Колода правды

Глава 1

Я нашла взглядом Вилору и Люка. Они стояли неподвижно, будто лес за несколько мгновений успел превратить их в две каменные статуи. Оба смотрели на огромного паука, нависшего надо мной, и даже с такого расстояния я видела напряжение в их позах. Плечи Вилоры застыли, Люк то сжимал, то разжимал пальцы на рукояти меча, словно ещё не решил, что будет бесполезнее — попытаться ударить эту тварь или просто бросить оружие и побежать. Впрочем, он наверняка понимал то же, что и я: для существа такого размера его меч был не опаснее зубочистки.

Когда одна из лап паука медленно сместилась в сторону, Люк дёрнулся вперёд, но тут же остановился. Сейчас мы подчинялись только одному простому правилу: одно неверное движение — и кто-то умрёт.

Паук медленно наклонился ко мне. Его голова с короткими жёсткими волосками —оказалась настолько близко, что я видела собственное отражение. От паука пахло сырой землёй и кровью. Я чувствовала его дыхание на коже. С одного клыка медленно набухла тёмная капля крови, которая сорвалась и тяжело ударилась о землю всего в нескольких сантиметрах от моей ноги.

Одна из лап переступила ближе и замерла справа от моего плеча. Она была такой толстой, что за неё можно было спрятаться. Я старалась не смотреть на острые конечности, потому что воображение услужливо показывало, насколько легко одна такая лапа способна пройти сквозь человеческое тело. Вместо этого я упрямо смотрела пауку в глаза и лишь краем зрения заметила движение высоко между деревьями. Какая-то тень стремительно перебралась с одной ветви на другую.

— Зови меня Арахна, незримая, — произнесло существо.

Я вздрогнула. Не столько от голоса, сколько от последнего слова. Оно прозвучало слишком осмысленно, словно Арахна не придумала прозвище только что, а назвала то, чем я являюсь на самом деле.

Она разговаривала со мной. Разговаривала — и пока не пыталась съесть. Уже неплохо.

— Линет, — представилась я наконец. Голос прозвучал ровнее, чем я ожидала, хотя внутри всё сжималось от ужаса. — Раз уж мы решили познакомиться.

Не знаю, зачем я это добавила. Возможно, мой разум окончательно решил, что если смерть неизбежна, то хотя бы умирать нужно с достоинством. Или с идиотскими замечаниями. В моём случае одно почему-то постоянно шло рядом с другим.

Арахна издала странный звук. Нечто среднее между щёлканьем и низким рокотом. Я не сразу поняла, что она, кажется, смеётся.

И в этот момент другая её лапа резко поднялась. Она понеслась прямо на меня.

Я не успела ни достать кинжал, ни отшатнуться. Тело просто отказалось слушаться. Сердце болезненно ударилось о рёбра, и на одно короткое мгновение я совершенно ясно поняла: вот и всё. Сейчас эта лапа войдёт в меня, раздробит кости, проткнёт внутренности, и всё закончится настолько быстро, что я даже испугаться толком не успею.

Огромная тень накрыла моё лицо. Лапа со свистом пронеслась над головой.

Позади послышался короткий визг, оборвавшийся почти сразу, а затем что-то тяжёлое с глухим треском врезалось в дерево. По стволу посыпалась кора, но я не обернулась. Не хотела знать, кто там был и что Арахна с ним сделала. Мне хватало того, что Вилора и Люк всё ещё находились перед глазами — живые, напряжённые и , судя по выражениям их лиц, совершенно не понимавшие, почему я до сих пор тоже жива.

Я медленно выдохнула.

— Почему вы назвали меня незримой? — спросила я, осторожно наблюдая за пауком.

Арахна раздражённо хмыкнула. Её огромная голова качнулась в сторону, а затем наклонилась почти под невозможным углом. Теперь она рассматривала меня иначе — с тем бесцеремонным любопытством, с каким человек мог бы разглядывать неизвестное насекомое, найденное на подоконнике.

— Ты странно выглядишь, — сообщила она таким тоном, словно это должно было всё объяснить.

— Спасибо.

— Это не похвала.

Несколько глаз Арахны моргнули не одновременно. От этого по моей спине пробежал холодок.

— Когда ты двигаешься, твоя тень смазывается, — продолжила она серьёзнее, — Будто не успевает за тобой. Иногда я смотрю — она есть. Смотрю снова — и кажется, что её никогда не было. Будто и тебя самой нет.

