В погоне за драконом, или счастье прилагается

Глава 6

Теандрит Неррин Риддрократ…

“Да чтоб тебя! – пронеслось в мутном со сна сознании. – Что опять не так с этим мальчишкой?” Приоткрыв глаза, я удивлённо смотрел на театр абсурда одного актёра.

– Ты… ты… – отползая от меня на край постели, лепетало это чудо.

Захотелось побиться головой: “Мироздание, за что мне всё это? Я и так не выспался из-за этого мелкого паршивца!” От парня вновь волнами исходил резкий животный страх, а огромные глаза смотрели так, что душа переворачивалась и хотелось убить тех уродов, кто так напугал его. Стоило успокоить мальчишку, но в голову не приходило никаких умных мыслей.

– Слушай, Лав, – тяжело вздохнув, упал обратно на одеяла, прикрывая глаза, – давай отделим мух от котлет! – любимая фраза старого друга привычно слетела с языка. – Я на тебя никаких видов не имею. Насильно ни к чему не принуждаю, и не собираюсь. Всё что было вчера, – припомнив свои странные порывы и желания, сглотнул, удивляясь почему так резко пересохло горло, но всё же продолжил, – я делал только ради нашего путешествия. Если ты как проводник не сможешь выполнять свои обязанности, то зачем ты мне?

Последние слова я уже говорил с нажимом, зло, желая встряхнуть парня и напомнить о нашем договоре. Хотя если быть честным перед собой, даже если бы мне пришлось тащить мальца на спине, не стал бы менять его на другого проводника. Но ему знать об этом необязательно. Поэтому старался привести парня в чувство.

– Я свою часть договора выполняю, лошади и провизия у нас есть, а вот ты, – сев на импровизированной постели в окружении одеял посмотрел на обескураженное и затравленное лицо мальчишки, – создаёшь пока только проблемы.

– Я… Я… – заикаясь, он пытался что-то сказать, стыдливо отводя взгляд от моей обнажённой груди и вновь возвращаясь к ней, словно голая кожа притягивала его взор.

За ночь одежда помялась и растрепалась, оголяя скрытые до этого участки тела. Прохладный утренний воздух заставил меня чуть поёжиться, всё-таки человеческое тело очень хрупко, да и я не привык к холоду. Дотянувшись до накидки, набросил на плечи и принялся возиться с пуговками.

– Я благодарен за лечение, – наконец Лав совладал с собой, – но почему мы спим в обнимку?

Вопрос мальчишка почти шептал и вновь отводил взгляд. “Да чтоб вас всех, тварей, бездна поглотила!” – выругался про себя. Что должен был пережить парень, чтобы так бояться обычной близости другого мужчины? Я смотрел на мальчишку, словно видел его впервые. Смазливый и выглядит как девчонка, кожа нежная, бархатистая, у самого вчера дух перехватило от прикосновений к ней. Но это же всё не меняет факта его пола, что за извращенцы до него домогались? А может и насильничали, уж больно страх у него густой, до мурашек пробирает. От мыслей, что его могли… у меня даже дыхание перехватило и потемнело в глазах. Был бы я един со своей силой, уже обернулся бы драконом, но чего нет, того нет. Постаравшись взять себя в руки, глубоко вздохнул по методике Кирилла.

– Ты ревел во сне, – прикрыл глаза, вспоминая вчерашний вечер, да и не стоит видеть напуганному мальчишке смерть в моих глазах.

Её обязательно увидят те, кто посмел причинить боль и страдания этому ребёнку. Картинки вчерашнего вечера замелькали перед глазами, как пресловутое кино, о котором зимними вечерами, выхаживая моё больное тело, рассказывал друг.

Мы поели, и Лав поведал немного наивную легенду о местном божестве. Видимо, собрат достиг вершины развития и создал свой Мир, решив уединиться. Эта часть рассказа была понятной и логичной, а вот потом пошли людские домыслы. Влюбиться с человеческую девушку? Пыф! Да я чуть не рассмеялся в голос! Ну повеселил Лав!

