Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову

Все попадают в другой мир по-разному. Кто-то умирает, кого-то за ручку проводят высшие сущности. А я — из-за краски для волос! Так с бьюти-процедурой ещё никто не промахивался!

Началось всё банально. Со спора, который я благополучно продула. Так глупо! Нужно было просто проигнорировать дурацкие требования Максима — и всё. Что бы он мне сделал? Ещё раз на свидание позвал?

Ну, собственно, выбор стоял как раз между свиданием с ним и издевательством над собственной внешностью. Я выбрала второй вариант.

Покрасить волосы в яркий цвет? Ну, подумаешь. Пару лет назад вон толпы девочек с цветными волосами ходили и не умерли. Я от смены окраса тоже не умру. А вот на свидании с Максимом — не факт.

В общем, я выбрала смену имиджа. Сказано — сделано. В тот же вечер я купила осветлитель для волос и тонер с аппетитным названием «сладкая вата».

Ну а что, не идти ведь в салон красоты. Там на мою длину можно половину зарплаты оставить, а я и так не особо много зарабатываю. Репетиторов по английскому слишком много, а я ещё и студентка… В общем, очередь из желающих не выстраивается, и с деньгами туго.

Издевательство над собственными волосами продолжалось долго. Настолько, что я успела раз тридцать проклясть Максима с его планами на мою скромную, пока ещё темноволосую, персону.

И через два часа, смыв тонер с волос и наспех высушив их феном, я взглянула на творение своих кривых рук. Некогда каштановые локоны теперь и правда были похожи по цвету на сладкую вату с клубничным вкусом. Особенно сейчас, когда оставались пушистыми после фена.

Но вот странность. Мои светло-карие глаза как будто ещё сильнее посветлели. Ореховый оттенок с каждой секундой становился всё более янтарным.

Это из-за цвета волос? Неужели так оттеняет?

Да нет, не может быть.

Приблизившись к зеркалу, я попыталась рассмотреть себя под другим освещением. Кажется, это было ошибкой. Увиденное мне не понравилось. А всё потому, что моё тело… исчезало. В прямом смысле!

Я таяла, растворялась, словно в дешёвом фильме про призраков.

Запаниковать я успела, а вот закричать — уже нет. Мир вокруг стал каким-то странным, а перед глазами всё завертелось, словно меня в центрифугу погрузили.

***

Не знаю, как меня не вывернуло на этих американских горках, но в какой-то момент я осознала, что всё закончилось, а я нахожусь почему-то под открытым небом.

Как я это поняла? Было холодно. Очень. Так, будто я в домашней пижаме и тонких носках стою на снегу.

Впрочем, слово «будто» здесь было излишним.

Я действительно стояла на краю какого-то странного обрыва, который скорее подходил под описание «трещина в земле», и балансировала изо всех сил, чтобы не упасть.

И самое неприятное — из этой трещины на меня кто-то смотрел.

Создание, которое могло бы посоперничать по степени отвратительности с гремлинами, Чужим и другими порождениями кинематографа. Только у этого были небольшие кожистые крылья, длинные узловатые пальцы, серая кожа и рахитичное брюхо…

Страх парализовал и не позволил пошевелиться. Даже отскочить от этого… этого… Это что вообще такое?

— Ты что творишь, дура? — прокричал кто-то за моей спиной.

А потом меня отшвырнули в сторону так сильно, что я покатилась по земле и потеряла сознание.

***

Очнулась я на чём-то твёрдом. Ясно, на пол грохнулась. Видимо, сознание потеряла из-за чего-то.

Но что это за краска такая токсичная, что я такой приход словила? Надо на производителя в суд подать! То монстры мерещатся, то снег в родной квартире, то голоса какие-то…

Голоса?

Прислушавшись, я действительно поняла, что над головой слышен гул, в котором можно различить речь. А потом открыла глаза и едва не застонала.

Кошмар продолжался. Только теперь я была в помещении.

Кто-то сгрузил меня как мешок с картошкой прямо на каменный пол. А чуть в стороне совещались около дюжины совершенно незнакомых мне мужчин.

