- -
- 100%
- +
Посвящается.
Всем, кто в меня верил. Всем, кто повлиял на то, каким человеком я стал. Каждому, чьи действия прямо или косвенно натолкнули меня на мысли, что стоит уже начать писать. Спасибо моим родителям за беспрецедентную поддержку. Моей подруге Катерине за мотивационный пинок, итогом которого стала эта книга. И отдельная благодарность человеку, ответственному за выбор темы. Мне тоже пришлось пройти эти Пять Шагов. Приглашаю и вас прогуляться.
Шаг первый
Пару лет назад
Чтобы потревожить древнего лича в его собственных покоях нужно быть либо очень смелым, либо отмороженным. К несчастью старика, незваные гости совмещали оба этих качества. Об этих наглухо отбитых товарищах уже успели сложить легенды. Стиляга в цилиндре, мрачный тип в балахоне, здоровяк с молотом и хрупкая девушка-музыкант. Выглядят как сброд, но это лишь на первый взгляд. Всякий, кто видел этих ребят в деле, зарабатывал себе тяжёлый разрыв шаблона и после долго не мог вернуть упавшую челюсть на положенное анатомией место. Они были не просто опасными психами – искателями сокровищ. Они были лучшими.
Группа из четырёх авантюристов уже прошла вглубь подземного комплекса, встретилась с охраной и увлечённо раскатывала нежить в блин. О сохранении порядка на территории принимающей стороны речи вообще не шло. Довольно быстро декор дворца – жемчужины глубинного города менялся в сторону более смелых стилистических решений: мраморному полу явно недоставало сетки трещин, а развешанные по углам кишки неживых стражей выгодно оттеняли лепнину и позолоту.
Но, несмотря на задор и целеустремлённость, хорошую подготовку и немалый опыт, команде приходилось несладко. Примерно на полпути к тронному залу Четвёрка угодила в ловушку: неупокоенные окружили их, загнав в центр своеобразного перекрёстка коридоров. И теперь напирали со всех сторон, истощая силы и стараясь выиграть время для своего костяного хозяина. Повелитель немёртвых вполне мог приготовить очередной неприятный сюрприз, как уже не раз бывало. И он точно устроит какую-нибудь пакость, скорее всего, последнюю в своей псевдо-жизни – отступать владыке могильного воинства было некуда. Даже если герои-самоубийцы не переживут этот штурм, войска Коалиции поставят точку в существовании очередного слишком бодрого трупа с амбициями.
– Не, я всё понимаю, босс, тебя заводит вторгаться с чёрного хода. Но твои предпочтения, уфф, снова привели нас в глубокую задницу. – Возмущался щёголь в синем костюме-тройке, кидая в толпу напирающих зомби очередную порцию взрывных «гостинцев». Было видно, что модник потратил много сил в этой стычке. По его лицу стекали крупные капли пота, любимый цилиндр съехал на затылок и грозился упасть, а дыхание стало настолько прерывистым, что мешало нормальной подаче острот.
– Если бы не бесконечное уважение к нашему лидеру, то вы бы услышали нечто вроде «я же говорил». Но восхищение тактическим гением Лео слишком велико. – Выдал абсолютно ровным голосом мужик в сером халате, перетягивая очередного скелета-воина светящейся цепью. Нейтральный тон и маска на лице делали иронию высказывания едва ощутимой. Если она вообще была.
– А ну заткнулись оба, – гаркнул на них бородатый детина в пластинчатом доспехе, параллельно раскраивая череп уже десятому по счёту зомби, – работаем руками, а не ртом!
И продолжил с остервенением рубиться сразу с пятёркой немёртвых. В его огромных ручищах массивный молот порхал так быстро, что казался игрушкой. Но разлетающиеся во все стороны ошмётки доказывали реальность оружия. Вывод напрашивался один: воин был ужасно, нечеловечески силён.
– Нет у тебя фантазии, босс. – Притворно скривился шляпник. Окинув взглядом масштабы едва живого наступления, он начал хитрую распальцовку.
– Девчонкам нравится, когда всё вместе. Вон, у нашего барда спроси. – Он махнул головой в сторону девушки, испуганно сжимающей свою лютню.
Та сейчас стояла в центре треугольника и, закусив губу, пыталась попасть пальцами по струнам. Наконец ей это удалось и зал заполнили звуки инструмента. Полилась задорная песня, сродни тем, что играют на ярмарках, во время борьбы с медведем или сопровождая иные молодецкие забавы. Только гораздо, гораздо более захватывающая. Лица авантюристов тут же просветлели, в глазах зажёгся азартный огонёк, а ноздри хищно втянули воздух. Чуть ли не хором выкрикнув «Понеслась!», три воителя с новыми силами взялись за изничтожение неживой силы противника.
