- -
- 100%
- +
Глава 1. Буцефал
Расул.
Скачущая аллюром лошадь с всадницей, одетой в стиле кэжуал, пронеслась мимо загона, подняв облачко пыли, приминая едва пробившийся с приходом весны дёрн. Мелькнул рыжий круп, кустистый чёрный хвост кобылы, изобразив дугу, махнул напоследок, исчезая вместе с наездницей за стенами здания клуба конных прогулок. Я засмотрелся на грацию и тандем этой пары.
«Буцефал» — клуб конного спорта — принадлежал моему брату, и я, как и полагается родственнику, являлся частым гостем в клубе, если выдавался промежуток между соревнованиями и тренировками.
В долине Карачаево-Черкесских холмов, бесконечно зеленых пастбищ, размытых оврагов и мелких речушек десяток лет назад пробился из недр земли источник. Поначалу лужа, заросшая рогозом и камышом, лишь издавала неприятный запах и рыжевато-серой окраской отталкивала пастухов. Но, изучив содержимое этой лужи в лаборатории, поняли, что здесь бьёт новый сероводородный источник. Сейчас это место превратилось в шикарный оздоровительный центр с горячим бассейном, площадкой для маленьких домиков и барбекю. Чуть поодаль выстроена конюшня и открытый загон для животных. Любители покататься на лошади могли взять в прокат покладистое животное.е. Также профессионалы арендовали стойла для своих любимец.
Я вышел немного размять мышцы: заготовить дров для углей. И пока методично колол поленья, прокручивал образ девчушки, оседлавшей нашу Конику, чем-то она меня зацепила. Пока отлучался утолить жажду, они вернулись, и сейчас юная наездница гнедой лошади стояла возле столба коновязи, кормила свою питомицу кусочками овощей, поглаживала ее гриву, подрагивающую после бега холку и что-то тихо говорила. Ласково, заботливо.
Мне, бывалому спортсмену, а ныне тренеру восточных единоборств, привыкшему к грубой стихии, поведение девушки неожиданно умилило, расшевелив скрытую нежность и тоску. Я отряхнул наваждение. Женский пол меня не сильно привлекал, период взрыва тестостерона давно пережил, достаточно утолив и разнообразив. А сейчас однотипные по содержанию и внешне будто клонированные девушки или рожденные от одних генных наборов вообще отбивали охоту заводить серьёзные отношения. Научившись сублимировать сексуальные желания, упростил себе жизнь, не ища и не поддаваясь флюидам обладательниц зеркала Венеры*.
Стоял на крыльце патио и, попивая чай, наблюдал за незнакомкой, такой естественной и сродненной с ландшафтом; понял, что та пытается снять самостоятельно седло. Но небольшой рост и элементарная нехватка силы затрудняли действие. Я дернулся, ноги сами понесли меня к загону. Воспитанный мальчик во мне ожил и спешил на помощь.
- Позвольте Вам помочь? – перехватывая из ее тонких ладоней упряжь, предложил я свою помощь.
При этом мои ладони ухватили ее, заперев с тыльной стороны и прижимая к седловине.
- Ой! - она вздрогнула, застыла, и резко обернулась. - Вы меня напугали! Нельзя так подходить к людям.
Попыталась вырвать мелкие ладошки из моих грубых натруженных рук, а я залип на ее серо-голубых глазах, испуг в которых резко сменился негодованием. Наконец отпустил и отошел на шаг. Молнией пробило грудь, кожу, что касалась девчонки, покалывало. Я сжал кулаки.
- Извини, - обнаглел я до “ты”. - Хотел лишь помочь, негоже хрупкой девушке тяжести тащить. Да и вообще, - разозлился я и повертел головой по сторонам в поисках конюха, - где следящий за лошадьми, почему сама тянешь седловину?
Вновь обратил пристальный взгляд на девчушку.
- Я сама хотела облегчить ей ношу, а Ибрагим уехал в Черкесск. Другого грума я не знаю, - и засмущалась, отходя от меня и прячась за голову лошади.
Гнедая прядала ушами и фыркала, как будто защищая наездницу.
Девушка выглядела лет на восемнадцать от силы, старшеклассницей. Тоненькая фигурка. Курточка до талии, облепленная тканью хлопковых брюк попа. На голове серая шапочка в крупную вязку. Цвет волос не распознать, а мне вдруг захотелось дополнить образ и сорвать головной убор. О чем я думаю, великовозрастный мужик, глядя на эту малышку, совсем с катушек слетел! Видимо, из-за долгого отсутствия женщины. Хотя она вызывала совсем не похоть, а желание заботиться, лелеять. Такое чувство пронзило впервые, но сравнить ее с младшей сестренкой не смог: что-то новое, не пережитое ранее ощущение.
