- -
- 100%
- +
— У меня для вас ещё кое-что, — я оторвала Локвуда от письма.
О бале-маскараде я совершенно забыла сообщить и сейчас очень вовремя вспомнила. Герцог аккуратно сложил письмо от близнецов.
— 29 числа этого месяца будет бал-маскарад, вам пришло приглашение.
— Пустая трата времени.
Локвуд отвернулся и махнул мне рукой, будто назойливой мухе.
— Совсем нет, нам нужно явится на него.
— Нам? — удивился герцог.
— Да, нам, — я кивнула, — это будет бал-маскарад, где вас не узнают сразу. А значит, есть шанс показать себя с приятной стороны.
— Предпочту какие-нибудь другие способы.
— Других нет, — я развела руками в стороны, — вас не хотят никуда приглашать, а значит, и общаться с вами, потому что боятся. На балу вы можете показать, что не такие опасные, как думают другие. Исправление репутации не простой и не быстрый процесс.
— И каким образом я это покажу? Похожу среди них как павлин, поулыбаюсь, и все резко растают?
— Да хотя бы так, — я скрестила руки, — вспомните, как на прошлом балу за вами бегали девушки просто потому, что вы сменили костюм.
— Они просто не знали кто я такой.
— Вот именно! А если ситуация будет наоборот? Представьте, если на балу герцог Кувинни вами заинтересуется, проведёте вечер в приятной беседе, а в конце раскроете свою личность. Не подумает ли герцог, что вы не так плохи, как он считал раньше?
Локвуд замер, раздумывая над моими словами. Хмурился, наклонял голову вправо и влево, и, наконец, повернулся ко мне.
— В этом есть зерно смысла, — он говорил медленно, будто каждое слово приходилось вытаскивать клещами, — но как я узнаю герцога? И о чём говорить?
— А для этого вам нужна буду я!
Из лаборатории выходила окрылённая, с гордо поднятой головой. Локвуд, наверное, впервые согласился с моим предложением. Даже без приказа, настойчивых уговариваний и увещеваний. Может, не всё так плохо с ним? Только вернувшись в библиотеку, я вспомнила, что хотела спросить ещё что-то почитать про ткани. Уставшая села на пуфик.
Мне обязательно нужно сделать это бельё. Кто знает, может, благодаря Армине в мире случится модный переворот, и платья с корсетами заменят более простые фасоны. Чего я очень хотела.
В приятных мечтах не заметила, как задремала. Разбудил меня странный смех, тихий, но назойливый. Будто где-то далеко кто-то скрипит старыми петлями. Я открыла один глаз и посмотрела вокруг. Также библиотека, за окнами время уже близится к вечеру. А скрип всё продолжался и нарастал.
К нему быстро добавился шорох, ритмичный, будто веником подметают осенние листья. По плечам пробежали мурашки. Очень нехорошее у меня чувство дежавю от этого всего.
Стараясь не создавать лишних звуков, я села и открыла второй глаз. В библиотеке никого не было видно, а скрип доносился из коридора и медленно приближался, становясь громче и разнообразнее. Теперь он не только скрипит и шоркает, но и периодически ойкает. Сердце забилось в пятки, когда в дверях показался перекошенный силуэт. Звуки в момент стихли, чтобы в следующую секунду заложить мне уши звонким криком:
— Госпожа!
Я зажмурилась, ожидая чего угодно. Странного смеха больше не было слышно, только шорох и тяжёлые вздохи, которые прерывались уже более тихим возгласом:
— Госпожа! Как я рад! Как рад!
Моей руки коснулись едва тёплые пальцы, я отдёрнула её, вжавшись в пуфик и открыв один глаз, сплюнула.
— Сгерик! Опять напугал.
Приложила руку к груди, пытаясь унять часто бьющееся сердце. Последний раз Сгерика я видела на балу, а потом он куда-то пропал, но герцог говорил, что всё в порядке. Служка всё такой же. Потрёпанная старая одежда, теперь я понимала, что это старые рабочие костюмы Локвуда. Они были большие для Сгерика и висели на нём как мешки бесформенные.
Из-за разной длины ног, он был весь перекошенный. А характерные цветные пятна на лице явно намекали, что служка опять стащил что-то у некроманта. Я вздохнула, а Сгерик, размахивая пустым бутыльком, стал жаловаться:
— Госпожа, Его Злейшество меня совсем загонял. Вы представляете? Отправлял на кладбище собирать полуденные маковки. В горы за золотистым пухом. А вы знаете, госпожа, как там холодно?