— Выдать элларам, и дело с концом, — сказал высокий блондин с таким брезгливым выражением лица, словно ему кто-то под дверь нагадил.

— Жест доброй воли. Для дипломатических отношений хорошо, — согласился с ним кто-то, кого я не видела.

— А если воспитать как следует? — вмешался кто-то третий.

— И удерживать до смерти? — возразили ему.

Диалог был информативным, но совершенно непонятным. Ясно было только одно — обсуждают мою персону.

Я не знала этого наверняка, но чувствовала всеми фибрами души. Интуиция, которой у меня отродясь не было, буквально кричала, что сейчас решается моя судьба.

— Эй, уважаемые, вы обо мне говорите?

Сделав усилие, я села, оглядевшись. Под ногами, а точнее, под моей пятой точкой, была каменная кладка, как будто мы в средневековом замке. Стены тоже были из камня, а освещалось помещение странными то ли свечами, то ли просто огоньками.

Мамочки! Куда я попала?!

И почему стоило мне открыть рот, вся дюжина незнакомцев уставилась на меня так недружелюбно?

— А вы мои глюки, да? Что, всё сразу?

— Лара, что вы делали возле разлома? — спросил один из них — седовласый низкорослый мужчина с пышными усами.

Пожалуй, он здесь внушал мне больше всего доверия. То ли добродушными чертами лица, то ли своими сединами.

— Кто что-то делал возле чего? — уточнила я.

— Понятно. Скажите, лара, к какому роду вы принадлежите?

— Я не Лара. Меня зовут Ева. И моя фамилия Савина, если вы об этом.

Старичок улыбнулся.

— Лара — это вежливое обращение к вашему виду, — пояснил он.

— Какому виду?

Не знаю, сколько ещё я бы продолжила тупить, но на галёрке у кого-то сдали нервы:

— Вы что, не видите — она ведь не в себе.

— А вот я в этом не уверен, — хмыкнул старичок. — Вполне возможно, что лара действительно не отсюда, и тогда это открывает перед нами весьма занятные перспективы.

— Считаете, это возможно? — спросил тот самый блондин, который с утра явно хлебнул уксуса.

— Вспомните, что однажды проделал ваш вид, лорд Визорт.

Лорды, виды, лары… Что вообще происходит?

— Где я?

Наконец-то я додумалась задать хоть какой-то адекватный вопрос.

— Вы находитесь на территории академии магии, лара, — ответил мне всё тот же старичок.

— Где?!

— А вот что с вами делать дальше — вопрос более чем интересный, — вздохнул этот низкорослый, ну, видимо, Гэндальф. — Лорд Деморт, заберите её пока к себе. Окончательное решение примем позже. Подождём, может, придёт запрос от эллар.

Лорд Деморт? А имя у него случайно не Волан? Ассоциации ну просто замечательные возникли. Куда я попала и как отсюда выбраться?

— Не нужно меня никуда забирать!

Ага, кто бы меня слушал. От группы мужчин отделился человек, который выглядел особенно угрожающе. И хоть на меня он подчёркнуто не смотрел, выражение лица было таким, словно я лично убила его любимого хомячка.

Впрочем, нос у него был, в отличие от знаменитого однофамильца, и это не могло не радовать. Даже одет он был нормально — в почти обычный чёрный костюм, а не в какую-то там мантию.

— Ваше мнение не учитывается, лара, — раздался низкий баритон этого лорда. — Вы идёте со мной.

Глава 2

Итак, даже спустя час мне не было понятно решительно ничего. Единственное, что я узнала — лорд Деморт является ректором магической академии.

Об этом он поведал мне после того, как я несколько раз предположила, куда именно он сейчас меня ведёт. На выбор были тюремные камеры, пыточные подвалы и красная комната мистера Грея. Последнее он не понял, что хорошо.

Конечно, не стоило прям уж так откровенно издеваться. Было похоже, что этот конкретный индивид не отказался бы меня и правда прирезать.