- Ты часто здесь бываешь?
- Только второй раз. Очень люблю животных. В детстве ездила даже без седла. Бабушка живет в поселке Ставропольского края.
Я кивнул головой, принимая информацию. Не знал, что еще спросить, хотя хотелось продлить общение с этой невинной девочкой. Прокашлялся.
- Ты обедала? Замерзла?
- Да, немного. Сыростно сегодня, солнышка нет, - и в подтверждение обхватила себя руками.
В этом году запоздалая весна и март выдался нетипичным для предгорья Кавказа.
- Тогда идем, отведаем национальных блюд. Только лошадку твою расседлаю и в загоне закрою.
Пока заботился о животном, девушка стояла в сторонке, следя за моими движениями, но скорее не наблюдая за мной, а за тем с какой ответственностью я выполняю работу. Про себя усмехнулся: не доверяла мне!
Зеркало Венеры* - символ, означает женский пол и женский гендер, планету Венеру.
Глава 2. Побег.
Расул.
Кафе при термальном комплексе располагалось в зале, где находился главный бассейн. Я мог бы попросить двоюродного брата накрыть в зале для своих, но боялся напугать незнакомку. Поэтому пригласив в самый угол у панорамного окна, оставил дожидаться.
- Что ты хочешь?
- На Ваш выбор. Хычины люблю и чай из трав.
- Я понял. Сейчас все организую, - и чуть не бежал за блюдом.
- Мариэлла, мне самые горячие четыре хычина, чайник зеленого чая из трав и две порции шашлыка. Из баранины есть? – перевалился через барную стойку к продавщице.
- Расул! Что за спешка? Нагулял аппетит? – при этом кокетничая и выставляя свой четвертый размер, намекала она на аппетит иного рода.
Я поморщился от явного предложения. Сейчас, когда меня ждала другая, даже ощутил неприязнь. Проигнорировал.
- Давай поспеши, мне девушку надо отогреть, - и обернулся назад, показывая ей свою компаньонку.
- Хм, отогреть, странный способ ты выбрал, Расул, - ехидничала продавец. – Или боишься ее трогать из-за возраста? Она же дитя еще.
Я обернулся еще раз, своими глазами подтвердить слова своей знакомой. А “дитя”, сняв курточку и шапку, подперев кулачком подбородок смотрела в экран смартфона, то и дело водя пальчиком по экрану. Волосы распались длинным каскадом на одну сторону, обернув шею, словно лисьим воротником. Я сглотнул. Стряхнув наваждение, довольно грубо ускорил действия Мариэллы.
Поставил поднос с готовыми блюдами на столик, чем слегка напугал увлеченную девушку. Она встрепенулась и поспешила мне на помощь.
- Ой, простите, увлеклась, - закинув телефон в карман куртки поспешила расставить тарелки и приборы.
- Ммм, шашлык? А, ну да, какой мужчина откажется от мяса.
- Ты разве не ешь мясо?
- Ем. Но всего понемногу. С овощами вкупе. А хычины с чем? – и потянула носом дымящиеся, обильно смазанные поджаристые половинки.
- Сыр с зеленью и мясная начинка. Я на тебя шашлык тоже взял.
Заметив как она напряглась, понял, что ее что-то тронуло.
- Я угощаю, и не спорь. Сам ведь предложил пообедать, - сел напротив собеседницы.
Визави поджала губы, как бы размышляя принимать ли оплаченный мною обед, кивнула, соглашаясь.
- Спасибо, Вам, - и принялась макать сырную лепешку в сметанный соус.
Это ее обращение на “Вы” коробило. Да, мы не знакомы и я ее старше на десяток лет, но не старец же седобородый. Тут я не выдержал.
- Давай на “ты”. И уже познакомимся. Меня зовут Расул.
- Аглая, - и вскинула взгляд.
Байкальская синева глаз поглотила меня, зачерпнула своей водной стихией и потянула ко дну. Я опустил взгляд в свою тарелку, боясь открыть свой интерес к маленькой.
- Аглая, - попробовал на вкус имя. – Аглая - необычное имя, ни разу не слышал в реальной жизни. Разве что актриса Аглая Тарасова.
