Будет жарко до утра

Andrea Laurence

The Baby Proposal

The Baby Proposal

© 2016 by Andrea Laurence

«Будет жарко до утра»

© «Центрполиграф», 2018

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2018

Глава 1

Началось шоу. Вдали слышался ритмичный барабанный бой. Два прожектора, один за другим, осветили сцену в центре открытого двора. С громкими возгласами и криками на сцену вышла танцевальная труппа «Мау Лоа Мауи».

Калани Бишоп наблюдал за шоу, стоя в темном углу двора. На лужайке его отеля расположились сотни гостей. Они, как и Калани, словно загипнотизированные, отслеживали красивые движения традиционных гавайских танцоров на сцене. Он не сомневался, что заполучил лучших танцоров на всем острове Мауи. В свой отель он не мог пригласить никого другого.

«Мау Лоа Мауи» была детищем Калани и его младшего брата Мано. Их семейный отель, первоначально называемый «Мау Лоа», располагался на пляже Вайкики на острове Оаху. Подрастая, они мечтали не только захватить весь Оаху, но и расширить сеть своих курортов на других островах. Сначала они построили курорт на острове Ка’анапали в Мауи. Калани влюбился в этот остров с первого взгляда. Он был не похож на Оаху, он был таким пышным и безмятежно красивым. Даже женщины там были чувственнее, по его мнению, как спелые плоды, ждущие, когда их сорвут.

Это был, без сомнения, красивейший отель на острове. Выражение лиц его дедушки и бабушки во время их первого приезда на курорт было достаточным доказательством того, что они одобрили его работу. Туристы конечно же были в восторге от курорта. После открытия курорта бронировать места на него приходилось за год. Отдых на этом острове стал сказочно прекрасным.

Отдых на гавайском курорте включал вечеринку луау с танцами. В «Мау Лоа Мауи» вечеринка проводилась трижды в неделю. Гостям, сидящим за низкими столиками вокруг сцены, подавали свинину калуа, пои, свежие ананасы, манговый рис и другие традиционные гавайские блюда.

Калани упорно трудился, создавая идеальную атмосферу для своего отеля. После заката широкую лужайку освещало пламя факелов. Огненные блики падали на лица танцоров и музыкантов, которые били в барабаны и пели.

Одна из танцовщиц вышла в центр. Калани улыбнулся, когда его лучший друг, Ланакила Хейл, привлекла внимание всех гостей на лужайке. Еще не начав танцевать, она очаровала зрителей своей традиционной гавайской красотой. У нее были длинные волнистые черные волосы, струящиеся по ее золотисто-коричневой коже. На ее голове был цветочный венок, цветами были украшены ее запястья и лодыжки. На ней были юбка из длинных зеленых листьев растения ти, через которую время от времени виднелись ее бедра, и ярко-желтый топ, облегающий полную грудь и открывающий взору живот.

Он не мог не восхищаться ее фигурой. У Ланы было удивительно красивое тело – результат многолетней танцевальной практики. Сейчас она специализируется на традиционном гавайском танце, но прежде обучалась танцам в Гавайском университете и хорошо разбирается практически в каждом стиле, включая балет, современный танец и хип-хоп.

Барабанный ритм ускорился, Лана двигалась стремительно. Ее бедра вращались и качались в такт барабанов, руки изящно двигались, рассказывая историю танца хула. Танец хула – не просто развлечение для туристов, а еще и древний способ рассказа о культуре. Лана выглядела потрясающе, даже лучше, чем в тот вечер, когда Калани впервые увидел ее танец в соседней Лахаине и решил сделать ее главным хореографом в своем новом отеле.

Лана была полна противоречий: спортсменка и настоящая леди, сильная и женственная, с жестким характером и чувственной фигурой. Он не представлял себе более совершенную женщину. Кроме того, она удивительная личность. Умная, сообразительная и талантливая и не боится ругать Калани, когда это требуется.

Он отвернулся и посмотрел на толпу, почувствовав, как его тело реагирует на прелести Ланы. Он не понимал, почему заставляет себя смотреть ее выступление, зная, к чему это приведет. С каждым ударом барабана и покачиванием ее бедер, он сильнее напрягался, а его сердце билось чаще.

Калани развязал галстук и сделал глубокий вдох.

