Следы Цивилизации. Книга II. Враждебная территория

– Послушай лейтенант 4-го класса. Перед тобой звездный майор 2-го класса, командир штурмового отряда «Вихрь» Звездного Патруля… Просто убери плазмо-щиты и дай доступ к стыковочному узлу.

– Хорошо, мэм, но о вашем визите я должен немедленно сообщить на «Элеон» – спокойно выдал Сухрейн.

Нагиб слушал переговоры, сидя под панелью управления на мостике станции. Он знал, что Сухрейн не будет сообщать ничего больше, пока не получит слинкованную и успешно налаженную для этого «Раму». И на то имелась своя вполне объяснимая причина. Для примерного курсанта-отличника Сухрейна было очень важно, что о нем подумают на «Элеоне», когда спустя 3 суточных цикла пребывания на КСП получат очередной отчет о неготовности основного модуля перехвата. Нагиб вздохнул. «Ну, соврал бы разок, что все готово и работает… Нет. Не сможет… Это ж какой удар по самолюбию! А нечего было меня тащить за собой, если не просят!».

– Сухрейн, не торопись с отчетом… Копни архивы станции, и ты быстро все поймешь… Мой прилет сюда имеет важную причину. Доверься моей квалификации и опыту… Просто дай докинг «Буревестнику», и я на месте тебе все объясню. Идет?

Сухрейн не поленился и запросил архивные записи по станции. Они появились тут же на экране в отдельной рамке. Эйла Борк-Валиот там действительно значилась, как дежурный офицер самой первой команды этой КСП. Всплыла так же и информация об инциденте, который был допущен в ее смену. Нагиб уже не работал над «Рамой», а лишь делал вид. Все отладочные тесты вместо него проводил тул-дрон. Сам же горе-инженер с интересом следил украдкой за происходящим. На экране Нагиб увидел резолюцию, оправдывающую гостью, которая, провалившись в сон, пропустила корабль нарушителей на планету. «Хм… Видимо бравому майору что-то из прошлого не сошло с рук». Нагиб улыбнулся, затем мельком покосился на серьезное лицо Сухрейна. Он его хорошо знал по учебке. Тому кровь из носа всегда нужны веские основания на все происходящее. Информация о косяках этой орионовской леди, видимо, успокоила его. А Нагиб увидел для себя маленький, но, все же, шанс решить техническую проблему с запуском «Рамы» с помощью той, кто был причастен к самой КСП. Глядя на вдумчивое лицо командира Сухрейна, он даже не сомневался, что тот так же подумывает разобраться со злосчастным модулем при помощи гостьи.

– Да, мэм. Конечно. Я встречу вас в доке. Надеюсь причина визита действительно стоит того.

Нагиб снова улыбнулся. «Милая дамочка. Обязательно подружусь с ее техником».

– Умница, Сухрейн. Собери весь свой отряд. У меня будет очень важное объявление для всех вас.

– Хорошо. Конец связи.

Межзвездный шаттл, выпустив излишки газа, чтобы выровнять давление с окружающей средой взлетно-посадочного дока, мягко пристыковался к магнитным рельсам направляющих и занял место возле внешне точного такого же «Буревестника» на КСП.

Группа Сухрейна ждала его в полном боевом облачении, рассредоточившись по палубе, как того требовал протокол при внештатных ситуациях. Именно так данное незапланированное прибытие коллег из Сектора Ориона идентифицировал для себя командир. Сканнер, который штатно включился и произвел считывание содержимого трюмов «Буревестника», не показывал ничего необычного. Гостей было 4, из них только один – живой офицер по имени Эйла Борк-Валиот, которая ковырялась в корабле и не спешила выйти в док. Зато оба болвана ее свиты шагнули по трапу навстречу Сухрейну и его парням. Замыкал процессию тул-дрон «Скаут». Зачем он гостье Сухрейн понятие не имел. Зато этому обрадовался Нагиб и оповестил всех об этом радостными возгласами в приватном нейро-эфире. «Еще один тул-дрон, это ж отлично! Ну, теперь точно с «Рамой» помогут!». Кроме того на борту были еще «Сфероиды», которые оставались деактивированными в своих люльках на корпусе судна, и не порождали в уме командира никаких лишних вопросов.

– Эй, лейтенант 4-го класса Сухрейн Аму-Мейни, твои все тут?

– Не понимаю, к чему подобный вопрос…С моей стороны все согласно уставу, а с вашей явное пренебрежение протоколом, мэм… Вы должны были выйти во главе своей группы.