Она улыбнулась.
- Греческое. В мифологии одна из дочерей Зевса. Да, редкое. Мама моя оригиналка та еще. Но и твое не избитое: Расул, надеюсь, не Гамзатов?
И мы оба рассмеялись.
- Не, к известному прозаику не имею отношения, но имею дагестанские корни. Валиев, моя фамилия, - зачем-то уточнил.
Аглая вскинула в удивлении брови.
- Да? А внешне не похож, - и стала пристальнее разглядывать мои черты.
Я понимал ее удивление. Шатен, с рыжеватым отливом, светло-карие глаза, кожа легкого загара. Все эти черты достались от русской матери. И даже характер сдержанный. Отец, типичный кавказец, сетовал на внутренние черты, хотя и замирал, глядя на меня, влюбленный в мать до безумия, до жуткой ревности. Он и любил меня сильнее, чем брата, я это чувствовал.
- Что так удивляет? Я только наполовину.
- А, тогда понятно.
- Тебе сколько лет, можно узнать?
- Боишься, что нет восемнадцати? - она даже кокетничала.
- Боюсь, но ты же подрастешь, - я улыбнулся, намекая на дальнейшие отношения.
- Мне уже исполнилось двадцать один, - гордо преподнесла Аглая.
Я важно кивнул.
- А с виду школьница, последний класс.
- Ага, многие так думают. Спиртное никогда не продают, - обиженно констатировала.
Я рассмеялся. Про мой возраст она не спросила, и так видно разницу: мои габариты, короткая бородка, накаченный каркас и бывалый взгляд.
- Ну как лепешки? И почему не съела ни кусочка шашлыка?! – я строго посмотрел на нее.
- Не хочу.
Но при этом, я думаю, испытывала неловкость, не желала быть обязанной.
- А придется! – игнорируя протест, положил три сочных кусочка. – Даже не думай противиться, не отпущу пока тарелка не станет пустой.
Сказал и задумался: вообще не хочу ее отпускать. Но навязывать себя боялся. Боялся, что отвергнет и я развалюсь на куски как керамическая амфора.
Она скушала два и откинулась на спинку стула.
- Все! Не могу больше. Растолстею за сегодняшний обед.
- Да куда тебе? Такая хрупкая, тебя кормить и кормить, - запнулся и выразительно посмотрел на ее маленькую грудь, задержавшись на ней взглядом. Тяжело выдохнул. Здесь в тепле кафе, сытый и расслабленный понял, что хочу с ней чего-то большего. Инстинктивно потянулся через стол, хватая за запястье, не сильно, но давая понять о своих намерениях сблизиться. Аглая резко изменилась в лице, вырвала ладонь и вскочила со стула.
- Расул, не трогайте меня, - схватила куртку и стала поспешно натягивать.
Я оторопел. С чего вдруг такая реакция.
- Прости, я не хотел тебя напугать, - и подняв ладони вверх, показывая, что не опасен.
Аглая, игнорируя мои извинения, набирала номер. Послышались гудки, подняли трубку.
- Да, папа, ты где? – выслушала говорившего. - Да, уже освободилась, жду. Отключилась и сжала телефон, на меня не смотрит.
Да что же это такое?! Где и в какой момент я накосячил? Что не так-то? Я тоже встал из-за стола.
- Аглая, - начал осторожно. – Что я сделал не так или сказал? Объясни?
- Ничего. Ты не виноват. Это я.
- Что ты?!
- Не спрашивай. Спасибо за угощение, - и начала двигаться к выходу.
Я не мог вынести ее побег, вот так, не поняв причин происходящего. На выходе из зоны питания, перекрыл проход, вскинув руку, оперся ею в стену. Она едва не врезалась в нее лбом. Отстранилась и испуганно подняла взгляд, сцепила челюсть, борясь с эмоциями. Куртка распахнута, маленькая грудь вздымается, как у голубки. Мнет шапку в руках, волнуется. А я, никогда не применявший насилия относительно женского пола, в эту минуту ощущал себя дикарем, монстром и не понимал почему так себя веду. Я просто не желал ее отпускать, не узнав ближе. А узнать ближе дико хотел. До боли в грудной клетке. Спас ситуацию звонок. Я отрезвился. Опустил руку и отошел, освобождая проход. Она, ответив абоненту, отключилась и прошмыгнула в арку.
