Пропавшая невеста некроманта
- -
- 100%
- +
Парни, понятливо хмыкнув, снова опустили глаза на свои столы.
– Шустрая ты! – похвалил меня профессор. – А жених случаем не из моих студентов?
– А кто же этого некроманта знает? – недоуменно пожала я плечами. – Я же с ним еще не разговаривала по душам. Я в процессе его охмурения. Только он какой-то неправильный. То совсем чарам не поддается, то в ванну ломится и проверяет на моих руках брачные плетения.
Профессор тихо засмеялся. Студенты снова оторвали взгляды от своих косточек и мяска и недоверчиво покосились на учителя.
– Смешная ты, ведьмочка, – проголосил лу Траап, – ну, показывай, чего ты там сварила нам.
Оценив по достоинству все мои бутылки с густым зеленым варевом, профессор сделал пометку в моем направлении о том, что отработку я прошла успешно. Но вот беда, ничего ожившего я ведь не нашла. А возвращаться к Сальвовски с пустыми руками себе дороже. Мало того, что в личные ученицы не возьмет, так еще и отругает за нерасторопность.
Нужно как-то выкручиваться.
– Профессор, – снова обратилась я к некроманту, – вот когда я еще на ваш факультет попаду! А можно мне осмотреться тут у вас, а то подруги спросят, что да как, а мне и рассказать нечего. Чем я хвастать буду?
Учитель недоверчиво сощурил глаза. Неужели догадывается, что неспроста меня сюда пригнали.
– И что посмотреть хочешь? – спросил он, вглядываясь в мое лицо.
– Не знаю, у нас рассказывают, что у вас по коридорам скелеты ожившие ходят и прочая нежить. Мол, лаборанты-мертвяки на кладбище найденные. И даже эти… – я шепнула негромко, – привидения водятся.
Некромант сокрушенно покачал головой.
– Не хочу тебя расстраивать, Амелия, но приведений нет, – уверенно заявил он.
Это как-то даже огорчило. В столовой некроманты любят байки травить про нежить. И призраком хвастали, мол, душу призвали, а она теперь уходить не хочет и слезно клянчит новое тело. Вот сказочники черно-балахонные. А мы уши развешиваем, и враки их слушаем. – И скелетов ходячих тоже нет? – расстроено спросила я.
– Есть один, могу показать, если правда интересно, – профессор рукой указал мне на дверь.
Подхватив свой плащ и сумку, в которую успела припрятать бутыль свежесвареного зелья, двинулась на выход. Из соседней двери в лабораторию прошмыгнул молодой лаборант вполне живенького вида и сел за учительский стол.
– Ну, пойдем в хранилище экспонаты смотреть, – обозначил путь профессор.
Я возбужденно подпрыгнула на месте и устремилась за мужчиной. Главное, припрятанной тарой в сумке не греметь.
Что я ожидала увидеть?
Ну, возможно стеллажи с чучелами или шкафчики со стеклянными дверцами, за которыми бы хранились скелеты да чудо-зверушки. Но все оказалось куда интереснее.
Экспонатов оказалось несколько. В комнате больше похожей на подсобное помещение за круглым столом рубились в карты трое – скелет, большой жирный черный кот с проплешиной на боку и дама вызывающего вида – явный мертвяк с пустой глазницей. Икнув, я уставилась на эту феерическую компанию. Те в свою очередь заинтересовано оглядели меня.
– Это кто? – шепнула я.
– Экспонаты, – гордо заявил профессор. – Амелия, позволь представить тебе Скальтофара!
Со своего стула поднялся скелет и галантно поклонился. Видимо, он слишком низко склонил голову, потому как черепушка с грохотом упала на пол и покатилась.
– Извиняйте, дама, – услышала я от нее. Обезглавленный скелет опустился на пол на четвереньки и быстренько отыскал свою важную деталь.
– Да, все забываю скрепить надежнее, – сокрушенно пожаловался, видимо на свою память, учитель. – А это Жиробас Мурлыкович, – теперь со стула спрыгнул кот. Кланяться он не стал. Нагло подойдя ко мне вплотную, бесцеремонно обнюхал мою сумку и покосился на меня чисто жалобным кошачьим взглядом. Еще бы, у меня же там целая бутылка зелья припрятана. А это для кота из рода нежить почти как валерьянка. Мертвяки вообще не могли отказать себе в таком лакомстве, как оживляющее зелье.
