Лестница бога. Ступень 4. Наследники демиурга

– Если пройти столичный рынок насквозь, то мы попадем на главную улицу Асуры, которая выведет нас на площадь семи дворцов. Она получила свое название, как вы уже догадались, потому, что ее окружает семь самых великолепных зданий, которые только есть в столице. Но это лучше увидеть своими глазами, лэри – словами величие и красоту описываемого мною места не передать. Площадь семи дворцов является историческим и культурным центром Асуры, от нее, как лучи от Яри, отходят семь улиц, на которых расположены самые дорогие и престижные гостиницы, самые роскошные рестораны и самые известные магазины и лавки. Там вы сможете купить все, что пожелает душа, и получить любую услугу, какую только можно получить за деньги – от лучшего столичного цирюльника и массажиста до прекрасных молодых девушек, способных скрасить ваш досуг и подарить вам райское наслаждение…

Рассказ караванщика продолжался до позднего вечера, с коротким перерывом на обед. За этот день сестры узнали о Натане больше, чем за месяцы усиленной подготовки к этой экспедиции. Вечером, поужинав, девушки опять ушли спать в выделенную им повозку – не слишком удобные спальные места не позволили им хорошо выспаться прошлой ночью, поэтому в этот раз они, сонно зевая, твердо решили наверстать упущенное.

***

Воспользовавшись храмовым порталом, Керт переместился в Тиару и сразу же отправился разыскивать ректора. Все же, что ни говори, портал на Натану оказался расположен крайне удачно – храм Одина размещался прямо на территории столичной академии. Ходили слухи, что к строительству храма приложил руку сам Создатель, и, глядя на величие монументального сооружения, сомнения в этих слухах как–то сразу исчезали. Великолепие храма поражало, и Керт даже немного пожалел, что у него совсем нет времени насладиться красотами здания.

Отыскать ректора оказалось неожиданно сложно – юноша появился в академии тогда, когда в столице Занадана уже наступило утро и у студентов начались занятия. После долгих поисков Керту наконец–то удалось выловить ректора в перерыве между лекциями, где тот уделил юноше несколько минут, постаравшись за столь короткое время наиболее полно ответить на его вопросы и, разумеется, показать голографии девушек, которых Керту предстояло отыскать. Полюбовавшись необычайной красотой сестер, а также их молодостью – внешне девушки скорее походили на девочек–подростков, юноша уточнил у лэра Орива данный вопрос, с удовлетворением убедившись, что его подозрения оправдались – девочки действительно оказались вчерашними школьницами, сбежавшими от родителей в поисках приключений. Как пояснил ректор, сестры, втемяшив себе в голову какую–то блажь, решили обзавестись собственными фамилиарами, не придумав ничего лучшего, как отправиться для этих целей в отроги Западной горной гряды, пользующиеся на Натане вполне заслуженной дурной славой. В качестве фамилиаров искательницы приключений решили отловить демонов, что вообще уже ни в какие ворота не лезло. Возможно, безбашенность сестер определялось их иномировым происхождением, которое у юноши даже не вызывало сомнений – помимо необычайной внешней красоты, что достаточно редко встречалась на Натане, девушки оказались слишком необычно и вызывающе одеты. Обтягивающие по–юношески стройные, совершенные до идеальности тела комбинезоны были явно изготовлены в ином, высокотехнологичном мире, а судя по тому, что комбинезоны сидели на девушках как влитые, они еще и подгонялись строго под индивидуальные размеры сестер и, следовательно, никак не могли быть приобретены случайно. Выслушав краткое напутствие мужчины о том, что девчонок необходимо срочно отыскать, пока те не влезли в неприятности, юноша уточнил конечную цель сестер и их предполагаемый маршрут следования, после чего, попрощавшись с ректором, покинул академию.

Однако сразу же покидать столицу и, сломя голову, бежать на запад Керт не стал – сначала он отправился к западным воротам Тиары и попытался расспросить охранников, не видели ли те необычно одетых девушек с мечами за спиной. Не получив необходимой информации, юноша с той же целью посетил столичный рынок, расспрашивая там каждого встречного продавца. Здесь ему повезло больше – кто–то вспомнил, что недавно на рынке действительно появлялись две молоденькие и явно неместные девушки в чужих костюмах странной серо–зеленой пятнистой раскраски и вооруженных мечами, а у одной из них даже возник какой–то непонятный конфликт с какими–то мутными личностями. Правда, сам конфликт возник не на этом рынке, а на другом, лежащем за пределами города и специализирующемся на торговле лошадьми, верблюдами и вообще любыми животными. Кто были эти личности, и чем закончился конфликт, Керту узнать не удалось, зато юноша выяснил, что девушки, ищущие для себя верблюдов, вместо покупки ездовых животных сумели договориться о проезде с одним из караванщиков. Задача облегчалась – вместо поиска двух неуловимых девчонок предстояло найти караван, к которому те прибились, и пойти по его следам. Караван – не одинокий путник, отследить его передвижение значительно проще, хотя бы по тому, что передвигающееся в одном направлении большое количество тягловых животных оставляет на дороге весьма заметные следы.

