Сталкер от бога. Порог небытия

Спустившись к туннелю, соединяющему старые и новые энергоблоки, Меткий осторожно выглянул. Вроде никого. Что ж, других путей нет, а оставаясь на месте, кроме смерти ничего не дождешься. Стоило сталкеру выйти на открытое пространство и сделать с десяток шагов, как впереди, в одной из ниш мелькнула тень. Могло и показаться, но Меткий придерживался правила, которое еще в армейской учебке старшина выжег навеки в памяти новобранца.

– Запомните, сынки, – сказал бывалый вояка, – если на войне вам только на миг показалось что-либо нехорошее, то можете даже не сомневаться – все так и есть.

Сталкер напрягся, но продолжил идти. Расстояние еще приличное, а «рельсу» он держит одной рукой, так что на быстрый и точный выстрел рассчитывать не приходится. И опять колыхнулась тень, но теперь в технической нише с другой стороны коридора. Меткий снова не открыл огонь. Он понял, что его пытаются заставить на нервах выстрелить впустую. Всем известна невысокая скорость перезарядки рельсотрона, а потому после промаха сталкера у сектантов появится прорва времени для ведения прицельного огня.

Противник демонстрировал выучку и отменное понимание ситуации на поле боя, из-за чего у сталкера во рту появился противный, кислый привкус беспомощности. Наверное, что-то подобное чувствовал Леденев во время их поединка на ножах. По бедру Меткого полоснула автоматная очередь. Для изучения повреждений момент был неподходящий, но сильная боль и не желавшие слушаться мышцы на ноге подтолкнули сталкера к оптимальному решению. Он сбросил тело директора на бетонный пол и залег за ним, используя не только как укрытие, но и в качестве упора для винтовки. Наконец-то появилась возможность взять оружие двумя руками и дать врагу отпор.

Меткий взял на прицел угол ближайшей ниши и нажал на спуск, едва поймав в перекрестье высунувшийся краешек пуленепробиваемой маски – такой же, как у него. Характерный пульсирующий звук разрезал воздух. Маска сектанта выдержала испытание на прочность. Во всяком случае, она не разлетелась на куски, чего не скажешь о шейных позвонках ее владельца. От удара по броне в область скулы голова фанатика рывком крутанулась на сто восемьдесят градусов, увлекая за собой в полет тяжелое тело. Фатумовец грузным мешком врезался в дальнюю стену ниши с такой силой, что выбил из нее облачко пыли.

Завораживающее зрелище на долю секунды приковало даже внимание Меткого, казалось бы, повидавшего все. Однако пуля, срикошетившая от верхней кромки маски сталкера, живо напомнила ему, что ситуация по-прежнему крайне тяжелая. Перевернувшись через левый бок, он стал менее доступной мишенью для второго стрелка. Теперь с учетом того, что этот сектант правша, ему для прицеливания надо высунуться практически полностью, либо стрелять наудачу.

Поняв, что их товарищ попал в трудное положение, его попытались поддержать огнем из укрытий в глубине туннеля, но и эта попытка оказалась безуспешной. Стрельба из штурмовой винтовки стоя, навскидку, да еще в боевых условиях, имеет немало предпосылок для ошибки. Несколько пуль просвистело мимо, одна ударила сталкера в защищенный лоб, а следующая впилась в тело бесчувственного директора, отметившись кровавой кляксой.

– Еще парочку маслин! – подбодрил врагов Меткий. – Старикана и того добить не можете!

В ответ послышался витиеватый мат, причем сразу на нескольких языках. Словесная перепалка несколько отвлекла сталкера и он не успел нажать на курок, когда из ближней ниши на миг высунулся сектант. Плохо дело. Чем дольше они его тут держат, тем выше вероятность появления врага в тылу. Когда это случится, он просто получит пулю в затылок. Меткий подавил в себе острое желание обернуться и сконцентрировал внимание на укрытии незадачливого фанатика слева. К сожалению, тому удалось набраться терпения и ума не подставляться под огонь лучшего ствола Зоны.