Одно время многие ведьмы, да и маги, пытались его варить, чтобы оживлять неупокоенных на погостах и в болотах. Но все оказалось тщетно, отвары были бесполезны, пригодны исключительно для кормления нежити. Только в руках некроманта жидкость начинала действовать. Так что оживить ведьмам, так никого не удалось, но зато на запах этого варева сбегались все местные мертвяки. Вот и сейчас кот явно учуял в моей сумке вкусняшку.
– Мурлыкович, веди себя прилично, – строго шикнул на животное профессор.
С затаенной обидой кот прошествовал на свое место.
– А это Элеонора, – дама, кокетливо стрельнув в профессора единственным глазом, приподнялась и склонила голову в знак приветствия.
– Профессор, а вы глаз вставить тоже забываете? – немного невежливо поинтересовалась я. – Нехорошо как-то, дама и вдруг такой досадный изъян во внешности. Непорядок!
Услышав мои слова, Элеонора с укором глянула на учителя лу Траапа.
– Вооот, – протянула она обвиняющее, – а вы говорите, что ничего страшного. Даже столь юная особа понимает, что это не прилично. Вы сознательно портите мою репутацию. Вставьте глаз немедленно!
Услышав требования, профессор резко подхватил меня под руку и потащил на выход.
– Конечно, Элеонора, – произнес он уже с порога, – я как раз работаю над этим. Вам же не подойдет, абы какой глаз?! К тому же, я не теряю надежды, что мы отыщем ваш. Ну не мог же он исчезнуть без следа.
Дама была готова ответить, но некромант резко захлопнул дверь.
– Это кто вообще был? – поинтересовалась я.
– Это учебные пособия на разные темы. Я как-то подзабыл, что они нуждаются в ремонте. Молодым учителям что ли дать задание их подлатать, а то, того и гляди, совсем разваляться. Ну, Амелия, что еще хочешь посмотреть?
– А что еще есть? – быстро откликнулась я.
– Да, пожалуй, только крематорий, где мы живой и мертвый материал утилизируем, – почесав затылок, сознался профессор.
– Крематорий! – воскликнула я, уловив упоминание о живой материи. – Никогда не видела настоящих крематориев. Интересно, а как они выглядят?
– Ну, пойдем, покажу, раз интересно, – видя мой энтузиазм, произнес пожилой некромант.
Еще бы мне было не интересно. Мой чуткий нос учуял наживу. Вот, где можно найти ожившую плоть. И главное, ее никто не хватится, если я сопру ее из мусорного контейнера.
Пока я мысленно потирала ручки, мы вошли в просторное помещение. В одном конце комнаты стояли четыре железных контейнера высотой примерно мне по грудь, а со второй стороны обнаружилась собственно каменная печь. Сейчас она не горела.
– А что вы сегодня ничего не сжигаете? – невинно хлопнув глазками, спросила я.
– Нет, утилизация будет послезавтра. Чего ради пары костей да миски мышц дрова переводить.
Ведьма внутри меня встрепенулась и алчно глянула на контейнеры полные вожделенного «добра». Дело осталось за малым – пробраться сюда незаметно и утащить трофеи.
Глава 5
Осуществить задуманное оказалось не так уж и просто. Тепло попрощавшись с профессором, я вышла из здания факультета некромантии, да так чтобы это видели все. Покрутившись в холле, я построила глазки местным студентам, отчего те поплыли и принялись бестолково мне лыбиться. Потом я полезла с разговорами к вахтерше…
В общем, свидетелей того, что я ушла с места будущего преступления, у меня хватало. Притаившись в густых кустах у самого входа, я принялась выжидать удобного момента, чтобы проскочить обратно.
Прошел час. Мои ноги изрядно покусали муравьи. Кожа зудела и нещадно чесалась. Но я стоически терпела и ждала.
Прошел еще один час. Мы подружились с муравьями, я подкинула к их муравейнику большой леденец и мгновенно стала для них желанным гостем. Мои ноги оставили в покое и позволили отсиживаться в зарослях.
Прошел третий час. Я сплела венок из веточек. Построила шалашик для муравьев и отдала еще один леденец.
Прошел четвертый час. Венков стало уже три. На бугорке муравейника красовался городок из шалашиков с забором и рвом, через который я протянула мостик.
Наконец, я заметила, как вахтерша покинула свой пост и отправилась в сторону столовой. Это был мой шанс. Выбравшись из своего тактического укрытия и быстро размяв затекшие ножки, я понеслась обратно в здание факультета некромантии, зажав в руках свое направление. Если поймают, включу провинциальную дурочку и сошлюсь на то, что забыла спросить, кому отдавать сие направление с автографом профессора лу Траапа.
