Повесть о М.И.С. Романова

Камера Г2.

Система: Объекты «Абрамов», «Дроздов», «Мельников» переместились в коридор Г6, переместились в отсек левого запасного генератора, переместились в коридор Г8 – Г2.

Дроздов: Так, вот и дверь отсека генератора щитов… которая тоже не открывается. Что же за день такой сегодня!?

Абрамов: Попробую её вскрыть. АЙ!

Мельников: Что такое?

Абрамов: Короткое замыкание. Я вроде живой, чего не скажешь о панели управления этой дверью.

Дроздов: Придётся пойти за новой на склад.

Абрамов: Нет, нет, нет, я туда не пойду. В прошлый раз меня там на карантине закрыло и во второй раз испытывать судьбу я не желаю.

Мельников: Меня тоже на складе закрыло, на продовольственном, правда, но всё же. Так что твоя очередь, Коля.

Дроздов: Господи, такое чувство, будто все правы и у вас действительно не все дома. Ладно, посмотрю я на ваши лыбящиеся рожи, когда спокойно войду и выйду оттуда. Так, а вот и склад…

Система: Промежуточная дверь 1 коридора Г2 заблокирована.

Абрамов: Замечательно. Да что же с этими дверьми не так!? Почему они постоянно закрываются, блокируются, коротят, если система не говорит о… стой, ты не хочешь сказать?

Мельников: Да, всё говорит о том, что «злоумышленник» жив, здесь и следит за всем. Но остаётся вопрос: кто он и где он?

Абрамов: Два вопроса, но да ладно. И что нам делать? И если так, то почему он заблокировал эту дверь? Какой в этом практический смысл?

Мельников: Может быть, он не может контролировать всю систему, иначе, почему бы ему просто не отключить подачу воздуха?

Абрамов: Не соглашусь, в целях безопасности некоторые системы, вентиляционная и жизнеобеспечения в том числе, не имеют связи с остальной системой. Например, контроль генерации кислорода и вентиляции происходит исключительно из левого и правого технических отсеков, мостика, центрального технического отсека и отсека ГК и ГУВС.

Мельников: Вот именно, он не может ими управлять, поэтому пытается хоть как-то попортить нам жизнь. Также антивирус пытается его блокировать, что ещё сильнее сокращает его возможности, сводя их к минимуму.

Абрамов: Но есть ещё один вопрос: какую он преследует цель?

Мельников: Верно, у него масса возможностей убить нас, была, есть и будет, но мы ещё пока что живы. Значит или он не считает нас угрозой, или не может нас убить, или мы ему нужны, например, как источник информации.

Абрамов: Но система управления и навигации разблокируются, только после индивидуального сканирования ДНК. Значит, если он не один из экипажа, то ему будет нужна помощь, чтобы отправиться к своим, либо поблизости есть вражеское судно, но ещё не знающее о нас. Блин, есть очень большое количество всевозможных факторов и вероятностей. Нам остаётся только надеяться, что этот модуль памяти приоткроет завесу тайны.

Мельников: ААА!

Дроздов: АЙ! Больно же!

Мельников: Идиот! На кой чёрт ты меня пугаешь!? Меня же солдат воспитывал – у меня, блин, рефлекс, так что не серчай – ты сам виноват.

Дроздов: Кхе, возьму на заметку.

Абрамов: Что же, значит, закрылась только эта дверь.

Дроздов: Да, я спокойно зашёл, нашёл панели, взял одну и вышел. А теперь давайте уже доберёмся до модуля.

Абрамов: Давай мне. Так, чёрт, скреплено хорошо. Стас, дай инструменты.

Мельников: Секунду. Так, а вот и они. Бери.

Абрамов: Спасибо. Так ещё чуть-чуть. Готово, можно попытаться её открыть. Есть! Пошли.

Система: Объекты «Абрамов», «Дроздов», «Мельников» покинули коридор Г2.

Камера А1.

Сидоров: Что-нибудь есть?

Савельев: Да, дальнее сканирование завершено.

Игнатьев: Ближнее тоже.

Сидоров: Итоги?

Савельев: Мы сбились с маршрута очень даже серьёзно. Похоже, автоматическая система направила станцию в определённом направлении, так мы в нём и движемся.

Сидоров: Проблемы для составления маршрута к точке сбора есть?

Савельев: Нет, только одна чёрная дыра, но она в стороне, так что, если правильно составить маршрут и ничего по пути не произойдёт, то она нам не помешает.