- Аглая, не убегай. Скажи, как с тобою встретится? Ты мне понравилась. Прости, если напугал тебя, - я шел за ней следом, пытаясь достучаться до чувствующей страх незнакомки.
Но она не оборачивалась до самого выхода, затормозив у порога, повернулась, строго посмотрев. Взгляд обрел уверенность:
- Не ищи меня, не трать время.
И опустила взгляд.
А мне показалась там боль, сожаление. Отвернулась и вышла за пределы здания, сбежала по ступеням, развевая неприкрытые волосы, подбежала к машине и забралась внутрь. Я только и успел выхватить марку машины и госномер: серебристый “Рено Флюенс“ 343 АБ 26. Проводив убегающий транспорт за поворот, достал телефон и внес увиденный номер в заметки. Хотя уверен, что запомню его навсегда.
Вернулся в здание, ощущал всеми фибрами как на меня смотрят служащие кафе и пара посетителей, что сидели за столиком рядом, ставшие свидетелями разыгравшейся сцены. Мариэлла, словно Эрида – богиня хаоса и раздора, прожигала меня взглядом, не желая принимать проигрыш за мое тело и душу. Я никогда не давал ей надежд на большее, но девушка всеми способами пыталась изменить мое отношение.
- Молчи, - приказал я ей, бросив на ходу, и поспешил мимо в комнату администратора, к брату.
Глава 3. Поиски.
Расул.
Первое что сделал, поинтересовался у брата про девушку.
- Амир, скажи, у тебя есть журнал учета посетителей конных прогулок?
- Странная просьба, брат. Думаешь, мой администратор меня надувает?
Я скривил рот и помотал головой.
- Совсем не с этой целью интерес. Мне надо посмотреть список арендаторов за сегодня, - внутри начался чёс от предвкушения узнать об Аглае больше.
- Зачем тебе? – родственник недоумевал.
- Личное, - я ни с кем не желал говорить о ней.
- Ну ладно. Пойдем, покажу, - и, встав из-за стола, повел в соседний кабинет.
Я пролистал терпеливо странички учетной книги, дошёл до конца, вернулся к началу даты и тщательно отследил каждую строчку в надежде найти имя той, что меня взволновала. Но сколько не смотрел, не находил. Она могла обмануть, хотя казалось искренней, бесхитростной. Да и был ли смысл мне врать?
- У вас заказывают заранее или спонтанно? Может быть так, что не записали клиента? – я требовал у Амира точности в работе.
- По-разному. Но для своего же учета стараемся вносить каждого. Ты скажи кого ищешь-то? – кузен уже начал беспокоится, не понимая моей цели.
- Девушку! Одну!
- Хм, ну надеюсь одну, а не двоих разом, - ухмыльнулся брат.
- Вот слушай, а давай без шуток сейчас. Я серьезно.
Тот почесал затылок, начиная догонять.
- Не нашел? Так? Ну там могли заказать от другого имени, ты не подумал? Некоторые дарят подарки своим близким: сертификат на посещение.
Точно, не подумал.
- А сертификаты вы оставляете? – воодушевился я.
Амир позвал администратора по телефону. Тот не замедлил явится. Расспросили про девушку. Он нашел подарочную именную карточку. Их долго не держали, лишь подсчитывали количество использованных сертификатов и насколько популярен был этот вариант подарка. Я схватил небольшой веер из картонок с логотипом клуба и лихорадочно стал искать ее имя. У кого-то прописаны были полностью инициалы, с датой дарения или днем посещения, пожеланиями. Я уже думал не встречу нужное имя, чужеродные инициалы раздражали мою терпеливость и взор и на самой последней вдруг нашёл:
“Аглае Коот в день рождения.
Порадуй себя и лошадку,
С любовью Р.Б
07.03.2021г.“
Значит, она существовала. И даже фамилия, хотя и необычная. Дата дня рождения или дарения. Прочитав предпоследнюю строку, закрыл глаза. Неужели у нее есть парень и это от него подарок? Тогда это объясняло ее нежелание со мною сближаться и конфузность от трапезы за мой счет. Но почему-то сердце не верило, не желало принимать сей факт. Я сжал сертификат в кулаке, не желая расставаться, держа частичку Аглаи, картонку, что лежала в ее руках. Кажется, она пахла ею, или у меня галлюцинации. Пробудил меня голос брата.
- Ну, нашел?
- Да. Правда еще не знаю, что буду делать с находкой и вообще стоит ли.
