Повесть погибшего мира

© Дмитрий Луговой, 2016

ISBN 978-5-4483-4810-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Джордж мчался сквозь мрачный зловещий лес, не суливший вошедшему в него путнику ничего, кроме беды, мчался так, как не бегал еще никогда в своей жизни. Толстые сучья и тонкие, но упругие, ветки, что тянулись к мужчине со всех сторон, больно хлестали его по лицу и рукам, а узловатые корни, выпиравшие из растрескавшейся красной земли, так и норовили сделать ему подножку.

«Держись, Джордж, держись! Осталось совсем чуть-чуть!» – убеждал сам себя мужчина, хотя понятия не имел о том, сколько еще ему предстоит бежать.

Его компас, равно как и многое другое из оборудования, остался на базе, и Джордж уповал лишь на свою память, надеясь, что она выведет его к расположенному на восточной окраине леса Контуру.

Кто-то, быть может, посоветовал бы Джорджу ориентироваться по солнцу, коли уж он, такой растяпа, забыл захватить компас.

Но это было невозможно. Даже если бы небо не закрывали вечно серые тучи, висевшие над землей так низко, словно хотели заключить ее в объятия, увидеть солнце Джорджу не позволили бы деревья, чьи кроны плотно смыкались в единое неразрывное бурое полотно в трех-четырех метрах от земли.

Что-то с гулким свистом пронзило воздух в сантиметрах от щеки Джорджа, а через мгновения в широкий ствол клена, что рос впереди, вонзилась стрела.

Позади мужчины раздался звонкий голос, не то пропевший:

– Прикончи его поскорее! – не то сердито воскликнувший:

– Не стреляй в голову: он нужен нам живой!

Откровенно говоря, Джорджу было плевать на то, что именно произнес голос. Он и так слишком хорошо представлял, что с ним будет, если он не успеет достигнуть Контура до истечения времени Перехода.

Не оглядываясь, Джордж выбросил левую руку назад и нажал на курок. Новенький «кольт» изрыгнул из себя пулю, и через пару секунд ушей мужчины достиг женский вскрик, возвестивший о том, что выстрел оказался удачным.

«Одна готова!» – подбодрил себя Джордж. – «Их наверняка осталось немного, ведь охрана базы положила порядка двух десятков!»

Впрочем, он мог и очень сильно ошибаться, ведь никто не мог сказать, сколько же человек атаковало базу. Но мысль о том, что врагов осталось немного, придавала Джорджу силы.

Лес впереди стал постепенно редеть, ветви переплетались уже не так и сильно, и сквозь просвет между листьями мужчина узрел знакомые очертания гигантской арки, сложенной из белого камня, вовсе камнем и не являвшимся.

«Установить, из какого материала сложен Контур, на данном этапе развития нашей науки невозможно!» – припомнил Джордж слова доктора Фокса.

Мысль о нем на какое-то мгновение вернула мужчину назад, на базу, в лабораторию номер два, на кристально белом полу которой Джордж и нашел доктора с торчащей из его шеи стрелой.

Вдруг что-то с силой ударило Джорджа под коленку, его левая нога подогнулась, и мужчина кубарем прокатился по пожухлой траве и был остановлен огромным стволом старого дуба, преградившего ему путь.

– Твою мать! – выругался сквозь зубы Джордж, взглянув на свою ногу.

Из-под коленки торчала стрела, сестра той, что минутой ранее чуть не пронзила его голову, но не это было самое страшное. Угол, под которым голень располагалась по отношению к бедру, наводил на мысль о том, что бежать дальше Джордж уже не сможет. Разве что ползти.

Однако боли, которая, по идее, должна была пронзать его тело, отчего-то не было, и это придало Джорджу уверенности.

Прислонившись спиной к шершавому стволу дуба, мужчина взглянул на преследующих его людей.

Как ни удивительно было это сознавать, но среди них были только женщины. Все они были облачены в кожаные юбки, заканчивавшиеся на середине бедра, и кожаные же топы, обтягивавшие их груди, все как на подбор весьма выдающегося размера.

Впрочем, любоваться их соблазнительными телами Джорджу было некогда. Куда больше его внимание притягивали луки, которые эти амазонки сжимали в своих крепких руках. Тетива каждого лука была натянута, и стрелы, казалось, нетерпеливо подрагивали, ожидая мгновения, когда их хозяйки выпустят их в голову Джорджу.