Холодно ли в горах я не знала, глядя на щенячьи глаза Сгерика, сердце оттаивало, рука тянулась приголубить беднягу. Но стоило взгляду зацепиться за цветное пятно на щеке, и на ум приходили только шутливые замечания.
— Сгерик, ты опять зелье стащил?
— Не стащил, — понуро протянул, — заслужил!
Он, гордо подняв голову, прижал к груди пустой бутылёк. Я не помнила, чтобы за работу Сгерик получал увеселительные зелья. Локвуд говорил, что бедняга страдает клептоманией, а особенно ему нравятся разноцветные колбы. Вот некромант и замешивает специальные отвары для своего служки. Увеселительные зелья с одним маленьким побочным действием. От них кожа приобретает самые разнообразные оттенки. Сгерик уже был зелёным, серым, красным, теперь вот в радужную крапинку. Я слегка улыбнулась, рассматривая, как точки переливаются.
— Точно, госпожа! — резко опомнился Сгерик и даже подпрыгнул на месте, — Его Злейшество просил вас позвать.
— Куда позвать?
Служка будто и не собирался отвечать. Он заковылял к выходу, махая рукой и предлагая следовать за ним. И всё-таки «Его Злейшество» Локвуду шло. Пусть он злился, ругался и требовал себя так не называть. Пожав плечами, послушно отправилась за Сгериком.
Тот провёл меня по уже знакомым коридорам к лаборатории. Вооружившись внушительным канделябром, служка освещал наш путь и шёл уверенно вперёд. Всё ещё прижимая, пустой бутылёк к груди. Я помню, как удивилась вечером в саду, что такой с виду неказистый Сгерик находится при Локвуде. Хотя сейчас понимаю, что даже за непреднамеренное воровство герцог гоняет беднягу и в хвост, и в гриву.
— Ваше Злейшество! — позвал Сгерик и ляпнул по двери.
Я готова поклясться, что слышала бубнение с той стороны. Локвуд почти всегда возмущался в ответ и требовал обращаться к нему хотя бы просто «герцог», но надолго Сгерика не хватало.
— Ваше Злейшество! — снова крикнул служка и ляпнул.
Дверь резко распахнулась. Раскрасневшийся герцог стоял на пороге, я медленно опустила взгляд от лица к пыльной и даже местами порванной форме. И когда только успел?
— Герцог! Запомни уже наконец.
Локвуд выхватил у Сгерика канделябр, подтянул за руку меня и захлопнул перед служкой дверь. Я слышала бурчание с той стороны, служка пусть и понимал свои «особенности», но всё равно не любил грубость. Обижался и дулся, если Локвуд обращался к нему резко. Вот и сейчас Сгерик медленно поднимался по лестнице и продолжал бубнить, как Злейшество нехорошо поступил, а ведь служка так старался.
Локвуд ляпнул канделябр на ближайший стол и умчался куда-то вглубь. Пока герцог справлялся с убегающей из колбы слизью, я решила внимательнее осмотреться. До этого лаборатория казалась мне узкой и вытянутой комнатой, но теперь я видела, как за стеллажами скрывался внушительный склад, а вместе с ним огромный стол с целой системой из трубочек, колб и всяких неизвестных мне приборов.
Локвуд стоял в самом начале этой системы и пытался засунуть зеленоватую слизь обратно в колбу со спиральным горлышком. Вот только та недовольно мявкала, делилась на более мелкие кусочки и активно убегала. Она отличалась от той, что была на ручке и не только цветом, но и прытью. Совсем маленький комок уже подбирался к краю стола. Я схватила пустую колбу из стеллажа и, подбежав, едва успела поймать падающую слизь.
— Спасибо.
Бросил Локвуд через плечо и, тяжело вздохнув, перестал пытаться запихнуть слизь обратно. Вместо этого выхватил у меня колбу и переловил оставшиеся комочки. Я смотрела, как с виду рыхлая субстанция перекатывается от стенки к стенке. Облизывает стекло, делая его всё более и более жирным, и мявкает.
— Вам не хватает рук? — я подняла взгляд на герцога.
— Нет, — он мотнул головой и грустнее добавил, — ну вернее не хватает, конечно, но я вас не за этим позвал.
