Все и против всех

– Все вынесли, – уткнувшись глазами в пол, произнесла девушка: – А что камеры наблюдения?

– Ничего, – развел руки в стороны Кларк. – Они не засекли ни проникновения внутрь, ни то, как выносили тело. Записи отдали на экспертизу. Возможно, их смонтировали.

– А как Кларисса умерла, уже известно доподлинно? – продолжая смотреть себе под ноги, спросила Анджелина.

– Вскрытие еще не произведено, – произнес Симэн, хотя знал, что его напарница это знает. – Но можно сделать вывод, что доктор Вохоун собиралась переночевать в кабинете на этой кушетке, – похлопал он рядом с собой. – Потом она, видимо, что-то услышала и вышла в коридор в накинутой рубашке и с битой в руках. А там ее кто-то схватил сзади и перерезал горло. Кларисса даже сопротивление не успела оказать, так быстро это произошло.

После этих слов повисла долгая пауза. Анджелина молчала, буравя пол взглядом, а Кларк, положив руку ей на плечо, подбирал слова сочувствия.

К сожалению, в его голову ничего не шло, не в последнюю очередь потому, что он изо всех сил сдерживался, чтобы не прижать хрупкую девушку к своей груди. С того самого момента, как ее назначили его напарницей, Кларк влюбился в Анджелину. Его чувства к жене давно охладели, и жил он с ней только из-за подраставших пятилетнего сынишки и двухлетней дочурки. Но именно по той же причине Симэн не мог позволить себе крутить роман с напарницей.

– Я хочу работать над этим делом, – внезапно заявила Анджелина. – Ты поговоришь с Корнером? – она выпрямилась и посмотрела прямо в глаза Кларку.

– Не думаю, что это хорошая идея, – отвел взгляд ее напарник. – Ты не сможешь быть объективной, ведь она была твоей подругой.

– Именно поэтому я и хочу найти ее убийц! – с жаром выпалила девушка. – Прошу, поговори с Корнером! – скрестив пальцы, взмолилась она.

– Хорошо, – вздохнул Симэн. – Я попробую. Но результат гарантировать не могу. А сейчас давай я отвезу тебя домой. У тебя еще два дня отпуска. Ты как раз успеешь собраться с мыслями и приступить к расследованию со свежими идеями!

Анджелина сначала было заспорила, она хотела присутствовать на вскрытии, но затем все же поддалась уговорам мужчины, и он отвез ее домой.

Джима уже не было, а на столе валялась записка: «Дорогая, срочно вызвали на работу! Вечером приеду, и мы поговорим. Целую».

Девушка скомкала бумагу, бросила ее в мусорное ведро, затем прошла в спальню, не раздеваясь, легла на кровать и разрыдалась.

***

Похороны Клариссы состоялись в понедельник, и по их окончании Анджелина отправилась в бар близ своего дома и заказала там бутылку водки. Корнер дал ей два дополнительных выходных, понедельник и вторник, так что девушка вполне могла позволить себе напиться. Что она с удовольствием и сделала.

Во вторник Анджелина проснулась в незнакомой комнате, с ужасной головной болью и отвратительной сухостью во рту.

– На, выпей! – раздался знакомый голос, и ей в руку вложили стакан.

Еще с трудом соображая, девушка поднесла его к губам, открыла рот, вылила содержимое себе в рот и… И тут же, поперхнувшись, выплюнула половину обратно в стакан.

– Что за гадость? – воскликнула она, глядя на мутновато-красную жидкость в стеклянной посуде.

– Мое собственное изобретение, – ответил ей тот же голос, и Анджелина признала в нем голос Тима.

Так, стало быть, она в его квартире! Теперь комната приобрела знакомые черты. Точно, это гостиная Тима! А она спит на диванчике, накрытая белым покрывалом с замысловатым узором посередине.

– Вкус, согласен, преотвратный, – присев на краешек рядом с девушкой, продолжал говорить Тим. – Зато голова сразу перестает болеть.

И впрямь, голова Анджелины пришла в норму. Девушка подняла к ней одну руку, покрывало сползло вниз, и агент поняла, что футболки на ней нет, один лифчик.

– Зачем ты меня раздел? – натягивая покрывало на грудь, спросила Анджtлина.

– Я тебя не раздевал, – покачал головой Тим. – Я лишь снял футболку, чтобы постирать ее.

– Зачем? – повторила вопрос девушка.