Почему-то невзлюбил меня с первого взгляда. Впрочем, я его понимала. Сидишь тут, свои злодейские дела делаешь, а на тебя какую-то розоволосую девицу в пижаме навешивают.

— Где мы находимся?

— Я думал, мы это уже проходили, — потёр он переносицу. — Вы в академии «Сердце дракона».

Какое поэтичное название! А почему не «Печень виверны»? Или «Селезёнка мантикоры»? Ничем не хуже, между прочим!

— И где находится эта академия?

— Лара, вы уверены, что хотите прослушать лекцию по географии? Перестаньте испытывать судьбу и расскажите, откуда вы взялись.

Мы как раз дошли до помещения, которое подозрительно напоминало ректорский кабинет. Впрочем, мне было уже всё равно. Главное — здесь было тепло и почти уютно.

Я пошевелила замёрзшими пальцами ног, на которых были все те же тонкие носки. После короткой, но впечатляющей прогулки по снегу они были ещё и мокрыми. Эх, сейчас бы в горячую ванну!

В общем, я разомлела, да и не видела смысла скрывать что-то. Хотя, может быть, и стоило. Но учитывая то, как на меня смотрели участники недавнего собрания, они знали явно больше меня. А вдруг помогут?

Нет, убить тоже могут, конечно. Но это они и без моего чистосердечного успеют.

Так что я рассказала как есть. Образная и красочная повесть о моей не слишком длинной, двадцатилетней жизни, в которой я успела только окончить школу и отучиться два года в университете, не особо впечатлила ректора.

Впрочем, как и мой рассказ о неправильной краске для волос, которая с какими-то жуткими токсинами оказалась.

— У меня для вас не самые приятные новости, лара, — сказал ректор. — В мир, который вы зовёте домом, вы вряд ли вернётесь.

— То есть я правда в другом мире?!

Вот, вроде бы, в очередной раз мне это подтверждают, а всё равно не доходит. Как будто дурной сон смотрю и вот-вот проснусь.

— Да. И у нас с вами проблема, лара, — вздохнул мужчина, глядя куда-то в сторону.

И чего он так брезгует на меня посмотреть? Моя розовая макушка слепит, что ли?

— Почему меня все так называют?

— Вот в этом и проблема, — ответил он.

Ректор Деморт шевельнул пальцами, и перед ним начало прямо в воздухе расплываться тёмное пятно. И меньше чем через пять секунд на его месте образовалось совершенно обычное с виду зеркало.

— Умереть не встать, — выдала я вердикт.

Лорд ничего говорить не стал, но мои образные выражения ему, очевидно, не понравились. По крайней мере, поморщился он так, словно я его тут трёхэтажным обложила.

А затем он, всё так же не глядя на меня, направил зеркало в мою сторону, остановив его в метре от моего лица.

В нём отражалась та же девушка, какой я была утром. Ну разве что с дурацким цветом волос в стиле жевательной резинки. И глаза излишне яркие. У соседей жил кот — британец, вот у него примерно такие были.

— Спасибо, я всё ещё помню, как выгляжу.

— То есть вас ничего не смущает? В вашем мире это норма?

— Если вы о цвете волос, то…

— Лара, перестаньте отрицать свою принадлежность к элларам. Если продолжите, ситуация усложнится ещё сильнее.

— Мою принадлежность к кому? Не могли бы вы рассказать подробнее.

Ректор мог.

Оказалось, поборники естественного окрашивания приняли меня за представительницу местного, малочисленного народа.

Эллары были потомками дриад, имели предрасположенность к природной магии — магии земли, глубокую связь с животными. В общем, аватары на минималках. И от остальных их отличал как раз необычный окрас.

Эти существа имели яркие зелёные, синие, розовые волосы. И глаза янтарного оттенка.

Ну и собственно, из-за этого глупого окрашивания меня и приняли за одну из них. Хотя могли бы подумать хотя бы минуту, чтобы понять, что их теория отдаёт клиническим бредом.

— Нет, вы не понимаете, это всё глупая ошибка, — сказала я, сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. Хотя смех вырывался не весёлый, а истеричный. — Я человек. Самый обычный. И волосы у меня обычные, каштановые. Я на спор покрасилась. Ну какая из меня эллара? Я вообще из другого мира, да и магии у меня нет!

