Дракон и его рыжее сокровище
- -
- 100%
- +
– А где Алекс? – растерянно спросила Леона.
– Да-да, и тебе доброе утро, – проворчал гном. – Думаешь, я жалуюсь на человеческую грубость и невоспитанность? Нет, я не жалуюсь. Я давно привык.
– Рослик, где Алекс? – с нажимом повторила Леона.
– Вниз ушел твой Алекс, – ответил гном. – Сказал, что надо пораньше выйти. И что он пока отыщет усатого и проследит, сколько еды нам соберут с собой в дорогу. Потому что вчерашний старик с едой обманул, и второй раз так оплошать не хотелось бы.
– Ясно, – сказала Леона, сразу успокоившись.
Она отбросила одеяло, в которое была закутана, и села. Алекс никуда не исчез, она прекрасно выспалась, снаружи, за тонкими стенами сеновала, поют-заливаются птицы, и в целом всё, кажется, хорошо.
– Он меня разбудил, – пожаловался гном. – Шумел очень.
– Странно, я ничего не слышала. – Леона пожала плечами.
– Потому что ты спишь, как сурок, – фыркнул Рослик. – А я существо нежное, у меня тонкая душевная организация. Я сразу проснулся.
– А чего он шумел-то? – спросила Леона, собирая в пучок волосы.
– Вздыхал.
– Неужели так громко вздыхал?
– Да, ужасно громко. Всё смотрел на тебя и вздыхал. Еще одеялко подоткнул. И бормотал по-драконьи, но я не разобрал что, я этот их глупый язык не особенно понимаю. А потом вскочил, как ужаленный, и побежал вниз, искать усатого и еду. А мне сказал, чтобы я тебя разбудил. И что нам тоже надо спускаться. И чтобы мы не задерживались.
– Вот командир-то выискался, – фыркнула Леона.
Она отвернулась от Рослика, вытащила из-за пазухи флакон с краской, расстегнула ворот сорочки и принялась закатывать рукава.
– Сейчас знаки нарисую, и спустимся.
– Да не действуют твои знаки. Пойдем уже, я кушать хочу. У Алекса там еда.
Леона откупорила флакон, поднесла к руке и перевернула – на указательный палец капнула краска.
– Не мешай. Ты не знаешь точно, действуют или нет. И я не знаю. Лучше нарисовать, чем потом жалеть, что не нарисовала.
Она вывела круг, треугольник и еще один круг на левом запястье, потом над левой грудью, потом над правой. И собралась уже изобразить последний магический символ на правом запястье…
– У нас гости! – пропищал вдруг гном.
Она поспешно застегнула и одернула сорочку, а флакон сунула обратно за пазуху. И обернулась.
У двери, загораживая проход, стоял незнакомый парень – светловолосый, высокий и широкий в плечах. Леона только сейчас заметила, что на сеновале стало темнее.
– Какая цыпочка… – сказал он и облизнулся.
– Я тебе не цыпочка! – резко ответила Леона.
Стараясь не показывать свой испуг, она спрыгнула с кучи сена и потянулась за оружием.
Парень шагнул вперед, и тут же в дверях нарисовался еще один – такой же светловолосый и крепкий. Стало по-настоящему страшно.
– Мне надо вниз, – отчеканила она и выхватила из-за пояса пистолет. – Уйдите с дороги.
– Сердитая цыпочка, – засмеялся первый парень и сделал еще шаг.
Леона выстрелила, рассчитывая их припугнуть. Она легко засадила бы обоим придуркам по пуле в лоб – она всегда гордилась своей меткостью. Только вот убивать нелегко. Совсем не легко. Леона знала, что никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет отнять у человека жизнь. Духи предков, ну должны ведь они испугаться!
Пуля просвистела над головой у первого парня, но он даже не дрогнул, а бросился вперед. Какая-то секунда – Леона и сделать ничего не успела, – а парень уже заломил ей руки за спину и дернул на себя. Пистолет упал на пол, и громила отшвырнул его подальше ногой.