– Ты помнишь все события минувшего вечера? – прищурил один глаз мужчина.

Анджелина сморщила лоб, напрягая память, но ничего более конкретного, чем бутылки разной степени наполненности, ее разум не выдавал.

– Очевидно, что нет, – правильно истолковал молчание соседки Тим. – Тогда ограничимся общим заявлением. Тебе стало немного нехорошо, и твоя футболка оказалась испачкана.

– Хочешь сказать, меня стошнило? – уточнила девушка.

– Ну, можно сказать и так, – замялся мужчина. – Хотя это весьма мягкое слово.

Боже, неужели она налакалась так, что ее выворачивало наизнанку? Сознание Анджелины отказывалось выдавать какие-либо факты, подтверждающие это. Но, с другой стороны, зачем Тиму врать? Тем более, что, как убедилась, заглянув под покрывало, девушка, он и в самом деле снял только футболку.

– Наверное, нужно принести тебе какую-нибудь рубашку, – произнес, вставая, сосед Анджелины. – Я сейчас, – он вышел из комнаты, а спустя минуту вернулся с синей клетчатой рубашкой свободного покроя.

Девушка взяла из его руки рубашку, Тим деликатно отвернулся, и она быстренько надела ее и застегнула пуговицы.

– Можно поворачиваться, – произнесла Анджелина, принимая сидячее положение.

Мужчина повернулся и присел рядом. Некоторое время они молча сидели, не зная, что сказать, а потом, когда Анджелина уже хотела поблагодарить Тима за помощь и уйти, он вдруг неожиданно заговорил:

– Я соврал!

– По поводу? – посмотрела на него девушка.

– Это не я снял с тебя футболку, – признался мужчина.

– А кто? – сразу же напряглась Анджелина.

Тим отвел глаза в сторону телевизора и ответил:

– Ты сама это сделала.

– Что? – не поверила своим ушам девушка.

– Ты была очень пьяна, – вновь повернулся к ней мужчина. – Я никогда не видел тебя настолько пьяной. Когда я провожал тебя домой, ты еле волочила ноги, а в подъезде вдруг заявила, что хочешь меня.

Анджелина почувствовала, как запылало все ее лицо. Неужели она действительно такое сказала? Может, Тим, с какой-то одному ему понятной целью, обманывает ее?

– Я ответил, что ты себя не контролируешь, – продолжал тем временем ее сосед. – А ты разорвала на себе футболку и стала спрашивать, неужели мне не нравится твоя грудь. Тогда я сказал, что очень нравится и повел тебя в свою квартиру. Ты слегка успокоилась, правда, в гостиной продолжила попытки раздеться, но не успела. Отрубилась.

– А ты меня не обманываешь? – с надеждой в голосе произнесла Анджелина.

– Если тебе от этого станет легче, то можешь считать, что я тебе сейчас вру, – ответил Тим. – Но это была правда.

Они вновь умолкли. Анджелина пыталась переварить услышанное, а мужчина, видимо, не знал, что еще сказать в такой ситуации.

– Я, пожалуй, пойду, – девушка робко поднялась с диванчика. – Рубашку я тебе обязательно верну, – добавила она.

– Можешь себя не утруждать. У меня их полно, – махнул рукой Тим.

В душе Анджелина именно на такой ответ и рассчитывала. Она не могла себе представить, как после откровенных домогательств с ее стороны, хоть и совершенных в состоянии сильного опьянения, они смогут спокойно общаться, как будто ничего не произошло.

Девушка выскользнула из квартиры соседа и нырнула в свою. Заперев дверь, она прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. Она уже потеряла лучшую подругу, а теперь по собственной глупости лишилась еще и хорошего друга.

***

С момента убийства Клариссы прошло уже больше пяти недель. Анджелина вернулась на работу, но Малкольм Корнер не разрешил ей приступить к совместной работе с Кларком, а перевел на бумажную работу без объяснения причин.

Такое решение стало еще одним своеобразным ударом для девушки. Она чувствовала свою вину в смерти подруги, ведь не будь она в тот роковой вечер с Джимом, она бы поехала к Клариссе, и та, возможно, осталась бы жива.

Плюс к этому Анджелина так и не сумела перебороть себя и теперь при каждой встрече с Тимом отворачивалась и убегала. А его общества ей очень не хватало.

И даже с Джимом у нее как-то не клеилось. Бедный парень всячески пытался помочь возлюбленной оправиться от потери подруги, но она никак на это не реагировала, и он начал постепенно отдаляться от нее.

