Лилиан. Проклятие некромантки

9

– Леди Виер, – прервал наше молчание Дидерик. – А вы не думаете, что…

– Я, в отличие от вас, люблю Лилиан и хочу…

– Вы забываетесь, – перебил герцог пылкую речь Дарии. – Ваша сестра сама сделала свой выбор. И моей вины в том, что ей плевать и на ваши чувства – нет.

– Ей не плевать! – гневно сверкнула в его сторону сестра. – Я не верила тогда и не поверю, что она по собственной воле исчезла из моей жизни. А вот кому действительно безразлична её судьба, так это вам, герцог. И так было всегда.

– Не вам судить, – холодно отозвался Дидерик, играя желваками на лице.

– Вы никогда не любили мою сестру, – вновь повторила Дария, более конкретно обозначив свою мысль. – Иначе бы искали её. Сделали бы хотя бы одну жалкую попытку найти её и поговорить!

– Прошу простить, что догонять и возвращать неверных жён не входит в число моих добродетелей! – немного вспылил герцог, скрывая за сарказмом…

Боги… Да ничего он за ним не скрывал. Это моё взбудораженное сознание видит сейчас не пойми что! А, нет… вру. Одну вещь Дидерик скрывает определённо. Моё убийство.

– Вы мне поможете? – вновь сосредоточив своё внимание на мне, с надрывом прошептала Дария. – Я так скучаю по ней!

Я тоже скучала по тебе.

Вначале безумно, переживая за неё, ища варианты… Затем чувство горечи притупилось. Не до конца, но его очень качественно затмевали свалившиеся на меня трудности.

Это было самое сложное время в моей жизни. Мало того, что меня предал любимый, так я ещё и некромантом оказалась! Истинным, в добавок ко всему. Прибавим к этому тяжёлую беременность, страх за свою жизнь, отчаяние, при мысли, что герцог сможет найти меня и закончить начатое…

За одну ночь моя жизнь перевернулась с ног на голову. Одна ночь заставила перечеркнуть прошлое. Неужели я не смогу пережить всего один час, чтобы окончательно обрубить всё?!

– Магистр Лика, на кладбище более пятидесяти надгробий! Можно мы вместо ловушек сразу начертим пентаграммы на убой… – буквально вбежавший в столовую Леон, замолк на полуслове, пристально оглядывая присутствующих.

И замершего у стола управляющего, и сидящего с недовольным видом герцога, и рыдающую передо мной на коленях Дарию.

– Магистр? – приподнял ученик руку, внимательно вглядываясь в моё лицо.

Сомневаюсь, что он смог хоть что-то рассмотреть из той бури эмоций, пожирающей меня изнутри.

– Леон, – немного хрипло, но довольно ровно (я надеюсь!) обратилась к ученику. – Леди просит найти её сестру. Проведи ритуал на определение жизни.

– Сейчас?

– Жизни? – одновременно с Леоном, испуганно выдохнула Дария.

– Прежде чем проводить обряд поиска, мне нужно понимать, жива ли ваша сестра, – безразлично ответила ей, повернув голову в сторону Дидерика. – Зачем зря растрачивать силы? Вы ведь не против, ваша светлость?

– Мне всё равно, – на его лице не дрогнул ни один мускул. – Правда, не уверен, что это так уж необходимо.

– Да? – слова сами сорвались с губ. – Уверены, что сестра леди Виер мертва?

– Боги с вами! – идеально изобразив искреннее возмущение, возразил Дидерик. – Наоборот, я уверен, что с Лилиан всё в порядке. Такие, как она нигде не пропадут, – последнюю фразу он произнёс гораздо тише, отворачиваясь в сторону окна.

Поразительная выдержка.

Удивительное лицемерие.

Ты ведь прекрасно знаешь, что я мертва, герцог. И так великолепно играешь роль униженного и брошенного супруга, что просто… слов нет!

– Леон. Можешь начинать, – сквозь стиснутые зубы отдала команду к действию ученику.

– Хорошо, – медленно протянул он, освобождая себе пространство для работы на столе. – Леди? Вы не могли подойти ко мне?

Рвано кивнув, Дария поднялась на ноги и выполнила его просьбу.