– Знала бы ты, как я рыжих цыпочек люблю, – шепнул он ей на ухо. – Будешь умницей, не обижу. – Он повысил голос, обращаясь ко второму парню и игнорируя попытки Леоны вырваться: – Ферт, братишка, покарауль пока у двери.
Теперь Леона не видела этого Ферта, она стояла к нему спиной – услышала только, что скрипнула дверь, и на сеновале стало еще темнее. Первый громила тем временем перехватил обе ее кисти одной лапой, а вторую положил ей на грудь и сжал.
– Не смей! – закричала Леона, проклиная себя, что еще позавчера утром решила не перематывать грудь; думала, нет больше смысла прикидываться парнем…
– Сладкая цыпочка, – промурлыкал проклятый урод; он дернул ее сорочку вверх и заскользил мерзкой лапищей по голой коже.
– Не смей! Не смей! – кричала она.
Послышались шаги и голос молчавшего до сих пор второго парня – Ферта.
– К лешему тебя, братишка, – прохрипел он. – Отдай мне девку. Жениться хочу.
– Нет, моя девка! – повысил голос первый громила. – Я сам женюсь!
– Руки убрал от моей невесты! – зарычал Ферт.
«Все-таки не действуют знаки», – с тоской подумала Леона.
В следующий миг она услышала звук удара – громкий и жуткий, повергающий в оцепенение. А еще через секунду поняла, что никто ее больше не держит своими мерзкими лапами. Она едва успела отпрыгнуть в сторону – мучитель пошатнулся и рухнул на дощатый пол лицом вниз. По светлому затылку начало расползаться темное пятно.
Леону било мелкой дрожью; она зажала ладонью рот, чтобы не закричать, и медленно обернулась. Ферт был в двух шагах от нее; на его лице читалось ликование. Посмотрев на брата, он отбросил вилы с окровавленным черенком и снова поднял взгляд на Леону.
– Теперь моя, – заявил Ферт и шагнул вперед.
Леона все-таки громко закричала и уже через мгновение вспорхнула на ближайшую кучу сена, и сразу, как могла быстро, проваливаясь то рукой, то ногой, начала на четвереньках пробираться по плохо утрамбованной куче в сторону двери. Никаким другим способом мимо Ферта было не прошмыгнуть – без оружия она с ним не справится, а пистолет улетел неизвестно куда, и рядом с одурманенным чарами безумцем у нее просто нет времени на поиски.
– Хочешь поиграть? – засмеялся Ферт. – Да, это хорошо, красавица, давай поиграем…
Он моментально вскарабкался на кучу сена и пополз следом за ней. Леона взвизгнула и попыталась ускориться.
– Надо же, как оно обернулось, – продолжал смеяться Ферт. – Мы ведь чего пришли? Деньги пришли выбивать. Отец сказал, у постояльцев полные карманы золотых монет, надо бы потрясти…
Ферт двигался очень ловко – почему-то ползать по сену у него получалось куда лучше, чем у нее самой. Секунда, и он рванулся вперед, схватил Леону за щиколотку и дернул на себя. Она отчаянно завизжала, перевернулась на спину и свободной ногой лягнула его, попав куда-то в лицо. Ферт охнул и разжал пальцы; Леона скатилась с кучи сена на дощатый пол, ударилась – даже слезы из глаз брызнули, – но сумела быстро встать на ноги и тут же бросилась к двери.
Заветная дверь была совсем рядом, когда Ферт догнал ее и сбил с ног. Они вместе упали, и Леона оказалась сверху, но проклятый безумец сразу перевернул ее на спину, навалился, ухватил за запястья, прижал к полу.
– Надо же, как оно вышло… – пробормотал он, пытаясь отдышаться. – Шел за деньгами, а нашел жену… Повезло.
– Ты своего брата убил! – крикнула Леона, надеясь, что в мозгах у Ферта хоть что-то прояснится.
