Пять шагов до подвига

– Он в стельку пьян.

– Протестую, графинчик ходил за добавкой лишь дважды. Графинчик, подтверди. – Обернулся к своему визави несправедливо обвинённый. Кухонная утварь с готовностью закивала.

– Волос тёмный, – отвлечь шляпника оказалось не так просто, – рассказывай.

– Её зовут Алиса Кроу. Она ищет лекарство от Алой Гнили. Я прошу вас поехать со мной в Некрополь.

– А-а-а, что же ты сразу не сказал, крысёныш, – процедил здоровяк, щелкая костяшками, – ну, тогда, иди к чёрту. Ты мне не нравишься, эта затея мне не нравится. И я до сих пор не забыл своё обещание выбить всё дерьмо из одного нахального барончика. Твоё счастье, что старина Роб не разрешает проводить разборки с летальным исходом на своей территории. Если захочешь аудиенции лично со мной, то жду официальный вызов на Арену, сопляк.

Мускулистый детина с бычьей шеей поднялся и, не прощаясь, двинулся прямо к выходу, распихивая завсегдатаев и пинками убирая с пути тяжёлые дубовые столы и прочую мелочёвку.

– Если Лео не будет, то я тоже пас, старичок. – Надевая шляпу, вздохнул стиляга.

– Джи. Ещё разок как в старые добрые. – Сделал очередную одну попытку уговорить товарища Дайс.

– Без обид, но я слабо представляю, что нам там делать. Особенно если не будет возможности бесить бородатого. Бывай. – Бодро вскочив с протяжно стонущего стула, он помассировал сиденье и тоже направился к выходу. Веточка рябины, что выступала бессменным украшением его цилиндра, на прощание задорно подмигнула.

– А что насчёт тебя? – Второй повернулся к подруге, что грела руки о чашку с горячим шоколадом. Отпив немного жидкого лакомства, та зажмурилась от удовольствия. Затем распахнула свои удивительные глаза и с лёгкой грустью произнесла:

– Куда же я денусь? Конечно, поддержу, как и всегда.

– В прошлый раз ты говорила также. – Проворчал и не думающий трезветь авантюрист.

– Тогда у группы были гастроли, я не имею права подводить ребят. И люди. Они ждут наших песен. – Мягко улыбнулась Весна, чуть склонив голову к плечу.

– Для тебя я тоже второй. Не только как член Четвёрки. – Раздражённо бросил Уотан, пытаясь подняться.

– Хэй, – окликнула его девушка, – я не могу всегда быть рядом, ты же знаешь. Но я всегда поддержу тебя, что бы ни случилось.

В глазах Музы блеснула влага. Уотан приблизился к той, с кем хотел бы связать свою жизнь. Хотел, но не смог. Обстоятельства, вечно эти обстоятельства.

– Мне пора, – он с нежностью провёл по щеке бывшей возлюбленной, – эта упрямая леди хотела зайти со мной. Но не прошла проверку. Мерзнет, должно быть.

– Жаль, что ты перестал писать, – невпопад отозвалась Весна, – Песнь Возрождения неполноценна без текста. Иногда слова имеют немалый вес.

– Может потом, – натягивая маску, ответил Дайс и добавил, – ещё увидимся. Хотя про себя хотелось добавить «вряд ли». Предстоящая миссия выглядела как форменный мазохизм, переходящий в изощрённое самоубийство.

Алиса Кроу, чьи попытки победить в противостоянии с дверью не увенчались успехом, уже собиралась пойти и поймать извозчика. Но тут внезапно дверь открылась, выпуская на морозную улицу клубы ароматного пара и пошатывающегося народного героя.

– Это и есть ваши «переговоры», сир Уотан? – Язвительно заметила целительница.

– Двое. Лысый с бородой и модник в шляпе. Вышли минуту или две назад.

– Отказали? – Участливо спросила женщина.

– Ещё бы. Такие вот у меня друзья. – Барон Дартвинг даже не пытался скрыть своё пьяное уныние.