Услышав это, лорд повернулся. Да-да, он вышел на другой уровень игнора. Уже не просто не смотрел на меня, но и мне решил не оставлять удовольствия лицезреть его физиономию. Но тут сделал исключение. А всё для того, чтобы достать из воздуха нож и швырнуть его в меня.

Инстинктивно прикрывшись руками, я замерла. Хотя нужно было подрываться и бежать подальше от этого маньяка.

Здесь все чокнутые или мне, как обычно, повезло на такого нарваться?

Вот только секунды текли, а лезвие так и не врезалось в ладони.

— Лара, можете убрать руки от лица.

Удивительно, но я послушалась. И увидела, что тот самый нож завис в воздухе в нескольких сантиметрах от меня.

— Это вы его?

— Нет. Вы.

Я помотала головой. Это что за бред? Не может быть! Я отказываюсь в это верить! Это все токсины от неправильной краски и устойчивые галлюцинации… Правда же?

Увы, реальность кричала, что всё взаправду.

— Как?

— Рефлексы сработали.

А раньше почему не срабатывали? Коленки в родном мире я только так разбивала.

Ну ладно, не буду цепляться к словам. Если у меня есть магия, это уже неплохо, да?

Хотя я всё ещё считала себя человеком, доказать это другим, кажется, будет непросто. Ничего, через месяц корни отрастут, все поймут, как ошибались.

Но этот месяц ещё продержаться надо!

— А почему моя теоретическая принадлежность к элларам является проблемой? — вспомнила я.

— Потому что они живут очень закрыто и очень редко позволяют кому-то из их народа свободно разгуливать, особенно женщинам. Не говоря уже о том, чтобы учиться в академии. Исключения бывают, но это редкость. Только для тех, чей уровень силы настолько высок, что сдержать его не получается. Точнее, такие исключения были раньше.

Я что, попала в махровый патриархат? Здорово-то как.

— Раньше? А сейчас уже нет?

— Увы. Эллары не появлялись в стенах этой академии уже очень давно.

— А может быть, меня всё же можно отправить назад? — взмолилась я, представив перспективы.

— Поверьте, лара, я бы с удовольствием отправил вас туда, откуда вы пришли. Но это не в моей власти.

Вот вроде бы говорит вежливо, а желваки на скулах так и ходят. И пальцы, затянутые в чёрные перчатки, сжимаются так, словно кто-то представляет мою шею.

Ещё и перчатки носит в помещении! Это чтобы окончательно образ пижона закрепился или чтобы отпечатков пальцев на шее убиенных им девиц не оставлять?

— Не в вашей власти, — повторила я. — То есть кто-то всё же может?

— Очень не советую искать, — процедил ректор. — И вообще, распространяться на тему того, что вы явились из другого мира. Это только добавит проблем.

— Мне или вам?

— Вам, лара, — вздохнул он так тяжело, словно с умственно отсталой разговаривал.

Я тоже вздохнула. Не из солидарности с ректором. Просто жаль себя стало.

— Как я вообще сюда попала? — спросила, чувствуя, как жалость к себе переливается через край. — Я ведь ничего не делала, никаких заклинаний не читала, никакие артефакты руками не трогала, даже кирпичи мне на голову не падали! Всё что сделала — покрасилась!

— Я думаю, дело как раз в этом. Но вам очень не советую распространяться на эту тему. И задавать вопросы об этом тоже.

Интересно, он может говорить ещё загадочнее? Ну что за человек?! Никакой от него пользы!

— И мне нужно учиться в академии? Хотя этих ваших эллар тут не бывает? Почему бы не отправить меня к ним?

— Позвольте, я обрисую вам перспективы, лара, — сказал он, отворачиваясь, словно смотреть на меня ему было очень неприятно. — Вернуть вас в ваш… дом я не могу. Отпустить? Это пожалуйста. Но вряд ли вы далеко уйдёте. Эллары — очень закрытое сообщество. А ещё они отчаянно пытаются восстановить демографию. И только академия позволит вам избежать участи, при которой вас в лучшем случае выдадут замуж, заставив рожать каждый год по ребёнку. В худшем же…

— Не продолжайте. У меня воображение живое, я сама додумаю.