Вот поэтому в этот день Анджелина, как и всегда в отвратном настроении, отправилась в обеденный перерыв в булочную напротив офиса. Раньше она никогда бы не позволила себе есть так много мучного в неделю, но теперь ей не хотелось следить за фигурой.

После пяти съеденных сдобных булочек с начинкой из сгущенного молока девушке пришла в голову мысль забить на осточертевшую работу и покататься по городу на машине. И с каким-то мазохистским удовольствием думая о грозящей ей потере работы, Анджелина села в свой автомобиль и отправилась на прогулку по городу.

Как всегда, на улицах Нью-Йорка было полно машин, и большую часть времени она проводила в пробках. Однако в противоположность обычному своему состоянию, девушка никак на них не реагировала, думая о своем.

И вот во время очередного стояния в пробке взгляд Анджелины вдруг упал на молоденькую девочку, школьницу, лет шестнадцати-семнадцати, которая шла по тротуару и нервно оглядывалась, а иногда даже застывала на месте. Прохожие задевали ее, толкали в плечо, ругались, но девчушка не обращала на них внимания.

Чувство тревоги пронзило все тело Анджелины, и она решила выйти из машины и поговорить с девушкой. Агент выбралась из автомобиля и захлопнула дверь.

Странно, но этот звук как будто привел в действие какой-то механизм. Школьница встретилась глазами с Анджелиной, выхватила из висевшей на плече сумочки пистолет и открыла стрельбу во все стороны.

Агент едва успела укрыться за стоявшим рядом с ее машиной такси, как пули пронзили то место, где она только что стояла. А среди прохожих возникла паника, и они бросились врассыпную.

Продолжали звучать выстрелы, время от времени кто-то вскрикивал и падал на землю, а школьница дико хохотала и выбирала новую мишень.

Анджелина вытащила из кобуры табельное оружие и, слегка высунувшись из-за такси, выстрелила девушке в колено. Пуля попала точно в цель, и школьница упала на тротуар. Агент выглянула из укрытия, думая, что больше стрельбы не будет, но она ошиблась. Девушка дважды нажала на курок, и пули прошли в считанных миллиметрах от головы Анджелины.

Тогда она прицелилась и выстрелила в руку, сжимавшую пистолет. Она попала в предплечье, и пистолет школьницы с лязгом упал на асфальт. Агент вышла из укрытия и, не опуская своего оружия, стала подходить к девушке.

– Ты не возьмешь меня живьем, животное! – прокричала школьница.

Агент бросила пистолет на пол, подскочила к девушке, зажала ей рану рукой и, оглянувшись вокруг, крикнула укрывшемуся в своем автомобиле таксисту:

– «Скорую» вызывай! Быстро!

Паренек кивнул и стал набирать номер.

***

– Итак, согласно найденным при ней документам стрелявшая – Пенелопа Таварес. Семнадцать лет, – произнес Кларк.

Он, Анджелина и их шеф Корнер стояли в самом центре оцепленного участка. Повсюду, как всегда, возились эксперты, но девушка смотрела не на них, а на лужи крови, разлившиеся по тротуару. Всех раненых и убитых, в том числе саму Пенелопу, уже увезли, но о разыгравшейся сегодня трагедии будут помнить еще долго.

– Нужно сообщить ее родителям, – глядя на засохшую кровь на тротуаре, произнес Корнер.

– Это сделаю я, – решительно заявила Анджелина.

– Хочешь участвовать в расследовании? – проницательным взглядом посмотрел на нее начальник.

– Да, но причина не в этом, – тряхнув волосами, ответила девушка. – Фактически это я убила Пенелопу и поэтому именно я должна рассказать об этом ее родителям.

Малкольм несколько секунд помолчал, жуя свои полные губы, а потом объявил:

– Хорошо. Ты дважды первой оказывалась на месте преступления, а я верю в судьбу. Видимо, она хочет, чтобы ты приняла участие в расследовании. Будешь работать вместе с Кларком. У этих двух случаев есть что-то общее. Попытайтесь понять почему! Обо всех результатах немедленно докладывать мне!

Высказавшись, Корнер развернулся, миновал оцепление, сел в свою машину и уехал.

– Как там с убийством Клариссы? – глядя вслед удаляющемуся автомобилю, спросила Анджелина.

