Звездный Патруль. Книга IV. Форма жизни
- -
- 100%
- +
Пролог
Если кто-то из вас думает, что между Минтакой и Бетельгейзе все исследовано и изучено вдоль и поперек, то хочу вас обрадовать – мы не знаем даже 5% того, что может существовать между этими достаточно близкими звездными системами. Это миллионы и миллионы километров пространства, которое не всегда можно рассмотреть даже через телескоп.
(Из вводной лекций по планетологии. Технический Университет. Аламах)
Для Червей симбиоз с Людьми подобен переходу к новому этапу эволюции. Для Людей симбиоз с Червями подобен обретению некоторых сверх возможностей. Однако количество и качество этих улучшений напрямую зависит от силы и глубины симбиоза. А это, в свою очередь, отправляет нас к коэффициенту Паускарэ.
(Люди и Черви. Университет Пара-Биологии. Аламах)
Звезда «Арктур» была особенной в Галактике. Она не вращалась вокруг центра подобно другим Скоплениям Звезд и Рукавам. Траектория ее движение не поддавалось стандартным расчетам «галактоскопом». Невозможно было попасть в ее систему обычным способом, путешествуя на межзвездном корабле. Расчет траектории прыжка к Арктуру могла выдать лишь только «Рама» и лишь только по авторизации. Сама звезда имела достаточно редкое по меркам Галактики «Млечный путь» свойство. Она вращалась вокруг Радужного Кластера, представлявшего собой группу из 7 планет, объединенных единым магнитным полем и атмосферой. Свое название он, кластер, получил по уникальным спектральным характеристикам планет в его входящих, начиная от средней по величине «Красной» и заканчивая совсем крошечной «Виолетт». Особое место занимала 5-я самая большая голубая планета «Циана». Она была неким гравитационным центром всего кластера, выстраивая остальных соседей в различные фигуры, причудливо группируя их в процессе движения по весьма изогнутой орбите, неповторяющейся и, вместе с тем, подобной некой объемной цифре «восемь». Одновременно все эти планеты вращались вокруг звезды. Они были обитаемы, но населяли их не Люди, а Черви. Особое место в этом параде «небесных тел» занимала рукотворная космическая станция Звездного Патруля по имени «Завет», которая вращалась одновременно и вокруг Радужного Кластера, и вокруг Арктура. Они, в свою очередь, так же двигались, повинуясь законам «местной» гравитации, вычерчивая неповторяющиеся невидимые линии вокруг искусственной «обители».
Антарес Покой был стар даже по современным меркам. Он стоял у истоков заключения Вечного мира между Червями и Людьми. Его жизненный цикл неумолимо приближался к своему естественному финалу. Он это знал. Однако новости о событиях, пришедшие с одного из Секторов, подмандатных Патрулю, сильно беспокоили его. Внутренние разборки и дрязги внутри человечества могли легко отвратить и сбить с прямого пути, которым Черви и Люди следовали «рука об руку» уже на протяжении почти сотни лет. Но не это даже расстраивало Антареса. В центре проблемы фигурировал его очень хороший знакомый, глава самого большого развитого и заселенного Сектора Ориона, его негласный приемник Адриан Фьюри. Антарес помнил его еще ребенком и любил, как своего сына или даже внука, хотя своих детей не имел. То, что тот сильно погряз в закулисных играх и интригах, Антарес знал, но никаких усилий не предпринимал, ожидая, что тот, будучи уже не молод, сам поймет и отвратиться. Но время шло, а ситуация усугубилась на столько, что под угрозой могло уже оказаться само существование Звездного Патруля в Секторе. И теперь Антарес понятие не имел, что с этим всем делать и, как вернуть того обратно на верный путь. Зал, где он находился, был под прозрачным куполом в самой верхней точке станции «Завет», которая подобно юле вращалась вокруг своей оси, направленная наконечником в сторону Радужного Кластера. Антарес, сидя на полу созерцал жизнь 7-ми миров. Он это мог и умел. Его червь симбионт по имени «Посредник» давал ему такую возможность. Но так было не всегда. Свой коэффициент Паускарэ в 0.96 он выстрадал сполна. Желая облегчить тяжкий груз своих дум он пребывал в лицезрении жизни Червей в их ставшей уже естественной среде обитания. Какой-то единой формы у них не было. Но то, какие причудливые композиции и метаморфозы возводили те на обитаемых мирах, всегда восхищало и приводило в восторг Антареса, только не в этот раз. Сейчас он был мрачнее тучи. Старческая сентиментальность брала свое. Антарес очень сильно переживал за будущее. Его негативные эмоции, как грибок или опухоль, распространялись через границы вещества и не остались без внимания с той стороны.