Я невольно опустила взгляд.

Моя тень лежала на земле как обычно — тёмная, вытянутая, привязанная к ногам. Ничего необычного. Я слегка пошевелила рукой. Тень послушно повторила движение.

— Если у человека украсть тень, он сходит с ума, — задумчиво добавила Арахна. В её голосе появилось почти научное любопытство. — Обычно довольно быстро. А ты на сумасшедшую не похожа.

Я моргнула. Вилора с этим утверждением наверняка поспорила бы.

Я посмотрела на свою тень ещё раз. Обычная, неподвижная. Совершенно ничем не отличающаяся от теней Люка и Вилоры. Но слова Арахны засели в голове неприятной занозой. Будто меня нет...Что это вообще должно означать?

— Хотя для меня куда интереснее другое, — вдруг сказала Арахна.

Я подняла голову. Она приблизилась слишком близко.

Одна из огромных глаз оказалась почти напротив моего лица, и я невольно отстранилась. Теперь в нём отражалась только я — маленькая, бледная и до смешного беззащитная рядом с существом, которое могло раздавить меня одним движением.

— Ты пахнешь ничем.

На несколько секунд я просто уставилась на неё.

— Чем?

— Ничем, — терпеливо повторила Арахна. — Пустотой. У людей всегда есть запах. Кровь, кожа, пот, страх... — Она чуть повернула голову в сторону Люка и Вилоры, и её клыки заметно шевельнулись. — Твои друзья, например, пахнут очень аппетитно.

Люк заметно побледнел.

— Не воспринимай этот как комплимент, — тихо бросила ему Вилора, не сводя глаз с паука.

— Даже не собирался.

— Пустотой? — повторила я, почти не слыша их.

Мне вдруг стало не до шуток. Холодное беспокойство медленно растекалось внутри. Я не могла пахнуть пустотой Что бы это вообще ни значило, человек не должен пахнуть отсутствием чего-либо.

Но Арахна смотрела на меня так спокойно, словно сообщила совершенно очевидную вещь.

— А ещё рядом с тобой периодически появляется вторая тень, — продолжила она с ленивым любопытством.

Внутри всё оборвалось. Я резко посмотрела ей в глаза.

— Какая ещё тень?

— Не твоя. Ты ей не хозяйка, — Арахна на мгновение замолчала, будто пыталась подобрать человеческие слова для того, что ощущала иначе. — Она принадлежит кому-то другому. И вот от неё уже пахнет.

— Чем?

На этот раз паук ответил не сразу.

Несколько её лапе едва заметно переступили по земле. Арахна подняла голову и будто принюхалась к воздуху, хотя я понятия не имела, каким именно образом пауки ощущают запахи.

— Древностью, — наконец произнесла она. — Но странной. Непонятной даже мне.

По спине прошёл холод.

— Насколько древней?

Арахна медленно опустила голову ко мне.

— Древнее тебя, Незримая. Намного.И она почти всегда рядом.

Я инстинктивно посмотрела через плечо. За спиной никого. Только деревья, влажная земля и переплетение ветвей, между которыми едва пробивался тусклый свет. Но мне вдруг показалось, что тени между стволами действительно стали гузе. Я всматривалась в них несколько секунд, пока не почувствовала себя полной идиоткой.

Я и без Арахны понимала, о ком идёт речь. Тот мужчина. Тот, кто приходил ко мне через кольцо. Тот, кто обещал однажды пробить брешь в этот мир и уничтожить всех, кто окажется на его пути.

Я повернулась обратно и встретилась взглядом с Вилорой. Она прищурилась, посмотрела куда-то мне за плечо, и сердце неприятно дёрнулось. Неужели она тоже что-то увидела? Но спустя мгновение Вилора едва заметно покачала головой, давая понять, что там ничего.

Успокоило это слабо.

Если Арахна действительно видела рядом со мной чужую тень, вариантов оставалось немного: либо отрубить себе палец вместе с проклятым кольцом, либо каким-то чудом найти того, кто сумеет его снять.

Почему-то первый вариант казался реалистичнее.

Я снова посмотрела на Арахну.

— Почему я её не вижу?

— А мне откуда знать? — раздражённо бросила она. — Разуй глаза и оглянись. Может, увидишь.

Я невольно усмехнулась.