Сидоров: Хорошо, начни прокладывать маршрут. Валера, что у тебя?

Игнатьев: Ничего особенного: в трёх днях пути система, в нескольких днях позади, правда, обнаружен неопознанный объект, но никакого сигнала, или ещё чего-то подозрительного нет, ещё мы будем проходить рядом с полем астероидов, так что возможны столкновения.

Сидоров: Значит никаких проблем?

Игнатьев: Пока не наблюдаю. Разве что что-то может быть в системе, судя по всему, в ней есть пара планет с благоприятными условиями для жизни. Но только что, так как мы несколько приблизились, сканеры обнаружили какую-то аномалию. Нет, несколько аномалий. Они неподвижны, находятся на стабильных орбитах.

Сидоров: Ясно. Подозрительно, так что будем пока что держаться подальше.

Игнатьев: Капитан, вы же понимаете, что, если это система адвенцев, то нас уже засекли?

Сидоров: Понимаю, но предпочитаю надеяться на лучшее.

Савельев: Это да, ведь если это они, и нас уже заметили, то это конец и нам, и всей нашей миссии. Но есть и вероятность, что это кто-то ещё. Кто-то, кто настолько силён, что смог выжить в боях с ними.

Сидоров: Это навряд ли, судя по нашим разведданным, они уничтожили или поработили всех, кто жил в этой галактике.

Игнатьев: А откуда они у нас? Они взрываются, стоит к ним приблизиться.

Сидоров: А мне, откуда знать? Мне сказали, мол, есть разведданные, основы из них, и всё.

Савельев: Ясно. Эмм, капитан, кое-что новое на сканерах.

Сидоров: Что? Говори, давай, не тяни.

Савельев: Звезда.

Игнатьев: Браво Шерлок! Мы в космосе, здесь, куда не погляди – звёзды!

Сидоров: Успокойся. Что-то серьёзное?

Савельев: Ещё как! Один гигант решил уйти в мир иной.

Сидоров: Далеко? Нас заденет?

Савельев: Я скажу так, компьютер проводит расчёты, но я бы сказал, что нам конец. Мощная гравитационная волна приближается, так ещё и все эти частицы! О! Замечательно! Компьютер закончил расчёты, похоже, через несколько дней всё это добро нас настигнет!

Игнатьев: Извини, но как ты об этом узнал, если всё настолько плохо? Вроде, чтобы всё предугадать, нужно смотреть на последствия.

Савельев: Компьютер получал уже какое-то время сигналы о его коллапсировании и теперь закончил расчёты последствий!

Сидоров: Замолчите! Дайте мне подумать. Система! Мы можем там укрыться?

Игнатьев: Может быть, если получится добраться до неё, то можно будет попытаться совершить гравитационный крюк вокруг звезды так, чтобы она нас укрыла. Возможно, ещё нас прикроет тамошний газовый гигант.

Сидоров: Гравитационный крюк?

Савельев: Извините капитан, но это же азы, гравитационный крюк – космический манёвр, представляющий из себя совершение поворота полукругом, используя гравитационное поле объекта – звезды или планеты – с различной целью. Наша цель – закрыться от всего того гадства, что летит к нам.

Сидоров: А эта звезда имеет достаточное гравитационное поле, чтобы нейтрализовать волну?

Игнатьев: Чёрт знает.

Сидоров: В смысле?

Игнатьев: Не известно, может быть да, а может быть нет. Всё равно, ничего не будем делать – умрём, а так хоть какие-то шансы остаются.

Сидоров: Ладно, просчитывайте и устанавливайте маршрут манёвра.

Савельев: Принято.

Игнатьев: Принято.

Камера Д2.

Крюков: Странно, терминал автоматической исследовательской системы сбоит. Может она что-то заметила и постаралась изучить? Надо срочно сообщить, чтобы его починили.

Сазонова: Может, не будем их беспокоить? Нам ещё нужно закончить калибровку приборов, потом может кто-нибудь освободится.

Воробьёва: Нет, давайте позовём, может там зафиксировано что-то, что принесёт нам… знания.

Крюков: Именно! Даша, ты там, сейчас, сильно занята?

Интерком (Дроздова): Смотря, что нужно. Если что-то быстро, то могу и отвлечься.

Крюков: Терминал барахлит. Думаю ненадолго.

Интерком (Дроздова): Ясно, хорошо, сейчас приду.

Система: Объект «Дроздова» переместился в отсек лаборатории.

Дроздова: Ну что? Где терминал?