Тем не менее, наблюдение подсказало выход из тупиковой ситуации. Сталкер обратил внимание, что в нише вертикально проходит толстая, десятидюймовая труба, а из-под сальника запорной арматуры тонким язычком вырывается струйка горячего пара. Решение пришло на уровне подсознания. Мысль еще до конца не оформилась, а палец уже нажал на спусковой крючок. Череда диких воплей сектанта, варившегося заживо в окутавшем его облаке, звучала для Меткого как сладкая музыка. Броня могла сейчас помочь фанатику не более, чем панцирь черепахе, брошенной в кипяток.

Белая пелена окутала середину туннеля, спрятав враждующие стороны друг от друга, а потому сталкер подхватил директора АЭС и направился к ней, держась левой стены. Паровая завеса играла на руку Меткому, позволяя скрыть спину от возможной погони и одновременно выйти на дистанцию ближнего боя.

Внезапно, из молочной взвеси вынырнул корчащийся от ожогов и напрочь потерявший ориентацию в пространстве боец «Фатума». Сталкер, практически не целясь, выстрелил, от чего сектант сложился пополам и улетел назад в облако пара со скоростью пушечного ядра. Одновременно впереди раздались две скупые очереди по три патрона, затем одна чрезмерно длинная, отдававшая паникой, и будто в назидание оборванная еще одной короткой.

– Черт-те что и сбоку бантик, – процедил сквозь зубы сталкер, пребывавший в недоумении после затихшей перестрелки.

Кто стрелял, в кого и зачем – неизвестно. Тем не менее, в отсутствие какой-либо альтернативы, он продолжал осторожно продвигаться вперед в этом подобии турецкой бани.

– Меткий, это ты там? – прокричал кто-то.

Нотки голоса показались удивительно знакомыми, но не настолько, чтобы определить невидимого собеседника.

– Первый раз слышу про такого, – ответил сталкер, не сомневаясь, что если впереди союзники хорошо его знающие, то для идентификации достаточно произнесенного без всяких заверений. – Кто говорит?

– Переведенцев.

Меткий понял, что именно разговор на повышенных тонах помешал ему признать капитана. Ранее им приходилось общаться лишь в диапазоне громкости от тихо до шепотом.

– Мы к тебе на помощь, – будничным голосом сообщил капитан, когда сталкер вышел из паровой завесы, – да и вообще, компанией веселее.

Поодаль за спиной спецназовца на бетонном полу лежали три трупа.

– Мы? – переспросил Меткий.

В ответ на этот вопрос капитан сделал призывный жест рукой, после которого словно из стены выступил еще один боец.

– Все что осталось от моего квада, – на этот раз с горечью произнес офицер, – двоих мы потеряли в потрохах второго энергоблока. Знакомьтесь, моего товарища зовут Кнут.

Меткий и соратник Переведенцева кивнули друг другу.

– А второй квад и Николай? – спросил сталкер.

– О, надеюсь, они в порядке. В городе вообще все прошло без сучка и задоринки, никаких потерь. Мы увели погоню за собой, а затем сделали петлю и, сбросив хвост, пошли к АЭС. Ты главное скажи, тебе удалось вывести из строя установку?

– К сожалению, нет.

Переведенцев расстроенно цокнул языком.

– А чей труп ты тащишь?

– Он еще не труп, хотя и может стать им. Это парализованный директор всего комплекса лабораторий и Дальневосточной АЭС. Без него у нашего противника серьезные кадровые проблемы, поскольку заместителя он сам на тот свет отправил, а сотрудникам рангом пониже не доверял управление самым важным оборудованием. Причем, скорее всего, именно из-за нас, чтобы мы не заставили кого-нибудь из них работать против Повелителей.

– Так не лучше ли его прикончить, пока есть возможность? Да и дело надо бы довести до конца. Вернемся по твоим следам?

