Любовь длиною в жизнь. Рассказ второй. Жизнь продолжается

Первая любовь не исчезает, даже если вы разлетелись по разным уголкам земного шарика и достаточно одной искры, чтобы прежние чувства вспыхнули снова.

Шесть месяцев спустя ранее описанных событий.

Город Осака:

От Бани:

Прошло шесть месяцев, как мы уехали из Токио. Папа работает в одном из самых популярных и крупных издательств города, а мама, как всегда, занята обустройством нашего семейного гнездышка.

Уже через несколько дней, после приезда в этот город, я пошла в новую школу и, как я и предполагала, мне не очень, то было комфортно в новом в классе. Однако, я справилась с этим и, даже, вроде обзавелась новыми друзьями. Вот, только, в этот раз, я старалась не подпускать близко к себе кого-либо из них. По итогу, большую часть своего времени я провожу, дома занимаясь и, это принесло свои плоды. Моя успеваемость значительно выросла и по окончании средней школы у меня не возникло вопроса куда пойти учиться, а именно учиться я пошла в старшую школу, по окончании которой собираюсь поступать в педагогический университет. Ну, а в личной жизни у меня пустота, которую никто не может заполнить. Вот, так я и живу. Скучно и одиноко.

***

Токио: то же время.

От Энди:

Прошло уже полгода, как она уехала, но я так, и не смог забыть её, единственное, что боль от утраты своей любимой девочки немного притупилась, но я все время искал её в толпе мимо проходящих людей. Дом, в котором она жила, до сих пор стоит выставленный на продажу, но совсем недавно я заметил, что табличка исчезла, как я выяснил глава семейства Асано передумал продавать дом, но, вот, причина такого решения, мне пока не известна. Конечно же, я знал куда именно переехало семейство Асано, но я не решался поехать туда и встретиться с нею. Почему? спросите вы. Не знаю, но что-то меня останавливало от этого.

Я все также лидер стаи, но из-за моих мытарств и постоянных стычек с членами стаи, мой авторитет изрядно пошатнулся, и этим, тут же воспользовались те, кто давно мечтал «подвинуть» меня и всю мою команду. Но, вот, возник вопрос, кто же он, этот таинственный «друг». Даже, связи Тоши не приносили должного результата. Наша власть над районом стала таять, как снег по весне, и я не понимал причину этого. Пока однажды, большую часть моей стаи не повязали. Копы брали ребят прямо в их домах, а нас четверых взяли в нашей штаб-квартире, единственное кому удалось скрыться, так это рыжему проныре, но и ему, по-моему, досталось. По крайней мере, когда нас вели к машине, я видел кровь на лестничной площадке, а через какое-то время, я узнал, что одному удалось уйти. Все – таки везунчик он, наш рыжий. Теперь, у меня был другой вопрос, кто нас предал, ведь копы знали практически все о нас, из чего мы и сделали вывод, о том, что крыса среди нас и, при чем, очень давно. Единственное, кого среди нас не было в тот день, был наш умник Рио, а также, как мы узнали после, из бригады Рио практически никого, не арестовали. Конечно же, часть ребят выпустили за отсутствием каких-либо улик и доказательств, но сути, это не меняло. Нас предали изнутри и мне нужно было выяснить кто это, а уж потом, зачем он это сделал и, когда я узнаю, лучше бы ему сдохнуть самому, и желательно задолго до того момента, как доберусь до него я. «А, я доберусь, уж будьте покойны». Вот, именно это, и заставило меня забыть о моей куколке, сейчас были проблемы поважнее. Для начала нужно было нас вытащить тюряги, и самое главное вернуть власть и контроль над ситуацией.

О том, что обезглавлена банда «Белые волки» раструбили во всех СМИ и наши фото во время захвата разместили, как говорил Сато:

– Энди, видел какой я фотогеничный, даже в наручниках выгляжу лучше тебя, – вот, позер. Я понимаю, что он тоже переживает, но он, как и я никогда не покажет этого. Его больше всего выводило из себя, что его малышка осталась одна и кто-нибудь может её обидеть. Слава богу у меня больше нет таких проблем.