Я внимательно смотрела на герцога и ждала, а он мялся и не решался заговорить. Такое поведение интриговало и умиляло одновременно. Зелёная слизь, чувствуя перемены вокруг, порозовела и булькнула, будто дразнилась. Локвуд, заметив это, свёл брови к переносице, закрыл колбу пробкой и сунул в какую-то коробку под столом.
Вот только молчание затягивалось, но настаивать и расспрашивать не хотелось. Раз позвал сам, то пусть и говорит. Завела руки за спину и подняла взгляд. Лаборатория оказалась куда больше, чем я вообще могла себе представить. Высокие потолки, которые из-за отсутствия освещения терялись в темноте. Ещё больше стеллажей, коробок и самых разнообразных по размеру и форме колб. От созерцания меня отвлёк Корвус. Он прокашлялся и всё-таки начал:
— Вы как-то говорили, — задумался, лицо стало таким серьёзным, что я сама невольно напряглась, — в общем, предлагали.
Локвуд снова прокашлялся, взял руки в замок. И что он пытается сказать? От длительного молчания и такого переминания становилось не по себе.
— Давно, ещё когда только приехали, — Локвуд почесал затылок, опустил руку на шею и, наконец, решился, — предлагали обучиться этикету.
Я медленно кивнула. Такое предложение действительно было. И в попытках уговорить герцога я даже предлагала не нанимать учителя, не погружаться слишком глубоко, а изучить самые банальные и простые правила. Вроде приветствия и знакомства, простые темы для непринуждённой беседы. В общем, самые основы.
— Давайте что-то подучим, — выпалил герцог, выдохнул и заметно выпрямился, — подготовимся к балу.
Верилось в такое с трудом, но внутри у меня взорвалась бомба. Будто мне сделали предложение, о котором и мечтать нельзя было. Я широко улыбнулась, снова кивнула и постаралась продолжить как можно ласковее:
— Конечно, — Локвуд и сам слегка улыбнулся, потупил взгляд, — можем немного заниматься после завтрака или перед сном.
От внезапных, но таких приятных изменений внизу живота щекотало, и я никак не могла перестать улыбаться, казалось, скоро щёки начнут ныть. Локвуд заметно смущался, отводил взгляд, но сам был доволен. Надеюсь, что дальше станет проще. Мы договорились обсуждать этикет за завтраком, а ещё герцог настоял на коротких занятиях по танцам. В прошлый раз я отдавила ему все ноги, и проходить снова через эти мучения он не хотел.
— Кстати, что насчёт академии, — решила я воспользоваться моментом.
— А, что насчёт неё? — Локвуд сощурился.
По глазам видела, что всё понимал, но намеренно тянул кота за хвост. Я прищурилась, подражая и передразнивая.
— Близнецы согласились на ваши условия?
— Согласились, — коротко кивнул герцог.
— Значит, вы скоро снова поедете на экзамен.
Он молча кивнул и поднял взгляд выше. Я видела, как он не хотел брать меня с собой, но отделаться так просто не получится. К тому же самой интересно, как они поймают второго студента.
— Вы же помните, что обязывались взять меня с собой?
Обещания такого не было, и Локвуд быстро ответил мне удивлённым взглядом. Было видно, как он усиленно пытался отрыть в памяти что-то такое, но лишь хлопал длинными ресницами и молчал.
— Обещали-обещали, — я несколько раз кивнула.
— Да? — удивлённо протянул герцог, — ну-у-у, наверное. Следующий экзамен у Финна будет через два дня, на другой кафедре.
— А вы уверены, что он снова попытается жульничать?
— Нет, — Локвуд пожал плечами, — но наблюдают теперь не только за ним.
— А второго студента и правда отчислят просто за списывание?
Я скрестила руки. До сих пор не могла поверить в подобную строгость. Хотя весь этот мир иногда казался мне до ужаса несправедливым. В обществе тебя могли заклеймить за один неправильный жест и отмыться бывает невероятно трудно. Бедная Армина уже столкнулась с большим недопониманием и распутать его, просто предложив шортики к платью, не получится. Придётся провести огромную работу с покупательницами.
— Он не просто помог сжульничать, — Локвуд вздохнул, — ментальная связь может казаться безобидным способом передать мысли, но это на самом деле опасная магия. При неправильном использовании маг может лишить тело сознания, оставив только безвольную оболочку. Или сжечь часть мозга, а вместе с ним память, навыки и личность. Подобным нельзя разбрасываться просто для жульничества на экзаменах.