Арахна несколько секунд молча смотрела на меня, а потом добавила значительно тише, словно пришла к важному выводу:

— Люди такие раздражительные.

Вот здесь я уже не удержалась от улыбки. При всех клыках, лапах и крайне сомнительных пищевых предпочтениях Арахна начинала вызывать у меня странную симпатию. По крайней мере, она была честной. Не изображала дружелюбие, не прятала угрозы за красивыми словами и, кажется,вообще не понимала, зачем кому-то скрывать собственные намерения. Если ей хотелось кого-нибудь съесть, она так и говорила.

Порой я тоже считала людей крайне раздражительными существами.

Арахна внезапно выпрямилась. Её массивное тело поднялось выше, и вместе с ним на нас легла огромная тень

— Я не буду убивать вас ради забавы, — сказала она совершенно буднично.— Всё равно вы идёте к центре. А оттуда вряд ли выберетесь.

— Обнадёживает.

—Не знаю, зачем Арканы отправили вас сюда, — продолжила она, не обращая внимание на мою реплику. — Но они совершают ошибку.

Она медленно повернулась к Люку и Вилоре.

— Хотя если вы случайно свалитесь в мои пещеры, — почти весело добавила Арахна, — я буду есть вас по кусочкам.

На этот раз в её голосе совершенно отчётливо прозвучала усмешка. Вот и вся наша зарождающаяся дружба.

Арахна припала к земле.

Мгновение назад она разговаривала с нами почти спокойно, а теперь всё её огромное тело изменилось. Лапы согнулись, брюшко опустилось ниже, и в этой позе не осталось ничего разумного. Перед нами снова был хищник. Очень голодный хищник.

Её взгляд остановился на Люку. Она медленно двинулась к нему.

Люк не отступал, хотя я заметила, как дёрнулся его кадык. Пальцы крепче сомкнулись на рукояти меча, но вытаскивать его он благоразумно не стал.

Морда Арахны приблизилась к его лицу.

Я уже мысленно прощалась с Люком, представляя, как клыки впиваются ему в голову, но Арахна остановилась в нескольких миллиметрах от его кожи.

— Особенно тебя, веснушка, — произнесла она убийственно мягко.

Люк перестал дышать.

Арахна чуть повернула голову, рассматривая его лицо.

— Видел бы ты свои щёчки, — в её голосе появилась почти ласковая мечтательность, от которой становилось только хуже, — Так и хочется проткнуть их одним укусомю Чтобы лопнули, как спелые ягоды.

Рядом послышался короткий смешок Вилоры. Я медленно повернула к ней голову. Серьёзно?

Арахна тоже услышала. Её голова дёрнулась в сторону Вилоры с таким сухим треском, что звук прокатился по лесу.

Всё произошло слишком быстро.

Одна лапа взметнулась в воздух. Тень скользнула по лицу Вилоры, острый конец прошёл за её спиной, прорвал ткань рубашки, не задев кожу, и подцепил одежду словно крючком. В следующее мгновение Вилора уже висела над землёй. Её ноги беспомощно качнулись в воздухе.

— Не трогай её! — выкрикнула я и шагнула вперёд.

Голос сорвался, но мне было плевать.

Вилора тут же метнула в меня убийственный взгляд. Её глаза говорили: Стой на месте, дура.

Я остановилась. Пальцы сжались в кулаки, ногти болезненно впились в ладони. Арахна тем временем плавно повернулась ко мне. Вилору она продолжала удерживать над землёй с такой же лёгкостью, будто та ничего не весила. Несколько глаз следили за мной, остальные — за Люком, и от осознания, что это существо способно одновременно наблюдать за всеми нами, становилось не по себе.

Вилора не выглядела испуганной. Только злой.

И, кажется, больше всего её злило то, что я могла сейчас сделать какую-нибудь глупость.

Правой рукой я медленно потянулась за спину, к кинжалу. Пальцы нашли рукоять. Холод металла немного отрезвил. Что я собиралась сделать кинжалом против паука размером с дом? Прекрасный вопрос. Наверное, очень эффективно умереть.

— Как скажешь, — вдруг произнесла Арахна.

И просто отбросила Вилору.

Та пролетела несколько метров и с глухим стуком рухнула на камни. Люк тут же сорвался с места, подбежал к ней и опустился на колени, помогая подняться.