Я думал, что и дальше будет так же смешно, но рассказ про магов насторожил, как и упоминание, что магия в мире иссекает. Прикрыв глаза и продолжив слушать Лава, сам прислушивался к пронизывающим этот мир потокам силы. Я ещё когда пришёл сюда, уловил разлитую в эфире силу собрата, но вот его присутствия не ощутил. Либо дракон давно покинул созданный им мирок, либо умер, растворяясь в потоках мироздания. Теперь рассказ Лава наполнился смыслом, и я более внимательно стал прислушиваться к нему.

Но всё-таки не смог сдержать своего сарказма и высказал то, что думаю по поводу наивных домыслов Лава. Он так воодушевлённо верил в существование доброго дракона, что я просто не смог остановиться. А этот дурень… Глупый мальчишка даже не сказал, что стёр ноги. Если бы не увидел, как на его глазах наворачиваются слёзы и стон боли вырывается из груди, не догадался, что такое может произойти.

Смотря на парня, никак не мог взять в толк, какую же нежную кожу надо иметь, чтобы стереть внутреннюю часть бедра? Хотя потом я ощутил всю ту шелковистость и нежность, дурея от ощущений под руками. Как голову не потерял, ума не приложу, так хотелось стянуть с него портки и посмотреть на идеальную на ощупь ногу. Только слёзы и полоснувший по нервам страх отрезвили, заставив действовать более аккуратно и тонко. Удивительная подлость природы, ему бы девкой родиться, а то негоже паренька вместо наложницы использовать.

Я тогда кое-как залечил раны паршивца и утихомирил его, надеясь выспаться, как пришла новая напасть…

– Не знаю, малой, что тебе снилось, но ты плакал, а когда я попытался тебя разбудить… – глянул на озадаченное выражение лица парнишки, отмечая распухшие от слёз глаза. – В общем, – почему-то смутившись, словно рассказывал что-то очень личное и интимное, залез рукой в волосы, причёсывая их пятернёй, – ты вцепился мёртвой хваткой и не отпускал меня, и сам не просыпался, но хоть рыдать и скулить перестал.

Стыдно сказать, но я сам не смог выпустить из рук свернувшегося в моих руках нервно вздрагивающего мальчишку. Он так доверчиво жался ко мне, ища защиту, что я готов был порвать любого, кто причинил ему такую боль, сам не знаю откуда взялись такие порывы. Но как дурак сидел, обнимая парня и, видимо, не заметил, как уснул.

– Ме… Я… – снова замялся парень, и вот опять эти ужимки, больше подходящие девчонке, чем пацану: глаза в пол, уши красные от смущения. – Спасибо!

Наконец он смог выдавить из себя благодарность, а потом вскинул голову, озираясь. Что опять задумал? “К концу поездки я такими темпами стану драконом с нервным тиком”, – промелькнуло в голове, и я в который раз пообещал себе разобраться не только с теми магами, кто сотворил со мной подобное, но и найти обидчиков Лава. Им нет места в мире, где живёт такой светлый ребёнок.

– Я могу что-то сделать? Помочь! – начал он тараторить. – Не хочу оставаться в долгу, и мне стыдно за вчерашнее, и за то, что спать не давал…

– Притормози, не части, – остановил его, разглядывая лежащие рядом сапоги явно большие парню по размеру. – Где твои носки? Ты ещё и ступни стереть в кровь хочешь?

– А?! Нет, это… – замялся он, подскакивая и забирая у меня из рук свою обувь. – Всё нормально, я не сотру.

– Ну как не сотрёшь, если надеваешь сапоги на голую ногу, да ещё и не своего размера?

