ты оказалась в моем круге призыва.

Я оперся рукой о стену в дюйме от ее головы. Металл перчатки скрежетнул по камню.

Она попыталась отстраниться, но отступать было некуда. Между нами, не осталось свободного пространства. От нее исходил жар, пульсирующий, дикий. Не магический. Человеческий.

Я перехватил ее левое запястье. То самое, с рунами.

— Не трогай меня! — она забилась в моей хватке. Свободной рукой ударила меня в грудь.

Удар пришелся в черную сталь. Она коротко вскрикнула, отдернув ушибленные пальцы.

Я сжал ее запястье сильнее. Хрупкие кости хрустнули бы от малейшего усилия. Кожа под моими пальцами была ледяной от страха, но черная вязь древнего языка вдруг начала теплеть.

Линии Первых наливались багровым светом. Они резонировали. Отвечали на близость моей крови.

Алиса распахнула глаза. Взгляд метнулся от моего лица к ее собственной руке.

— Что это? — шепотом спросила она. Сарказм окончательно исчез. Остался только животный, первобытный ужас. — Что вы со мной сделали? У меня... оно горит.

Она попыталась вырвать руку, но я держал крепко. Багровое свечение становилось ярче, освещая наши лица в полумраке камеры. Магия Первых, спящая тысячелетиями, отзывалась на простую девку без капли благородной крови.

Я отпустил ее.

На бледной коже остались красные следы от моих пальцев. Свечение рун медленно погасло, снова превратившись в черные татуировки.

Она — не оружие. Она — угроза. Неконтролируемая аномалия. Совет уже сейчас ищет способ использовать ее против меня. Если лорды поймут, что девчонка как-то связана с драконами, Империя захлебнется в гражданской войне раньше, чем Пожиратель Пламени дойдет до столицы.

Снизу, сквозь толщу камня, снова донесся глухой гул. Пол под нашими ногами едва заметно завибрировал.

Эйтар не успокоился. Он ждал.

— Завтра на рассвете, — я отступил к двери, чеканя каждое слово, — ты отправишься в Храм Истины. Если жрецы подтвердят, что в тебе нет скверны, мы решим, что с тобой делать дальше.

Я взялся за железное кольцо двери.

Алиса вскочила с койки. Страх в ее глазах смешался с отчаянием.

— А если нет? — крикнула она мне в спину. — Сожжете на костре, как в Средневековье?

Я повернул голову. Посмотрел на ее тонкую шею, на вздымающуюся грудь, на сжатые в кулаки руки с древними рунами.

— Нет, — ровно ответил я. — Я скормлю тебя своему дракону.

Дверь захлопнулась, отрезая ее от внешнего мира. Замок дважды лязгнул.

Первая печать Бездны была сломана. И я собирался выяснить, почему.

Я оставил двоих гвардейцев у двери камеры с чётким приказом: никого не впускать. Даже членов Совета.

Шаги по винтовой лестнице отдавались гулким эхом. На выходе из Северной башни меня ждал Торн — командир личной тени Императора. Его тёмно-серый плащ сливался с каменной кладкой.

— Ваше Величество, — Торн склонил голову, но его взгляд остался цепким, фиксирующим каждую деталь.

— Что делают лорды?

— Вейн отправил трёх посыльных птиц в свои родовые земли. Илларион сидит в карцере и бормочет молитвы Первым. Остальные заперлись в своих покоях. Двор гудит. Слухи расползаются быстрее чумы. Говорят, вы призвали демона в женском обличье.

— Птиц Вейна сбить. Перья прислать ему за завтраком на серебряном блюде.

Торн коротко кивнул. Для него не существовало невыполнимых приказов.

— Усильте патрули на стенах, — добавил я, натягивая кожаные перчатки. — Пожиратель Пламени не станет ждать, пока мы разберёмся с политикой. Если до утра с севера не будет вестей от генерала Дариуса, готовьте драконью кавалерию к вылету.

— Слушаюсь. А что делать с… гостьей?