– Погоди с претензиями. Я готовлю данные для передачи… Внимание на проектор! – услышали все ее голос через усилитель шаттла.

Сухрейн шагнул вперед и обернулся в сторону проектора всеобщего оповещения в углу на потолке дока. Нагиб тоже покосился, как и остальные из отряда. Только пока там ничего не появилось, и все это походило скорее на какое-то дешевое отвлечение внимания.

– Не пойму, отчего такая враждебность? – поинтересовалась гостья из «Аламаха», все еще пребывая внутри «Буревестника».

– Этот корабль числится погибшим на Фобии – тут же пояснил ситуацию Сухрейн. – Если вы не предъявите веской причины вашего тут нахождения, мэм, то мы вынуждены будем вас задержать до выяснения всех обстоятельств согласно протоколу.

Нагиб не переставал удивляться. «Во дает!». Сам он точно не устоял бы перед такой аламахской красоткой, но только не Сухрейн.

– Даже так! – повысила голос гостья.

Нагиб уловил насмешки и издевки в ее голосе и нашел это весьма забавным для себя. «Прям, как та самая нейро-опера про захват станции! Сейчас болваны выхватят бластеры и бах-бах-вжиг!». Он улыбнулся собственным мыслям.

– Все ли вы в сборе, я спросила!? – снова громко рявкнула Эйла. – Я обращаюсь к вам никак какой-то залетный гость, а как старший по званию офицер к младшим.

– Мои люди не в вашем подчинении, мэм – спокойно ответил Сухрейн. – Они не обязаны следовать вашим приказам.

Нагиб еще по учебке хорошо усвоил, что КСП – это режимный объект Звездного Патруля, напичканный вдобавок весьма важным и ценным оборудованием, за сохранность которого сейчас именно их командир отвечает головой. Резкость Сухрейна начинала понемногу напрягать его. «Блин! Вот зачем ты с ней так!?».

– Сухрейн, для начала мне надо знать, что тут все… У меня есть важный документ, объясняющий мое прибытие!

– Тут все – вздохнув спокойно пояснил тот.

– Отлично! Вот документ от ОВБ Сектора Ориона, на основании которого я прилетела! Лови на проектор!

Сухрейн тут же повернул голову в сторону ожившего экрана. Там отобразился некий цифровой документ. Нагиб быстро перестал интересоваться, когда понял, что там для него точно ничего интересного. Зато командир залип на несколько секунд.

– А теперь улыбнулись дружно! – громко и задорно послышался ее голос через усилитель «Буревестника» гостей.

Нагиб смотрел прямо на стоявшую перед шаттлом свиту из болванов в экзо-костюмах, не понимая, чему тут было улыбаться. Сухрейн же оторвался от созерцания экрана и обернулся на голос. Нагиб опасность почувствовал на уровне рефлексов, натренированных дешевыми нейро-операми. Он даже пригнулся. Потом просто услышал какой-то резкий даже немного болезненный щелчок, прозвучавший будто в собственной голове. Дальше всё куда-то пропало, и он, потеряв сознание, погрузился во тьму.

Нагиб пришел в себя чуть позже остальных и первым, что попала ему в уши, был голос той самой блондинки, прилетевшей сюда. Он слышал ее не через сенсор экзо-костюма, а вживую. Глаза, открывшись, уловили прямой яркий свет, который немало слепил. Руки были стянуты ЭМИ-браслетами спереди, как и ноги в районе щиколоток, из-за чего двигаться он фактически не мог. Нагиб был в скафандре, но без шлема. Затылком головы он догадался, что тот на месте, но сложен назад в специальный паз. Поморгав он осмотрелся. Остальные из команды сидели так же связанные тут рядом в метре от него справа и слева. Лишь Сухрейн был поодаль, как бы немного в стороне. Нагиб попытался связаться с ним мысленно, но внезапно осознал, что без нейро-обруча. Женщина в броне-костюме нависала массивной тушей над Сухрейном и допрашивала его.

– И так! Линк-код «Рамы»! … Где!? – спросила она немного раздраженно.

Судя по тону блондинки, она спрашивала это не в первый раз. Нагиб знал, что Сухрейн ничего не скажет, но будет до конца извиваться и тянуть время, переносить издевательства и побои. Командира в учебке называли «сухарем», потому что он был крепкий, сухой и черствый. Нагиб даже не сомневался, что он забалтывал блондинку, затягивая время и делая все возможное, чтобы найти способ послать сигнал о ЧП и придумать, как выбраться. Нагиб увидел это в его глазах, которые только малознакомому с ним могли показаться напуганными.