Наблюдая за отточенными и уверенными движениями Леона, мыслями я была очень далеко от сюда.

Дария всегда меня оберегала, сколько я себя помню. Можно сказать, что в некотором роде, она заменила мне мать, покинувшую мир живых, едва мне исполнилось пять. Жаль, что тогда я этого не понимала. И мне почти физически больно от понимания того, что для сестры я должна умереть. Вернее, Дария должна узнать, что её сестра давно мертва.

Перед каждым истинным некромантом после инициации встаёт выбор – остаться собой, либо взять новое имя. Я выбрала второй вариант. Сразу же, как подпитывающий Милену Живым Огнём Рик осторожно мне объяснял, кем я стала и что теперь с этим делать. Несколько позднее, когда вернулся Георг, выдала ему отрепетированную заранее легенду, что я – дочь простого мясника, возвращалась домой в деревню после праздника в честь Луноликой, решила срезать путь, где на меня и напали умертвия.

От кого беременна? От друга детства – конюха.

Почему не хочу возвращаться – так папенька не знает о беременности! Да и дочери у него ещё есть, мою пропажу не заметят…

Почему не хочу вернуться к отцу ребёнка? Так он ещё прошлой зимой утонул… на охоте.

Врала я красиво. Глупо, нелепо, постоянно путаясь в датах и событиях, но… Георг не стал вдаваться в подробности истины и ловить меня на откровенной лжи, приняв моё право начать новую жизнь.

– Тебе осталось выбрать имя, – подвёл итог нашему разговору в тот день мой будущий учитель, наставник и друг. – Можешь оставить настоящее и назвать его мне, а можешь выбрать любое другое.

– Любое?

– Да, – кивнул Георг мягко улыбнувшись. – Некоторые называют себя производными от названий тех мест, где пробудилась их сила.

Мне в голову ничего не приходило, ведь вокруг меня тогда было всё, что принадлежит герцогу Дюар. Было очень больно выбирать имя, связанное с ним.

– А хочешь, мы станем звать тебя Ликой? – осторожно предложил Хендрик, который присутствовал при нашем разговоре.

– Ликой? – удивилась я странной похожестью на моё настоящее имя. – Почему?

– Ты переродилась в день Богини Любви, – пожал он плечами. – Думаю, Луноликая не обидится, если ты присвоишь себе часть одного из её имён.

– Меня зовут Лика, – приняла предложенный Риком вариант, представившись обоим мужчинам и впервые улыбнувшись в своём новом облике.

Георг тогда провёл небольшой ритуал, поясняя мне, что раз я выбрала новую жизнь, то старая должна умереть окончательно. Это делалось на тот случай, если кто-то решит обратиться к некромантам, чтобы разыскать меня.

Я понимала, что искать меня может только Дария, и, как раз этого я допустить и не могла. Да, ей будет больно узнать о моей кончине. Да, это неправильно с моей стороны, но только так будет безопасно. Не только для меня и ребёнка. Для неё. Что было бы, если бы я открылась сестре? Что она бы сделала, узнав, что произошло, и кто повинен в этом?

Дария не стала бы молчать. Она просто не смогла бы. А, учитывая, какой монстр скрывался под личиной моего любящего мужа…

Впрочем, совсем скоро я окончательно убедилась в правильности своего поступка. В тот самый момент, когда до Силании начали доходить слухи о вероломной измене и бедном рогоносце-герцоге. Потом мне в руки попали и газеты.

Единственное, чего я и предположить не могла, так это неосведомлённости сестры. Свою совесть раньше я успокаивала тем, что прошло много лет, и что Дария смогла пережить утрату.

Сейчас мне успокоить себя было нечем.

Сейчас мне придётся наблюдать, как Дария узнает о потере сестры.

– Леди Виер, – наконец закончил Леон, подготавливая себя к не самой приятной части нашей работы. Сообщать плохие новости в принципе не любит никто, а про такие и говорить нечего. – С прискорбием сообщаю вам, что вашей сестры давно уже нет среди живых. Точную дату смерти определить невозможно, так как случилось это слишком давно, больше пяти лет назад. Приношу вам свои соболезнования.