Буквально на следующий день, мне сообщили, что мой опекун нанял адвоката, который прибыл из Америки. Да, я предполагаю кто именно это будет… никто иной, как его крестник – Кэтсу. Для своих 25 лет он был, уже, перспективный адвокат в своих кругах, и поэтому, защиту своего племянника, мой дядя, мог доверить только ему. На первый взгляд Кэтсу мог показаться очень холодным и расчетливым, однако, таким он был только для всех окружающих, но не для семьи. В семье его знали, как верного и заботливого человека, которому не было чуждо все мирское.

Так, вот, как только до моего опекуна дошли новости о моем аресте, на мою защиту тут же прибыл Кэтсу.

– Ну, что и, как ты докатился до такого, – с холодом в голосе и оценивающе осматривая мой внешний вид и окружающую обстановку произнес, как-то, буднически и холодно Кэтсу, – как ты мог допустить такое, чему я тебя учил?

– Сам не понимаю. Все вроде бы было под контролем, но, где-то и что-то я все-таки упустил.

– Где-то, что-то…, – повторил за мною он, – лепет ребенка. Ты понимаешь, что тебе шьют организацию и руководство ОПГ, а также непосредственное участие в убийстве спец. агента несколько лет назад. Ну и еще кучу разной хуйни, – все, это он говорил спокойным, монотонным голосом, но почему-то от этого, у меня мороз по коже прошелся. Я всегда удивлялся и удивляюсь, как в таком человеке, как в Кэтсу уживаются два разных человека. Вот он только, что был самой вежливостью и тактичностью, но стоило остаться наедине, так, он заговорил на совсем другом языке. Услышь его сейчас (и не слыша его ранее) никогда не поверишь, что это один человек.

– Пусть докажут.

– У них есть несколько, очень важных, свидетелей, которые находятся под программой защиты свидетелей.

– Мне нужно знать, кто эти гниды.

– Я бы тоже не отказался узнать, но, сейчас мне нужно, чтобы ты рассказал мне все, причем, не скрывая ничего и никакой воды, и лирики. Только так, я смогу выстроить правильную защиту.

– Я доверяю тебе, и хотел бы чтобы ты защищал и моих парней, по крайней мере еще троих. Я заплачу.

– Конечно заплатишь. – И опять, этот его холодный и расчетливый взгляд, который пробирает до самых костей. – Все будет зависеть от того, насколько ты будешь искренен со мною.

– Я расскажу тебе все, что нужно. Мои ребята тоже не будут от тебя скрывать ничего.

– Хорошо. У меня есть еще вопрос перед тем, как ты начнешь свою «исповедь Сын мой» – уже улыбнувшись сказал Кэтсу. Да, с каждым разом он меня удивляет все больше и больше.

– Какой.

– Остался ли кто-нибудь на свободе, к кому я могу обратиться, если это понадобится.

– Практически всех парней арестовали, а тем, которые остались я пока, что не очень-то доверяю. Понимаешь, ведь кто-то же меня предал. Хотя, есть один парнишка, зовут Тоши– кузен Сатоши. Ему удалось сбежать, рыжий засранец. Однако, боюсь, что с ним что-то могло случиться, так, как видел кровь на лестничной площадке. Самому бы хотелось знать, что с этим бесенком все в порядке. Ну, еще есть один парень, его зовут Дайске, он очень часто помогал вытаскивать наши задницы с того света, но захочет ли он нам помогать в нынешней ситуации, я не знаю.

– Хорошо, я узнаю.

– Интересно и, как, ты это сделаешь. Ведь, ты не местный и у тебя нет связей в нашем мире. – Выпуская клубы дыма в потолок и ухмыляясь спрашиваю я.

– Не дрейфь. Связи – это, дело наживное. Неужели ты еще так, и не понял с кем имеешь дело. – Сложив руки на груди и ухмыльнувшись сказал Кэтсу.

– Ну, предположим я догадываюсь, что твое прошлое не такое уж и безупречное.

– Вот именно не безупречное, но я слишком умен, чтобы так, вот, попадаться. Дядя ведь предупреждал тебя, что бабы до добра не доведут, а ты, я смотрю, не послушал его советов и вместо того, чтобы все взять под контроль вовремя, опять расклеился и пустил все на самотек. – Его слова меня сильно задели, и я весь напрягся.

– Не напрягайся ты так. Сейчас нужно напрягаться по другому поводу, а это, все мелочи, с которыми мы разберемся в ближайшее время. И так, слушаю твою исповедь.

