По вехам жизни

Алексей Львович Рыбаков, Александр Егоров

По вехам жизни

Аннотация

В этом сборнике стихов и рассказов авторы Алексей Рыбаков и Александр Егоров делятся сокровенной поэтической историей своей жизни, раскрывая перед читателем все этапы своего пути – от первых робких строк юности до зрелых размышлений о вечном. Каждое стихотворение здесь – это веха на дороге, полной взлетов и падений, радостей и испытаний.

Жизненная сага оживает через метафоры и искренние образы, рассказывая о традициях, любви и наследии, подвиге, патриотизме, ведь именно семья и Родина стали для авторов источником вдохновения и поддержки.

Отношение к вере и миру вокруг формировалось постепенно, и каждое стихотворение передает этот эволюционный процесс с особой теплотой и глубиной. Здесь переплетаются вопросы и ответы, сомнения и уверенность, деликатное переплетение личных размышлений и общечеловеческих тем.

Этот сборник – не просто собрание строк, а живая летопись чувств и мыслей, призванная вдохновить каждого на поиск своего неповторимого пути через развивающийся мир.

Алексей Рыбаков

По вехам жизни

Зеленая фуражка с той войны

У нас в шкафу хранится память ….

Зеленая фуражка с той войны,

На ней есть кровь, что сердце мое ранит

След боли и разрушенной мечты…

Когда фашисты перешли границу

Застава приняла свой смертный бой

Мой дед похоронил отца, когда зарницы

Ушли за лес...., фуражку взял с собой.

Потом война в отряде партизанском

Бомбежки мин, словно девятый вал

Совсем мальчишкой, смело, по‑пацански

В зеленой он фуражке воевал.

И было все – разведка, караулы

Закладки мин, составы под откос

Опасность, смерть несущей пули

И у мальчишки прядь седых волос

И вот однажды, как то после боя

Когда патроны он на поле собирал

Услышал стон, как бы сквозь зубы воя

Подранок где‑то рядом умирал

Спустился он в овраг тихонько, глядит

Фашист лежит ничком, сжимая бок

Дед вскинул автомат и тут увидел

Лицо его и выстрелить не смог.

В глаза ему смотрел мальчишка

Чуть старше, можь на пару лет

–Нихт шизен! – «Не стреляй, парнишка!»

И провалился в забытье, …а дед

Достал бинты и сделал перевязку

Фуражку лишь поправил и ушел в леса

В отряде промолчал, сию развязку

Решил он так – пусть судят Небеса.

Пришла Победа, много лет минуло

Отсчитывало время мерный ход

Гуляли как то вместе, гладь воды блеснула

И подошел к причалу белый теплоход

С него туристы, мерною походкой

На пристань медленно сошли

Средь них мужчина был с седой бородкой

Шел с девочкой, примерно лет пяти

Дед в орденах, в фуражке той зеленой,

Всегда на День Победы одевал,

– Похоже немцы, – дед сказал вдруг строго

Как понял он, я сам тогда не знал

Когда мужчина поравнялся с дедом,

Взглянул он на фуражку, ордена

И грянул гром, как будто залп Победы

В глазах же у обоих та война…

– Нихт шизен! – «Не стреляй, парнишка!»

Мужчина тихо прошептал…

Расправил плечи, будто тот мальчишка

С войны… и деду честь отдал…

Они ушли и только та девчушка

Спросила деда – немца – «Он герой?»

– Герой… – поцеловал её в макушку –

Он подарил мне мир с тобой…

Прошли года, почти столетье

Вновь враг ломится напролом

И правнук, снова в лихолетье,

С оружием защищает дом

Что скажете, потомки фрицев?

Кому мы подарили мир,

Вы вторите любимцу шприцев,

Втоптав и выбросив в сортир

Шанс покаянья и прощенья?

Что дал вам русский наш солдат.

Уже не нужно искупленья,

А кто был прав, стал виноват?

Одумайтесь! Уйдет химера.

Стоит ли лить напрасно кровь?

Россию защищает вера

И Божьей Матери Покров!