— Глаз не спускать. Еду проверять на яды.

Я развернулся и зашагал в сторону нижних ярусов.

Спуск в пещеры Эйтара занимал четыреста ступеней. Тёплый воздух, поднимающийся из недр скалы, с каждым шагом становился всё суше. Каменные стены покрывала копоть веков, а магические факелы здесь горели тусклым, синеватым светом, не способным разогнать густую тень.

Вибрация под сапогами усиливалась.

Эйтар не спал.

Я вышел на широкий базальтовый уступ, нависающий над кипящим подземным озером. Магма медленно пузырилась внизу, бросая багровые отсветы на гигантские своды пещеры.

В дальнем углу, там, где скала переходила в гладкое обсидиановое плато, ворочалась гора чёрной чешуи.

Эйтар был самым крупным драконом Империи. Его крылья могли закрыть небо над целым городом. Сейчас он скреб когтями каменный пол, оставляя борозды глубиной в человеческий рост. Звук крошащегося камня резал слух.

— Успокойся, — мой голос усиленный акустикой пещеры, разнёсся над магматическим озером.

Дракон резко замер. Огромная голова, увенчанная короной из шипов, повернулась в мою сторону. Жёлтые глаза с вертикальными зрачками сузились. Из ноздрей вырвался клуб сизого дыма.

Он не был моим питомцем. Драконы не подчиняются. Мы заключаем пакт крови, делим разум на двоих.

Эйтар подался вперёд. Его морда оказалась в метре от уступа. Горячее дыхание ударило мне в лицо, принося с собой жар раскалённых недр.

В моей голове вспыхнули образы. Чужие. Резкие.

Тонкие запястья. Чёрная вязь на коже. Пульсирующая кровь. Зов.

Дракон не просил. Он требовал.

— Нет, — я положил ладонь на горячую чешую между его ноздрями. — Она не добыча. И не пара. Она — неизвестность. Мы не тронем её, пока жрецы не дадут ответ.

Эйтар глухо зарычал. Вибрация передалась по моей руке, отдаваясь в плече. В его разуме билась странная, иррациональная потребность оказаться рядом с девчонкой. Не инстинкт охотника. Нечто более древнее, заложенное в крови рептилий до того, как первый Император надел корону.

Руны. Это всё чёртовы руны. Они резонируют с магией драконов.

Опасность.

Образ вспыхнул в моём сознании так ярко, что я инстинктивно отдёрнул руку. Эйтар распахнул пасть, издав короткий, предупреждающий клёкот.

Он показал мне Северную башню. Но не саму девчонку. Тень. Чужую, холодную тень, крадущуюся по каменным ступеням.

Лорд Вейн оказался быстрее, чем я думал.

Я развернулся и побежал.

Четыреста ступеней вверх. Мимо ошеломлённой стражи внутренних покоев. Через галерею предков, где портреты прошлых императоров провожали меня пустыми взглядами.

Если Вейн убьёт девчонку и выставит это как акт очищения дворца от скверны Бездны, Совет поддержит его. Аристократы получат рычаг давления на трон в самый разгар войны.

Я влетел на третий уровень Северной башни.

В коридоре было тихо. Слишком тихо.

Двое гвардейцев, которых я оставил у двери, лежали на полу. Их доспехи были не тронуты. Крови не было. Лишь неестественно вывернутые шеи говорили о том, что убийца действовал профессионально и бесшумно. Магия Тени. Наемники из Южных пустошей, которых лорды нанимали для грязной работы.

Массивная железная дверь камеры была приоткрыта.

Я выхватил кинжал из засапожных ножен — в узком пространстве длинный меч только помешает. Бесшумно скользнул к проёму.

Внутри камеры магический кристалл был разбит. Освещение давал лишь тусклый свет луны, пробивающийся сквозь узкое зарешеченное окно под потолком.

Убийца в чёрном обтягивающем костюме прижал Алису к каменной стене. Одна его рука зажимала ей рот, вторая приставила тонкий стилет к её горлу.