– Глухо, – мрачно ответил Кларк. – Убийца или убийцы не оставили никаких следов. И через Конноли тоже не удалось ничего узнать. Он действительно был болен, – повернулся к напарнице Симэн. – Рак горла в последней стадии. Лечение не помогало, и врачи от него отказались. Конноли было предложено остаться в клинике, но он отказался и проживал последние два месяца один в собственном доме. Никто из соседей с ним не общался, и, соответственно, ничего полезного мы не узнали.

– Тогда надо попробовать раскрутить эту ниточку, – сжав одну руку в кулак, произнесла Анджелина.

– Что ж, действуй, – хлопнул ее по плечу Симэн. – Вот адрес ее родителей и номера их сотовых, – он протянул ей блокнотный листок. – Поговори с ними. Возможно, они что-то знают.

– Я обязательно это выясню, – кивнула девушка и направилась к своему автомобилю.

***

Еще из машины Анджелина позвонила домой к родителям Пенелопы и договорилась о встрече, не сообщая подробностей. Когда она подъезжала к их дому, расположенному в уютном пригороде, уже практически стемнело, и на улицах зажигались фонари.

Агент посмотрела на часы и с небольшим удивлением обнаружила, что оказывается уже восемь вечера. Она и не заметила, как быстро пролетело время из-за ее поездки по городу, последовавшей стрельбы и осмотра места происшествия.

Анджелина припарковала автомобиль и прошла по мощенной белым камнем дорожке к крыльцу дома. Остановившись у двери, девушка несколько раз постучала.

Спустя какое-то время ей открыли, и агент увидела латиноамериканскую супружескую пару. И мужу, и жене было чуть за сорок, но, в отличие от супруга, женщина была еще привлекательна, хотя фигура уже начала немного расплываться. У господина же Тавареса уже имелось солидное брюшко и огромная лысина, обрамленная венчиком волос, так что он выглядел лет на пятьдесят.

– Эскобар и Моника Таварес? – спросила Анджелина, доставая свое удостоверение. – Я – агент Патиссон. Я вам звонила!

– Да-да! – закивали оба супруга, впуская девушку в дом.

– Что-то случилось с Пенелопой? – спросила мать школьницы. – Она ушла на прогулку и до сих пор не вернулась.

– Пройдемте, пожалуйста, в гостиную, – попросила супругов агент.

Все трое преодолели небольшой коридор и оказались в гостиной. Супруги Таварес сели, обнявшись, на белый кожаный диван, а Анджелина устроилась напротив в таком же кресле.

– Мистер и миссис Таварес, – девушка глубоко вздохнула и продолжила, – я вынуждена с прискорбием сообщить вам, что ваша дочь погибла.

– О нет! – мать Пенелопы судорожно втянула ноздрями воздух, а затем разрыдалась, уткнувшись мужу в плечо.

Эскобар Таварес стал гладить жену по черным как смоль волосам и глухим голосом спросил:

– Как это произошло?

Потупив взор, Анджелина начала повествование о последних минутах жизни юной Пенелопы Таварес. По мере ее рассказа всхлипывания миссис Таварес усиливались, и даже из глаз мистера Тавареса потекли слезы.

– Мы и не знали, что ей так плохо, – запинаясь на каждом слове, произнесла Моника. – Конечно, с ее диагнозом человек чувствует себя отчужденным от мира обычных людей, но ведь в последнее время ей стало гораздо лучше.

– Ее диагноз? – Анджелина напряглась и подалась чуть вперед. – А что у нее была за болезнь?

– Лейкемия, – ответил Эскобар. – Последняя стадия. Лечение не помогало, и мы забрали дочь домой, чтобы она провела последние дни не в больничной обстановке.

– Но случилось чудо! – перебила мужа миссис Таварес, утирая платком глаза. – В последние две недели Пенни почувствовала себя гораздо лучше, да и мы заметили перемены: волосы вновь стали сильными и здоровыми, как до химиотерапии, она стала набирать сброшенный во время болезни вес.

– И тогда мы решили вновь отвезти ее в онкоцентр, – подхватила мистер Таварес. – Врачи были просто поражены: от лейкемии не осталось и следа!

– Спонтанная ремиссия? – уточнила Анджелина.

– Врачи тоже так сказали, – ответила Моника. – Но когда мы вернулись домой, Пенелопа под большим секретом сообщила нам, что записалась на испытания нового препарата, и именно он дал такой поразительный результат.

– Новый препарат? – девушка почувствовала, что близко подошла к разгадке таинственного сумасшествия Нила Конноли и Пенелопы Таварес.