Шедшая первой амазонка, длинноногая брюнетка с острыми скулами и пухлыми губами, что-то крикнула Джорджу на их тарабарском языке. Возможно, доктор Фокс и разобрал бы, о чем идет речь, но Джорджу это было не по силам.

Он неловко улыбнулся, стараясь выглядеть безобидно, а пальцы его правой руки, скрытые туловищем от глаз амазонок, тем временем нащупали в заднем кармане брюк свето-шумовую гранату.

– Все будет хорошо! – улыбаясь, крикнул Джордж амазонке, а затем, быстро вырвав чеку, бросил гранату ей под ноги и активировал светофильтр на своих очках.

Брюнетка изумленно уставилась на упавший ей в ноги предмет, и через секунду граната разорвалась.

Ярчайшая вспышка, нарушившая вечный полумрак леса, ударила амазонок по глазам, и под громкие женские вскрики и глухой стук рухнувших на траву луков Джордж припустил к Контуру.

В его ушах гудело, а боль в сломанной ноге начала-таки стучаться в его мозг, но мужчина усилием воли постарался абстрагироваться от нее и продолжил бежать к арке.

Через две минуты, растянувшиеся для Джорджа, в несколько часов, он выскочил из леса, и Контур навис над ним во всем своем великолепии.

Большая полудуга, радиусом в десять метров, на первый взгляд представлялась чем-то вроде Стоунхенджа, загадочным сооружением из белого камня, предназначенного невесть для чего. Но, в отличие от Стоунхенджа, предназначение, вложенное неизвестными архитекторами в Контур, было разгадано великолепным умом доктора Фокса.

Часы на левом запястье Джорджа тревожно пискнули, и он из последних сил прибавил шагу.

Если он не пройдет сквозь арку в ближайшие две минуты, то открытый Контуром проход сомкнется вновь на целый месяц, прожить который Джордж вряд ли сможет. К тому же через месяц Контур придется активировать вновь, а все, кто знал, как это сделать, уже покойники.

Джордж, ковыляя, преодолел те двадцать метров, что отделяли арку от леса и, облегченно выдохнув, шагнул в проход, заколыхавшийся при его приближении подобно театральному занавесу.

Мгновение безвременья, и Джордж увидел толпу людей в белых халатах, замерших возле многочисленных приборов, и солдат в камуфляже, напряженно вглядывавшихся в проход.

– Мортон, что происходит? – воскликнул седовласый генерал Лоуренс, увидев Джорджа.

Джордж хотел ему ответить, но в этот момент кто-то выскочил из Контура и сбил его с ног.

Морпехи тут же вскинули стволы и открыли огонь по неизвестному.

Джордж перевернулся на бок и увидел, как сотрясается под градом пуль тело амазонки.

– Я спасен! – прошептал Джордж, и в этот момент раздался оглушительный взрыв, после чего сразу наступила темнота.

Глава 1

Створки лифта разошлись в стороны, и полковник Дуглас оказался в длинном коридоре на последнем этаже главного здания «World Oil Company».

Тяжелый взгляд полковника упал на натертый до зеркального блеска пол, затем на расставленные в шахматном порядке кадки с декоративными пальмами и прочими растениями, после – на подвешенные под потолком клетки с тропическими птичками, типа колибри и тукана, и его губы скривились в неприятной усмешке.

Тяжелые армейские ботинки застучали по полу, и птицы, заметив нового человека, принялись каждая на свой лад приветствовать его.

– А ну заткнулись! – метнул грозный взгляд Дуглас на одну из клеток, и обитавший в ней какаду подавился своим криком.

Вслед за попугаем умолкли и другие его птицы, и в коридоре воцарилась тишина.

В конце коридор перешел в просторный холл, вдоль двух стен которого были расставлены кожаные кресла, предназначенные для посетителей, ожидающих свой очереди.

Третья же стена представляла собой панорамное окно, из которого открывался захватывающий дух вид на Нью-Йорк, а перед ним располагалось рабочее место секретаря, отделенное от приходящих посетителей широкой и длинной стойкой.

Полковник, мельком скользнув взглядом по выглядывающей из-за стойки рыжеволосой женской голове, направился прямиком к левой от него двери.

– Мистер Робинсон просил вас подождать, полковник Дуглас! – произнесла секретарь, не отрывая глаз от экрана.