Крюков: Вот.

Дроздова: Ясно, тут действительно немного работы. Так, на пару минут. Вот, готово, теперь он должен работать исправно, но я задержусь, чтобы пронаблюдать за его работой. Запчастей немного, так что лучше смотреть за оборудованием, чтобы оно не сломалось.

Крюков: Как скажешь.

Воробьёва: Не беспокойся, можешь идти, если что-то произойдёт – мы тебя позовём по интеркому.

Дроздова: Нет, лучше мне остаться. Хоть проблему я и решила, но причина могла остаться. Если я замечу что-то в работе, то смогу исправить это ещё до того, как что-то сломается, а значит, смогу предотвратить расход ценных запчастей.

Крюков: Я уже сказал, ладно. Теперь давайте посмотрим, что же здесь есть.

Терминал: Введите пароль. Пароль введён. Пароль исправен. Здравствуйте, доктор Крюков. Введите запрос.

Крюков: История операций автоматической системы.

Терминал: Запрос получен. Вывод данных на дисплей.

Крюков: Интересно, система провела полноценную работу. Так, выведи на дисплей данные сканирования Объекта №1.

Терминал: Вывод данных сканирования на дисплей.

Крюков: Интересно, ничего не понятно. Какая-то околесица, похоже на шифровку. Но, может быть, это просто дефект сканера. Надо проверить сканер, а потом, если он исправен, попросить ИИ провести детальное сканирование этого шифра. Может он заметит какие-нибудь детали и, возможно, сможет его взломать.

Дроздова: Возможно, но почему информация ещё не в ядре?

Крюков: Ожидает одобрения для отправки.

Дроздова: Вспомнила, они всё равно должны отправляться на накопитель памяти, но он повреждён. Я это заметила ещё внизу, он там, к слову и находится.

Крюков: Ясно. Можешь исправить это, чтобы он отправлял информацию напрямую в ядро?

Дроздова: Конечно, без проблем. Так дайте мне пару минут.

Крюков: Хорошо, а я пока проверю сканер. Но почему информация зашифрована?

Дроздова: Может встроенный дешифратор полетел?

Сазонова: Можешь поподробнее?

Дроздова: Конечно. Система оборудована, в целях безопасности, шифрованием на входе и выходе – информация шифруется на выводе шифратором и на вводе дешифратором. Соответственно вне терминала информация находится в зашифрованном состоянии.

Сазонова: Ясно.

Дроздова: Готово, теперь надо поговорить с ИИ, чтобы он начал обработку информации, но, боюсь, это можно сделать из комнаты ядра.

ИИ: Уже нет. Я постепенно возвращаю себе контроль.

Дроздова: Тогда, будь добр, обработай информацию на предмет деталей, которые помогут разобраться с шифром.

ИИ: Принято. На это понадобится время. Я сообщу, когда закончу.

Крюков: Сканер в порядке.

Дроздова: Ясно, значит, надо посмотреть дешифратор.

Крюков: Сложно и долго?

Дроздова: Да нет, он находится в начале системы. Посмотрю, цел ли он. Так, странно, он цел, ни сгорел, ни работает дефектно, ничего, всё в порядке.

Воробьёва: Но почему тогда данные зашифрованы?

Дроздова: Понятия не имею. Значит, они сами по себе зашифрованы.

Крюков: А как система относится к зашифрованным данным, если в ней используется дешифратор?

Дроздова: Выводит данные так, как их расшифровал дешифратор.

Крюков: Значит, он получил информацию, обработал, как в него заложено, и выводит?

Дроздова: Да, но получилась абракадабра. Ясно, поняла, к чему ты ведёшь. Нет, ИИ получит информацию в исходном виде, так как шифратор на выходе всё исправит.

Крюков: Хорошо. Что нам теперь делать?

Дроздова: Ждать, пока ИИ не обработает информацию и не скажет нам результаты. Ну, вы ждите, а у меня есть ещё дела внизу. Если что – зовите.

Крюков: Обязательно.

Система: Объект «Дроздова» покинул отсек лаборатории.

Камера Б3.

Система: Объекты «Абрамов», «Дроздов», «Мельников» переместились в отсек левого генератора щита.

Дроздов: Так, вот и дверь. Похоже, она заблокирована, попробую что-нибудь сделать. Лев, посмотри на всякий случай, нет ли каких неполадок, а то я уже системе диагностики начинаю не доверять.

Абрамов: Хорошо, сейчас посмотрю, что здесь есть.