Она не сдавалась. Её пальцы впились в запястье наёмника. Ноги отчаянно пинали его в голень, но удары мягкой обуви не причиняли вреда.

Наёмник занёс кинжал для точного удара под ключицу.

Мой бросок был идеальным.

Стальное лезвие моего кинжала пробило шею убийцы с влажным хрустом. Наёмник булькнул, его хватка ослабла. Он осел на пол, выронив стилет, который со звоном отскочил от каменных плит.

Алиса рухнула на колени, судорожно хватая ртом воздух. Она вжалась спиной в стену, обхватив себя руками. Её трясло.

Я перешагнул через бьющееся в конвульсиях тело убийцы. Наступил сапогом на его руку, не давая дотянуться до запасного оружия, и резким движением выдернул свой кинжал. Кровь брызнула на серый камень. Наёмник затих.

В камере повисла тяжёлая тишина, нарушаемая только рваным дыханием девчонки.

Я стёр кровь с лезвия о чёрную ткань убитого. Убрал оружие в ножны.

— Вставай, — приказал я, глядя на неё сверху вниз.

Она не пошевелилась. Широко раскрытые глаза смотрели на труп. На тёмную лужу, медленно растекающуюся по полу. В её мире, откуда бы она ни пришла, смерть явно не была обыденностью.

— Я сказал, вставай.

— Вы... вы его убили, — её голос дрожал так сильно, что слова едва можно было разобрать.

— Если бы я этого не сделал, на полу лежала бы ты.

Я протянул руку, чтобы поднять её за плечо, но она резко отшатнулась, вжавшись в угол камеры с такой силой, словно хотела слиться с камнем.

— Не подходи! — выкрикнула она.

Её левая рука — та самая, со знаком Первых — случайно скользнула по камню, измазанному кровью наёмника.

То, что произошло дальше, заставило меня отступить на шаг.

Чужая кровь не осталась на её коже. Она начала впитываться в чёрную вязь рун. Символы вспыхнули ослепительным белым светом, выжигая мрак камеры.

Тело убитого наёмника дёрнулось. Тень, клубящаяся вокруг него, сорвалась с места, словно живая, и устремилась к Алисе, затягиваясь в светящиеся знаки на её запястье. Руны поглощали магию. Жрали её, как изголодавшийся зверь.

Алиса закричала. Не от боли, а от первобытного ужаса перед тем, что происходило с её собственным телом.

Свечение оборвалось так же резко, как и началось. В камере снова стало темно.

Девчонка сидела на полу, прижимая к груди пульсирующую руку. Обычная простолюдинка из неизвестного мира только что поглотила остаточную магию южного ассасина.

Мой план отвезти её в Храм Истины рухнул. Если жрецы увидят это, её казнят на месте. А вместе с ней — любого, кто попытается её защитить.

— Поднимайся, — мой голос стал тише, но в нём зазвучала сталь, не терпящая возражений. — Мы уходим отсюда. Сейчас.

Она подняла на меня глаза. В них больше не было ни сарказма, ни бравады. Только понимание того, что её жизнь висит на волоске, и этот волосок держу я.

Я шагнул к ней. Ухватил за плечо здоровой руки и рывком поставил на ноги.

Алиса охнула. Колени её не держали, она качнулась вперёд, упёршись ладонями в мою нагрудную пластину. Пальцы мазнули по холодному металлу.

— Идти можешь? — спросил я.

Она молча кивнула, не отрывая остекленевшего взгляда от убитого.

Времени на уговоры не было. Я снял с креплений свой форменный плащ. Тёмная тяжёлая ткань упала ей на плечи, скрывая нелепую одежду и запястья. Капюшон я накинул ей на голову сам.

— Ни звука, — приказал я. — Оступишься — тащить не стану.

Я вывел её в коридор. Обогнул тела мёртвых гвардейцев. Алиса запнулась о брошенную алебарду, но я вовремя перехватил её за локоть. Хватка оказалась слишком жёсткой, она коротко зашипела сквозь зубы, но промолчала.