Полковник едва слышно фыркнул и, проигнорировав ее слова, подошел к двери и дернул за ручку.

Против его ожиданий дверь осталась на месте. Дуглас дернул еще раз, сильнее, но дверь не поддалась.

– Я ведь сказала: мистер Робинсон просит вас подождать, полковник Дуглас! – повторила секретарь.

Полковник развернулся и, тяжело ступая, подошел к стойке. Опершись на нее своими черными ладонями, мужчина нагнулся вперед и, не скрывая угрозы, произнес:

– Я – полковник ВМС США, и президент США в моем лице требует немедленной встречи с мистером Робинсоном. Я думаю, не стоит объяснять, каковы будут последствия вашего отказа!

Секретарь заправила за ухо сбившуюся рыжую прядь, повернулась вместе со стулом в сторону полковника и, глядя на него лучистыми зелеными глазами, ответила:

– Даже если бы вы представляли самого Господа Бога, то мистер Робинсон не стал бы менять график своей работы ради вашей с ним встречи! – девушка белозубо улыбнулась и указала на ряд кресел возле двери: – Присаживайтесь, пожалуйста!

Полковник с хрустом сжал левую руку в кулак, но сдержался и, отвернувшись от секретаря, проследовал к указанному ею креслу.

– Чай? Кофе? Молоко? Чего-то покрепче? – произнесла Дугласу в спину секретарь.

Полковник ничего не ответил. Не пристало ему, как какому-то обычному клерку, коротать время, потягивая кофе!

Сев в кресло, Дуглас положил папку, что держал до этого у себя под мышкой, на колени и замер, подобно скульптуре, вырезанной из камня.

Секретарь, все еще ожидавшая ответа, хмыкнула и вернулась к монитору, на котором отображались бесконечные ряды цифр, разобраться в которых полковник не смог бы даже будь у него время.

Нет, но каков этот наглец?! Кто он такой, этот Клиффорд Робинсон, чтобы заставлять себя ждать полковника ВМС США? И не просто полковника, а личного представителя Президента!

Впрочем, ответ на этот вопрос был весьма прост. Клиффорд Робинсон – владелец крупнейшей корпорации в мире, «World Oil Company», тем или иным образом контролировавшей семьдесят пять процентов мировых запасов нефти и газа. Ежегодный доход, который приносила эта компания своему владельцу, выражался суммой с девятью нолями, а состояние Клиффорда Робинсона, являвшегося богатейшим человеком мира, составляло порядка пятисот миллиардов долларов.

Однако деньги Робинсону приносили не только нефть с газом. Также миллиардер владел сетью гипермаркетов, раскинувшейся по всему миру, несколькими ведущими брендами одежды, имел доли в ведущих компьютерных корпорациях, вкладывал деньги в успешные голливудские фильмы и получал их с большими процентами и многое другое.

Круг интересов Робинсона был воистину широк, и, что самое удивительное, он ни разу не вложил деньги в проект, который оказался бы провальным.

При этом Клиффорд не забывал и о благотворительности. Он содержал несколько тысяч приютов для бездомных в разных странах мира, каждую неделю раздавал бесплатные обеды в трущобах какого-нибудь латиноамериканского голоса, раздавал гранты талантливым юношам и девушкам из бедных африканских стран, давая им возможность получить образование и вырваться из нищеты.

В общем, влияние Клиффорда Робинсона базировалось не только на деньгах, которые он зарабатывал, но и на любви народных масс, превозносивших его как благодетеля и чуть ли не как нового Иисуса Христа.

Именно поэтому с ним приходилось считаться даже президенту США. И именно поэтому на поклон к Робинсону шли все кандидаты в конгрессмены и сенаторы.

«Ничего, еще придет час, и ты поплатишься за то, что пытался подмять под себя нашу демократию!» – сжав кулак до хруста в костях, подумал полковник.

Вскоре после этого у секретаря что-то тихо тренькнуло, она прижала ладонь к уху и, судя по всему, выслушала какие-то указания.

– Мистер Робинсон готов вас принять, полковник Дуглас! – повернувшись на стуле, произнесла девушка.

Полковник встал и направился к двери. От его взгляда не укрылось, что перед тем, как она распахнулась, рука секретаря скользнула под стол.

«Вот стерва!» – подумал Дуглас. – «Так, значит, ты в любую секунду могла открыть мне дверь!»