– Они вам не друзья. – Очень пристально вглядываясь в авантюриста, заметила молодая аристократка.

– Согласен, – не стал спорить тот, – пошли они к чёрту. И девушки мне никакие не нужны. Особенно звёзды эстрады. Сделаю всё сам. Я ж, типа, герой.

– С вами всё в порядке, сэр? – Обеспокоенно поинтересовалась целительница. Её пугал вид хмельного Второго, чьё настроение скакало, как кролик под армейскими стимуляторами.

– Абсолютно точно нет, – шагая вдоль проезжей части, сознался тот, – нам нужно поймать извозчика, мисс Кроу.

– Мы куда-то едем, барон? – Едва поспевая за своим спутником, на бегу спросила девушка.

– Да, дело не терпит отлагательств.

В ту же секунду рядом с ними остановился открытый экипаж, запряжённый парой гнедых коней. Будто и не выпил недавно почти три кувшина пива, Дайс резво вскочил в повозку. И как истинный джентльмен не забыл подать даме руку, чуть ли не рывком затаскивая Алису следом.

– Куда вам, Сир? – Вежливо спросил старик-извозчик.

– В парк Двухсотлетия. Мне не терпится кое-что взорвать.

И колёсный транспорт помчал своих пассажиров через весь город. Несмотря на послеобеденное время, дорога была достаточно свободной, чтобы можно было разогнаться на широких проспектах и полупустых улицах. После объявленного на днях карантина народ не стремился без веской причины выходить из дому. Даже в выходной день, как сегодня. Обычно, в этот час люди уже возвращались со службы в местном храме или смело направлялись в ближайший кабак.

Но назревающая эпидемия диктовала иные правила, и народу пришлось отказаться от части своих привычек. На крайне неопределённый промежуток времени. Муниципалитет делал всё от него зависящее, чтобы снизить риски передачи Алой Гнили и даже оцепил район с клиникой. Но страх перед новой заразой надолго не удержит рядового обывателя. Люди в массе своей плохо понимают такие абстрактные угрозы, как эпидемия. Но очень хорошо замечают утрату привычных вещей. Комфорт, как и его отсутствие, в этом плане гораздо более наглядная штука. К сожалению.

Среди горожан уже зрело недовольство такими «бесчеловечными мерами». До бунта было ещё далеко, но настроение толпы менялось в худшую сторону. И это приходилось учитывать. Когда каждый пятый житель владеет связью с тонким планом, внутренняя политика становится более деликатной. Во всяком случае, на сегодняшний день запреты массовых собраний, отмена культурных мероприятий и предписания с «настоятельными рекомендациями» не выходить без нужды из дома работали. Люди сидели по домам, выбираясь разве что за продуктами в бакалею. Так что поездка вышла с ветерком.

А если быть точным, с ледяным ветром, швыряющим в лицо мелкие льдинки. Погода стояла по-зимнему прекрасная. Такая, что заставляет радостно вздохнуть, оказавшись, наконец, в тепле. Бодрящий морозец был так неописуемо хорош, что имел все шансы немного отрезвить набравшегося в «Тролле» авантюриста. Но тот оказался не так прост и поминутно прикладывался к фляге с загадочным содержимым. Впрочем, запах крепкого алкоголя, долетающий до сидящей напротив Алисы, быстро разрушил тайну серебряного резервуара с фамильным гербом.

Девушка сверлила барона суровым, как ей казалось, взглядом. Но тот откровенно плевать хотел на любые осуждающие физиономии и поэтому процесс дегустации горячительного продолжался весь недолгий путь. Немолодой кучер домчал парочку благородных лиц до места назначения за каких-нибудь полчаса. И получил за это щедрую плату от радостного Ворона. Тот, весело напевая себе под нос какой-то мотивчик, чуть ли не бегом рванул в сторону своей цели. Целительница, недовольная происходящим, на пару секунд застыла и уже хотела попросить отвезти её домой. Но, бросив взгляд на зачем-то перелезающего через забор мужчину, всё-таки спрыгнула на утоптанный снег. Мисс Кроу неодобрительно покачала головой и двинулась следом за пьяным в лоскуты авантюристом.

