Портниха. Серия «Серебряная мечта. Ювелирная лавка»

© Наталья Лучникова, 2016

ISBN 978-5-4483-0764-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Я долго не решался написать об этой истории по той причине, что не мог решить для себя, имею ли я на это право. Причина моих сомнений в том, что история эта не моя, и узнал я о ней случайно. Больше года назад, я останавливался в крохотном отеле «Steps», что находиться весьма далеко от транспортных развязок. Отель этот каким-то невероятным образом или встроен в скалу или пристроен к ней так, что невозможно различить, где ещё стены здания, а где уже склон горы.

В этом отеле, спрятанном в Альпах, на первом этаже, есть удивительная комната, назначение которой, непонятно даже самой хозяйке: пожилой, стройной, небольшого роста фрау Нине. Комната совершенно необычной формы: она клином выходит в самые Альпы. Стороны этого «клина» – окна, которые начинаются от потолка и заканчиваются у самого пола, являя великолепную панораму альпийских лугов. Когда подходишь к стеклу, чувствуешь, как захватывает дух, а в животе перестают работать все системы и становишься единым с этой незыблемой красотой. Другая часть комнаты заставлена старинной мебелью, среди которой есть два больших шкафа. В них много разных фарфоровых безделиц и посуды, когда-то и кому-то подаренной, некоторая, ещё хранит упаковку. А в углу, словно в наказание за громоздкость, стоит огромный книжный шкаф. Вот он и стал предметом моего изучения в те несколько дней пока я жил там. Фрау Нина, как добрая хозяйка, позволила мне перебрать столько книг, сколько я пожелаю. Своих постояльцев, а на тот момент нас было пятеро: я, и две семейные пары юных лет, фрау Нина приглашала на завтрак в эту удивительную комнату. Зимой её отапливает камин, и утром, когда солнце только-только выглядывает из-за гор, особенно приятно сидеть в кресле, пить кофе, слушать треск дров в камине и наслаждаться великолепным обзором одного из самых красивых мест, где мне доводилось бывать.

Изучение книг, собранных в шкафу, Бог знает за сколько лет, было похоже на приключение во времени. Книги словно открывали завесу между временем, в котором я их обнаружил, и временем когда они появились. Среди книг было много сказок – притчей, начала прошлого века. Как и положено притчам, они были многослойны и некоторые я перечитывал по многу раз. Шкаф хранил множество удивительных книг, в которых авторы довольно логично и обоснованно давали объяснение окружающему их миру. Так, например, я узнал, что некто Вилфрид Кольбе живший в 1805 году, был уверен, что молнии это не молнии вовсе, а некая сила направленная с земли на небо. Керт Охман, весьма увлекательно в 1742 году, описал круговорот воды в природе. Были книги, где вместо имени автора красовалась лишь аббревиатура. И таких книг было не мало. Так, В.А.Г. видимо, был увлечён изучением пчел, и его книга «Пчелиное жало», вышедшая в свет в 1861 году, помимо подробного описания лечения укусом пчёл, была щедро снабжена рисунками этих удивительных насекомых и их отдельных частей. Некий Гоц Ланге, посвятил много лет изучению горных пород, и в возрасте шестидесяти семи лет написал о своих изысканиях довольно внушительную работу, это произошло в 1697 году.

Листая книги, меня поражала пытливость ума авторов, и их огромное желание познавать и объяснять мир не только себе, но и бумаге, чтобы она передала эти знания читателям. Впрочем, я отвлёкся, история книг в старинном шкафу достойна отдельного повествования и я, возможно, займусь этим позже, а сейчас о другом.

На одной из полок, поверх аккуратно стоящего ряда книг лежала тетрадь. Коричневая, тёмная от времени обложка была перевязана голубой лентой и этим привлекла моё внимание. Но открывая её, я и предположить, не мог, какое удивительное путешествие длинной всего в несколько дней, было спрятано внутри! Несколько дней, по сравнению с годами мелочь, но иногда именно они меняют привычный ход до неузнаваемости. Нескольких слов порой достаточно, для начала поступков, которые меняют жизнь.