Лана его лучший друг, но она, несомненно, привлекает его как женщина. Она соблазнит любого мужчину из плоти и крови. Но Калани не должен ею увлекаться. Потому что он не желает заводить семью. Он не может рисковать и брать запретный плод, потому что Лана захочет, чтобы он купил всю корзину с фруктами. Если он уступит своему желанию, это приведет к катастрофе, потому что Лана потребует большего. А он не сможет ей этого дать.

И тогда их дружбе придет конец.

Они должны оставаться просто друзьями. Жаль, что он не может убедить в этом свое тело. Они с Ланой дружат уже более трех лет, и Калани так и не поборол к ней желание. Чтобы контролировать себя, он вынужден время от времени принимать холодный душ.

К Лане присоединились другие танцовщицы. Потом на сцену вышли танцоры-мужчины, а дамы быстро ушли, чтобы переодеться для следующего танцевального номера.

– Тебе понравилось, босс? – послышался рядом с ним женский голос.

Калани не надо было поворачиваться, потому что он узнал низкий и чувственный голос Ланы. Он посмотрел налево и увидел ее. Как хореограф, она исполняла в шоу несколько танцев и замещала отсутствующую танцовщицу, но сама не участвовала в большинстве номеров.

– Понравились некоторые номера, – заметил он и внимательно на нее посмотрел. Честно говоря, единственный танцор, который действительно мог его заинтересовать, стоял рядом с ним. – Алек сегодня как не в своей тарелке.

Лана резко обернулась к сцене и прищурилась. Она критически оглядела мужчину-танцовщика.

– По-моему, у него похмелье. Я слышала, как он сегодня рассказывал одному танцовщику о бурной ночи в Пайе. Я поговорю с ним утром. Ему не следует развлекаться перед выступлением.

Это была одна из причин, почему Калани и Лана стали такими хорошими друзьями. Оба стремились к совершенству во всем, что они делали, Лана даже сильнее Калани. Он наслаждался своим успехом и умел отдыхать. Лана думала только о работе. Надо сказать, она очень упорно трудилась, чтобы вылезти из нищеты. Не каждому это удается.

Иногда ему нравилось указывать на ее недостатки, просто чтобы посмотреть, как она размышляет. Ее щеки краснели, ноздри раздувались, а грудь резко вздымалась.

– Все остальные выглядят великолепно, – прибавил он, чтобы успокоить ее. – Сегодня вы молодцы.

Лана скрестила руки на груди и толкнула плечо Калани плечом. Она была не слишком ласковой. Столкновение плечами и легкий удар кулаком в плечо были проявлением дружелюбия, если только она не была расстроена. Когда ее что-то беспокоило, она хотела, чтобы Калани ее обнял. Он с удовольствием обнимал ее, чтобы она успокоилась.

В остальном Лана была сдержанной. На самом деле он радовался тому, что она его танцовщица. Он видел, как она тренировалась на репетициях, стараясь добиться совершенства.

Он был абсолютно уверен: если он когда-нибудь распустит руки, Лана залепит ему пощечину. Большинство местных женщин, с которыми он встречался на Мауи, точно знали, кто он. Это означало, что они отлично понимали, чего он стоит. Они слетались к нему как мухи на мед и делали все, чтобы приблизиться к нему. Ему нравилось, что время от времени Лана заставляла его образумиться.

Сцена потемнела, наступила тишина. Когда снова включилось освещение, танцовщики ушли, а на сцене появились дамы в длинных травяных юбках, кокосовых бюстгальтерах и больших головных уборах. Калани не понимал, как женщинам удается так быстро двигаться в этих костюмах.

– Сегодня много гостей, – заметила Лана.

– На воскресных шоу всегда аншлаг. Всем известно, что здесь лучшие вечеринки на Мауи.

Кареглазая Лана посмотрела на него, потом взглянула на сцену. Калани надоело смотреть танцы, поэтому он сосредоточился на Лане. Легкий ветерок принес аромат цветов ее венка и сладкий запах ее лосьона на основе какао-масла. Он вдохнул, наслаждаясь запахами, вспоминая, как часто они с Ланой сидели на диване, поедали суши и смеялись.

Они проводили вместе много свободного времени. Калани периодически встречался с женщинами, а Лана бегала на свидания с мужчинами, но их отношения ни к чему серьезному не приводили. Он считал, что Лана совсем не разбирается в мужчинах. Она никогда не создаст хорошую семью, если будет встречаться с такими мужчинами. Семья Калани жила на Оаху. О семье Ланы лучше было вообще не упоминать. Иногда она ездила к своей сестре Меле и маленькой племяннице Акле, но всегда возвращалась на курорт в мрачном настроении.