Я медленно кивнула. Странно, что, зная такие вводные, близнецы не переживали на экзамене, а наоборот пытались выгородить Финна. Хотя, возможно, Локвуд специально сгустил для меня краски.
Глава 5. Банши
До поездки в академию я отложила поиски ткани. Решила, что взгляну свежим взглядом на это всё через несколько дней, а там, может, и идеи новые появятся. К тому же разговоры об этикете не на шутку увлекли герцога. Он активно включался в каждую новую тему, рассматривал всё под разными углами и яростно спорил. Хотя в первый день я растерялась от такого напора и совершенно не знала, что ему ответить на: «Почему я не могу подойти и познакомится сам? Почему нельзя спрашивать напрямую? Разве им самим не скучно?».
Приходилось обращаться к истории. Понимания базового этикета у меня были, но там чаще всего не было ответов, почему так или иначе сложилось. Почему ему не желательно первому здороваться с бароном. И почему после приветствия виконт обязан ждать ответного от графа и не продолжать своевольно беседу.
Названный отец очень хотел пристроить меня куда-то в столице и оплачивал самые разнообразные занятия. Это значительно облегчило мне изучение нового мира, хоть и началось всё не с самых основ.
Герцог иногда дулся и совершенно отказывался следовать чему-то совсем странному, на его взгляд. Я вздыхала и старалась не спорить. Бал-маскарад давал некоторую волю. Под маской тебя не узнаю сразу, не видят твоего титула, а значит, можно позволить некоторые вольности, но нужно знать меру.
На экзамен в академию мы отправились намного раньше, я даже отказалась от завтрака. И решив не подражать Локвуду в его мрачности, и вытянула из гардероба нежное пудровое платье. Плечи и руки закрывало только тонкое кружево, а от корсета расходилась пышная и плотная сатиновая юбка.
Большую часть пути мы ехали молча. Я снова рассматривала сначала привычные городские улицы и поля, а после и мрачный лес у академии. Только добравшись до этой негласной границы, Локвуд решил провести небольшой инструктаж:
— Леди Селена, не отходите от меня далеко.
— Боитесь, что я заблужусь?
— Нет, банши привередливые существа и сразу после призыва нужно некоторое время для установления контроля. Если что-то пойдёт не так, вам необходимо быть рядом со мной.
Я пожала плечами. В мои планы не входило отходить от герцога. Академию я не знала, даже понимая, что правила ужесточили и упростили многие занятия, я всё ещё помнила протяжный крик вместо звонка. Кто знает, что ещё необычного в этой магической академии скрывается.
— Я и не планировала.
— Хорошо, — кивнул Локвуд, — и постарайтесь не встревать в разговор, когда вам вздумается.
— Только если вы не будете язвить, — кивнула, подражая герцогу, и снова уставилась в окно.
Моё замечание Локвуд одарил тяжёлым вздохом, но отвечать никак не стал. Хотя бы не отрицает, что он та ещё язва.
У ворот академии нас встречали близнецы. Они были в тех же бордовом и сером костюмах, а Эзрай так широко улыбался, что я думала, ослепну от его белоснежных зубов. Герцог коротко поздоровался со всеми и предложил начать с его кабинета, близнецы лишь кивнули и посторонились.
В этот раз мы проходили по коридорам медленнее, и я успела рассмотреть разнообразные портреты и гобелены. В академии почти не было окон, а всё освещение получалось от огромных факелов под самым потолком. Стены из крупного и тёмного камня, на полу мрамор, местами с мелкими трещинками. Красиво, хотя без студентов это больше похоже на забытый алтарь или храм.
Кабинет в академии с первого взгляда напомнил кабинет поместья. За одним исключением, что был чуточку больше и вместо столика с двумя креслами здесь была огороженное подобие пентаграммы со свечами на вершинах звезды. Я застыла в дверях, чувствуя, как это место пахнуло на меня старостью, пылью и чем-то неуловимо мускусным.
— Эзрай, будешь отвечать за барьер, — приказал Локвуд.
Серый кивнул и, вынув из кармана голубой камень, занял позицию возле совсем низкой ограды. Герцог словно из ниоткуда достал мелок и стал обновлять на полу рисунок, показавшийся мне с первого взгляда пентаграммой.
Там действительно была звезда, но маленькая и заключённая сразу в три круга. То тут, то там Локвуд добавлял символы и при этом что-то нашёптывал. По мере рисования разные части пола загорались едва заметным зеленоватым светом.