Благородная девица не спеша проследовала до центральных ворот, что даже не были заперты, спокойно прошла через них и подошла к трёхметровому забору с внутренней стороны. Как раз ко времени приземления хмельного воителя. Тот удивительно ловко для своей кондиции приземлился, затем приложил палец к губам, призывая к тишине, и на полусогнутых двинулся куда-то вглубь самого зелёного (а ныне скорее белого) района. Как выяснилось парой минут позже, в западную часть этого клочка природы. Туда, где был установлен памятник Трём Героям.

Несмотря на приличную дозу жидкого дурмана в крови, Дайс двигался удивительно быстро и легко. И практически бесшумно. Алиса с трудом поспевала за ним, вынужденно срываясь иногда на бег. Ей удалось догнать народного героя только в сотне шагов от скульптурной композиции. Ветеран войны с нежитью залёг за квадратными кустами и жестами предлагал девушке «не отсвечивать». Приблизившись и с трудом восстановив дыхание, юная аристократка обратилась к нетрезвому авантюристу:

– Барон, ваше поведение просто недопустимо. Вы же не собираетесь…

– Т-ш-ш, – прервал её обличительный монолог Уотан, – говорите тише и, ради всех богов, пригнитесь.

– Вам бы не мешало поехать к себе и протрезветь, – уже тише продолжила девушка, присаживаясь на корточки рядом с Дартвингом.

– Мисс Кроу, отправившись за мной, вы стали соучастницей. А раз мы теперь оба вандалы, то хотя бы действуйте профессионально. – Совершенно серьёзно выдал нарушитель общественного спокойствия.

– Вы в своём уме? Взорвать памятник?! – Негодующе воскликнула Алиса.

– Ну вот. Вы испортили такую замечательную диверсию. Теперь придётся идти напролом. – В стельку пьяный диверсант, пошатнувшись, встал и двинулся прямо к своей металлической жертве.

Так как скорость движения барона была на этот раз далека от крейсерской, молодая целительница быстро его обогнала. И перекрыла путь, раскинув руки в стороны.

– Прекратите немедленно. Вы ведёте себя как ребёнок. Я искреннее не понимаю, как всё происходящее относится к нашему делу. У вас ведь задание.

– Во-первых, это необходимо для моего душевного спо…, – Начал было Дайс, но потом резко замолчал. На его лице отразилась работа мысли.

– А-а-а, старый хрен вас поставил в известность насчёт отсутствия у меня выбора. Вполне в его стиле. А теперь уйдите с дороги, мне жизненно необходимо стереть с лица земли это металлическое убожество. – С этими словами Уотан попытался отодвинуть женщину в сторону. Шлёп. Голова убийцы лича мотнулась в сторону от удара наотмашь.

– Да придите уже в себя, барон. Это память о ваших друзьях. Займитесь уже делом. Ваши выходки не смогут никого вернуть!

– Допустим, вы правы, – слегка протрезвевший от пощёчины Ворон недобро взглянул на Алису, – но с чего вы взяли, что нужно кого-то возвращать. Уйдите с дороги. Если я сказал, что взорву этот «памятник», это значит, что. Я. Взорву. Это. Убожество.

– Как угодно, – сквозь зубы процедила девушка, – но после того как проспитесь, сделайте одолжение – начните уже думать головой. Если Алая Гниль вас не коснулась, то это не значит, что она вас пощадит. И заберите уже это демоново письмо. Слуга в вашем имении отказался его брать.

Она порылась в карманах пальто и вытащила на свет два конверта. Один с синей восковой печатью и второй полностью серый, без опознавательных знаков. Целительница протянула картонный прямоугольник адресату и, вскинув подбородок, устремилась к выходу из парка. Но сделала всего пару шагов: стальная хватка охотника на чудовищ сомкнулась на её плече. Ворон сделал несколько резких вдохов, принюхиваясь. Он, не разглядывая, сунул личное послание во внутренний карман и вкрадчивым голосом обратился к спутнице:

– Серый конверт от Шрудта. Он обычно пахнет горьким миндалём. Но сейчас я чувствую кое-что ещё. Кто тебе его передал?