Думая о семье и отдыхе, он кое-что вспомнил.

– У тебя есть планы на Рождество? – спросил он. До праздника оставалось меньше месяца, а время летело быстро.

– Считай, что нет, – ответила Лана. – Знаешь, здесь так много дел на Рождество. Мои музыканты разучивают какие-то рождественские песенки. Мы добавим новые праздничные танцы в луау на следующей неделе, а для этого нужны дополнительные репетиции. Я бы не позволила себе просить отпуск на время каникул. А ты?

Калани усмехнулся:

– Я буду здесь, конечно. Стану помогать гостям праздновать Рождество в этом тропическом раю вдали от их дома. Может быть, продолжим нашу праздничную традицию поедать суши в канун Рождества перед моим новым камином, где мы обмениваемся подарками?

Лана кивнула:

– Неплохая идея.

Калани почувствовал облегчение. Он не знал, что будет делать, если Лана встретит мужчину своей мечты. Если она влюбится и создаст семью вдали от Мау Лоа, а он останется один. Он привык, что она всегда рядом с ним.

Узнав, что его брат помолвлен, а его невеста ждет ребенка, Калани забеспокоился. Его брат Мано был полон решимости не строить серьезных отношений с женщинами, но Пейдж удалось вскружить ему голову. Калани сомневался, что с ним случится что-то подобное.

Но Лана заслуживала большего, чем суши в сочельник. Она заслужила семью. Он знал, что у нее было трудное детство. Создав собственную семью, она получит то, чего у нее никогда не было. Он должен будет справиться со своим одиночеством и ревностью, когда она уйдет.

Он оглянулся и заметил, что Лана прислонилась к стене. Она выглядела уставшей.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Да, – сказала она, внимательно глядя на сцену. – Сегодня был трудный день. Я иду в свой номер, чтобы переодеться. Поужинаем после шоу?

Калани кивнул в знак согласия. Он и не помнил, когда в последний раз что-то ел.

– Встретимся в баре через полчаса, – произнесла она. – Держи меня в курсе того, как проходит шоу.

– Обязательно.

Ланакила поднялась в свой номер в дальнем углу отеля. Это был ее дом, во всех смыслах этого слова. Недавно Калани достроил свой особняк на противоположном конце поля для гольфа на территории курорта. На строительство просторного дома с четырьмя спальнями, большой кухней для гурманов, гаражом на три автомобиля и тропическим оазисом с бассейном на заднем дворе ушло довольно много времени. До этого он жил в отеле.

Переехав в новый дом, Калани решил поселить Лану в своем номере люкс. Раньше у нее была небольшая однокомнатная квартира на побережье в Кахакулоа, но потом она оставила ее, продала всю мебель и переехала в отель. Она работала допоздна и слишком уставала, чтобы отправляться в долгую поездку домой.

Из ее номера открывался вид на океан. Отперев дверь своим ключом-карточкой, она проскользнула внутрь. Лана включила свет в маленькой кухне, а затем прошла через гостиную в спальню. Там она переоделась в обычную одежду.

Ей не нравилось бродить по отелю в танцевальном наряде. Так она чувствовала себя персонажем из гавайского парка развлечений. Кроме того, Калани нервничал, если она не была полностью одета. Он отводил взгляд и переминался с ноги на ногу, чего никогда не делал, пока она была в обычной одежде.

Лана предположила, что, если бы Калани расхаживал в мужском танцевальном костюме, ей тоже было бы неловко. Но по другой причине. На танцовщиках была коротенькая юбочка из листьев ти. Лана с трудом сосредотачивалась на словах Калани, даже когда он был в дизайнерском деловом костюме.

Калани Бишоп был самым удивительным мужчиной, которого она когда-либо видела. Она повидала на своем веку немало красивых танцовщиков, поэтому знала, о чем говорит. Но тосковать по Калани было все равно что тосковать по ручному тигру. Он был красивым. Если она обращалась с ним должным образом, он мог быть любящим компаньоном. Но он все равно останется диким. Тигра приручить невозможно. Хотя она любила рисковать, она понимала, что Калани ей не по зубам.