В такт мелодии сыпались на холодный мрамор повторно упокоенные, следуя за развитием темы, двигались по залу бойцы. Инструмент рисовал ритм боя и люди подчинялись ему, возвращая мёртвым телам положенную неподвижность. Последний удар по струнам возвестил финал схватки, и на некоторое время в заваленной гниющим мясом комнате воцарилась тишина. Спустя всего несколько секунд боевое трио, повернувшись к смущённо улыбающейся кудеснице, одарило ту аплодисментами. Девушка изобразила изящный книксен, и устало улыбнулась потрёпанным героям.
– Весна, ты в порядке? – отхлебнув из фляги, спросил здоровяк.
Дождавшись кивка, он развернулся и целеустремлённо двинулся дальше по коридору. Но сделать успел не больше пары шагов. Ноги лидера группы внезапно опутала цепь, и он рухнул на пол с громким лязгом. А цепь змеёй накинула на рыжего великана кольца, не давая пошевелиться. Бородатое лицо посетило удивление, тут же сменившееся гневом.
– Дайс, гадёныш! – прорычал командир с пола, – ты что это задумал?!
– Мне дать тебе время на брань или сразу перейдём к сути? – Присаживаясь на корточки перед Лео, привычно бесцветным голосом поинтересовался тот.
– Если ты меня сейчас не развяжешь, крысёныш, – прошипел бородач, тщетно пытаясь освободиться, – я тебя эту цепь сожрать заставлю.
Молча выслушав поток ругательств от брызжущего слюной командира, Дайс абсолютно спокойно ответил:
– Сейчас мы сделаем не так, как ты хочешь, Лео. На этот раз мы не будем лезть напролом. Я не могу допустить, чтобы лич в очередной раз ускользнул, только потому, что кто-то слишком хочет намотать как можно больше кишок на рукоять своей колотушки. Цепь пока останется у тебя на шее, во избежание глупостей. Уж прости, но поехавших берсерков никто не любит.
– Эй, босс-номер-два, ты закончил? – ехидно поинтересовался маг в цилиндре, – напомнить, кто должен следить за нашими тылами?
– Джестер прав, – осторожно вклинилась Весна, – мы сильно рискуем, вообще сунувшись сюда до подхода основных сил Коалиции. Я понимаю, вам не терпится отправить древнего на тот свет, все на нервах. Но…. Можно хоть раз обойтись без ваших ссор? Мы же команда, в конце концов. Или вы забыли?
– Вороны следят. – Невозмутимо ответил штатный разведчик. В подтверждение этому из правого коридора донеслось карканье. Два крупных ворона, чёрный и белый, пронеслись над головами Четвёрки и улетели в разных направлениях. Один свернул в ещё неисследованный коридор, другой помчался по следам героев, проверяя тылы.
– Найдём путь, где гнилушек меньше всего и двинем к тронному залу. Насколько я помню привычки этого черепа с ножками, филактерию он держит под рукой, а обитать любит в роскошных палатах. Как раз наш воинственный приятель успеет чуть остыть.
– Ты только с остыванием не переборщи, серый кардинал. – Кивнул в сторону одного из трупов весельчак. Для верности он ещё и поиграл бровями, но никто шутку не оценил. Лохматый воин так и вовсе снова разразился отборной бранью.
– И развяжи уже нашего Мастера Битвы, номер два, – он нам ещё понадобится. Пора дедушку на пенсию отправлять.
– Любой каприз. – Второй слегка пошевелил пальцами, и цепь ослабила хватку, уменьшаясь в размерах. Пара мгновений и путы превратились в необычное украшение из шипованных колец, свисающих бородачу на грудь. Впрочем, тот не спешил расслабляться, прекрасно зная, насколько быстро этот ошейник может стать удавкой.
– Держишь меня на цепи, крысёныш? Ну-ну. – Лео демонстративно плюнул своему заму под ноги и скрестил руки на груди.
– Вы закончили меряться тем, у кого короче? – Недовольно проворчал шляпник. Он насмешливо подмигнул Весне и, стащив с головы свой котелок, запустил туда руку по локоть.