Поиски ушедшего каравана привели Керта сначала на расположенный за пределами столицы рынок, где торговали животными, а потом обратно, к воротам Тиары, где юноша выяснил и имя караванщика, и численность повозок и охраны, и даже то, что вез караван – деньги и вино развязывали языки значительно лучше угроз и обещаний. Ему даже удалось отыскать других караванщиков, которые подтвердили, что видели в ушедшем караване двух странно одетых и вооруженных мечами молодых девушек. Выяснив все, что хотел, Керт бросил тоскливый взгляд на заходящее солнце и, с сожалением поглядев на уходящую на запад пустую дорогу, вернулся в Тиару – пускаться в путешествие на ночь глядя было бы верхом неразумности, граничащей с глупостью – лишний час пути не приблизит его к конечной цели…

***

Очередное утро оказалось как две капли воды похожим на предыдущее – липкая влажная морось на траве и повозках, клочья белого тумана, выползающие из леса, завтрак холодной вчерашней кашей, едва теплый чай, быстрые сборы и опять дорога. Более того, точно таким же оказалось и следующее утро. И следующее… Если бы не разговорчивый караванщик, сестры умерли бы от скуки.

Так однообразно прошло пять дней путешествия, а на шестой караван планировал разделиться. Основная часть повозок должна была уйти на север, к занаданским пограничным городам, а оставшаяся часть – на запад, в Ривию. Монотонность и спокойствие пути убаюкивали и создавали иллюзию безопасности, которая разбилась, как тонкий лианийский фарфор, с тревожным сообщением, принесенным дозорными. Дозор обнаружил следы недавнего боя на переправе, через которую каравану вскоре пришлось бы переходить. Напуганный сообщением, Играм остановил караван и, отобрав группу воинов, подошел к девушкам со словами:

– Уважаемые лэри, мне было очень приятно развлекать вас в дороге рассказами о моих приключениях, но сейчас пришло время отработать те деньги, которые вы получаете по договору. Дозор впереди обнаружил что–то непонятное – возможно, на переправе недавно был бой. А, значит, мой караван может попасть в засаду. Как вы понимаете, жертвовать своим караваном и своими людьми я не могу, поэтому в разведку я посылаю вас. Ваша задача – перебраться на тот берег реки и разведать обстановку. Если опасности нет – тогда одна из вас останется на том берегу, а другая вернется ко мне и доложит, что путь безопасен. Если нарветесь на засаду – действуйте по обстоятельствам. Если вашего умения окажется достаточно, чтобы уничтожить засаду – уничтожьте ее. Если видите, что сами можете не справиться – лучше возвращайтесь, ваша бессмысленная гибель мне не нужна.

– Как скоро мы должны отправиться на разведку? – вмиг посерьезнев, спросила Линнея.

– Сейчас, лэри. Скоро вечер, а мне хотелось бы засветло перебраться на другую сторону – примерно в часе пути имеется отличное место для стоянки. Здесь же, у переправы, мы слишком уязвимы – на караван могут напасть со всех сторон, и защитить его моим воинам будет очень сложно. Очень плохое место, очень…

– Мы пойдем одни?

– Мои люди подстрахуют вас на выходе из леса, однако близко к переправе приближаться не станут, чтобы не попасть под обстрел – дозорные опасаются, что на том берегу засели лучники. Вам же, в отличие от моих воинов, будет значительно легче перебраться на ту сторону – вы более гибкие, быстрые, да и по росту значительно мельче остальных охранников. Попасть по вам из лука будет сложнее, а, значит, ваши шансы на выживание окажутся выше, чем у остальных.

– Ваши мотивы мне понятны, – ответила Линнея, – но что за это получим мы?

– Мне кажется, в самом начале мы обо всем с вами договорились, – недовольно ответил караванщик.

– Вы ошибаетесь, уважаемый, – предельно вежливо ответила девушка, – мы с вами договорились, что я и сестра будем защищать ваш караван от нападения разбойников. О том, что мы будем ходить в разведку и уничтожать спрятавшихся в засаде бандитов, в то время как остальная охрана станет отсиживаться в тылу, речи не было. Мы не отказываемся от своих обещаний и встанем в общий строй, как только на караван нападут. Однако я что–то не вижу напавших на караван, а вылазка на территорию предполагаемого противника в единственном лице, – а я сейчас имею в виду себя и свою сестру, – никак не вяжется с защитой каравана в одном строю со всеми остальными охранниками.