Эзрай готовился отдельно. Он разбил голубой камень, осколки разлетелись по комнате и также засветились, соединяясь между собой едва заметной нитью. Серый отошёл дальше, к двери и сложил руки в странном знаке.
— Киприан, — близнец кивнул, готовый к любому приказу Локвуда, — держи внешний круг, если что-то пойдёт не так, верни банши обратно.
Мои руки слегка подрагивали. Они действовали слаженно, будто и не расставались на семь лет, будто это всё было для них совершенно обыденным и простым действием. Я стояла и не понимала, что в этом всём делать мне, но герцог, словно вспомнив, взглянул на меня.
— Леди Селена, держитесь рядом с Эзраем.
Я послушно кивнула и подошла максимально близко к близнецу. Он, видя мою дрожь, подмигнул и едва слышно прошептал.
— Не волнуйтесь, сэру Локвуду нет равных в призыве и подчинении.
— Не сомневаюсь, — кивнула я и зажмурилась, когда комнату сотряс вопль.
В центре рисунка стоило мне отойти к Эзраю появился полупрозрачный призрак. Он не был похож на человека, скорее скрюченная, вытянутая змея с получеловеческим лицом и палками-крюками вместо рук. Со всего тела клоками и колтунами торчали волосы. Баньши сразу же после появления рванула к Локвуду, пронзительно крича и вереща. Я зажмурилась и закрыла уши.
По комнате разносились крики, глухие удары, протяжные вопли и вместе с этим моё тело деревенело, а колени подгибались, грозясь вот-вот уронить меня на пол. И также внезапно как начало всё резко закончилось. В ушах всё ещё стоял звон.
— Леди Селена? — Эзрай потянул мою руку на себя.
Я была словно оглушённая. Все звуки, привычные и тихие доносились словно через толщу воды. Открыла глаза. Скрюченная змея больше не вопила, не пыталась набросится на Локвуда. Она внимательно осматривала комнату и держалась рядом с герцогом, а стоило ему сделать шаг ко мне, как и баньши поплыла следом.
Я сглотнула и опустив руки нащупала стену за мной. К таким потрясениям меня не готовили и даже не предупреждали! Голова слегка закружилась, я упёрлась плечом в книжный стеллаж. Эзрай потянулся ко мне, но Локвуд оказался быстрее. Его зеленоватая магия очень быстро окутала мои глаза и голову, а вместе с ней приятный, успокаивающий голос потеснил шум в ушах.
— Прости, сейчас будет полегче.
Я только и смогла, что кивнуть и снова зажмурится. Страшная баньши нависала сверху и в её выпученных глазах я видела любопытство. Чем ближе существо было, тем лучше я могла рассмотреть рваную кожу, видные сквозь раны кости. Кем бы ни был помощник Финна, я ему не завидую.
— Сэр Локвуд, нам нужно спешить, — Киприан беспокоился где-то совсем рядом.
— Потерпите, — шикнул герцог в ответ.
От такой заботы, пусть колючей и запоздалой было приятно. Я приоткрыла глаза. Баньши больше не рассматривала меня, она ворочала головой вокруг и нос, на её человеческом лице, больше похожий на клюв шевелился. Ноздри раздувались, рот вместе с ними приоткрывался и оттуда высовывался тонкий, раздвоенный язык.
Открыв глаза, я едва смогла улыбнутся герцогу. И без того бледный некромант с явным беспокойством осматривал меня. Его руки на моей талии согревали и придавали капельку уверенности.
— Я в порядке, — мотнула головой и тише добавила, — но в следующий раз предупреждайте о подобном.
Локвуд только коротко кивнул и выпрямился, отпуская. Места, где ещё секунду назад были его руки сразу же похолодели, я поджала губы, это было слишком приятно. Близнецы маячили рядом, не решаясь подойти близко к Локвуду. Эзрай открыл дверь и кивнув добавил:
— Нам нужно спешить, следующий экзамен у Финна на факультете алхимии.
Локвуд вышел первым. Он взял меня за руку, я почувствовала, как моментально покраснела от кончиков ушей до самых пяток. В коридоре, пока близнецы не видели я поменяла положение и просто взяла герцога под руку. Тот не стал препятствовать, хоть и снова тяжело вздохнул.
— Вся группа пишет тест, результаты вывешивают на следующий день, — продолжал Эзрай пока мы спешили по извилистым коридорам, — экзамен начался пару минут назад и возможно ментальную связь уже установили.
— Нет, — коротко отрезал Локвуд.