Порывшись в недрах волшебной шляпы он, вопреки ожиданиям, достал не кролика, а странного вида игрушку. Напоминала она катушку с ниткой (или два диска на оси) и вроде как носила название йо-йо, или йе-йе. Точно никто из ребят не помнил. Зато их не мог обмануть беспечный вид товарища, что раскручивает безделушку, заставляя её вернуться в руку. Любой, кто знал Шутника, понимал – если Джи достал свой любимый реквизит, дело принимает серьёзный оборот.
– Давайте закончим бессмысленную ссору и перейдём к немотивированному насилию. – Стильный джентльмен обворожительно улыбнулся друзьям, демонстрируя идеальный оскал во все тридцать два.
Воин плаща и цепочки кивнул сам себе и махнул рукой в сторону левого коридора. Никто не удивился этому жесту. Всё-таки каждый из них имел подобную невербальную связь со своим духом-хранителем. В нынешних обстоятельствах было бы логично использовать Зверство и остальных участников похода, но у двоих это были малопригодные для битвы создания – ласка и голубь, а призыв Лео блокировала цепочка.
Не задерживаясь больше на месте побоища, отряд двинулся вслед за новым временным главой. Время выяснения отношений наступит позже. Сейчас даже гневно сопящий Первый понимал, что предложение его зама экономит массу сил и времени. Что не отменяло урона по репутации воителя и ущерба дисциплине Четвёрки. Леонард до скрипа латных перчаток сжал кулаки, борясь с желанием тут же свернуть шею Ворона и просто сверлил его затылок взглядом.
Путь вышел пусть и безопасным, но довольно извилистым. Где-то приходилось нырять в узкий лаз за пыльным гобеленом, местами продвигаться, пригнувшись, когда маршрут проходил по тоннелям хозяйственного назначения. Или замирать в скрытой тенями нише, пропуская мимо очередной патруль дворцовой стражи. Наконец, череда поворотов и тайных проходов, разведанных крылатыми помощниками, привела команду в галерею, в конце которой виднелся прямоугольник прохода к самому сердцу мрачной цитадели. Финишная прямая. Если бы не одно но.
Перед массивными двустворчатыми дверьми из чёрного дерева, что в высоту достигали метра три и, вероятно, весили не меньше тонны, стоял почётный караул. Дюжина закованных в воронёные латы бойцов, сжимающих в холодных руках всякие колюще-режущие предметы. Элита этого склепа – рыцари смерти.
В отличие от обычных мертвяков, эти не особо страдали проблемами с подвижностью и были даже ловчее королевских егерей. А если учесть стойкость мёртвого тела, то прогноз выходил неутешительным. Одолеть гвардию некроманта было, в принципе, можно. Но сколько это займёт времени не смог бы поведать даже оракул.
Обе птицы-разведчика уже вернулись к Дайсу и теперь занимали почётные места на плечах хозяина. Напряжённую работу мысли Второго выдавали только пальцы, которыми тот нервно стучал по бедру. На правах ещё не до конца свергнутого лидера, молчание прервал Лео:
– Ну что, умник сраный, командовать не так круто, как ты думал?
– Я сейчас сниму с тебя цепь, выпустишь котика. А как прикончим лича, каждый сам по себе. – Озвучил свой план серый, освободив бывшего командира и разматывая звенья второго орудия. При этом от него не укрылась печаль, промелькнувшая во взгляде Весны.
– Он ещё мне условия будет ставить. Щ-щенок, – потирая шею, прорычал рыжий великан и с садисткой ухмылкой поделился уже своим видением ситуации, – как только мы прикончим рухлядь, я возьмусь за тебя. В следующую секунду Лео сделал глубокий вдох и исторг из себя оглушительный рёв.
– Ррррааааааа!!! – И рядом с воителем стоит настоящий царь зверей. В холке почти два метра и такой же «расцветки» как хозяин.
– Вы закончили ворковать, голубки? – поправив цилиндр, спросил самый утончённый член команды, – кстати, о птичках. Муза, радость ты наша, вызывай своего. Нам явно будет нужно лечение после беседы с этими молчаливыми господами.
– М-может…. Может, вы поговорите после всего этого как нормальные люди? Или для вас дружба дешевле гордыни? – едва не срываясь на плач, воскликнула девушка, – Дайс, Лео, хотя бы ради меня.
– Не хочу портить драму, – подал голос всё также барабанящий пальцами по ноге Второй, – но давайте сначала переживём этот день.