– Убил? – удивился Ферт. – Да брось, очухается… А мы с тобой к преподобному побежим, пока братишка не мешает. Только сперва… поиграем, как ты хотела…
Он наклонил голову и попытался коснуться ее губ своими. Леона начала кричать и мотать из стороны в сторону головой, только чтобы не дать этому поцелую случиться. В конце концов слюнявые губы задели ее подбородок – Ферт тут же высунул язык, и, издавая довольные, почти хрюкающие звуки, двинулся ниже. Он прикусывал и облизывал ее шею, мерзко стонал и терся пахом, и сколько бы Леона ни вырывалась, сколько бы она ни кричала, не было никакой возможности сбросить с себя слюнявого урода.
А потом скрипнула и с грохотом распахнулась дверь. Яркие солнечные лучи проникли в помещение сеновала, и тьма схлынула, отступила, попряталась по углам. И вместе с солнцем внутрь кто-то шагнул. Леона не видела его, не могла повернуться, чтобы увидеть. Алекс? Это же Алекс? О духи предков, пусть это будет Алекс! Она была готова простить ему все грехи, забыть все свои обиды. Пусть только придет, пусть придет!
Глава 6. Ружье
Ферт замер на мгновение, кажется, ошалев от солнца, отлепил от нее свои слюнявые губы и поднял голову. В следующий миг его буквально снесло чудовищной силой – Леона толком ничего не успела понять. Зато почувствовала облегчение и услышала звук удара… и еще один жуткий звук, похожий на хруст ломающихся костей. И сразу – тишина, пронзительная тишина. И сразу – крепкие руки, которые обняли ее, подхватили, прижали. И сразу – голос, хриплый, страшный, напуганный:
– Что он сделал?! Что он тебе сделал?! Пожалуйста, не молчи!
– Ничего… не успел… всё в порядке… – шептала Леона.
Она схватила Алекса за плечи и уткнулась лицом в его грудь. Ее трясло, она старалась успокоиться, взять себя в руки, очень-очень старалась, но вот так сразу, быстро – не могла. Просто чувствовала: нет лучшего способа избавиться от пережитого ужаса, чем прижаться к огромному сильному дракону. Просто спрятать лицо на груди Алекса и не думать ни о чем.
Он развернулся, уперся спиной в стену и медленно, ни на секунду не переставая прижимать Леону к себе, опустился на пол. Сел поудобнее, вытянул ноги и одной ладонью принялся мягко гладить ее по волосам, слегка покачивая и баюкая, будто ребенка. Кажется, так спокойно и хорошо ей никогда не было. Страх постепенно рассеялся, но отрываться от Алекса Леона не собиралась. Пусть этот мужчина подольше обнимает ее и гладит по голове.
– Я не должен был уходить, – мрачным голосом сказал он. – Не должен был оставлять тебя одну.
– Это всё из-за чар, – пробормотала Леона. – Сыновья хозяина… Они за деньгами пришли. Но из-за чар вдруг…
– Их было двое? – перебил ее Алекс.
– Да. Один ударил другого… Я не знаю, тот парень жив или… Он упал, а второй… бросился на меня, но потом… Ты… ты убил его?
– Пока нет.
Леона подняла голову и встретилась с Алексом взглядом.
– Пожалуйста, не убивай никого… – попросила она. И резко добавила: – Проклятые чары, как же я хочу избавиться от них!
Алекс снова притянул ее к себе и поцеловал в макушку.
– Ты избавишься, – ответил он. – Я помогу.
– Эй, голубки! – раздался откуда-то снизу знакомый голосок.
Леона и Алекс вместе обернулись. Гном обнаружился на полу, совсем рядом. Он подпрыгивал на одной ножке и махал им рукой.
– Да сколько можно! – Рослик перестал прыгать и подбоченился. – Я не мешал вам, терпел, долго терпел. Но нам идти пора! Или вы ждете, когда громилы очухаются?
– Очухаются, им же хуже, – сквозь зубы процедил Алекс.
– Рослик, где ты был? – воскликнула Леона.
