Невероятная помолвка

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Глава 1

Figlio di un allevatore di maiali.

Все познания Лиама Кроу, нового владельца «Американ ньюс сервис», в итальянском сводились к названиям парочки экзотических блюд, но что-то ему подсказывало, что вице-президент комитета по социальным программам отлично владеет этим языком.

Во время экстренного заседания совета Франческа Орр что-то тихо пробормотала, и Лиам старательно записал ее слова. Или, во всяком случае, нечто достаточно близкое к ее словам, чтобы потом выяснить их значение. Итальянский язык и так весьма впечатляющ, а уж когда он льется из таких соблазнительных ярко-красных губ…

Хотя Лиаму что-то подсказывало, что перевод ему совсем не понравится.

Он с самого начала прекрасно понимал, что руководить компанией после того, как несколько ее сотрудников, включая бывшего начальника Грэхама Бойла, оказались в тюрьме по делу о прослушивании телефонных разговоров президента Соединенных Штатов, будет совсем не просто.

На совещании они решили временно отстранить Анжелику Пирс, все еще находящуюся у полиции под подозрением, как возможную участницу той истории и обговорили возможные варианты дальнейшего развития АНС.

Лиам с самого начала понимал, что его ждет множество проблем, но, с другой стороны, если бы не эти проблемы, то он в принципе не смог бы купить контрольный пакет акций.

И теперь всего лишь нужно разобраться с громким скандалом и восстановить репутацию компании. Лиам всегда любил справляться с трудностями, но все равно надеялся на поддержку совета директоров. Почти все, с кем он уже успел лично поговорить, действительно полностью его поддерживали и надеялись, что под его руководством компания сможет оставить скандал за спиной и двинуться дальше.

Но Франческа почему-то сразу же его невзлюбила, хотя Лиам не видел для этого никаких причин. Да, у нее был богатый и знаменитый папочка-продюсер, к которому она всегда могла обратиться за помощью, даже если бы и потеряла свое место в АНС, но благотворительность была ее настоящим призванием, так что о сотрудниках компании она думала ничуть не меньше, чем о голодающих сиротах и больных раком.

Хотя сейчас в это и сложно было поверить. Затянутая в красный костюм Франческа смотрела на него как на настоящего дьявола во плоти. Лиама, правда, предупреждали, что она весьма страстна и упряма, но он как-то совершенно не ждал, что на малейшие изменения в бюджете она станет отвечать гневной тирадой. Неужели Франческа не понимает, что компания оказалась в таком положении, что просто не может позволить себе, как и прежде, тратить миллионы на благотворительность?

В общем, ни о чем договориться они так и не сумели.

Устало вздохнув, Лиам вышел из конференц-зала и одиноко побрел обедать. Сначала он собирался кого-нибудь с собой прихватить, но, после того как эта неловкая встреча закончилась, все члены совета быстро разошлись. Нет, он, конечно, до конца все держал под контролем и они успели обсудить все, что собирались, но сам процесс…

Как ни странно, только Франческа хоть немного примирила его с сегодняшним советом. Среди женщин в возрасте и мужчин в серых, черных и темно-синих костюмах она выделялась ярким пятном, к которому раз за разом возвращался его взгляд.

Спадающие до плеч волнистые волосы цвета воронова крыла, таинственный прищур черных глаз под густыми ресницами, безупречная кожа, слегка красневшая во время жарких споров и отлично сочетавшаяся с ярко-красным костюмом и губной помадой.

Еще в школе пресытившись голубоглазыми блондинками, Лиам уже много лет предпочитал ярких брюнеток с характером, и если бы Франческа так старательно не пыталась испортить ему сегодняшний день, а в перспективе и весь год, он бы с удовольствием пригласил ее на свидание. Но сейчас у него и так было по горло забот, и ввязываться в мимолетный роман с подчиненной он не собирался.

Лучше просто выпить чего-нибудь покрепче и насладиться мясом в любимом ресторане. Как же хорошо, что главный офис АНС расположен в Нью-Йорке! Ему и в Вашингтоне жилось неплохо, но порой так приятно вернуться в родной город. Лучшие в мире рестораны, привычные места на стадионе, неповторимая атмосфера Манхэттена…

Если бы Лиам мог выбирать, то он с радостью перебрался бы сюда насовсем, но раз уж он возглавил АНС, специализирующуюся на политике, то ему и дальше придется крутиться в Вашингтоне, в самой гуще событий.