Дернув на себя ручку, полковник отворил дверь и вошел в кабинет Клиффорда Робинсона.

Кабинет этот был не чета рабочему кабинету полковника. Просторное помещение, двадцать на десять метров, с панорамным окном во всю стену, на котором ежеминутно менялось изображение, от ледяных пустынь Арктики до жарких просторов Сахары. Три другие стены были украшены огромными картинами великих художников прошлого и современности, а по углам кабинета были расставлены скульптуры, изображавшие обнаженных атлетов и атлеток. В центре же помещения стоял длинный стол на десять персон, перпендикулярно которому расположился еще один стол из красного дерева, за которым и восседал Клиффорд Робинсон.

– Рад вас видеть, полковник Дуглас! – на толстом лице миллиардера появилась ледяная улыбка. – Присаживайтесь, пожалуйста! – указал он на самое дальнее от себя кресло.

– И я рад вас видеть, мистер Робинсон! – такой же морозной улыбкой ответил полковник, прошагав вдоль стола и опустившись в кресло рядом со столом Робинсона.

Улыбка на мгновение сползла с лица миллиардера, но затем появилась на нем вновь.

– Желаете чего-нибудь выпить? – спросил он у полковника, опускаясь в свое кресло.

– Нет, спасибо! – ответил Дуглас. – Предпочту перейти сразу к делу! – он открыл свою папку и, пролистав ее, вынул лист бумаги с нанесенным на нее машинописным текстом. – Как вы это объясните? – спросил полковник, протягивая бумагу Робинсону.

Миллиардер ухватил листок своими жирными как сосиски пальцами, водрузил очки, болтавшиеся на цепочке, на свой нос и пробежался по строкам текста.

– И что здесь нуждается в объяснении? – кладя бумагу себе на стол, спросил Робинсон. – По-моему, все изложено довольно четко!

– То есть вы не отрицаете, что выставили правительству Соединенных Штатов ультиматум?

– Ультиматум? – улыбка Робинсона стала еще шире, навеяв отчего-то Дугласу мысль о чеширском коте. – Вы так это называете?

– А какое название предпочитаете вы? – поднял свои брови полковник.

– Я? – переспросил миллиардер. – Я бы назвал это деловым предложением!

– Речь идет о вопросе государственной важности, причем тут бизнес? – нахмурился Дуглас.

– Это для вас и таких как вы – это вопрос государственной важности! – откинувшись на спинку стула и сложив пухлые ручки на выдающемся пузе, ответил Робинсон. – А для меня это защита моих инвестиций!

– Инвестиций? Позвольте напомнить вам, мистер Робинсон, что Штаты вполне могут справиться и без ваших денег, которые вы, кстати сказать, пускаете и на весьма сомнительные проекты. В частности, – Дуглас для вида заглянул в свою папку, – на поддержку «Красного Сектора» в Иране.

Полковник поднял глаза и с удовлетворением отметил, что улыбка полностью исчезла с лица Робинсона. Взгляд миллиардера стал колючим, а поза из расслабленной превратилась в напряженную.

– Боитесь, что проамериканское правительство вновь рухнет, как это уже было, полковник? – подавшись вперед, процедил Робинсон.

– Бояться следует вам, Клиффорд! – также наклонившись вперед, произнес полковник Дуглас. – ЦРУ очень не любит тех, кто работает против него!

– А вот русские и китайцы, наоборот, очень таких любят! – рассмеялся в ответ миллиардер. – Да и европейцы лишь на словах поддерживают Штаты. Уверяю вас, они будут премного довольны, если вас щелкнут по носу!

– Думаете, ваши связи смогут защитить вас в случае чего?

– Не знаю! – обезоруживающе улыбнулся Робинсон. – Но я знаю точно, что вам, полковник, ошибки не простят. А пенсия у вас, насколько я знаю, пока что выходит совсем крошечной!

Эти слова были сродни удару под дых. Дуглас почувствовал, как его глаза застилает гнев. Ему нестерпимо хотелось выпрыгнуть из своего кресла, наброситься на этого спесивого сноба и от души врезать ему, заставив харкать кровью на дорогущий паркет.

Но Робинсон был прав: руководство не простит Дугласу ошибки, а содержать семью на свою пенсию полковник не сможет. Делать же что-либо другое он попросту не умеет.

На какое-то время в кабинете воцарилась тишина. Робинсон снисходительно поглядывал на игравшего желваками полковника и ждал, когда тот заговорит.