Препирательства паршивца начали выводить из себя. Скрытный, опять будет молча терпеть, а в критический момент станет обузой, которую я не смогу уже бросить. Он напомнил мне маленького котёнка, которого подобрала соседская девчонка и приволокла домой. Я думал родители ребёнка выбросят блохастика. Но они отмыли его и оставили. А от Кирилла как-то услышал слова, что запали в душу: “Мы в ответе за тех, кого приручили”. Вот я и чувствую ответственность за мальчишку, которого взял с собой в дорогу, понимая, что он совсем не проводник.

– Да размер не мой, но… – Лав вынул из сапога светлый и мягкий даже на вид тапок. – Один в другой хорошо сели и не натирают ноги.

– Это же женские туфли, – ахнул я, удивлённо моргая, впервые вижу такой способ носки обуви.

– Нет, это просто тапочки, – упрямо набычился парень, вот только еле заметный цветочный узор говорил об обратном.

– Лав! Скажи честно, ты из дома утех сбежал? – я и раньше подумывал о таком варианте, но вид женских туфель окончательно меня добил. – Я не буду осуждать, – тут же добавил, ощутив его растерянность, а следом волну ярости, смешанную с отвращением. – Просто хочу понять, с чем могу столкнуться в будущем.

– Я, да ты, да как ты… – ещё мгновение назад белоснежная кожа мальчишки резко окрасилась красным румянцем гнева, – смеешь называть меня продажной девкой?

– Парнем, – поправил на автомате, не понимая, что сам себе рою яму, и поймал полетевший в меня тапок, растерянно смотря на него, а вот от сапога уже пришлось уворачиваться осознанно.

– Да сам ты… – Лав запнулся, придумывая ругательства, а я ошарашенно смотрел на него. – Извращенец! Да как ты мог подумать, да я…

Второй сапог полетел в мою сторону. Это было так забавно! Мальчишка, красный как рак, источал праведный гнев, позабыв про страх и стеснение. Когда он схватился за котелок, пришлось останавливать вошедшего в раж парнишку. Подскочив сзади, пока он воевал с крюком, на котором тот висел, я прижал руки котёнка к туловищу и укусил за ухо. Сам не понял зачем. Но он замер, моментально успокоившись. А я ошарашенно пытался понять, как это у меня во рту оказалось маленькое и нежное ухо парня. Парня! Твою мать!

Леди Лавелия княжна Хэмптон…

Я застыла ледяным истуканом, боясь пошевелиться. Да если бы и захотела, то не смогла: руки-ноги буквально отнялись, а в голове звенела пустота. И лишь по телу пробежала горячая волна, обдавая меня жаром, от которого хотелось то ли облизать губы, потому что они почему-то пересохли, то ли чаще дышать, потому что сердце просто трепетало в груди, как испуганная птичка в клетке.

Меня никто и никогда не таскал за уши, как моих братьев, и тем более не касался их губами и языком. От полученных ощущений кружилась голова, а ноги ослабли и не держали. Если бы не сильные руки Тея, не дававшие упасть, то уже свалилась в тлеющий кострище. Подрагивающие пальцы не удержали котелок, и он закачался на крюке, а я почувствовала, как отпускают моё ухо.

– Теперь я знаю, как тебя успокаивать, – тихий смешок и шёпот в самое ухо обожгли кожу, мурашки пробежали по спине, а я ошеломлённо застыла.

Но когда до меня дошёл смысл сказанного, я чуть не взорвалась от негодования.

– Да ты… Да как… – резко разворачиваясь в его объятиях, откуда только взялись силы, захлебнулась возмущённым криком.

– Тщщщ… – на мои губы лёг его палец, призывая к тишине.

Сбитая с толку, замерла, ожидая чего угодно. Его глаза оказались настолько близко, что, осознав нашу двусмысленную позу, шарахнулась назад, но меня крепко держали.

– Собери и уложи вещи, а я пока принесу воды и приготовлю завтрак, – отданный холодным голосом приказ остановил всё моё возмущение и желание убить одного наглого мужлана перед собой.