Показалось, или он усмехнулся? Радуется тому, какое передо мной будущее открывается? Могу махнуться с ним не глядя, если ему так нравится.

— Академия — ваш единственный шанс. Более того, вам придётся очень постараться, чтобы остаться здесь, так как в ней учатся только лучшие и сильнейшие. Если не справитесь, оставить вас здесь я не смогу, и тогда…

— Я поняла свои перспективы, спасибо, — процедила я. — Но интересно другое. Почему мне вдруг оказывают такую любезность, что позволяют учиться в академии? Не по доброте душевной, это точно. Какие мотивы у вас?

Глава 3

Ректор не выглядел озадаченным. Вообще, было похоже, что его больше злит сама необходимость этого разговора, а не мои предположения относительно его морального облика и его коллег.

— Вы правы, мотивы есть. Эллары, как я уже говорил, закрытый народ, и в академии их не было уже давно. Они также не идут на сотрудничество. Но их способности уникальны. При этом вы не принадлежите ни к одной семье эллар и поэтому…

— Поэтому меня можно использовать в своих интересах, — кивнула я.

— Да. Магия вашего вида может быть очень полезной. И вряд ли работа на корону для вас хуже, чем перспективы того, что сделают с вами сами эллары.

С одной стороны, да. С другой — это ещё проверить надо. Вот так брать и доверять непонятному типу я не собиралась.

— Вы сказали, что эллары здесь давно не учатся. А кто учится?

— В основном люди и драконы.

— Кто?!

Я едва не завопила. Сдерживалась как могла. Но на последней ноте голос всё же перешёл на писк.

Хорошо, что ректор никак этого не прокомментировал. Воспитанный, сволочь.

— Настоящие драконы? Те самые, которые живут в пещерах с золотом и развлекаются тем, что устраивают спарринги с рыцарями? Кстати, мне всегда было интересно, почему на дракона идут в стальных доспехах? Это для того, чтобы мясо равномерно пропеклось, и животинке было вкуснее?

Послышался тяжёлый вздох. Ректор снова потёр переносицу.

— Лара, прошу вас в дальнейшем воздержаться от подобных рассуждений.

Ага, конечно. Сами меня в эту академию запихнули, так что терпите.

Но вслух я сказала, разумеется, другое:

— А, ну да. Простите. Не каждый день узнаешь, что находишься в одном мире с настоящими драконами. Вот бы увидеть хоть одного…

— С этим проблем не будет, лара. Вы сейчас как раз на него смотрите.

И да — ректор всё ещё гипнотизировал взглядом стену, а не меня, но выглядел убийственно серьёзно, и что-то подсказывало, он не шутит.

— А, ой.

Он вздохнул, а потом открыл ящик стола, достав кожаный мешочек, подозрительно похожий на кошелёк из исторических романов.

— Возьмите, — сказал он, поставив его на край стола.

Не то чтобы у меня был богатый опыт, но что-то подсказывало, что когда малознакомый мужчина предлагает деньги, брать их категорически нельзя.

— Что это? — на всякий случай уточнила я.

— Это деньги, — ответил этот капитан очевидность.

— Не уверена, что могу взять их. Вряд ли в ближайшем будущем я смогу вернуть.

Клянусь, у ректора по моей вине коллапс лёгких случится. Ну нельзя же так часто и горестно вздыхать.

— Лара, это стипендия. Возвращать её не нужно.

Это меняло дело. Хотя кошелёк я всё ещё брала с опаской, словно это была ядовитая змея. Впрочем, зря я оскорбляю бедных маленьких змеек таким сравнением. Они убили значительно меньше людей, чем деньги.

— Отправляйтесь к коменданту женского общежития. Вручите ему эту бумагу, он выделит вам комнату. И подскажет, где взять необходимые вещи.