Но Дуглас решил не уступать в этом вопросе богачу, и после нескольких минут звенящей тишины Робинсон произнес:

– Вы правы, полковник, в том, что правительство Соединенных Штатов могло бы запустить проект, о котором идет речь, и без моих денежных вливаний. Разумеется, это потребовало бы урезания других расходов, повышения налогов, снижения пособий по безработице и других пособий, что привело бы к росту социальной напряженности, – не без улыбки подчеркнул миллиардер, – но правительство справилось бы. Но дело ведь не в деньгах!

– А в чем же? – сверкнул глазами Дуглас.

– В гении доктора Фокса! – широко улыбнувшись, ответил ему Робинсон. – Как вы и сами знаете, именно благодаря ему была запущена первая часть проекта. Но все чертежи и выкладки были утеряны вместе с ним, и восстановить лабораторию после инцидента было весьма непросто.

Вот теперь полковник понял, откуда ветер дует, и уже знал, какая фраза последует дальше.

– Именно мои люди, взращенные моим Денверским университетом, помогли вашему правительству воссоздать работу доктора Фокса! – чеканя местоимения, произнес Робинсон. – Они отдали три года этой работе. Три года, которые могли потратить на другие разработки. Но я переориентировал их именно на эту работу в обмен на гарантии того, что часть прибыли от экспедиции, если таковая будет, достанется мне. И я хочу, чтобы в ней участвовали мои люди. Не то чтобы я не доверяю Президенту и правительству, – издал миллиардер короткий смешок, – но все же …, – он не закончил фразу, но и без этого все было ясно.

– Правительство и лично Президент безмерно благодарны вам, мистер Робинсон! – произнес в ответ полковник. – Но данная экспедиция является большей частью спасательной, и участвовать в ней должны профессионалы. Вы так не думаете?

– Думаю, думаю! – подобно китайскому болванчику, закивал головой мистер Робинсон. – Но неужели вы думаете, что я не могу предложить вам настоящих профессионалов своего дела?

Миллиардер, сузив свои глаза, отчего его пухлые щеки сделались еще больше и стали напоминать щеки раскормленного хомяка, взглянул на полковника. Дуглас ответил ему взглядом, преисполненным нескрываемой неприязнью.

Кабинет вновь на минуту погрузился в тишину, и ее вновь первым нарушил мистер Робинсон.

– Что ж, я вижу, вы не настроены на конструктивный диалог, полковник! – произнес он. – Видимо, мне стоит предложить полученные моими учеными разработки кому-нибудь другому. К примеру, России или Китаю.

– Вы не посмеете! – выдавил из себя полковник, чувствуя, как его карьеру военного заволакивает туман неопределенности. – Это приведет к Третьей Мировой!

– Это должно меня напугать? – хмыкнул в ответ Робинсон. – Мой личный бункер ничуть не уступает бункеру под Белым Домом или Пентагоном. Мне не страшна ядерная война. Как не страшна она ни России, ни Китаю, ни Евросоюзу. Малая Мировая война показала, что у Штатов нет того военного преимущества, которым они, по их мнению, обладали, – миллиардер дотронулся до своего рабочего телефона и, дождавшись ответа секретаря, произнес: – Шерон, дорогуша, проводи полковника Дугласа к выходу из здания!

– Хорошо, мистер Робинсон! – ответила девушка.

Снаружи донесся цокот каблуков, и через пару секунд дверь кабинета отворилась.

Кадык Дугласа нервно дернулся, полковник оглянулся на вошедшую девушку, а затем вновь повернулся к Робинсону.

– Хорошо. Каковы ваши условия? – выдавил из себя Дуглас.

Миллиардер кивнул секретарю, и та скрылась в холле.

– Мои условия не такие уж и невыполнимые! – произнес Робинсон. – Помимо двух ученых, чьи кандидатуры уже одобрены правительством, я хочу отправить в экспедицию еще пятерых своих людей. Все они будут профессионалами и не станут вам обузой. Уверяю!

– Имена этих людей? – сверля богача взглядом, спросил полковник.

– Мой секретарь вышлет их вам позже, полковник! – довольно облизнул губы Робинсон. – А теперь не смею вас задерживать. Вы свободны! – и он небрежным жестом указал полковнику на дверь.

Дуглас проглотил оскорбление и, медленно поднявшись из кресла, вышел из кабинета.