– Это был я. – Прошелестел за спиной Дайса незнакомый голос. Обернувшись, авантюрист увидел знакомую фигуру в чёрном. Пришельца обволакивал плотный то ли дым, то ли туман. Капюшон и маска из теней надёжно закрывали лицо, на котором выделялись горящие угольки глаз. В руке незнакомец сжимал поглощающую свет трость.

– Мисс Кроу, я помню, вы хороши в беге. – Надевая непонятно откуда взявшуюся маску, обратился к спутнице Уотан.

– Я не знаю этого человека. – Растерянно пробормотала целительница.

– Самое время проявить ваши таланты, – разматывая скрытые в рукавах цепи, продолжил барон, – мы немного побеседуем с этим господином. Это приватный разговор. Не для лишних ушей.

– Вечеринка только для своих. Но Алиса нам уже как родная. – Голос тёмного напоминал жуткую помесь хрипа и свиста. Со стороны девушки раздался испуганный вскрик. Резко посмотрев за спину, Дайс увидел лишь макушку целительницы, что буквально провалилась сквозь землю. Пятно чернильного цвета бесшумно поглотило свою жертву и резво метнулось к северной части парка, скользя по снегу не хуже саней.

– Ошмётки бездны, а ну стой! – Крикнул убийца лича и помчался вслед за удирающим пятном.

Угнаться за юрким кусочком тьмы было нелёгкой задачей. Он умудрился развить приличную скорость, да к тому же постоянно вилял из стороны в сторону, резко менял направление движения и не испытывал проблем с пересечённой местностью от слова совсем. В отличие от преследователя. Человеку приходилось огибать крупные препятствия, перепрыгивать через кусты и скамейки и стараться не встретиться лбом с каким-нибудь деревом. Снег, хотя и не критично, но тоже влиял на удобство и темп движения пошатывающегося героя.

Ворон не поспевал за двумерным похитителем, как ни старался. Чертыхаясь, он перемахнул через какую-то урну и резко остановился. Чтобы следующие пять секунд потратить на борьбу с бунтующим желудком. Алкоголь рвался наружу. Пара судорожных вдохов и пьяный мастер продолжает погоню, стараясь удержать внутри себя жидкое вдохновение. Его рука судорожно шарит по карманам в поисках. И выныривает из недр костюма с уловом: грязно-серого цвета капсула слегка пульсирует, словно живая. Находка без промедления отправляется под маску, Дайса всего передёргивает и вот, заметно ускорившись, он бросается дальше по заснеженному парку. Считанные секунды задержки дают хитрому пятну неслабую фору – коварный похититель вот-вот скроется между деревьев. Из-под маски раздаётся рык, не свойственный человеку и фигура в белом плаще размазывается в пространстве, стремительно сокращая дистанцию.

Хитрая лужа с самого начала вела себя слишком разумно для заклинания. Но, будто этого мало, туманный вор показывал ещё и свою способность к адаптации. Как-то считав ситуацию (без помощи органов чувств), нечто приспособилось и теперь выбирало маршрут, лишённый длинных прямых участков. Клякса скользила между деревьев, сворачивала под прямыми углами и всячески усложняла жизнь оппоненту. Подстёгнутый боевой алхимией Уотан не отставал и с лихвой компенсировал недостаток манёвренности смекалкой и проснувшимся азартом. Где-то охотник на чудовищ без изысков сносил молодые деревца, где-то использовал для резкой смены курса фонарные столбы, а местами прицельно бил цепью по земле, вынуждая беглеца менять планы на ходу. Парк Двухсотлетия стал ныне площадкой для крайне ироничного в сути своей представления.