Я уставилась на Арахну. Она смотрела на меня совершенно невинно. Насколько вообще способен выглядеть невинно гигантский паук с окровавленными клыками.

— Ты сказала, что не станешь убивать, — напомнила я, всё ещё удерживая кинжал за спиной, — а подождёшь, пока мы попадём в твои пещеры.

— Так и было, — довольно подтвердила Арахна.

— Тогда какого чёрта это было?

Несколько её глаз остановились на мне.

— Я сказала, что не буду убивать вас ради забавы, — в её голосе прозвучало почти оскорблённое достоинство. — Но кто помешает мне утащить кого-нибудь из вас в пещеры и уже там съесть?

Я открыла рот, затем закрыла и медленно кивнула. Чёрт. Никакого вранья. Она действительно обещала, что мы выйдем отсюда живыми. Только сообщила, при каких обстоятельствах предпочитает нас убивать.

— Никто, — тихо ответила я.

Это не было поражением. Я просто дала Арахне то, чего она хотела: признание очевидного превосходства. Возможно, хищникам иногда этого достаточно. По крайней мере, очень хотелось в это верить.

Я немного ослабила хватку на кинжале и посмотрела ей в глаза.

— Сколько тебе лет?

Арахна замерла. И вот впервые за весь разговор мне показалось, что я застала врасплох её.

Несколько чёрных глаз сузились почти одновременно. Напряжение в огромном теле слегка ослабло, лапы перестали переступать по земле, а голова медленно склонилась набок. Судя по всему, после угроз съесть моих спутником и почти состоявшегося похищения Вилоры она ожидала от меня чего угодно, но только не этого вопроса.

— Несколько сотен, — наконец ответила Арахна, и в её голосе прозвучала откровенная гордость. — Пять или шесть. Для вас это довольно много. Для вас — ничего.

Я украдкой посмотрела на Вилору и Люка. Оба всё ещё находились неподалёку. Люк успел поднять Вилору после падения и теперь держал руку возле меча, хотя после недавнего знакомства с Арахной это выглядело скорее как попытка успокоить себя. Вилора стояла рядом, потирая плечо и прожигая паука взглядом.

Почему их мозги прекрасно работали во всех остальных ситуациях и внезапно отказали именно сейчас?

Я едва заметно наклонила голову в сторону леса, пытаясь поймать их взгляды. Когда Люк наконец посмотрел на меня, я глазами указала между деревьями.

Он нахмурился, но понял. Вилора тоже. И, разумеется, коротко покачала головой. Я едва не застонала. Ну, конечно. Почему хотя бы один человек рядом со мной не мог обладать здоровым инстинктом самосохранения?

— Пять или шесть сотен, — повторила я, снова сосредоточившись на Арахне. — Очень много.

Я постаралась вложить в голос искренне восхищение. Получилось, видимо, плохо.

Глаза Арахны подозрительно сузились. Из её тела вырвался резкий свистящий выдох, настолько раздражённый, что я невольно приподняла брови. Несколько секунд она молча разглядывала меня, будто пыталась решить, издеваюсь я над ней или действительно настолько глупа.

А потом огромное тело внезапно припало к земле. Я машинально схватилась за кинжал.

Арахна прыгнула. Массивная чёрная туша взметнулась вверх с неожиданной для её размеров лёгкостью, на мгновение закрыла собой тусклый свет над деревьями и исчезла среди густых крон. Ветки зашатались, листья посыпались вниз, а через несколько секунд лес снова стал неподвижным. Буто гигантского паука здесь никогда и не было

Я ещё некоторое время смотрела на место, где она исчезла, не решаясь убрать убрать руку с кинжала.

— И как понимать это существо? — пробормотала я. Только теперь почувствовала, насколько сильно были напряжены плечи, и заставила себя их расслабить. —Сначала обещает нас не убивать, потом объясняет, при каких обстоятельствах всё-таки съест, подвешивает Вилору, а теперь сбежала, лишь бы не слушать мои притворные восторги.

— Паук, — выдохнул Люк.

Я повернулась.

Он оглянулся через плечо, словно подозревал, что Аразна уже успела обойти нас и теперь стоит прямо за его спиной. Убедившись, что среди деревьев никого нет, Люк медленно опустился на колени и упёрся ладонями в землю.

— Огромный паук, — уточнила я.

Люк поднял на меня взгляд.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. На его лице смешались ужас, облегчение и какое-то почти детское неверие в то, что мы действительно только что разговаривали с существом размером с небольшой дом.