На меня смотрели четыре глаза и ничего не понимали. Я сам не понимал себя. Но девушка проникла в сознание. А я привык расставлять по местам события и желания, решать ребусы - мой стиль. Махнув на прощание, выскочил из помещения во двор проветрить мысли, остудить разум. У меня была крошечная информация. И я начал искать ее по социальным сетям. Еще оставался вариант с номером авто, но этим займусь позже, в крайнем случае.
***
Несколько дней лопатил тысячи аккаунтов пользователей социальных сетей. С ее инициалами выходило не так много личностей. В какой-то момент казалось, нашел похожую девушку, но рассмотрев фото вблизи, понял, что ошибся. Возможно “Коот” – ее псевдоним, тогда все предпринятое заводило в тупик.
Я попросил друга из ГИБДД пробить номер машины, но и это ничего не дало. Машина закреплена за организацией, на некого ИП. И в этом направлении я не стал работать, дабы уж совсем не безумствовать и не преследовать чужих людей своими бредовыми идеями. Аглая стала моим наваждением, моей одержимостью. Я должен был ее найти и понять причину меня отвергнуть. В том, что понравился ей, не сомневался.
- Аглая! Я разыщу тебя, чего бы мне это не стоило.
Глава 4. Аглая.
Аглая.
Я испугалась, но не Его. Мужчина выглядел намного старше, лет на десять, такой серьезный, выдержанный как коньяк из дубовой бочки. Такого мужчину не стыдно на застолье взять и смаковать ежедневно по глоточку. Заметила его сразу. То, как он отдавался колке дров, умело, скоординировано, властвуя над деревом, и оно только отзывалось эхом, складываясь в горку. С седлом не ожидала, подошёл бесшумно, словно барс. Напугал. В его поведении и манерах проскальзывало воспитание и уважение. А когда он завел Конику в стойло во мне разлилось доверие, впервые за два года после того ужасного события, доверие к противоположному полу. До того момента, как я уловила его вожделеющий взгляд на моей груди, он пробудил неприятные воспоминания, а его неожиданная хватка меня за запястье вообще чуть не парализовала. Я старалась не подпускать к себе так близко парней с явными намерениями, выбирала удобную одежду, объёмные фасоны и отсутствие косметики. Не всегда помогало правда. От Расула не исходила опасность, но я сама не желала раскрывать ему свои страхи и комплексы. Зачем такому мужчине проблемная девчонка, загнанная неприятным опытом прошлого? Легче забыть друг друга, чем мне испытать новую боль, обоюдное разочарование.
Обрывки воспоминаний за два года до настоящего.
- Аглик, ну сжалься, сходи со мной на свидание. Я уже три месяца как верный пес хожу за тобою.
- Егор, мы и так с тобою видимся постоянно, какое еще тебе внимание нужно?
- Настоящее. Мы же пара?
Я не могла понять, что чувствую к Егору. Да он статный, привлекательный, девчонки зарились на него. Он учился на третьем курсе технического института. Но так как его учебное заведение граничило с моим, находясь на противоположных частях улицы, то и познакомиться со студентами не составляло труда. Ходили на перекрестные свидания и делились впечатлением о поцелуях техников. Я слышала лишь обрывки девчоночьих разговоров, будучи желторотой в любовной сфере.
- Пара, наверное.
Егор притянул меня, чмокнув в губы на виду у всех, давая понять, что девушка занята.
Два месяца мы погуляли, будучи вместе. Поцелуи его становились все глубже, а руки все наглее. Порою мне становилось не по себе от того, как он торопится залезть мне в трусики.
- Егор! Не надо. Я не готова, - просила я, перехватывая его ищущие по мне ладони.
- Тебе восемнадцать есть?
Я кивнула.
- Долго еще будешь беречь свою целку?! Сейчас замуж идут с опытом, чтобы муж налево не ходил потом, а вы не плакали от неумения и обиды на него. Давай, детка, хватит уже мучить нас.
Но во мне крылась неуверенность в том, что созрела потребность в сексе. Парень давил на меня. Я уже не знала беречь себя для кого-то другого или вступить с ним в связь. Секс как таковой не интересовал, но желание стать взрослой и вести себя на равных с подругами, вливаться в их тайные беседы видимо подтолкнуло к решению.
Это случилось на вечеринке по случаю дня Святого Валентина, так активно празднуемого последние десять лет в нашей стране. Я одела свой самый красивый комплект белья, хотелось чтобы в памяти отложились наилучшие фрагменты первого раза.