– Антарес. Я ощущаю в Эфире твое волнение. Согласно Завету между нами не должно быть тайн или секретов – спокойный, но, вместе с тем, какой-то глубинный голос Первочервя прозвучал прямо у него в уме.
– Прости меня. Я грущу о преемнике.
Весь седой с длинными собранными в пучок волосами и такой же длинной перевязанной бородой в середине комнаты сидел подтянутый старик. На его бледном и худом лице отражались блики ярко-голубой крупной планеты. Серебристая «чешуя» комбинезона с гравировкой Звездного Патруля переливалась на нем, подобно коже мифического дракона в лучах светила. Он поднял свои грустные и глубокие, синие и такие не под стать лицу молодые глаза и посмотрел через прозрачный купол прямо на гиганта «Циану».
– Отчего грустишь ты о том, кого пророчил вместо себя? – произнес тот же голос.
Он был невозмутим. Уже одним своим звучанием даже не в уме, а будто где-то в груди, он успокаивал и располагал к доверительной беседе. Антарес это знал, поэтому раскрывал свое сердце без утайки.
– Подопечный мой Адриан, пользуясь положением, погряз в склоках, распрях и разборках с остальными представителями нашей расы в Секторе. Ты же знаешь, как мы, Люди, не однородны.
– Знаю. Ему надо отойти от дел, чтоб вернуть себе утраченное равновесие, спокойствие и умиротворенность.
Антарес, дослушав, тяжело вздохнул.
– Сможет ли он принять это достойно или же взбунтуется… Я бы очень не хотел его потерять. Понимаешь?
– То, что нам не принадлежит, у нас не задержится, а то, что наше, само к нам придет.
Сказав это Первочервь умолк. Антарес будто услышал звенящую тишину внутри себя. Его волнение уходило, уступая место невозмутимому уверенному в себе спокойствию.
– Эта мудрость вашей Цивилизации, Антарес. Мы Черви постигли ее, лишь эволюционировав до уровня Людей… Давай же следовать ей и ни о чем не беспокоиться.
Антарес, дослушав Первочервя, кивнул головой скорее для самого себя и в уме позвал кого-то еще. Через несколько минут в пустой зал вошли 4 почти одинаковых совершенно бритых мужчины в серебристых костюмах Патруля. Их можно было различить разве что по цвету кожи, а так же по размерам и оттенкам глаз. В остальном, и даже по росту, они копировали друг друга. Все 4-ро вошли по очереди и встали у входа в ряд. Антарес повернулся к ним лицом и, глядя каждому в глаза, голосом обратился:
– Брайс, Зоват, Роно, Скала. Для вас есть задание. Подробные инструкции получите перед отбытием.
«Меня постоянно спрашивают о том, почему я делаю столь странные фатальные для человечества прогнозы, используя какие-то древние артефакты. Интересуются, как вообще возможно делать выводы о том, что будет, основываясь на том, что было…
Я пыталась пояснить свои выкладки, что история по сути циклична, и все цивилизации в той или иной последовательности и форме переживают рождение, рост, расцвет, могущество, упадок, закат и конец. Исключений не было ни для кого, так почему оно должно быть для нас, людей. Ведь если цивилизация не растет, то она уже достигла своего пика, а дальше только закат…
Тогда меня спрашивали, отчего у нас закат, если человечество наоборот расширяется, сдвигает свои границы дальше в космос…
А я не могу объяснить… Однако там на раскопках на Марсе я столкнулась с таким, от чего не могу отойти до сих пор… Поэтому вместо ответа говорю, представьте, что вам для выживания нужно отказаться от нейро-связи, смогли бы?