– У нас его нет – ответил как-то отчаянно Сухрейн, но при этом честно.

Только теперь Нагиб понял, как же он оплошал с «Рамой». Ведь никаких кодов нет, и модуль до сих пор оставался не слинкованным. Его можно было забрать без каких либо заморочек с безопасностью. Он испугался и зачем-то посмотрел вправо на сидящего на полу рядом с ним Вазира, коротко стриженого широкоплечего серьезного и хмурого мужика, ни разу не походившего на курсанта-выпускника. Вазир в их отряд попал по разнарядке, потому что имел опыт службы на КСП и по задумке командования должен был помогать молодому Сухрейну в тонкостях ведения дел. Зачем-то именно сейчас вспомнил Нагиб, как Вазир отчитывал его за халатность, только делал это как бы в виде дружеских советов. Тогда он сразу невзлюбил его за эти морализмы и нравоучения.

– И так! … Кто может помочь Сухрейну вспомнить линк-код, того я отпущу на все 4 стороны!? – услышал он громкий, чуть низкий с командными нотками женский голос.

У блондинки явно заканчивалось терпение, и в правой руке появился бластер. Она им постукивала периодически о тактическую перчатку другой руки, привлекая внимание. Все это походило на какой-то плохо срежиссированный спектакль. «Где я это видел!?». Нагиб ей не верил. «Глупость какая-то! Кого ты тут стрелять собралась!? Мы ж вчерашние курсанты! Какой смысл!?». Он мысленно искал причину своего отрицания действительности и нашел его. Нагиб улыбнулся. Дамочка с какой-то наигранной немного театральной досадой в голосе задала новый вопрос:

– Что? Никто не хочет поделиться линк-кодом «Рамы» с тетей Эл? … Какая жалость!

Нагиб улыбнулся сильнее. Он ясно вспомнил, где уже видел подобное. Все происходящее в точности походило на одну известную дешевую и неубедительную нейро-оперу. «Прям «Роковая встреча» с этой, как ее, Элеонорой Войз в главной роли!». Он даже внезапно уловил просто фантастическое сходство этой блондинки с нейро-дивой особенно в профиль и едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Страх куда-то улетучился. Однако на его неадекватность среагировал Вазир и тут же шикнул с более чем серьезной миной на лице.

– О! Ты хочешь!? – обрадовалась гостья, словно ребенок, которому пообещали дать конфетку, заметив звуки, движения и шорохи в дальней стороне.

Она повернулась и указала бластером на Вазира, но тот лишь отрицательно покачал головой.

– Я – борт-медик, мэм. Боюсь, в инженерных вопросах мало полезен – виновато и тихо пояснил он.

– А чего ж тогда голос подал, а!? Отвлечь меня хочешь!? – наседала блондинка.

– Непроизвольно произошло. Извините – как-то даже слишком спокойно и умиротворенно произнес он.

– Ладно… Что ж… Жаль, конечно… Но, раз малополезен, тогда ты свободен – вздохнула блондинка с некой наигранной грустью.

«Она это все несерьезно или просто роль играет!? Вазира сейчас тупо отпустит!? … Это какая-то учебная проверка!». Нагиб весь прямо приободрился, но вида не подал. Не успел он одарить своим самоуверенным взглядом, полным внезапного открытия, всех, включая «счастливчика», как гостья с налетом легкой грусти на лице вскинула руку с бластером и выстрелила Вазиру в лицо. Яркая вспышка ударила его в голову. Та лопнула, обдав всех присутствующих горелыми кусками плоти, костей и крови. Нагиб получил целую россыпь ошметков по своему лицу. Он ощутил чуть противный солоновато-сладкий привкус чего-то, попавшего в рот и на губы. Веселые мысли закончились, как по взмаху волшебной палочки. Он испытал такой шок, что на мгновение потерял дар мыслить. В голове поселился ужас и звенящая пустота. В глаза смотрела суровая реальность произошедшей трагедии. Нагиб испытал сильнейший стресс. Он не планировал умирать, точно не сейчас. У него были виды на жизнь, и смерть от руки полоумной блондинки в них точно не входила. Гостья тем временем отвлеклась на Сухрейна, на котором так же не было лица из-за случившегося.