– Не лучшая идея, ведь мы потеряли фактор внезапности. В «Тиамат» сейчас все охранники, ждавшие нас на периметре, уже наверняка стянуты внутрь. Попасть отсюда в лабораторию можно только по одной лестнице, стопроцентно взятой под прицел. К тому же, что у вас самих за спиной? Вряд ли вы перебили всех сектантов у старых энергоблоков.

– Нет, конечно, но человек двадцать положили.

– То есть в лучшем случае треть, и это если еще не перекинут подкрепление из Комсомольска, что вполне вероятно. Они очень скоро зажмут нас с двух сторон и тупо возьмут массой. К тому же боеприпасов при интенсивном огне у нас надолго не хватит. Надо выбираться из капкана пока не поздно, и полуживой директор наша единственная козырная карта против их численного перевеса.

– Черт, ты прав, – заскрежетав зубами, выдавил из себя Переведенцев. – Столько усилий, парни погибли, а нам снова отступать, поджав хвост! Как же это бесит!

– Понимаю тебя, но если хотим достичь цели – придется поступить именно так. Только моим маршрутом мы не сможем воспользоваться для обратной дороги.

– Значит, придется по нашим следам идти. Только сначала заложника подлатаю немного.

С этими словами капитан нацепил на сверток с телом запасной пояс для артефактов и положил в контейнеры «подорожник» для остановки кровотечения и «крест» для регенерации клеток. Сталкер снова взвалил директора на плечо, и группа отправилась в путь.

– Не знаю, что за дефиле ты тут устроил, – продолжил офицер «Чести», – на это представление мы не успели, но, судя по последствиям, титул человека-катастрофы однозначно принадлежит тебе. К нашему прибытию станция в районе первого энергоблока напоминала разворошённый медведем улей! С одной стороны это сыграло нам на руку – позволило мне спокойно провести квад вдоль ограждения и незаметно проникнуть на территорию АЭС без единого выстрела. А с другой стороны, как только нас обнаружили… короче, с более яростными атаками фанатиков, практически безрассудными, я ранее не сталкивался!

– Мое проникновение тут только косвенная причина. Нас на «Дуге» такие же берсерки атаковали. Ими управляют дистанционно через какие-то излучатели, от чего сектанты звереют, но и, слава Богу, тупеют одновременно.

– Ничего себе! Так они фанатики поневоле?

– Трудно сказать. Но если, условно говоря, им прикажут «вперед, на убой!», то их мнение на этот счет ничего не будет значить.

– Понятно.

– А как вы попали сюда?

– Я недавно приобрел схему лазейки у одного из ветеранов – он из числа самых первых сталкеров Зоны. Благодаря ей, мы без драки проскользнули в машинный зал через вентиляционную систему. Там столько радиационной пыли, что даже сектанты держатся от воздуховодов подальше!

– У тебя хватило средств оплатить такой секрет?

– Нет, разумеется. Да только денег мужик и не просил, он загибался от лучевой болезни, а ее никаким банковским счетом не вылечишь. Родни, которую можно осчастливить крупной суммой, у него нет, так что у нас состоялась некоммерческая сделка исключительно под мое честное слово. Можно сказать, Зона сожрала не только здоровье человека, но и всю жизнь. Вот у него и осталось лишь одно желание – отплатить ей любым способом. Лучше «Чести» в этом вопросе тяжело найти альтернативу. Ну, если не считать тебя, конечно.

– Спасибо на добром слове, – невольно усмехнулся Меткий.

– Далее мы забрались в третий энергоблок и там, пробиваясь с боем, искали путь на нижние уровни. Нам откровенно повезло, ведь это как найти иголку в стоге сена, да еще вслепую!

– Может и так, а может и нет. Как говорится, кто верит в случай – не верит в бога.

Переведенцев на ходу повернул голову и вопросительно посмотрел на боевого товарища, но тот махнул рукой.