Тусовались на чьей-то двухэтажной квартире на пять комнат его сокурсников, детей небедных родителей. Егор не отходил от меня, постоянно трогал, нарушая мои правила поведения в обществе. Вечеринка гудела громкой музыкой и обилием напитков покрепче. Егор, слегка подвыпивший, осмелел и, закружив в очередном танце и поцелуе, утянул наверх.
- Давай, малыш, уже сделаем это! – настаивал мой парень.
Я подалась навстречу его рукам. Ожидая, как он медленно меня разденет, увидит мое сиреневое кружево, станет ласкать, восхищаться и говорить комплименты. Но у парня оказались иные намерения. Стоило только закрыть ему дверь, он весь разом огрубел, подтолкнул к чужой кровати. Я споткнулась и повалилась на нее. Он подошёл вплотную.
- Сейчас я покажу тебе настоящего мужчину, смотри и запоминай, - и расстегнул ширинку, выпуская на волю нетерпеливого дракона, дышащего жаром и раскаленного докрасна.
Чуть спустив штаны с ягодиц, качнул им вперед, красуясь, пружиня вверх-вниз. Я лежала на спине, приподнявшись на локтях, и неотрывно смотрела. То легкое возбуждение, что испытывала минуты назад, сменилось страхом и неприязнью. Я резко передумала.
- Извини, но я не хочу, давай расстанемся.
- Ну уж нет, ты так долго меня динамила, а теперь даешь заднюю, увы, детка, я уже настроился, - и с утробным рыком навалился на меня, раздвигая силой мои сжатые бёдра, протискивая вперед свой дерзкий член.
Я заметалась, пытаясь вырваться, отпихивая его мощную тушу. Но что моя сила хрупкой маленькой девушки супротив сильного мужчины? Жалкие потуги. Платье задралось до талии, тонкий полиамид колгот пошел стрелками. Его руки, сильные и колючие, схватили за резинку и вместе с лоскутом сирени стянули их с ног. Я пыталась увернуться и отползти, пока он шелестел фольгой.
- Куда?! Я еще не начал, - и, схватив мои тонкие лодыжки, грубо подтянул к своим бедрам, раздвигая ноги.
Подцепив под колени, подвел силиконовый член к промежности. Я в ужасе осознавая, что это неизбежно, еще раз попыталась достучаться.
- Егор, прекрати. Я не хочу, будь человеком. Это насилие! – выкрикнула я.
На что он лишь злобно рассмеялся, крепче схватив за ягодицы, оставляя синяки и пропуская все ласки прелюдии, попросту воткнул в меня детородный орган. “Сухая невинность” отразилась пронзительной болью и ломотой внизу. Я закричала и стала отбиваться руками и отталкивая его бедрами, пытаясь скинуть.
- Закрой рот, идиотка! От траха так не орут, - и придавил мой очередной крик ладонью, едва давая вздохнуть, продолжал наращивать темп и силу ударов.
От боли и безысходности потекли слезы, я уронила руки, отдаваясь насильнику благо он дергался не долго. Застонав и задрожав, упал на меня, выбив воздух из легких. Меня словно парализовало и душа покинула тело. Мозг абстрагировался от произошедшего, кидая мне надувной круг, словно утопающему. Вспомнились уроки психологии в медколледже и методики эмоционального отчуждения. Словно сквозь туман видела, как парень скатился с меня и проговорил:
- Поздравляю, теперь ты не девочка. И не вздумай говорить кому-то, что я тебя принудил. Тебе все равно никто не поверит. Порванное бельё и синяки от страсти, а то, что орала, так в первый раз всегда больно. Да и ребята подтвердят, что ушла ты со мною добровольно.
Я все понимала и осознавала, крыть его поступок нечем. Получалось, что напросилась, своим отказом довела до грубости.
- На салфетки, у тебя кровь, - притащил из ванной средство гигиены и кинул упаковку на кровать.
Я на автомате села, расправляя праздничное красивое платье, взяв белую влажную ткань вытерлась, тщательно, сосредоточенно. Протерла ноги и руки, убирая чужие мерзкие прикосновения, встала, найдя останки колгот и трусиков, сжала в комок, чтобы навсегда выбросить из памяти как атрибут похоти, грубости и принуждения.
- Ну, не обижайся, ты меня довела своими динамо, я не сдержался и был слегка груб, прости, - и, оттолкнувшись от подоконника, направился ко мне.