Мельников: Раз мне нечего делать, то я проверю детали системы диагностики, чтобы знать, можем мы ей доверять, или нет.

Дроздов: Хорошо. Судя по всему, у меня тут работы не много.

Абрамов: У меня, пока что, всё чисто, но ещё не всё проверено.

Дроздов: Ясно, но, как говорится, дьявол прячется в деталях. Помни, здесь любая проблема может нас отправить в гроб.

Мельников: Кажется, у меня тут небольшие неполадки, но вроде бы они не должны сильно мешать. Нужно лишь немного поправить контакты и провода.

Дроздов: Молодец, что заметил, это также важно: без этой системы, узнать истинное состояние системы генератора щита можно только отсюда.

Мельников: Ещё минута и всё будет в порядке. По крайней мере, в этом плане. Если есть неполадке в программной составляющей, то нужно просматривать код, а на это понадобится уже больше времени.

ИИ: Я займусь этим.

Дроздов: Начал восстанавливать контроль? Это хорошо. Спасибо. Может ты что-то нашёл?

ИИ: Я – нет, но группа из лаборатории нашла терминал с данными и восстановила его. В данный момент я занимаюсь обработкой имеющейся информации.

Абрамов: А твои вычислительные мощности это позволяют?

ИИ: Да, на данный момент моя оперативная память нагружена на 35%.

Мельников: Хорошо, у меня всё, я устранил имеющиеся проблемы, и новых, пока что, не нахожу. У вас что?

Абрамов: Пара мелких неполадок. Уже устранил.

Дроздов: У меня ещё чуть-чуть и… Готово!

Мельников: Давайте уже закончим разгадывать и просто посмотрим в ответах разгадку.

Дроздов: Так, отсек накопителя должен быть здесь. Да вы издеваетесь. Стас, дай мне универсальный инструмент.

Мельников: Сейчас. Вот.

Дроздов: Спасибо. Так, теперь вскроем эту фиговину. Так, теперь вынем его. Внешне, визуально, он в порядке. Но нам надо вскрыть его, чтобы узнать больше. Так, в отсеке станции робототехники должен быть стол, там мы сможем разобрать его.

Абрамов: Ну, тогда пошли.

ИИ: Появились неполадки на станции робототехники. Подождите немного, я постараюсь вернуть контроль и устранить неполадки. Дверь на станцию заблокирована.

Мельников: Прекрасно. Ладно, давайте разберём его здесь, только поближе к лампе отнесём, чтобы больше света было.

Дроздов: Давайте, раз нет другого выбора. Так, давай инструменты.

Мельников: Вот, держи.

Дроздов: Спасибо. Вот, корпус отсоединён, осталось извлечь. А вот и он. Так, вроде бы всё чисто, ничего ни сгорело, ни порвалось, он цел. Теперь надо его собрать и подключить к системе, чтобы вывести и проверить данные. Вот и всё, теперь дело за ИИ.

ИИ: Я его обнаружил. Выполняю синхронизацию. Внутренняя диагностика. Состояние: в норме. Вывод данных. Обработка данных. Информация имеется и она в порядке. Вывожу на ваш терминал.

Терминал: Получение информации. Вывод информации на дисплей.

Терминал отсека Б3.

Ав. Система: Станция прибыла к теоретическому источнику сигнала. Сканирование источника сигнала. Источник идентифицирован – это научно-исследовательский объект расы Джадар. Признаки активности не обнаружены. Принято решение об изучении объекта при помощи дронов-разведчиков. Дроны выпущены.

Информация потеряна.

Ав. Система: Объект №1 погружен и перенаправляется на станцию. Объект №1 прибыл на станцию, перемещён в лабораторию в целях изучения. Сканер активирован. Получение информации. Объект начал проявлять активность и агрессию.

Информация потеряна.

Ав. Система: Объект №1 нанёс серьёзные повреждения системе и станции. Инициализация протокола дезинфекции. Токсичный газ не оказал никакого эффекта. Инициализация протокола вывода кислорода. Генератор отключен. Вентиляция активирована. Кислород выведен. Эффекта не выявлено. Обнаружен сбой в работе капсул 4 и 5.

Информация потеряна.

Камера Б3.

Абрамов: Интересно. А увиденное настораживает.

Дроздов: Да, но где же этот объект сейчас находится? Ладно, надо действовать быстрее. Лев, мы с тобой идём на станцию робототехники, а ты, Стас, лучше иди в оружейную. Посмотри, что там есть и возвращайся, прихватив что-нибудь.