– Где, где… За драконом бегал, конечно! Сообщить, что тебе помощь нужна!
– О… правда? – поразилась Леона.
– Да, он позвал меня, – подтвердил Алекс.
– Ох, Рослик, милый, я даже не думала, что ты… – Леона растерялась. – Но как у тебя получилось спуститься с лестницы?
– Он перемещаться умеет, – сказал Алекс.
Еще более ошеломленная, Леона уставилась на Рослика. Что умеет?
– Мелкий, ты и в самом деле молодец, – снова заговорил Алекс. – Спасибо.
– Да, должен будешь, – хмыкнул гном. – Ну так вы идете или решили до завтра тут торчать?
– Надо идти, – согласилась Леона.
Она вдруг поняла, что неизвестно сколько времени просидела на коленях у Алекса, цеплялась за него и прижималась всем телом, и хоть ситуация была исключительная, всё равно это… как-то… Ох. Спрыгнув на пол и мечтая провалиться в коровник от смущения, Леона принялась суетливо отряхивать одежду, к которой прилипли мелкие соломинки.
Алекс тоже встал на ноги. Леона подняла на него взгляд и тут же опустила. Прекрасно понимая, что смущение и растерянность едва ли не нарисованы сейчас у нее на лице, она поспешно присела на корточки и протянула гному ладонь:
– В кармане поедешь?
– Естественно! – проворчал Рослик. – Что за глупый вопрос!
Леона заодно подобрала пистолет – с открытой дверью на сеновале было светло, и она сразу нашла свое оружие. А потом бросила взгляд на две неподвижные мужские фигуры. Первый громила лежал на животе, тихо стонал и прижимал ладонь к затылку. Ферт раскинул обе руки в стороны и не издавал ни звука, но Леона всё же заметила, что он дышит. Она почувствовала облегчение, потому что совершенно не желала им смерти. Пусть живут, лишь бы подальше от нее.
Алекс тем временем стащил с кучи сена одеяло, свернул его в рулон и сунул под мышку. Потом снова подошел к Леоне.
– Как ты? – спросил он. – Уверена, что ничего не болит?
– Ничего, – ответила она. – Я просто испугалась, но уже всё в порядке.
– А у меня, между прочим, голова болит! – высунувшись из кармана, заявил гном. – И хоть бы кто-нибудь поинтересовался: ну как ты, Рослик? Может, тебе плохо? Может, надо тебя пожалеть? Может, ты хочешь кушать?
Леона вздохнула. Алекс закатил глаза.
– Пойдем, – сказал он и первым шагнул к двери.
***
Они спустились по приставной лестнице и сразу обнаружили усатого хозяина, который стоял неподалеку и целился в них из ружья. Рядом с ним стояла немолодая крестьянка.
– Я не знаю, что вы сделали с моими мальчиками, – угрюмо проговорил усатый. – Но с рук вам это не сойдет. Идите сюда и выворачивайте карманы! Жена пока поднимется на сеновал и посмотрит, что к чему. Если парни пострадали, вам не жить.
Крестьянка торопливо закивала головой.
– Твои мальчики хотели обидеть мою… сестру, – ответил Алекс; он выступил вперед и закрыл собой Леону. – Сейчас твои мальчики отдыхают. Хочешь присоединиться к ним?
Леоне казалось, что еще немного, и она взорвется. Совсем недавно ей не хватило духу убить напавших на нее парней. Она ограничилась предупредительным выстрелом, и к чему это привело? Было бы глупостью совершить такую ошибку еще раз. Леона вытащила из-за пояса пистолет.
– Делаем так. – Алекс говорил едва слышно и по-прежнему стоял к ней спиной, загораживая Леону от безумца. – Я считаю до трех. На счет три ты бежишь вон к тому сараю, а я оборачиваюсь драконом. Надолго не смогу, но тут хватит и пары секунд.
– С ума сошел? – шепотом возмутилась Леона. – Опять останешься без одежды!
– Это сейчас не главное! – прошипел Алекс.