Эта тетрадь оказалась дневником некой мадемуазель Клэр-Марин Лоне. Под обложкой, стянутой лентой помимо тетради пряталось множество газетных вырезок, и фотографий. Все они были аккуратно, в какой-то определённой последовательности сложены.

Все записи начинались с даты и дня недели, но думаю их с лёгкостью можно заменить на любые другие. Прошло больше ста лет, изменились до неузнаваемости облики городов, но суть, то о чём пишут в Дневниках, осталась прежней. Впрочем, судите сами.

На первой странице тетради была такая запись: «12 января 1905 год. Ужасно холодно». А дальше, незнакомая мадемуазель, увлекла меня за собой, в свой Париж, на более, чем сто лет назад. На несколько дней я был погружён в незнакомый мне мир. Это было похоже на наслаждение чем-то абсолютно новым и потому неизвестным, когда понимая вкус, не торопишься проглотить всё сразу, и подолгу смакуешь каждый кусочек. Моё погружение в тот Париж и это мимолётное прикосновение к чьей-то жизни, кардинально изменило мою дальнейшую биографию. Если бы было возможно, думаю я попытался бы найти родных мадемуазель Клэр-Марин Лоне или какой-то её след, но увы…

Хозяйка отеля, фрау Нина, ничего не знала о дневнике, и тем более о его авторе. Но видя мой интерес к нему, она без колебаний подарила его мне. Так, являясь его владельцем, я всё же решился записать эту историю. Историю мадемуазель Клэр-Марин Лоне.

12 января 1905 года.

Ужасно холодно.

Всё ещё 12 января 1905 года.

Я не помню, чтобы когда-то так замерзала, холод проникает в меня и выходит наружу сквозняком. Ещё вчера было тепло, и я вновь долго стояла на rue du Faubourg Saint-Antoine (улица Фобур-Сент-Антуан) и смотрела в окна мастерской. Сейчас у мадам Жеральдин немного заказов, поэтому она особенно подолгу снимает мерки и беседует с каждой клиенткой. Я была почти готова зайти, но было уже поздно, когда последняя заказчица ушла из мастерской. И я решила сходить сегодня. Кто же знал, что будет так холодно?

13 января 1905 года.

Я всё-таки заболела. В горло как будто вставили тысячу игл. Иглы! Забавно, что, даже описывая болезнь, я пишу, об иглах. Теперь я не скоро буду на rue du Faubourg Saint-Antoine (улица Фобур-Сент-Антуан).

16 января 1905 года.

Стало теплее. Сижу с больным горлом и смотрю в окно. Два года назад, когда я нашла эту комнату, я даже не представляла, что наблюдение из окна так увлекает! Мое окно выходит на boulevard Diderot (бульвар Дидро). Рано утром, в лавку, как раз напротив моего окна, привозят свежую рыбу, вскоре к платану рядом с лавкой, приходит молочница, чуть позже появляются несколько торговцев овощами, и открывается булочная с утренней, самой вкусной в мире выпечкой! За то время, пока я наблюдаю из окна за продавцами и их клиентами, я заметила, что те, кто приходит за молоком и выпечкой редко разговаривают с продавцами и между собой. А вот те, кто приходит за рыбой и овощами, могут подолгу задерживаться в лавке. Иногда мне кажется, что они приходят не столько для того, чтобы купить свежую рыбу, сколько для того, чтобы пообщаться с соседями, узнать от продавца новости, а некоторые и вовсе, чтобы поковыряться в рыбе, и поскандалить. Я уже знаю в лицо тех скандалистов, которые крайне редко делают покупки, хотя в лавку наведываются регулярно. Почти каждый их визит заканчивается скандалом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.