Мельников: Хорошо, пойду за стволом.

Система: Объект «Мельников» покинул отсек левого генератора щита.

Абрамов: Так, всё становится хуже, ведь мы разделяемся, а в фильмах это не приводит ни к чему хорошему.

Дроздов: Лев… Ладно, со всем этим я уже перестал различать рамки между фильмами и реальностью.

Абрамов: Ну да. Интересно, сколько времени ещё понадобится ИИ, чтобы восстановить станцию. Надеюсь немного, если мы будем сидеть без связи слишком долго, то мы можем и не дождаться помощи, даже если спасёмся от этого существа.

Дроздов: Но откуда оно? Его создали адвенцы, или оно само появилось там по какой-то причине? Может быть, они хотели его изучить, может…

Абрамов: Может быть всё, что угодно. Вселенная – вещь большая, очень, и одному лишь богу известно, что в ней может быть ещё.

Дроздов: Ну да, все что угодно. Значит, будем ждать, но давай выйдем в коридор, чтобы, когда дверь откроется, быстрее приступить к работе.

Абрамов: Да.

Система: Объекты «Абрамов», «Дроздов» покинули отсек левого генератора щита.

Камера А1.

Сидоров: Ну что, как успехи?

Савельев: Курс изменён, маршрут построен.

Сидоров: Фух, теперь нужно проследить, чтобы всё прошло спокойно.

Игнатьев: Капитан, боюсь, спокойно не получится, нам не хватает скорости. Нужно как-то увеличить скорость, пока не стало поздно.

Сидоров: Ясно, попросим об этом инженеров. Приём, кто из инженеров сейчас свободен?

Интерком (Дроздов): Я и Лев сейчас относительно свободны, а что, собственно, нужно?

Сидоров: Да тут небольшая проблема образовалась из-за одной звезды, нам желательно скрыться от её выброса в системе, что находится рядом, но нам не хватает скорости и нужно её увеличить.

Интерком (Дроздов): Ясно. Думаю, можно попытаться перенаправить больше энергии и топлива на двигатели, чтобы повысить их производительность.

Сидоров: Хорошо, займитесь этим.

Интерком (Дроздов): Хорошо, как будут результаты – сообщу.

Сидоров: Ясно, будем ждать результаты. Конец связи. Так, а теперь нужно подумать, что мы можем ещё сделать.

Савельев: Увы, капитан, кажется, сейчас мы можем только следить за сканерами и ждать ответа от Николая.

Игнатьев: Ну, раз так, то я, пожалуй, попробую посмотреть, что у нас в отсеке. Может быть какие-нибудь неполадки, да и найду. Хоть я и не инженер, но, как пилот, основы должен знать.

Сидоров: Хорошо.

Камера Б8.

Система: Объект «Мельников» переместился в коридор Г2 – Г10 – Г15, переместился в отсек оружейной.

Ав. Система: Код принят, личность идентифицирована – Станислав Мельников. Двери разблокированы.

Мельников: Вот и хорошо. Так, что тут у нас есть? 4 шокера, 5 пистолетов, 2 автомата и 5 комплектов брони. Так, ещё здесь есть 3 автоматических турели с системой распознавания свой-чужой. О, ещё есть дробовик, моя ты прелесть. Так, а что на счёт боеприпасов? Ясно, у нас есть: 8 батарей для шокеров, 20 обойм для пистолетов по 15 патрон, 8 магазинов для автоматов по 30 патрон, 6 боезапасов для турелей по 250 патрон и 36 патрон для дробовика с обоймой в 6 патрон. Вполне не плохо для обороны корабля, но даже адвенцы не остановили эту дрянь, какие тогда шансы мы имеем? На данный момент у нас есть только одна возможность – составить план, пока идёт затишье. Но мы не знаем почти ничего: ни того, где оно находится, ни того, насколько оно разумно, ни того, насколько оно выносливо и другой важной для победы информации. Ещё нам не известна тактика его поведения, конечно, при встрече оно нам не предложит чашечку чая, но лучше знать, как оно отреагирует, когда мы его найдём: никак, или пробудится, или оно уже активно и наблюдает за нами. Чёрт возьми, может что угодно! А главное, не известно, сколько времени у нас есть до того, как оно начнёт активные действия против нас, и где оно находится сейчас. Ладно, надеюсь, получив доступ к станции робототехники, мы сможем провести разведку дронами по всей станции, чем мы сможем найти его. Ладно, возьму шокер и пистолет, да пора возвращаться. Дверь заблокируется? Нет, слава богу, хоть на этот раз.