Алексей Рыбаков

«Меня найдет кто, позаботьтесь О матери, сестре и брате…»

«Меня найдет кто, позаботьтесь

О матери, сестре и брате…»

Читаем, братцы, эти строки

Словно мы в Бресте, Сталинграде…

Но за окном не сорок первый

А Марьинка, и двадцать третий год

Девять бойцов, в ком сжав все нервы

Бессмертием держали небосвод…

Нет связи.., кончились патроны…

Спина к спине …и на ножах

В последней схватке в обороне

Сошлись с железом на губах…

Пройдет война…, но о солдате,

Что нам на камне кровью завещал,

«О матери, сестре и брате....»

Тех, кто Россию защищал

Забыть нельзя… и долг наш первый,

Молитвой совесть не уснёт,

Помнить о том, кто в ком сжав нервы

Бессмертием держали небосвод....

Алексей Рыбаков

Истории печать

Чем старше чаще мы

Вдруг вспомним про былое

В альбомах встретим вновь

Истории печать

Вином омоем мы

то время золотое

И хочется его

Нам вновь вернуть опять

Где бесшабашным был

Где про костер мы пели

Где верили в любовь

Гитарами брянча

И нас влюбляли вновь

"Крылатые качели"

И где Макар взорвал

"Пока горит свеча!"

Там мама встретит нас

Фруктовой карамелькой

И ласкою своей

Укроет от беды

И радовались мы

Каникулам недельки

Как много утекло

С тех светлых дней воды

Уж многих не вернуть

Лишь в памяти их лица

Давай за них с тобой

Поднимем третий тост

И наши пусть сердца

За них все ж будут биться

И перекинем мы

В то время вечный мост.

Алексей Рыбаков

Конь

Ранним утром, в день осенний

Где багрянцем тронут лес

Вышел конь ко мне степенный

Взмахнув гривой до небес

Он сказал мне – Милый друже,

Я умчу тебя туда,

Где печали и обиды

Ты забудешь навсегда.

Там не будет путь тернистый

Пред судьбою ропотать

Будет ветер лишь плечистый

Прям тебя к мечте толкать

Пред тобою расступится

Самый хмурый старый лес

Там не будет ветер злиться

Твой лишь путь имеет вес!

Все вокруг тебя сплетется

Лишь дорогу ты найдешь

Там твой мир, там сердце бьется,

Что в груди своей несешь…

– Что ты, конь! Все это сказки!

Не верю я! И ты не верь!

Я сам шагаю без опаски

И сам свою открою дверь!

Не ответил конь степенный

Снова гривой лишь взмахнул

И исчез в тумане пенном

Растворился, утонул…

Я пошел своей дорогой

И не знал еще тогда

Сколь в реке моей порогов

Что значит – горе не беда

Помотала жизнь лихая…

Седины не сосчитать…

И когда я встал у края

ОН нашел мне что сказать

Снова лес сей расступился

Снова грива до небес

"Что мой друг!? Чего добился?

Понял что дремуч твой лес?

Не печалься! Все пустое!

Вешать нос, мой друг, нельзя

Забудь про время про лихое

У всех у нас своя стезя

И только ей ты предназначен

И сердце бешено стучит

И каждый миг на ней прекрасен!

Иди! Господь благословит!.....

И я пошел…минули годы

Взрослеют дети, внучка есть

И понял я, от непогоды

Спасет лишь Вера, Бог и Честь!!!

Алексей Рыбаков

Так хочется обнять, братишки вас…

Так хочется обнять, братишки, вас

Ком в горле проглотить слезами

Чтоб Омофором был закрыт Донбасс

Пречистой Девы над святыми головами

Так хочется обнять, братишки, вас

Всех кто живой …и кто ушел так рано

Мы помним всех… и это боль для нас

Навечно кровоточащая рана

Вас дома ждут и жены, и отцы

И матери, и дети, братья, сестры

Вернемся все, кто не надел венцы

Лишь до конца пройдем войны мы версты

А братья… нет, они не далеко

Они ведь рядом, строй святых пополнив

Молитвой бьют врага, к плечу плечо

Пред Родиной свой долг сполна исполнив

Так хочется обнять, братишки, вас

Ком в горле проглотить слезами

Чтоб Омофором был закрыт Донбасс

Пречистой Девы над святыми головами!

Алексей Рыбаков

Мой дед был солдатом и просто отцом

Из сочинения внучки Лены

…Он ушел на рассвете, во пламя, во мглу

Лишь его фотография осталась в углу.

