Юридический механизм разрушения СССР

© Лукашевич Д., 2016.

© ООО «ТД Алгоритм», 2016

60-летию со дня рождения моего отца – Лукашевича Александра Борисовича – Гражданина, Патриота, посвящаю эту работу.

Введение

Проблема разрушения СССР в настоящее время актуальна, как никогда. Трагические события на Украине, спор о территориальной принадлежности Крыма, обострение геополитической конфронтации между Россией и Западом, а также масса других проблем уходят корнями к 1991 г., когда СССР перестал существовать и в связи с этим кардинально изменилась геополитическая карта мира.

Сразу хотелось бы оговориться, что я рассматриваю «государство» в его классическом понимании, то есть как социальный институт, а потому его первичным звеном, как и всего социального, является человек. Именно люди, а не Бог, природа, судьба и так далее создают государство, а значит, и ликвидируют государство тоже люди, и только они. Перефразируя слова классика, можно сказать так: если государства появляются или исчезают, значит, это кому-нибудь нужно.

Следовательно, ни о каком якобы «распаде» государства речи быть не может в принципе, тем более о распаде государства за столь исторически ничтожный промежуток времени – 6 лет. Думать иначе – значит либо сознательно допускать логическую ошибку и подвергать сомнению общепринятое понимание государства, заменяя его пониманием теологическим, либо сознательно вводить в заблуждение окружающих.

Если исходить из концепции «распада» СССР и говорить о якобы «объективных» причинах этого процесса, говорить о том, что СССР распался «сам», значит, надо делать вывод о том, что и образовался СССР тоже «сам». Однако такое утверждение не только логически абсурдно, но и исторически ошибочно: под договором и декларацией об образовании СССР стоят подписи конкретных людей, под Беловежскими и Алма-Атинскими соглашениями также стоят подписи конкретных, известных людей. Ещё раз подчеркну: именно людей, а не Бога или природы. Сказать, что эти подписи выражали волю советского народа, также было бы неверным, поскольку народ в 1991 г. на референдуме высказал свою волю, и она была прямо противоположной той, что была зафиксирована в документах, предусматривающих ликвидацию СССР в декабре того же года.

Осознаю, почему для значительной части населения представление об исчезновении СССР как о его «распаде» является более предпочтительным, чем признание факта его «развала», то есть сознательной ликвидации.

Во-первых, если признавать «развал» СССР, то в таком случае надо делать вывод, что тебя и твою страну предали, обманули, а осознавать, что в твоём обществе среди высокопоставленных лиц есть предатели, психологически трудно. Легче внушить себе и поверить, что СССР «рухнул сам», что это некое абстрактное «веление истории» и что сегодня это произошло с нашей страной, а завтра может произойти с любой другой страной, и якобы от этого никто не застрахован.

Во-вторых, распространение мнения о «распаде» СССР выгодно подавляющему большинству власть имущих, поскольку они сами соучаствовали в разрушении СССР. Следует отметить, что история ещё не знала такого грандиозного по численности соучастия в совершении грандиозного государственного преступления – разрушения СССР. В это соучастие были вовлечены тысячи людей. К ним относятся: партийная и комсомольская элита – практически весь состав Политбюро и ЦК КПСС, руководство ВЛКСМ, министры, народные депутаты, директора крупных заводов и фабрик и т. д. То есть многие из тех, кто и сейчас находится у власти на постах губернаторов, депутатов Государственной Думы, акционеров крупнейших предприятий с той лишь разницей, что теперь они имеют не только власть, но ещё и полученную крупную госсобственность. В руках этих лиц находятся все основные средства массовой информации, поэтому, разумеется, они посредством СМИ пытаются внушить российскому обществу, что СССР «рухнул сам». Ничего нового в этой логике нет: как любой преступник заявляет, что это не он 48 раз ударил жертву ножом, а сама жертва упала 48 раз на его нож, так же и те, кто разрушал СССР, заверяют, что Союз был обречён.

Тем не менее, как бы кому психологически комфортно ни было и как бы бывшие советские лидеры, желая уйти от ответственности, ни пытались изобразить из себя наивных, неопытных и недалёких реформаторов, к проблеме ликвидации СССР нужно подходить объективно, то есть через признание социальной природы государства и как частного следствия этого – факта преднамеренного и целенаправленного разрушения СССР.