– Не запаривайся, просто мысли вслух. Если выберемся из этой передряги, расскажу тебе одну прелюбопытную историю, которая со мной сегодня приключилась. В любом случае, я ценю, как вы, ни секунды не думая о себе, фактически без единого шанса на выживание, кинулись мне на помощь.

– Ну, дело-то у нас общее, и, как ни крути, цель оправдывает средства. Если мы сгинем, но не позволим переработать человечество на компост, то, считай, победили! Будь я на твоем месте, ты бы также кинулся на выручку, даже не сомневаюсь.

Трое сталкеров продвигались вперед, чем далее, тем более настороженно. Череда коридоров, помещений и лестниц на одном из разветвлений начала отличаться от маршрута Меткого.

– Стесняюсь спросить, а как вам удалось задержать толпу поклонников с «тройки», чтобы они не висели на пятках?

– Энергоблок от технических помещений, находящихся под ним, отделен шлюзовой дверью, открываемой поворотом круговой ручки. Знаешь, как на кораблях. Так вот мы со своей стороны застопорили это колесо арматурой, а сталь там такая, что как консервную банку ее ножом не вскроешь. Исходя из этого встречный вопрос: какие у тебя идеи насчет данного угольного ушка, и чем оно лучше той лестницы, что ведет в «Тиамат»?

– У нас прям школьный стишок, – облизнув губы, впервые подал голос Кнут. – Дано: лезем мы в окно. Допустим – хозяин нас не пустит, доказать, как же будем вылезать?

– В армейской учебке наверняка нас всех одинаково учили, – ответил Меткий, – появляться надо оттуда, откуда тебя не ждут. Представь себя на месте сектантов: сталкеры прошли к лаборатории и заблокировали шлюз, который они вскрыть не могут, при этом поступает информация о нападении на центр управления комплексом. Хватит ли у них при таком раскладе спокойствия сидеть перед запертой дверью? Сомневаюсь. Основные силы гарантированно двинули в обход, ведь им в отличие от нас и другие тропки известны, а на поверхности никто не мешает. Поэтому едва ли мы столкнемся с толпой – ставлю все артефакты с моего пояса, что сектантов по ту сторону не более пяти!

– Хм, пожалуй, я поостерегусь с тобой спорить. Хотя, если честно, то, на мой взгляд, и пяти бойцов более чем достаточно, чтобы там никто не проскочил.

– Да брось, мы за последние дни с Николаем несколько раз подобное проворачивали!

– Дымовые гранаты? – после секундной паузы попробовал угадать Переведенцев. – Или световые? Хоть какие-то еще остались?

– И те и другие применяли, плюс в Гиблой лощине использовали реактивный огнемет. Правда, сейчас ничего из этого уже нет, но зато есть экзоскелет с усиленной броней и она.

Меткий щелкнул по трофейной маске.

– Вещь исключительная, – продолжил сталкер, – их на всей АЭС несколько штук. То ли экспериментальные образцы, то ли настолько безумно дорогие и сложные в производстве, что на поток не поставишь. Жаль, не знал, что вскоре вас встречу – прихватил бы презент. С ней главное, под выстрел из «рельсы» или другого тяжелого вооружения не подставиться, а так – сам черт не брат! Едва ли создатели шагающих мини-танков рассчитывали, что столь навороченная броня будет использоваться против них самих. Вот мы и укажем им на ошибки в планировании! Ты мне доверяешь?

– Меткий…

– Да?

– Мы несколько дней шли за вами. Видеть тебя в деле, к сожалению, не имел удовольствия, но и просто созерцания результатов вашей с Николаем работы мне вполне хватило. Так что я в тебя, безусловно, верю и буду с тобой до конца.

– Прошу прощения, – поднял руку Кнут, – у меня насущный вопрос: каков наш план, если удастся выбраться на поверхность?