Пока Леон говорил, я неотрывно следила за Дидериком, вот только вместо безразличия и возможной злости, что правда всплыла наружу (или облегчения, на крайний случай, что точную дату смерти невозможно назвать), я увидела совершенно другое.

На мгновение мне показалось, что на его лице промелькнуло неверие вперемешку с… болью? Нет, быть этого не может. Это всего лишь игра света. Не более того.

Монстры не способны чувствовать боль.

10

– Больше пяти лет назад, но… – Дария запнулась, мотая головой и отступая на пару шагов назад, выставляя перед собой руки, отгораживаясь от Леона и слов, что произнёс ученик. – Нет, это невозможно! Ты ошибся! Проверь ещё раз! – повернувшись в мою сторону, сестра практически закричала. – Он ошибся! Лилиан не может…

– Леди Виер, – мягко произнесла, вставая и подходя к ней, осторожно взяв Дарию за руки. – Мы сочувствуем вашей утрате, но никакой ошибки тут нет. Мой ученик прав – ваша сестра…

– Нет! – перебила меня она, вырывая свои руки и наплевав на все правила и приличия бросилась в сторону Дидерика. – Ты! Это всё из-за тебя!

Герцог лишь успел подняться на ноги, перед тем, как Дария набросилась на него, хаотично нанося ему удары по всему, до чего могла дотянуться. Честности ради должна признать, что Дидерик даже не пытался поднять руку на неё в ответ, наоборот, молча терпел всё происходящее, не делая даже простых попыток увернуться или как-то защитить себя.

Вскоре на помощь своему хозяину поспешил Ройдор, но остановить истерику Дарии было не так просто. Наоборот, поняв, что кто-то пытается её схватить и отвести подальше от Дидерика, сестра стала сопротивляться ещё отчаяннее.

– Магистр? – тихо окликнул меня Леон, как и я, наблюдая за потасовкой. – Может нам стоит вмешаться?

– Определённо стоит, – призвав тьму лишила сознания сразу обоих.

– А герцога зачем? – поинтересовался ученик, как только два тела, практически в обнимку, оказались на полу.

– Что вы сделали с его светлостью?! – быстро сориентировался в виновнике коллективного обморока управляющий, добавив укоризны в голос. – Магистр Лика, вы не могли бы снять с лорда Дидерика чары?

– Конечно, – старательно пытаясь скрыть горечь в интонациях, маскируя её безразличием, – как только вы вызовите кого-нибудь переместить леди Виер в гостевые покои. Думаю, мне не нужно объяснять, что в её состоянии немного покоя и здорового сна лишними не будут?

– Разумеется, магистр, – чопорно кивнул Ройдор.

Пока управляющий занимался вызовом слуг и контролем транспортировки Дарии в гостевую комнату, я переключила своё внимание на Леона:

– Что там с пентаграммами на убой?

– Слишком много захоронений на кладбище, – с готовностью отозвался ученик. – Боюсь, что ловушки не вместят всех существ, что приползут на зов воронки. Логичнее было бы поставить по периметру территории замка атакующих пентаграмм, с повышенным радиусом действия.

– Они раза в четыре сильнее бьют по резерву, ты помнишь?

– Да, – фыркнул Леон. – Но, если мы возьмём каждый по две-три пентаграммы на убой, разделив замок на три части, образно, само собой, то должны потянуть!

– Хорошо, утверждаю, – махнула я рукой, – иди! – и уже в спину крикнула выбегающему на выход из столовой ученику. – Только про защиту себя не забываем! А то убьётесь сами, а мне потом Георгу объясняй, как так вышло!

– Да, магистр! – донеслось приглушённое.

– И объяснительные директору пиши, – устало выдохнула, делая мысленную пометку, не забыть проверить не только начерченные учениками пентаграммы, но и защиту.

В столовой остались только мы с Дидериком и, как бы мне не хотелось убедиться сейчас, что Дарию обеспечили необходимым комфортом, я медленно подошла к развалившемуся на полу герцогу, отзывая тьму и приводя его в сознание.

– Ваша светлость? – на этот раз он не задавал странных вопросов, как и не намекал на мою причастность к его очередной потери чувств, но повёл себя немного странно.

Медленно поднявшись на ноги, Дидерик окинул меня рассеянным взглядом и направился на выход, не говоря ни слова.