Секретарь подскочила со своего места и кинулась к нему, но полковник решительным жестом остановил ее.

– Я сам найду выход! – произнес он и отправился по коридору в сторону лифта.

«Ты еще заплатишь мне за это, Робинсон!» – думал полковник под трели птиц, которые, как и их хозяин, похоже, просто издевались над ним.

***

Дождавшись, когда камера в лифте показала, что полковник Дуглас поехал на первый этаж, Клиффорд Робинсон нажал на кнопку под столешницей, и одна из скульптур, образчиком для которой служила легендарная прыгунья в длину Мари-Анж Драпо, уехала вниз, а на ее месте возник невысокий худощавый человечек в фиолетовом костюме и с козлиной бородкой, за которую он себя беспрестанно дергал.

– Ты все слышал, Тобиас? – взглянул на мужчину Клиффорд, доставая из нижнего ящика своего стола засахаренный арахис.

– Разумеется, мистер Робинсон! – кивнул мужчина, обходя стол и занимая кресло, недавно покинутое полковником Дугласом. – Но позвольте заметить, что было весьма рискованно напрямую заявлять о возможности продать наши разработки Российской империи. Про Китай упомянуть можно было, но русских американцы, вернее, американские политики, никогда на дух не переносили!

– На Китай он бы так не отреагировал! – отправляя пригоршню арахиса себе в рот, заметил Робинсон. – К тому же я позвал тебя не за тем, чтобы ты указывал мне, что делать!

– Я вовсе не собирался этого делать, мистер Робинсон! – в очередной раз дернул себя за бороду Тобиас. – Но вы наняли меня в качестве своего советника, и если я не буду давать советы, то стану вам не нужен. А мне бы этого не хотелось!

– Вернее сказать, тебе бы не хотелось лишиться тех денег, что приносит тебе твоя нынешняя должность! – поправил своего помощника Клиффорд.

– Я служу вам не только ради денег, мистер Робинсон! – скрестил руки на груди Тобиас. – Я верю, что вы именно тот человек, что способен преобразовать этот мир к лучшему. Вот почему я согласился работать на вас!

– Пусть будет так! – махнул рукой миллиардер и захрустел орешками.

Его помощник терпеливо ждал, когда босс насладится и перейдет к делу. При этом он ни единым жестом не выразил своего нетерпения. Если, конечно, не считать дергания себя за бороду, но эту привычку Тобиаса Клиффорд уже давно перестал замечать.

Удовлетворив в полной мере свою потребность в сладком, Клиффорд убрал наполовину опустошенное блюдечко обратно в ящик, вытер руки и губы салфеткой, взятой из подставки на столе, и, внимательно посмотрев на своего помощника, спросил:

– Ты понимаешь, в чем состоит твоя задача?

– В полной мере, – коротко кивнул Тобиас.

– И что можешь предложить?

Тобиас, не спрашивая разрешения босса, перегнулся через стол и взял в руку пульт управления экраном. Несколько ловких движений, и окно, только что демонстрировавшее им прелестную лисицу с добычей в зубах, превратилось в огромный портрет средних лет мужчины с сосредоточенно сдвинутыми бровями и пронзительным взглядом карих глаз.

– Кто это? – глядя на явно не раз сломанный нос мужчины, спросил Клиффорд у помощника.

– Настоящего имени этого человека никто не знает! – ответил ему Тобиас. – На настоящий момент он живет в Сиднее под именем Эдвина Уайта. Но ранее он был известен как Неуязвимый.

Клиффорд задумчиво пощелкал жирными пальцами. Названное помощником прозвище было ему определенно знакомо, но он никак не мог припомнить откуда.

Тобиас, не то разгадав затруднения босса, не то просто устав ждать, продолжил:

– Этот человек почти пятнадцать лет считался лучшим наемником в мире. При том, что проработал в этой сфере чуть больше двадцати. Первые лучи славы озарили его, – Тобиас вынул из кармана пиджака блокнот и заглянул в свой конспект, – в 2022 году, когда он во главе отряда наемников в двадцать голов взял под контроль Иерусалим во время очередного палестино-израильского конфликта.

Вот теперь Клиффорд начал припоминать рассказы об этом человеке. Разумеется, миллиардер не занимался тем, что собирал слухи о всяких наемниках, но о Неуязвимом много говорили даже на солидных, более того, государственных, телеканалах.