– Что вы хотите? – раздраженно спросил караванщик.

– Немногого, уважаемый, – все так же вежливо ответила Линнея, – признания того, что ситуация изменилась, и соответствующей оплаты за наши услуги.

– Сколько?

– Обычной ставки рядового охранника вашего каравана, исчисляемой с момента выхода каравана из Тиары. Разумеется, в дополнение ко всем ранее достигнутым договоренностям. Согласитесь, не слишком завышенные требования. Не правда ли?

– Хорошо, по прибытию в Асуру вы получите столько же, сколько и остальные охранники.

– По прибытию к перевалу в отрогах Западной гряды, господин. Вы, кажется, забыли, что в Ривии нам делать нечего, и идем мы с вами лишь до Западных гор.

– Тогда плата будет вдвое ниже – ведь часть пути нам придется проделать без вашей охраны.

– Справедливо. Значит, договорились?

– Договор, лэри. Свои деньги вы получите перед перевалом.

– Хорошо, тогда мы с сестрой идем смотреть, что же нам впереди приготовила судьба.

– Удачи, лэри.

– Чувствую, что она нам понадобится…

***

Где–то на Окане…

– Таня, ты, случайно, не знаешь, где наши дети? Их давно уже нет дома, и я никак не могу их найти.

– Пошли погулять. Опять ищут для себя фамилиаров. Не в первый раз они отлучаются надолго, не переживай за них – девочки способны за себя постоять.

– Они еще дети, а мир так опасен…

– Ты мне это говоришь?

– Я просто переживаю за них.

– Не переживай. Они живы – я чувствую их обоих.

– Тогда, быть может, позовешь их домой? Или, еще лучше, сама проследишь за ними? А то я волнуюсь…

– Они уже взрослые, Лури, и имеют право на личную жизнь. Они не всегда будут с нами, и тебе пора начинать к этому привыкать. Да и не могу я сейчас переместиться к девочкам и постоянно за ними следить, бросив тут своего сына, а находиться одновременно и там, и здесь, как наш муж, я пока не умею.

– А попросить присмотреть за ними Рэя?

– И что я ему скажу? Попрошу побыть нянькой? А девочки его об этом просили? Ты знаешь позицию нашего мужа – он не лезет туда, куда его не звали. К тому же Один считает, что дети сами должны набивать свои шишки, а помощь окажет лишь тогда, когда к нему обратятся напрямую. Не позвали – значит, могут обойтись своими силами.

– И все равно, я так боюсь за детей – вдруг их кто–то обидит… Магией–то они пока не владеют!

– Вообще–то девочки и без магии далеко не так беззащитны, как ты полагаешь. К тому же они захватили с собой оружие, так что у них есть, чем себя защитить.

– Какое оружие? И зачем оно им? Они что, покинули клановые земли? Самовольно?

– Иллура, успокойся, они далеко не в первый раз самовольно покидают клановые земли. К тому же на этот раз я даже знаю, куда они отправились, и дам своим людям указание за ними присмотреть. И они вовсе не одиноки – в девочках кровь нашего мужа, и я в любой момент смогу услышать, если они позовут на помощь.

– А если не позовут?

– Надеюсь, что наши дети окажутся достаточно благоразумны, чтобы, попав в сложную ситуацию, обратиться за помощью к собственным родителям… А еще лучше им вообще не встревать в неприятности и сомнительные авантюры – тогда с ними ничего не случится.

– А они действительно могут попасть в такую ситуацию?

– В опасную для жизни ситуацию можно попасть даже здесь, на Окане.

– То есть там, куда они направились, очень опасно?

– Не опаснее, чем здесь, в империи, где они родились и выросли. Неприятности на свою голову, в том числе и смертельные, можно найти где угодно, и Оканийская империя в этом смысле не исключение.

– Значит, там, куда отправились наши дети, их все же может поджидать опасность…

– Разумеется, может – тот мир, куда они отправились, далеко не подарок. Риск попасть в неприятную ситуацию для наших девочек, зная их неугомонный характер, сохраняется всегда, в том числе и там, где они сейчас находятся.

– А если с нашими детьми там что–то случится? Они же еще такие маленькие! Вдруг их кто–нибудь обидит?