Надев джинсы и майку, она вернулась в гостиную и взяла телефон, оставленный в номере на время выступления. На экране было сообщение о пропущенном звонке и сообщениях голосовой почты из полицейского департамента Мауи. Ее душа ушла в пятки. Неужели снова?

У нее был проблемный отец, а ее старшая сестра Меле постоянно попадала в неприятности, поэтому звонки из полицейского участка были не редкостью.

Ее мать умерла, когда Лана была совсем малышкой. Ей говорили, что их отец был хорошим человеком, но после смерти жены полностью изменился. Стараясь пережить потерю и заботясь о двух маленьких дочерях, он пристрастился к выпивке. Он никогда не поднимал руку на Лану или Меле, но временами орал на весь дом. Он затевал драки в баре, за что сидел под арестом.

Лана старалась поступать правильно, чтобы порадовать отца. Поэтому она танцевала. Несмотря ни на что, ее отец был гордым гавайцем, который считал, что следует уважать их культуру. Лана начала заниматься танцами хулу в детстве и продолжала танцевать, учась в средней школе. Когда она танцевала, отец смотрел на нее с гордостью.

Меле любила веселиться, поэтому постоянно вляпывалась в неприятности. Она встречалась со всеми парнями подряд, за исключением туземцев-гавайцев, которых одобрил бы их отец. Когда она наконец начала встречаться с гавайцами, их отец успокоился. Но Туа Киу оказался преступником. Меле познакомилась с ним, когда он грабил туристов. Лана перестала навещать свою сестру, потому что Меле всегда была либо пьяной, либо под действием наркотиков.

В прошлом году Меле забеременела. Племянница Ланы, Акла, родилась здоровой, несмотря на пристрастия ее матери к наркотикам и алкоголю. Она была прекрасной и красивой малышкой, и Лана любила ее больше всех на свете. Она всегда хотела иметь собственную дочь. Иногда ей хотелось, чтобы девочка принадлежала ей, а не Меле.

Лана никогда не рассказывала Калани о своей сестре и ее криминальном образе жизни. Он знал об ее отце и о том, что ее сестра любит неприятности, но она скрывала от него аресты Меле. Ей было неловко говорить ему об этом. Она знала, что он поймет и не осудит ее за их действия, хотя он принадлежал к очень влиятельной и уважаемой семье. Лана пыталась притвориться, что у нее нормальная семья, но прошлое не оставляло ее в покое.

Лана избегала говорить на эту тему, потому что всегда надеялась, что Меле повзрослеет и станет ответственной, как и полагается старшей сестре. Однако до сих пор ее надежды на старшую сестру, на которую можно рассчитывать, а не следить за ней, не оправдались. Поэтому Лана полагалась на Калани, как на ответственного старшего брата. Она могла обратиться к нему за советом, и он помог бы ей.

Взглянув на экран телефона, Лана забеспокоилась, думая, что на этот раз решить проблему ей не поможет даже Калани. Наконец она набралась смелости, чтобы нажать кнопку на телефоне и прослушать сообщение.

– Лана, это Меле. Нас с Туа арестовали. Мне надо, чтобы ты вытащила нас отсюда. Нас подставили! – закричала она. – Подставили! – повторила она, скорее всего, полицейскому.

Сообщение закончилось. Лана вздохнула. Похоже, ей придется снова вносить залог за сестру. Но сначала она позвонит в полицейский участок. Ее сестра отправила сообщение несколько часов назад. Возможно, она уже не в участке.

Оператор коммутатора соединил ее с полицейским участком.

– Офицер Вуд слушает, – ответил мужчина через несколько секунд.

– Это Лана Хейл, – сказала она. – Мне позвонила сестра и попросила за ней приехать. Я хотела узнать, что произошло.

Офицер задумчиво вздохнул, прежде чем ответить.

– Да, вашу сестру и ее парня сегодня арестовали за хранение наркотиков с целью их распространения. По-видимому, они пытались продать героин какому-то полицейскому.

Лана сдержала стон. Дела обстоят хуже, чем она думала. Она не знала, что ее сестра переключилась с ЛСД на более тяжелые наркотики.

– Каков размер залога? – спросила она.

– На самом деле вас дезинформировали. Залог не принимается. Их продержат в участке до завтра. В понедельник утром мисс Хейл встретится с назначенным судом адвокатом, а потом предстанет перед судьей.