– Выжить и унести ноги, чтобы снова вернуться. Едва вылезем из-под толщи бетона, чтобы появилась связь – сразу запросим через штаб клана эвакуацию. На РЛС в Большой Картели уже обкатали привлечение армейцев, так что думаю, имея позитивный опыт за плечами, мы сможем рассчитывать на летунов. Конечно, вояки не сядут у самого энергоблока, им просто не позволят это сделать. «Язык» на «Дуге» рассказал, что за последнее время по части ПВО сектанты конкретно усилили оборону. Поэтому придется уходить с погоней за плечами до той точки, где вертолеты смогут нас подобрать с меньшим для себя риском. Высокопоставленный пленник – единственная надежда, что нас не закидают гранатами.

– На случай если ты погибнешь, а кто-то из нас выживет, расскажи, что удалось узнать.

– Все что поведал мне директор, требует самой тщательной проверки. Врет он легко и непринужденно, как дышит. Жук настолько подкованный, что не сомневаюсь – любой детектор лжи ему обмануть не труднее, чем малого ребенка. Однако к информации об армаде спутников-ретрансляторов на орбите, способных накрыть почти всю планету излучением аналогичным дуговому, я думаю, стоит отнестись серьезно. Равно как и к возможности открывать пространственные порталы. Свидетельствую – мне лично довелось таковым попользоваться. Впрочем, вы и сами наверняка видели у первого реактора мерцающий овал.

Мужики слушали словно заворожённые.

– Далее директор сказал, что для всего этого требуется особая энергия, вырабатываемая генераторами и якобы аккумулируемая в накопителе. Ложь это или правда, понять невозможно, но существование огромных генераторов неоспоримый факт. Питает их АЭС, так что в следующий раз нам предстоит вывести из строя или их, или станцию, или накопитель, который несомненно где-то рядом. Вкратце – все.

– Век живи, век учись, – покачал головой Переведенцев, пришедший в себя первым, – а я грешным делом думал, что в Зоне меня уже ничто не удивит.

Вскоре за поворотом показалась массивная дверь, с застопоренной поворотной рукояткой. Меткий подошел к ней и решительно взялся за прут арматуры. Посмотрев на товарищей и получив подтверждение готовности от капитана, сталкер освободил рукоять и несколько раз крутанул ее. Сделав небольшую паузу, он рывком открыл шлюз и отпрянул, не дожидаясь развития событий. Он не ошибся.

Звуки нескольких автоматных очередей, выпущенных почти в упор, переплетенные с собственным эхом, отразившимся от стен, создали какофонию, способную оглушить и на мгновение шокировать даже бывалого бойца. В таких условиях трудно верно оценить ситуацию. Взяв тайм-аут, Меткий избежал роковой ошибки, а заодно вынудил засидевшихся фанатиков в эмоциональном порыве изрядно опустошить магазины.

Как опытный рыбак сталкер прекрасно понимал, когда ослабить леску, а в какой момент подсекать и тащить. Едва схлынул шквал огня, Меткий тут же спровоцировал противника на новый всплеск агрессии – он мельком заглянул в проем и, не целясь, пальнул из «рельсы». В результате ответных очередей сначала один сектант крикнул «Пустой!», и практически следом еще один – «Перезаряжаюсь!». Конечно, они не для сталкера сообщали эту информацию, а чтобы их прикрыли соклановцы, но по факту эти подсказки были подарком для Меткого. Перезарядка штурмовой винтовки производится примерно за две секунды, и если что-то собираешься предпринять, то делать это надо немедля.

Меткий опять высунул лицо на треть и потратил секунду на оценку обстановки и выбор цели, пока пули фанатиков рикошетили о бронемаску. Помещение за дверью напоминало небольшой цех, а значительную часть пространства занимало массивное энергооборудование. В дальнем конце зала находилась широкая, уводившая вверх лестница. Сталкер успел заметить двух противников и сконцентрировал внимание на прятавшемся по диагонали от него, в левой части зала. Пули именно этого сектанта в основном цепляли бронемаску благодаря удобной позиции, но она же делала его наиболее уязвимым.