– Лури, да услышь же ты меня! Я не меньше тебя люблю наших детей и не меньше тебя беспокоюсь за них, но нельзя же искусственно ограждать их от внешнего мира, заперев в четырех стенах! И нельзя постоянно контролировать все их действия, ведя по жизни за ручку и полностью лишив права принимать свои собственные решения. Так они никогда не повзрослеют и на всю жизнь останутся маленькими беспомощными детьми, неспособными к самостоятельному существованию, невзирая на уровень их собственной силы. Тот мир, в который отправились наши дети, действительно опасен, однако во вселенной есть масса миров, находиться в которых еще опаснее, и не факт, что когда–нибудь наши дети туда не сунутся. Поэтому будет лучше, если они набьют синяки на свои непоседливые филейные части тела сейчас, чем впоследствии, обретя излишнюю и ничем не оправданную самоуверенность, влипнут в значительно более серьезные неприятности, из которых их не смогу вытащить даже я. Теперь моя позиция тебе более понятна? Однако, чтобы ты меньше волновалась, я, пожалуй, подстрахуюсь и прямо сейчас отправлюсь к тому, кто присмотрит за девочками. И не забывай – они всегда, в любой момент могут позвать на помощь, и я услышу их зов.

– Спасибо, Таня…

***

Переправа представляла собой узкий подвесной мост, переброшенный с одного берега на другой в месте, где река, разлившись, весело и быстро прыгала по покатым, мокрым от речных брызг валунам. Чувствовалось, что когда–то давно здесь тоже были горы, от которых к настоящему времени остались лишь невысокие, заросшие густым смешанным лесом холмы, да вот такие, бурные и своенравные, как в предгорьях, речушки, дно которых выстлали большие и маленькие, округлые, отшлифованные водой камни. Мост в этом месте был наведен неспроста – иного пути на тот берег для путников не существовало. Перейти такую реку по дну невозможно, если ты не здоровый мужчина и не обладаешь грубой физической силой – стремительный поток просто смоет самоуверенного путника вниз, несмотря на его бессмысленные попытки удержаться на ногах. В принципе, обладая достаточной ловкостью, на тот берег можно было бы перебраться и по валунам, минуя сам мост, вот только принять подобное решение мог только тот безумец, кто ни разу не переходил через усеянную выступающими валунами быструю реку. Мокрый камень коварен – в одно мгновение еще недавно казавшаяся твердой опора может выскользнуть из–под твоих ног, и ты окажешься по пояс в бурной, ревущей ледяной воде, которая тут же потащит тебя вниз по течению, по пути ударяя то спиной, то грудью, а то и головой обо все встречные камни… Так, что уже через пару минут к морю будет плыть лишь безжизненное окровавленное тело, наполненное, как мешок картошкой, кучей перемолотых в труху костей. И девушки прекрасно знали об опасности переправы через подобные водные препятствия.

Выйдя на берег реки немного в стороне от моста, Линнея внимательно осмотрела противоположный берег, и увиденное ей сильно не понравилось. Дорога, по которой должен был проехать караван, сначала тянулась по опушке вдоль берега реки, представляя собой идеальный тир для засевших на другом берегу стрелков, если они действительно там были, а в качестве мишеней выступал бы сам караван. Потом дорога, вильнув, подходила к мосту, прокинутому строго поперек реки, и продолжалась уже по другой стороне – все так же по опушке, чтобы через пару сотен шагов нырнуть в лесную чащу. Самым неприятным открытием оказались густые кусты, растущие на противоположном берегу строго напротив переправы – если в них засели лучники, то любой человек, переходящий реку по мосту, окажется у них как на ладони. Достаточно трех–четырех одновременно выпущенных стрел, и уклониться от них, стоя на мосту, будет невозможно – из–за узости моста и отсутствия места для маневра там просто некуда уклоняться. Можно попытаться отбить выпущенную в тебя стрелу мечом – Линнея знала, что способна на подобный трюк, но если этих стрел будет не одна, а две или три? А если больше? Вероятность получить случайную стрелу была прямо пропорциональна количеству произведенных по тебе выстрелов и обратно пропорциональна наличию свободного пространства, необходимого для маневра уклонения. И чем дольше девушка анализировала сложившуюся ситуацию, тем больше вариант перейти на ту сторону по мосту казался ей все более и более рискованным.

Наконец, придя к какому–то решению, Линнея бросила взгляд на свою сестру и спросила:

– Что предложишь, Силь? Переходить на ту сторону по мосту у меня нет ни малейшего желания.

– Полностью с тобой согласна, – ответила Селена. Идти по мосту – верный шанс поймать стрелу в грудь. От слаженного залпа тут не уклониться – мост слишком узкий. А если по нам одновременно выпустят хотя бы десяток стрел, то отбить их все мечом, не имея щита, практически нереально.

– Щита у нас нет.

– Мы можем взять щит у охранников – у них имеется несколько неплохих щитов.