Но мне повезло.
Пустой холл я миновала быстро. Слетая по лестнице в подвал, услышала разговор и приближающиеся шаги. Решение в голове созрело мгновенно, склонившись и осторожно поставив сумку на ступеньки, я принялась завязывать несуществующие шнурки на своих туфельках. В общем, залезла под подол балахона и изобразила бурную деятельность. Студенты прошли мимо меня, не обратив на мою персону внимания.
Пока все складывалось замечательно.
Спустившись в подвальное помещение, где располагались лаборатории, я крадучись пробралась к крематорию. Приоткрыв дверь, шмыгнула внутрь. Тут никого не оказалось. Удача! Отыскав глазами коморку со швабрами, которая обязана быть в любом учебном помещении, я залезла в нее, громыхая металлическими ведрами. К счастью, меня никто не услышал!
Первая часть моего плана сработала. Осталось подождать, пока закончатся занятия, и студенты с учителями разбредутся по общежитиям.
Прошел час. Стоять без дела мне надоело, и я принялась обшаривать крохотное помещение. Ничего, кроме старой тряпки и пары ведер, не обнаружила.
Прошел второй час. В коморку пробралась мелкая серая мышь. Чего мне стоило не заверещать и не выскочить наружу. Я, страдая от жуткого страха и брезгливости, косилась на мелкую пакостницу. Та, словно зная какой эффект произвела на меня, бегала вдоль стены и дергала хвостиком.
Прошел третий час. Мы с мышкой неплохо поладили. Я отдала ей кусочек хлеба, что был в моей сумке, и теперь тихо жаловалась ей на жизнь. Грызун хомячил хлеб и внимательно слушал. В помещение крематория пару раз входили. Я слышала, как гремят крышки металлических бачков. Видимо, это уже мне «вкусняшек» ссыпали.
В здании стало совсем тихо. Попрощавшись с мышкой и дав ей еще кусочек засохшей печенюшки, которую я нашла в кармане, я выбралась из своего укрытия. Осторожно подойдя к контейнерам, распахнула один из них. Мда…
Вонь из него исходила, я вам скажу…
Но делать нечего. Склонившись над красным месивом, я пыталась высмотреть хоть что-то, по определению подходящее под «живое», но ничего не выходило. Покрутившись, я открыла второй контейнер. То же самое. Куча мышц, костей и странных мерзких красных сгустков и ничего «живого». Только режущая глаза вонь!
Печалька!
Нависнув над контейнером, аки коршун над падалью, я усиленно соображала, что делать. Ну не руками же все это разгребать. Из кладовки, в которой я укрывалась, выскочила мышка и с печенюхой в зубах побежала вдоль стенки.
А это идея…
Схватив сумку, я вынула из нее честно украденный бутыль с оживляющим зельем. А чего? Я что зря два часа над котлом пыхтела. Это процент от работы. Все честно. Откупорив крышку бутыля, я вылила немножко зелья прямо в центр одного из контейнеров. Первые несколько секунд ничего не происходило. Я терпеливо ждала в надежде, что «живое» польстится на угощения.
Расчет оказался верным!
В правом углу что-то зашевелилось, и показался пальчик, судя по всему – мизинчик. Опешив, я не сразу сообразила, что это и есть моя добыча. А между тем живчик, ползком изгибаясь в фалангах, усиленно полз к угощению. Мне стало совсем дурно. И как теперь вот это ловить и, главное, куда сажать?
Пораскинув мыслями, я полезла в сумку, в конце-то концов, она же у меня женская, а значит, там есть все: от румян до смертельного яда. Зарывшись в нее с головой, я принялась перетряхивать содержимое из одного угла в другой, как вдруг на глаза мне попался холщевый мешочек для трав. Я его прихватила, чтобы ингредиенты утаскивать из лаборатории. Но я все, что можно, уже уволокла, а этот мешочек, видимо, лишним оказался.
Вот и пригодился, родненький мой!
Вынув находку, я плотоядно глянула на мизинчик, который уже крутился в центре контейнера, вымазываясь в зелье. Прикасаться к нему ну очень не желалось и не хотелось. Поморщившись, все же решилась поднести ладонь к мизинчику и замерла, не в силах себя перебороть.
Гадость! Гадость! И еще раз гадость! Короче, трижды гадость!
Готовая взвыть, я от злости на себя сжала кулаки и потрясла ими в воздухе.