Перед тем как отправиться обедать, Лиам зашел к себе в офис, переписал слова Франчески на бумажку и, заглянув к секретарше, отдал ей несколько распоряжений, сказал, что идет обедать, а заодно попросил перевести загадочные слова.

– Хорошо, – кивнула Джессика. Похоже, она уже не раз выполняла подобные поручения для Грэхама Бойла. – Знаете, я еще ни разу не видела, чтобы мисс Орр с таким жаром кого-либо приветствовала в нашей компании.

– То есть я могу собой гордиться?

– Пока не знаю, сначала нужно проверить словарь.

Лиам усмехнулся и повернулся, чтобы уйти, но потом остановился и спросил:

– А как она называла Грэхама?

– Чаще всего она характеризовала его словом «stronzo».

– И что оно значит?

– У него есть несколько значений, но мне неловко произносить их вслух. – Чтобы не смущаться, Джессика их написала.

– Надо же, – пробормотал Лиам, прочитав перевод. – Похоже, мне пора срочно что-то делать, если я не хочу получить от мисс Орр столь же ласковое прозвище. – Краем глаза заметив промчавшееся по направлению к лифтам красное пятно, Лиам улыбнулся: – А вот и мой шанс.

– Удачи вам, – бросила ему вдогонку Джессика.

В эту секунду Франческа как раз зашла в лифт, повернулась и увидела его. На мгновение их глаза встретились, и она нажала на кнопку, чтобы побыстрее закрыть двери.

Очень мило.

Стремительным движением Лиам успел просунуть между закрывающимися дверьми руку, и они послушно разъехались в стороны, пропуская его внутрь. Несколько секунд Франческа пристально его разглядывала, а потом сморщилась так, будто под ее изящный носик подсунули протухшую рыбину. И когда двери снова закрылись, она забилась в дальний угол, хотя в лифте никого, кроме них, не было.

– Нам нужно поговорить. – Лиам решил сразу во всем разобраться.

– О чем?

– О твоем отношении. Я понимаю, что ты очень серьезно относишься к своей работе, но теперь главный здесь я, и я готов на все, чтобы вытащить компанию из той ямы, в которой она оказалась по милости своих прошлых начальников. И я не позволю тебе выставлять меня дураком перед…

В это мгновение погас свет, и лифт замер на месте.

Ну как ее угораздило застрять в лифте с Лиамом Кроу? С упрямым и невыносимо красивым начальником? Хотя чего еще она ожидала? Можно было сразу догадаться, что тринадцать человек на совете директоров не предвещают ничего хорошего.

Инстинктивно ухватившись за золотую подвеску, Франческа беззвучно помолилась об удаче и спросила:

– Что случилось?

– Не знаю. – Они еще пару секунд простояли в темноте, а потом наконец-то включилась система аварийного освещения. Лиам нажал на кнопку экстренного открытия дверей, но она не сработала.

– И?

– Наверное, отключили электричество, – предположил Лиам, вытаскивая мобильник. – У тебя телефон сеть ловит? Мой – нет.

Достав из сумочки телефон, Франческа посмотрела на экран:

– Нет.

– Черт, просто не верится.

– И что нам теперь делать?

– Ждать. – Лиам прислонился к стене. – Сами мы сейчас все равно не сможем ничего сделать.

– Просто сидеть и ждать?

– А у тебя есть предложения получше? Утром они из тебя так и сыпались.

Не обращая внимания на последние слова, Франческа скрестила руки на груди и отвернулась. В потолке есть люк, так что можно попробовать выбраться через него, но как узнать, где они сейчас находятся? В лифт они сели на пятьдесят втором этаже и не успели уехать далеко, но, если электричество включат, пока они будут в шахте, то ничем хорошим это не закончится. Похоже, у них действительно нет выбора, кроме как сидеть и ждать.

Остается надеяться, что электричество включат совсем скоро.

– Ладно, давай ждать, – неохотно согласилась Франческа.

– Надо же, а я уже как-то и не надеялся, что мы можем хоть где-то сойтись во мнениях. Особенно после того, как ты вела себя на совещании.