В ответ слышу задорный веселый звонкий смех… Мне становится грустно от того, что меня не понимают… И страшно, потому что я знаю совершенно точно, что существовала некая форма жизни, созданная кем-то ради уничтожения человечества… Возможно, она и сейчас существует где-то в глубинах космоса и ждет своего часа… От этих мыслей мне становится страшно еще больше…
Самое неприятное в том, что, перечитывая это, я понимаю, что несу параноидальный бред или нечто малосвязанное и глупое… Это меня успокаивает»
(Археолог Тамара Дивич. Запись из личного дневника. 2545`)
«Романтика» войны
На поле боя не бывает просто затишье. Упадок интенсивности всегда используется обеими сторонами для решение внутренних проблем, будто логистических, тактических, ресурсных или материальных. В этот период очень важно, решая свои задачи, не попасть в ловушку, расставленную противником для решения своих.
(Ицао Ямоху, Стратегия и тактика современного боя)
Фронтовые будни
Утро на Парпланде не задалось с самого рассвета. Хотя о каком рассвете могла идти речь, если более-менее светло стало ближе к полудню. Карлсон пробыл тут всего-то неделю, а уже ненавидел это место больше всего на свете. Дженго подлил масла в огонь, объявив, что «Горгона» вернется в строй не ранее чем, еще через неделю. Если добавить сюда в совокупности утерянные «Ганрач» и «Гигамункул», сильно поврежденные «Цурюджи», «Катану», пару «Самураев» и других не менее важных машин, то ситуация вообще вырисовывалась крайне удручающая. Положение спасало лишь наличие большого числа боевых дронов, «живых» и восстановленных, остатков экспедиционного корпуса преторианцев в космопорте, которые и обеспечивали его надежную охрану. Однако Карлсон не был бы самим собой, если бы не задумал что-то, что должно было серьезно улучшить его положение на фронте перед инспекцией со стороны Альянса. Не то, чтоб он боялся своего работодателя Джавдеда Кхана, но парочку козырных тузов в общении с ним иметь было нужно позарез, иначе тот вывернет всё так, что его наемники еще и должниками окажутся.
– «Рагнарек», свяжи меня с Фарахтаром – обратился Карлсон к своему ИИ.
Каюта в кампусе наемников вызывала в нем приступы клаустрофобии, и даже не потому что была меньше его мостика на «Горгоне». Как раз наоборот, это центр управление в ТОС был куда меньше, но там был размах мысли, полет фантазии, и потенциал мощного и всесокрушающего удара.
– Фарах на линии. Что-то хотел? – проговорил тот без энтузиазма.
Это его «созвездие» драгун, ослушавшись Тулулу, решило проявить бездумную доблесть и храбрость, добавив локалам еще трофеев, а заодно и внушив им чувство великости и полководческого гения.
– Фарах, дорогой. Нам с тобой через несколько суточных циклов уготовано судьбой и самим Одином познать горечь унижения за содеянное. Не ты, ни я не хотим этого, ведь так?
Карлсон, как опытный и умелый стратег и комбинатор, ловко закинул удочку с наживкой. Тот, правда, тоже с ответом не торопился, хорошо понимая состояние сил наемников.
– Да, с трепетом ожидаю предстоящих разборок… А что, есть идеи, как можно улучшить наше плачевное состояние?
– Именно по этому поводу и осмелился тебя побеспокоить, уважаемый Фарах – неспешно и с расстановкой акцентов выразился «Локи».
Холмы и заросли кустарников и карликовых деревьев, что были западнее комплекса по переработке кристаллида представляли большой интерес для обеих противоборствующих сторон. Запущенная тут совсем недавно наёмниками АРЛ станция утратила защиту в лице «Горгоны», которая была вынуждена в срочном порядке вернуться на базу в космопорт для скорейшего ремонта. В прикрытии же остались в основном дроны и несколько трофейных боевых машины класса «Гоблин» и «Гладиатор», которых во множестве захватили наемники еще у старой фабрики парпурита. Знали об этой АРЛ станции и местные силы обороны. Именно с нее открывался отличный обзор на комплекс и просматривались все движения по нему. Ликвидация этой «занозы» любым способом была, как думали руководители обороны, их наиважнейшей задачей.
Два легких и быстрых броне-квадробота, лихо перепрыгивая с холма на холм, летя во весь опор, выскочили на очередное предгорье, чтоб получить визуальное подтверждение на АРЛ станцию. Необходимы были точные координаты для артиллерии, которая уже изготовилась на позиции, чтоб нанести удар. «Квадроботы» не остались незамеченными для группы из 5-и «Гиен», которые лихо перескакивая через низкие кустарники, обрушились на легкобронированные машины своими излучателями.