– Так, Амелия, соберись! Это просто пальчик, – успокаивала я себя. – Ну, посмотри, какой он миленький и маленький. Возьми салфеточку и осторожно положи его в мешочек.
И тут же мой внутренний голос завопил о том, что это неприемлемо. Но я постаралась его не слушать. Вынув из сумки тонкую бумажную салфеточку, я снова покосилась на свою «жертву». Мизинчик, ни о чем не подозревая, весело резвился в зелье.
Фиии…
– Надо, Амелия, надо, – сурово выговорила я, – это жертва ради ведьминской науки. Ты просто обязана поймать этот палец.
Зажмурившись, я быстро схватила скользкую жертву салфеткой и сунула ее в мешок. Ура! Я это сделала.
Я молодец! Я самая большая молодец!
Бееее… Гадость! Мерзость…!
Закрывая крышку контейнера, я вдруг заметила, что в уголке копошится еще что-то. Вглядевшись, вдруг поняла, что и меня внимательно рассматривают.
Глаз!
Мамочки…! Меня сейчас вырвет. Сглотнув подступивший ком к горлу, я на пережитых и еще не отпустивших меня эмоциях схватила его салфеткой и сунула к пальцу в мешок. А вот после этого тихо завизжала, и, топая ногами, принялась оттирать пальцы от невидимой грязи об подол балахона. На что только не пойдешь, ради хорошей дипломной работы. Еще раз сглотнув очередной подступивший к горлу комок, я скользнула к выходу из крематория.
Немного отдышавшись, привела свои мысли в порядок. Так нужную ожившую плоть я достала. Фиии…! Теперь нужно как-то выбраться отсюда. Для меня существовало два варианта: либо ночевать здесь в подсобке с уже знакомой мышью, либо пробираться наружу. Покосившись на коморку, мысленно застонала. Спать там невозможно. Да и запах тут убийственный. Нужно попытаться вырваться из здания. Приложив ухо к двери, я вслушалась в то, что происходило снаружи.
Было тихо.
Приоткрыв дверь, я выглянула. Коридор оказался пуст. Взвалив сумку с ценным содержимым на плечо, скользнула в сторону лестницы, ведущей из подвала на первый этаж в холл.
У меня почти получилось. Уже поставив ногу на ступеньку, я услышала за спиной подозрительный скрип. Зажмурившись, оглянулась. Позади меня со зверскими рожами стояли «экспонаты» всей дружной троицей.
– Еще раз, здрасте! – выдавила я из себя.
– И тебе, ведьма, не хворать! – промяукал кот, и пристально уставился на мою сумку. Чует зелье, блохастый. Хотя какие блохи на нежити?!
– А чего вы тут так поздно делаете? – подозрительно поинтересовалась я.
Я любую реакцию ожидала, но только не то, что троица начнет виновато переминаться с ноги на ногу. Ясно, они, как и я, похоже на деле!
– Выбраться из здания сейчас можно так, чтобы не засек никто? – прямо не таясь, спросила я.
Ответом мне было молчание. Только Скальтофар отрицательно покачал черепушкой. Вот засада. И как теперь быть, неужто придется здесь ночевать, чтобы завтра поутру, слившись с толпой студентов, выскочить наружу.
– Ну, а схорониться где-нибудь можно? – обреченно пробормотала я.
Кот еще раз стрельнул взглядом на мою сумку. Хмыкнув, я раскрыла ее и вынула бутыль. Потрясла им в воздухе и предложила выгодную для меня сделку:
– Предлагаю половину этого бутыля за то, что вы поможете мне сбежать отсюда, – объявила я.
Скелет радостно закивал и в предвкушении сплел фаланги пальчиков. Элеонора в задумчивости прикусила губу, а вот кот нагло потянул носом и промяукал.
– Весь бутыль и не меньше!
Я серьезно глянула на торгаша:
– А морда у вас, пушистейший, не треснет?! Пол бутыля и ни капли больше, – повторила я условия сделки, а потом, вспомнив еще кое о чем, спешно добавила, – и глаз даю в придачу. Качественный, свежий и живой!
– Согласны, – оживилась Элеонора. Кот остался в меньшинстве. А значит, победа за мной.
– Пройдемте с нами, уважаемая ведьма, – предельно вежливо щелкая челюстью, пригласил меня скелет Скальтофар. Зеленый огонек, горящий в его глазницах, пылал при виде моего зелья. Не кормят их тут, что ли?