– Хватит шептаться! – Усатый перешел на крик. – Быстро идите ко мне и выкладывайте свое золото, не то пристрелю!
– Всё поняла? – снова заговорил Алекс. – К сараю на счет три, бегом. Раз…
Леона не стала дожидаться, когда он скажет «три». Взвела курок и вылетела из-за спины Алекса. Не было ни страха, ни сомнений. Она знала, что не промахнется – за последние несколько лет на уроках стрельбы ни разу не промахнулась, их с Марком учитель даже ставил ее брату в пример. А еще она знала, что от нее усатый атаки не ждет. Надо просто воспользоваться козырем.
Хозяин заметил движение и развернулся. Поздно – она выстрелила первой. Леона по-прежнему не хотела никого убивать, но это и не требовалось. Она понятия не имела, почему такая очевидная мысль не пришла ей в голову там, на сеновале. Чтобы остановить человека, его совсем не обязательно убивать.
Пуля попала ему в правую руку чуть ниже плеча – именно туда Леона и целилась. Усатый вскрикнул, а ружье упало на землю. Крестьянка вытаращила глаза и завизжала. Хозяин дома опустил голову, с недоумением посмотрел на расплывающееся красное пятно на рукаве, зажал рану ладонью и рухнул на колени.
Алекс перевел на Леону восхищенный и одновременно негодующий взгляд.
– Я же сказал бежать к сараю! – рыкнул он. – А ты просто!..
– Согласен! – пропищал гном. – Иногда эта девчонка просто невыносима!
Алекс махнул рукой, сорвался с места и бросился к усатому, который уже снова схватился за ружье; Леона охнула и побежала следом. К счастью, из-за раны их противник даже не успел прицелиться – Алекс добежал до него раньше и вырвал двустволку из рук.
Крестьянка встала на колени, закрыла лицо ладонями и притихла.
– Убьешь меня? – прохрипел усатый, зажимая рану ладонью.
– Может быть. – Алекс усмехнулся. – А может, не убью. Если твоя жена быстро принесет нам еды в дорогу, как мы договаривались. И, надеюсь, патроны у тебя есть?
Женщина оторвала руки от лица и вопросительно посмотрела на мужа.
– Нету патронов, клянусь, – забормотал тот. – Последние зарядил, хотел на днях в город ехать, покупать… – Он перевел взгляд на жену: – Чего ждешь, дура? Остальное неси, одна нога здесь, другая там!
Крестьянка подпрыгнула и через несколько секунд уже скрылась за дверью дома. Алекс отдал Леоне свернутое одеяло, а сам нацелил на усатого ружье.
– Ведь я предупреждал, что со мной надо играть честно, – сказал он.
– Сыновья мои как? – тихо спросил хозяин. – Живы?
– Да, – вместо Алекса ответила Леона. – Но лучше вам послать за лекарем.
– Не велика потеря, если помрут, – сквозь зубы процедил Алекс.
– Никто не будет плакать! – пропищал Рослик.
Жена усатого быстро вернулась; в руках у нее был большой холщовый мешок.
– Всё, что просили, благородный господин, – забормотала она. – Лепешки тут, хлеб, ветчина… И патроны вот, но всего пять штучек… больше в коробке не было…
– Идиотка! – прошипел ее муж.
– Отлично, – кивнул Алекс.
А потом вдруг направил ружье на усатого и выстрелил.
Крестьянка завыла и уронила мешок, усатый завыл вместе с ней и вцепился себе в левую ногу выше колена. Леона тоже вскрикнула, хоть и сразу поняла, что убивать этого типа Алекс не собирался.
– Чтобы не вздумал за нами бегать, – спокойно объяснил он, повесил на плечо двустволку, поднял мешок и добавил, глядя на Леону: – Нам пора.
Леона кивнула. Прямо сейчас ей хотелось только одного: поскорее уйти из этого места.
Глава 7. Воля
– Спасибо, – сказала Леона.