Следует признаться, что я и сам в своё время написал диссертацию, имеющую в названии слово «распад»[1]. Впрочем, моей вины в этом нет: на протяжении 3 лет я пытался доказать некоторым «учёным», что никакого «распада» не было и быть не могло, и, казалось, доказал. Однако в последний момент перед защитой из-за научной трусости некоторых «профессоров-лауреатов» (Новицкой Т. Е.), без моего согласия, при грубейшем нарушении авторских прав и процедуры подготовки диссертации к защите название было изменено на: «Распад СССР: историко-правовое исследование». Хотя само содержание работы полностью опровергает это название…

Также иногда приходится встречать мнение, что, дескать, надо более деликатно говорить о ликвидации СССР, поэтому слова «разрушение», «демонтаж», «ликвидация» не совсем подходят, они не совсем научные. Лучше было бы использовать слово «распад». К сожалению, не могу согласиться и с этой позицией. Юридическая сфера – это, по моему убеждению, не сфера деликатности. И если юристы говорят об изнасиловании, убийствах, насильственных действиях сексуального характера, геноциде и так далее, то почему же надо избегать прямоты и откровенности, когда речь идёт о государственных преступлениях? Вещи надо называть своими именами. Если речь идёт об изнасиловании, никто не старается «смягчить» это деяние и называть его «половым сношением с применением насилия или угрозой его применения», а говорят прямо – «изнасилование»; когда говорят об убийстве, то не называют его «умышленным лишением жизни другого человека», а опять же говорят прямо – «убийство». Так почему же не называть вещи своими именами, когда речь идёт о глобальном «убийстве» – убийстве целого государства?

Кроме того, миндальность и смягчение в оценке тягчайшего государственного преступления менее тяжким его не сделают, а будут только способствовать дальнейшей безответственности и безнаказанности. В принципе, и убийство человека можно примитивизировать и изобразить его как «избавление от точки во вселенной», но при этом само преступление опять же менее тяжким от этого не станет и будет подлежать безусловной уголовной ответственности.

Проблема разрушения СССР многоаспектна. В ней присутствуют и экономический, и политический, и социально-психологический, и юридический и многие другие аспекты. Каждый из них важен для самого разрушения государства и интересен для исследователя. Но настоящее исследование посвящено именно юридическому аспекту разрушения СССР.

Отдельные вопросы юридической проблематики разрушения СССР рассматривались многими государствоведами, к числу которых относятся: С. А. Авакьян[2], С. Н. Бабурин[3], Г. В. Барабашев[4], Д. Л. Златопольский[5], Ю. А. Карантаев[6], П. П. Кремнев[7], Б. М. Лазарев[8], И. И. Лукашук[9], А. И. Лукьянов[10], Е. А. Лукьянова[11], В. О. Лучин[12], М. Н. Марченко[13], В. П. Мозолин[14], Ж. И. Овсепян[15], Ф. М. Рудинский[16], Ю. И. Скуратов[17], З. А. Станкевич[18], Б. Н. Топорнин[19], О. И. Чистяков[20], М. А. Шафир[21], К. Ф. Шеремет[22] и др.

Однако, несмотря на то что с момента разрушения СССР прошло уже почти 25 лет, исследования, посвященные комплексному изучению юридической стороны данного процесса, являются единичными.

Первым серьезным исследованием стала работа профессора Д. Л. Златопольского «Разрушение СССР (размышления о проблеме)»[23]. Позитивной стороной данной работы является то, что в ней автор на высоком научном уровне выделяет и анализирует факторы, приведшие к крушению Союза ССР. В их число Д. Л. Златопольский относит: кризис КПСС, национализм и сепаратизм, решения пятого внеочередного съезда народных депутатов СССР, феномен ГКЧП, фактор личности. Исследователь аргументирует все свои выводы, сделанные в работе, поэтому, по справедливому замечанию академика Ю. С. Кукушкина, «основные ее положения звучат убедительно и не вызывают принципиальных возражений»[24].