– А как я себя вела? – Франческа резко повернулась к нему. – Раз уж все остальные слишком напуганы, чтобы открыто выражать свое мнение, пришлось говорить мне.

– Все напуганы, потому что компания никак не может оправиться после скандала, а молчат, потому что я прав. У нас есть определенные финансовые обязательства и…

– Финансовые обязательства? А как насчет общественных обязательств? Последние семь лет АНС спонсировала ежегодный благотворительный банкет «Помощи молодежи», и мы не можем просто так взять и отказать им в нашей поддержке за две недели до банкета. Так они не смогут собрать необходимые деньги на программы помощи трудным подросткам.

– По-твоему, меня совсем не волнуют эти программы? – нахмурившись, спросил Лиам.

– Я недостаточно хорошо тебя знаю, чтобы отвечать на такие вопросы.

– Ну так я сам отвечу. Еще как волнуют. Последние два года я лично присутствовал на этих банкетах и выписывал чеки на кругленькую сумму. Но сейчас это не важно. Важно лишь то, что если мы хотим удержать компанию на плаву, то нам жизненно необходимо сократить все необязательные расходы, пока мы не сможем восстановить нашу репутацию.

– Ошибаешься. Чтобы восстановить нашу репутацию и удержать компанию на плаву, нам как раз и нужно заниматься благотворительностью. Так все быстро поймут, что парочка плохих парней в наших рядах повели себя не слишком красиво, но в целом мы отличная компания и стремимся совершать хорошие поступки. О лучшей рекламе нельзя и мечтать.

Несколько секунд Лиам задумчиво ее разглядывал, и Франческа буквально видела, как у него в голове крутятся шестеренки.

– Знаешь, твои доводы звучали бы намного убедительней, если бы ты не кричала и не обзывалась по-итальянски.

Франческа честно пыталась держать себя в руках, но ничего не могла поделать со своим бешеным темпераментом.

– Да, на совещании я, наверное, действительно немного погорячилась. От отца мне достался взрывной темперамент.

– И он тоже ругается по-итальянски?

– Нет, он не понимает ни слова по-итальянски, и мама не хочет его просвещать. Она выросла на Сицилии и познакомилась с отцом, когда у него там были съемки. Мама очень ценит свое итальянское наследие, так что каждое лето я проводила с моей nonna.

– Nonna?

– С бабушкой по матери. Навещая ее, я выучила много итальянских слов, в том числе и несколько выражений, которых мне вообще не следовало бы знать, и в подростковые годы поняла, что могу ругаться по-итальянски, а мой отец-ирландец ни о чем не догадается. С тех пор у меня и осталась эта дурная привычка. Извини, что я кричала. – Франческа немного помолчала и добавила: – Просто я слишком сильно переживаю за людей.

Франческа во многом походила на мать, но и от отца она кое-что унаследовала. Виктор Орр вырос в бедности и всегда учил обеих своих дочерей довольствоваться тем, что у них есть, и делиться с теми, кому в этой жизни повезло меньше, чем им. Еще в школе Франческа раздавала еду в бесплатных столовых и собирала вещи для нуждающихся, а после колледжа она с отцовской помощью устроилась в АНС, где благодаря упорному труду очень скоро добилась поста главы социально ориентированных программ. Франческа всегда отлично справлялась со своей работой, и Грэхам очень ее ценил.

Но как только у компании появлялись какие-то проблемы, в первую очередь финансирование пытались урезать именно ей. Не проще ли ввести телеконференции, чтобы не тратиться на транспорт для всяких директоров? Или объявить главной телеведущей вечерних новостей, что если она и дальше хочет выливать на себя каждый день по два литра геля для волос, то пусть сама его и покупает?

– Я понимаю, как важна твоя работа и для нашей компании, и для общества в целом, и совершенно не хочу сокращать тебе финансирование, но и ты должна меня понять. Для всех нас настали трудные времена, пришла пора потуже затянуть пояса. Новому руководителю в любой компании приходится сталкиваться с определенными трудностями, что уж говорить о компании, в которой и без смены руководства хватает проблем… Я сделаю все, что в моих силах, чтобы снова вывести АНС на первые позиции, но для этого мне понадобится полная поддержка всех сотрудников.