Яркий голубой луч лизнул первую из них, проплавив достаточно широкое отверстие в левой бортовой пластине. Не успел поврежденный бок остыть, как к нему тут же подключились лучи от других подоспевших «Гиен». Боковая броня окончательно растеклась у самых колес, шипя и испуская клубы пара. Послышались стоны раненных и обожжённых бойцов внутри. Завязалась нешуточная «драка» с, казалось, весьма предсказуемым исходом, пока на выручку не пришел 2-й «квадробот», который, чуть замешкавшись среди зарослей, остался незамеченным, и ударил по столпившимся дронам ракетами-райнбуредо из навесной 2-трубной РПУ. Нано-нити от разрывов в полуметре от земли словно острые бритвы разрубили конечности дронов, не причинив при этом вреда их круглому хорошо защищенному туловищу. Но, лишившись ног, они потеряли инициативу на поле боя, уступив ее пехотинцам локалов, которые смогли быстро воспользоваться заминкой, забросав дронов ЭМИ-гранатами.
– «Гранит», это «Гонец», мы на позиции! Схлестнулись с дронами! Есть раненые! Передаю координаты для отправки привета!
– «Гранит» принял… Уходите оттуда!
Земля под колесами легких машин задрожала словно где-то в нескольких десятках километров началось землетрясение. Оба «квадробота» замешкались, пытаясь помочь пострадавшей машине зацепиться буксиром за целую. В это время в паре километров западнее мачта АРЛ замигала красными огнями и начала стремительно складываться, погружаясь куда-то в недра земли. Толстая бронированная плита, как некий колпак, заехала сверху, полностью запечатав вход. С воем и свистом черные точки снарядов, обогнув небольшой холм, где прятались «квадроботы», ударились о грунт и плиты АРЛ. В воздух полетели клочья земли. Высекая сотни искр один из снарядов угодил точно в центр плиты, не причинив при этом ей почти никакого вреда.
– «Гонец» «Граниту»! Цель не поражена! Повторяю цель не поражена! – обратился один из пилотов-командиров «квадробота».
АРЛ мачта, словно трава по весне или некий прямой и крепкий кипарис, взошла из земли, после того, как защитная плита своей почерневшей от удара снарядов глыбой отъехала в сторону.
Разбитую «Ласточку» Брод сопроводил до самого бункера, где Гримен уже готовил для нее место, освобождая стапели и леса, от другой техники. По переговорам сил обороны Парпланда, он знал, что все ресурсы сейчас задействованы для вытаскивания обломков боевых машин из холмистой местности западнее комплекса, а так же поиск раненных пилотов. Основные силы наемников спешно оставили тот район, забрав лишь самые более-менее целые и ценные трофеи. Да бы усложнить жизнь силам локалов, они приготовили много ловушек в виде мин-подкаток и боевых дронов. Группы их постоянно доставляли неприятности передовым отрядам сил локалов.
– Дроны не могут работать без наличия станции подзарядки по близости, иначе это выброшенный ресурс – произнес Брод вслух скорее сам себе, хотя не без желания втянуть в разговор кого-то еще, будучи уже внутри пещеры.
Гримен слушал его реплики, но ничего не отвечал. Через некоторое время в подземный ангар заглянул Вилиант. Он сиял от счастья.
– Только что вернулся со своей группой из пригорода. Присутствие наемников не обнаружено. Может они поняли, что с нами опасно связываться и решили убраться? Как думаете?
Брод и Гримен посмотрели на него одновременно. Погрузочный дрон, подобно некому железному слону-многоножке, поднимал изрядно побитую «Ласточку» и крепил ее на стапели у потолка.
– Молчите… Это хорошо, значит не испортите мне настроение… Мы сегодня вывели из-под завалов полсотни мирных… Самая большая группа с начала войны, между прочим… Сопротивление почти отсутствует. Только дроны, которых мы уже научились ловко щелкать, как орешки.
Брод и Грим снова посмотрели на Вили почти одновременно.
– Много было дронов? – спросил его Брод.
Тот ответил не сразу, а призадумался, будто считая их в уме.
– Дюжину наверное пригрели, не меньше… Хотя нет, больше… Еще пара «Гуторов» была. Наподдали мы им!