Дожидаться, пока авангард человечества решит свои внутренние конфликты, немёртвые не стали. Их вела воля Владыки и сейчас в пустых черепушках билась лишь одна мысль – разорвать Четвёрку на части. А колюще-режущий арсенал и доспехи из проклятого железа должны нивелировать любую возможную разницу в силах.
Выстроившись ровными рядами, коробка из умертвий в латах чернильного цвета пошла в атаку на чересчур самоуверенных авантюристов. Группа развернулась в подобие боевого порядка, а навстречу элитным подразделениям лича бросились огромный лев, вёрткий грызун и два ворона. На плече у Гения Музыки, откуда ни возьмись, появился снежно-белый голубь.
– Маэстро, м-м-музыку! – Скомандовал шляпник.
– У меня есть кое-что новое, слов пока нет, но.… В общем, Песнь Возрождения. – Слегка замявшись, объявила Весна и битва началась.
С тихим звоном скользят по каменному полу волшебные цепи, чеканят шаг тёмные латники, рычат Лео и его зверь, притопывает на месте волшебник. Раздаются первые звуки невообразимой мелодии. С первых же нот она будто хватает человека за шкирку и выдёргивает навстречу свету. И, помимо обычного прилива сил, бойцы с удивлением замечают, что их многочисленные ссадины и гематомы исчезают на глазах. Вмятины на доспехах выпрямляются, а по венам будто бежит жидкий огонь, побуждая к действию.
Рывок с места и огромная кошка тараном сносит стройные ряды гнилушек. Мелькает рядом рыжая шевелюра, это Леонард спешит к дезориентированному противнику с молотом наперевес. Сверху на одного из рыцарей пикируют две крупные птицы. Вороны отвлекают воина-мертвеца, вырывая из окоченевших ладоней оружие. Смазанная серая тень объявляется за спиной повторно живого и опутывает того сияющими цепями. Мертвяк дымится и воет на одной ноте. В забрало одного из тёмных гвардейцев прилетает обманчиво похожее на игрушку оружие, вминая его внутрь. Лео одобрительно хекает и показывает большой палец магу. Тот отвечает шутовским поклоном.
Первая атака принесла свои плоды, удалось сразу упокоить троих. Но дальше дела у Четвёрки пошли не так хорошо. До второго куплета Весна обычно оставалась совершенно беззащитной. Бойцы не сильно вдавались в подробности музыкального волшебства и вряд ли могли сказать, почему так происходит. Что, впрочем, не помешало им составить тактику с учётом этих особенностей. Оберегая своего барда, команда была ограничена в передвижении. В отличие от нежити. Ощущая странную цикличность бытия, братья по оружию снова заняли круговую оборону. Теперь на каждого из них приходилось по три полновесных элитных боевых трупа. Не слишком честно, но призванные звери уравнивали шансы. Образовалось хрупкое равновесие сил. До тех пор, пока один из уже поверженных противников не начал шевелиться.
Помятый, с проломленной головой и без одной руки, уже дважды убитый, зомби-рыцарь поднялся и поспешил влиться в строй своих чёрных собратьев. Здоровяк оскалился, отводя молот в замахе. Как всегда нечитаемый, Дайс раскрутил цепи, что уже не просто сверкали – они горели нестерпимо ярким белым огнём. Джестер начал читать нараспев одно из самых разрушительных своих заклинаний. Древние слова отражались от стен и потолка, резонируя с мелодией, что усиливала их. Опасные психи и искатели приключений были готовы выдать свой максимум.
Взмах когтистой лапы разрывает одного из латников пополам. Молот с хрустом и лязгом крошит суставы тёмного, сбитого мощным пинком на землю. Свист цепей вливается в Песнь, хлёсткие удары расставляют акценты и оплавленные дыры на вороных доспехах. Четвёрка неистовствует. Ещё чуть-чуть и они вышибут двери в тронный зал с пинка и открутят дедушке-личу голову. Но что-то идёт не так. Из десятка открывшихся прямо посреди сплошной стены проходов хлынули чёрной рекой новые стражи. И в этот самый момент шляпник закончил заклинание. Пульсирующая всеми цветами радуги сфера диаметром около метра висит над головой колдуна, который растерянно пытается выбрать цель.
– Джи, – отбивая выпад проклятого копья, кричит Ворон и указывает на массивные двери, – вышибай. Он точно там. Если прикончим, латники – не проблема.
– Ах-ха-ха-ха!!! Уверен?! Ты, и-хи-хи, уверен?! – Вперемежку с истеричным хохотом спросил едва стоящий на ногах волшебник. Было заметно, что он с трудом удерживает заклинание от детонации. Да и вертикальное положение тела тоже.