– Да, – кивнула миссис Таварес. – О Боже! – закрыла она ладонью рот. – Вы думаете, что причина в этом новом лекарстве?

– Возможно, – уклонилась от прямого ответа Анджелина. – Можете рассказать о нем и его производителе подробнее?

– Нет, к сожалению, – покачал головой мистер Таварес. – Пенелопа сообщила, что наткнулась на рекламу в Интернете и потом связывалась с этим человеком по электронной почте. Из ее слов мы поняли, что мужчина лишь делал нашей дочери уколы два раза в неделю на протяжении месяца, но ничего не рассказывал о том, кто он и на кого работает. Таково было его условие: пациент не должен его ни о чем расспрашивать.

– А еще он велел не говорить никому об участии в этом эксперименте, – добавила Моника.

«Горячо», – подумала Анджелина. – «Очень горячо», – а вслух произнесла:

– Я могу забрать компьютер вашей дочери?

– У нее ноутбук, – ответил отец Пенелопы. – Можете брать все, что нужно, только узнайте, кто довел нашу дочурку до этого.

Еще некоторое время Анджелина посидела с родителями погибшей школьницы, а затем, убедившись, что они более или менее оправились от первоначального шока, забрала ноутбук Пенелопы и села в автомобиль.

На часах было уже пол-одиннадцатого вечера. Большинство сотрудников наверняка разошлись по домам, да и найти убийцу Клариссы девушке хотелось самой. У нее был опыт во взломе чужих почтовых ящиков (еще в колледже ее этому трюку научил один приятель), и Анджелина не сомневалась, что легко вычислит таинственного «благодетеля» Пенелопы.

Поэтому девушка лишь набрала номер Симэна, чтобы сообщить ему о первых результатах.

– Да, – послышался в трубке после нескольких гудков усталый голос ее напарника.

– Это я, – произнесла Анджелина. – У меня есть кое-что интересное.

– В самом деле? – в интонациях Кларка почувствовался интерес.

– Да, – довольно улыбаясь, ответила Анджелина. – Пенелопа Таварес, как и Нил Конноли, была неизлечимо больна, но затем внезапно недуг исчез. В ее случае это была лейкемия.

– Действительно, интересная новость, – прокомментировал это сообщение мужчина. – Но это ведь еще не все? – он хорошо знал свою напарницу.

– Точно, – подтвердила его догадку девушка. – Мне удалось выяснить, что Пенелопа принимала какой-то новый препарат, и его поставщик связывался с ней по электронной почте. И, кроме того, – выдержав эффектную паузу, добавила она, – он очень не хотел, чтобы об этом знал кто-либо еще.

– Ты изъяла компьютер? – тут же спросил ее Кларк.

– Да, – ответила Анджелина. – И собираюсь потратить ночь, вычисляя таинственного производителя.

– Ты же знаешь, это не положено, – с легким упреком произнес Симэн. – Отвези его экспертам. Пусть они ковыряются!

– Нельзя терять ни минуту! – возразила на это девушка. – Пока я дозвонюсь до них, пока они вновь приедут на работу – пройдет уйма времени! А я справлюсь с этой задачей не намного хуже них!

– Ладно, – по тону Кларка было ясно, что он разгадал истинные мотивы такого решения напарницы. – Но если до утра у тебя ничего не получится, то мы переложим эту задачу на плечи экспертов. Договорились?

– Договорились, – ликующе ответила Анджелина. – Спокойной ночи! И передавай привет супруге!

– Обязательно! – несколько напряженно ответил Симэн. – И тебе спокойной ночи, Анджелина! – и он повесил трубку.

В предвкушении напряженного, но сулящего большой успех, труда девушка поехала к себе домой. Там она заварила себе чашку крепкого кофе, чтобы не уснуть, включила ноутбук Пенелопы и приступила к работе.

***

Тим Робинсон проснулся и резко сел на кровати. Его чутье не ослабело с годами – они уже где-то рядом! Мужчина тихонько выбрался из кровати, надел джинсы, достал из тайника в стене пистолет и бесшумно двинулся к двери.

Чем ближе он находился от выхода из квартиры, тем сильнее ощущал запах опасности. Немногие люди умеют чувствовать этот аромат, но он его никогда и ни с чем не перепутает! Опасность грозила не ему. Она подстерегала Анджелину.

Тим толкнул дверь своей квартиры. Она, не скрипнув, отошла в сторону, и он проскользнул по лестничной клетке к квартире своей соседки.