Вили снова заулыбался, видимо вспоминая тот бой.
– Где-то рядом должна быть станция АРЛ подобная той, что среди холмов. Кто-то должен направлять их и координировать при атаке на вашу позицию… Ну, и они просто обязаны где-то подзаряжаться – произнес Брод, глядя на Вили.
– Ну, я не знаю… В пригороде есть канализация, целые лабиринты тоннелей. В одном из таких мы и нашли целую группу выживших… Дронов там не заметил. Вряд ли они забрались так глубоко.
– «Гиены» и «Гурии», нет, а вот «Гарпии» полезут точно, когда найдут безопасный вход.
– Давай с нами на вылазку. Тебе ж можно участвовать в спасательных миссиях без ущерба для присяги? – внезапно сменил тему Вили.
– Не знаю… Нужно с космолетом разобраться… Меня очень серьезно отделали там.
Брод присел у лифтовой платформы и посмотрел на Гримена, который руководил погрузочным дроном, чтоб приладить технику в правильном положении.
– Там много раненых и голодных… Лишняя пара рук не помешает, Брод… – начал было снова приглашать его Вилиант присоединиться.
Тот был какое-то время в раздумии и посматривал то на космолет, то на Грима, то на Вили.
– Мы вернулись на часик, что б медиков захватить. Спасенные сказали, что их там в канализации более сотни еще. Все очень истощены… Кристал едет с нами.
Пригород Нектауна представлял собой весьма уныло зрелище. Силы локалов, разбившись на небольшие мобильные группы, вели поиски выживших. Нападения боевых дронов наемников были тут не редкими. «Спайдервилс» одной из таких групп двигался неспешно. В небе зорким оком следил за ситуацией запущенный с машины «Канзату».
– Почему не закупили сухопутных дронов разведки? – спросил Брод по каналу связи командира группы с позывным «Жало».
Его подменный «Воин» был парой километров позади, оставаясь немного в тылу и поддерживая связь между членами группы. То, что к нему затесался гость из Патруля, тот знал, но какой-то особой радости не испытывал. После потери своего «Геракла» он оставался по больше части угрюм и молчалив, не вмешиваясь в ход рейда по развалинам Нектауна.
– Ты не у того спрашиваешь, Брод. Я всего лишь командир подразделения, и не участвую закупках… Обратись к тому, кто тебя пригрел, к Боло, я имею в виду.
Несмотря на кажущуюся грубость ответ, Фернан был не груб, но слегка грустен и немного более обычного прямолинеен. В подразделении давно поговаривали, что тот хочет покинуть Парпланд и лишь ищет подходящей возможности.
– «Ага. Я б давно уже обратился к Боло, если бы тот вышел на контакт. Такое чувство, что с гибелью Мирэн, Парпланд сразу же лишился и головы» – подумал Брод сам в себе вместо ответа.
Сидя внутри десантного модуля «Спайдервилса» он много о чем думал. Глядя на Вили, который не прекращал улыбаться с того самого момента, как ляпнул, что Кристал тоже участвует, Брод начал подозревать, что окружающие о нем знают больше, чем он сам о себе.
– «Ну, поцеловались разок, что тут такого!».
Однако Кристал прочно заняла достойное место у него в мыслях после того самого поцелуя вопреки желанию.
– «Да ну. Смазливая, мелкая, худая. Ничего особенного в ней нету. Забудь!»
Его мысли прервал сам «Спайдервилс», который внезапно встал как вкопанный. Ферро-стекло тут же поднялось и 6-ро десантников, включая Брода, высыпали наружу. Следом за ним остановилась еще одна такая же 6-колесная машина. Из нее выскочили медики. В основном девушки. Все были слегка чумазые, со следами крови и копоти на латах броне-костюмов.
– «Хм… Что их прямо из мед-блоков выхватили? А откуда копоть?»
Последней выскочила Кристал. Она была самой маленькой из всех, но оранжевые «петлицы» на ее броне-костюме указывали на командные полномочия.
– Брод, не хочешь возглавить наше звено? – внезапно обратился к нему Вилиант, завидев, что тот засмотрелся на медиков, особенно на одного из них.
– Я? … Не лучшая идея наверное… Я из нас 6-и только тебя, Вили, и знаю.