– Второй раз у тебя этот фокус не пройдет! Говори, где код!? … А то мой «Скаут» уже электронные мозги сломал в его поисках.

Про какой фокус она говорила, Нагиб понятия не имел, но он вдруг отчетливо осознал, что следующим будет точно он, как борт-инженер. «Сухрейн, угомонись! Скажи ей, что кодов нету, иначе она нас всех убьет!». Блондинка будто прочитала его мысли, или же на лице у него отобразился такой испуг, что теперь он, казалось, готов был рассказать все и сразу. Гостья сделала пару шагов в своем тяжелом штурмовом экзо-костюме с открытым забралом шлема, присела к нему на корточки и посмотрела внимательно в лицо. Нагиб с бешенным стуком в сердце следил за ней, не в силах смотреть в глаза. Он сжался, как пружина, заметив бластер в ее руке, который заплясал прям перед его носом. Подсознание издевалось над ним подбрасывая ему образы дешевой нейро-оперы, которую он смотрел не раз, пытаясь то ли успокоить, то ли предупредить о том, что будет дальше.

– Я … Я его не знаю! – прохрипел Сухрейн. – Его никто не знает!

По бледному лицу стало понятно, что он боялся уже вполне по-настоящему. Нагиб и сам находился под незримым давлением, видя ствол перед собой. «Это не учения, командир!».

– А это мы сейчас проверим… Кто следующий? Кто инженер?

Эйла окинула взглядом оставшихся пленных, продолжая сидеть на корточках напротив Нагиба, не зная, что именно он тот самый инженер. Сухрейн посмотрел на своих ребят с выражением какого-то извинения за произошедшее, хотя очевидно было, что его вины в том нет. Нагиб встретился на мгновение с ним глазами. Допрос прервал входящий сигнал на коммутаторе. Проекция замерцала, и на экране появился офицер Звездного Патруля вместе с кем-то из местных Парпланда в темно-синем комбинезоне.

– Сухрейн, это Кейтель. «Мотыль» уже в пути к КСП… Ты получил мое сообщение о миссии на Терра-Нову?

Эйла посмотрела на экран, потом на Сухрейна, потом снова на экран и опять на него.

– Чего молчишь? Давай только без глупостей, иначе я просто перестреляю вас всех и этого брюнетика сожгу в два счета.

Сухрейн кивнул головой. На его лице впервые читалась растерянность. Он сразу не смог ответить, видимо будучи все еще под впечатлением смерти одного из его отряда.

– Соберись! – прошипела на него Эйла.

Сухрейн заметно сглотнул и попробовал снова:

– Су… Сухрейн на линии, сэр.

– Что случилось? Почему я тебя не вижу? … Ты на мостике?

– Все хорошо, сэр… Сенсоры барахлят.

– Помощь нужна?

Сухрейн замотал головой, будто тот, кто был на связи, видел его. Наивно было полагать, что блондинка включит камеру. Эйли заметила его потуги и улыбнулась, как какому-то недоразвитому.

– Нет, сэр… Все хорошо. Уже почти решили проблему – ответил наконец голосом тот.

Замолчав Сухрейн снова незаметно скосил глаза на горе-инженера и снова встретился с ним взглядом.

– Ну, ладно… Мы причаливаем. Открой шлюз – произнес мужчина с коммутатора.

Экран потух. Блондинка встала, сделала пару шагов туда-обратно и посмотрела Сухрейну в лицо.

– Это ты хорошо сымпровизировал. Мне нравится… Вот только к моей цели я не приблизилась ни на миллиметр!

Она опять навела бластер на следующего за Вазиром. Нагиб, не успев толком отойти, снова испугался не на шутку. Его прошиб холодный пот. Во рту пересохло. Ноги в коленях задрожали. «Нет! Я не хочу умирать! … Да провалитесь вы пропадом с вашей «Рамой» и Патрулем!». Нагиб готов был сорваться и все выдать, но командир его опередил.

– На «Мотыле» это из центра примирения, что на планете. У него дипломатическое сопровождение главы местных на Терра-Нову. Ему нужно перебраться на «Буревестник». Я должен принять «Мотыль» по форме и предоставить ему межзвездный шаттл для дальнейшего полета, – как можно более спокойно выдал Сухрейн, стараясь явно отвлечь гостью не сделать задуманное какой-то совершенно не нужной ей информацией. – Надо открыть шлюз, иначе он заподозрит неладное и отправит сигнал СОС!