Конечно, Анджелина заперла дверь на замок, но для Тима это не было препятствием. Он неслышно извлек из кармана джинсов ключи и вставил один из них в замочную скважину. Этот комплект мужчина изготовил, как только поселился по соседству с девушкой, и, как выясняется, не зря.

Так же тихо, как и дверь его квартиры, дверь Анджелины открылась, и Тим незаметно проник внутрь. Он уже знал, где находится хозяйка, и где тот, кто должен ее убить.

***

Анджелина стояла на кухне у раковины и вытирала полотенцем только что вымытую чашку, когда услышала сзади шаги. Она резко обернулась и увидела мужчину в маске и с ножом в руках.

Девушка метнулась в сторону, неизвестный бросился к ней, и тут раздался негромкий хлопок. Мужчина в маске по инерции продолжил свое движение и оцарапал кончиком лезвия плечо агента, а затем рухнул на пол.

Анджелина метнула на него взгляд, отметила растекавшуюся под головой кровь и перевела взгляд на вход в кухню. Там, в дверном проеме, застыл Тим, сжимавший пистолет, на дуло которого был надет глушитель.

– Ты ранена? – заметил он алую струйку, стекавшую по рукаву футболки девушки. – Подожди, я принесу аптечку!

Судя по шагам, он выскользнул обратно в свою квартиру. Анджелина же секунду постояла в оцепенении, а затем бросилась к телефону.

– Да? – услышала она сонный голос Кларка.

– Кларк, – стараясь говорить спокойно, произнесла в трубку девушка. – Меня только что пытались убить. Нападавший мертв. Приезжай скорее!

– Буду через десять минут! – сон с Симэна моментально сдуло. – Оставайся там и ничего не предпринимай! И в полицию пока не звони! – произнес он напоследок и бросил трубку.

Анджелина положила телефон рядом с собой и замерла, собираясь с мыслями. Служба в ФБР предполагала угрозу для жизни, но девушка никак не ожидала, что опасность может подстерегать ее в собственной квартире.

– Кому ты звонила? – вновь услышала она голос Тима.

Он вернулся в квартиру и теперь, держа в руках аптечку, подошел к Анджелине и склонился над ее раной.

– Сними, пожалуйста, футболку, чтобы я мог обработать твою царапину, – попросил девушку мужчина. – Да перестань ты стесняться, я все равно уже видел тебя в бюстгальтере! – прикрикнул он на соседку, так как та не решалась оголиться.

Это было верно, и все же Анджелина чувствовала себя неловко, стягивая через голову футболку и оставаясь в лифчике. Впрочем, Тим и не думал смотреть на ее грудь, он был полностью сосредоточен на руке.

– Так кому ты звонила? – повторил он свой вопрос, обрабатывая края раны смоченной в спирте ватой.

– Моему напарнику, Кларку Симэну, – ответила девушка, немного морщась, так как плечо стало жечь.

– Это ты зря, – пробормотал Тим, скорее себе под нос, чем обращаясь к Анджелине.

– Почему? – удивилась агент, глядя, как сосед заклеивает ее плечо пластырем.

– Потому что он может работать на тех, кто хочет тебя убить, – серьезно ответил мужчина, поднимаясь на ноги. – Нам нужно уходить. Возьми немного денег и одежды, небольшую сумку и спускайся вниз.

– Зачем нам уходить? – не могла взять в толк Анджелина. – На меня было совершено покушение. Ты, спасая мою жизнь, застрелил нападавшего. Мы ни в чем не виноваты, и нам нечего бояться. Нужно дождаться ФБР, чтобы они установили личность несостоявшегося убийцы и вычислили заказчика.

Девушка как раз надевала футболку, а потому какое-то время не могла видеть лицо Тима, а когда их глаза наконец встретились, Анджелину уловила какой-то странный блеск в глазах соседа.

– У меня нет времени тебя убеждать, – произнес мужчина. – Жду тебя через десять минут внизу. Не придешь, я уеду один! – и с этими словами он стремительно развернулся и покинул гостиную.

Анджелина хотела было его остановить, даже протянула руку, чтобы схватить его за запястье, но внезапно посетившие ее голову мысли остановили ее.

«Как он проник в квартиру?» – подумала девушка. – «И почему стрелял в голову, а не в ногу или руку? Кларк прав, что вообще я знаю о Тиме Робинсоне? Фактически – ничего».