Эзрай бросил короткий взгляд назад и кивнул, соглашаясь с герцогом. Смотреть на змею мне совершенно не хотелось. В прошлой жизни одноклассники постоянно пугали меня призраками, а в этом мире они реальны и совершенно не безобидны. Я вздрогнула, вспомнив вопль баньши и это не прошло незамеченным. Зеленоватая дымка скользнула от рук герцога к моим кружевам и спряталась под корсетом. Вот только это лишь ускорило моё сердцебиение.
Магия щекотала где-то рядом с рёбрами, странным образом успокаивала, но в голове всё ещё блуждал вихрь из смущения и полного непонимания. И внизу живота скручивался болезненный, неприятный узел
— Кабинет номер 63, — кивнул Киприан.
Локвуд так резко остановился у нужной аудитории, что я успела сделать полшага вперёд и развернулась, выпутываясь из рук герцога. Он уже был поглощён изучением двери. Взгляд сверлил тёмное дерево, потрескавшееся от времени. Баньши спустилось ниже, почти к самому его плечу, раздувало ноздри, высовывало язык и вращала глазами как сумасшедшее.
Эзрай без страха протиснулся между герцогом и дверью и быстро сунул внутрь голову. Из щёлки в коридоре появилась полоска яркого света, от которой баньши шарахнулась в сторону. Локвуд цикнул и сделав несколько пасов руками заставил змею зависнуть рядом с собой.
Близнец ненадолго исчез в кабинете и уже через несколько секунд вышел обратно, кивая, кланяясь и благодаря кого-то внутри. Широко улыбаясь, он повернулся к нам, закрыв дверь:
— Финн на месте, преподаватель Фростхайм в курсе и не против наших проверок.
— Отлично, — кивнул Локвуд и повернулся к банши.
Змеюка вперилась в стену, чуть выше двери, она не отреагировала на очередные взмахи руками и, кажется, даже шевелилась как-то медленнее, осторожнее. Её ноздри больше не раздувались, хотя язык периодически высовывался, а крючки руки едва заметно поднимались, отрываясь от тела.
— Она его почувствовала, но связь ещё слабая, — прошептал Локвуд.
Потребовалось ещё несколько минут, и змея резко сорвалась в сторону. Она ткнулась мордой в невидимую стену и шипя, повернулась на Локвуда. Тот, прищурившись, посмотрел на близнецов. Эзрай, заметно побледневший, едва смог сглотнуть слюну.
— Взяла след, — прошептал герцог и кивнул.
Банши не сдерживаемая больше ничем, сорвалась с места. Близнецы поспешили следом, стараясь не отставать, Локвуд же, взяв меня за руку, пошёл в привычном темпе. Хотя я вообще ни за кем не успевала и, если быть откровенной, даже немного подрагивала в странном предвкушении. Уже скоро я узнаю судьбу бедняги, который решился таким замысловатым способом списать на экзамене.
— Мы идём ко второму студенту? — тихо спросила я.
Герцог кивнул. Он смотрел куда-то перед собой, слегка нахмурившись. Другой рукой я держала подол платья, чтобы случайно не зацепится и не протаранить лицом мраморный пол академии. Мои совсем тонкие и маленькие шпильки отбивали ритм, звук эхом проносился, отталкиваясь от каменных стен.
Витиеватые и полупустые коридоры сменились широкой лестницей. Локвуд, не желая тратить много времени, внезапно подхватил меня на руки и, перешагивая через ступеньку, стал быстро подниматься.
— Пустите меня! — пискнула я, хотя уже намертво вцепилась в герцога.
— Не брыкайтесь, — поморщился Локвуд, — я отпущу вас, как только закончится лестница. Банши уже добралась до него.
Я замерла. Помня, как это существо орало во время призыва, как извивалась и смотрела на меня уже после подчинения. По плечам пробежали мурашки. Ох, не завидую я этому студенту. Подгоняя моим мыслям, в уши, ударил пронзительный крик, а следом нас настигли обеспокоенные голоса близнецов:
— Не кричи!
— Успокойся, сядь!
Они приказывали наперебой, но студент, судя по всему, плохо подчинялся. Локвуд не отпустил меня, как обещал, а лишь ускорился, когда оказался на нужном этаже. Судя по безымянным табличкам и частым дверям это было общежитие, а в конце коридора, под самым потолком извивалась банши. Она тянула руки вниз, туда, где близнецы пытались схватить и остановить какой-то чёрный, юркий комок.