Франческа чувствовала, что сейчас он говорит от чистого сердца и действительно хочет для компании и сотрудников только лучшего, а значит, его вполне можно убедить, что нужно действовать именно так, как она и предлагала. Похоже, в отличие от Грэхама он способен прислушиваться к чужому мнению.

– Хорошо.

Как бы не сразу поверив ее словам, Лиам несколько секунд удивленно ее разглядывал, а потом, кивнув, принялся стаскивать с себя пиджак, развязал галстук и расстегнул ворот рубашки с таким видом, будто не мог решиться на это раньше.

– Я рад, что мы заключили перемирие, а то тут и без ненужных споров становится слишком жарко. И почему я даже не удивляюсь, что лифт сломался в один из самых душных дней?

Сегодня и так было больше тридцати пяти градусов, а уж в лифте без кондиционера их в самом скором времени ожидал настоящий ад.

Следом за Лиамом Франческа скинула пиджак, оставшись в кружевной блузке и юбке. Слава богу, что сегодня она не стала надевать чулки!

Бросив пиджак на пол, Франческа уселась и разулась. Надеяться на скорое спасение не приходится, а в туфлях на шпильках с острыми носами стоять на месте было уже невозможно. И вообще, раз уж ее угораздило оказаться в этой ловушке, то нужно не мучить себя понапрасну, а постараться расслабиться.

– Жалко, что пообедать мы так и не успели, а то булочки, съеденные во время совещания, уже давно прогорели.

Как же Франческа его понимала! Сама она позавтракала капучино со сладким рогаликом, а потом весь день ничего не ела. Но на работе у нее часто не хватало времени нормально пообедать, и она всегда носила в сумочке что-нибудь пожевать.

После недолгих поисков Франческа вытащила батончик мюсли, пачку итальянского печенья и бутылку минералки.

– У меня есть немного еды, но я не знаю, съесть ли нам ее сейчас или подождать, на случай, если мы просидим тут еще не один час.

– Здесь нечего обсуждать, поедим прямо сейчас, – заявил Лиам, усаживаясь напротив нее.

– Знаешь, на необитаемом острове ты не продержался бы и пяти минут.

– Именно поэтому я и сижу в городе. Так что у тебя есть?

– Мюсли, печенье и вода.

– А что из этого ты любишь больше всего?

– Печенье, я завтракала им в детстве у бабушки. Мне так нравилось, что в отличие от американцев итальянцы никогда не едят на завтрак яйца и мясо! Я всегда любила печенье и выпечку.

Лиам улыбнулся, и Франческа вдруг поняла, что впервые видит его улыбку. Ей почему-то сразу показалось, что улыбка подходит ему куда больше, чем серьезное выражение лица, с которым он вел совещания. Наверное, раньше он был весьма беззаботным и легкомысленным парнем, но работа в АНС уже успела оставить на нем свой отпечаток.

Хорошо, что даже сейчас ей удалось заставить Лиама хоть на миг улыбнуться. Может, это отчасти компенсирует ее поведение на совещании? В конце концов, у него и так много проблем. Нужно вести себя немного приветливей и не создавать ему лишних трудностей.

– Печенье на завтрак – это всегда замечательно, да и лето в Италии – звучит неплохо. Я как-то провел целую неделю в Риме, но мне тогда мало что удалось увидеть, кроме Колизея и Пантеона. Раз ты выбираешь печенье, то я возьму батончик мюсли. Спасибо, что поделилась со мной.

– Уж лучше так, чем два часа подряд слушать, как у тебя урчит в животе.

Отдав ему мюсли, Франческа глотнула воды, и не успела она еще донести до рта первое печенье, как Лиам уже проглотил весь батончик и уставился на нее взглядом голодного тигра.

– Угощайся. – Франческа взяла второе печенье и бросила ему открытую пачку. – Я не могу спокойно жевать, пока ты так смотришь.

– Ты уверена? – Лиам недоверчиво уставился на печенье в своих руках.

– Да, но когда мы отсюда выберемся, ты мне за него заплатишь.

– Хорошо, – пообещал он, заглатывая первое печенье.