Наш разговор был прерван подозрительным покашливанием сверху. Вцепившись когтями в мой подол, кот потащил меня куда-то обратно вглубь подвального помещения. Заскочив в одну из комнат, в ту самую, что я посещала днем с профессором, чтобы поглазеть на экспонаты, мы захлопнули дверь. Вовремя. В коридоре раздались шаги.
Ух,… не попались…
– А чего вы делали там? – снова подозрительно спросила я, услышав такой же вздох облегчения от Мурлыковича.
– Известно, что, – как можно более беспечно ответил кот, – пропитание искали!
– Ааа… – поняла я, наконец, – зелье хотели утянуть.
У всех троих снова нарисовалось на лицах выражение крайней виноватости.
– Ну, мы…это… – промямлил Скальтофар.
– Нормально, – похвалила я «экспонатов». – Кстати, а почему вы собственно «экспонаты»?
Тяжело вздохнув, троица дошаркала до стола и расселась по стульям. Вид у них был какой-то пришибленный. Во мне шевельнулось сострадание, не хорошо это как-то. Нежить или нет, а чувства у этих ребят есть однозначно.
Я прошествовала за ними, взяла свободный стул, стоящий у стены, и скомандовала:
– Рассказывайте, будем думать, как ваши проблемы решить. Ведьма я или нет!
– Да чего тут рассказывать, – тихо выдохнула Элеонора. – Раньше нас много было. Мы – учебные пособия. Я вот, например, помогала вести практику по созданию разумной нежити человеческого вида. Жиробас Мурлыкович – пособие по домашним животным. Ну а Скальтофар…
– Пособие по строению скелета человека, – перебила я Элеонору.
– Да. Мы здесь работали долгое время, а потом появились иллюзионисты и провели инновационные реформы. Мы стали не нужны. Нас бы в крематорий отправили, но вмешался молодой учитель соф Валлари да уберег. Он иногда нас подкармливает. Но этого не хватает, мы потихоньку разваливаемся. Сама видишь. Недолго нам осталось.
В комнате воцарилась тишина. Мне стало действительно жалко этих ребят. В чем их вина? Что пришел прогресс? Неужто нельзя было найти им достойное применение. Так не должно быть. Это жестоко.
Вынув из сумки зелье, я поставила перед ними. Достала и холщовый мешочек, раскрыв его, протянула Элеоноре.
– Там глаз, – негромко шепнула женщине.
Заглянув, она извлекла халявный орган зрения и, прикрывшись рукой, быстро вставила его в глазницу. Вошел, как родной. Теперь Элеонора смотрела на меня обоими глазами. Правда, один был голубым, а второй зеленый. Но все равно, выглядело неплохо.
– А если вам сбежать? – внесла предложение я.
– Куда? – промурлыкал кот. – Помрем же без зелья совсем. А так хоть изредка, но кормят.
– Значит, нужно придумать что-то, чтобы кормили чаще, – обозначила я свою мысль.
– А может, ведьма, ты нам зелье варить будешь? – Скальтофар заискивающе на меня глянул.
– Сварить-то сварю, но не надежно все это. Нужно, чтобы у вас официальный статус был, чтобы нуждались в вас. Тут покумекать нужно, – протянула я, призадумавшись.
Пока я гипнотизировала взглядом нежить, котик, по-быстрому, смотался к низкому ветхому шкафчику и вынул четыре стаканчика. Потом как-то оценивающе прошелся по мне сосредоточенным взглядом зеленых очей и один стакан убрал обратно. Вернувшись, он откупорил бутылочку и принюхался. На лице пушистой нежити расплылась довольная улыбочка. И неправда, что говорят, что у животных не развита мимика. Вот конкретно сейчас данный котяра размером со сторожевую собаку улыбался.
– Да разливай уже, – в нетерпении воскликнул Скальтофар, – чего томишь. Дегустировать будем. Авторского нам еще не давали. Таскаем бутылочки, по-тихому, у преподавателей из шкафчиков с пометкой неудачный рецепт. Нет-нет, да и попадется достойное зелье.
И тут меня осенило…
– Голубчики мои, придумала! – воскликнула я, – Будете работать официальными дегустаторами. Ваша задача: попробовать и вынести вердикт – хорошее зелье или нет.
– Да кто же нам даст-то лапы в их бутыли запустить, – пробурчал кот.
– Об этом я позабочусь, – заверила нежить я, – а пока буду сама зелье вам варить в свободное время. Не помрете!
Последующие несколько часов мы ожесточенно резались в карты. Мои партнеры оказались теми еще шулерами, и ближе к глубокой ночи я проигралась на желания и оказалась должна аж двенадцать бутылей с зельем. Надо ли говорить, что та бутылка, что была у меня, закончилась еще во время девятой партии.