Плохо дело.

– А кто судья?

– Я думаю, назначат Кону.

На этот раз Лана простонала. Судья Кона был неподкупным, консервативным и жестким. Меле предстанет перед ним не в первый раз.

– А что будет с их дочерью? – Ее племяннице было всего шесть месяцев. Остается надеяться, что они оставили ее спать в кроватке, решив заработать несколько баксов.

– Ребенок был в машине и спал в своем автокресле, когда они проворачивали сделку с наркотиками. Девочку забрали представители службы опеки.

Лана запаниковала, хотя знала, что ее племянница в безопасности.

– Нет! – настаивала она. – Я возьму ее. Не надо отправлять ее к незнакомым людям.

– Я понимаю ваши чувства, – сказал офицер Вуд. – Но боюсь, вам придется подождать и просить судью о временной опеке, пока законные опекуны находятся в заключении. На это время ребенка отправят в приемную семью. Уверяю вас, за ним будут хорошо ухаживать. Возможно, лучше, чем это делали родители.

У Ланы подкосились ноги – она опустилась на диван. Когда офицер повесил трубку, она тупо уставилась на телефон.

Сейчас вечер воскресенья. Ей придется подождать до утра, чтобы связаться с адвокатом. Акла в любом случае проведет в приемной семье всю ночь.

Меле могут посадить в тюрьму на несколько месяцев или лет. Лана должна стать опекуном девочки.

Ей понадобится помощь. Лана не хотела этого делать, но знала, что должна обо всем рассказать Калани. Может быть, он знает адвоката, который вытащит Меле из-под ареста, или, по крайней мере, поможет Лане получить опеку над Аклой.

Поднявшись с дивана, она сунула телефон в задний карман и направилась в бар, чтобы встретиться с Калани. Только он поможет ей выбраться из этого бардака.

Глава 2

Калани сидел в кабинете своего адвоката на следующий день и пытался успокоиться. Он явился сюда из-за Ланы и Аклы. И ему было трудно держать язык за зубами.

Лана пришла вчера в бар, охваченная паникой. Он никогда не видел ее такой. Он усадил ее в кресло и заставил рассказать обо всем. До этого момента он не представлял, как много Лана скрывала от него о своей семье. Он знал, что ее отец создает ей большие проблемы, но выяснилось, что ее сестра еще хуже. При мысли о маленькой племяннице Ланы, которая находилась у незнакомцев, в его жилах забурлила кровь. Он видел девочку только один раз, когда Лана брала ее к себе на день. Малышка была очаровательна: с пухлыми щеками, длинными ресницами и беззубой улыбкой. Лана обожала этого ребенка, и теперь у Аклы проблемы.

Поэтому Калани позвонил своему адвокату, Декстеру Лиону, посреди ночи, и тот согласился встретиться с ним и Ланой в понедельник утром.

– Честно говоря, ситуация плачевная, – сказал Декстер.

– Что вы имеете в виду? – спросила Лана. Ее лицо раскраснелось, она с трудом сдерживала слезы.

– Я имею в виду судью Кону. Он непреклонен. Да, вам крайне необходимо получить опеку над своей племянницей. Но позвольте мне рассказать, почему он отверг ваше прошение. – Дек-стер посмотрел в свой блокнот. – Вы танцовщица. Вы живете в номере отеля. Вы работаете по вечерам. Вы не замужем. Каждый из указанных пунктов мешает вам стать опекуном, а если учитывать все вместе, то у вас точно нет никаких шансов.

Лана нахмурилась:

– Во-первых, я хореограф. Я живу в отеле для удобства, но я могу снять квартиру. Я не замужем, но я могу нанять няню на дневное время, пока я на работе.

– А вечером? – Декстер удивленно поднял брови. – Я просто играю роль адвоката дьявола. Судья Кона задаст вас те же самые вопросы, так что лучше быть к ним готовой.

– Я просто не понимаю, как Лану можно считать неподходящим опекуном, если настоящие родители ребенка наркодилеры. Даже если бы она была танцовщицей-цыганкой и жила в фургоне у реки, она подходила бы в опекуны больше, чем Меле и Туа. – Калани рассердился. Он не привык к тому, что ему отказывают. Декстер должен все исправить.

Адвокат поднял руки, сдаваясь:

– Я понял. Я подал документы на временное опекунство. Мы должны быть в суде в среду.