Франческа задумчиво наблюдала за тем, как он ест. Лиам такой большой, неудивительно, что ему требуется много еды. Nonno был таким же; он умер, когда ей было всего два года, но nonna любила рассказывать, каким голодным он приходил после целого дня тяжелой работы. Они оба были выше ста восьмидесяти, но Лиам был полегче и походил на спринтера. Франческа слышала, что в Вашингтоне многие бегают по Национальной аллее, и теперь с легкостью могла представить, как вспотевший Лиам пробегает мимо Белого дома… Возможно, иногда стоит туда наведываться, чтобы насладиться подобной картинкой…

Сама же Франческа никогда не любила потеть. В Вирджинии влажное лето и холодная зима совершенно не располагали к пробежкам, и Франческа предпочитала следить за тем, что ест, и побольше ходить, тем самым сохраняя подтянутую соблазнительную фигуру, которая ее вполне устраивала.

Но сейчас она уже чувствовала, что начинает потеть, хотя дальше раздеваться было некуда. Если она, конечно, не собиралась перейти с Лиамом на новый этап отношений.

Хотя это было бы не так уж и плохо.

Франческа уже давно ни с кем не встречалась и, наблюдая за тем, как все ее подруги одна за другой выходят замуж и заводят детей, всерьез забеспокоилась, что найдет свое счастье последней.

С другой стороны, Лиам Кроу вряд ли собирался в ближайшее время жениться и заводить детей, а Франческа предпочитала не ввязываться в бесперспективные отношения. Но теперь, глядя на его широкие плечи, она вдруг осознала, что он именно то, что ей нужно. С ним можно ненадолго расслабиться и снять напряжение, чтобы потом с новыми силами приступить к поискам своего единственного.

Вытащив из сумочки заколку, Франческа собрала темные волосы в высокую прическу, но легче не стало. Отпив еще немного воды, Франческа поняла, что еще чуть-чуть, и ей придется раздеться донага, если, конечно, она не хочет живьем свариться в узкой юбке и промокшей блузке. Хорошо хоть, сегодня она выбрала красивое белье. Лиам наверняка сумеет оценить его по достоинству.

Глава 2

Черт, ну и жара, – заявил Лиам, снимая рубашку. – Извини, но иначе я не могу. Франческа все так же тихо сидела на полу, но он успел поймать на себе ее мимолетный взгляд, прежде чем она отвела глаза. Так, весьма любопытно.

За последние пару часов Лиам успел узнать о ней много нового и надеялся, что когда они все-таки выберутся из этого проклятого лифта, то смогут сработаться значительно лучше, а может, даже и подружиться. Стоило Франческе перестать кричать и ругаться, как Лиам сразу же разглядел в ней весьма интересную собеседницу. Возможно, даже слишком интересную, если вспомнить, что теперь он ее начальник.

– Может, снимешь с себя что-нибудь? Я же понимаю, как тебе жарко.

– Нет, мне и так нормально, – возразила Франческа, хотя Лиам видел, как, скрываясь в вырезе блузки, по ее груди текут капельки пота.

– Ну конечно, тебе сейчас так же паршиво, как и мне. Я же вижу, как к тебе липнет юбка, можешь отбросить ненужную скромность и раздеться. Сам я уже готов расстаться с брюками.

– С брюками? – Лиам заметил, как Франческа сглотнула и прошлась по нему взглядом.

– Да, по-моему, скоро здесь будет уже все сорок градусов, и я просто не могу сидеть в одежде. Можешь на меня не смотреть, но я настоятельно советую тебе последовать моему примеру и раздеться.

Устало вздохнув, Франческа поднялась с пола и начала возиться с застежкой на юбке.

– У меня не получается ее расстегнуть.

– Давай помогу, – предложил он, опускаясь на корточки, чтобы в тусклом красном свете лучше рассмотреть заевшую застежку.

Оказавшись так близко, он смог уловить аромат ее кожи, смешанный с запахом роз. Ухватившись за застежку обеими руками, Лиам легонько ее подергал, стараясь не думать о нежной коже под своими пальцами. Справившись с застежкой, он осторожно потянул молнию вниз и остановился, лишь когда увидел красные атласные трусики.

– Получилось, – выдохнул он и торопливо отстранился, пока еще не успел натворить никаких глупостей. Так, нужно срочно расслабиться, а то, сидя в лифте в одних трусах, весьма не просто скрыть свой интерес к прекрасной даме в красном белье.