Система: Объект «Мельников» покинул отсек оружейной.

Камера Г2.

Система: Объект «Мельников» переместился в коридор Г15 – Г10 – Г2.

Дроздов: С возвращением.

Абрамов: С дверью всё прошло нормально?

Мельников: На удивление да.

Дроздов: Как обстановка по оружию?

Мельников: Кратко и объективно – средне, если учесть нашего потенциального противника, то плохо. Если более развёрнуто, то 4 шокера, 5 пистолетов, пара автоматов, 5 комплектов брони, три авто-турели и дробовик. Ну, ещё патронов к каждому наименованию.

Дроздов: Ясно, ладно, у меня тут появились дела, так что я пойду, а вы тут уже сами разберитесь, что и как на станции.

Мельников: Хорошо, удачи.

Дроздов: Благодарю.

Система: Объект «Дроздов» покинул коридор Г2.

Мельников: Интересно, долго ещё нам ждать?

Абрамов: Смотря, какие проблемы. К тому же, может быть, что что-то не так с системой диагностики и ИИ пытается исправить то, что работает исправно, или и того хуже, сам создаёт проблемы. В таком случае, вполне возможно, мы туда не попадём никогда.

Мельников: От оптимиста к пессимисту. Не самая лучшая траектория. Осторожней, а то так можно и в депрессию скатиться. Ладно, где тут интерком? ИИ, можешь сказать, сколько нам ещё, примерно, ждать доступа к станции робототехники?

ИИ: Пять минут, я почти закончил.

Мельников: Ясно. Есть предложения, как скоротать время?

Абрамов: Думаю логично, что разговором. Больше делать-то нечего. О! Нашёл тему для разговора. Вот, когда вся эта катавасия закончится, и мы прибудем к месту сбора, что ты собираешься делать?

Мельников: Даже не знаю, я больше предпочитаю жить по течению. Будь, что будет. Может, поваром куда-нибудь устроюсь. Но, скорее всего, уйду к чертям собачьим, накоплю средств, да устроюсь где-нибудь в лесу и буду деревом промышлять: статуэтки какие-нибудь и прочие безделушки.

Абрамов: А ты умеешь?

Мельников: Да. Дед мой очень любил резьбу, весь дом был во всяких поделках, вот и меня обучил. Если ему не хватало места, то он продавал что-нибудь. Конечно, в последние годы начались трудности, как с деревом, так и с покупателями, но он продолжал, по возможности покупая дерево, а иногда и тихонько подбирая какую-нибудь деревяшку, гуляя по лесу. Вот и я, в память о нём, продолжу его дело, к тому же из-за всего этого перенаселения, я уверен, что многим захочется добавить хоть немного уюта в своё новенькое жильё. Построить-то его построят, но сделать его уютным – это уже совершенно другое дело, а такая вещь, как деревянная статуэтка, вполне себе неплохо приукрашивает интерьер, особенно ценителей.

Абрамов: Ясно, интересный выбор.

Мельников: А ты чем планируешь заниматься?

Абрамов: Да, наверное, также инженером буду работать. Мы-то будем теперь на вес – золото. Хотя, в свободное время, наверное, попробую заняться рисованием. Пробовал как-то, но не особо получилось, может теперь получится.

Мельников: Попробуй. Тем более я абсолютно уверен, что инопланетные виды наверняка пробудят музу у таких людей, как писатели, поэты, музыканты и художники.

Абрамов: Ну да. Правда у них и так, за последние годы появилось множество вещей, которые можно осветить в культуре.

ИИ: Я закончил, возвращаю доступ. Дверь разблокирована.

Мельников: Вот и славно. Пошли.

Система: Объекты «Мельников», «Абрамов» покинули коридор Г2.

Камера А3.

Система: Объект «Дроздов» переместился в коридор Г8, переместился в отсек склада запчастей, переместился в центральный технический отсек.

Дроздов: Так, где тут контроль за распределением энергии и топлива? А вот и оно. Что мы имеем? Ясно, топлива не хватит при таком расходе. Точнее хватит, но времени понадобится больше на год, максимум два. Так, можно ли что-то ещё сделать? Можно попытаться ещё увеличить выход реактора, но это достаточно сложно, к тому же, реактор может взорваться, сломаться, или отключиться. Ладно, спрошу у капитана. Эй, капитан, у меня есть одна идея!