История любви, опаленная войной

Мой прапрадед Титов Прохор Иванович родился в 1913 году в городе Москве. О его родителях ничего неизвестно, так как он рос и воспитывался в детском доме. Возможно, родители его сгинули в жерновах Октябрьской революции 1917 года или на фронтах Гражданской войны. Но как бы оно там не было на самом деле, известно только то, что после детского дома Прохор Иванович учился на Рабочем факультете (сокращённо рабфак). Были такие учреждения системы народного образования в СССР с 1919 года до начала 1940‑х годов, которые подготавливали рабочих и крестьян для поступления в высшие учебные заведения.

После окончания рабфака, Прохор Иванович был призван в ряды Красной Армии и отправлен служить в Пограничные войска на польскую границу.

Однажды, во время несения службы часовым границы, он услышал, что кто‑то шевелится и шумит в кустах возле самой границы.

– Стой, кто идет! – скомандовал Прохор Иванович, но в ответ никто не ответил.

– Выйти с поднятыми руками, сложить оружие, иначе стреляю! – продолжил он

В ответ снова тишина и кусты снова стали потрескивать, словно кто‑то через них пытался убежать.

Прохор Иванович сделал, предупредительный выстрел вверх и следующий выстрел на поражение.

Треск прекратился. Наступила тишина. Когда Прохор Иванович подошел ближе, то увидел, что нарушителем границы является … корова. Это была польская корова, которая заблудилась и перешла границу. Но, тем не менее, за проявленную бдительность в охране государственной границы, Прохор Иванович был отмечен командованием пограничной заставы и получил благодарность.

После службы в армии, Прохор Иванович вернулся в Москву и устроился работать техником‑осветителем в Большой театр. Ему очень нравилось работать с электричеством, различными приборами, что‑то конструировать, изобретать и именно это увлечение и привело его к знакомству со своей будущей женой Татьяной Геннадьевной – моей прапрабабушкой.

А дело было так, Прохора Ивановича пригласили в знаменитый московский Парк имени Горького для монтажа освещения для зимних катков.

И вот когда он сидел на столбе, монтируя провода, у него упали вниз плоскогубцы, такой инструмент для работы с проводами. Мимо проходили девушки, среди них была Татьяна. Случайно или специально упали плоскогубцы, мы уже не узнаем, но именно благодаря им Прохор и Татьяна и познакомились.

Целый год они встречались, но встречи их тоже были необычными. Дело в том, что Татьяна Геннадьевна работала на фабрике «Большевичка» швеёй, а Прохор Иванович продолжать работать осветителем в Большом театре, поэтому все вечера у него были заняты спектаклями, балетами, операми и где‑то встретиться и погулять, практически не было времени. Поэтому, Прохор тайно брал Татьяну с собой на работу на все спектакли и постановки. Он прятал её у себя в «осветительской» над самой сценой и благодаря этому Татьяна пересмотрела (и даже по несколько раз) все шикарные постановки знаменитого Большого театра. Спустя год, в 1933 году они поженились, в 1934 году них родился сын Володя, а 26 июня 1940 года родилась дочка Лариса.

Счастливая молодая семья жила в Москве на Петровско‑Разумовском проезде. В выходные дни они часто гуляли с детьми по аллеям Петровского путевого дворца, катались на коньках, на лыжах и ничто не предвещало беды.

В июне 1941 года они готовились отпраздновать один годик со дня рождения любимой дочки Ларисы, но празднику не суждено было состояться. 22 июня 1941 началась Великая Отечественная война, и Прохор Иванович ушёл на фронт.

Поскольку у Прохора Ивановича в мирной жизни была специальность электромонтер, то его назначили связистом 371 стрелкового полка 130 стрелковой дивизии.

30 сентября 1941 года, войска немецкой группы армий «Центр» перешли в наступление на брянском направлении. Началась битва за Москву. В срочном порядке началась эвакуация жителей Москвы вглубь страны, в безопасные районы. Татьяна Геннадьевна с двумя маленькими детьми эвакуировалась в Костромскую область, сообщила Прохору Ивановичу свой новый адрес, и с тревогой и любовью ждала заветных «треугольничков» от Прохора с фронта.