«Я рассказал ему все с момента создания стаи и до дня нашего ареста. Правда на это ушел не один день, одновременно Кэтсу общался с моими ребятами. Что же происходило за пределами тюрьмы, я знал со слов Кэтсу и тех новых заключенных, которых подсаживали к нам в камеру. Стоит отметить меня и Сато, на удивление, содержали в одной камере, а ребят Мотоки и Юичиро в других. Меня раздражала неопределенность. Время шло, а обвинение нам так, и не предъявляли и сколько мы еще могли так, просидеть никто не знал».

От Тоши:

«Пиздец, как же больно. Слава богу, что пуля прошла на вылет, иначе я бы уже, наверное, концы отдал. Я смог добраться до одного из укромных мест, о котором знал только я. Я частенько убегал сюда, чтобы побыть наедине со своими мыслями в последнее время, и никому о нем не говорил, чтобы мне не мешали. Вот, и теперь после того, как смог уйти от облавы, устроенной на нас копами, я пришел сюда. А, я ведь, предупреждал двух этих идиотов, что в стае идет смута и, что кто-то мутит воду, но они мне не верили и, что, кто теперь оказался прав. Ладно, это уже не столь важно, теперь, самое главное подлатать себя, а затем, я выясню кто же эта крыса, которая сдала нас. Вытащить парней я навряд ли смогу, но хотя бы отомщу за них. Черт, как же болит плечо, и лекарств нет. Блядь, что же делать?»

Через несколько дней мне все-таки пришлось выползти из своего убежища. Лучше мне не становилось. Лекарства и бинты, которые я смог раздобыть закончились. Возвращаться домой или к родственникам нельзя, могла быть засада, да даже к Хикару, нельзя было носа показывать. Поэтому, мне ничего не оставалось, как обратиться к Дайске. Ведь, он не член банды, а значит, за ним не должно быть слежки, но все равно, нужно было быть осторожным. Я кое-как добрался до универа, где учился Дайске и стал ждать, когда он появится. Больше мне не к кому было обратиться.

Сколько прошло времени я не знаю, но с каждой минутой мне становилось хуже и хуже. И вот, я увидел его, он шел, как всегда, о чем-то только ему известному, размышлявший, и я окрикнул его. Увидав меня Дайске, сделал вид, что не знаком со мной и прошел мимо. Сначала я подумал, что он, как и все другие отвернулся от нас, но я ошибался.

С трудом заставив себя встать я пошел в ту же сторону, куда до этого ушел Дайске. Я шел, не разбирая дороги, голова гудела, тело горело, мне казалось, что мое тело, это сплошной огонь. Как только я повернул в пустой проулок, чтобы перевести дух (да, для меня сейчас сто метров, как раньше дистанция в несколько километров) меня резко одернули.

– Блядь, – от боли я взвыл.

– Тоши, какого хрена ты тут делаешь и, что с тобою, – это был Дайске. Он быстро осмотрел меня, – так, оставайся здесь, понял. Никуда слышишь, никуда с этого места пока я не вернусь, – тоном, не терпящим отказа, проговорил Дайске.

Да, куда уж мне, я и шагу теперь не сделаю после того, как он так, дернул за больную руку. У меня аж в глазах все потемнело, вообще не понимаю, как я еще не отключился. Последнее, что я помню, что Дайске помогает мне дойти до машины, а затем, всё… «свет отключили!».

Не знаю, сколько я пробыл в отключке и, как Дайске удалось меня перетащить, а кстати, где я и, что это за место. Я попытался встать, но у меня, это не получилось, единственное чего я добился, так, это то, что вновь получил боль во всем теле, отчего у меня непроизвольно вырвался стон. Дверь в комнату отворилась и в дверном проеме появился высокий молодой мужчина. «Вроде бы молодой, а волосы седые, да, боль делает свое дело, я уже брежу наяву или это галлюцинации».

– Тебе нельзя двигаться. Ты потерял много крови и сил, так, что лежи и не двигайся. Скоро вернется Дайске и осмотрит тебя, а пока что, раз ты пришел в себя, то тебе нужно поесть. – Он вышел из комнаты и через какое-то время вернулся с кружкой. Боже какой аромат от неё исходил, это же блаженство. Это был куриный бульон, но для меня он был сейчас, как манна небесная. Если честно, я и не помнил, когда ел или пил за последние дни. Я с жадностью стал пить бульон, а мужчина, все говорил, чтобы я не спешил и пил маленькими глотками. А затем, я снова уснул.