Может оно и к лучшему.

Боюсь, что открой он свой грязный рот и скажи хоть одно слово в сторону недавнего срыва сестры… я бы сорвалась сама. Не стоит злить истинных некромантов – эту истину знают абсолютно все, включая жителей этого замечательного королевства.

Настроившись на прикреплённый к Дидерику маячок, немного удивилась, обнаружив его в библиотеке. Странное время он выбрал, чтобы почитать, очень странное… Если, конечно, меня память не подводит, и я правильно сориентировалась…

– Да и демоны с тобой! – одёрнула себя, на секунду решив подняться к нему и…

Нет. Надо взять себя в руки и успокоиться. Как раз управляющий вернулся, вероятно проверить, привела ли я в чувство его хозяина. Что ж. С него и начнём.

– Господин Ройдор, – слегка улыбнувшись, я подошла к нему ближе. – Не подумайте, что я сомневаюсь в ответственном отношении его светлости к обязанностям хозяина замка, но считаю своим долгом предупредить вас о некоторых обстоятельствах.

– Я слушаю вас, магистр Лика, – Ройдору явно не по душе пришёлся мой намёк о безразличии Дидерика к вверенным ему владениям и людям, но он как мог старался не слишком это показывать.

– Я настоятельно рекомендую вам оповестить всех обитателей замка, что после захода солнца выход на улицу строжайше запрещён. Если, конечно, они дорожат своей жизнью.

– Причины? – поспешил уточнить управляющий, мельком взглянув на часы.

Кратко обрисовав Ройдору про наплыв нежити и дождавшись его заверений, что никто не выйдет, включая животных, я поинтересовалась в каких покоях расположили Дарию.

– Мне нужно пробудить её и постараться успокоить, – пояснила свои мотивы. – Потеря близкого – удар для любящих его людей, и, как некромант, я обязана помочь леди Виер принять смерть сестры.

– Я понимаю, – Ройдор указал рукой в сторону двери, пропуская меня вперёд. – Я лично сопровожу вас.

Всю дорогу до комнаты Дарии мы сохраняли молчание и лишь остановившись у дверей, управляющий нерешительно обратился ко мне:

– Магистр Лика, не сочтите за банальное любопытство, но какими словами вы будете утешать леди Виер? Существует какой-то стандартный некромантский, как бы лучше выразиться… монолог, способный успокоить чувства скорбящего?

– Нет, ничего подобно, – немного нахмурилась я странному вопросу. – Каждый случай индивидуален и, если одним людям хватает понимания, что умерший перешёл в лучший мир и обрёл там покой, то для других приходится вызывать дух из мира мёртвых, давая возможность отпустить и попрощаться.

– Вызвать дух? – задумчиво повторил за мной Ройдор. – И вы сможете это сделать? Вызвать призрак леди Лилиан?

– Не думаю, что это понадобится, – гораздо резче, чем должна была, ответила ему, продолжив более спокойно. – Леди Виер создаёт впечатление умной женщины, не думаю, что она потребует тревожить дух своей сестры спустя столько лет. Леди Лилиан давно уже обрела покой.

– Я переживаю сейчас не за леди Виер, – нахмурившись, отстранённо произнёс управляющий.

– А за кого, простите?

– А? – как будто очнувшись, он отвернулся от меня, открывая дверь в комнату и отступая в сторону. – Прошу вас, магистр.

– Господин Ройдор, – проигнорировала я его тонкий намёк на завершение беседы. – За кого вы переживаете? Кто может потребовать вызвать дух Лилиан?

– Его светлость, – тихо ответил мужчина, грустно улыбнувшись.

– Дидерик?! Не смешите меня! У него совершенно нет причин для этого! – не смогла сдержаться.

Только идиот будет требовать вызвать дух той, кого он убил.

– Вы ведь видели его лицо, когда он узнал о смерти леди Лилиан. Известие сильно потрясло его, –Ройдор совершенно не обратил внимания на мой эмоциональный выпад.

– Мне так не показалось, – стараясь говорить спокойно, сделала шаг в сторону комнаты, показывая, что разговор закончен.