130 стрелковая дивизия, в которой воевал Прохор Иванович, с января 1942 года воевала на Калининском фронте. Медицинский санитарный батальон, разведывательный батальон и батальон связи, в составе которого служил Прохор Иванович, прибыли позднее стрелковых частей. Разгрузившись, прибывшие части совершили 120 киллометровый марш и в ночь с 20 на 21 февраля вступили в бой. В районе Новой Руссы на реке Пола противник имел укрепленный оборонительный рубеж. В условиях зимы, морозов и глубокого снега необстрелянной дивизии предстояло прорвать оборону противника. Единственная дорога на Новую Руссу обстреливалась комбинированным огнем врага. Немецкая авиация совершала налеты на колонны наших войск.

В результате тяжелых боев населенные пункты на подступах к Новой Руссе (Дубровка, Расчисток, Павлово, Сидорово) были освобождены, а 23 февраля смелым ударом наши войска овладели Новой Руссой. В этих боях Прохор Иванович был тяжело ранен.

После госпиталя ему дали краткосрочный отпуск, и так появилась возможность повидаться с семьей. Сколько же было радости, слез, счастья и нежности при этой долгожданной встрече. Передать эти чувства сложно, нужно это пережить, но каждый раз, когда я вспоминаю об этом, у меня накатываются слезы. Когда дедушка Прохор был в госпитале, то не все осколки у него смогли удалить, один осколок у него остался, но он не хотел его удалять, так как была большая вероятность остаться инвалидом, а он рвался на фронт. Прохор Иванович прекрасно понимал, как важно каждому, в трудное время встать на защиту своей Родины, как важно защищать свою жену и детей, как важно не нарушить присягу Родине.

Отпуск закончился, и Прохор Иванович вернулся на фронт в свою часть.

В течении июня и июля 1942 года дивизия вела бои местного значения. С 20 по 21 июля был проведен последний кровопролитный бой за Малое Врагово, и после этого дивизия перешла в оборону. Но 5 августа дивизия получила приказ на переброску в состав 1 Ударной армии в район рек Робья и Сутоки. Совершив 100 километровый марш, дивизия прибыла к 10 августа на этот участок фронта. По дороге было получено 3 маршевые роты пополнения из необученных призывников – в основном казахов, узбеков и других национальностей. Работа по подготовке этого пополнения не была проведена и этих бойцов вводили в бой по мере необходимости. Новый участок фронта был не изучен, однако он оказался более трудным, чем тот где дивизия ранее вела бои. Наши войска занимали излучину образованную слиянием рек Ловать и Робья. Со всех сторон этот, по сути, мешок, обстреливался противником и был открыт только с юга. Ежедневно наши боевые порядки бомбила немецкая авиация. Задача 1 Ударной армии оставалась прежней – соединиться с частями и перерезать Рамушевский коридор врага. Немцы, понимая важность сохранения этого коридора постарались как можно сильнее укрепить тут свои позиции. Господствующие высоты были укреплены сетью инженерных заграждений, минных полей и проволочных заграждений. Так на 5 августа 1942 года дивизия насчитывала 5830 бойцов, 35 полевых орудий, 11 противотанковых орудий, 157 автомашин, 717 лошадей, 90 минометов, 58 станковых, 143 ручных и 7 зенитных пулеметов.

11 августа 1 Ударная армия перешла в наступление на участке Сутоки, Новоселье переправившись через реку Робья. Преодолеть инженерные заграждения врага не удалось и атака дивизий успеха не имели. Немцы уже 11 августа перешли к контратакам из Бяково, 12 августа подбросив подкрепления эти контратаки стали предприниматься еще более сильными силами. Приходилось методически прогрызать оборону врага. Рыть траншеи и по ним подбираться к дзотам, вести траншейные и рукопашные бои, создавать блокировочные группы для захвата и уничтожения дзотов.

В этих тяжелейших боях 13 августа 1942 года Титов Прохор Иванович пал смертью храбрых.. Именно так было написано в похоронке, которая пришла в нашу семью….

Боль, утрата, скорбь, гордость – вот те чувства, которые я переживаю сейчас, когда пишу эти строки.

Закончилась война, бабушка так и не вышла больше замуж, даже мыслей таких не у неё не было, она очень любила Прохора Ивановича, и посвятила себя воспитанию детей. Старший сын Володя, как и его отец, очень любил заниматься с техникой, электричеством, окончил ремесленное училище, и стал мастером на оборонном заводе. Дочка Лариса, выучилась на инженера‑конструктора и стала проектировщиком домов, которые строились по всей Восточной Европе.

День Победы. «Это радость со слезами на глазах». Именно такой смысл праздника всегда был, есть и будет в нашей семье.