Они шли по пыльной проселочной дороге часа два с лишним. Справа и слева тянулись заросшие высокой травой луга. Леона молчала. Алекс тоже молчал, только иногда шипел себе под нос, наступив босой пяткой на что-нибудь острое.
– Ты насчет тех ублюдков? – спросил он.
– Да, – ответила Леона. – Я ведь тебя даже не поблагодарила… только сейчас поняла. Ты меня спас. Ты всё время меня спасаешь. Хотя совсем не обязан…
– Не обязан? Думаю, было бы странно стоять и смотреть, как какая-то скотина на моих глазах пытается изнасиловать девушку.
Он скрипнул зубами. Когда гном вдруг появился у него на плече, Алекс был перед домом, торговался с усатым насчет еды. «Беги на сеновал!» – пискнул гном и исчез, и в ту же секунду Алекс услышал крики. Он смутно помнил, как бежал по двору, как взлетел наверх по приставной лестнице. Зато зрелище, как мерзкая тварь навалилась на Леону, держит ее грязными лапами, присосалась к ней грязными губами… да, это он, к несчастью, запомнил хорошо.
Он тогда чуть насмерть не забил поганого ублюдка – и забил бы, конечно, если б не было дела поважнее. Леону трясло, она стучала зубами и, кажется, едва осознавала, что всё закончилось. А Алекс ее обнимал, дрожащими руками гладил по голове и успокаивал, заодно пытаясь успокоить самого себя. Повторяя, словно заклинание, что она не пострадала, что он прибежал вовремя, что ублюдок просто ничего не успел…
– Я хотела сказать… – Голос Леоны выдернул его из тошнотворных воспоминаний. – Хотела сказать… – тихо повторила она. – Я теперь понимаю… что без твоей помощи… в столицу не попаду.
– Понимаешь? – с недоверием переспросил он.
Это звучало так непохоже на всё, что она говорила ему раньше, на все эти «сама справлюсь», «смогу за себя постоять», «доберусь одна» – Алекс даже оторопел.
– Ой, наконец-то! – пропищал гном, высунувшись из кармана. – Наконец-то эта бестолочь начала хоть что-то понимать! Все-таки общение со мной на нее хорошо влияет.
Леона выглядела взволнованной и, кажется, не обратила внимание на мелкого грубияна; впрочем, Алексу тоже было не до него.
– Просто… еще недавно я думала: мне не нужна помощь, – отпустив голову, ответила она. – Но после того, что случилось сегодня утром… Кажется, мой дар только усиливается. А до Латариса далеко. Одна я… не справлюсь.
Алекс медленно кивнул, по-прежнему не зная, верить ли собственным ушам.
– Предлагаю мир, – улыбнулась Леона.
– Да мы вроде не ссорились, – улыбнулся он в ответ.
– Между прочим, я с тобой ссорилась! – Она ткнула в него указательным пальцем. – Ты меня похитил! Притащил неизвестно куда!
– Ты уже говорила. – Алекс вздохнул. – Но почему «неизвестно куда»? Это старая дорога. По ней мы доберемся в столицу точно так же, как добрались бы по Латарскому тракту.
– Да зачем надо было уходить с Латарского тракта? – воскликнула Леона.
– Ты предлагала мир, – напомнил Алекс и снова улыбнулся.
– Наверное, я поторопилась! – фыркнула она.
– Ну всё! Мне надоело! – заявил гном. – Вы так весь день можете! То мы поссорились, то мы помирились, то у нас лад, но у нас разлад! А кормить меня сегодня кто-нибудь собирается вообще?
– Это мысль, – сразу согласился Алекс; во-первых, он и сам давно проголодался, а во-вторых, ему уж точно не хотелось снова выяснять отношения. – Мы далеко отошли от той фермы. Ясно, что погони не будет. Давайте где-нибудь сядем и наконец позавтракаем.
***
Они устроились под тенистым деревом в стороне от дороги; постелили одеяло, сели друг напротив друга и выложили еду.