– Среда! – Лана была убита горем. Калани подумал, что, если бы его племянница жила у незнакомых людей, он не захотел бы, чтобы она провела с ними даже один час.

– В судебной практике не принято спешить. Нам повезло, что наше дело рассмотрят в среду. У вас появилось время, чтобы подготовиться: найти жилье, нанять няню, купить кроватку. Если у вас есть подходящий парень, выйдите за него замуж. Все это только поможет вам.

– Погоди-ка, – вмешался Калани, он больше не мог молчать. – По-твоему, она должна выйти замуж, чтобы получить опеку над ребенком?

– Это должен быть порядочный и серьезный мужчина.

Лана откинулась на спинку стула и закрыла голову руками:

– Все идет именно так, как я боялась.

Калани не нравилось видеть ее такой. Она выглядела полностью разбитой.

– Ты предложил хорошую идею, Декстер, но не у всех такие отношения, которые позволяют пожениться через день.

Декстер пожал плечами:

– Ладно. Я подумал, что это лучший выход. За тем вам надо подумать о жилье и няне. О хорошем жилье, а не о номере в отеле. – Он встал, обошел стол и прислонился к нему. – Я знаю, вам придется многое изменить в своей жизни ради временной опеки, но у вашей сестры и ее бойфренда большие проблемы. Вероятно, они не скоро выйдут из заключения. Через несколько недель жизнь с маленьким ребенком в тесной квартире сильно усложнится. У меня огромный дом, но, когда мы привезли нашего сына домой из роддома, нам с женой показалось, что мы очутились в маленькой картонной коробке. Повсюду царил хаос. Все усложнилось по крайней мере в десять раз.

Лана простонала:

– Вы пытаетесь отговорить меня от этого?

Декстер округлил глаза:

– Нет, конечно нет. Дети прекрасны. У нас их четверо. Я просто хочу сказать, что вы должны сделать все возможное, чтобы облегчить процедуру опеки. Я намерен выиграть дело в среду. Мне просто нужна ваша помощь, чтобы судья не мог мне отказать.

В дверь тихо постучали.

– Да? – резко сказал Декстер.

Его помощница просунула голову в кабинет:

– Извините, мистер Лион, но вам звонит мистер Паттерсон по второй линии, и он очень расстроен. Он согласен говорить только с вами. – Декстер посмотрел на Лану, затем на Калани. – Вы не возражаете, если я поговорю по телефону в другой комнате? Это займет всего минуту.

Калани кивнул, и Декстер выскочил за дверь со своей помощницей. Калани сердился и хмурился. Ему не нравилась нынешняя ситуация и определенно не нравился судья. Кто он такой, чтобы навязывать свою систему ценностей другим? Лана не должна менять свою жизнь. Она порядочный человек. Она не торгует наркотиками, не употребляет их, поэтому она лучше своей сестры и больше подходит на роль опекуна.

Он хотел что-то сказать, но задумчивое выражение лица Ланы заставило его промолчать. Он не хотел прерывать ее размышления.

Наконец она обернулась и посмотрела на него. Ее темные волосы, стянутые в хвост, они упали ей на плечо, когда она передвинулась. У нее были длинные, густые и красивые волосы, в которые он мечтал запустить пальцы. Но он знал, что эти волосы жутко раздражают Лану. Она не отрезала их только из-за участия в шоу и в обычные дни всегда стягивала в хвост. К счастью, это избавляло Калани от искушения. Почти все время.

– Итак, у меня идея, – сказала она. – Она необычная, поэтому сделай одолжение и выслушай меня спокойно.

Ему не понравилось то, как она начала разговор.

– Ладно, – произнес он.

Она стала загибать пальцы, перечисляя:

– Я буду работать, как работала.

– Согласен.

– Я могу найти дневную няню на те дни, когда я работаю с танцорами, и ночную няню, когда я участвую в луау.

– Верно. Я буду давать тебе выходные. У тебя есть неиспользованный отпуск.

Лана нахмурилась. В последнее время она слишком много работала, и ему это не нравилось. Калани хотел коснуться ее лба рукой, убрать складку между ее бровями и целовать Лану в губы до тех пор, пока она снова не улыбнется. Или не врежет ему. Все, что угодно, лишь бы она не выглядела такой расстроенной. Но он сдержался.