Но мой рассказ был бы не полным, если бы я не поделилась с вами стихотворением, которое написал мой дедушка, Рыбаков Алексей Львович, посвятив его своему деду Прохору:

* Деду Прохору посвящается…

Мой дед был солдатом и просто отцом

Двое чудных детишек росли под крылом

Он любил на руках их подбрасывать вверх

Чудной музой звучал их заливистый смех

Он жену свою – Таню, всем сердцем любил

И любовь эту в сердце он нежно хранил

А когда вдруг отчизна позвала в поход

Крепко обнял семью и сказал "Все пройдет!

Я закончу войну и вернусь к Вам домой

Я люблю Вас – как не полюбит другой

Вы живите, и ждите, и я буду жить

С этим в сердце – врага буду крепче я бить!"

…Он ушел на рассвете, во пламя, во мглу

Лишь его фотография осталась в углу.

Они ждали. Он письма им с фронта писал

И вот радостный час их свиданья настал!

Он вернулся! Он с фронта! С осколком в ноге?

Но ты жив!!! И ты с нами!!! Спасибо судьбе!!!

Не надолго? …Через неделю назад?!

Как же больно! Опять отпускать в этот ад!

"Но я должен! Родные! Я же солдат!

Хоть неделю вас видеть! Я счастлив! Я рад,

Что могу вас обнять, …долго, долго держать

Слышать сердца ваш стук…и от счастья дрожать!

Он ушел чрез неделю, во пламя, во мглу....

Лишь его фотография осталась в углу....

Алексей Рыбаков

Пират

Он рыскал в тумане, он шел в темноте,

Он брал аббордаж и топил боль в вине

Он снова рвал жилы и снова шел в бой

Сколь людей – как не жили …и ты будешь мой!

Снова скрежет кинжала, и шпаги удар

Снова вздернулись реи, хрип, кровавый угар

Лишь ночами метаясь в пьяном бреду

Он опять себя спросит:– Туда ль я иду?

А на утро он снова кровил океан

В сундуки засыпая благородный дурман…

И скрипели вновь реи и алел черный флаг

Коль со мной значит друг, коли нет, значит враг!

Но проходит и время, твой кончается век

И однажды он понял, что и он человек.

Человек или демон? Он по горло в крови

И испробывал всё, кроме разве любви

Нет детей, нет семьи, нет любимой в окне

Нет мечты как пацан тот на красном коне

Пустота и проклятье… Он накинул петлю

И вдруг вспомнил о Боге – Всевышний молю!

Если можешь прости прегрешенья мои

Все я видел и смерть, но не видел любви

Ни любви от жены, ни любви от детей

Не качал я и внуков на коленке своей

Я не видел и сына первых шагов

Не встречал меня лаской родимый мой кров

Не встречал я рассветов и не видел закат

Не увижу теперь....мне дорога лишь в ад!…

Не печалься – ответил Господь – ты судьбе!

Ты свой собственный ад воссоздал на земле

Ты лишил себя сам, что даровано всем

Не построил ты дом, палисад хризантем

Не растил ты деревьев, не поднял сыновей

И не поднял ты крест на Голгофе своей

Ничего не осталось, ушла красота

Все ж осталось одно тебе… лишь пустота…

– Но Всевышний, прости я же молю…

– Нет, не понял, пират, ты всю Волю Мою!

И пропал…тишина – Ну дай хоть совет!

Только шорох волны он услышал в ответ…

Закричал он с досады, топнул ногой

Но качнулась доска и враз головой

Натянул бечеву он … и вскоре обмяк

И сорвал лихой ветер пиратский тот флаг

А душа его в черном горячем бреду

Унеслась в бесконечье… одна …в пустоту.....

Алексей Рыбаков

Встреча в поднебесье

Мы жили чередом, не знали,

Что чернь беды коснется нас.

На Бога мы почти не уповали....

Когда то, вместе, шли мы в первый класс

У нас, у дома дерево стояло

Как будто великан его сажал

Своею кроной тень оно нам создавало

И братка мой орехи собирал

На озерцо мы бегали драть раков,

И жардел҆а у нас валялись тут и там.

Под пенье ветра, шёпот солнца злаков,

Мы босяком носились по лугам.

Вода играла блеском у прибрежья,

Мы заплывали далеко… Покой.

Светило солнце ярко, безмятежно,

И небо было высоко над головой.