– Нас рассудит только время, – правильно меня понял мужчина, чуть склонив голову. – Магистр Лика, если понадоблюсь, вы всегда можете ко мне обратиться.

– Благодарю, – не став ничего больше добавлять, зашла в комнату, прикрыв за собой дверь.

Подумать только! Потрясло его, видите ли, известие о смерти жены! Большего бреда в жизни не слышала!

А, нет! Слышала – то что герцог решит вызвать мой дух.

– Безумие, – прошептала, закрыв лицо ладонями. – Это просто какое-то безумие!

С другой же стороны, что ещё ожидать от Ройдора? Он же не знает правды, вот и выдаёт желаемое за действительное, только и всего. Конечно, он ведь с пелёнок знает Дидерика и даже мысли допустить не может, что его хозяин гниль отборная в человеческой обёртке. Для них всех он – оплот благочестия и порядочности. Их герцог. Его светлость. А по факту – лицемер, предатель и трус.

– Ох, Дария, – присев на край кровати, где мирно спала сейчас сестра, осторожно погладила её по руке. – Однажды ты простишь меня за всё это, а сейчас…

Сейчас я щёлкнула пальцами, снимая с неё чары и придавая лицу максимально отстранённое выражение. Хватит рассуждать о Дидерике, когда есть первостепенные задачи.

Но, в противовес своим мыслям, мельком я всё же проверила местонахождение герцога. Он был всё ещё в библиотеке. Наверное, роман попался на редкость интересный.

11

Разговор с сестрой занял куда больше времени, чем я планировала. Сначала Дария отказывалась верить в мою смерть, затем требовала подробностей, которые дать ей я никак не могла, ссылаясь на давность гибели, подбирая слова снова и снова…

Мне не единожды приходилось сообщать родственникам о гибели их близких, и какие только реакции мне не доводилось видеть: от банального и тщательно скрываемого алчного блеска в глазах (при мыслях о наследстве) до неконтролируемых истерик на грани безумия. Но, если подумать, кого мы оплакиваем в такие моменты? Себя. Нам отчаянно жалко себя, потому что это мы больше не увидим любимого человека. Это мы с этой минуты окончательно лишены надежды на возможность встретиться и поговорить с ним. Это мы остались в этом мире без него. Все люди по своей натуре эгоисты и с этим ничего поделать нельзя. Они будут лелеять свою печаль, лить слёзы жалости к себе, но не станут признавать очевидного – умерший обрёл покой. Иногда я ловлю себя на мыслях, что так рассуждают только истинные некроманты и то, лишь по той простой причине, что в процессе инициации побывали в мире мёртвых. Такое не забывается и накладывает определённый отпечаток на характер и мировоззрение, хоть и не сразу.

Вот и Дария, подобно всем людям, долго отказывалась принять тот факт, что её сестре сейчас лучше, чем в мире живых. Она продолжала плакать и злиться, жалеть себя и искать виновных. И как бы мне не было трудно рассуждать о собственной смерти, правильными фразами убеждая Дарию, что её сестра обрела покой и не хочет ни мести, ни возмездия… внутри меня всё ощущалось с точностью наоборот.

Я хотела мести.

Я хочу возмездия!

Но не могу позволить себе ни того, ни другого.

Той Лилиан больше нет. А я… мне нужно в первую очередь думать о Милене.

– Леди Виер, – когда Дария смогла более-менее отойти от шока и взять себя в руки, до захода солнца оставалось чуть больше часа. – Вам нужно поесть и отдохнуть.

А мне нужно проверить учеников и работу, которую они провели за день. И очень надеюсь, что никто из них ничего не напутал – переделывать времени уже нет.

– Я не голодна, – отстранённо ответила Дария. – Мне нужно домой. Колин, наверное, переживает…

– Вы не успеете добраться до графства засветло, – мягко перебила её, отгоняя тёплые воспоминания о её супруге, всколыхнувшиеся в памяти, стоило сестре произнести его имя. – Вам лучше остаться здесь, потому что…

Я что-то говорила про вернувшееся к Дарии здравомыслие? Беру свои слова назад! Так как вскочившая на ноги и заоравшая на меня женщина умом сейчас явно не блистала.