Однако представляется, что серьезным недостатком работы является отсутствие системы в изложении: автор рассматривает то исторические аспекты проблемы (исторические последствия разрушения СССР), то переходит к юридическим вопросам; с другой стороны, исследователь в качестве факторов разрушения СССР выделяет несопоставимые явления: например, такое длительное, многоаспектное и многоуровневое явление, как кризис КПСС «соседствует» с феноменом ГКЧП, хотя, как представляется, следовало бы определить границы последнего фактора шире и говорить не о феномене ГКЧП, а о кризисе высшего уровня власти СССР, не сумевшего обеспечить безопасность государства и защитить его территориальную целостность.

Впрочем, наверное, профессор Д. Л. Златопольский и не ставил задачу написания труда, соответствующего строгим канонам научного стиля, поскольку указал в названии своей значимой работы, что это лишь «размышления о проблеме».

Другим примером исследования, в котором затрагиваются вопросы разрушения СССР, является работа Е. А. Лукьяновой «Российская государственность и конституционное законодательство в России (1917–1993)»[25]. В ней автор анализирует конституционно-правовое развитие России в советском «облике» и, естественно, не обходит стороной вопрос разрушения СССР. Однако, к сожалению, исследователь зачастую ограничивается перечислением соответствующих нормативных актов, «сдобренных» описанием исторической обстановки, и не всегда проводит должный юридический анализ правовых актов. А некоторые положения работы противоречат друг другу. Так, сначала Е. А. Лукьянова отмечает, что Договор об образовании СССР 1922 г. «как самостоятельный документ существовал лишь до принятия Конституции СССР 1924 г.»[26], а затем укоряет союзную власть за то, что «после Конституции СССР 1924 г. …не было внесено ни единой поправки в Договор об образовании СССР»[27]. Тем не менее научный труд Е. А. Лукьяновой является новым этапом юридического исследования проблемы разрушения СССР, на котором предпринята попытка комплексного научного осмысления событий конца 80-х – начала 90-х гг. XX в.

В 2002 г. была защищена докторская диссертация З. А. Станкевича «Историко-правовые аспекты распада Союза ССР»[28]. В ней предпринята попытка рассмотреть вопрос прекращения существования СССР с позиции разрушения организации государственного единства СССР. На мой взгляд, такой подход серьезно сужает проблему разрушения СССР и упрощает её понимание. Автор не исследует вопрос разрушения КПСС и его взаимосвязи с «распадом» СССР, не исследует проблему разрушения высших органов государственной власти и управления СССР, которым был открыт путь к ликвидации Советского Союза. Даже разрушение государственного единства СССР З. А. Станкевич увязывает в конечном счете с неудавшейся попыткой заключения нового союзного договора. Поэтому, думается, что заявленная тема диссертационного исследования автором полностью не была раскрыта.

Стоит отметить еще одну важную научную работу, посвященную интересующей нас проблематике, – вышедшую в 2005 г. монографию П. П. Кремнёва «Распад СССР: международно-правовые проблемы»[29]. Как следует уже из названия работы, автор исследует проблему «распада» СССР с точки зрения международного права, чего до него, кажется, не делал ни один исследователь. Достоинством работы, помимо новизны тематики исследования, является широкий круг привлекаемых источников: многие выводы учёного базируются на анализе большого массива архивных данных, причём не только отечественных, но и зарубежных. Однако не со всеми выводами автора, как будет далее показано в настоящем исследовании, можно согласиться. К примеру, серьезные возражения вызывает оценка автором Договора об образовании СССР как международно-правового акта. А ведь исходя из этой позиции, автор обосновывает все основные выводы, сделанные в работе. Продолжением научного исследования заявленной проблемы явилась другая монография автора – «Распад СССР и правопреемство государств»[30]. В ней автор подтверждает свою позицию относительно оценки правовой природы договора об образовании СССР 1922 г. В целом монографии П. П. Кремнёва – солидные научные труды, освещающие проблему ликвидации СССР в новом ракурсе, с позиции международного права.