— Спасибо, Линет. Без тебя я бы не догадался.

— Всегда пожалуйста.

— Что с тобой было? – холодно спросила Вилора.

Остатки облегчения исчезли мгновенно. Я повернулась к ней.

Она стояла чуть поодаль, скрестив руки на груди. Разорванная на спине рубашка всё ещё напоминала о знакомстве с Арахной, но, кажется, Вилору это совершенно не волновало. Всё её внимание было приковано к моей руке. Точнее, к кольцу.

Вилора рассматривала его слишком внимательно. Затем медленно подняла глаза на меня.

— О какой тени говорила Арахна?

Это был не вопрос. Это было требование ответа.

Люк поднялся с земли и встал рядом с ней. Его лицо изменилось: недавняя усмешка исчезла. Он смотрел на меня мягче Вилоры, почти с сочувствием, однако его взгляд тоже то и дело возвращался к кольцу. Эта проклятая вещи сама притягивала внимание.

Я машинально сжала пальцы.

— Кольцо, оно...

Слова застряли в горле. Одна часть меня требовала молчать. Прямо сейчас придумать очередную ложь, отмахнуться, перевести разговор на Арахну и больше никогда не возвращаться к этой теме. Они не должны знать.

Но другая часть — гораздо тише и потом почему-то убедительнее — напоминала, что несколько минут назад ни Люк, ни Вилора не убежали. Даже когда я пыталась отвлечь Арахну на себя. Даже когда любой разумный человек уже был бы на другом конце острова. Но они остались. Значит, хотя бы часть правды заслуживали.

— Оно влияет на меня, — наконец сказала я.

Я опустила взгляд на кольцо. Оно выглядело совершенно безобидно. Обычный металл, плотно охватившись палец. Если не знать, что за ним скрывается, никогда не догадаешься, сколько проблем способна принести такая маленькая вещь.

— С каждым разом становится хуже, — продолжила я тише. — То, что вы видели...это тоже влияние. Вернее, влияние того, кому когда-то принадлежало кольцо.

Перед глазами снова возник мужчина с повязкой на глазах и его смех. Он появлялся в памяти слишком легко, словно только и ждал момента, когда я позволю себе о нём подумать.

Я подняла голову.

— Есть другое место. Я не знаю, что это и где оно находится. Возможно, вообще не в нашем мире. Там всё красное. Не просто красное... — я нахмурилась, пытаясь подобрать правильные слова. — Всё напоминает кровь. Земля, вода, даже луна. И каждый раз, когда кольцо воздействует на меня сильнее, я оказываюсь там.

Люк больше не улыбался. Вилора тоже слушала молча.

— И там есть мужчина, — продолжила я. — Тот самый, чью тень, вероятно, увидела Арахна.

— Кто он? — сразу спросила Вилора.

— Если узнаю, обязательно представлю вас.

Она смерила меня тяжёлым взглядом.

— Линет.

— Я действительно не знаю.

Это хотя бы было правдой.

Я глубоко вздохнула. Следующие слова произносить не хотелось совершенно.

— Арканы заперли его там.

Тишина вокруг вдруг стала особенно заметной.

Люк нахмурился.

— Арканы?

Я кивнула.

— Он сам так сказал. Не знаю, сколько времени провёл там и за что его заперли. Но выбраться он не может.

Я замолчала. Нужно было остановиться. Я уже сказала слишком много. Если кто-то из них расскажет Арканам...Перед глазами сразу возникала Дрианта. Нет.

Я могла рисковать собственную жизнью сколько угодно. Её — никогда. Но слова уже были произнесены, и вернуть их обратно было невозможно.

— И он собирается выбраться, — закончила я.

Люк несколько раз моргнул, словно надеялся, что смысл сказанного изменится.

— Подожди, — он поднял ладонь. — То есть ты хочешь сказать, что видишь какого-то древнего мужика, которого Арканы заперли в другом мире, а теперь он разговаривает с тобой через кольцо и обещает выбраться?

В его голосе появились лёгкая насмешка, но теперь я слышала в ней не недоверие. Скорее попытку сделать происходящее хотя бы немного менее безумным.

— Именно это она сказал, — отрезала Вилора.

Она повернула голову к Люку и посмотрела на него так, что тот сразу поднял обе руки.