– Спасибо. – Франческа еще раз на него глянула и вернулась в свой угол.

Когда она начала снимать юбку, Лиам лишь с огромным трудом заставил себя отвернуться. Потрясающая женщина. Все как он любит: горячий темперамент, необычная внешность, соблазнительное тело. Да в придачу ко всему она еще заботливая и отзывчивая. Лиам сразу понял, что Франческа не из тех богатых бездельниц, что подаются в благотворительность от нечего делать. Ее действительно волнует судьба всех и каждого, и Лиам весьма ценил такую отзывчивость, даже понимая, что она принесет ему еще немало головной боли.

– Grazie, signore, – выдохнула Франческа. – Так намного лучше.

Краешком глаза Лиам заметил, что она снова усаживается на полу.

– Уже можно повернуться?

– Если хочешь.

Повернувшись, Лиам увидел потрясающую картинку. Франческа натянула блузку, которой явно не хватало, чтобы скрыть все ее соблазнительные изгибы, до середины бедер, и теперь он мог насладиться верхом кружевного бюстгальтера.

– Ладно, теперь можешь снимать брюки.

Лиам усмехнулся и покачал головой. Ему хватило одного вида полуобнаженной Франчески, чтобы расхотеть раздевать самому.

– Думаю, что сейчас это не лучшая идея.

– Но… – Она удивленно нахмурилась. – А…

Лиам закрыл глаза и попытался успокоиться, но не мог сосредоточиться ни на чем, кроме красных трусиков.

– Знаешь, я раньше как-то не думал, что сидеть взаперти с полуобнаженной прекрасной женщиной так сложно.

– По-твоему, я прекрасная?

– Да.

– От тебя это как-то странно слышать.

– Почему? – удивленно спросил он. – По-моему, только мертвец может этого не заметить.

– Я выросла в Беверли-Хиллс, так что на фоне кукол Барби я никогда не пользовалась особой популярностью.

– На чьем фоне?

– Ну, знаешь, все эти блондинистые загорелые девочки с проколотым пупком и фигурой двенадцатилетнего мальчика, которые, вырастая, накачивают себе грудь силиконом.

– Значит, в Голливуде живут какие-то странные люди. Меня совершенно не привлекают двенадцатилетние мальчики, а вот ты… – Лиам покачал головой, стараясь отогнать навязчивые картинки. – Ты даже не представляешь, как мне сложно держать себя в руках.

– Так не держи, – выдохнула она.

Лиам глубоко вдохнул, стараясь справиться с растущим желанием.

– По-моему, это не слишком хорошая идея. Я твой начальник, и нам еще предстоит вместе работать. Давай не будем создавать ненужные сложности, хорошо?

– Нет. – Франческа неторопливо подошла к нему. – Мы оба взрослые люди и все прекрасно понимаем. – Глянув на Лиама из-под ресниц, она опустилась на колени и ухватилась за его ремень. – То, что случится в лифте, в лифте и останется, ведь так?

Он не нашелся, что ответить, и как завороженный следил, как Франческа расстегивает его ремень. Конечно, Лиам мог бы ее остановить, но для этого он слишком сильно ее хотел, да и потом, они тут могут просидеть еще не один час, так почему бы не потратить это время к взаимному удовольствию?

С помощью Франчески избавившись от брюк и ботинок, Лиам стянул с нее блузку, а она вытащила из волос заколку, позволяя роскошным угольно-черным волосам шелковой волной упасть на плечи.

Лиам еще никогда не видел столь притягательной женщины. И сейчас она стоит прямо перед ним в одном красном белье.

За что ему вдруг такое счастье?

Не в силах больше терпеть, Лиам прижал ее к себе, впиваясь в сочные губы жарким поцелуем, и в ответ Франческа обвила его шею руками, еще сильнее прижимаясь своей мягкой грудью к его крепкому телу.

Лиам почувствовал, как по его позвоночнику прошел настоящий разряд тока, и, осторожно уложив Франческу на пол и устроившись у нее между ног, занялся роскошной грудью. Стянув бюстгальтер за бретельки так, что он оказался у нее на талии, Лиам накрыл ее груди своими руками, чувствуя, как мгновенно напрягаются соски, и приник к одному из этих волшебных бутонов губами.