Тей испарился быстрее, чем я смогла отреагировать. В какой-то момент мне подумалось, что он просто сбежал, но так было даже лучше: у меня появилось время привести свои разбегающиеся мысли в порядок. Вот только именно это и не получалось, мой разум будто зациклился на произошедшем, прокручивая одно и то же. Я замирала от воспоминаний тех ощущений, тело вздрагивало то от тёплых волн, проходивших по телу, то от холода, что ощутило моё ухо, лишившись тепла чужого прикосновения.

Вяло доев кашу и забрав посуду вместе с котелком, я отправилась к ручью. Смотреть на мужчину рядом было выше моих сил. Следовало занять свои мысли и руки чем-то иным, нежели ненужными думами. Вернувшись, застала Тея в странном отрешённом состоянии, украдкой бросив на него взгляд. Казалось, он глубоко задумался о чём-то важном. Меж его бровей пролегла хмурая морщинка, которую хотелось стереть с прекрасного лица. Стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, уложила вычищенную посуду в седельные сумки.

После неконтролируемой вспышки гнева мне хотелось тишины и покоя. Настолько сильных эмоций я не позволяла себе с детства, постоянно слыша наставления, что девочка должна в любой ситуации оставаться леди, а я… Позорище! И если в детстве такое было ещё простительно, и то осуждалось взрослыми наставниками, то во взрослой жизни мой всплеск эмоций выглядел особенно удручающе. Хуже ребёнка, честное слово!

Мы почти молча оседлали лошадок и двинулись в путь. Тей молчал, я тем более не лезла с разговорами. Хотя перед поездкой я внимательно изучила карту и проложила маршрут в обход Грасдена.

– Мы поедем вот этой дорогой, – провела пальцем по карте, показывая ему наш дальнейший путь.

– А почему бы нам не заехать в город? – задал он вполне логичный вопрос, внимательно рассмотрев предложенный маршрут, и я похолодела в душе.

Если ему непременно захочется посетить город, то как быть мне? Как отговорить его, не вызывая подозрений, так как мне появляться в крупных городах совсем нельзя. Скорее всего, известие, что одарённая невеста сбежала, уже передали магической почтой во все крупные поселения. Такого происшествия, наверное, не было с Тёмных времён. Стыдясь откровенной лжи, которая нарастала как снежный ком, я лихорадочно придумывала очередную, пытаясь извернуться и отговорить мужчину от посещения города.

– Мне хотелось бы до зимних холодов успеть добраться до Стылых гор, иначе придётся зимовать в какой-нибудь дыре, и лишь на следующий год, ближе к лету, идти дальше. А если мы пойдём в обход, то сэкономим немного времени. Так получится быстрее…

По лицу Тея видела, что он совершенно не верит моим словам, и паника в душе вновь начала поднимать голову, когда он заговорил:

– Хорошо. Едем так, как ты говоришь, но нам обязательно надо будет заехать или в город, или в большое поселение пополнить запас еды. Так что подумай, где лучше это сделать.

Будь моя воля, вообще бы обходила стороной все деревни и города, пробираясь в Стылые горы лесами. Но я прекрасно понимала, что это невозможно, припасы нам, и правда, нужны.

– Мы можем заехать в Теньяр после того, как пересечём границу, – я надеялась, что в Фарерии меня искать уже не будут.

Наши страны хотя и заключили мирный договор, но всё равно оставались не в самых лучших отношениях. Видимо, слухи, что королю Фарерии Сибелиусу Отважному отказались отдать девушку с даром четырёх стихий в единоличное владение, были правдивыми.

– Он стоит недалеко от границы, – почти уговаривала Тея на выбранный мною город. – Хотя находится немного в стороне от нашей дороги, – всё-таки озвучила очевидное, с надеждой смотря на мужчину и уповая, что он откажется от мысли выспаться на постоялом дворе в постели на чистых простынях.

– На месте разберёмся, – непонятно хмыкнул он, давая мне надежду, что и в Фарерии смогу провести его мимо всех поселений.