Мы не пошли к главной лестнице. В конце крыла располагалась ниша со статуей Третьего Императора. Я нажал на скрытый рычаг под каменным сапогом предка. Стена бесшумно отъехала в сторону, открывая сырой, узкий лаз. Тайная сеть тоннелей дворца. О ней знал только правящий род и командир Теней.

Алиса попятилась.

— Там темно. Я туда не пойду.

— Пойдёшь.

— Вы меня убьёте там, где никто не найдёт? — её голос сорвался на шёпот.

— Если бы я хотел от тебя избавиться, я бы оставил тебя в камере с ним.

Я толкнул её в спину. Каменная плита закрылась, отрезая нас от тусклого лунного света.

Спускаться пришлось вслепую. Ступени старой лестницы крошились под сапогами. Алиса дышала тяжело, её плечо то и дело задевало моё бедро в тесноте прохода. От неё исходил ненормальный жар. Магия ассасина, которую сожрали её руны, требовала выхода. Девчонка была треснувшим сосудом, способным расколоться в любую секунду.

Воздух постепенно теплел. Сырость сменилась сухим, обжигающим сквозняком.

Когда мы вышли на базальтовый карниз, Алиса зажмурилась от резкого багрового света. Внизу глухо клокотало магматическое озеро. Я не дал ей времени опомниться. Потянул за собой, выводя на широкое обсидиановое плато.

Там нас ждал Эйтар.

Дракон поднял массивную голову. Корона шипов заскрежетала по скальному своду, высекая искры. Жёлтые вертикальные зрачки сфокусировались на маленькой фигурке в моём плаще. Из ноздрей вырвалась струя едкого пепла.

Алиса замерла. Её пальцы мёртвой хваткой вцепились в края капюшона. Она медленно запрокинула голову, разглядывая гору чёрной чешуи.

— Твою мать... — прошептала она одними губами. — Этого не может быть. Вы голограмма. Это какая-то проекция.

Она сделала неверный шаг назад, к краю пропасти. Ещё один — и её ждал полёт в кипящую лаву.

Я перехватил её поперёк талии. Прижал спиной к своей груди. Ткань её рубашки насквозь пропиталась холодным потом. Алиса забилась, пытаясь вырваться, но мои руки сомкнулись, как стальной капкан.

— Отпусти! Оно меня сожрёт!

— Захочет сожрать — я не успею помешать. Стой смирно.

Эйтар опустил морду. Дьявольский жар его дыхания ударил нам в лица. Дракон не смотрел на меня. Он изучал девчонку.

Её левая рука дёрнулась. Руны Первых снова налились светом, пробиваясь сквозь плотную ткань моего плаща.

В моём разуме раздался рокот.

Моё.

Слово принадлежало Эйтару. Но оно относилось не ко мне.

Совет попытается сместить меня на рассвете. Вейн уже ищет её труп, чтобы доказать мою неспособность защитить даже собственную тюрьму. Оставлять девчонку в столице — значит отдать козырь в руки врагов. Мои легионы проливают кровь на северных границах. У меня нет армии, чтобы зачистить двор от предателей прямо сейчас.

Значит, мы отправимся на север.

Эйтар расстелил по камням правое крыло, образуя пологий подъём к боевому седлу на загривке.

— Наверх, — я подтолкнул её к чешуйчатому скату.

Она упёрлась ногами в базальт.

— Я никуда не полечу на этой огромной ящерице!

Я не стал тратить время на приказы. Наклонился, подхватил её под бёдра и закинул на плечо. Алиса взвизгнула, ударила кулаками по моей спине. Её крик потонул в оглушительном рёве дракона, расправляющего крылья.

Скрытые створки в потолке пещеры со скрежетом поползли в стороны, открывая проход в ночное небо.

Ритуал Иллариона не дал мне клинка. Он дал мне нечто гораздо более опасное.

Оставалось лишь выяснить, почему древний дракон назвал простую девку своей. И как это использовать, чтобы не потерять Империю.

Глава 2. Укрощение тени