Стоит также упомянуть работы историков: докторскую диссертацию А. С. Барсенкова «Реформы Горбачёва и судьба союзного государства 1985–1991»[31] и кандидатскую диссертацию Р. А. Ялышева «Проблема нового союзного договора и его роли в распаде СССР»[32]. Блестящей по научной глубине и объёму фактического материала является работа историка А. В. Островского «Глупость или измена. Расследование гибели СССР»[33]. Отдельные интересующие меня вопросы в рамках исследуемой проблемы рассмотрены в диссертациях А. В. Буянова «Съезд народных депутатов СССР в системе государственной власти Советского Союза (1989–1991 гг.)»[34], А. И. Соснило «Становление многопартийной системы в Российской Федерации: конец XX – начало XXI вв.»[35], И. Д. Короевой «КПСС и трансформация общественно-политической системы СССР (1985–1991 гг.)»[36]. Во всех вышеуказанных диссертациях авторы детально анализируют заявленные научные проблемы, но, разумеется, делают это с сугубо исторических позиций, практически не рассматривая правовую проблематику.

Аналогично можно сказать о представляющей бесспорный интерес и ценность для настоящего исследования диссертации В. Н. Курьянова «Выход Литвы из СССР (внутренние и внешние политические факторы)»[37], в которой соискатель через призму политической науки рассматривает истинные причины выхода данной прибалтийской республики из состава СССР. Разумеется, юридический аспект автором в должной мере также не затрагивается.

Особо следует остановиться на работах философского характера, затрагивающих интересующую нас проблематику. Среди данных работ в первую очередь следует выделить исследования А. А. Зиновьева и С. Г. Кара-Мурзы.

Известный философ, логик и методолог А. А. Зиновьев в своих работах[38] рассматривает сущность советского общества, его принципиальные отличия от западного общества, а также причины рождения и разрушения существовавшего в СССР строя, который А. А. Зиновьев именует «коммунизмом». Выводы автора чётко аргументированы и основываются не только на научном исследовании, но и на личном восприятии, ведь, как известно, А. А. Зиновьев в 1978 г. эмигрировал в «западную» страну, ФРГ, где прожил более двадцати лет.

Значительную научную ценность для исследуемой в настоящей монографии проблемы представляют научные труды С. Г. Кара-Мурзы[39], в особенности вышедшая в 2013 году монография «Крах СССР»[40]. В своих работах С. Г. Кара-Мурза провел комплексное исследование «советской цивилизации» и причин её гибели. Причем автор не останавливается только на каком-то одном аспекте, а рассматривает заявленные темы с позиции политологии, истории, права, социологии, социальной психологии и других наук, что позволяет обойти однобокость в исследовании и делает его более ярким и полнокровным. Ученый использует в своих работах огромный объем фактического материала, что вкупе с вышеперечисленными достоинствами делает его труды во многом уникальными.

Вместе с тем ни А. А. Зиновьев, ни С. Г. Кара-Мурза не исследуют юридический механизм крушения СССР, детально не анализируют огромный пласт нормативных актов периода перестройки. Впрочем, как видно из содержания их работ, авторы такой цели и не преследовали – их внимание привлекали более общие, сущностные, «цивилизационные» причины гибели СССР.

Таким образом, проблема разрушения СССР требует комплексного юридического осмысления, попытка которого предпринята в настоящем исследовании.

Искреннюю благодарность за высказанные замечания и рекомендации выражаю известным учёным-юристам[41]: д. ю. н., проф. Бабурину С. Н., д. ю. н., проф. Т. П. Евсеенко, д. ю. н., проф. В. Б. Исакову, к. ю. н., проф. Клеандровой В. М., д. ю. н., проф. Мулукаеву Р. С., д. ю. н., проф. Станкевичу З. А., к. ю. н., доц. Цитульскому В. Ф.

Глава 1. Исторические причины перестройки в СССР (1985–1991), или Почему убили государство

§ 1. Застой в экономике и общественной жизни. Желание перемен

О том, что в СССР в период нахождения у власти Л. И. Брежнева был «застой», советские граждане впервые услышали из уст Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачёва во время политического доклада Центрального комитета КПСС XXVII Съезду КПСС. В частности, тогда новый генсек заявил: «В течение ряда лет, и не только в силу объективных факторов, но и причин прежде всего субъективного порядка, практические действия партийных и государственных органов отставали от требований времени, самой жизни. Проблемы в развитии страны нарастали быстрее, чем решались… В жизни общества начали проступать застойные явления (выделено мной. – Д. Л.)»[42].