Рассказ о том, как мне найти этого коменданта, был таким подробным, что я сразу поняла — провожать меня никто не собирался. Ну и ладно, не умру оттого, что по незнакомому зданию поблуждаю немного. Просить выделить сопровождение — хуже. Унизительнее.

— Я поняла.

— Если поняли, тогда идите. И да, лара, очень советую не выделяться. Таких, как вы, здесь… не слишком любят.

Всё чудесатее и чудесатее. То есть без старого доброго классового неравенства никуда? И я, как обычно, на стороне лузеров.

Стоило мне направиться в сторону двери, как лорд поморщился и выдал:

— Стойте.

Снова пошевелив пальцами, он наколдовал ботинки, а следом и плащ.

— Пару дней продержатся. Но советую обзавестись нормальной одеждой.

— Спасибо, — от души поблагодарила я, надевая ботинки.

— Не за что. Последний совет, лара, — сказал он, когда я уже взялась за ручку двери. — Не попадайтесь мне больше на глаза.

***

Два раза налево, потом направо, потом прямо и по лестнице на первый этаж. Идти налево, и через одно здание будет женское общежитие. Отличить от остальных его можно по большой зелёной входной двери.

Я держала это в уме, пытаясь не забыть. Хотя мысли то и дело соскакивали на другие темы.

В этой академии я всего пару часов, а меня уже ненавидят.

— Не попадайтесь мне на глаза, — передразнила я, скривившись. — А что мне делать? Освоить навыки ниндзя, чтобы исчезать каждый раз, когда он на пути появляется? Он ведь ректор!

Понятно, тут все психи. И я в том числе. Господи, ну как такое может быть? Может, я всё же просто спятила?

Жаль, но всё происходящее было настолько реальным, что сомнения почти отпали.

Я потрогала стену, ощутив под пальцами шершавый камень. Распахнула полы плаща, осматривая ткань.

Да нет, галлюцинации не могут быть настолько качественными.

Замечтавшись, не заметила, как из-за угла вывернула какая-то массивная фигура и я чуть не врезалась в прохожего. Увернулась в самый последний момент. Но этого хватило, чтобы он обратил на меня внимание.

— А, ты та сумасшедшая, что чуть в разлом не прыгнула?

Я узнала этот голос. Кажется, именно им меня назвали дурой перед тем, как я отключилась. А теперь и обладатель баритона появился.

Подняв взгляд, я уставилась на парня передо мной. Высокий. Почти как ректор. Их тут чем-то особым поливают, что все под два метра вырастают? Но в глаза бросался не рост.

Белоснежные волосы с идеальным холодным блондом, голубые глаза настолько пронзительного оттенка, что казалось, они светятся, а ещё шрам под правым глазом. В общем, колоритная внешность.

— Симпатичная пижамка, — хмыкнул незнакомец.

Ну да, в момент перемещения на мне была домашняя одежда — уютные штаны в клетку и футболка, на которой был нарисован мемный котик с ножом.

— Могу артикул скинуть, если тебе так понравилась. И я никуда не прыгала, — ответила я.

— Да мне плевать, — выдал парень. — Уже уходишь обратно к себе? А почему без сопровождения?

— Я никуда не ухожу. В смысле, ухожу, но только до общежития. Я вроде как буду здесь учиться.

— Ты? — облил он меня презрением. — Они там все спятили?

О, мне было что ответить. Да! Однозначно все сошли с ума. И я в том числе. Ещё тогда, когда токсичную краску на свою драгоценную дурную голову нанесла.

Кстати, об этом. Я продолжала смотреть на его белоснежные волосы, за которые любой колорист душу бы продал, и не могла избавиться от навязчивой мысли.

— Скажи, а ты тоже сюда попал из-за неудачного окрашивания?

Увы, мне не ответили. Зато я шокировала незнакомца настолько, что он перестал нависать надо мной, и я смогла спокойно обойти эту тушу, отправляясь на поиски общежития.

И только дойдя до нужного здания, поняла, насколько сильно попала.

Бонус-визуал

Дорогие читатели, спасибо что обратили внимание на мою новую книгу.