Проснулся я, когда за окном уже было темно. В комнате приглушенно горел светильник, на кресле (рядом со светильником) я заметил сидящего Дайске, читающего какую-то книгу.

– Дайске… – я не узнал своего голоса, до того он был скрипучим.

– Оу, ты проснулся. Вот, и хорошо. Значит, мои старания не прошли даром, а я уж думал, что ты будешь первым, кто откроет мое врачебное кладбище, – невесело сказал он. – Так, я сейчас задам несколько вопросов, а ты просто кивай головой или моргай глазами, если тебе тяжело говорить. Хорошо. – Я и хотел бы сказать, но сил у меня еще не было, и я прикрыл глаза.

– Так, хорошо, значит ты меня понимаешь и реагируешь. – Он стал осматривать мое плечо и задавать вопросы, а я только и делал, что прикрывал глаза или слегка качал головою, на другое пока что, у меня не было сил.

Вот, так, прошло еще несколько дней. Все это время за мною следили Дайске и этот седовласый, как впоследствии я узнал, это был адвокат ребят – Кэтсу, который сначала нашел Дайске, и они вдвоем, уже стали искать меня. Вот, только делали они это осторожно, так, как за Дайске, тоже, могли следить. Находился я в доме, который арендовал Кэтсу. Вот, так я потихоньку выздоравливал.

Кэтсу и Дайске оказались вполне нормальными парнями. Когда я смог нормально говорить, то обо всем, что мне известно рассказал им, и мы разработали план, согласно которому, нам было необходимо:

1. Установить кто же эти крысы и, где они прячутся.

2. Собрать остатки стаи, тех кому мы бы доверяли на 100 %.

3. Вытащить крыс на поверхность и решить, что с ними делать

А остальное уже будет дело Кэтсу, как только мы устраним крыс то, по его словам, дело развалится и ребят отпустят, так, как других улик, кроме показаний крыс, у копов нет.

Вот, этим мы сейчас и занимаемся.

От Хикару:

«Боже! Что же теперь будет. Парней арестовали. А, как же я». У меня была паника. Родители, тут же запретили мне какое-либо общение с Сатоши, даже, писать ему не разрешают. Бедный мой, как он там. Мне так, хочется быть с ним рядом и хоть как-нибудь поддержать его. Но, мои попытки тщетны. Недавно, к нам приходил адвокат Сатоши, но мои родители не дали мне с ним, даже, перекинуться парой слов. И вообще, отец сказал, что отправит меня к родственникам в Киото, по крайней мере, пока здесь все не утихнет. Нет, только не это. Я пообещала отцу, что не буду искать встреч, а также пытаться связаться с ним с Сатоши. Только, на этом условии отец согласился не отправлять меня к родственникам.

Как же мне тяжело и одиноко, еще и Бани рядом нет. От неё вообще нет никаких известий, последнее, что мне стало известно о ней, так это то, что она переехала в Осаку и видимо, она не очень, то хочет с нами общаться, но сейчас, в такую трудную минуту, она могла бы и забыть свою гордость и, хотя бы позвонить поддержать меня. Однако, она не звонила и не писала.

Так, прошел целый месяц. Мне было очень одиноко и вот, тут-то в моей жизни вновь появилась Юки. На удивление, она не язвила, а наоборот, даже поддержала меня и, как-то, так, получилось, что мы с ней слишком сблизились. Она мне призналась, что действительно хотела, чтобы Бани рассталась с Энди, но она не причастна к тому, что произошло с нею, просто она попыталась воспользоваться ситуацией, но у неё ничего не получилось. И я, почему-то ей поверила. Может от того, что мне больше не с кем было поделиться своим горем, а она была рядом и поддерживала меня. Мы стали везде бывать вместе, а кроме того, с её помощью я смогла наладить связь с моим Сатоши. Я писала ему маленькие записочки, а она передавала их его адвокату, а Сатоши через него передавал их Юки. Вот, так, мы и общались. Единственным условием Юки было то, чтобы Сато знал, что именно она помогает нам. Объяснять причину она не стала, а я не стала выпытывать. Вот, так, и шло время.