– Сыр, ветчина, лепешечки! – верещал Рослик, бегая туда-сюда по одеялу. – Ох, как же я это обожаю и люблю! Ну давайте, давайте, кормите меня скорей!
Леона отломила гному маленький кусок лепешки, отрезала немного сыра и ветчины, налила воды в крышку от фляги. Мелкий зануда занялся едой и наконец-то примолк.
Алекс тоже отрезал себе по куску ветчины и сыра, завернул всё в первую лепешку и проглотил, почти не жуя.
– У нас по-прежнему мало еды, – сказал он и потянулся за второй лепешкой.
– Да тебе всегда мало, – засмеялась Леона.
– На сегодня хватит, а может, и на завтра. – Алекс вздохнул. – Но скоро снова придется решать вопрос с едой.
– Ты не пробовал меньше есть? – с удивлением спросила Леона.
– Я же дракон. – Алекс закатил глаза. Потом, заметив, что она не понимает, объяснил: – Драконы едят много, потому что нам надо восстанавливать Ши.
– Что-что восстанавливать?
– Силу Ши. Силу дракона. Или внутренний огонь, энергию. Больше всего энергии тратится на истинный облик и на полет. Позавчера, как ты понимаешь, я потратился очень сильно. Буквально до нуля. Сейчас запасы уже восстанавливаются, но пока их не так много. Поэтому истинный облик я не принимаю – надо еще силы подкопить.
– А зачем же ты хотел обернуться, когда усатый…
– Затем, что в тот момент я не видел другого выхода. Кстати, почему ты не побежала к сараю, как я просил? Давай договоримся, что ты будешь слушаться меня в дальнейшем?
– Правильно! И меня! – поддакнул гном.
– Слушаться? – Леона прищурила глаза; на реплику Мелкого она, кажется, и внимания не обратила. – Вообще-то я помогла тебе сохранить эту твою Ши! И одежду!
– Угу, – сразу согласился Алекс. – И вот больше так не делай никогда.
Леона поджала губы и продемонстрировала ему свое возмущение. Алекс нахмурился. Вряд ли этот гневный взгляд можно истолковать как «да, конечно, теперь я всегда буду тебя слушаться». Чтобы не злиться, он взял еще одну лепешку.
– И сколько пройдет времени, пока ты восстанавливаешься? – снова спросила Леона.
Алекс прикинул внутренний резерв.
– Ну, еще дня два или три, если буду много есть и много спать.
– Много спать у тебя вряд ли получится. – Она покачала головой.
– Да, – кивнул он. – И много есть – тоже вряд ли.
Леона ничего не ответила. Алекс тоже промолчал. Ситуация была не самой приятной. Если бы ему не пришлось потратить силы на битву с троллем, он мог бы, наверное, долететь с Леоной почти до Латариса. Они бы уже сейчас были в столице и искали высшую придворную фею, вместо того чтобы гулять по полям и лугам, любуясь на сомнительной красоты сельские пейзажи.
– Словом, надолго оборачиваться я пока не могу, – добавил Алекс. – Поэтому план такой: мы продолжаем идти в столицу…
– Нет, ваш план – доставить меня в родной лес, – перебил его гном. – А дальше уж идите куда глаза глядят.
– Мелкий, помолчи. – Алекс поморщился. – Мы продолжаем идти в столицу – к сожалению, пешком. Но если повезет и я быстро восстановлюсь, можно будет пролететь оставшееся расстояние.
– Нет, – быстро ответила Леона. – Нет, нет и нет. Не хочу я с тобой летать. Нет!
– Ну во-о-от… – Алекс улыбнулся. – А я-то надеялся, что впечатлил тебя.
– Еще как впечатлил, – буркнула Леона.
– Даже меня впечатлил, – пискнул гном.
– Больше не хочется, – добавила она.
– Просто у тебя это первый раз, – сказал гном. – Первый раз сложно доставить девушке удовольствие, если вы понимаете, о чем я. Надо постараться. – Он перевел взгляд на Алекса и поиграл бровями: – Сдается мне, дракон, ты не постарался.