Лошадь шла ровно по утоптанной дороге, а солнышко припекало. Моя голова склонялась всё ниже и ниже, грозя уткнуться в луку седла, но я упрямо поднимала её, не желая становиться обузой и пропустить развилку…

Голова Прейтора мелькала впереди, и моё сердце пело от радости: я смогла найти его, теперь будет всё хорошо. Даже то, что наша встреча произошла в Нижнем городе, на улице ведущей к рынку, не смутило меня. Значит, так надо. Мало ли какие связи у него здесь имеются. Возможно, он уже знает, что я потерялась, и готов заплатить за мои поиски. Или просто ищет людей, кто поможет нам добраться до Свободных Баронств. Я слышала, как братья называли таких наёмников контрабандистами и всегда искали таковых именно в Нижнем городе на рынке. Так что я не заподозрила ничего странного в происходящем и просто поспешила за ним, боясь упустить из виду. Кричать и привлекать к нам внимание уж точно не стоило.

Народу на самом рынке было намного больше, чем на улице, и не потерять Прейтора из виду оказалось значительно сложнее. Один раз он обернулся, словно почувствовав мой взгляд, и я что есть сил замахала руками, стараясь привлечь его внимание, но именно в этот момент передо мной появился огромный детина с бочкой в руках, которого я еле смогла обогнуть, в панике ища взглядом любимого.

И вновь мне повезло. В последний момент я заметила, как Прейтор входит в довольно приличную двухэтажную таверну “Весёлый кот”, и поспешила к ней. Теперь я знала, что всё страшное осталось позади, и мне ничего не грозит. Медленно пробираясь сквозь толпу, уже представляла как ненаглядный будет счастлив, как возьмёт за руки и с любовью заглянет в глаза, а потом сладко и нежно поцелует в губы, уже не таясь от родных.

Поднявшись по ступенькам таверны, распахнула входную дверь и увидела, как милый скрывается на втором этаже. Поспешив за ним, направилась к двери, за которой он скрылся. Я уже радостно представляла его удивление, берясь за ручку, когда услышала:

– Лорд Больдермет, Лавелия Хэмптон, как вы приказали, направляется в ваш загородный дом. Моя часть сделки завершена.

– Хорошо, – проскрежетал неприятный голос самого страшного кошмара всех девушек.

Архимагистр страны, который уже пять раз был в браке с сильнейшими из проходящих ритуал девушками. Странно, но я никогда не задумывалась, почему он всегда был единственным мужем. Знала только слухи о том, как его величали за глаза “Чёрным вдовцом” и рассказывали такие отвратительные истории, что захватывало дух от отвращения к магу и жалости к бедняжкам. Ни одна его жена не пережила года жизни, оставляя после себя сильного сына.

– Вот обещанное тебе золото, – в закрытой комнате что-то гулко грохнуло и вновь раздался голос лорда. – С этими деньгами ты можешь жить где хочешь, но советую тебе убраться с этого континента. Мне не нужен живой свидетель продажи девчонки Хэмптон. Руки о тебя марать я не желаю, но и не пощажу, если узнаю, что ты остался здесь, – презрения и насмешки в голосе Архимагистра я уже не слышала, лихорадочно пытаясь осознать услышанное.

Меня продали?

Глава 7

Теандрит Неррин Риддрократ…

Как Лав не старался вести нас мимо городов и поселений, рано или поздно это должно было подойти к концу. Мыться в холодной воде ручьёв и рек я мог спокойно в истинной ипостаси, но не в человеческой. Простыть и валяться с температурой, потея и распространяя вокруг себя аромат болезни, не входило в мои планы. Припасы тоже подходили к концу. Изложив Лаву всё это, и понаблюдав за мученическим выражением лица паршивца, вынудил его свернуть к обжитым территориям.