Эйла посмотрела на него с нескрываемым удивлением:

– За дуру меня держишь, желторотик!? Умереть захотел!? … Линк-код быстро!

Бластер на вытянутой руке блондинки своим стволом резко метнулся в сторону лица Сухрейна. Нагиб выдохнул. Во рту все еще от пережитого была болезненная сухость, как в пустыне. Экзо-костюм не работал, чтобы впрыснуть раствор успокоительного или замедлителя. Основные его функции подавлялись теми самыми ЭМИ-браслетами. Зато в целом Нагиб испытал облегчение, будто некто снял с него массивную магналитовую плиту. Стало намного легче дышать. А, вот, тот, кто, по сути, спас его от неминуемой гибели, сам оказался в точно такой же ситуации. Сухрейн зажмурился. Нагиб все видел и ужаснулся теперь уже за командира. «Скажи ж ты ей, что Рама не слинкована, иначе убьет тебя до прибытия помощи!». Его буквально распирало от происходящего. «Да, не стоит этот кусок долбанного железа, чтобы за него умирать!». Нагиб не выдержал напряжения и страха за, по сути, самого близкого ему тут человека и сорвался:

– Мэм, линк-код не нужен, потому что его нет! «Рама» не настроена! Просто мы ее еще не слинковали! … Если вы попросите своего «Скаута» выдать на экран список всего борт-оборудования с детальным статусом, то сами все увидите!

После этой эмоциональной речи ему как-то сразу стало легче. Однако теперь на Нагиба с грустью смотрели другие парни из команды. Эти взгляды быстро отрезвили его и дали понять, что он только что подписал себе приговор. Их взоры, в том числе и самого Сухрейна, просто кричали ему об этом. Нагиб ужаснулся. «Какой же я дурак! Я же теперь совсем не нужен!». Радостное мгновение быстро схлопнулось под тяжестью осознания совершенного. Блондинка же отступила на пару шагов назад и уперлась спиной о капсулу управления. Она сначала улыбнулась, а потом просто громко рассмеялась.

– Я тут бьюсь башкой о стену, чтобы получить линк-код, а эти криворукие «Раму» до сих пор не слинковали! Чему вас в элеонской учебке только учат, бездари! … Какой стыд и позор! Модуль даже не в системе! – выдала она, громко осматривая всех сразу с нескрываемой радостью на лице.

Затем, наконец отсмеявшись, она повернулась к Нагибу и, указав на него дулом бластера, громко заявила:

– О! А ты – молодец! Разбудил в себе сознательность! … Как звать!?

Тот замер от страха, увидев черное жерло ствола напротив своего лица.

– Нагиб, мэм – тихо и с дрожью в голосе наконец произнес он.

Нагиб смотрел в пол, потому что к осознанию катастрофы добавилось липкое чувство совершенного предательства. Теперь они все были незачем. Кроме себя он сделал ненужными и остальных. Тем временем Сухрейн, повинуясь приказу гостьи, встал. Нагиб заметил это мельком. Он сплюнул в сердцах. «Да пошли вы все!». Нагиб сделал над собой усилие и посмотрел на блондинку. Их глаза встретились. Она махнула ему бластером встать следом за командиром. Тот медленно поднялся с пола. Ее рука в перчатке грубо легла ему на плечо, похлопав:

– Молодец! Иди вслед за командиром и проследи, чтобы он чего не натворил! … Передайте «Буревестник» этому Кейтелю и назад. Даму нельзя надолго оставлять в одиночестве, иначе она может загрустить и начать делать всякие нехорошие дела. А вы ведь не хотите этого, правда? … Вот, и я не хочу.

На этих словах она улыбнулась и, видимо, мысленной командой расслабила ЭМИ-магниты, чтобы Нагиб и Сухрейн смогли освободиться от них. Оба направились к выходу из мостика, как по команде.

– Погодите! … Как такие прекрасные парни и без свиты! Мои болваны за вами присмотрят!

И Нагиб, и Сухрейн, не глядя друг на друга, двинулись к выходу.

– Да. И еще. Если, вдруг, вы мои намеки не сечете… Давайте там без глупостей… Тут у меня еще 2 ваших товарища. Вы же не хотите, чтобы я обиделась на вас и от обиды вышибла им мозги? – раздался голос блондинки у них из-за спины.

Нагиб и Сухрейн одновременно покачали головами, соглашаясь. Оба болвана гостьи вышли следом за ними.