Меткий сделал шаг назад от дверного проема и оказался полностью на линии огня своего визави. От других противников сталкера прикрывала стена, так что на короткий миг бой превратился в дуэль, и поскольку фатумовец не ожидал столь вызывающего маневра, то не успел ни прицелиться в уязвимое место, ни уйти от сокрушительного удара винтовки Лоренца.

– Вперед! Пошли, пошли! – подстегнул к действиям своих товарищей Меткий.

«Мужики» кинулись к проему, поливая огнем всякое место, где им почудилось движение. Их встретила лишь одна короткая очередь, пущенная навскидку фанатиком, торопившемся укрыться за внушительным шкафом с надписью «10.000В» и нарисованным черепом со скрещенными костями. Стало очевидно, что в заслоне находилось четверо сектантов, и вторжение в цех сталкеры разыграли как по нотам. Конечно, первые двое боевиков успели перезарядиться, но теперь уже им предстояло высовываться под огонь изготовившихся стрелков!

Воспользовавшись паузой, Меткий сменил мало подходящую для подвижного ближнего боя, тяжелую и медленно перезаряжающуюся «рельсу» на АС «Вал» и начал продвигаться по правому флангу в паре с Переведенцевым. Кнут же взял под прицел противоположный от центрального прохода сектор. Бой продолжался еще буквально минуту. Уничтожив одного менее осторожного фатумовца, Меткий с капитаном вынудили второго отступить в левую половину зала, по пути куда фанатик нарвался на пулю Кнута. Последнего врага опытные бойцы быстро довели до пустого магазина, а заменить на полный естественно не позволили.

Дальнейшее продвижение наверх хоть и проходило в сильном напряжении, но обошлось без встреч с новыми врагами.

Наконец, взорам троицы предстало помещение исполинских размеров.

– Где мы? – озадаченно спросил Кнут.

– В машинном зале станции, – ответил более подкованный Переведенцев.

Ощетинившись стволами автоматов и крутя головами во всех направлениях, сталкеры перебежали кратчайшей дорогой к дальней стене, где через выбитые окна виднелось серое небо. После подземных лабиринтов даже такое невзрачное, оно внушало надежду. Пусть окна и располагались на большой высоте, но для подготовленных людей не проблема туда залезть. Гораздо важнее, чтобы не застигли врасплох враги на полпути.

Фортуна благоволила: карабкаться вверх не пришлось – в стене за огромным, покрытым пылью электродвигателем, обнаружилась зияющая пробоина. Судя по округлой форме, она осталась от одной из старых баталий. Капитан аккуратно выглянул наружу и остался доволен увиденным – в обе стороны ни людей, ни мутантов. Закрепив трос за станину, он бросил бухту в дыру, закрепил карабин и отправился первым на спуск.

Когда все сталкеры оказались на земле, то с трудом сдерживая желание побежать к ограждению периметра АЭС, начали пятиться в направлении забора, взяв на мушку близлежащие крыши. Точнее, Кнут и Меткий прикрывали, а Переведенцев сосредоточился на связи с базой «Чести». Прислушиваясь к переговорам, определявшим их судьбы, сталкеры все же не проглядели снайпера, выбравшегося на крышу третьего энергоблока из какого-то люка.

Тело сектанта еще кувыркалось, как слева донесся звук одиночного выстрела. Пуля пробила шлем Кнута в районе уха и не оставила тому ни малейшего шанса. Меткий стремительно развернулся, одновременно сбрасывая с плеча тело директора и присаживаясь на колено. Макушка сектанта хорошо выделялась над плоским верхом невысокого здания, стоявшего между железнодорожных веток, и потому сталкеру для прицеливания потребовалось времени не больше, чем снайперу для второго выстрела. Оба метили в голову и не промахнулись. Только Меткий после удара пули в бронемаску даже остался на ногах благодаря экзоскелету, а вот его оппонент в прямом смысле раскинул мозгами.

Других сектантов на крышах окрестных зданий по счастью не оказалось, так что беглецы смогли достичь ограждения станции и через ближайший пролом выбраться наружу.