– Абсолютно. – Уверенно ответил Дайс, отрицательно покачав головой. Это было последнее, что увидел маг, перед тем как вырубиться.
Пульсирующий шар с гудением пролетел в сторону деревянных створок, на ходу испаряя всех подвернувшихся. Вот он уже в паре метров от дверей. Три, два, один. Вспышка. Грохот.
Взрывная волна укладывает всех на пол. Всех, кроме барда. Каким-то чудом она не попала под удар. Хотя, всё ещё льющаяся мелодия даёт понять, каким. Первым вскакивает с пола Леонард и истошно ревёт, голосом полным боли. Обломки дерева изранили его льва, зверь истекает кровью и тяжело дышит. Воин бросается в пролом, но на нём повисает сразу несколько чёрных гвардейцев. Где-то успевший потерять молот рыжий великан сносит гнилые черепушки ударами пудовых кулаков. Но он слишком увяз в ближнем бою. Через дыру он видит лича в центре магического круга. В костяной руке некромант сжимает филактерию – свою жизнь и свою смерть. Бородач узнал руны, мерзкая рухлядь пытается открыть портал. Ему не успеть.
Где-то потерявший маску, из под останков рыцаря смерти выбирается Дайс. Мутным после удара по голове взглядом он пытается оценить происходящее. Шляпник в отключке, Муза в защитном круге и не может прервать Песнь. Волшебные звери почти все отозваны или ранены. Здоровяка блокирует стража. В проломе тяжёлых ворот он замечает своего давнего врага. Тот, судя по веренице символов под ногами, задумал смыться. Не сегодня. Они шли к этому слишком долго. Цепи ложатся на неровные края пролома, а серый воин отходит на пару шагов назад. Мысленный приказ. Хуго срывается с места, чтобы отвлечь некроманта, на случай подлого заклинания. Скрип звеньев. Импровизированная баллиста отправляет Второго в полёт через дыру.
Что-то орёт Лео, но свист в ушах заглушает крик бородача. Падает обмякшей тушкой Хуго. Кажется, его достало проклятие. Нож по имени Жадный, будто сам ложится в руку. И спустя секунду входит в глазницу неприлично живучего трупа. Разбивается филактерия, брызжа осколками во все стороны. Ворон поднимается. Кости лича стремительно трескаются и рассыпаются прахом, оставив под ногами только грязный балахон. Неужели…. Всё?
Авантюрист непонимающе смотрит на то, что осталось от повелителя немёртвых. Из ступора его выводит грохот. С потолка падает камень, больно ударив воина в плечо. Падают безвольными куклами все чёрные латники. Падают куски лепнины с потолка. Глаза Дайса округляются. Всё рушится. Четвёрке нужно уносить отсюда ноги. Он оборачивается в сторону пролома. Весна стоит, опираясь на лютню. Вокруг неё уже настоящий камнепад. Рыжий громила лежит, придавленный одним из обломков и громко проклинает всех и вся. Ворон делает шаг, спотыкается. В спину ему прилетает очередным булыжником с потолка. Запнувшись, он летит в начерченный костяным лордом круг. Вспыхивают руны, и портал почему-то решает, что пора сработать….
И вот теперь
Долгое время Уотан не мог понять, что происходит. Пробуждение в холодном поту. Бешено колотится в груди сердце, отбивая тревожный ритм на рёбрах. Он лежал на спине, упорно сверлил взглядом потолок, и всё никак не мог освободиться от наваждения. Опять этот сон. События двухлетней давности. Мужчина растёр лицо руками и рывком поднялся к кровати.
За окном блёклый полумесяц пытался изобразить из себя ночное светило. Однако фонарь во внутреннем дворе имения справлялся с темнотой гораздо лучше. До рассвета ещё далеко, иначе бы слуга его погасил. Опыт подсказывал, что заново уснуть вряд ли удастся. А это значит, что придётся светить лицом второй свежести перед почтенной публикой. К несчастью, на официальные приёмы не дозволялось приходить в маске.
Члену легендарной группы, одолевшей короля-лича, накануне пришло приглашение. Хотя оно больше напоминало письменный приказ. Посыльный вчера согласился передать письмо только лично в руки, и оно гласило:
«Сир Уотан.
Поздравляем с годовщиной славной победы! Страна не забывает своих героев, и Мы рады пригласить вас на торжественное открытие мемориала, посвящённого этому, без преувеличения, великому событию.