от Юки:

«Надо же, опять удача практически на моей стороне. Сегодня по всем каналам передают, что арестованы члены банды «Белые волки». По телеку только и крутят ролики, как их задерживают. Единственное, что меня удручает, так, это то, что вместе со всеми арестован мой Энди. Ну, ничего, сейчас у меня, как раз есть шанс доказать всем, что я достойна быть с ним. И утереть нос Сато и этой мерзкой Хикару. Кстати, об этих двоих, я еще не забыла. И про свою месть тоже. Кажется, я придумала, как отомстить им так, чтобы уничтожить обоих разом. Сато, уж очень сильно дорожит своею малышкой, даже жалко его, аж до блевоты. Тьфу противно то как. И почему таким дурочкам, как Хикару и Бани нравятся такие прозвища, неужели, им доставляет это удовольствие. Ну, так, я лишу его этой девочки, а сделать он мне ничего не сможет, потому что, когда, все это произойдет, ему будет не до меня. Посмотрим, как он справится с этим. Наверняка, будет раздавлен, а я буду смотреть и наслаждаться. Но, это потом, а пока мне нужно снова подружиться с Хикару.

Глава 2

Осака:

от Бани:

Со своими друзьями из Токио я так, и не связывалась. Мне, конечно, стыдно, но я боюсь вновь пережить весь тот кошмар, который был в моей жизни. Но, время идет и надо двигаться дальше, а это означает, что нужно быть сильной и перебороть свои страхи. Вот, я и решилась все-таки позвонить Хикару.Вот, я и ученица старшей школы. Моя жизнь течет медленно и размеренно. На удивление своих родственников я стала не только очень хорошо учиться, но и увлеклась домоводством: особенно мне нравится печь пироги и вышивать. Что, касаемо личной жизни, то её … её просто нет, да и не хочется мне пока что заводить каких-либо романов. – Хикару привет, это Бани, – на том конце провода какое-то странное молчание. Ни тебе привет, и вообще никаких наездов, как обычно, бывало. – Хикару, это Бани. Я, конечно, извиняюсь, что долго не давала о себе знать, но…

– Бани…, Бани неужели ты все-таки решила объявиться. – Хикару говорила с какой-то издевкой. В её голосе я не слышала ни малейшей нотки радости. – Надо же, не прошло и года, как ты все-таки решила позвонить.

– Хикару, прости, просто мне нужно было все забыть, что произошло тогда мне пришлось пережить и осмыслить.

– Ну, что пережила и осмыслила?

– Хикару, зачем ты так.

– А, что ты хочешь, чтобы я тебе сказала… Или я должна с воплями прыгать от радости, что ты снизошла до нас грешных. Где, ты была, когда была мне нужна, когда мне и ребятам была нужна твоя поддержка. Я вот, никогда тебя не бросала, а ты… – и вдруг я услышала всхлипы Хикару. «Боже, моя лучшая подруга, сейчас, плачет, а я не могу её утешить». Мысли от этого рвали мне сердце душу. – Ты даже не удосужилась оставить мне свой адрес или новый номер телефона. Все, что мне было известно, так это то, что ты уехала в Осаку и больше не вернешься. Как ты могла, так поступить со мной, со всеми нами… – уже ревя в полный голос кричит в трубку моя подруга, а мне нечего ей ответить. «Да, я поступила неправильно. Да, мне было плохо, но ведь ребята всегда меня поддерживали, а я…».

– Хикару, прости, я не знаю, что мне еще сказать. – Я замолчала.

– Неужели у тебя вообще нет сердца, неужели, я в тебе, так, сильно ошибалась…

– Господи, Хикару, да что случилось то такого. Ну, не писала я, не звонила, но меня тоже можно понять. Не могла же я постоянно грузить тебя своими проблемами. Ты и так, постоянно меня во всем поддерживала. Наверняка у тебя и без меня дел хватает.

– Да, хватает. Не думала, что ты будешь такой бесчувственной. Все-таки Юки права насчет тебя. – уже с жёсткостью в голосе произносит моя подруга.

– В том, что ты никогда не любила Энди, и я тебе не была нужна…– Почему я бесчувственная и насчет чего права Юки, – уже начинаю закипать от необоснованных обвинений, а тем более, в чем может быть права эта дрянь. – Ты совсем рехнулась Хикару? Как это ты мне не нужна?! Как, это я не люблю Энди?!

– Если бы ты любила его, то, как минимум бы позвонила четыре месяца назад.

– А, что такого важного произошло четыре месяца назад, ну не убили же его… – я произнесла эти слова, а сердце тем временем ушло в пятки «А вдруг с ним, что-то действительно произошло, вдруг… Нет, этого не может быть. Только не это!», я замотала головой, чтобы прогнать дурные мысли.