Но всему хорошему и веселому всегда приходит конец, это неприятности, как правило, нескончаемые.
Отложив картишки, мы решили послать кота на разведку. Приоткрыв дверь, мы выпустили Мурлыковича в коридор. Шустро добежав до лестницы, он скрылся из виду. Несколько минут ничего не происходило. Потом из-за угла появился пушистый хвост и поманил нас к себе.
На цыпочках, практически не дыша, мы двинулась за нашим проводником. Миновав ступеньки, дружной компанией выглянули в холл. За стойкой у входа дремала престарелая вахтерша. Более тут не наблюдалось ни души.
Ободрительно похлопав по моему плечу, нежить отправила меня вперед. Я сделала несколько шагов, как вдруг под ногой скрипнула половица. Вахтерша храпнула, но глаз не открыла. Переведя дух, я сделала еще пару шагов. Снова на весь холл раздался скрип. Женщина пошевелилась, а я ничего не придумала умнее, как повалиться на живот у самой ее стойки.
– Кто здесь? – послышалось из-за стола.
Я замерла. Умом понимала, что меня не видно, но все же. Пролежав на животе еще с минуту, я оглянулась на лестницу, ведущую в подвал в лаборатории. Мои новые друзья все так же высовывались притаившись. Скелет махнул мне рукой, указывая на выход, и я поползла.
Слава великому учителю физической подготовки Хамарии Шарапа! Вечная слава!
Вот теперь я поняла, зачем нас ведьмочек заставляют бегать, прыгать и отжиматься. Оказывается, это такие важные и просто жизненно необходимые навыки. Ползя бесшумно словно рысь, я таки добралась до входной двери. Повернувшись, на прощание помахала троице, которую уже зачислила в список «своих».
Приоткрыв дверь, я ползком выбралась наружу, чтобы спустя мгновение упереться носом в черные начищенные мужские ботинки.
Вот засада!
Глава 6
– Студентка соф Аклаеф, какая приятная, а главное, неожиданная встреча, – как гром среди ясного неба донеслось сверху. Хозяин туфлей обошел меня по кругу, а я боялась даже голову приподнять. Ну, вот почему мне так не везет?
– Я смотрю, это становится традицией. Я стою, вы у моих ног!
«Да чтоб тебя пучило три дня, Рэиф соф Валлари» – пронеслось в моей голове проклятье, правда озвучить я его не рискнула.
Нужно было подсобраться и что-то придумать. О, Всесильные, да что тут придумаешь?! Студентка факультета «Знахарства и травниц» на карачках выползает из здания факультета «Некромантии»… Ну, и какие идеи? Полы зашла подолом помыть?! По нему соскучилась?!
– Что же вы молчите, красавица моя?! Уж вставайте, порадуйте меня взглядом ваших прекрасных серых как грозовое небо очей!
О, и когда это он успел очи мои рассмотреть! А как приятно! Значит, все же обращал на меня внимание, раз цвет глаз запомнил. В моей душе шевельнулась романтично настроенная влюбленная ведьма и томно с придыханием вздохнула.
– Амелия, может, хватит на сырой земле лежать. Видом сверху я уже насладился, можете подниматься и начинать передо мной изворачиваться, объясняя, что вы тут делаете! – строго рявкнул профессор.
Влюбленная ведьма, что внутри меня вздыхала, сплюнула и упала в обморок, оставляя тет-а-тет с сердитым учителем циничную меня. Собравшись с духом и приготовившись к бою не на жизнь, а на уворованный «живой» палец, я наконец-то встала с колен. Хорошо, что бутыли с зельем при мне нет, а то такой компромат был бы.
– Я жду, Амелия! Что ты тут делала так поздно? Почему в такой позе?
– Гуляла, – буркнула я.
Ну, а что я еще скажу? Грабила я ваши мусорные баки, господин профессор! Играла с вашими умертвиями в карты и угощала их зельем, сваренным по авторскому рецепту. Так что ли? Уууу… ну, как же я так влипла.
Профессор снова обошел меня по кругу и заглянул в холл здания.
– Я смотрю госпожа лу Дли крепко спит. Уж не ее ли вы так боялись разбудить, что крались ползком, – сделал правильные выводы некромант. – Да не молчи уже, Амелия. Рассказывай!
– А я вас искала, профессор соф Валлари, – неожиданно даже для себя выдохнула я. – Соскучилась!