Пропустив мимо ушей её крики про ненависть к герцогу Дюар, к замку, который лишил её единственной сестры и проклятий в мою сторону – просто щёлкнула пальцами, напуская на неё тьму и укладывая обратно на кровать. У меня совершенно нет времени уговаривать Дарию остаться здесь на ночь, а оставлять сестру в таком состоянии равносильно убийству. Она ведь непременно направится домой! И, пусть вероятность того, что по пути она может и не встретить умертвий есть (малюсенькая, но всё же), проверять везение Дарии я не намерена.

– Я не позволю тебе рисковать своей жизнью, – прошептала, укрыв её пледом и поспешила на выход.

Первым делом, поймав в одном из коридоров Хлою, попросила её передать управляющему, что леди Виер останется в замке до утра. Хорошо, что горничная боится меня с учениками до зубного скрежета – отнимать моё время лишними вопросами она не стала, клятвенно заверив всё передать господину Ройдору, поспешно сбежала. В прямом смысле – практически с места сорвалась на бег. Удивительная исполнительность!

Выйдя на улицу заметила Амели. Девушка стояла между двумя атакующими пентаграммами, насвистывая весёлый мотивчик.

– Магистр Лика! – заметив моё приближение, ученица довольно улыбнулась. – У нас всё готово!

– Точно? – хмыкнула, осматривая пока ещё не активную пентаграмму.

Начерчено всё было идеально. Уверена, либо Леон уже проверял её до меня, либо, что более вероятно, помогал рисовать.

– Абсолютно точно! – кивнула Амели, подкрепляя мою уверенность в причастности Леона.

Ну, ладно. С этим разберёмся позднее. Тест им, что ли, устроить на начертание тех или иных пентаграмм?

– Что с защитой? – выпустив немного тьмы, начала прощупывать Амели.

– Три ступени защиты, включающие в себя щит от ментальных воздействий, отторгающий нежить слой и атакующие заклинания на развеивание умертвий в радиусе двух метров, если кто-то сумеет подойти, – заученно затараторила ученица, хотя я и так всё уже увидела.

И вот к этому точно приложил руку Леон!

– Хорошо, – приняла ответ, мотнув головой в сторону пентаграммы. – На дееспособность проверяли?

– Да, Леон призвал тьму для проверки – обе пентаграммы полностью рабочие!

– Как мило, что Леон проверял на дееспособность твои пентаграммы, – елейно протянула я, поймав Амели с поличным.

– Так я… он не… – вытаращив на меня глаза пыталась придумать оправдание ученица, но красноречие явно её подвело. Пришлось понуро сдаваться. – Леон немного помогал чертить пентаграммы, магистр.

– И настраивать защиту, – дополнила я, махнув рукой. – Ладно, времени на это уже нет. Стелле он тоже со всем помогал?

– Да, – несколько секунд посопев, девушка сдала и сестру.

Это даже хорошо. Значит, все пентаграммы проверять не нужно, хватит и этих двух. В Леоне я была действительно уверена.

– Не поняла… – запустив немного тьмы по граням пентаграммы, напитывая её крохами силы, чтобы проверить будущую работоспособность и правильную циркуляцию энергии внутри, заметила странный отклик из самого замка.

– Что-то не так? – тут же нахмурилась Амели, внимательно смотря на меня, но её я сейчас проигнорировала.

Продолжая по чуть-чуть подпитывать пентаграмму, стараясь не допустить её активации, с каждой секундой всё больше и больше убеждалась в своих подозрениях.

– Скажи мне Амели, – спустя минуту, отозвала тьму, медленно поворачиваясь лицом в сторону замершей ученицы. – А хоть кто-нибудь из вас догадался проверить наличие резонирующих артефактов в замке?

– Д-да, – нервно кивнула девушка. – Леон перед тем как к вам идти за разрешением проверял.

– Да? – переспросила, если честно, не ожидая такого ответа. – Плохо.

Раз они проверяли и не почувствовали, значит сработала моя истинность.

– Почему? – тихо спросила ученица.

– Потому что в замке что-то отчётливо резонирует на активность пентаграмм, - устало взглянув в сторону заходящего солнца, поняла, что времени осталось совсем мало. – А раз Леон не нашёл, то это что-то сокрытое, и быть может не только артефактом.