Объективно оценивая тезис о том, что в СССР до 1985 г. был «застой», следует признать, что он является откровенной ложью. И статистические данные развития экономики СССР в период с 1964 по 1985 гг. это в полной мере подтверждают[43].

Причём динамика развития экономики СССР, заложенная в предшествующие десятилетия, продолжалась вплоть до конца 80-х годов. В частности, СССР по производству основных продуктов питания на душу населения в сравнении с США и Англией в 1989 г. уступал только США, и то только по производству мяса, по остальным же параметрам СССР превосходил сравниваемые страны (см. таблицу № 1).

Таблица 1. Производство основных продуктов питания на душу населения (в кг) в 1989 году[44]

Значительно возрос и процент потребления продуктов питания советскими гражданами (см. таблицу № 2).

Стоит обратить внимание на то, что в СССР во второй половине 80-х годов был дефицит продуктов питания и товаров народного потребления. Казалось бы, потребление должно было упасть, однако, как видно из таблицы 2, оно не только не упало, а, наоборот, возросло.

То есть обе таблицы наглядно показывают, что никакого дефицита в советской экономике не было: СССР с каждым годом производил продуктов всё больше, а народ всё больше потреблял, поэтому существовавший дефицит был вызван исключительно искусственно и никаких объективных оснований под собой не имел.

Таблица 2. Потребление продуктов питания в СССР, кг на душу населения в год[45]

Однако уровень благосостояния измеряется не только уровнем производства и потребления продуктов питания, но и другими параметрами, в частности, уровнем обеспеченности людей жильём.

Из таблицы 3 видно, что в период с 1961 г. по 1980 г. более 200 млн советских граждан получили или приобрели жилплощадь.

Таблица 3. Численность лиц, улучшивших жилищные условия (млн человек)[46]

Кроме того, сам М. С. Горбачёв в своём докладе на XXVII Съезде КПСС заявил о «внушительных успехах» советской экономики: «За четверть века после принятия третьей Программы КПСС (то есть с 1961 по 1986 гг. – Д. Л.) Советский Союз добился внушительных успехов… Национальный доход вырос почти в 4 раза, промышленное производство – в 5 раз, сельскохозяйственное – в 1,7 раза… Реальные доходы на душу населения увеличились в 2,6 раза, общественные фонды потребления – в 5 с лишним раз. Построено 54 миллиона квартир, что позволило улучшить жилищные условия большинству семей»[47].

Как видно, сейчас о таком «застое» можно только мечтать!

Если утверждение о «застое» не соответствовало действительности и было заведомой ложью, зачем тогда эта ложь потребовалась руководству партии и страны? Ответ очевиден: для оправдания перестройки и тех коренных экономических и политических изменений, которые были намечены М. С. Горбачёвым и его сподвижниками: отказа от социализма, отмены однопартийности, ликвидации КПСС, дезинтеграции СССР и т. д.

Однако если застоя не было, то почему данное утверждение было с энтузиазмом подхвачено советскими гражданами?

Представляется, потому что понятие «застой» было смешано с понятием «стабильность». Если первое означает остановку, прекращение развития[48], то второе означает устойчивость, постоянство в развитии[49].

Как известно, ещё древнеримский поэт-сатирик Ювенал писал, что люди хотят «хлеба и зрелищ». И если «хлеба» в СССР было предостаточно, то со «зрелищами» была самая настоящая проблема: очевидно, что если денежные средства страны обеспечены золотом и другими активами Государственного банка СССР и, как следствие, цены на продукцию и услуги не растут десятилетиями[50], если страна не знает, что такое безработица, если по телевидению не показывают насилие и порнографию, а глава государства не стреляет из танков по парламенту своей страны, то существующая реальность начинает как-то приедаться и действительно складывается ощущение застоя. Хочется перемен. И этих перемен новый лидер страны пообещал. И к его чести, надо признать, всё выполнил – исключительно ничего из того, что было раньше, теперь уже не стало.

Таким образом, никакого застоя в СССР не было, а утверждение о его якобы существовании является заведомой ложью и желанием оправдать перестройку и кардинальные «шоковотерапевтические» изменения.