– Энди и ребят арестовали четыре месяца назад, – у меня все похолодела внутри «Как, почему, этого не может быть», стало вертеться у меня в голове, – по всем каналам передавали и в газетах печатали.

«Нет, этого просто не может быть. Неужели мои родители знали об этом и ничего мне не сказали. Теперь мне стало все ясно, почему именно четыре месяца назад, у нас вдруг сломался телевизор, и папа все никак не мог вызвать мастера. Да, и газеты с журналами из дома, каким-то странным образом исчезли. Да, в принципе, мне было все-равно на это. Тогда я готовилась к экзаменам в старшую школу и не следила особо за СМИ».

– Чего, ты вдруг замолчала, что сказать нечего. Совесть грызть стала.

– Мне нечего тебе на это ответить Хикару. Но, моя совесть чиста. Я действительно об этом ничего не знала, если бы я знала, то позвонила бы сразу и вообще тут же приехала. Хоть он мне и причинил боль, но без него я не смогу жить. Мне нужно знать, что с ним все в порядке и, что он дышит тем же воздухом, что и я». Все это я выпалила на одном дыхании и мне было наплевать, слышат ли меня сейчас родители.

– Ага, уже верю…, – язвит Хикару.

Мне уже было все-равно на её колкости в мой адрес. В эту минуту мне было нужно знать только одно, что с Энди и остальными ребятами все в порядке, ведь они для меня все стали практически родными.

– Можешь мне не верить, но пожалуйста скажи мне, что с ребятами сейчас и, если можешь дай мне адрес, где они содержаться.

– Зачем это тебе.

– Я бы хотела написать им и поддержать.

Вот, тут то в меня, как гром ударил:Какое-то время Хикару молчала, а потом сказала такое, отчего я совсем потеряла дар речи: – Знаешь, я конечно передам ребятам, что ты звонила и, что ты якобы не знала о их аресте. Но, вот, писать им на твоем месте я не стала бы, тем более, ты же не всем ребятам хочешь писать, а только одному. Хватит тебе над ним издеваться. Он и так, попал в эту передрягу по твоей милости, если бы он не ослабил хватку из-за твоих выходок, то их бы не арестовали. И тем более, сейчас, Энди уже встречается с другой девушкой, которая его поддерживает и находится рядом, а не где-то в Осаке, – последние слова она выделила особенно. – И еще, на твоем месте, я бы лучше занялась своим женишком…

– Каким еще женишком??? Хикару, ты вообще в своем уме. У меня никого нет и не может быть, потому что я люблю и всегда буду любить только одного человека и это Энди, даже если он от меня отказался, то я всегда, слышишь меня, всегда буду его любить, где бы я не была, – все, это я практически выкрикнула в трубку, а из моих глаз полились слезы. «Просто Ниагарский водопад какой-то».

– Бани, хватит врать. Твой отец лично сказал Энди, что ты уехала в Осаку, чтобы после школы выйти замуж и, я вообще подумала, что ты звонишь мне, в лучшем случае, так, это пригласить меня на свою свадьбу.

– Никакого жениха у меня нет и не предвидится, а тем более, ни о какой свадьбе и разговора быть не может. И вообще, к твоему сведению я поступила в старшую школу, по окончании, которой, собираюсь поступать в педагогический университет.

– Да, ну что ж… поздравляю, но это дело не меняет. Ты там, а Энди здесь и у него уже другая жизнь, в которой тебе нет места. А то, что между вами было, так, это детская увлеченность или, как говорят первая влюбленность, которая быстро закончилась. Так, что живи своей жизнью и не мешай жить Энди дальше. Тем, более он лично просил тебе это передать.

Вот именно эти слова и добили меня окончательно «Энди лично просил передать… Мне больше нет места в его жизни. Ну, что ж пусть будет так».

– Спасибо Хикару, я все поняла. И прости еще раз, если сможешь. – Я не стала больше слушать её, она что-то говорила, а я просто сбросила вызов. Сейчас, мне нужно все осмыслить, чтобы понять, как жить дальше. Ведь я действительно до сих пор его люблю!

После разговора с Хикару я закрылась в своей комнате и ни с кем не хотела общаться. Мне нужно все обдумать.

Ну, во-первых, почему родители скрыли от меня, что Энди и ребят арестовали.