И вот наконец-то мы подъехали к деревушке Лудгрин. Я с предвкушением ожидал возможности расслабиться в горячей ванной и выспаться на чистых и свежих простынях. Спать в одежде не было больше сил. Пусть я и взял в дорогу довольно много сменного нательного белья, но оно тоже подходило к концу. Всё-таки тело человека ужасно неудобно. Так что нам нужен отдых, купальни и прачки! И всё это я собирался получить в этой деревушке.

Возможно, не только это, женщин я тоже не видел уже давно, и организм всё настойчивее требовал естественных физиологических потребностей. Тем более что эти нужды тела мне понравились. Я до сих пор с благодарностью вспоминал тот день, когда Кирилл отвёл меня в дом утех, “получать опыт настоящего мужика“, как он сказал. Поэтому я ещё хотел найти в поселении свободных от предрассудков женщин. Но это как пойдёт, неволить никого не намеревался.

Глянув на парня, отметил, что в отличие от моего хорошего настроения, Лав пребывал в упадническом. Смотреть на мальчишку, который ехал рядом мрачнее тучи, оказалось странно завораживающим зрелищем. Его вид затрагивал в душе неведомые до этого струны. Хотелось над ним подшутить. Сам не знаю почему, но мне было интересно насколько сильно может испортиться его настроение, или насколько легко я смогу его поднять?

Вдоль обочины заметил растущий чертополох. Сорная трава, растущая во множестве миров с разным названием. Но Кирилл называл его именно так, и мне понравилось. Впервые, когда услышал, думал, друг чихнул и несколько раз переспрашивал. “Да, забавный вышел диалог”, – весело улыбнулся, глядя в небо и вспоминая его:

– Смотри, какой огромный чертополох, – указывая на куст цветущей колючки, сказал друг.

– Будь здоров, – отозвался и, подумав, переспросил: – Как ты назвал его, я не расслышал?

– Чертополох!

– Ты чего расчихался? Простыл, что ли? – уже серьёзно забеспокоился я.

– Да не чихал я, а говорю, что эта колючка зовётся чертополохом!

– Так, давай-ка ты пойдёшь в постель, а я приготовлю тебе горячего чаю, не нравится мне твой чих.

Улыбаясь своим воспоминаниям, спрыгнул с коня, аккуратно отламывая веточку с несколькими бутонами, из колючих шариков были видны нежные сиреневые лепестки.

– Знаешь, что это за цветок? – сунул колючку под нос Лаву и увидел брезгливо сморщенный нос.

– Сорняк какой-то. Разве это вообще цветы? – мальчишка с сомнением рассматривал мою добычу.

– Даже не сомневайся, – серьёзно кивал, – нежное нутро этого цветка оберегают острые шипы, и называется он чертополох. Я дарю его тебе, – с улыбкой сунул веточку парню.

– Мне?! – столько изумления плескалось в огромных распахнутых от удивления глазах паршивца, что вновь проскользнула мысль: “А девкой был бы краше!”.

– Тебе, – равнодушно пожал плечами, украдкой наблюдая за парнем.

– А за что? – по-детски наивно выпалил он.

– Просто так, – довольно посмотрел на небо, такое далёкое и такое близкое, протяни руку и ты уже ловишь тёплые потоки воздуха расправляя крылья.

Растерянная улыбка мальчишки заставила рассмеяться, скрывать и дальше своё прекрасное настроение не было сил.

– Ты мне напоминаешь этот цветок, мой колючий снаружи и нежный внутри компаньон, – смотреть на парня было забавно. – А ещё тебе подходит его название, ты – как чертополох: всполошил всех чертей в стоялом болоте.

Лав поначалу опешил, несмело улыбаясь, но по мере того, как смысл сказанного доходил до мальчишки, улыбка сходила с лица, и он хмурился всё больше.

– Я колючка? – парень аж задохнулся от возмущения.

– Ну не я же? – хохотнув в ответ, распахнул руки, демонстрируя желание обнять весь мир. – Я открыт и готов к дружеским объятиям, это ты вечно шипишь и царапаешься, как маленький дикий котёнок.