- -
- 100%
- +
За сетчатым забором хрипло надрывалась дешевая акустика, грустно повествуя про какой-то централ и северный ветер. Бело-сине-красный флаг печально повис, не имея ни северного, ни южного, никакого-либо другого ветра. Рядом с флагом стоял пляжный зонт, частично закрывая небольшой домишко. Дополнял же общий вид сам хозяин дачного участка, расхаживающий в великолепном настроении, о чем, вероятно, свидетельствовал выступающий на полметра голый живот из расстегнутой рубахи. Иванов подавил желание сплюнуть: «Сам-то тоже хорош, не нанюхался бы он тогда чего не надо – не пил бы сейчас водку». Ну а местных можно понять – май, долгожданное тепло, полуденное солнце. Хотя на взгляд Иванова, оно излишне яркое и белое в это время, а вот по утрам и вечерам – самое то, как дома. И в те сокровенные часы он смотрит на него, не в силах оторвать взор, и душат его тоскливые, горькие слезы, усиленные далеко не одним стаканом крепкого напитка. И комаров еще нет… «Тьфу ты, напасть!» Иванова передернуло при воспоминании об этих коварных и безжалостных тварях, и он все-таки в сердцах сплюнул.
– Эй, слышь? – Крикнул Иванов. Он забыл, как того по имени, да и не очень-то хотел помнить, ведь помнить все – это анахронизм, особенно, когда есть кассовая книга. – Слышь, говорю? – Владелец дачи наконец-то расслышал сквозь надрывы печального исполнителя, что к нему кто-то обращается, нехотя повернулся кормой к своему домику, животом к Иванову. – За электричество пора платить, давай показания счетчика, – он сдвинул кепку на затылок, достал из пиджака блокнот и карандаш. – И за вывоз мусора собираем, по норме пять кубов с человека.
Обладатель живота несколько погрустнел, вновь развернулся и выключил музыку. Блаженная тишина молотом ударила по округе.
– Так вроде норма за вывоз меньше, – неуверенно сказал он.
– Меньше не меньше, а вывозят его тоннами, будто не село у нас вовсе, а, прости господи, свиноферма какая-то. Ты в мусоре хочешь потонуть, или как? – Иванов пнул сапогом подвернувшийся камушек, тот описав дугу, плюхнулся в лужу возле забора. Хозяин дачи обреченно сходил в дом, вернулся с деньгами и клочком бумаги с коряво записанными показаниями счетчика.
Иванов произвел расчеты, отдал сдачу, сунул блокнот в карман и быстро зашагал дальше. Ему осталось посетить два дома, и он волен заниматься чем захочет, но настроение так и не улучшилось. Да и с чего бы? Пятый десяток лет он тут торчит, и какое применение он себе нашел? Сельский бухгалтер! И это с его-то могучим интеллектом, который тут никому не нужен, они тут и без него отлично справляются. Иванов снова сплюнул и двинулся дальше. Следующее владение принадлежало хорошо знакомым ему людям. Главу семьи он с так называемого детства звал дядей Пашей, так уж в этих местах было заведено. И вот его он уважал, даже иногда подсчитывал сколько бы он мог стоить. Коренной житель, не то что понаехавшие дачники, трудолюбивый и спокойный, всеми днями чем-то занят – своими пчелами, огородом или что-нибудь строит, несмотря на то, что почти уже ничего не видит, а по вечерам садится на завалинке и начинает играть на аккордеоне. Эти звуки Иванов очень любил, что-то в них было космическое, по его мнению.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.