— Я не сказал, что не верю, — примирительно произнёс он. — Я утоняю,

Вилора снова посмотрела на меня. Её глаза сузились.

— С ним ты разговаривала несколько минут назад?

У меня внутри всё похолодело

— Что?

— Ты сказала, что не станешь его последним шагом.

Я замерла. Она слышала, чёрт.

Вилора продолжала смотреть мне прямо в глаза, внимательно отслеживая каждую реакцию. И я вдруг отчётливо представила, что произойдёт, если она передаст услышанное Луне. Арканы не станут разбираться. Не станут спрашивать, чего хочу я. Если они решат, что через меня из заточения может выбраться существо, которое когда-то понадобилась запирать целой группе Арканов, решение будет очевидным.

Убрать угрозу. Убить меня.

А если смерть окажется недостаточно надёжным решением, они найдут другой способ заставить меня сотрудничать.

И самым простым способом станет Дрианта.

— Если меня убить, это ничего не гарантирует, — сказала я прежде, чем Вилора успела продолжить. — Через сто лет кольцо подберёт кто-нибудь другой. Если оно действительно ему необходимо, моя смерть только отсрочит проблему.

— А почему твоя смерть вообще должна помочь его освобождению? — спросила Вилора.

Уголок её губ дёрнулся. Кажется, она заметила, как быстро я пришла именно к такому выводу.

— Очевидно, что никак, — вмешался Люк и развёл руками. — Предлагаю пока Линет не убивать. У нас и без этого насыщенный день.

Я посмотрела на него.

— Благодарю за великодушие.

— Всегда пожалуйста, — он указал подбородком на кольцо. — Где ты вообще нашла эту безделушку?

Вот эта уже была та часть истории, которой я особенно не гордилась. Я мысленно прокляла тот шёпот, потому дыру в стене, а потом уже и собственное любопытство. И отдельно — собственную глупость.

— На испытании в колоде Солнца. В храме.

Я не стала уточнять, что кольцо буквально звало меня. И уж точно не собиралась рассказывать, что после этого собственными руками надела подозрительное древнее кольцо на палец. Даже сейчас это звучало настолько глупо, что щёки начали гореть.

Вилора продолжала внимательно смотреть на меня .И тогда я вспомнила кое о чём другом.

— Помнишь бал? — спросила я. — Ты поймала меня возле библиотеки.

Она кротко кивнула.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что стащила из моей строй комнаты. В тумбочке лежит дневник. Старый, потёртый. Ты сразу поймёшь, о каком я говорю: он выглядит так, будто пережил несколько войн.

Вилора подняла бровь.

— Стащила?

— Могу сказать незаметно забрала, если тебе так приятнее.

— Нет. Стащила мне нравится больше.

— Зачем он тебе? — спросил Люк.

В его голосе прозвучало искренне любопытство. Я на мгновение замялась. Всё рассказывать нельзя. Никто из Арканов не должен узнать о существование этого дневника. Чем больше я вспоминала прочитанные страницы, тем сильнее становилось ощущение, что мне попалось нечто гораздо важнее. Фолле скрылся, поэтому у меня не остаётся выбора изучить дневник как можно тщательнее.

— Возможно, там есть то, что Арканы от нас скрывают, — наконец ответила я. — Хотя бы малая часть правды. Я успела прочитать только половину, прежде чем судьба в очередной раз решила, что моя жизнь недостаточно сложная.

— По-моему, судьба к тебе невероятно благосклонна, — возразил Люк.

Я подозрительно посмотрела на него.

Он начал загибать пальцы.

— Привлечь внимание Шута. Навлечь на себя гнев Солнца. Убить Ткача. Спугнуть огромного паука разговорами. Каким-то образом подружиться с Вилорой...

— Мы не дружим, — холодно заметила Вилора.

— Мне продолжать? — спросил он у меня.

— Не стоит.

Но улыбка всё-таки тронула мои губы. Совсем ненадолго. После последних дней даже этот идиотский разговор оказался неожиданно приятным. На несколько мгновений мы снова стали обычными людьми, которые могут перепираться посреди леса, а не участниками очередной смертельной игры Арканов.

Разумеется, Люк немедленно всё испортил.

— Кстати о Шуте.....

Я пихнула его локтем в бок.

Он рассмеялся, потёр бок и, разумеется, продолжил:

— Почему он до сих пор тебя не убил?