Настоятельно не рекомендуем Вам пропускать памятные мероприятия в этом году. Время и место те же. Его Императорское Величество крайне заинтересовано в присутствии всех участников знаменитой своими подвигами команды.
С уважением.
Собственная Его Императорского Величества канцелярия»
– Лицемеры чёртовы, – выдал отрешённую оценку тот, кого раньше звали Дайс, – теперь нам придётся друг друга терпеть. И улыбаться, будто все рады увидеться.
Криво ухмыльнувшись, владелец небольшого поместья проследовал в гардеробную, которая, судя по всему, согрешила с оружейной. Результатом данного противоестественно союза стало пространство, где костюмы соседствовали с различным убийственным инвентарём.
В комнате царил идеальный порядок: два десятка белых совершенно одинаковых костюмов с капюшоном висели на длинной выдвижной перекладине, оружие покоилось на чёрном бархате под стеклом, подобно музейным экспонатам, вспомогательное снаряжение разложено по ящикам в зависимости от размеров и назначения. Небольшая пирамида с набором тростей, таких же белоснежных, как и одежда, приютилась в углу, справа от входной двери. Несколько сплошных масок, где выделялись разве что отверстия для глаз, безучастно взирали на их владельца с противоположной стены.
А ещё тут играла лёгкая ненавязчивая музыка. Скрытый где-то за стеной камень Памяти воспроизводил одну из композиций бывшей соратницы – Сонату Полуночи. Хитрый механизм запускал его работу каждый раз, стоило двери в гардероб распахнуться. Но, несмотря на льющуюся из стен мелодию и педантичный порядок, было здесь и кое-что ещё, заслуживающее отдельного внимания.
Постамент в центре помещения точно бы притянул взгляд случайного посетителя (если бы тот как-то умудрился сюда попасть). На выполненном в виде жертвенного алтаря возвышении размещалось странного вида нечто: то ли подставка для кухонной утвари, то ли ножны. Определить было сложно. Больше всего это напоминало фигурку скрюченного человека из гладкого агата, размером не крупнее собаки. Из спины карлика торчало несколько рукоятей различных ножей, среди которых выделялась одна. Костяная, с потёртостями, она принадлежала не просто оружию. У ножа были имя и история. Жадный. Или, как его окрестили в легендах, Последний Вздох. Именно этот клинок оборвал суррогат жизни некроманта и как ничто иное в арсенале Ворона заслуживал занимать пьедестал.
Не удостоив вниманием жемчужину коллекции, бывший член легендарной Четвёрки потянул с вешалки ближайший наряд и начал неторопливо одеваться. Под чарующие звуки струн мужчина перевоплощался в того, кем его привыкли видеть. В Ворона, героя, что зачем-то был нужен толпе. И кому-то из ближнего круга императора. Живые легенды неплохо работают на имидж правительства. Закончив с нарядом, убийца лича быстрыми шагами пересёк комнату, сдёрнул одну из масок со стены и бесшумно двинулся на выход.
Перед тем, как покинуть комнату, Дайс обернулся и бросил взгляд на подставку в центре гардеробной. На секунду ему показалось, что из чёрной фигурки торчит меньше рукоятей, чем обычно. Воин в белых одеждах пару раз моргнул и внимательно уставился на спину карлика. Всё было по-прежнему. Уотан покачал головой, отгоняя наваждение, и захлопнул дверь. А потом тихо приоткрыл, заглядывая в тонкую щёлочку. Нет, ножей было столько же, как и вчера. Ровно пять. «Это всё из-за недосыпа» – пробормотал хозяин дома, не особенно уверенный в причинах миража. Неясное беспокойство уже поселилось у него в голове и теперь старательно вило там гнездо.
Следуя давней привычке, Ворон запер оружейную на замок и установил пару ловушек для незваных гостей. Его пытались ограбить примерно пару раз в месяц. Иногда чаще. Любители чужого добра обычно после этого оказывались либо за решёткой, либо в больнице. Хозяин поместья даже, смеха ради, заключил пари с городничим, сколько желающих попытать удачу воров они поймают этой зимой. Городничий ставил на пять-шесть отчаянных домушников, сам же легендарный воин бился об заклад, что их будет дюжина. Барон Дартвинг устало вздохнул, натянул маску и отправился на ночной променад. Бессонница давно стала его верной спутницей, как и своеобразный моцион, что помогал прочистить мозги. Стоящие уже неделю морозы были как нельзя кстати.