– Зато мы все тебя хорошо знаем… Так или иначе у нас нету пока персональных позывных… В бой вступать не планируем… Наша группа «Тарантул». Группа Кристал «Черная вдова».
– Ладно. Почему нет.
Канализационный тоннель уходил куда-то вглубь и вперед. Было темно. Брод шел первым и вел за собой бойцов. Внезапно он услышал резкий и строгий голос Кристал в нейро-эфире.
– «Тарантул», можешь идти помедленнее!? За тобой следуют простые медики, и они не поспевают!
Сухость в обращении Кристал к нему, немного опечалила. «Может, она уже и сама не рада от того, что между нами произошло».
– Принято – так же сухо ответил он.
Движение замедлилось. Впереди была развилка. Брод неплохо приловчился использовать «Канзату» в канализации, поэтому и продвижение группы было столь стремительным. Парой километров севернее, почти вдоль тракта так же двигалась еще одна группа из дюжины бойцов, включая 5-ку медиков. Связь с ними отсутствовала по больше части из-за того, что группа Брода сильно вырвалась вперед. «Надо было идею с развед-дроном в канализации донести до остальных».
– Брод, я очень рада что ты с нами! Извини, что грубо с тобой. Не хотела флиртовать по общей связи, сам понимаешь, что могут подумать остальные…
Звонкий женский подобный журчанию горного ручья голос прозвучал справа от него, хотя Брод был уверен, что там находился Вилиант. Он знал, что это Кристал. Он бы не спутал ее голос ни с чьим другим на свете.
– Кристал, займи пожалуйста свое место в группе, ты меня отвлекаешь – всё так же сухо проговорил он.
– Впереди на сотни метров ничего нету, иначе ты б не летел так сломя голову, разве нет? – спросила она его немного огорчённым голосом.
Броду отчего-то стало слегка не по себе. Вроде бы он и не сказал ничего такого, а дыхание стыда коснулось его сердца.
– Да, ты права. Извини… Скоро будет развилка, там устроим привал и подождем 2-ю группу. Там уже обеспечим связь и координацию.
Связь появилась внезапно. «Канзату» уловил сигналы из параллельного тоннеля. Однако это было не похоже на реплики. Скорее крики и вопли. Раздавшийся почти сразу же сильный взрыв еще больше убедил всех, что со 2-й группой приключилась беда.
– Вили, бери 2-х бойцов и следуй как и я со своими вдоль тоннеля. ЭМИ-ружья на изготовку. Медикам не высовываться, не терять нас из виду. Вперед!
«Канзату» нырнул в проход и едва вписался в поворот, чтоб не задеть стену канализации. Брод старался везти его аккуратно, но тоннели местами сильно изгибались, а фонари дрона оставляли желать лучшего, выхватывая лишь маленькие участки пространства. Мощные прожекторы «Канзату» годились скорее для дальнего освящения темных участков, нежели движения по узким и петляющим тоннелям. Завернув за очередной угол тот словно налетел на преграду и исчез. «Ну, вот и все. Дальше сами». Выйдя медленно и аккуратно за угол в глаза ударил свет. Большая воронка, образовавшаяся после взрыва чего-то тяжелого, пропускала неяркий свет парпландского дня внутрь канализации. Всюду виднелись останки 2-й группы. Медики просочились через бойцов Брода и обступили чудом выжившего на половину разрубленного бойца, помогая поднять обрубок еще живого тела и отнести назад.
– Что тут случилось? – спросил Вилиант.
– Взорвалось что-то тяжелое. Похоже на мину, но точно не скажу.
Брод осмотрелся внимательно.
– Не выходите на открытое пространство! Всем держаться возле стен! – прокричал он в нейро-эфир, но было поздно.
2 медика из группы Кристал вышли к центру, чтоб поискать еще выживших среди груды обломков, рухнувших сверху. Очередь из разогретых стержней тут же ударила по одному из них. Голова лопнула как пузырь с жидкостью, покрывая кровавой пеной все вокруг. Женское тело, как подкошенная травинка, упала на грудь. Внутри Брода всё похолодело от увиденного. Сверху вниз тут же прыгнули 2 «Гиены», вооруженные подобными легкими РРП-пушками. Брод выстрелил в ответ из ЭМИ-ружья и тут же отправил одну из «Гиен» в нокаут.