Сама сцена являлась не больше чем рукотворной пародией на лес. И в этом совсем не диком массиве мчались сейчас охотник и его добыча. Распределение ролей между актёрами казалось очевидным. Но только на первый взгляд. Истинный хозяин положения цинично вёл человека за собой, используя «даму в беде» как наживку. А тот, кто мнил себя хищником, следовал воле загонщика. Упоённые древней игрой в преследование, они стирали пространство под собой. Текущий по земле сгусток тьмы и низко летящий вслед за ним Ворон могли бы побить рекорд в забеге на три километра. Жаль, некому было зафиксировать их скорость.

И слава всем богам, что никто не попался на пути бешено несущегося барона Дартвинга. Парочку гонщиков не смогли замедлить даже весьма толстые прутья забора. Низко простонавший металл выступил знаком того, что погоня продолжилась за пределами городской зоны отдыха, резво пересечённой по диагонали. Тёмный загонщик уводил своего преследователя всё дальше на север.

Когда заряд бодрости, даруемый пилюлей-стимулятором, иссяк, Дайс обнаружил прямо по курсу городское кладбище. Улепётывающий со всех сил клочок темноты вопреки ожиданиям, замедлился. Казалось, только чтобы позлить выдохшегося человека. Тёмная клякса даже благородно ожидала своего коллегу-бегуна, пока тот выворачивал содержимое кишечника, держась за ограду. И нарочито медленно ползла впереди, сохраняя дистанцию в двадцать шагов, пока Ворон, еле волочащий ноги после отката алхимии, доковылял до широкой площадки в самом центре погоста. Вдоволь поизмывавшись над обессилившим героем, чернильный мерзавец выплюнул похищенную Алису возле трёх неприметных надгробий. Пару раз уклонившись от вялых ударов цепями, чёрная лужа спряталась за одно из них.

– Сволочь. И зачем это было нужно? – Тяжело дыша, спросил Уотан.

Вопрос оказался риторическим. Отвечать затаившийся похититель явно не планировал. Скорее всего, просто не мог. Держа артефактное оружие наготове, воин в белом приблизился к лежащей без сознания девушке. Пощупал пульс, убедился, что мисс Кроу в порядке и ещё раз бросил взгляд на надгробия, ожидая атаки неизвестного существа. Бывалый авантюрист был готов к схватке, к тому, что ему придётся убегать – к чему угодно. Но он не был готов к тому, что увидел.

На полированном могильном камне сидела крупная птица. Поэт бы сказал, что ей здесь самое место. Чёрный как ночь ворон оседлал надгробие и смотрел на фигуру в белом, чуть наклонив голову набок. Охотник на чудовищ замер, потрясённо разглядывая пернатого гостя.

– Х-хуго? – Хрипло выдохнул Второй.

– Кра. – Утвердительно каркнул тот и поскрёб когтями свой «насест», привлекая внимание.

Дайс опустил взгляд на полметра ниже и вчитался в неровные надписи, выдолбленные на гранитном холсте.

Леонард Ангейр

Твоя храбрость не знала границ.

– Нет-нет-нет, – скороговоркой пробормотал барон, – не может быть.

Потом перевёл взгляд на могильный камень справа. Его зрачки расширились.

Джестер Клавер

Рано или поздно увидимся, засранец.

– Это. Как это? Почему это? – Повторял он, упорно не желая смотреть на могилу слева.

Хуго перелетел с центрального могильного камня на левый. Все три надгробия были выполнены из серого гранита, но именно левое отличалось какой-то утончённостью обработки. Центр плиты украшала талантливо выполненная гравировка: цветок, как лозой оплетённый скрипичным ключом. Клюв крупной птицы пару раз стукнул по холодному камню, Уотан рефлекторно повернул голову и застыл, впившись взглядом в две строчки, приютившиеся под выбитым в камне узором.

Муза Гринвайв

Я всегда буду помнить.

Утоптанный снег скрипел под ногами уставшего человека. Проливной дождь прятался с обратной стороны его век. Кровь из прокушенной губы стекала по подбородку. Из глотки рвался, едва не ломая зубы, вопль:

– Ааааааааааааааааааааа!!!